Арбитражный суд Волгоградской области 

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

 

город Волгоград 

«5» ноября 2025 г. Дело № А12-14143/2025  

Резолютивная часть решения объявлена 22 октября 2025 года. Полный текст решения изготовлен 5 ноября 2025 года.  

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Репниковой В.В.  

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Поздняковой Е.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление акционерного общества «Торговый дом «Перекресток» о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Лиман»,  

при участии в судебном заседании: от истца – ФИО2, доверенность от 15.07.2024 (в режиме онлайн-заседания), 

установил:

02.06.2025 в Арбитражный суд Волгоградской области (далее - суд) от АО «ТД «Перекресток» поступило заявление о привлечении ФИО1, Ко- сьяновой Анны Александровны, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Лиман» (далее – ООО «Лиман», Общество) и взыскании с ответчиков в пользу истца денежных средств в размере 701 271,22 руб.  

Определением суда от 09.06.2025 заявление оставлено без движения в срок до 01.07.2025, заявителю указаны недостатки, допущенные при его подаче.  

01.07.2025 в суд от истца поступило заявление об уточнении исковых требований, в котором просит: привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Лиман» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО1 (ИНН: 

<

***>).  

Определением суда от 02.07.2025 исковое заявление АО «ТД «Перекресток» о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Лиман» с учетом уточнения принято, возбуждено производство по делу А12-14143/2025.  

30.09.2025 в суд от АО «ТД «Перекресток» поступило заявление об уточнении исковых требований, в котором просит:  

1. привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Лиман» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО1 (ИНН: 

<

***>);  

2. считать верным номер дела № А12-23229/2022, в рамках которого ФИО4 ФИО5 не предпринял попыток к погашению образовавшейся задолженности по решению Арбитражного суда Волгоградской области от 04 мая 2023 г.  

3. взыскать с ФИО1 в пользу АО «ТД «Перекресток» денежные средства в размере 990 541,48 рублей, из которых 968 177,48 рублей сумма основного долг, 22 364,00 рублей сумма госпошлины.  

 Ответчик, извещенный надлежащим образом по адресу регистрации, возражений на заявление не представил, явку в суд не обеспечил.  

 Рассмотрев материалы дела, оценив доводы сторон, суд считает, что исковое заявление подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

 Как следует из материалов дела, ООО «Лиман» было зарегистрировано в качестве юридического лица 26 августа 2015 года по инициативе ФИО1  

 ФИО1 в период с 26.08.2015 по 14.10.2021 являлся генеральным директором и участником ООО «Лиман», владеющим 100% уставного капитала до 27.07.2021 г., что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ).  

 27.07.2021 в состав участников Общества приняты новые учредители - ООО «АЙ-ТЕМ ВЕЙЗ» (учредителем и руководителем является ФИО6, не зарегистрированная на территории Российской Федерации по данным регистрационного и миграционного учетов МВД России (письмо от 19.06.2025), 28.04.2022 исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо) и ООО «СОФТ ТЕХНОЛОДЖИ» (учредителем и руководителем является ФИО3, не зарегистрированная на территории Российской Федерации по данным регистрационного и миграционного учетов МВД России (письмо от 19.06.2025), 05.05.2022 исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо).  

04.10.2021 ФИО1 написал заявление о выходе из состава учредителей ООО «Лиман», 14 октября 2021 года состоялось собрание учредителей с повесткой дня о смене директора, прекращены полномочия ФИО1, директором назначен ФИО7 (гражданин Киргизской республики, проживающий за пределами Российской Федерации по адрес: 

<

...>).  

В ЕГРЮЛ до настоящего времени директором ООО «Лиман» значится ФИО1, в отношении которого 8 ноября 2021 года внесены сведения о недостоверности на основании его заявления.  

 03.06.2019 между АО «Торговый дом «Перекресток» (далее - Покупатель) и ООО «Лиман» в лице директора ФИО1 (далее - Поставщик») заключен договор по-ставки № 6-1-024/000909-19 (далее - договор), по условиям которого Поставщик обязался поставлять Покупателю товар отдельными партиями, в ассортименте, по цене, в количестве и в сроки, в соответствии с заказами Покупателями (п. 1.1, 2.1 Договора поставки).  

