Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-72020/21-25-510

02 июня 2021 г.

г. Москва

 

 

Резолютивная часть решения объявлена 27.05.2021

Полный текст решения изготовлен  02.06.2021

 

Арбитражный суд в составе: судьи Мороз К.Г.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску исковому общества с ограниченной ответственностью «РУСЬ» (ИНН: 

<

***>, Дата регистрации: 24.06.2015, 117418, 

<

...>, эт. 2, пом. I, ком. 15В)

к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» (ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>; дата регистрации: 20.06.1991; 117997, 

<

...>)

об обязании восстановить доступ к системе дистанционного банковского обслуживания по договору банковского счета в отношении счета № 40702810838000152156, взыскании судебной неустойки в случае неисполнения судебного акта по делу

 

при участии:

от истца: ФИО2 по доверенности от 09.03.2021

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 07.04.2021 

 

УСТАНОВИЛ:

ООО «РУСЬ» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы к ПАО СБЕРБАНК с исковыми требованиями: 

- Обязать публичное акционерное общество «Сбербанк России» восстановить доступ к системе дистанционного банковского обслуживания по договору банковского счета в отношении счета общества с ограниченной ответственностью «РУСЬ» № 40702810838000152156;

- В случае неисполнения публичным акционерным обществом «Сбербанк России» решения суда присудить в пользу общества с ограниченной ответственностью «РУСЬ» судебную неустойку в размере 1000 руб. за каждый день просрочки исполнения решения суда начиная со второго рабочего дня с даты вступления решения в законную силу по день фактического исполнения судебного акта.

Истец исковые требования поддержал в полном объеме по изложенным в иске обстоятельствам. 

Ответчик по иску возразил по изложенным в письменном отзыве с пояснениями  доводам. 

Истец представил письменные возражения на отзыв ответчика.

Исследовав письменные доказательства, суд установил.

Фактические обстоятельства:

20.09.2019 между ООО «РУСЬ» (Истец, Клиент) и ПАО СБЕРБАНК (Ответчик, Банк) заключен договор банковского счета и открыт счет №40702810838000152156, также истец подключился к системе «Сбербанк Бизнес Онлайн».

24.02.2021 Банк ограничил Истцу доступ к системе дистанционного банковского обслуживания (Далее - ДБО),

25.02.2021 Истцом отправлена путем почтового отправления претензия о восстановлении доступа к ДБО.

25.02.2021 Истцом получен запрос на предоставление документов со сроком предоставления до 05.03.2021 со ссылкой на ФЗ №115-ФЗ от 07.08.2001 «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма».

04.03.2021 документы по запросу были предоставлены в Банк через систему сообщений клиент-банка.

12.03.2021 от Банка получен дополнительный запрос на предоставление документов со сроком предоставления до 23.03.2021.

22.03.2021 документы по запросу были предоставлены в Банк через систему сообщений клиент-банка.

Истцом от Банка был получен ответ, в котором сообщалось, что «Предоставленные документы не позволяют Банку прояснить характер проведённых операций и исполнить требования Закона №115-ФЗ. В соответствии с п. 3.24 Условий Банком заблокирована бизнес-карта и ограничено действие системы Сбербанк Бизнес Онлайн». Других пояснений данное сообщение не содержало.

В связи с неправомерным ограничением Банком доступа Истца к системе дистанционного банковского обслуживания (ДБО) по договору банковского счета в отношении счета ООО «РУСЬ» № 40702810838000152156, Истцом заявлены исковые требования.

В соответствии с п. 1 ст.846 ГК РФ, при заключении договора банковского счета клиенту или указанному им лицу открывается счет в банке, на условиях, согласованных сторонами. 

В соответствии со ст. 848 ГК РФ банк обязан совершать для клиента операции, предусмотренные для счетов данного вида законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота, если договором банковского счета не предусмотрено иное.

В соответствии со ст.309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. 

На основании ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

По договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету (п.1 ст.845 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 866 ГК РФ, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения поручения клиента банк несет ответственность по основаниям и в размерах, которые предусмотрены главой 25 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 858 ГК РФ ограничение прав клиента на распоряжение денежными средствами, находящимися на счете, не допускается, за исключением наложения ареста на денежные средства, находящиеся на счете, или приостановления операций по счету в случаях, предусмотренных законом.

