АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-48573/2021

г. Краснодар

27 декабря 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 декабря 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 декабря 2022 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Сороколетовой Н.А., судей Андреевой Е.В. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном заседании финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 (до перерыва), от ФИО1 – ФИО3 (доверенность от 21.11.2022; до перерыва), от ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 29.04.2022), ФИО6 (доверенность от 28.10.2022), ФИО7 (доверенность от 22.02.2022), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО4 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2022 по делу № А32-48573/2021, установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник) финансовый управляющий должника ФИО2 (далее – финансовый управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Транспортно-Дорожная компания» (далее – ООО «ТДК») от 30.03.2018, заключенного должником и ФИО4 (далее – ответчик), применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу (с учетом уточнения первоначально заявленного требования, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее  – Кодекс).

Определением суда от 03.06.2022 ходатайство заявителя об уточнении требований удовлетворено; отказано в удовлетворении ходатайств об объявлении перерыва в судебном заседании, о пропуске срока исковой давности, о привлечении кредиторов ФИО8 и ФИО9 к участию в деле в качестве третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования; в удовлетворении заявленных требований отказано; распределены судебные расходы. 

Постановлением суда апелляционной инстанции 20.10.2022 определение суда от 03.06.2022 отменено в части отказа в удовлетворении заявления финансового управляющего об оспаривании сделки должника и распределении судебных расходов. Договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «ТДК» (ИНН 

<

***>,                     ОГРН 

<

***>) от 30.03.2018, заключенный должником и ответчиком признан недействительной сделкой; применены последствия недействительности сделки: восстановлена доля ФИО1 в размере 100% в уставном капитале ООО «ТДК»; восстановлено право требования ФИО4 к должнику в сумме 20 тыс. рублей. Распределены судебные расходы.

В кассационной жалобе ответчик просит постановление суда апелляционной инстанции от 20.10.2022 отменить, оставить в силе определение суда от 03.06.2022. Податель жалобы указывает, что признание сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве недопустимо, ввиду совершения сделки в течение более трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом; ответчик не знал о наличии у должника признаков неплатежеспособности; у должника имеется имущество, необходимое для покрытия расходов в процедуре; финансовый управляющий приводит доводы о недействительности сделки, которые не выходят за пределы оснований, установленных специальными нормами Закона о банкротстве; оспариваемый договор не обладает признаками мнимой сделки, отсутствуют доказательства того, что стороны действовали без намерения создать соответствующие такой сделке правовые последствия. 

В отзыве на кассационную жалобу, и дополнении к нему финансовый управляющий возразил против приведенных доводов, просил постановление суда апелляционной инстанции оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Аналогичная правовая позиция изложена в отзыве должника.

В судебном заседании представители ФИО4 поддержали доводы кассационной жалобы, просили обжалуемый судебный акт отменить, кассационную жалобу – удовлетворить.

Финансовый управляющий и представитель ФИО1 возражали против доводов жалобы, просили судебный акт апелляционного суда оставить в силе.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Кодекса объявлялся перерыв.

После перерыва представители ФИО4 придерживались ранее занятой правовой позиции.

Финансовый управляющий заявил ходатайство об отложении судебного заседания в связи с невозможностью обеспечения явки в заседание после объявленного перерыва.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, обсудив заявленное ходатайство об отложении рассмотрения кассационной жалобы, не находит оснований для его удовлетворения, поскольку в силу статьи 286 Кодекса арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе. При рассмотрении дела арбитражный суд кассационной инстанции проверяет, соответствуют ли выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Согласно части 3 статьи 284 Кодекса неявка в судебное заседание арбитражного суда кассационной инстанции лица, подавшего кассационную жалобу, и других лиц, участвующих в деле, не может служить препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие, если они были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства.

Таким образом, нормы Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не требуют обязательного присутствия участвующих в деле лиц в суде кассационной инстанции.

Финансовый управляющий извещен о судебном заседании на 20.12.2022, что подтверждается его участием до объявления перерыва в судебном заседании, а также содержанием его ходатайства. Новые доказательства по делу суд кассационной инстанции в силу названных норм закона принимать и исследовать не вправе. Доводы, по которым финансовый управляющий согласен с судебным актом, достаточно подробно изложены в отзыве.

При таких обстоятельствах кассационная инстанция считает, что препятствия для рассмотрения кассационной жалобы отсутствуют, и отказывает в удовлетворении ходатайства об отложении рассмотрения кассационной жалобы.

