СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

634050, г. Томск, ул. Набережная реки Ушайки, 24

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Томск                                                                    Дело № А27-10065/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 07 ноября 2017 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 14 ноября 2017 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Л.И. Ждановой,

судей Ю.И. Павловой, Е.Г. Шатохиной,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии в заседании:

от истца: конкурсный управляющий ФИО2, определение от 28.08.2015, от 25.10.2017 по делу №А27-24702/2014, паспорт;

от ответчика: ФИО3, выписка из протокола от 28.07.2015, нотариальное удостоверение от 28.06.2016, паспорт; ФИО4 по доверенности №2/1 от 01.08.2017 (сроком на 1 год), паспорт;

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы акционерного общества «Кузнецкая лизинговая компания», общества с ограниченной ответственностью «КузбассАрм» (07АП-7892/2017) 

на решение Арбитражного суда Кемеровской области от 24 июля 2017 года по делу №А27-10065/2016 (судья А.А. Филатов) 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Кузбассарм» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>, 650000, 

<

...>)

к акционерному обществу «Кузнецкая лизинговая компания» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>, 654066, 

<

...>)

о взыскании 1 453 350,18 руб.,  

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «КузбассАрм» (далее – ООО «КузбассАрм») обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области к акционерному обществу «Кузнецкая лизинговая компания» (далее – АО «Кузнецкая Лизинговая Компания») с иском о взыскании 1 453 350,18 рублей сальдо взаимных расчетов по договору лизинга №319 от 06.02.2012.

До принятия судом первой инстанции судебного акта по существу спора истец на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнил исковые требования и просил взыскать с ответчика 1 601 843,38 рублей (л.д. 146, т. 4). 

Исковые требования обоснованы статьями 15, 28 Федерального закона Российской Федерации от 29 октября 1998 года №164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон о лизинге), разъяснениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» и мотивированы тем, что сопоставив размер встречного предоставления сторон до расторжения договора лизинга в одностороннем порядке по инициативе лизингодателя и изъятием им предмета лизинга, истец установил сальдо взаимных расчетов в свою пользу.

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 24 июля 2017 года иск удовлетворен в части. С АО «Кузнецкая Лизинговая Компания» в пользу ООО «КузбассАрм» взыскано 770 168,48 рублей долга, в доход федерального бюджета 13 952 рублей государственной пошлины. В остальной части иска отказано. С ООО «КузбассАрм» в доход федерального бюджета взыскано 15 066 рублей государственной пошлины, в пользу АО «Кузнецкая Лизинговая Компания» 1 791 рублей расходов по экспертизе.

Не согласившись с данным решением, ООО «КузбассАрм» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, определяя размер подлежащей взысканию неустойки, суд первой инстанции необоснованно не принял во внимание заявление истца о применении к неустойке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. Заявитель полагает, что неустойка в размере 0,2% за каждый день просрочки (73% годовых) приводит к необоснованной выгоде ответчика; пункт 10.1 договора предусматривает возможность освобождения сторон от ответственности за ненадлежащее исполнение условий договора вследствие актов или действий государственных органов.

Кроме того, заявитель со ссылкой на положения статьи 61.3, пункта 1 статьи 126, статьи 134 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», запрещающих зачет встречных однородных требований, поскольку фактически приводит к предпочтительному удовлетворению требований одного кредитора перед другими, считает неправомерным определение взаимных обязательств сторон с учетом требования лизинговой компании о неустойке и убытках ввиду нахождения истца  в процедуре банкротства.

Также заявитель полагает необоснованным и недостоверным заключение эксперта ФИО5, положенное в основу судебного акта; суд не принял во внимание многочисленные распечатки с Интернет-ресурсов, предоставленные истцом, о продаже аналогичной техники. Суд не оценил и не исследовал заключение эксперта ФИО6, не изложил мотивы, по которым данное экспертное заключение не было принято во внимание.

