ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело №А65-5821/2017

г. Самара

15 марта 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 марта 2019 года.

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Селиверстовой Н.А., судей Мальцева Н.А., Серовой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ПАО «Татфондбанк» ГК «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО2 по доверенности 04.04.2018,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале №7 апелляционную жалобу ООО «ПСО «Казань» (11АП-233/2019),

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 декабря 2018 года об удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника к ООО «ПСО «Казань» об оспаривании сделки должника по делу №А65-5821/2017 (судья Шакурова К.Н.) о несостоятельности (банкротстве) ПАО «Татфондбанк» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.04.2017 публичное акционерное общество «Татфондбанк», г. Казань, (далее - должник) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов»; прекращены полномочия временной администрации.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 22.04.2017 № 71.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 20 декабря 2017 (сдано в почтовое отделение 15.12.2017, почтовый конверт л.д.68 том 1) поступило заявление конкурсного управляющего ПАО «Татфондбанк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о признании Дополнительного соглашения №1 от 31.05.2016 к договору поручительства №29/15-2 от 31.12.2015 и Дополнительного соглашения №4 от 30.06.2016 к договору поручительства №КК 29/15-2 от 31.12.2015, недействительными   и   применении   последствия   недействительности   сделок   в   виде восстановления прав по договору поручительства ПАО «Татфондбанк» и обязанности поручителя ООО «ПСО Казань» по договору поручительства.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.12.2017 заявление принято к производству, к участию в деле третьим лицом привлечено ООО «Ягодинская слобода», г. Казань.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.12.2018 по делу №А65-5821/2017 дополнительное соглашение №1 от 31.05.2016 к договору поручительства №КК 29/15-2 от 31.12.2015 и дополнительное соглашение №4 от 30.06.2016 к договору поручительства №КК 29/15-2 от 31.12.2015 признаны недействительными сделками и применены последствия недействительности сделок в виде восстановления прав по договору поручительства ПАО «Татфондбанк» и обязанности поручителя ООО «ПСО Казань» по договору поручительства.

Не согласившись с указанным судебным актом, ООО «ПСО «Казань» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2019 апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению на 14.03.2019.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ПАО «Татфондбанк» ГК «Агентство по страхованию вкладов» с апелляционной жалобой не согласился.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.12.2018 по делу №А65-5821/2017, исходя из нижеследующего.

Из материалов дела усматривается, что между ООО «ПСО «Казань» (поручителем) и Банком (кредитором) заключен договор поручительства № КК 29/15-2 от 31.12.2015  в обеспечение исполнения обязательств третьего лица ООО «Ягодинская слобода» (заемщик) по кредитным договорам № КО 32/11 от 20.07.2011, № КК 05/12 от 16.02.2012, № КК 27/13 от 30.12.2013, № КК 05/15 от 10.04.2015, № КК 28/15 от 10.11.2015, № КК 29/15 от 3.12.2015.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.06.2017  по делу №А65-5985/2017 в отношении ООО «Ягодинская слобода» введена процедура наблюдения.

Определением  Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.09.2017 по  вышеуказанному делу требования Банка в размере 472 317 615 руб. 05 коп. признаны обоснованными и включены в реестр требований ООО «Ягодинская слобода», из них 454 104 822 рублей 40 копеек долга, 18 212 792 рублей 65 копеек процентов по кредиту.

Вступившим в законную силу  определением  от 14.12.2017 по данному  делу признаны недействительными сделки, в том числе соглашение от 02.12.2016 о расторжении договора поручительства №КК 29/15-2 от 31.12.2015 по обязательствам ООО «Ягодинская слобода», заключенное между публичным акционерным обществом «Татфондбанк» и  обществом с ограниченной ответственностью «Производственно – строительное объединение «Казань». Применены последствия недействительности сделок. Восстановлено обязательство общества с ограниченной ответственностью «Производственно – строительное объединение «Казань», как поручителя по договору поручительства №КК 29/15-2 от 31.12.2015, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Производственно – строительное объединение «Казань», г. Казань, и публичным акционерным обществом «Татфондбанк».

31.05.2016  между Банком в лице директора Департамента крупного бизнеса и проектного финансирования ФИО3 и ООО «ПСО Казань» заключено дополнительное соглашение №1 к договору поручительства № КК 29/15-2 от 31.12.2015, согласно условий которого, объем обязательств поручителя ограничивается суммой в размере 210 006 686 руб. 73 коп.

