ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-13856/2015к111

г. Красноярск

14 декабря 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена «08» декабря2022 года. 

Полный текст постановления изготовлен          «14» декабря 2022 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хабибулиной Ю.В.,

судей: Инхиреевой М.Н., Яковенко И.В.,  

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,      

при участии:     

от общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Жилищные системы Красноярска»: ФИО2, представителя по доверенности от 18.03.2022 № 113,  ФИО3, представителя по доверенности от 18.11.2021 № 252, 

от акционерного общества «Енисейская территориальная генерирующая компания (ТГК-13): ФИО4, представителя по нотариально заверенной доверенности от 30.07.2021 № 8023, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Красноярскэнергосбыт»

на определение Арбитражного суда Красноярского края от 07 октября 2022 года по делу № А33-13856/2015к111,

установил:

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания Железнодорожного района г. Красноярска «Жилищно-коммунальный ресурс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее - должник) банкротством поступило заявление публичного акционерного общества «Красноярскэнергосбыт» (далее – ПАО «Красноярскэнергосбыт»), уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о привлечении к субсидиарной ответственности общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Жилищные системы Красноярска» (далее - ООО УК «ЖСК», ответчик) на основании пункта 2 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и взыскании с                  ООО УК «ЖСК» в пользу ООО Управляющая компания Железнодорожного района                 г. Красноярска «Жилищно-коммунальный ресурс» денежных средств в размере 35 671 480 рублей 97 копеек.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечен ФИО5.  

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 07.10.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, ПАО «Красноярскэнергосбыт» обратилось с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просило определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе (с учетом дополнения) ПАО «Красноярскэнергосбыт» указывает следующее: 

- судом ошибочно установлена возможность применения при рассмотрении настоящего дела статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ с периодом с 2012 года по 2015 год», без учета того, что в момент (01.05.2012) не совершения ответчиком вменяемых ему неправомерных действий законодателем еще не была принята редакция Федерального закона от 28.06.2013                 № 134-ФЗ, а отношения по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности регулировались, в первую очередь, положениями Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ; 

- судом первой инстанции дана оценка  обстоятельствам (доводам), которые не имели место быть и не заявлялись ПАО «Красноярскэнергосбыт»;

- заявителем  принимались меры по доказыванию иной даты объективного банкротства (01.04.2012) и иной даты возникновения обязанности  по обращению с заявлением  о банкротстве должника (01.05.2022);

- необоснованными являются выводы суда о наличии оснований полагать, что анализ финансового состояния должника и данные, отраженные в нем, являются недостоверными. Значения коэффициентов и финансовых показателей, отраженные в анализе финансового состояния должника, в бухгалтерских балансах должника, на которые ссылался заявитель как раз и объективно отображали наступление критического для общества финансового состояния, в частности, несение должником убытков, начиная с 2012 года; 

- признаки объективного банкротства возникли у должника не позднее 01.04.2013, а обязанность по обращению с заявлением о банкротстве не позднее 01.05.2013. Должник, начиная с сентября 2013 не вносил оплат за потребленную электроэнергию, а перед иными кредиторами период образования задолженности начинается с августа 2012 года, в соответствии с расчетом, произведенным ПАО «Красноярскэнергосбыт» в отношении всей задолженности всех кредиторов;

- при вынесении определения суда от 26.01.2022 (о назначении экспертизы) по делу настоящему делу и установлении размера вознаграждения экспертов в размере 542 800 рублей судом первой инстанции допущено процессуальное нарушение в виде непринятия мер по запросу стоимости  экспертизы при  разрешении четырех  поставленных судом вопросов  либо размера вознаграждения при разрешении каждого из вопросов;

- выражает несогласие с выводами экспертного заключения представленного в материалы дела.  По мнению заявителя, данное экспертное заключение не может являться надлежащим доказательствам по настоящему делу. Ссылается на нарушения порядка назначения экспертизы. Судом не обоснованно отказано в удовлетворении ходатайства заявителя о проведении повторной экспертизы с учетом возражений ПАО «Красноярскэнергосбыт» представленных в материалы дела в отношении экспертного заключения; 

- самостоятельным основанием для отмены судебного акта является не разрешение вопроса о возврате излишне внесенных денежных средств на депозитный счет.