Закон N 115-ФЗ от 07.08.2001 «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» направлен на защиту прав и законных интересов граждан, общества и государства путем создания правового механизма противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем. Указанный закон регулирует отношения граждан Российской Федерации, иностранных граждан и лиц без гражданства, организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, а также государственных органов, осуществляющих контроль на территории Российской Федерации за проведением операций с денежными средствами или иным имуществом, в целях предупреждения, выявления и пресечения деяний, связанных с легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем, и финансированием терроризма. К мерам, направленным на противодействие легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма относятся организация и осуществление внутреннего контроля, обязательного контроля (ст. 6).

К организациям, осуществляющим операции с денежными средствами или иным имуществом относятся кредитные организации. В качестве мер, которые в обязательном порядке применяются банками, по противодействию легализации (отмыванию) доходов полученных преступным путем и финансирования терроризма выделяют: 

запрос у клиента документов и информации, разъясняющие экономический смысл и подтверждающие законный характер операций по счетам (подпункт 1.1 пункта 1 статьи 7, пункт 14 статьи 7 Закона № 115-ФЗ); 

приостановление операций по счету клиента (пункт 11 статьи 7 Закона № 115- ФЗ); 

уведомление уполномоченных органов о проведении клиентом сомнительных операций (пункт 11 статьи 7.2 Закона № 115-ФЗ); 

разработка и применение правил внутреннего контроля, 

а также принятие иных мер по противодействию 6 легализации (отмыванию) доходов полученных преступным путем и для финансирования терроризма (пункт 2 статьи 7 Закона № 115-ФЗ).

Нормами Закона № 115-ФЗ не закреплены правомочия организаций, осуществляющих операции с денежными средствами, блокировать доступ к дистанционной системе по расчетному счету клиента.

Нормами ФЗ РФ от 07.08.2001 №115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма (Закона №115-ФЗ) не предусмотрены правомочия организаций, осуществляющих  операции   с  денежными  средствами,  блокировать  доступ  к дистанционной системе по расчетному счету клиента. 

Согласно п. 2 ст. 7 Закона №115-ФЗ кредитная организация наделена правом запрашивать информацию, с целью ее документированного фиксирования в соответствии с положениями указанного закона, при наличии достаточных на то оснований.

Во исполнение запроса банка клиентом были представлены вся истребуемая информация и документы.

Таким образом, общество выполнило требования законодательства о противодействии, о предоставлении информации для идентификации и устранения подозрений в легализации денежных средств.

Пункт 11 ст. 7 Закона №115-ФЗ закрепляет, что организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, вправе отказать в выполнении распоряжения клиента о совершении операции, за исключением операций по зачислению денежных средств, поступивших на счет физического или юридического лица, иностранной структуры без образования юридического лица, по которой не представлены документы, необходимые для фиксирования информации в соответствии с положениями настоящею Федерального закона, а также в случае, если в результате реализации правил внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма у работников организации, осуществляющей операции с денежными средствами или иным имуществом, возникают подозрения, что операция совершается в целях (отмывания) доходов, полученных преступным путем, иди финансирования терроризма. 

Таким образом, из толкования данного пункта следует, что Банк вправе отказать только в случае отсутствия (не предоставления Клиентом) документов, необходимых для фиксирования (идентификации) информации или наличия подозрения, что операция совершается в целях легализации доходов или финансирования терроризма. «Подозрения» является оценочной категорией и сотрудники Банка обязаны руководствоваться нормами Закона, а также положениями и рекомендациями Центрального банка РФ.

Сделки истца носят реальный характер, расходование денежных средств производилось в соответствии с целями осуществления предпринимательской деятельности истца.

Банк фактически блокирует расчетный счет организации, вследствие чего, истец не может полноценно осуществлять хозяйственную деятельность. Банк затрудняет нормальную хозяйственную деятельность общества.

Применение Положения Банка России № 375-П не должно иметь произвольный характер и вступать в противоречие с нормой п. 3 ст. 845 ГК РФ, согласно которой банк не вправе произвольно определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие не предусмотренные законом или договором банковского счета ограничения его права распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению.

Реализация кредитной организацией в рамках Федерального закона № 115-ФЗ своих прав не должна иметь целью необоснованный и недобросовестный односторонний отказ от исполнения договора банковского счета.