30.06.2016  между Банком в лице директора Департамента крупного бизнеса и проектного финансирования ФИО3 и ООО «ПСО Казань» заключено дополнительное соглашение №4 к договору поручительства № КК 29/15-2 от 31.12.2015 (л.д. 12 том 1), согласно которого объем обязательств поручителя ограничивается суммой в размере 110 006 686 руб. 73 коп.

Конкурсный управляющий должника оспаривает  дополнительные соглашения №1 от 31.05.2016  и №4 от 30 июня 2016   по основаниям, предусмотренным  статьей  174 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также положениями ч. 1 ст. 61.2 Федерального закона Российской Федерации «О несостоятельности (банкротстве)»(далее - Закон о банкротстве).

Оценив представленные сторонами доказательства с позиций статьи 71 АПК РФ, руководствуясь статьями 10, 174 (пункт 2) ГК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности наличия совокупности обстоятельств, свидетельствующих о недействительности оспариваемых сделок, поскольку в результате заключения спорных соглашений к договору поручительства невозможно удовлетворить требования Банка как кредитора за счет имущества поручителя в объеме задолженности, включенной в реестр требований кредиторов основного заемщика, третьего лица. Данные сделки по уменьшению объема обязательств обеспечительного договора не направлены на реализацию нормальных экономических интересов банка, что свидетельствует о явном ущербе интересам должника. О том, что заключение дополнительных соглашений влечет причинение имущественного вреда как должнику, так и его кредиторам, ПАО «Татфондбанк» и ООО «ПСО Казань» не могли не знать при отсутствии замены данной обеспечительной сделки каким – либо иным обеспечением или иного встречного предоставления. Достоверных доказательств экономической целесообразности для должника заключения дополнительных соглашений к договору поручительства в материалы дела не представлено. Соглашения не могли быть совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности, поскольку само по себе уменьшение объема обязательств поручительства, обеспечивающего исполнение кредитного обязательства, может привести к утрате и уменьшению возможности получения надлежащего исполнения по кредитному обязательству заемщика.

Суд апелляционной инстанции оснований для отмены обжалуемого определения и удовлетворения апелляционной жалобы не усматривает.

Согласно пункту 1 статьи 189.90 Закона о банкротстве сделка, совершенная кредитной организацией или иным лицом за ее счет, может быть признана арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве кредитной организации, недействительной по заявлению конкурсного управляющего в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом. К оспариванию таких сделок применяются правила, предусмотренные пунктами 1 - 10 статьи 189.40 настоящего Федерального закона.

В соответствии со статьями 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с пунктом 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в его интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам юридического лица.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях; при этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (часть 1 статьи 167 ГК РФ).

Предметом настоящего обособленного спора является действительность дополнительного соглашения №1 от 31.05.2016 к договору поручительства №КК 29/15-2 от 31.12.2015 и дополнительное соглашение №4 от 30.06.2016 к договору поручительства №КК 29/15-2 от 31.12.2015,  ограничивающие   объем обязательств   поручителя (ответчика).

Судебная коллегия отмечает, что поведение кредитора, отказывающегося от обеспечения по обязательству, в том числе в части,   влечет существенное снижение гарантий возврата долга, должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности подобных действий. Такой участник оборота должен осознавать, что  такая сделка с высокой степенью вероятности может нарушать права и законные интересы (причинить ущерб), как самого контрагента по такой сделке, так и его кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение своих требований за счет пополнения конкурсной массы (активов) посредством возврата долга. Учитывая, что в результате подобной сделки лицо, освобожденное от обеспечительного бремени,  в том числе в части, получает существенную нетипичную выгоду (которую бы оно никогда не получило при нормальном развитии отношений), на него подлежит возложению риск последующего скорого банкротства контрагента, заключающийся в оспаривании соответствующей сделки.

Отклонение поведения Банка от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав указывает на сомнительность отмены обеспечительного обязательства в части, что должен был понимать поручитель в отсутствие погашения обеспеченного поручительством обязательства перед банком.

В данном случае приведенные выше сомнения в добросовестности ответчика должны истолковываться в пользу заявителя требования и перелагать бремя процессуальной активности на другую сторону, которая становится обязанной раскрыть добросовестный характер мотивов своего поведения и наличие у сделки по отмене обеспечительного обязательства в части,  разумных экономических оснований (указанная правовая позиция изложена в определении Верховного суда Российской Федерации от 23.08.2018 N 301-ЭС17-7613(3).