От ООО УК «ЖСК» в материалы дела поступил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 03.11.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 08.12.2022.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 03.11.2022, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/) 04.11.2022 12:17:23 МСК.

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В судебном заседании представитель общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Жилищные системы Красноярска» отклонил доводы апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в представленном суду апелляционной инстанции отзыве. Полагает определение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Представитель акционерного общества «Енисейская территориальная генерирующая компания (ТГК-13) письменный отзыв на апелляционную жалобу не предоставил, отклонил доводы апелляционной жалобы. Полагает определение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

ООО Управляющая компания Железнодорожного района г. Красноярска «Жилищно-коммунальный ресурс» было зарегистрировано 29.03.2005, основным видом деятельности должника является управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

В период с 18.12.2007 по 04.02.2016 функции единоличного исполнительного органа в ООО УК «ЖКР» выполняло ООО «Городская управляющая компания «Жилищный фонд», наименование которой было изменено 23.11.2017 на ООО Управляющая компания «Жилищные системы Красноярска».

Кроме того, ООО Управляющая компания «Жилищные системы Красноярска» также являлось участником должника с различным размером доли, а именно: с 10.01.2013 по 24.03.2013 - 32%; с 25.03.2013 по 23.02.2015 - 99,96%; с 24.02.2015 по 26.01.2016 - единственный участник.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ООО УК «ЖСК» на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, заявитель указывает на то, что о неплатежеспособности должника свидетельствует наличие в 2013 году непогашенной свыше трёх месяцев задолженности перед кредиторами. В связи с чем, по его мнению, у ООО УК «ЖСК» возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом в следующие даты: 01.02.2013, 01.05.2013 и в июле 2013 года.

Отказывая в привлечении ООО УК «ЖСК» к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции исходил недоказанности совокупности необходимых условий для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, Третий арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены данного судебного акта, исходя из следующего.

Частью 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» определено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закон о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку в качестве фактических обстоятельств, послуживших основанием для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника указывается на совершение неправомерных действий в период с 2012 года по 2015 год, то к спорным отношениям применимы нормы материального права, регламентированные Законом о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ в период, выпадающий на действие указанного закона. Статья 10 Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ о субсидиарной ответственности контролирующих лиц, вступила в силу 30.06.2013, следовательно, к неправомерным действиям, выпадающим после указанной даты применимы нормы материального права, регламентированные данным Законом о банкротстве.

При этом действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве применимы в отношении спорных правоотношений только в части процессуальных норм, поскольку в силу части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела (далее - рассмотрение дела), совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Предметом рассмотрения по настоящему делу является требование публичного акционерного общества «Красноярскэнергосбыт» о привлечении ООО УК «ЖСК» к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если уполномоченным органом должника принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; если обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества и в иных предусмотренных названным Законом случаях.

Пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве предусматривает субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 настоящего Федерального закона, за неподачу заявления должника в арбитражный суд лицами, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию соответствующего решения и подаче такого заявления. Субсидиарная ответственность наступает не по всем обязательствам должника, а лишь в отношении обязательств, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, перечисленных в статье 10 Закона о банкротстве, а в рассматриваемом случае - руководителя должника, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременного ряда следующих условий: возникновения одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве и установление даты возникновения данного обстоятельства; неподачи соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

Ответственность, предусмотренная пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, устанавливает самостоятельный вид субсидиарной ответственности руководителя по обязательствам должника при банкротстве последнего и соотносится с обязанностью, установленной статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов, как самого юридического лица (должника), так и его контрагентов и направлена на исключение ситуации по наращиванию не исполненных обязательств, увеличению кредиторской задолженности, возникшей в связи с невозможностью продолжения дальнейшей деятельности юридического лица.

В силу правовой позиции, приведенной в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Рассмотрев заявленные требования о привлечении ООО УК «ЖСК» к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, арбитражный суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для их удовлетворения на основании следующего.

Из смысла пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве субъектом, на которого возлагается ответственность в соответствии с указанными нормами, является руководитель должника. Положениями статей 9, 10 Закона о банкротстве не установлена обязанность учредителя и собственника имущества должника при наличии руководителя, обращаться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Таким образом, при наличии предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве случаев, обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением должника возлагается на руководителя, обязанность же самого учредителя (участника) должника обратиться в арбитражный суд с таким заявлением названной статьей, а также иными нормами не предусмотрена (до введения пункта 3.1 Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ).