Запрет на совершение истцом расчетных операций по расчетному счету с использованием технологии дистанционного доступа является ограничением прав истца на распоряжение денежными средствами, находящимися на счете, что противоречит условиям заключенных сторонами договоров.

Доказательств того, что банковские операции истца были запутанными, неочевидными, не имели реальной цели, а наоборот, преследовала цели по легализации денежных средств, полученных преступным путем, пошли на финансирование террористической деятельности, а равно преследовали иную противоправную цель, ответчик не представил.

В п. 2 Информационного письма Банка России от 12 сентября 2018 года№ ИН-014-12/61 «По вопросам применения Федерального закона от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» в части функционирования механизма реабилитации клиентов» регулятор обязывает банки раскрывать клиенту информацию о причинах применения ограничительных мер и отказа в обслуживании, чего Банк не сделал. 

В нарушение ст.65 АПК РФ, Банк не представил в суд доказательства, что операции Клиента были признаны подозрительными в рамках ФЗ №115ФЗ; доказательств наличия решения уполномоченного органа о блокировке счета или решения суда.

Изложенные в письменном отзыве доводы ответчика в обоснование возражений по иску, отклоняются судом по следующим основаниям. 

 

1. Нормами Закона № 115-ФЗ напрямую не закреплены правомочия организаций. осуществляющих операции с денежными средствами, блокировать доступ к дистанционной системе по расчетному счету клиента, а также осуществлять блокировку бизнес-карты.

Реализация кредитной организацией в рамках Закона № 115-ФЗ своих прав не должна иметь целью необоснованный и недобросовестный односторонний отказ от исполнения договора банковского счета. Применение Положения Банка России № 375-П не должно иметь произвольный характер и вступать в противоречие с нормой п. 3 ст. 845 ГК РФ, согласно которой банк не вправе произвольно определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие не предусмотренные законом или договором банковского счета ограничения его права распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению.

Ответчик, отказывая в дистанционном доступе к осуществлению расходных операций, не блокирует доступ к операциям, оформляемым на бумажных носителях, устанавливая плату за проведение таких операций. Указанные действия ответчика противоречат целям и смыслу Закона N 115-ФЗ, поскольку не направлены на противодействие обороту денежных средств в соответствии с Законом, не соответствуют положениям п. п. 10, 11 ст. 7 Закона.

Ответчик ссылается на то, что указанные отношения самостоятельно определяются сторонами в договоре. 

Между тем, в обоснование принятия решения о блокировке дистанционного банковского обслуживания, ответчик ссылается именно на права, предоставленные Банкам 115-ФЗ.

Что касается отсылки банка на возможность ограничения ДБО в случае, если у Банка возникли подозрения, что деятельность Клиента или конкретная Операция по Счету Клиента осуществляется в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма, следует указать что подозрения Банка должны быть мотивированы и обоснованы.

Статьей 7 п. 3 Федерального закона №115 определено, что только конкретные операции (а не деятельность в целом клиента) являются объектом подозрений, в отношении которых кредитные-учреждения обязаны уведомить уполномоченный орган.

Для принятия решения о квалификации операции в качестве подозрительной недостаточно наличия только формальных признаков, указывающих на сомнительность сделки, данное обстоятельство лишь служит основанием для начала проведения процедур внутреннего контроля в отношении данной операции; решение о квалификации в качестве подозрительной может быть принято лишь при наличии достаточных оснований, с учетом всестороннего анализа всей имеющейся у банка информации, представленных документов, с учетом пояснений клиента.

Истец предоставил ответчику информацию и документы, однако Банк в нарушение Гражданского Кодекса РФ и Закона № 115-ФЗ приостановил оказание услуг клиенту в одностороннем порядке, что является злоупотреблении им своими правами.

Истец предоставил ответчику информацию и документы, однако Банк в нарушение Гражданского Кодекса РФ и Закона № 115-ФЗ приостановил оказание услуг клиенту в одностороннем порядке, что является злоупотреблении им своими правами.

О причинах блокировки ДБО истец получил возможность узнать только в судебном процессе. 