Кассационная жалоба рассмотрена на основании части 3 статьи 284 Кодекс, в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 35 вышеназванного Кодекса.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа приходит к следующему.

Как видно из материалов дела и установили суды, решением суда от 02.12.2021 в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2

В рамках процедуры реализации имущества финансовый управляющий установил, что должник (продавец) и ответчик (покупатель) заключили договор купли-продажи доли в уставном капитале общества от 30.03.2018, по условиям которого ФИО1 продала ФИО4 принадлежащую ей долю в уставном капитале ООО «ТДК». Размер, принадлежащей должнику доли в уставном капитале общества составляет 100%. Полномочие на распоряжение указанной долей в уставном капитале общества принадлежит ФИО1 и подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц от 30.03.2018. 

Согласно пункту 2 договора отчуждаемая доля в уставном капитале общества полностью оплачена, что следует из справки ООО «ТДК» от 30.03.2018 № 220.

Из пункта 3 договора усматривается, что номинальная стоимость доли общества, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 30.03.2018 составляет 20 тыс. рублей.

Стоимость доли в уставном капитале общества составляет 20 тыс. рублей. Расчет между сторонами произведен полностью во время подписания договора (пункты 5, 5.1 договора).

Согласно пункту 6 договора сторонам договора нотариус разъяснил, что соглашение о цене является существенным условием названного договора и, в случае сокрытия ими подлинной цены доли в уставном капитале общества и истинных намерений, они самостоятельно несут риск признания сделки недействительной, а также риск наступления иных отрицательных последствий.

Полагая, что договор заключен в период неплатежеспособности должника, оспариваемой сделкой причинен имущественный вред кредиторам, стоимость доли не соответствует рыночной цене, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии пороков выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки (пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ                           «О несостоятельности (банкротстве)», далее – Закон о банкротстве), выхода оспариваемой сделки за глубину ее проверки, составляющей в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом, недоказанности на момент совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, а также причинения оспариваемой сделкой вреда кредиторам, заинтересованности сторон сделки.

Отменяя судебный акт первой инстанции, и удовлетворяя заявленные требования, апелляционный суд не согласился с выводами суда первой инстанции, признал их ошибочными, исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», пункт 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"»). Однако в данных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

К числу ничтожных относятся мнимые сделки, то есть сделки, совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения. Действительный смысл мнимой сделки суд устанавливает путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Принимая во внимание, что заявление о признании должника банкротом принято к производству 22.10.2021, суд обоснованно указал, что оспариваемый договор купли-продажи от 30.03.2018 заключен по прошествии 3 лет 6 месяцев, т.е. за периодом подозрительности, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о признании  оспариваемой сделки недействительной по общегражданским основаниям, приняв во внимание протокол допроса ФИО10 (супруга ответчика) от 20.06.2022, проведенного временно исполняющим обязанности нотариуса Краснодарского нотариального округа в порядке обеспечения доказательств в суде, из которого следует, что должник и ответчик устно договорились о стоимости доли в уставном капитале общества в размере 100 млн рублей, однако совершили сделку на иных условиях, с целью сокрытия реальной стоимости сделки. Таким образом, сделка, которую имели ввиду стороны и соглашение об увеличении стоимости доли в уставном капитале до 100 млн рублей нотариально не удостоверена и совершена с пороком формы сделки.

При рассмотрении довода финансового управляющего о несоответствии цены доли в уставном капитале общества, установленной в договоре, ее рыночной стоимости, проанализировав заключение специалиста ООО «ЭкспертГрупп» от 28.07.2022                         № 049-З/2022, согласно которому рыночная стоимость доли в уставном капитале                    ООО «ТДК» по состоянию на 30.03.2018 составила 112 482 тыс. рублей; справку                   ООО «ЭкспертГрупп» от 13.07.2022 № 045-С/2022, согласной которой рыночная стоимость доли в уставном капитале ООО «ТДК» по состоянию на 30.03.2018 составила 112 473 тыс. рублей; бухгалтерскую отчетность за 2017 – 2021 годы ООО «ТДК», согласно которой балансовая стоимость имущества (предприятия) по итогам 2017 года (последний отчетный период, предшествующий дате оспариваемой сделки) составила 211 976 тыс. рублей; выписку из книги регистрации Гостехнадзором транспортных средств, зарегистрированных и снятых с учета на территории Краснодарского края по состоянию на 02.08.2022, апелляционный суд пришел к выводу о занижении рыночной стоимости оспариваемой сделки, приняв во внимание, что ООО «ТДК» являлось действующим предприятием.

