﻿/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-158774/2018

24 сентября 2019 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена  17 сентября 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  24 сентября 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова 

судей В.Б. Слобожаниной, В.В. Черемошкиной

при ведении протокола судебного заседания секретарем Т.П. Утяшевой

при участии: 

от истца: представитель П.Ф. Винницкий по доверенности от 05.12.2018 г.

от ответчика: представитель Н.В. Смирнов по доверенности от 09.01.2019 г. 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-23996/2019) Некоммерческой организации «Фонд - региональный оператор капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.06(01.07).2019 г. по делу № А56-158774/2018 (судья Л.В. Виноградова), принятое

по иску Некоммерческой организации «Фонд - региональный оператор капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах»

к ООО «Тисма»

о взыскании 757 871 руб. 96  коп.

установил:

Некоммерческая организация «Фонд - региональный оператор капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах» (далее – истец, Фонд) обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с иском к ответчику - обществу с ограниченной ответственностью «Тисма» (далее – ответчик, Общество) о взыскании с ответчика 757 871 руб. 96 коп. пени по договору от 22.06.2016 г. № 13/КР/34/2016 (далее – Договор). 

Решением суда от 19.06.2019 г. (дата решения в бумажном виде, в электронном виде решение датировано 01.07.2019 г.) в иске отказано.

Данное решение обжаловано истцом в апелляционном порядке, в жалобе ее податель просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме (в случае отмены решения и применения апелляционным судом статьи 333 Гражданского кодекса РФ взыскать с ответчика с учетом правила пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.12.2011 г. № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» пени в размере 418 064 руб. 85 коп.), мотивируя жалобу неправильным применением судом первой инстанции норм материального права и несоответствием изложенных в решении выводов обстоятельствам дела, и в частности, оспаривая неприменение судом пункта 1 статьи 403 Гражданского кодекса РФ и полагая ошибочной квалификацию судом первой инстанции приведенных ответчиком обстоятельств, связанных с неблагоприятными погодными условиями (проливные дожди, ливни, ветер) в качестве обстоятельств непреодолимой силы (со ссылкой, при этом, на соответствующую судебную практику, а равно и полагая наличие указанных обстоятельств надлежащим образом не доказанным).

В этой же связи Фонд полагает недоказанными Обществом, в т.ч. по праву, условия для приостановления работ в соответствии со статьей 716 Гражданского кодекса РФ, а также отсутствие с его стороны просрочки в выполнении работ  (полагая применительно к этому выводу надлежаще необоснованным вывод суда о своевременном выполнении работ) и наличие оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса РФ.

В заседании апелляционного суда истец поддержал свою жалобу, ответчик возражал против ее удовлетворения по мотивам, изложенным в представленном отзыве.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в порядке, предусмотренном статьями 268-270 Арбитражного процессуального кодекса РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам:

Как установлено судом первой инстанции, подтверждается материалами дела и не оспаривается сторонами, 22.06.2016 г. между истцом (Заказчик) и ответчиком (Подрядчик) заключен договор No 13/КР/34/2016 на оказание услуг и (или) выполнение работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном доме, согласно пункту 2.1 которого началом выполнения работ является момент подписания акта передачи объекта (-ов) для выполнения работ, но не позднее 5 дней с момента вступления Договора в силу. 

Акты передачи объектов в работу по Договору были подписаны сторонами 28.06.2016 г., при том, что в соответствии с абзацем 3 пункта 2.1 Договора срок окончания работ по Договору установлен через 8 недель 4 дня (60 календарных дней) с момента передачи первого объекта для выполнения работ, то есть - не позднее 27.08.2016 г. 

Также согласно пункту 2.2 Договора, датой окончания выполнения работ на объекте по виду работ считается дата подписания акта о приемке в эксплуатацию рабочей комиссией законченных работ по капитальному ремонту объекта по виду работ (далее - Акт о приемке в эксплуатацию), который по последнему объекту подписан Фондом и Подрядчиком 21.12.2016 г., то есть с нарушением срока, установленного абзацем 3 пунктом 2.1 Договора (нарушение срока выполнения работ по Договору, в соответствии с расчетом истца, составило 116 календарных дней), при том, что в соответствии с пунктом 10.5 Договора за нарушение Подрядчиком срока окончания выполнения работ по Договору, установленного абзацем 3 пункта 2.1 Договора, он уплачивает Заказчику пени в размере 0,1 % от общей стоимости работ по Договору, определенной абзацем 1 пункта 3.1 Договора, за каждый день просрочки; абзацем 1 пункта 3.1 Договора, с учетом дополнительных соглашений №№ 1-4 к Договору общая стоимость работ согласована в сумме 6 533 378 руб. 99 коп., а в соответствии с расчетом истца размер пени за нарушение Подрядчиком срока окончания выполнения работ составляет 757 871 руб. 96 коп.