Между тем, в Методических рекомендациях Центрального Банка Российской Федерации (Банк России, ЦБР) от 22 февраля 2019 г. №5-МР "Методические рекомендации по вопросам информирования кредитными организациями клиентов о причинах принятия решения об отказе от проведения операции или об отказе от заключения договора банковского счета (вклада), а также по вопросам взаимодействия с клиентами при дистанционном банковском обслуживании" указывается рекомендация кредитным организациям как информировать клиентов о причинах ограничения обслуживания с использованием ДБО, так и создавать условия для возможности представления клиентами необходимых пояснений, информации и (или) документов, с целью осуществления ими защиты своих прав в соответствии с законодательством.

Согласно п. 2 ст. 7 Закона №115- ФЗ кредитная организация наделена правом запрашивать информацию, с целью ее документированного фиксирования в соответствии с положениями указанного закона, при наличии достаточных на то оснований.

Таким образом, при реализации правил, внутреннего контроля в случае, если операция, проводимая по банковскому счету клиента, квалифицируется банком в качестве операции, подпадающей под какой-либо из критериев, перечисленных в п. 2 ст. 7 Федерального закона №115 и, соответственно, являющихся основаниями для документального фиксирования информации, банк вправе запросить у клиента предоставления документов, выступающих формальным основанием для совершения такой операции по счету, позволяющей банку уяснить цели и характер рассматриваемой операции.

Ограничив доступ Клиента к Системе ДБО, Банк отказал Клиенту в реализации одного из возможных способов распоряжения денежными средствами, размещенными на банковском счете, путем составления расчетных документов в электронном виде.

Статьей 7 п. 3 Федерального закона N 115-ФЗ определено, что только конкретные операции (а не деятельность в целом клиента) являются объектом подозрений, в отношении которых кредитные учреждения обязаны уведомить уполномоченный орган. Пунктом 10 указанной статьи определено, что Кредитные учреждения приостанавливают конкретную операцию на 5 рабочих дней. При неполучении ответа от уполномоченного органа (абз. 5 п. 10 ст. 7) кредитные организации осуществляют операцию по распоряжению клиента.

Указание банка на то, что целью приостановления услуги дистанционного банковского обслуживания и перевода клиента на обслуживание по платежным поручениям на бумажных носителях является установление дополнительного онлайн- контроля за операциями клиента при котором подтверждающие документы по операции будут запрашиваться до проведения операции, а не после, как при пост-контроле при работающей системе ДБО, не соответствует действительности.

Банк не лишен права запрашивать подтверждающие документы по операции и при получении платежного поручения через систему ДБО, более того, обязанность сопровождать предоставление платежного поручения подтверждающими документами при подаче на бумажном носителе у Клиента отсутствует.

2. Указание банка на то, что операции Клиента носили подозрительный характер не обоснованы.

Доказательств того, что банковские операции клиента были запутанными, неочевидными, не имели реальной цели, а наоборот, преследовала цели по легализации денежных средств, полученных преступным путем, пошли на финансирование террористической деятельности, а равно преследовали иную противоправную цель ответчиком также не представлено.

Сделки истца носят реальный характер, расходование денежных средств производилось согласно зарегистрированным в ЕГРЮЛ кодам ОКВЭД в соответствии с целями осуществления предпринимательской деятельности истца.

Ответчиком заявлена подозрительность операций за период с 17.02.2021 по 20.02.2021, однако основания отнесения операций к подозрительным Банком не представлены.

Ответчик ссылается также на подозрительность операций, совершенных в ПАО Росбанк согласно предоставленной выписке по запросу, однако мотивировка таких оснований Банком не представлена.

Банк относит операции истца к подозрительным по коду 1499 и делает вывод о том, что совершенные операции не имели явного экономического смысла в отсутствие достаточной материально-технической базы, и штата сотрудников, при этом не учитывая документы и пояснения представленные истцом по запросу, выводы ответчика о невозможности исполнить обязательства в отсутствие штата сотрудников, осуществляющих подготовку груза к перевозке, прием и хранение груза является не более чем домыслами ответчика. Так, как указывает сам ответчик и как следует из представленных Обществом пояснений, погрузка товара в месте приема груза осуществляется силами Поставщика. Погрузка-разгрузка товара на складе ООО «РУСЬ» осуществляется силами Перевозчика. Покупатели осуществляют разгрузку товара на своем адресе своими или привлеченными силами.