Суд апелляционной инстанции отметил, что владение доли в уставном капитале ООО «ТДК» и доход, получаемый от деятельности общества являлся основным источником дохода должника, в связи с чем цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, поскольку в результате совершения сделки должник стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, сделка совершена фактически безвозмездно в отношении заинтересованного лица.

Учитывая, что производство ООО «ТДК» расположено на земельном участке, принадлежащем должнику, часть техники находилось в пользовании ООО «ТДК», апелляционный суд указал на сохранение контроля должника над производственной деятельностью предприятия.

На основании изложенного, установив отсутствие у ответчика финансовой возможности для выплаты 100 млн рублей, несоответствие условий договора рыночной стоимости доли в уставном капитале ООО «ТДК», наличие на момент совершения сделки просроченной задолженности перед кредиторами, заключение договора с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, апелляционный суд пришел к выводу о том, что оспариваемая сделка имеет пороки, выходящие за пределы дефектов сделок с предпочтением и подозрительных сделок, является мнимой, совершена при злоупотреблении правом со стороны взаимозависимых лиц, в связи с чем подлежит признанию недействительной.

Между тем суд апелляционной инстанции не учел следующее.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки. Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В данном случае судами установлено, что настоящее дело о банкротстве ФИО1 возбуждено 22.10.2021, а оспариваемый договор заключен 30.03.2018, то есть за пределами трехгодичного периода подозрительности, установленного пунктом 2                  статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем проверка этой сделки на предмет ее соответствия приведенной специальной норме не представляется возможной.

В силу изложенного заявление по данному обособленному спору могло быть удовлетворено на основании статьи 10 Гражданского кодекса только в том случае, если доказано наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 № 305-ЭС18-18386(3), от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149(10-14) и др.).

Суд апелляционной инстанции, применив к спорному правоотношению статью 10 Гражданского кодекса, указал, что совершение сделки произошло на заведомо и значительно невыгодных условиях.

Правонарушение, заключающееся в необоснованном принятии должником дополнительных долговых обязательств и (или) в необоснованной передаче им имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, является основанием для признания соответствующих сделок недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 Гражданского кодекса исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения. В рассматриваемом случае в обоснование вывода о недействительности сделки суд указал на то, что эта сделка заключена за пределами дозволенного гражданским правом правомочий и в нарушение статьи 170 Гражданского кодекса.

Вместе с тем, вмененные ответчику нарушения, в частности совершение сделки в условиях неплатежеспособности должника в пользу заинтересованного лица в отсутствие равноценного встречного предоставления, чем причинен вред имущественным правам кредиторов должника, в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, нарушающим права кредиторов.

С учетом изложенного вопреки выводам суда апелляционной инстанции оснований для применения к спорным отношениям статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса не имелось.

Как верно отметил суд первой инстанции, приведенные финансовым управляющим обстоятельства исходя из заявленных им фактических оснований для оспаривания сделки не выходят за пределы дефектов подозрительных сделок, в связи с чем не могут быть расценены в качестве оснований для признания спорной сделки недействительной по предусмотренному статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса основанию с учетом названных правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации.

С учетом изложенного суд первой инстанции, правомерно отказал финансовому управляющему в признании оспариваемой сделки недействительной.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы суда первой инстанции основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют установленным им фактическим обстоятельствам.

В силу статьи 287 Кодекса по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает, обжалуемое постановление подлежащим отмене, с оставлением в силе определения суда первой инстанции.

Принимая во внимание, что настоящим постановлением оканчивается производство по поданной кассационной жалобе, судебная коллегия окружного суда полагает необходимым указать на отмену приостановления исполнения постановления Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2022 по делу № А32-48573/2021, принятое определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20.10.2022 по данному делу. 

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы составляет 3000 рублей.

Расходы ФИО4 по уплате государственной пошлины, понесенные при подаче кассационной жалобы, относятся на ФИО1 по правилам статьи 110 Кодекса.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2022 по делу                  № А32-48573/2021 отменить, определение Арбитражного суда Краснодарского края                от 03.06.2022 по данному делу оставить в силе.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО4 расходы по уплате государственной пошлины в размере 3000 рублей             за рассмотрение кассационной жалобы.

Отменить приостановление исполнения постановления Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2022 по делу № А32-48573/2021, принятое определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20.10.2022.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий     Н.А. Сороколетова 

Судьи     Е.В. Андреева 

     Е.Г. Соловьев