Судом первой инстанции верно определено, что к спорным отношениям подлежит применению Закон о банкротстве в редакциях Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ и Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ. При этом данные редакции в отличие от ныне действующих правил (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53) не предусматривали ни права, ни обязанности органа управления, к компетенции которого отнесено разрешение вопроса о ликвидации должника, обращаться в суд с заявлением о банкротстве должника.

Таким образом, рассмотрев заявление в части привлечения учредителя к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отказе в его удовлетворении, исходя из того, что положения статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в 2013-2015 гг.) не возлагали обязанность по подаче заявления в арбитражный суд на учредителя должника, в связи с чем, учредитель не может быть привлечен к субсидиарной ответственности за неисполнение такой обязанности в порядке пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Рассмотрев заявление о привлечении единоличного исполнительного органа - ООО УК «ЖСК» к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, арбитражный суд первой инстанции также пришел к обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для его удовлетворения в виду следующего.

Согласно пункту 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд не позднее, чем через месяц, с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, заявитель указывает на наличие у должника признаков объективного банкротства, начиная с 01.04.2012, и соответственно, наличии у ООО УК «ЖСК»  обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом с 01.05.2012.

В основания своих требований ссылается на анализ финансового состояния должника, проведенный временным управляющим по итогам процедуры наблюдения, который правомерно не был принят судом первой инстанции в качестве доказательств по настоящему делу, поскольку материалы дела не содержат бесспорных доказательств, что сделанные временным управляющим в заключении выводы, является экономически достоверными и не требуют дополнительной проверки. Какие-либо документально-обоснованные расчеты и документальные подтверждения сделанных выводов, суду не представлены.

Помимо этого, судом первой инстанции верно отмечает, что само по себе наличие у должника образовавшейся и непогашенной задолженности, в том числе перед кредитором ПАО «Красноярскэнергосбыт» не имеет правового значения при рассмотрении заявления кредитора о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, на основании следующего.

В пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021) указано, что неоплата долга кредитору по конкретному договору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве должника, в связи с чем, не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения его руководителя в суд с заявлением о банкротстве. Ошибочно отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Как указал Верховный суд Российской Федерации в Определении от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801 по делу № А50-5458/2015, показателей только бухгалтерской отчетности для вывода о наступлении условий, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве, недостаточно.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 3 и пункта 1 статьи 13 Федерального закона Российской Федерации от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон о бухгалтерском учете) бухгалтерской (финансовой) отчетностью является информация о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, систематизированная в соответствии с требованиями, установленными Законом о бухгалтерском учете, которая должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений. Вместе с тем, снижение чистых активов юридического лица не является безусловным основанием полагать, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, поскольку структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П также указал, что формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц. Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Из пункта 2 раздела I «Практика применения положений законодательства о банкротстве» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 следует, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ и товариществ, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, ПАО «Красноярскэнергосбыт»  бухгалтерскую отчетность должника, из которой возможно установить финансовые показатели активов и пассивов должника, не представило. В суде первой инстанции  заявило ходатайство о назначении комплексной финансово-экономической экспертизы.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 26.01.2022 (с учетом определения от 04.05.2022) ходатайство ПАО «Красноярскэнергосбыт» о назначении судебной экспертизы удовлетворено, назначена комплексная финансово-экономическая экспертиза, проведение которой поручено ГПКК «Красноярский региональный центр энергетики и экспертизы» в лице экспертов ФИО6, ФИО7 и ФИО8.