Что касается квалификации операций по коду 1414, то Банк ссылается лишь на одно основание - списание денежных средств со счета производится в срок, не превышающий двух дней со дня их зачисления и могли иметь цель ухода от налогообложения и снижения налогооблагаемой базы.

Приведенный ответчиком анализ движения денежных средств по выписке является некорректным, так как, ответчик приводит в анализе операции только за несколько дней февраля, при этом не учитывается остаток денежных средств на счете, а также суммы списания не соответствуют суммам зачисления.

Денежные средства на счете являются оборотными средствами компании. Оборотные средства - денежные ресурсы предприятия, авансируемые в оборотные активы для поддержания текущей производственно-коммерческой деятельности.

Для эффективного управления оборотными средствами необходимо не только поддерживать оптимальную структуру и величину оборотных средств, но и обеспечивать предельно быстрый возврат денег в виде выручки на счета предприятия. Оборотное назначение оборотных средств состоит в обеспечении непрерывности и ритмичности рабочих процессов.

Движение денежных средств обусловлено текущими расчетами с подрядчиками и поставщиками.

Кроме того, критерии отнесения операций к транзитным установлены Письмом Банка России от 31 декабря 2014 г. № 236-Т “О повышении внимания кредитных организаций к отдельным операциям клиентов”, в котором указывается, что транзитные операции могут характеризоваться СОВОКУПНОСТЬЮ (одновременным наличием) следующих признаков:

- транзитные операции могут характеризоваться совокупностью (одновременным наличием) следующих признаков:

- зачисление денежных средств на счет клиента от большого количества других резидентов со счетов, открытых в банках Российской Федерации, с последующим их списанием;

- списание денежных средств со счета производится в срок, не превышающий двух дней со дня их зачисления;

- проводятся регулярно (как правило, ежедневно);

- проводятся в течение длительного периода времени (как правило, не менее трех месяцев);

- деятельность клиента, в рамках которой производятся зачисления денежных средств на счет и списания денежных средств со счета, не создает у его владельца обязательств по уплате налогов либо налоговая нагрузка является минимальной;

- с используемого для указанных операций счета уплата налогов или других обязательных платежей в бюджетную систему Российской Федерации не осуществляется или осуществляется в незначительных размерах, не сопоставимых с масштабом деятельности владельца счета.

Ответчиком не представлено доказательств наличия в операциях истца такой совокупности признаков, а вывод о транзитности операций сделан необоснованно.

3. Указание ответчика на то, что пакет документов по запросу предоставлен не полностью, не соответствует действительности. 

Документы были предоставлены в достаточном количестве для обоснования смысла операций, при этом, замечания, на которые указывает банк, являются незначительными.

Доводы ответчика о том, что представленные Истцом документы неинформативны и противоречивы не являются обоснованными в связи со следующим:

1) В отношении условий Договора с ООО «АСБЭСТ», в соответствии с которым товар доставляется силами поставщика и за свой счет, а доставка осуществлена посредством привлеченной истцом транспортной компании следует пояснить, что такое противоречие обусловлено рисками предпринимательской деятельности. Руководством ООО «РУСЬ» было принято решение об ускорении доставки, соответственно по договоренности с руководством ООО «АСБЭСТ» товар был передан ООО «ГЕНТУМ логистик» для перевозки в адрес ООО «РУСЬ». При отсутствии взаимных претензий, замечание банка о том, что факт перевозки противоречит условиям договора, является несущественным.

Утверждение Банка о том, что заявки не предоставлялись не соответствует действительности. В составе переданных в банк документов 04.03.2021 содержалась заявка от 02.02.2021.

2) В отношении условий Договора с ООО «Техкомстандарт», Банком указывается пункт 3.2 не полностью, дословно он звучит следующим образом: «товар доставляется Покупателю силами и средствами Продавца (либо привлеченными им силами и средствами третьих лиц». 

Таким образом, привлечение по договоренности через истца ООО «ГЕНТУМ логистик» не противоречит условиям договора. При отсутствии взаимных претензий, замечание банка о том, что факт перевозки противоречит условиям договора, является несущественным. 

В отношении отсутствия предоставленных заявок: в соответствии с п.3.3 Договора поставка товара осуществляется Продавцом на основании полученной от Покупателя заявки, оформленной в любой удобной для сторон форме. Заявки поступали устно, с учетом пояснений Истца, в связи с чем необходимость их оформления в письменной форме отсутствует. 