АО «Кузнецкая Лизинговая Компания» также не согласилась с состоявшимся решением, в своей апелляционной жалобе просит его отменить, указывая, что судом не принят во внимание довод о том, что стоимость возвращенного предмета лизинга должна определяться исходя из суммы, вырученной лизингодателем при его продаже; не учтен довод ответчика о необходимости учитывать его убытки.

В заявлении об уточнении просительной части ООО «КузбассАрм»  просит отменить решение суда от 24 июля 2017 года и принять по делу новый судебный акт о взыскании с АО «Кузнецкая Лизинговая Компания»  в конкурсную массу ООО «КузбассАрм» сальдо взаимных расчетов по договору лизинга №319 от 06.02.2012 в сумме 1 601 843,38 рублей.

АО «Кузнецкая Лизинговая Компания» в своем заявлении об уточнении просительной части апелляционной жалобы просит отменить решение суда от 24.07.2017 и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных истцом требований в полном объеме.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель истца на удовлетворении своей апелляционной жалобы с учетом уточнений настаивал; против удовлетворения апелляционной жалобы ответчика возражал.

Представители ответчика настаивали на удовлетворении своей апелляционной жалобы; полагал, что основания для удовлетворения апелляционной жалобы истца отсутствуют.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционных жалоб и уточнений к ним, проверив в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения, суд апелляционной инстанции считает его не подлежащим отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, по договору лизинга от 06.02.2012 № 319 в редакции дополнительного соглашения от 01.07.2014 АО «Кузнецкая Лизинговая Компания» (лизингодателем) приобретены в собственность и переданы ООО «КузбассАрм» (лизингополучателю) во временное владение и пользование для предпринимательских целей за плату с последующим выкупом экскаватор HYUNDAI R-250 LC - 7 на срок до 31 января 2016 года (пункты 1, 2.2 договора).

Согласно пункту 3.1 договора лизинга общая сумма договора составляет 7 252 527,00 рублей, в том числе НДС 1 106 317,64 рублей, в том числе лизинговые платежи в размере 7 251 527,00 рублей с учетом НДС и выкупную стоимость имущества- 1 000 рублей, в том числе НДС.

В силу пункта 4 дополнительного соглашения от 01.07.2014 к договору лизинга порядок и сроки внесения лизинговых платежей и зачета аванса установлены в графике внесения лизинговых платежей от 01.07.2014, который является неотъемлемой частью договора лизинга (приложение № 1).

Ответственность лизингополучателя за нарушение графика платежей установлена в виде неустойки, в размере 0,2% от суммы долга за каждый день просрочки платежа (пункт 7.1 договора).

В разделе 8 договора лизинга предусмотрено право лизингодателя на одностороннее расторжение договора с изъятием у лизингополучателя имущества, переданного в лизинг.

Во исполнение обязательств по договору лизинга ООО «КузбассАрм»  уплатило лизинговой компании: 715 950 рублей - авансовый платеж, 5 043 296 рублей  - лизинговые платежи.

Стоимость приобретенного лизингодателем имущества, переданного  лизингополучателю в аренду по рассматриваемому договору лизинга, составила 4 773 000 рублей, в том числе НДС.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 30.12.2014 по делу №А27-24702/2014 к производству суда принято заявление АО «Кузбасская лизинговая компания» о признании ООО «КузбассАрм» несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

По акту от 12.01.2015 лизингодатель изъял из владения лизингополучателя экскаватор HYUNDAI R-250 LC - 7 и на основании договора купли-продажи от 12.01.2015 № 1-319 продал его ФИО7 по цене 1 391 416 рублей, в том числе НДС.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 05.02.2015 делу № А27-24702/2014 в отношении ООО «КузбассАрм» введена процедура наблюдения.

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 30.07.2015 ООО «КузбассАрм» признано банкротом, в отношении должника открыта процедура конкурсного производства.