30.06.2022 в материалы дела от ГПКК «Красноярский региональный центр энергетики и экспертизы» поступило заключение эксперта №344 от 12.05.2022, согласно которому экспертами сделаны следующие выводы:

- по первому вопросу: на основании проведенного анализа, с учетом реальной стоимости активов и обязательств можно сделать вывод о том, что ООО Управляющая компания Железнодорожного района г. Красноярска «Жилищно-коммунальный ресурс» имело возможность исполнять обязательства перед кредиторами и уполномоченным органом в период с 2011 года по 2015 год;

- по второму вопросу: финансовое состояние ООО Управляющая компания Железнодорожного района г. Красноярска «Жилищно-коммунальный ресурс» с учетом реальной стоимости его активов и обязательств в период с 2011 года по 2015 год являлось стабильным;

- по третьему вопросу: в период с 2011 года по 2015 год не наступила дата, когда ООО Управляющая компания Железнодорожного района г. Красноярска «Жилищно-коммунальный ресурс» стало неспособным удовлетворить в полном объеме требования кредиторов; на протяжении анализируемого периода реальная стоимость активов превышает совокупный размер обязательств; в анализируемом периоде общество не прекратило осуществлять расчеты со своими кредиторами. Так, исполнены обязательства в сумме 5 416 424 1327 рублей, в то время как на счет поступили денежные средства в размере 5 455 458 794 рублей 48 копеек. Конечное сальдо – 316 828 277 рублей 28 копеек;

- по четвертому вопросу: в результате роста дебиторской задолженности (прежде всего населения) наблюдается нехватка наиболее ликвидных активов (денежных средств) и как следствие – рост претензий со стороны контрагентов в связи с несвоевременной оплатой. Данные факторы повлекли неспособность общества удовлетворить в полном объеме и своевременно требования кредиторов по денежным обязательствам и производить расчеты со всеми кредиторами.

Из данного заключения следует, что наибольший удельный вес в структуре прочих расходов организации занимают расходы по созданию резерва по сомнительным долгам 80,22% или 897 553 350 рублей 77 копеек в целом за анализируемый период. Исходя из таблицы №18 (страница 26 заключения) следует, что сторнированная сумма резерва по сомнительным долгам составляет 732 747 170 рублей 87 копеек, в связи с чем, размер безнадёжной дебиторской задолженности за весь анализируемый период составляет 3 877 689 рублей 32 копеек, из которой на 1 квартал 2013 года приходится 20 278 рублей 67 копеек, на 2 квартал 2013 года – 0 рублей, на 3 квартал 2013 года – 287 267 рублей 76 копеек, на 4 квартал 2013 года – 22 788 рублей 53 копеек. Как указывают эксперты, для определения реальной стоимости активов из состава дебиторской задолженности следует исключить расчетную величину резерва по сомнительным долгам и как следствие откорректировать на сумму резерва нераспределенную прибыль организации. Так, в таблице №19 (страница №27 заключения) указано, что нераспределенная прибыль по расчетам экспертов на дату 31.12.2011 составляет 17 486,01 тыс. рублей; на 31.12.2012 – 25 397,80 тыс. рублей; на 31.12.2013 – 71 553,21 тыс. рублей; на 31.12.2014 – 44 275,54 тыс. рублей; на 31.12.2015 – 72 020,49 тыс. рублей. В связи с чем, экспертами указано, что показатель реальной дебиторской задолженности у организации выше суммы по балансу и после исключения расчетной величины резерв по сомнительным долгам из непокрытого убытка – финансовый результат деятельности положительный (у организации нераспределённая прибыль). Показатели обеспеченности обязательств должника его активами по состоянию на 31.12.2011 составлял 1,10%, на 31.12.2012 – 1,13%; на 31.12.2013 – 1,33%; на 31.12.2014 – 1,16%; на 31.12.2015 – 1,24% (таблица №27 на 38 странице заключения). Эксперты указывают, что нормативное значение данного показателя составляет 1 или выше, это свидетельствует о том насколько собственные активы предприятия покрывают долговые обязательства. Данный показатель менялся в динамике, наибольшее значение приходится на 2013 год. Следовательно, можно считать, что у предприятия отсутствуют существенные отклонения показателей, динамика равномерная. Рост показателей обеспеченности обязательств должника всеми оборотными активами приходится на 2013 год и составляет 1,31% при нормативном значении больше 1. В таблице №29 содержатся показатели чистых активов на основании реальной стоимости активов и совокупного размера обязательств, в соответствии с которыми по состоянию на 31.12.2013 реальная стоимость активов составляет 78 514 рублей на протяжении всего анализируемого периода реальная стоимость чистых активов положительная.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции в основу  обжалуемого №344 от 12.05.2022, не принимается судебной коллегией, поскольку суд признал, что данное заключение эксперта соответствует требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а изложенные в  апелляционной жалобе доводы, касающиеся несогласия с результатами судебной экспертизы, а также с порядком назначения судебной экспертизы, не могут являться основанием для признания экспертного заключения недопустимым доказательством.