Между тем, в составе переданных в Банк документов 04.03.2021 присутствуют спецификации №7 от 17.02.2021 и спецификация №8 от 18.02.2021, в которых содержится количество заказываемого товара и сроки поставки. 

Таким образом, выводы банка о том, что представленные документы не поясняют чьими силами и за чей счет осуществляется доставка товара, не соответствует действительности.

3) Ответчик указывает, что не были предоставлены документы, подтверждающие оплату аренды склада, между тем в составе документов, предоставленных по запросу от 12.03.2021 были представлены Акт взаимных расчетов склада с ООО «Научный исследовательский институт Металер» за 4 кв. 2020 г. на 1 (одном) листе; Акт сверки взаимных расчетов склада с ООО «Научный исследовательский институт Металер» за период с 01.01.2021 по 12.03.2021 на 1 (одном) листе, в которых зафиксирована задолженность ООО «РУСЬ» по оплате аренды в связи со сложной экономической ситуацией, сложившейся в результате ограничений в 2020 года, связанных с пандемией нового коронавируса COVID-19.

4) Касательно представленного штатного расписания: это документ, который не подтверждает фактическую численность, а документ который показывает, какое количество сотрудников оптимально для работы, т.е. это плановый документ. При схеме работы ООО «РУСЬ», отраженной в представленной пояснительной записке, в соответствии с которой деятельность компании не предусматривает формирования товарных запасов, соответственно, подобная модель также направлена на максимальное ускорение процедуры «закупка-реализация», не требуется большое количество штатных единиц. Кроме того, поставка и разгрузка по большей части осуществляется силами поставщика, либо привлеченных транспортных компаний. 

Таким образом, вывод банка о том, что небольшое количество персонала ставит под сомнение реальность деятельности истца ошибочен.

5) Указание банка на то, что не представлен документ, подтверждающий материально- техническую базу несостоятелен в связи с тем, что отсутствует ясность понимания, какой именно документ имеется в виду. Банку были предоставлены документы, подтверждающие аренду офиса и складского помещения, документы, подтверждающие наличие штата и оплату налогов. 

Таким образом, указанный довод банка несостоятелен.

4. В отношении представленных банком признаков подозрительности в деятельности лица судом установлено следующее:

1) Ответчик указывает, что уставный капитал ООО "Русь" в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей является незначительно превышающим минимальный размер уставного капитала, установленный законом.

Минимальный размер уставного капитала установлен п.1 ст. 14 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" и составляет 10 000 (Десять тысяч) рублей. Уставный капитал истца превышает установленный законом минимальный размер уставного капитала в пятикратном размере, такое превышение нельзя признать незначительным. В действующем законодательстве понятие и рамки "незначительного превышения уставного капитала общества" отсутствуют. Кроме того, на момент открытия расчетного счета этот факт банку был известен и не расценивался как негативный.

2) В отношении ООО «АСБЭСТ» и ООО «ТЕХКОМСТАНДАРТ» Банк указывает о наличии негативной информации в отношении данных контрагентов. 

Между тем, документального обоснования данной информации ответчиком не представлено.

Само по себе то обстоятельство, что истец являлся контрагентом заявленных ответчиком юридических лиц, не может являться основанием для вывода, что целью деятельности самого общества является совершение операций в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.

Кроме того, у истца отсутствует доступ к информации, которой располагает банк о финансово-хозяйственной деятельности контрагентов из перечней Банка России № 550- П, 639-П, в связи с закрытым характером такого рода информации. Соответственно у истца отсутствует возможность быть информированным о наличии в данном списке организаций, с которыми он сотрудничает и истец не имеет возможности располагать информацией об отказах в открытии счетов или проведении банковских операций у некоторых из контрагентов.

3) Касательно отсутствия по счету операций, указывающих на ведение административно-хозяйственной деятельности: у истца также открыты счета в других кредитных организациях, что не запрещено законом, в частности в ПАО РОСБАНК, с которых и производилось списание налогов в бюджет РФ, а так же оплата хозяйственных расходов, о чем истец сообщал по запросу банка в пояснительной записке. Более того, в банк предоставлялись выписки по счетам в других банках, в связи с чем отсутствие вышеуказанных операций именно по счету в ПАО СБЕРБАНК не может свидетельствовать в пользу фиктивного характера деятельности истца.