При выявлении фактов нарушения поставщиком условий договора поставки покупатель вправе направить поставщику уведомление о начислении неустойки.  

В период, когда контролирующим лицом ООО «Лиман» являлся ФИО1, Поставщик неоднократно нарушал обязательства по договору и осуществлял недопоставку товара, а также допустил факты поставки некачественного товара, в связи с чем Покупателем начислена неустойка в размере 12% от стоимости недопоставленного товара и 100% от стоимости товара ненадлежащего качества на общую сумму 968 177 руб. 48 коп.  

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Волгоградом области от 04.05.2023 по делу № А12-23229/2022 с ООО «Лиман» взыскано в пользу АО «Торго- 

вый дом «Перекресток» 968 177 руб. 48 коп. штрафных санкций, а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 22 364 руб., всего 990 541,48 рублей.  

06.06.2023 г. по делу № А12-23229/2022 Арбитражным судом Волгоградской области выдан исполнительный лист ФС № 039335279.  

26.07.2023 года Инспекцией Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г. Волгограда в отношении ООО «Лиман» внесена запись о прекращении юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности (внесены записи о недостоверности сведений об адресе юридического лица, руководителе, учредителях).  

Исполнительный лист был направлен в адрес АО «ТД «Перекресток» 02 августа 2023 г. и получен истцом 07.08.2023. Перед направлением исполнительного листа ФС № 039335279 на исполнение истцу стало известно, что 26.07.2023 года внесена запись о прекращении юридического лица, в связи с чем исполнительный лист ФС № 039335279 от 06.06.2023 г. на принудительное исполнение не направлен.  

 Истец считает, что ФИО1 совершил недобросовестные действия, бросив созданное им юридическое лицо, введя в состав учредителей номинальных лиц и сменив руководство ООО «Лиман» на номинальное лицо, зная о задолженности перед АО «ТД «Перекресток», не предпринял мер по её погашению.  

Также истец со ссылкой на информацию из программы «Спарк», информацию с сайта ФНС РФ, указывает на то, что с 14.10.2020 г. по настоящее время ФИО1 является единственным участником и генеральным директором Общества с ограниченной ответственностью «АГРОДОМ» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) юридический адрес: 400075, 

<

...>, основной ОКВЭД -46.31 Торговля оптовая фруктами и овощами.  

В период с 2022 по 2024 ОOO «АГРОДОМ» произвело оплату налогов в следующих размерах: 2022 г. – 609 696 руб., 2023 г. – 533 275 руб., 2024 г. – 233 041 руб.  

Истец считает, что ФИО1 учреждено «зеркальное» общество с аналогичным видом деятельности, бросив ООО «Лиман» с долгами, хотя при продолжении хозяйственной деятельности долги могли быть погашены.  

 Суд считает позицию истца обоснованной. 

 В пункте 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса.  

 Согласно пункту 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.  

 В силу пункта 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон N 129) юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность. Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном данным  

законом.  

 Предусмотренный указанной нормой порядок исключения юридического лица из ЕГРЮЛ применяется также в случае наличия в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи (пункт 5 статьи 21.1 Закона N 129).  

 В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО) исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства.  

 В данном случае, если неисполнение обязательств общества обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.  

 Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").  

 Конституционный суд Российской Федерации в своем Постановлении от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО8" указал на следующее.  

 В пункте 2 статьи 62 ГК Российской Федерации закреплено, что учредители (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица; при недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия за свой счет. В случае недостаточности имущества организации для удовлетворения всех требований кредиторов ликвидация юридического лица может осуществляться только в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности (банкротстве) (пункт 6 ста-тьи 61, абзац второй пункта 4 статьи 62, пункт 3 статьи 63 ГК Российской Федерации). На учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) законом возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9, пункты 2 и 3 статьи 224 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").  

 Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том  

числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.  

 По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК Российской Федерации, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).  

 Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.  

 Само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались возможностью для пресечения исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью".  

 При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.  

 Соответственно, предъявление к истцу-кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо - потребитель, хотя и не ограничиваясь лишь этим случаем) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.  

 По смыслу названного положения статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения обще- 

ства из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.  