При таких обстоятельствах, Фонд 27.02.2017 г. направил в адрес ответчика претензионное письмо с требованием уплатить сумму неустойки по Договору, однако, ответчиком сумма неустойки не оплачена, а возражая против иска, он указал, что фактически работы по договору были выполнены в сентябре 2016 г., при том, что в соответствии с пунктом 6.4. Договора с момента начала выполнения работ и до их завершения Подрядчик ведет общий журнал работ, в котором отражается весь ход производства работ, а также все факты и обстоятельства, связанные с производством работ, имеющие значение во взаимоотношениях сторон; если Заказчик или лицо, осуществляющее строительный контроль, не удовлетворен ходом и качеством работ или записями Подрядчика, то он излагает свое мнение в общем журнале работ; также, если Заказчиком и (или) лицом, осуществляющим строительный контроль, будут обнаружены некачественно выполненные работы, то Подрядчик своими силами и без увеличения стоимости работ обязан в кратчайший (технически возможный и согласованный с Заказчиком) срок переделать эти работы для обеспечения их надлежащего качества, в случае же если Подрядчиком в рамках одного договора выполняется несколько видов работ в одном многоквартирном доме, допускается ведение одного общего журнала работ. 

В этой связи ответчик сослался, что согласно Общему журналу работ по капитальному ремонту крыши в многоквартирном доме по адресу: г. Санкт-Петербург, Лахтинская ул., д. 26, литера А, окончательные работы, а именно монтаж желобов с подкладным листом и уборка мусора с чердачного помещения, погрузка и вывоз мусора осуществлены 20.09.2016 и 25.09.2016 г. соответственно при отсутствии и в разделе 4 данного журнала со стороны Заказчика после 31.08.2016 г. сведений о каких-либо недостатках, что, по мнению ответчика,  свидетельствует о выполнении им всех работ по договору на данном объекте в указанный срок. 

Также, как указано Обществом, согласно Общему журналу работ по капитальному ремонту крыши в многоквартирном доме по адресу: г. Санкт-Петербург, Гатчинская ул., д. 10, литера А, сведения о каких-либо недостатках в разделе 4 данного журнала со стороны Заказчика после 28.08.2016 г. отсутствует, а равно как в соответствии с Общим журналом работ по капитальному ремонту крыши в многоквартирном доме по адресу: г. Санкт-Петербург, Гатчинская ул., д. 17/60, литера А окончательные работы осуществлены 21.09.2016 г., что свидетельствует о выполнении со стороны ответчика всех работ по договору на данных объектах в указанные сроки .

При  этом, письмом от 07.09.2016 г. Заказчику было сообщено о завершении основных работ по всем объектам в рамках заключенного договора 05.09.2016 г.; письмом от 29.11.2016 г. № 442 также было указано об окончании работ по закрытию кровли в сентябре 2016 г.; кроме того, письмом от 13.10.2016 г. ответчик просил принять работы по всем объектам в рамках заключенного договора после устранения замечаний от 28.09.2016 г., а с участием уполномоченного представителя истца 10.11.2016 г. был составлен акт, согласно которому на объекте, расположенному по адресу: ул. Большая Зеленина, д.7, литера А работы завершены. 

Таким образом, как полагал ответчик, истец уклонялся от возложенных на него обязательств по приемке объектов под различными предлогами, о чем свидетельствует также то, что в случае, если в ходе проверки, Заказчиком будет выявлено несоответствие выполняемых работ требованиям действующего законодательства, технической документации или проектной документации или требованиям, установленным Договором и приложениями к нему, иным документам, регламентирующим выполнение работ, являющихся предметом Договора и приложений к нему, Заказчик имеет право приостановить дальнейшее производство работ на объекте и направляет Подрядчику письменное уведомление, содержащее выявленные нарушения, документы их подтверждающие, требование об устранении выявленных нарушений и сроки их устранения (уведомление о выявленных нарушениях) (абзац 1 пункта 6.8.); однако, в данном случае, такие уведомления со стороны истца отсутствовали, при том, что положения договора разграничивают срок выполнения работ по договору и срок приемки выполненных работ по договору, и ответчик в этой связи предполагал добросовестность со стороны истца; вместе с тем, затягивание сроков по подписанию актов и приемке объектов после исполнения со стороны ответчика всех своих обязательств по условиям Договора свидетельствует о заведомо недобросовестном осуществлении гражданских прав (злоупотребление правом) со стороны Фонда, что недопустимо (статья 10 Гражданского кодекса РФ), при том, что согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, а в силу пункта 4 этой же статьи никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В этой связи,  как указывает ответчик, решить вопрос (о приемке работ) удалось только после того, как руководитель ОКСа побывал на объектах, убедился, что работы действительно закончены, после чего было проведено совещание в кабинете заместителя генерального директора В.А. Мокичева и подписаны акты.

