СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск                                                                                       Дело № А27-10256/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 августа 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 августа 2022 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                       Кудряшевой Е.В. 

судей                                                                  Дубовика В.С.,

                                                                            ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2, с использованием средств аудиозаписи в режиме веб-конференции рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 (№ 07АП-1454/19 (8)) на определение от 30.05.2022 Арбитражного суда Кемеровской области  (судья – Димина В.С.) по делу № А27-10256/2017 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (СНИЛС 

<

***>) о рассмотрении отчета финансового управляющего о результатах проведения процедуры реализации имущества, вопроса об утверждении мирового соглашения в деле о банкротстве должника.

В судебном заседании приняли участие: 

от должника: техническое подключение не обеспечено. 

Суд

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 19.03.2019 (решение в полном объеме изготовлено 21.03.2021) гражданин ФИО3 (СНИЛС 

<

***>, дата рождения: 21.05.1987, место рождения: г. Кемерово, место жительства: 

<

...> 10А-20 (далее – ФИО3, должник) признан банкротом, в отношении него введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан - реализация имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО4. 

Определением суда от 14.01.2020 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей, финансовым управляющим утвержден ФИО5. 

Срок процедуры реализации имущества судом неоднократно продлевался, судебные заседания по рассмотрению отчета финансового управляющего откладывались.

Определением от 30.05.2022 (резолютивная часть объявлена 24.05.2022) Арбитражный суд Кемеровской области отказал в удовлетворении заявления об утверждении мирового соглашения завершил процедуру реализации имущества должника, без освобождения ФИО3 от исполнения обязательств, предусмотренных абзацем первым пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Не согласившись с обжалуемым определением, ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, неправильное применение норм материального права.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО3 указывает на несогласие с выводом суда первой инстанции, что ФИО6 (далее – ФИО6), являясь мажоритарным кредитором должника, является заинтересованным лицом по отношению к должнику. По мнению должника, суд заблуждался, положив в основу своих выводов об отказе в утверждении мирового соглашения, наличие между должником и ФИО6 заинтересованности, установленной определением от 04.10.2019 по настоящему делу, поскольку соответствующие выводы в тексте данного судебного акта отсутствуют. Полагает, что условия мирового соглашения от 26.04.2022 абсолютно одинаковы для всех кредиторов, ни одному из кредиторов не оказано преимуществ, поэтому основания для отказа в его удовлетворении отсутствовали.

В судебном заседании апелляционной инстанции, проведенном в режиме веб-конференции, должник, заявивший соответствующее ходатайство, не обеспечил техническое подключение.

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на неё, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции реестр требований кредиторов должника состоит из 2 кредиторов: АО «Россельхозбанк» и ФИО6 

Должник не работает, в браке не состоит, имеет на иждивении двух несовершеннолетних детей.

Согласно протоколу собрания кредиторов от 26.04.2022 по вопросам повестки дня собрания за принятие решения о заключении мирового соглашения, выборе представителя кредиторов и обращение в арбитражный суд с ходатайством об утверждении мирового соглашения  проголосовали «ЗА» (ФИО6 2 864 000 голосов) и «ПРОТИВ» (АО «Россельхохбанк» 884 346,19 голосов). 

Решение об утверждении мирового соглашения было принято большинством голосов на собрании кредиторов от 26.04.2022.

Согласно условиям мирового соглашения (п.5.1 и 5.2) в отношении сумм основного долга перед кредиторами ФИО6 и АО «Россельхозбанк» устанавливается скидка (дисконт) в размере 89,5 % суммы основного долга. Обязательства по выплате оставшихся сумм долга и пени перед кредиторами  прекращаются прощением долга.

Из условий мирового соглашения следует, что оставшиеся денежные средства перед кредиторами ФИО6 (в размере 300 720,00 рублей) и АО «Россельхозбанк» (92 856,34 рублей) будут погашены третьим лицом ФИО7 (далее – ФИО7) за счет денежных средств, предоставленным по договору беспроцентного займа № 1-22 от 25.04.2022, заключенного между ФИО7 и ФИО8.

Суд первой инстанции, отказывая в утверждении мирового соглашения, исходил, что за такое решение, которым устанавливается скидка (дисконт) в размере 89,5 % суммы основного долга, а обязательства по выплате оставшихся сумм долга и пени перед кредиторами прекращаются прощением долга, принято мажоритарным кредитором должника, заинтересованным по отношению к должнику, отказывая в применении правил об освобождении должника от исполнения обязательств, исходил из наличия обстоятельств и доказательств недобросовестного поведения ФИО3 (совершение сделок по отчуждению имущества в преддверии банкротства).