В соответствии с частями 2,4 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как ранее указано судом, экспертами сделаны выводы, что с учетом реальной стоимости активов и обязательств можно сделать вывод о том, что ООО Управляющая компания Железнодорожного района г. Красноярска «Жилищно-коммунальный ресурс» имело возможность исполнять обязательства перед кредиторами и уполномоченным органом в период с 2011 года по 2015 год; финансовое состояние ООО Управляющая компания Железнодорожного района г. Красноярска «Жилищно-коммунальный ресурс» с учетом реальной стоимости его активов и обязательств в период с 2011 года по 2015 год являлось стабильным; в период с 2011 года по 2015 год не наступила дата, когда ООО Управляющая компания Железнодорожного района г. Красноярска «Жилищно-коммунальный ресурс» стало неспособным удовлетворить в полном объеме требования кредиторов; на протяжении анализируемого периода реальная стоимость активов превышает совокупный размер обязательств; в анализируемом периоде общество не прекратило осуществлять расчеты со своими кредиторами. Так, исполнены обязательства в сумме 5 416 424 1327 рублей, в то время как на счет поступили денежные средства в размере 5 455 458 794 рублей 48 копеек Конечное сальдо – 316 828 277 рублей 28 копеек.

При этом экспертами отмечено, что в исследуемом периоде (2011-2015 гг.) должник не переставал рассчитываться с кредиторами, а наоборот, активно работал с проблемной задолженностью. В частности эксперты указали, что 79,22% (или 732 747 170 рублей 87 копеек) прочих доходов организации приходится на отсторнированную долю резервов по сомнительным долгам, т.е. фактически на взысканную просроченную дебиторскую задолженность населения. В связи с чем, размер безнадёжной дебиторской задолженности за весь анализируемый период (2011-2015 гг.) составляет 3 877 689 рублей 32 копеек, из которой на 1 квартал 2013 года приходится 20 278 рублей 67 копеек, на 2 квартал 2013 года – 0 рублей, на 3 квартал 2013 года – 287 267 рублей 76 копеек, на 4 квартал 2013 года – 22 788 рублей 53 копеек. Исполнены обязательства в сумме 5 416 424 1327 рублей, в то время как на счет поступили денежные средства в размере 5 455 458 794 рублей 48 копеек. Конечное сальдо – 316 828 277 рублей 28 копеек. Данные обстоятельства не опровергнуты.

В своем заключении эксперты сделали вывод, что в результате роста дебиторской задолженности (прежде всего населения) наблюдается нехватка наиболее ликвидных активов (денежных средств) и как следствие – рост претензий со стороны контрагентов в связи с несвоевременной оплатой. Данные факторы повлекли неспособность общества удовлетворить в полном объеме и своевременно требования кредиторов по денежным обязательствам и производить расчеты со всеми кредиторами.

Помимо этого, необходимо отметить, что основным активом должника являлась дебиторская задолженность населения. Основным видом деятельности должника являлось управление эксплуатацией жилого фонда.

Согласно позициям Верховного суда Российской Федерации, изложенным в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 302-ЭС20-23984 по делу № А19-4454/2017, определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2021 № 307-ЭС21-5954(2,3) по делу № А42-9226/2017, определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2021 № 305-ЭС21-4666(1,2,4) по делу № А40-240402/2016, определении Верховного Суда РФ от 27.01.2017 № 306-ЭС16-20500 по делу № А06-10755/2014 при определении вины руководителей необходимо также учитывать специфику правового статуса самих должников-организаций, особенности их функционирования в гражданском обороте.