 Таким образом, пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" предполагает его применение судами при привлечении лиц, контролировавших общество, исключенное из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам по иску кредитора - физического лица, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности и исковые требования кредитора к которому удовлетворены судом, исходя из предположения о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное.  

 При рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и могут его ограничить по своему усмотрению.  

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника документов, от дачи объяснений либо их явной неполноте и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).  

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2024 N 305-ЭС24-809 разъяснено, что отсутствие у юридического лица документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью, закон связывает с тем, что контролирующее должника лицо привело его своими неправомерными действиями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. В силу этого и в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующие должника лица за такое поведение несут ответственность перед кредиторами должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 N 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622(4,5,6)).  

Презумпция сокрытия следов содеянного применима также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности подается кредитором вне дела о банкротстве - в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего ("брошенный бизнес"). Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 N 305-ЭС23-29091).  

В рамках рассмотрения настоящего дела бремя доказывания, с учетом изложенных  

разъяснений, должно быть возложено на ответчика.  

ФИО1 неоднократно извещался судом по адресу регистрации, подтвержденному ГУ МВД по Волгоградской области, однако получение почтовой корреспонденции не обеспечил, в суд не явился и документов, подтверждающих свою добросовестность и отсутствие вины в непогашении задолженности перед АО «ТД «Перекресток», не представил.  

Судом установлено ненадлежащее исполнение ООО «Лиман» обязательств перед АО «ТД «Перекресток», подтвержденное вступившим в законную силу судебным актом, исключение ООО «Лиман» из ЕГРЮЛ на основании решения регистрирующего органа как недействующего юридического лица, наличие у ФИО1 полномочий участника и единоличного исполнительного органа ООО «Лиман» в период возникновения задолженности перед истцом, действия по выходу из состава учредителей и прекращению полномочий руководителя ООО «Лиман», повлекшие прекращение деятельности Общества после возникновения задолженности, перерегистрация ООО «Лиман» на номинальных лиц, которые не вели и не способны были вести какую-либо деятельность от имени ООО «Лиман», доходы от которой могли быть направлены на погашение задолженности, о чем ответчику было заведомо известно.  

Ответчиком не представлены какие-либо доказательства, свидетельствующие об отсутствии его вины в неисполнении ООО «Лиман» обязательств перед АО «ТД «Перекресток», в прекращении деятельности ООО «Лиман», не обоснована цель создания нового Общества, ведущего аналогичный вид деятельности.  

Как разъяснено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2024 N 305-ЭС24-809, закон не только дает право каждому свободно использовать свои способности и имущество для предпринимательской деятельности, в том числе через объединение и участие в хозяйственных обществах (статья 2, часть 1 статьи 30, часть 1 статьи 34 Конституции Российской Федерации, статьи 50.1, 51 ГК РФ, статьи 11, 13 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но и обязывает впоследствии ликвидировать созданное юридическое лицо в установленном порядке, гарантирующем, помимо прочего, соблюдение прав кредиторов этого юридического лица (статьи 61 - 64.1 ГК РФ, статья 57 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).  

С учетом установленных обстоятельств суд считает, что виновные действия (бездействия) ФИО1 заключаются в том, что им нарушены принципы добросовестности и разумности при осуществлении руководством общества и выполнении функций учредителя. В случае, если общество не планировало продолжать осуществлять свою деятельность, то такое прекращение деятельности общества должно было происходить через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств через процедуру банкротства.  

При таких обстоятельствах исковое заявление подлежит удовлетворению. 

В качестве размера субсидиарной ответственности надлежит взыскать с ФИО1 сумму, взысканную решением Арбитражного суда Волгоградской области от 04.05.2023 по делу № А12-23229/2022, в общем размере 990 541,48 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 40 064 рублей.  

 Учитывая изложенное и руководствуясь ст. ст. 110, 167-170 АПК РФ, арбитражный суд  

Р Е Ш И Л:

Исковое заявление удовлетворить. 

Привлечь ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Лиман».  

Взыскать с ФИО1 в пользу акционерного общества «Торговый дом «Перекресток» в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в размере 990 541,48 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 40 064 рублей.  

Решение может быть обжаловано в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Волгоградской области в установленном законом порядке.  

Судья В.В. Репникова