Арбитражный суд Челябинской области 

ул. Воровского, д. 2, г. Челябинск, 454000,

www.chelarbitr.ru 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-7056/2024

11 июля 2024 года

г. Челябинск

Резолютивная часть решения объявлена 11 июля 2024 года.

Решение в полном объеме изготовлено 11 июля 2024 года.

Арбитражный суд Челябинской области в составе судьи Свечникова А.П.,  при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шевченко Е.О., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью Научно-производственное объединение «Энергопром» к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 29 по Челябинской области, при участии в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области, о признании частично недействительным решения № 7 от 09.10.2023 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, 

при участии в судебном заседании представителей: от заявителя – ФИО1 (доверенность от 14.11.2023, диплом от 22.06.2018, паспорт РФ), от ответчика – ФИО2 (доверенность от 17.05.2024, служебное удостоверение), ФИО3 (доверенность от 09.02.2024, диплом от 30.10.2001, служебное удостоверение), ФИО4 (доверенность от 07.11.2023, диплом от 05.05.1996, служебное удостоверение), от третьего лица – ФИО4 (доверенность от 19.12.2023, диплом от 05.05.1996, служебное удостоверение);  

У С Т А Н О В И Л :

общество с ограниченной ответственностью Научно-производственное объединение «Энергопром» (далее – заявитель, налогоплательщик, общество, ООО НПО «Энергопром») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 29 по Челябинской области (далее – ответчик, налоговый орган, инспекция) о признании недействительным решения № 7 от 09.10.2023 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части: 

- доначисления НДС в размере 7 820 455 руб., привлечения к ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере 93 141 руб. 15 коп.,

- доначисления налога на прибыль в размере 7 249 248 руб., привлечения к ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере 181 231 руб. 20 коп.

К участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Челябинской области (далее – третье лицо, управление).

В обоснование доводов заявления его податель сослался на то, что налоговый орган не представил доказательств отсутствия реальных хозяйственных операции между Обществом и спорными контрагентами, в связи с которыми заявлено право на налоговую выгоду. Обществом проявлена должная осмотрительность при  заключении  договоров  со спорными  контрагентами,  проведена работа по проверке реальности, надежности контрагентов. Заявитель не согласен с выводами налогового органа о наличии у Общества обязанности по согласованию с Заказчиками привлечения к выполнению работ иных субподрядных организаций. Договоры не содержат обязанность ООО НПО «Энергопром» указывать наименования субподрядных организаций. Представители заказчика удовлетворены  качеством  и сроками выполняемых ООО НПО «Энергопром» работ и не требовали письменных уведомлений о раскрытии субподрядчиков, все субподрядные работы контролировались генеральным подрядчиком. Поскольку Общество являлось генеральным подрядчиком, то только Общество было уполномочено решать организационные  вопросы с  Заказчиками. Факты оформления пропусков именно Обществом не влекут выводов о том, что все сотрудники осуществляли трудовую деятельность в ООО НПО «Энергопром». При этом, физические лица допрошены инспекцией не были. 

Инспекцией представлен отзыв, в котором его податель ссылается на то, что по результатам выездной налоговой проверки сделан вывод о том, что Обществом умышленно создан формальный документооборот со спорными контрагентами с целью создания видимости реальных взаимоотношений и незаконного получения налоговой экономии. Реальность сделок по поставке товара отсутствовала, а работы выполнены силами самого налогоплательщика либо физических лиц в отсутствие оформления договорных отношений. 

В судебном заседании представитель налогоплательщика поддержал доводы заявления по изложенным в нем основаниям, просил заявленные требования удовлетворить. 

Представители инспекции и управления в судебном заседании против доводов заявления возражали, просили в удовлетворении заявленных требований отказать. 

Заслушав пояснения представителей лица, участвующего в деле и исследовав материалы дела, арбитражный суд в ходе судебного разбирательства установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами участвующими в деле, инспекцией проведена выездная налоговая проверка налогоплательщика по вопросам соблюдения законодательства о налогах и сборах за период с 01.01.2019 по 31.12.2021, по результатам которой составлен акт № 2 от 16.08.2023 и, с учетом письменных возражений, вынесено решение № 7 от 09.10.2023 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которого налогоплательщик привлечен к ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ за неполную уплату НДС и налога на прибыль организаций, по п. 1 ст. 126 НК РФ за непредставление в установленный срок документов, по п. 1 ст. 126.1 НК РФ за представление документов, содержащих недостоверные сведения, по ст. 123 НК РФ за неправомерное неперечисление в установленный срок НДФЛ подлежащего удержанию и перечислению налоговым агентом, в виде штрафов в общей сумме 288 137,40 руб., налогоплательщику предложено уплатить НДС в размере 7 820 455 руб., налог на прибыль в размере 7 249 248 руб., НДФЛ в размере 86 316 руб. (с учетом решения от 06.12.2023 № 7/1 о внесении изменений в решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения).

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области № 16-07/000392@ от 29.01.2024, вынесенным по результатам рассмотрения апелляционной жалобы налогоплательщика, оспоренное решение инспекции утверждено.

Не согласившись с вынесенным решением инспекции в оспоренной части, налогоплательщик обратился в арбитражный суд.

Исследовав представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. 

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для его вынесения возлагается на орган, принявший этот ненормативный правовой акт (ч. 5 ст. 200 АПК РФ). 

Нормой п. 1 ст. 45 НК РФ установлено, что налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах. Обязанность по уплате налога должна быть выполнена в срок, установленный законодательством о налогах и сборах.

Надлежащее исполнение обязанности по уплате налога обеспечивается пенями, рассчитываемыми в соответствии со ст. 75 НК РФ.

В силу п. 1 ст. 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налогового правонарушения, предусмотренного ст. 129.3 НК РФ, влечет взыскание штрафа в размере 20% от неуплаченной суммы налога (сбора).