В частности, деятельность предприятия, созданного в целях выполнения работ, оказания услуг жилищно-коммунального хозяйства, удовлетворения общественных потребностей населения характеризуется наличием значительной дебиторской задолженности граждан и иных потребителей, что, в свою очередь, не позволяет надлежащим образом гасить образовавшиеся долги перед поставщиком энергоресурса и бюджетом. Так, если дебиторская задолженность населения по оплате потребленных жилищно-коммунальных услуг обладает низкой степенью ликвидности, связанной преимущественно с соответствующим уровнем платежеспособности населения, мероприятия по ее истребованию, как правило, малоэффективны. В связи с этим деятельность таких предприятий, к которым относится и должник в отсутствие субсидирования зачастую носит заведомо убыточный характер. Указанный вид деятельности не является доходным и фактически направлен на осуществление обеспечения деятельности социальной направленности.

Таким образом, ситуация, при которой управляющая организация имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед ресурсоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с дебиторской задолженностью граждан, является обычной для функционирования управляющих организаций, в силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги граждане постоянно имеют просроченную задолженность перед управляющей компанией, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, что само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества.

В рассматриваемом случае, единственные источники финансирования деятельности должника - это платежи за коммунальные услуги от населения. Соответственно наличие у должника кредиторской и дебиторской задолженности и их последующий рост не являются достаточным основанием для признания возникновения у должника признаков объективного банкротства в период с 2011 года по 2015 год, а у руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о признании ООО Управляющая компания Железнодорожного района г. Красноярска «Жилищно-коммунальный ресурс» несостоятельным (банкротом).

Из вышеуказанного следует, что обстоятельства деятельности должника в период с 2011 года по 2015 год не свидетельствовали об объективном банкротстве, и, несмотря на временные финансовые затруднения, ответчик добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата. Так, исходя из материалов дела следует, что 79,22% (или 732 747 170 рублей 87 копеек) прочих доходов организации приходится на отсторнированную долю резервов по сомнительным долгам, т.е. фактически на взысканную просроченную дебиторскую задолженность населения. Более того, должник не переставал рассчитываться с кредиторами, а наоборот, активно работал с проблемной задолженностью и производил расчёты с кредиторами. 

Данные обстоятельства не опровергнуты лицами, участвующими в деле. 

В рассматриваемом случае действия ответчика не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов. В рассматриваемом случае фактические обстоятельства не свидетельствуют о необходимости принятия крайней меры (возбуждения банкротства в период с 2011 года по 2015 год) и не отличались от тех обстоятельств, в которых существовали другие управляющие компании. Какие-либо доказательства, подтверждающие, что инициирование руководителем должника процедуры банкротства до 04.08.2015 (дата обращения должника в суд с заявлением о своем банкротстве) могло бы привести к уменьшению задолженности перед кредиторами - ресурсоснабжающими организациями и позволило бы исключить возникновение задолженности не представлены.

В рассматриваемом случае возникновение у должника задолженности перед ресурсоснабжающими организациями за определенный период времени само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей),в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве именно в 2013 году.

На основании изложенного, исходя из показателей бухгалтерской отчетности, с учетом выводов, сделанных в заключении эксперта от 12.05.2022, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в период с 2011 года по 2015 год отсутствовали признаки объективного банкротства. Судом установлено, что в указанный заявителем период, когда, по его мнению, возникла обязанность у руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), показатели бухгалтерского баланса имели обычную динамику, присущую всем управляющим организациям. В связи с чем, основания для обращения руководителя должника с заявлением о признании должника банкротом отсутствовали в указанные заявителем даты Иные даты наступления обязанности по обращению в суд с заявлением о своем банкротстве заявителем не доказаны и судом исходя из имеющихся доказательств в деле, не установлены.

Как следует из материалов дела, первоначально заявление о признании общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания Железнодорожного района г. Красноярска «Жилищно-коммунальный ресурс» несостоятельным (банкротом) подано в арбитражный суд 26.06.2015 кредитором - ОАО «Красноярская теплотранспортная компания». Но уже 04.08.2015 в суд поступило заявление самого должника о своем банкротстве и именно данное заявление определением от 14.09.2015 признано судом обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения.

Как следует из пояснений ответчика, банкротство должника было инициировано в связи с существенно возросшей в 2015 году судебной нагрузкой и предъявлением требований о выплате неустоек за просрочку по основным долгам, а также нарастающей неоплатой задолженности гражданами, как следствие наращивание задолженности перед ресурсоснабжающими организациями, увеличением количества принудительных взысканий в судебном порядке и в ходе исполнительного производства, препятствующих бесперебойной деятельности и т.д. С учетом изложенного, а также поданного внешним кредитором в отношении должника заявления о признании его банкротом, ответчиком было принято решение о самостоятельном инициировании процедуры банкротства должника. Данные обстоятельства не опровергнуты лицами, участвующими в деле.