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор  и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, не нашел оснований для отмены обжалуемого определения.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьей 223 АПК РФ, дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве; отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.30 Закона о банкротстве в течение пяти лет с даты завершения в отношении гражданина процедуры реализации имущества или прекращения производства по делу о банкротстве в ходе такой процедуры он не вправе принимать на себя обязательства по кредитным договорам и (или) договорам займа без указания на факт своего банкротства.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее – освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Законом о банкротстве в пункте 4 статьи 213.28 введен перечень обстоятельств, при установлении которых суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств.

Таким образом, законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина, признанного банкротом от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность поведения гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства.

Освобождение должника от исполнения обязательств не является правовой целью банкротства гражданина, напротив данный способ прекращения исполнения обязательств должен применяться в исключительных случаях. Иное толкование противоречит основным началам гражданского законодательства, закрепленным в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В частности, не допускается освобождение гражданина от обязательств в случае привлечения гражданина к уголовной или административной ответственности вступившим в законную силу судебным актом за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство в данном деле о банкротстве гражданина; непредоставления гражданином необходимых сведений (заведомо недостоверных сведений) финансовому управляющему или суду, что установлено соответствующим судебным актом; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Правила пункта 5 настоящей статьи также применяются к требованиям:

о привлечении гражданина как контролирующего лица к субсидиарной ответственности;

о возмещении гражданином убытков, причиненных им юридическому лицу, участником которого был или членом коллегиальных органов которого являлся гражданин (статьи 53 и 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), умышленно или по грубой неосторожности;

о возмещении гражданином убытков, которые причинены умышленно или по грубой неосторожности в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения им как арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве;

о возмещении вреда имуществу, причиненного гражданином умышленно или по грубой неосторожности; о применении последствий недействительности сделки, признанной недействительной на основании статьи 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно правовой позиции, содержащейся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013, институт банкротства граждан предусматривает иной – экстраординарный – механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов –  списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

Из приведенных норм права и разъяснений высшей судебной инстанции следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами(сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). 

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Из материалов дела следует, что ФИО3 в преддверии банкротства совершил сделки по отчуждению имущества.

Определением от 24.07.2019 была признана недействительной сделка по отчуждению должником земельного участка, категории земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для сельскохозяйственного производства, общая площадь: 34 917 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: Кемеровская область, Кемеровский муниципальный район, Ягуновское сельское поселение, п. Новоискитимск, АОЗТ «Кемеровское», кадастровый (условный) номер: 42:04:0316002:292, совершенная на основании дополнительного соглашения № 1  от  07.04.2017 к брачному договору №42 АА 172 8548  от 14.07.2015, заключенному между ФИО3 и ФИО9.  

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2019 определение Арбитражного суда Кемеровской области от 24.07.2019  было оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 29.01.2020 определение Арбитражного суда Кемеровской области от 24.07.2019   и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2019  оставлены без изменения. 

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 04.10.2019 признана недействительной сделкой договор об отступном от 18.04.2017, заключенный между должником и ФИО6, город Кемерово, применены последствия недействительности сделки, на ФИО6 возложена обязанность возвратить в конкурсную массу должника ФИО3 1/3 доли в праве общей долевой собственности на склад, 1-этажный, общей площадью 1130,3 кв.м., находящийся по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 42:24:0101012:554.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020 определение Арбитражного суда Кемеровской области от 04.10.2019 оставлено без изменения. 

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 20.05.2020 определение Арбитражного суда Кемеровской области от 04.10.2019 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020 оставлены без изменения.

Определением от 03.03.2020 отказано индивидуальному предпринимателю ФИО10, город Кемерово, (далее – ФИО10) в удовлетворении заявления об установлении требований и включении их в реестр  требований кредиторов ФИО3, город Кемерово по причине того, что материалы дела не содержат доказательств реальности правоотношений по обязательству, переданному ФИО10 по договору уступки права требования от 15.05.2019. При этом суд пришел к выводу, что по факту имелась лишь видимость обязательственных правоотношений.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2020 определение арбитражного суда Кемеровской области от 03.03.2020 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 29.09.2020 определение арбитражного суда Кемеровской области от 03.03.2020 и постановление Седьмого апелляционного арбитражного суда от 03.07.2020 оставлены без изменения. 