Помимо этого, Общество сослалось на то, что согласно пункту 8.1. Договора, стороны освобождаются от ответственности за частичное или полное неисполнение своих обязательств по Договору, если оно явилось следствием возникновения обстоятельств непреодолимой силы, возникших после заключения Договора в результате событий чрезвычайного характера, которые стороны не могли ни предвидеть, ни предотвратить разумными мерами; согласно проекту производства работ, «Запрещается выполнение работ по разборке кровли при скорости ветра 10 м/с и более, а также гололедице, снегопаде, дожде и грозе...», при том, что под обстоятельствами непреодолимой силы, которые повлияли на исполнение в срок обязательств ответчика перед истцом следует считать, по мнению Общества, аномальное количество осадков, количество гроз, ливней, дождей усиления ветра за период срока выполнения работ со стороны ответчика - июль-сентябрь 2016 г.; со стороны истца, при этом, поступали электронные письма (в том числе, письма от 21.07.2016, 26.07.2016, 01.08.2016 г.), содержащие предупреждение о неблагоприятных явлениях в виде ливней и гроз; со стороны Главного управления МЧС России по Санкт-Петербургу в период с июля 2016 по сентябрь включительно 2016 г. неоднократно на официальном сайте Министерства публиковались предупреждения о неблагоприятном погодном явлении, в том числе о ливнях, грозах, граде, шквалистом усилении ветра, усилении ветра свыше 10 метров в секунду соответственно, а со стороны сервиса Мэп Мейкер также получены данные о неблагоприятных погодных условиях; при таких обстоятельствах, ответчик считает, что в случае установления судом нарушения им сроков выполнения работ по договору, ответчик должен быть освобожден от ответственности в рамках срока, превышающего установленный договором срок выполнения работ на 49 календарных дней в связи с обстоятельствами непреодолимой силы. 

С учетом изложенного, оценив доводы сторон, обстоятельства дела и представленные доказательства, суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения иска, исходя в, в частности, из того, что предметом Договора между сторонами является выполнение работ, а не подписание акта приемки объекта в эксплуатацию, поэтому для выяснения, имелась ли просрочка выполнения, следует установить фактический срок производства работ, при том, что подписание акта является одним из доказательств, но если оно противоречит другим установленным судом обстоятельствам и представленным доказательствам, акт критически оценивается в совокупности с иными материалами дела. 

В данном случае, как усмотрел суд из Журнала производства работ, завершающие виды работ: закрытие кровли и вывоз мусора, были закончены в сентябре 2016 г., а истец не представил пояснений на вопросы суда, какие именно виды работ либо работы по устранению недостатков и замечаний производились в промежуток с конца сентября по 21.12.2016 г. (дата подписания акта о приемке в эксплуатацию), как не смог он пояснить, что явилось препятствием к подписанию акта о приемке в эксплуатацию сразу по фактическому окончанию работ в конце сентября 2016 г. 

В этой связи суд сослался на пункт 1 статьи 406 Гражданского кодекса РФ, согласно кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства, и указав, что письмом от 13.10.2016 г. ответчик просил принять работы по всем объектам после устранения замечаний от 28.09.2016 г., а в деле отсутствуют сведения о каких-либо замечаниях, претензиях истца после 28.09.2016 г.; таким образом, поскольку истец не представил пояснений, по какой причине он со своей стороны до 21.12.2016 г. не подписывал акт о приемке в эксплуатацию либо не инициировал его подписание в случае не направления акта ответчиком, при том, что ответчик указывает, что неоднократно просил истца подписать данный акт с момента окончания выполнения работ в конце сентября 2016 г., просрочка выполнения обязанности принять исполнение и подписать акт, по мнению суда, имеется на стороне истца, а должник (ответчик) не считается просрочившим. 

Относительно просрочки выполнения работ после 27.08.2016 и по конец сентября 2016 г. суд принял во внимание, что, как ссылается истец, согласно пункту 3 статьи 401 Гражданского кодекса РФ, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств; вместе с тем, как признал суд, неблагоприятные погодные условия, в особенности сложившиеся в летний период 2016 г., являются обстоятельством непреодолимой силы применительно к виду работ, выполняемых ответчиком по спорному договору (кровельные работы), при том, что тот факт, что осадки в Северо-Западном регионе не являются чрезвычайным обстоятельством, не влияет на такую их особенность, как слабая прогнозируемость на перспективу 90 дней (срок выполнения работ), и это тем более относится к аномальному лету 2016 г., когда выпало наибольшее суммарное количество осадков за сто лет метеорологических наблюдений (справка ФГБУ «Северо-Западное УГМС» от 04.07.2018 г.), и таких погодных условий ответчик при заключении договора с истцом не мог предвидеть и не мог учесть их при оценке возможности выполнить работы в указанный в договоре срок. 