5. Утверждение банка о непредоставлении документов в срок не соответствует действительности и противоречит фактическим обстоятельствам дела.

В запросе банка от 24.02.2021 (Приложение №5 к исковому заявлению) была указана дата предоставления документов по запросу. Документы Обществом были отправлены через систему клиент-банка 04.03.2021, что подтверждается снимком экрана.?

В запросе банка от 12.03.2021 был указан срок предоставления документов до 23.03.2021 (Приложение №10 к исковому заявлению). Документы Обществом были отправлены через систему клиент-банка 22.03.2021, что подтверждается снимком экрана.

Таким образом, проведенный анализ Банком является необоснованным, отсутствует совокупность признаков, позволяющих оценить операции истца по счету как транзитные; операции истца отвечают направлениям деятельности общества и свидетельствуют о совершении действий в рамках обычного гражданско-правового оборота.

6. Требование истца о взыскании неустойки не является мерой гражданско-правовой ответственности банка.

В определении Верховного суда от 15.03.2018г. по делу №305-ЭС 17-17260 указано следующее:

Пунктом 1 статьи 308.3 ГК РФ установлено, что в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено данным Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства; суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330 ГК РФ) на случай неисполнения указанного судебного акта.

По смыслу данной нормы и разъяснений, приведенных в пункте 28 постановления Пленума N 7, суд может присудить денежные средства на случай неисполнения соответствующего судебного акта в пользу кредитора-взыскателя (судебную неустойку) в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре. Судебная неустойка является дополнительной мерой воздействия на должника, мерой стимулирования и косвенного принуждения.

Как разъяснено в пунктах 31 и 32 постановления Пленума N 7, суд не вправе отказать в присуждении судебной неустойки в случае удовлетворения иска о понуждении к исполнению обязательства в натуре; судебная неустойка может быть присуждена только по заявлению истца (взыскателя) как одновременно с вынесением судом решения о понуждении к исполнению обязательства в натуре, так и в последующем при его исполнении в рамках исполнительного производства; удовлетворяя требования истца о присуждении судебной неустойки, суд указывает ее размер и/или порядок определения.

Если требование о взыскании судебной неустойки заявлено истцом и удовлетворяется судом одновременно с требованием о понуждении к исполнению обязательства в натуре, началом для начисления судебной неустойки является первый день, следующий за последним днем установленным решением суда для исполнения обязательства в натуре.

Таким образом, учитывая изложенное, отсутствуют препятствия к назначению судебной неустойки по настоящему делу.

Как указано выше, в соответствии с п.1 ст. 308.3 ГК РФ, в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

С учетом существа обязательств сторон, характера правонарушения, периода неисполнения Банком обязательства по договору банковского счета, а также баланса интересов сторон, суд считает, что неустойка за неисполнения судебного акта составит 1000 руб. за каждый день просрочки исполнения решения суда, начиная со второго рабочего дня с даты вступления решения в законную силу по день фактического исполнения судебного акта.

Учитывая изложенное, исковые требования обоснованы, правомерны, документально подтверждены и подлежат удовлетворению.

Расходы по госпошлине подлежат распределению в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 1, 4, 10, 308.3, 309, 310, 845, 848 ГК РФ,  ст. ст. 4, 27, 65, 67, 68, 75, 110, 123, 156, 167-171, 184, 185 АПК РФ, суд 

 

РЕШИЛ:

Обязать публичное акционерное общество «Сбербанк России» восстановить доступ к системе дистанционного банковского обслуживания по договору банковского счета в отношении счета общества с ограниченной ответственностью «РУСЬ» № 40702810838000152156.

В случае неисполнения публичным акционерным обществом «Сбербанк России» решения суда присудить в пользу общества с ограниченной ответственностью «РУСЬ» судебную неустойку в размере 1000 руб. за каждый день просрочки исполнения решения суда начиная со второго рабочего дня с даты вступления решения в законную силу по день фактического исполнения судебного акта.

Взыскать с публичного акционерного общества «Сбербанк России» в пользу общества с ограниченной ответственностью «РУСЬ» расходы по оплате государственной пошлины в размере 6000 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Девятый арбитражный апелляционный суд.

 

Судья                                                                                                     К.Г. Мороз