Согласно реестру требований кредиторов должника, в реестр требований кредиторов включены требования двух кредиторов (ФИО6 и АО «Россельхозбанк») в размере 7 872 449,12 рублей. Требования первой и второй очереди не установлены. Реестр требований кредиторов закрыт 30.05.2018.

В результате проведенных мероприятий по реализации имущества,  на которое может быть обращено взыскание, а также в результате оспаривания сделок должника и истребования имущества у должника, сумма денежных средств составила 4 486 082,00 руб., размер денежных средств, поступивших на расчетный счет должника, составил, 1 437 832,97 руб.

Должник в течение всей процедуры не предпринимал мер для трудоустройства. 

Согласно отчету финансового управляющего сумма судебных расходов составила 370 904,37 руб. 

Реестр требований кредиторов содержит отметки о погашении требований кредиторов третьей очереди в размере 4 102 448,26 рублей, что составляет 82,30 %  от общей суммы задолженности.

Материалами дела подтверждается, что иные источники для формирования конкурсной массы и погашения требований кредиторов отсутствуют. Доказательств обратного участвующими в деле лицами не представлено.

Вопреки доводу ФИО3 о недоказанности оснований для неприменения к нему правил об освобождении от обязательств, материалами дела подтверждается факт недобросовестного поведения должника в преддверии процедуры банкротств (сокрытие имущества посредством его отчуждения) при наличии непогашенной задолженности перед кредитором. 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что ФИО3 не  подлежит освобождению от исполнения обязательств перед кредиторами.

Вопреки доводам апелляционной жалобы о недоказанности факта заинтересованности между должником и мажоритарным кредитором, в определении от 04.10.2019 установлено, что сторона сделки (ФИО6,) должна была знать об обстоятельствах совершения сделки должником с нарушением принципов гражданского права и за пределами осуществления гражданских прав, не могла не знать о том, что предметом договора об отступном является несуществующее право требования ФИО6 к ФИО3, что нельзя признать добросовестным поведением. Давая оценку подписанию договора об отступном от 18.04.2017 должником и ФИО6 в отсутствие денежного обязательства, которое могло быть прекращено путем предоставления отступного, суд установил, что такая сделка была совершена сторонами исключительно в целях причинения вреда кредиторам, повлекла выбытие имущества, которое могло быть включено в конкурсную массу и за счет которого могло быть осуществлено погашение требований кредиторов, размер вреда составляет стоимость отчужденного на основании безвозмездного договора имущества. 

Между тем участие в таких сделках не свойственно незаинтересованным лицам.

На стороны подвергаемой сомнению сделки, не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, и именно они должны в ходе судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки и реальность соответствующих хозяйственных операций, направленных на достижение непротиворечащей закону цели (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647 (1), № 306-ЭС16-17647(7), от 25.05.2017 № 306-ЭС16-19749, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 28.04.2017 № 305-ЭС16-19572, от 26.04.2017 № 306-КГ16-13687).

Применение к аффилированным лицам наиболее высокого стандарта доказывания собственных доводов обусловлено общностью их экономических интересов, как правило, противоположных интересам иных конкурирующих за конкурсную массу должника независимых кредиторов, что предопределяет значительную вероятность внешне безупречного оформления документов, имитирующих хозяйственные связи либо не отражающих истинное существо обязательства, достоверность которых иным лицам, вовлеченным в правоотношения несостоятельности, крайне сложно опровергнуть.

Любой независимый участник гражданских правоотношений, действующий разумно и осмотрительно воздержался бы от совершения подобных сделок. Соответственно, выводы суда первой инстанции от том, что ФИО11 не относится к независимым кредиторам, являются верными.

Таким образом, доводы заявителя апелляционной жалобы направлены на иную оценку установленных судом обстоятельств. Оснований для переоценки представленных доказательств и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Поскольку ФИО3 не опровергнуты выводы суда первой инстанции, оснований для отмены определения суда, а равно принятия доводов апелляционной жалобы, у апелляционного суда не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, частью 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 30.05.2022 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-10256/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3  – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области. 

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

 

Председательствующий                                                                   Е.В. Кудряшева

 

Судьи                                                                                                 В.С. Дубовик

 

                                                                                                            ФИО1