Кроме того, как полагал суд, в отношении подрядных работ существуют специальные нормы, устанавливающие изъятия из общего правила, предусмотренного статьей 401 Гражданского кодекса РФ, а согласно статье 716 Гражданского кодекса РФ, подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы, а также иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок, и в данном случае из пункта 5.2.12 Договора следует, что Подрядчик обеспечивает выполнение на объекте необходимых противопожарных мероприятий, мероприятий по технике безопасности и охране окружающей среды во время производства работ, при том, что СПиП 12-04-2002 «Безопасность труда в строительстве. Часть 2. Строительное производство», раздел 4.2, пункт 4.2.3 устанавливает: не допускается выполнение работ во время гололеда, тумана, дождя, исключающего видимость в пределах фронта работ, грозы и ветра скоростью 15 м/с и более, и в связи с тем, что ответчик выполнял кровельные работы, к специалистам применима инструкция по охране труда кровельщиков по стальным кровлям ТОИ Р-66- 08-93, в пункте 12 которой указано, что при изменении погодных условий (снегопад, туман или дождь), ухудшающих видимость в пределах фронта работ, а также усилении ветра до скорости 15 м/с и более кровельщики обязаны прекратить работы и сообщить об этом бригадиру или руководителю, и аналогичные требования установлены в следующих инструкциях по охране труда: ТИ РО-013-2003, ТОН Р-218-52-95. 

Таким образом, по мнению суда, не приостановление работ ответчиком повлекло бы угрозу годности и прочности результата работ в нарушение требований статей 716 и 721 Гражданского кодекса РФ нарушило бы действующие нормы законодательства в сфере охраны труда, при том, что в случае коллизии между условиями договора и надлежащим выполнением императивных требований действующего законодательства подлежат выполнению именно нормы закона в силу прямого указания статьи 422 Гражданского кодекса РФ, согласно пункту 1 которой, договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения, а подрядчик выполняет работы в соответствии с требованиями, предъявляемыми действующим законодательством к данным работам, согласно технической документации, включающей техническое задание на оказание услуг и (или) выполнение работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном доме, или проектной документации (в случае если подготовка проектной документации необходима в соответствии с законодательством о градостроительной деятельности), определяющих вид, объем, содержание работ и другие предъявляемые к работам требования, и сметной документации, согласованной и утвержденной в установленном порядке, а также условиями Договора, определяющими в том числе стоимость работ и сроки их выполнения (пункт 1.2. Договора).

При таких обстоятельствах суд признал, что ответчик правомерно, в соответствии с законодательством и договором, приостанавливал производство работ, а на основании изложенного иск удовлетворению не подлежит. 

Апелляционный суд не находит оснований для переоценки изложенных выводов, как сделанных в результате полного, подробного и всестороннего  исследования и анализа обстоятельств дела (доводов/возражений) сторон и приведенных норм права, отклоняя соответствующие доводы апелляционной жалобы, исходя из того, что при оценке наличия оснований для привлечения должника к ответственности нужно учитывать всю совокупность норм статей 401, 404, 405 и 406 Гражданского кодекса РФ.

 В данном случае, материалами дела подтверждается и истцом надлежаще не опровергнуто, что фактическое выполнение (окончание) работ имело место ранее оформления актов, сдачи-приемки работ, что, помимо прочего, имело место и ввиду действий (бездействия) Фонда, как заказчика, а на сроки выполнения работ повлияли и погодные условия, экстраординарный характер которых, опять же истцом не опровергнутый, несмотря на то, что не может быть отнесен к форс-мажорным обстоятельствам, но, тем менее, не может не учитываться при определении степени ответственности (вины) подрядчика (при наличии, при этом, у него безусловной обязанности исходить из фактических погодных условий в целях обеспечения как надлежащего качества результата работ, так и безопасных условий труда (работ), при том, что приведенная истцом в подтверждение своих доводов судебная практика сама по себе – в силу особенностей (специфики) каждого конкретного спора – не может являться безусловным подтверждением правомерности позиции той или иной стороны по другому делу.

Таким образом, апелляционный суд признает обжалуемое решение соответствующим нормам материального и процессуального права и фактическим обстоятельствам дела (при отсутствии помимо прочего и оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ), а апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, 269 и 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.06(01.07).2019 г. по делу № А56-158774/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

 

В.Б. Слобожанина

 

В.В. Черемошкина