Ссылаясь на прекращение с 12.01.2015 договора лизинга в одностороннем порядке по инициативе лизингодателя и изъятие им предмета лизинга, сопоставив размер встречного предоставления сторон до расторжения договора, и установив сальдо взаимных расчетов в свою пользу, ООО «КузбассАрм» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции руководствовался статьями 309, 310, 614, 625, 665 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 10, 11, 13, 15, 28 Закона о лизинге, правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и исходил из того, что сальдо встречных обязательств складывается в пользу лизингополучателя в размере 770 168,48 рублей. 

При этом, суд первой инстанции посчитал правомерным включение ответчиком неустойки в расчет сальдо взаимных обязательств, отметив, что  расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате платежей не должно приводить к освобождению лизингополучателя, в том числе от обязанности по возмещению причиненных лизингодателю убытков и уплаты предусмотренной законом или договором неустойки. Кроме того, начисление неустойки допускается и после расторжения договора (пункты 66, 67 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», далее – Постановление № 7).

Суд первой инстанции отклонил доводы истца о снижении неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, посчитав, что нормы указанной статьи при расчете сальдо встречных обязательств не применимы. 

Суд не принял во внимание и возражения ответчика о необходимости определения сальдо встречных обязательств с учетом убытков в размере 509 401,48 рублей в виде неполученных доходов по договору лизинга в период всего срока его действия при исполнении его лизингополучателем надлежащим образом по причине того, что прекращение договора вызвано инициативой самого лизингодателя на изъятие имущества у лизингополучателя.

Суд апелляционной инстанции по существу заявленных исковых требований приходит к следующим выводам.

Согласно статье 665 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Закона о лизинге права и обязанности сторон договора лизинга регулируются гражданским законодательством Российской Федерации, настоящим Федеральным законом и договором лизинга.

В обязанности лизингополучателя по договору лизинга, в частности входят: принять предмет лизинга в порядке, предусмотренном указанным договором лизинга; выплатить лизингодателю лизинговые платежи в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором лизинга; по окончании срока действия договора лизинга возвратить предмет лизинга, если иное не предусмотрено указанным договором лизинга, или приобрести предмет лизинга в собственность на основании договора купли-продажи (пункт 5 статьи 15 Закона о лизинге).

Под лизинговыми платежами в соответствии с пунктом 1 статьи 28 Закона о лизинге понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя.

В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю. 

Как разъяснено в пункте 3.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 17), расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам (пункт 3.1 постановления Пленума ВАС РФ № 17).

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу (пункт 3.2 постановления Пленума ВАС РФ № 17).

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу (пункт 3.3 постановления Пленума ВАС РФ № 17).

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п. (пункт 3.4 постановления Пленума ВАС РФ № 17)

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора. Плата за финансирование (в процентах годовых) определяется по следующей формуле: ПФ = ((П-А)-Ф) / (Ф x С/дн)) x 365 x 100, где ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых), П - общий размер платежей по договору лизинга, А - сумма аванса по договору лизинга, Ф - размер финансирования, С/дн - срок договора лизинга в днях (пункт 3.5 постановления Пленума ВАС РФ № 17).

Убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга (пункт 3.6.).

Пунктом 4 постановления Пленума ВАС РФ № 17 разъяснено, что указанная в пунктах 3.2 и 3.3 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 Гражданского кодекса Российской Федерации - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

Учитывая возражения истца относительно стоимости имущества, по которой лизингодатель реализовал его, различия рыночной стоимости этого имущества по отчетам оценщиков, представленным в дело сторонами, по ходатайству сторон суд первой инстанции назначил судебную экспертизу, по ходатайству ответчика - повторную судебную экспертизу.

Согласно заключению эксперта №7/40 от 03.03.2017, выполненного экспертом Союза «Кузбасская торгово-промышленная палата» ФИО5  рыночная стоимость имущества экскаватора HYUNDAI R-250 LC – 7 по состоянию на 12.01.2015 (дату изъятия из эксплуатации имущества) с учетом указанных в акте  изъятия имущества от 12.01.2015 дефектов составляет 2 470 000 рублей.