В силу частей 1, 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в их взаимной связи и совокупности.

Согласно части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства суд по имеющимся и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело, что предполагает право апелляционного суда на переоценку доказательств по делу.

Так, повторно исследовав и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности заявителем совокупности обстоятельств необходимых для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве. Иные основания для привлечения не заявлены, с учетом принято уточнения. 

При рассмотрении спора в суде первой инстанции, ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Статья 10 Закона о банкротстве (в ред. Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) не содержала положений, ограничивающих срок подачи заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а также не содержала каких-либо специальных сроков исковой давности. Следовательно, при применении статьи 10 Закона о банкротстве (в ред. Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) следует исходить из общего срока исковой давности в три года, установленного пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, в ред. Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

В силу пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, в действующей редакции, заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным названной главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

В пункте 58 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что сроки, указанные в абзаце 1 пункта 5 и абзаце 1 пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

Согласно пункту 59 Постановления № 53 предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В рассматриваемом случаи, поскольку в качестве фактических обстоятельств, послуживших основанием для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника указывается на совершение неправомерных действий за период с 2012 года по 2015 год, то к спорным отношениям применимы нормы материального права, регламентированные Законом о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ в период, выпадающий на действие указанного закона. Статья 10 Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ о субсидиарной ответственности контролирующих лиц, вступила в силу 30.06.2013, следовательно, к неправомерным действиям, выпадающим после указанной даты применимы нормы материального права, регламентированные данным Законом о банкротстве.

При этом нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями: статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009 (№ 73-ФЗ) (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013); статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013 (№ 134-ФЗ) (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017); глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).

Однако, в силу вышеизложенных обстоятельств суд первой инстанции установил,  что основания для обращения руководителя должника с заявлением о признании должника банкротом отсутствовали в указанные заявителем даты. 

Таким образом, учитывая, что статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009 (№ 73-ФЗ) действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013, а заявителем не доказано противоправное поведение ответчика в данный период, то суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что Закон о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ не подлежит применению при рассмотрении настоящего обособленного спора, а следовательно исчисление срока давности необходимо осуществлять исходя из статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

Как следует из материалов дела, решением арбитражного суда от 26.01.2016 (резолютивная часть от 20.01.2016) общество с ограниченной ответственностью Управляющая компания Железнодорожного района г. Красноярска «Жилищно-коммунальный ресурс» признано банкротом и в отношении него открыто конкурсное производство. 

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 26.11.2015 требование ПАО «Красноярскэнергосбыт» включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника – ООО Управляющая компания Железнодорожного района г. Красноярска «Жилищно-коммунальный ресурс» в размере 35 671 480 рублей 97 копеек основного долга (обособленный спор №А33-13856-6/2015). Следовательно, требование ПАО «Красноярскэнергосбыт» включено в реестр требований кредиторов должника ещё в период процедуры наблюдения и до признания должника банкротом. С настоящим заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, кредитор обратился 03.09.2020, то есть с пропуском трехлетнего объективного срока исковой давности. 

Помимо этого, материалами настоящего дела также подтверждается пропуск кредитором субъективного годичного срока исковой давности.

Так, по состоянию на июль 2018 года, размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов (с требований, учтенных за реестром) более чем в 1,5 раза превышал размер активов должника.

Какие-либо доказательства, свидетельствующие о том, что в 2018 году имелись убедительные основания рассчитывать, на то, что за счет выполнения иных мероприятий (оспаривание сделок и пр.) произойдёт пополнение конкурсной массы либо будет снижен размер кредиторской задолженности, при котором размер активов должника станет превышать размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов и учтенных за реестром, в материалы дела не представлены. Мероприятия по оспариванию сделок должника на общую сумму 93 477 264 рубля 44 копейки завершены в 2017 году и по результатам рассмотрения обособленных споров судами вынесены судебные акты об отказе в удовлетворении заявленных требований за исключением обособленного спора №А33-13856-87/2017, в рамках которого определением от 28.04.2017 признаны недействительными сделками платежи на сумму 5 500 000 рублей.