Однако таких мотивов и экономического обоснования ответчиком раскрыто не было.

Установив обстоятельства, свидетельствующие о допущении злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ), о совершении оспариваемой сделки в ущерб интересам должника на заведомо и значительно невыгодных условиях, об осведомленности ответчика об указанных обстоятельствах (пункт 2 статьи 174 ГК РФ), суд первой инстанции  пришел к правомерному выводу о наличии оснований для признания  оспариваемых сделок недействительными.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа  от 21 февраля 2019  N Ф06-23797/2017.

Как разъяснено в абзаце шестом пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона о несостоятельности (банкротстве)" (далее по тексту - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63), сделки, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции о наличии совокупности условий  для признания сделок недействительными на основании пункта 1 стать 61.2 Закона о банкротстве является неверным, однако это обстоятельство не привело к принятию неправильного судебного акта.

При оценке сделок на предмет недействительности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  судебная коллегия исходит из следующего.

Согласно пункту 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (абзац первый).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица либо совершена при наличии следующего условия (абзац второй): стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок (абзац третий).

Оспариваемые сделки совершены должником в мае и июне  2016 года, то есть подпадают под оспаривание  по срокам их заключения по пункту 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, пункт 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с разъяснениями пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Таким образом, исходя из вышеизложенных разъяснений Пленума ВАС РФ наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов является обязательным условием для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве (пункт 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63).

В свою очередь, для установления цели причинения вреда имущественным правам кредиторов необходимо одновременное наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника и наличие хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63).

Применительно к изложенным разъяснениям конкурсным управляющим  не доказана совокупность условий, достаточных для признания недействительными: дополнительного соглашения №1 от 31.05.2016 к договору поручительства №КК 29/15-2 от 31.12.2015 и дополнительное соглашение №4 от 30.06.2016 к договору поручительства №КК 29/15-2 от 31.12.2015.

В апелляционной жалобе ООО «ПСО «Казань»  выражает несогласие с принятым судебным актом указывая на то, что из буквального толкования оспариваемых соглашений следует, что они являются не самостоятельными сделками, а прежде всего своими условиями дополняют договор поручительства.

Этот довод судебной коллегией отклоняется, как  не соответствующий статье 153 ГК РФ, поскольку подписание указанных дополнительных соглашений, с учетом их предмета, привело к изменению прав и обязанностей сторон по ранее заключенному договору поручительства, уменьшению объема ответственности ответчика  как поручителя.

Указание ответчика в апелляционной жалобе на  то, что его предпринимательская деятельность экономически не связана  с  деятельностью ООО «Ягодинская слобода», а представленное поручительство выходит за рамки его обычной хозяйственной деятельности   судебной коллегией отклоняется.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как указано в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Таким образом, названные нормы права требуют от участников гражданского оборота придерживаться определенного стандарта поведения. Это необходимо для достижения в гражданском обороте стабильности и правовой определенности. Одним из средств достижения правовой определенности является эстоппель, который препятствует недобросовестному лицу изменять свою первоначальную позицию, выбранную ранее модель поведения и отношения к определенным юридическим фактам и тем самым вносит определенную конкретность в правоотношения.

До обращения конкурсного управляющего должника в арбитражный суд с соответствующим заявлением об оспаривании сделок, обстоятельства заключенного договора поручительства и дополнительных соглашений к нему ООО «ПСО «Казань» под сомнения не ставились.

Арбитражный апелляционный суд доводы заявителя жалобы (аналогичные заявленным в первой инстанции возражениям на заявление) отклоняет по вышеизложенным основаниям и считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, содержащиеся в нем выводы, соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2019 удовлетворено ходатайство ООО «ПСО «Казань»  предоставить отсрочку уплаты государственной пошлины до вынесения судебного акта по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.

На основании ст. 110 АПК РФ и ст. 333.40 НК РФ суд взыскивает с ООО «ПСО «Казань» в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 декабря 2018 года об удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника к ООО «ПСО «Казань» об оспаривании сделки должника по делу №А65-5821/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Взыскать с ООО «ПСО «Казань» в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок.

 

Председательствующий                                                                         Н.А. Селиверстова

 

Судьи                                                                                                       Е.А. Серова

 

Н.А. Мальцев