При этом суд первой инстанции обоснованно не принял во внимание заключение эксперта №229/04-3-25/16 от 23.09.2016, выполненного экспертом Федерального бюджетного учреждения Кемеровская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации  ФИО6 как не отвечающего требованиям Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Вопреки доводам истца, оценка заключению эксперта ФИО6 дана судом первой инстанции в определении о назначении по делу повторной экспертизы от 16.01.2017.

Довод ответчика о недостоверности заключения эксперта №7/40 от 03.03.2017, выполненного экспертом Союза «Кузбасская торгово-промышленная палата» ФИО5  отклоняется, поскольку доказательств, опровергающих выводы, изложенные в данном экспертном заключении истцом в нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено. При этом указанный документ составлен по форме в соответствии с требованиями действующего законодательства, что подателем жалобы надлежащим образом не опровергнуто.

Из заключения эксперта №7/40 следует, что при определении рыночной стоимости имущества HYUNDAI R-250 LC – 7 экспертом ФИО5 применялись как затратный, так и сравнительный подходы. Именно стоимость имущества, определенная экспертом ФИО5 была принята судом при определении сальдо встречных обязательств, в связи с чем ошибочное указание суда на предпочтительность затратного метода не имеет правового значения.

Довод жалобы ответчика о том, что при определении встречного предоставления подлежит учету стоимость имущества, определенная в договоре купли-продажи от 12.01.2015 №1-319, судом апелляционной инстанции отклоняется как не основанный на нормах действующего законодательства.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что реализация имущества значительно дешевле его фактической рыночной стоимости само по себе является неразумным поведением, и не требует подтверждения продавца и покупателя для признания неразумными действий продавца (ответчика), направленных на реализацию предмета лизинга по заниженной стоимости.

С учетом изложенного, заключение эксперта №7/40 о рыночной стоимости предмета лизинга по состоянию на дату изъятия является достоверным доказательством, подтверждающим стоимость изъятого имущества по состоянию на 12.01.2015 и, соответственно, обоснованно принято судом первой инстанции во внимание в целях использования при определении сумм встречного предоставления сторон.

Сумма предоставленного обществом лизинговой компании сформирована истцом без учета каких-либо убытков, санкций, поскольку на наличие таковых он не указывает и не предъявляет их при определении объема обязательства лизингодателя (пункт 3.3 постановления Пленума ВАС РФ № 17).

В связи с этим обязательство истца к ответчику правильно определено судом в сумме 6 797 346 руб.

Определяя обязательство истца перед ответчиком   в общей сумме 6 027 175,52 рублей, суд сослался на разъяснения, содержащиеся в пункте 3.2 постановления Пленума ВАС РФ № 17 и  с суммой предоставления лизингополучателю (4 057 050 рублей), платой за предоставление финансирования (1 824 942,22 рублей) учел начисленную последнему договорную неустойку за просрочку внесения лизинговых платежей (145 183,23 рублей).

Доводы истца о неправомерном определении взаимных обязательств сторон с учетом требования лизинговой компании о неустойке ввиду нахождения истца  в процедуре банкротства судом апелляционной инстанции проверены и отклонены.

В соответствии с абзацем 4 пункта 13 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 №63 (в редакции от 06.06.2014) «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», если договор выкупного лизинга был заключен и финансирование предоставлено лизингодателем лизингополучателю ранее возбуждения дела о банкротстве лизингополучателя, то требования лизингодателя к лизингополучателю, основанные на сальдо встречных обязательств, относятся к реестровым требованиям.

Договор лизинга от 06.02.2012 был заключен до возбуждения дела о банкротстве лизингополучателя, однако, настоящее дело было возбуждено по иску самого банкрота - лизингополучателя в лице конкурсного управляющего ООО «КузбассАрм» к лизингодателю, АО «Кузнецкая Лизинговая Компания», который не находится в процедуре банкротства, в связи с чем при рассмотрении заявленного иска, с учетом факта расторжения договора выкупного лизинга, возникает обязанность суда, рассматривающего этот иск, соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенных до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно правилам, рекомендованным Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 №17.