При этом суд первой инстанции верно учел, что реализация на торгах дебиторской задолженности по её номинальной стоимости в деле о банкротстве всегда является маловероятной, что подтверждается и тем, что в марте 2017 года на торгах реализована дебиторская задолженность в размере 122 441 698,93 руб. по цене 4 408 000 рублей. Кроме того, 29.08.2019 комитет кредиторов исключил дебиторскую задолженность в размере 110 003 903 рублей 65 копеек ошибочно включенную в инвентаризационную ведомость от 17.07.2018.

Из указанного следует, что в рассматриваемом случае кредитор мог с достоверностью узнать об обстоятельствах, послуживших основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ответчика, не позднее июля 2018 года. Таким образом, обратившись с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности 03.09.2020, кредитор пропустил годичный срок субъективной исковой давности.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Согласно правовой позиции, содержащейся в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757, трехлетний объективный срок исковой давности подлежит применению при наличии препятствий (объективной невозможности) для обращения с заявлением в течение годичного субъективного срока исковой давности. При этом, трехлетний объективный срок исковой давности в любом случае пресекает субъективный годичный срок.

Изменение порядка исчисления срока исковой давности, тем более спустя значительный период после установления признаков неплатежеспособности привело бы к предоставлению необоснованных преференций заявителю и нарушению прав потенциальных ответчиков по спору о привлечении их к субсидиарной ответственности, ввиду неопределенности таких сроков.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При указанных обстоятельствах истечение срока исковой давности является дополнительным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что при установлении размера вознаграждения экспертов в размере 542 800 рублей судом первой инстанции допущено процессуальное нарушение, подлежит отклонению судом первой инстанции как несостоятельный. 

В силу части 1 статьи 108 Арбитражного процессуального кодекса РФ денежные суммы, подлежащие выплате экспертам и свидетелям, вносятся на депозитный счет арбитражного суда лицом, заявившим соответствующее ходатайство, в срок, установленный арбитражным судом. Денежные суммы, причитающиеся экспертам, свидетелям и переводчикам, выплачиваются по выполнении ими своих обязанностей (статья 109 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В письменных пояснениях от 20.09.2022 экспертная организация указала, что общая стоимость экспертизы будет составлять 542 800 рублей. В случае постановки на экспертизу всех либо части вопросов из перечня, указанного в определении суда стоимость изменяться не будет, является фиксированной. Цена экспертизы изначально заявлена как твердая и не зависела от количества и редакции вопросов. Определяющим фактором при определении цены экспертизы являлся вид экспертизы и период исследования, что позволяло примерно рассчитать количество часов рабочего времени, которые затратят эксперты для проведения экспертизы. Также, в материалы дела представлен акт выполненных работ.

В соответствии с пунктом 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» (далее - Постановление № 23) если эксперт ответил не на все поставленные перед ним вопросы или провел исследование не в полном объеме в связи с тем, что выявилась невозможность дальнейшего производства экспертизы и подготовки заключения (например, объекты исследования непригодны или недостаточны для дачи заключения и эксперту отказано в их дополнении, отпала необходимость в продолжении проведения экспертизы), эксперту (экспертному учреждению, организации) оплачивается стоимость фактически проведенных им исследований с учетом представленного экспертом финансово-экономического обоснования расчета затрат.

Ранее суд пришел к выводу об отсутствии обстоятельств, вызывающих сомнения в обоснованности проведенной экспертизы или наличия противоречий в заключении эксперта №344 от 12.05.2022 и его достоверности. Эксперты ответили на все поставленные вопросы, провели необходимые исследования. Какие-либо основания для уменьшения размера вознаграждения экспертной организации до 217 120 рублей, в силу пункта 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» отсутствуют.

Основанием для отмены судебного акта не перечисление с депозитного счета суда излишне уплаченных сумм на проведение экспертизы, в связи с отсутствием бухгалтерских реквизитов для перечисления денежных средств, не является. 

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции установлено, что доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 07 октября 2022 года по делу № А33-13856/2015к111 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

 

         Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

Ю.В. Хабибулина

Судьи:

М.Н. Инхиреева

 

И.В. Яковенко