В соответствии с пунктами 3.1 - 3.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17  расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Таким образом, сам по себе факт заявления истцом (лизингополучателем) требования соотнести взаимные предоставления сторон по договору лизинга, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), предполагает необходимость учета убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, которые лизингодатель вправе предъявить лизингополучателю.

Другое применение закона может привести к нарушению принципа соблюдения баланса взаимных прав и обязанностей сторон заключенного договора.

Аналогичная позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Московского округа  от 18.02.2016 по делу №А40-19598/2015, постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 06.06.2017 по делу №А34-72/2014, постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.06.2016 по делу №А53-23991/2015,  постановлении Третьего арбитражного апелляционного суда от 13.10.2017 по делу №А33-19462/2016 и т.д.

Подлежит отклонению и довод жалобы о неприменении судом статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Разъяснения относительно применения названной нормы права содержатся в пунктах 71, 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7), согласно которых, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

В силу пункта 75 Постановления № 7 при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ). Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период. Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки.

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ) (пункт 77 Постановления № 7).

Таким образом, решение вопроса о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства производится на основании имеющихся в деле материалов и конкретных обстоятельств дела.

По правилам статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле должно доказать те обстоятельства, на которые оно как на основание своих требований и возражений.

Из материалов дела следует, что ответчик при рассмотрении спора в суде первой инстанции заявлял ходатайство о снижении неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако доказательств несоразмерности согласованной в договоре пени - в размере 0,2 % от неуплаченных сумм за каждый день просрочки, не представил.

Сама по себе ссылка истца на сведения банковской статистики Банка России, отражающие средневзвешенные процентные ставки по кредитам, не свидетельствует о явной несоразмерности заявленной к взысканию неустойки последствиям нарушенного обязательства, официальная статистическая информация Банка России о средневзвешенных ставках по кредитам, предоставленным кредитными организациями нефинансовым организациям, не является надлежащим доказательством, подтверждающим явную несоразмерность неустойки.

Принимая во внимание, что уменьшение неустойки является правом суда, при отсутствии доказательств, которые бы подтверждали несоразмерность определенной судом неустойки последствиям неисполнения обязательств, суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что оснований для уменьшения подлежащей взысканию неустойки не имеется.

Приведенные истцом доводы в обоснование отсутствие его вины не являются обстоятельствами непреодолимой силы, и не могут служить основанием освобождения истца от ответственности.

В силу пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств").

Между тем, издание Департаментом лесного комплекса Кемеровской области приказов, которыми утверждены отрицательные заключения экспертной комиссии по государственной экспертизе проекта освоения не лесов на лесных участках, не носит чрезвычайный и непредотвратимый характер.

Оснований для включения в расчет сальдо встречных обязательств заявленных лизингодателем убытков в виде упущенной выгоды суд первой инстанции правомерно не усмотрел в связи с отсутствием доказательств их возникновения.

С учетом изложенного, апелляционный суд считает, что судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Основания для переоценки обстоятельств, установленных арбитражным судом первой инстанции, у апелляционного суда отсутствуют.

В соответствии с частями 1 и 5 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по апелляционной жалобе относится на подателей апелляционных жалоб – ООО «КузбассАрм» и АО «Кузнецкая Лизинговая Компания». Поскольку ООО «КузбассАрм» была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины по апелляционной жалобе, сумма государственной пошлины подлежит взысканию с него в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьей 110, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Седьмой арбитражный апелляционный суд                             

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Кемеровской области от 24 июля 2017 года по делу №А27-10065/2016 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «КузбассАрм» в доход федерального бюджета РФ 3 000 рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев.

ПредседательствующийЛ.И. Жданова 

СудьиЮ.И. Павлова

Е.Г. Шатохина