Деяния, предусмотренные п. 1 ст. 122 НК РФ, совершенные умышленно, влекут взыскание штрафа в размере 40% от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов) (п. 3 ст. 122 НК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в ст. 270 НК РФ).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных ст. 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором).

Согласно п. 2 ст. 252 НК РФ расходы в зависимости от их характера, а также условий осуществления и направлений деятельности налогоплательщика подразделяются на расходы, связанные с производством и реализацией, и внереализационные расходы.

Нормой ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ предусмотрено, что каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Таким образом, при решении вопроса о возможности принятия к учету расходов в целях исчисления налога на прибыль необходимо исходить из реальности этих расходов, произведенных для приобретения товаров (работ, услуг), экономической оправданности их несения, их надлежащего документального подтверждения и взаимосвязи расходов с осуществлением предпринимательской деятельности налогоплательщика.

В соответствии со ст. 146 НК РФ объектом налогообложения по налогу на добавленную стоимость признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации. Сумма налога исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы.

Согласно п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные ст. 171 НК РФ налоговые вычеты.

В силу п. 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога.

В соответствии со ст. 169 НК РФ документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету, является счет-фактура. При этом сведения, содержащиеся в счете-фактуре, предусмотренные п. 5 ст. 169 НК РФ, должны быть достоверны. Счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного п.п. 5 и 6 указанной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Таким образом, налогоплательщик имеет право на осуществление налогового вычета (возмещение) налога на добавленную стоимость при одновременном существовании следующих условий: наличие счета-фактуры, оформленного в соответствии с императивными требованиями ст. 169 НК РФ; принятие товара (работ, услуг) к своему учету на основании первичных учетных документов.

Обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике-покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

Исходя из положений гл. 21 НК РФ право на вычет НДС может быть реализовано при условии четкой идентификации реального поставщика товара (работы, услуги).

Предъявляя к вычету НДС по операциям с контрагентом, налогоплательщик должен доказать как факт реального приобретения товара (работ, услуг), так и то, что товары поставлены (работы выполнены, услуги оказаны) непосредственно тем контрагентом, который заявлен в представленных в налоговый орган документах.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 20.02.2001 № 3-П и в определениях от 25.07.01 № 138-О, от 08.04.04 № 168-О и № 169-О, право на возмещение НДС из бюджета предоставлено добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат по уплате налога поставщикам товаров (работ, услуг). 

Налогоплательщик, использующий указанное право в противоречии с его назначением, то есть злоупотребляющий им, не может рассчитывать на такую же судебную защиту этого права, как добросовестный налогоплательщик. 

Избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением налогоплательщика, не совместимым с положениями ст. 3 НК РФ, поскольку приводит к возникновению у лица, обязанного к уплате налога, неоправданного преимущества по сравнению с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.

Нормой п. 1 ст. 54.1 НК РФ предусмотрен запрет уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с п. 2 ст. 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных п. 1 указанной статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих двух условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 следует, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Документы, представляемые налогоплательщиком в подтверждение налоговых выгод, должны отвечать установленным законом требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые, в том числе налоговые, последствия.

В налоговых правоотношениях недопустима фикция, которая позволяла бы недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, и искусственной юридической конструкции создавать ситуацию формального наличия права на получение налоговых выгод путем представления документов, оформляющих номинальное движение и реализацию товара (работ, услуг) (в том числе прикрытием получения товара (работ, услуг) неустановленного происхождения от номинального контрагента).

Сделки в обход налогового закона подразумевают действия, имеющие целью сознательное создание налогоплательщиками определенного фактического состава (или же воздержание от его создания) с целью обеспечить по отношению к себе действие одного правового предписания и (или) не допустить действие другого.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п. 3 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

О необоснованной налоговой выгоде могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами выводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида работ также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился и не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета (п. 5 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53). 

Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (п. 9 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

Взаимодействие налогоплательщика с юридическими лицами, которые не осуществляют реальной экономической деятельности, направленное на получение необоснованной налоговой выгоды, может служить основанием для доначисления сумм налогов по результатам налоговой проверки, если такие контрагенты в действительности не имели возможности исполнить сделку перед налогоплательщиком (п. 4 Обзора практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой выгоды, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.12.2023).

Из Определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-О, от 04.11.2004 № 324-О, от 16.11.2006 № 467-О  следует, что оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок. Заключенные сделки должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

При обнаружении признаков фиктивности сделок, направленности их на уход от налогов, необходимо выявлять, нет ли в поведении налогоплательщика признаков недобросовестного поведения. Внешним признаком такого поведения может служить, в частности, причинно-следственная зависимость между бездействием поставщика, не уплатившего НДС в бюджет, и требованиями налогоплательщика о возмещении из бюджета средств НДС. Таким образом, НДС от организаций-поставщиков не поступает в федеральный бюджет, а покупатель же требует зачесть НДС, фактически отсутствующий в бюджете.

Соответственно, помимо формальных требований, установленных ст.ст. 169, 171, 172 НК РФ, условием признания налоговой выгоды обоснованной является реальность хозяйственной операции: совершение и исполнение сделки конкретным контрагентом (содержательный аспект сделки) и отражение сделки в соответствии с подлинным экономическом смыслом хозяйственной операции, учет которой обусловливает получение налоговой выгоды.

Таким образом, реальность хозяйственной операции определяется не только фактическим движением товара (оказанием услуг), но и реальностью исполнения договора именно заявленным контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным контрагентом.

Как указано в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2017 № 302-КГ17-19438 и от 14.12.2017 № 304-КГ17-18401, анализ положений гл. 21 НК РФ в их взаимосвязи позволяет признать, что документальное обоснование права на налоговые вычеты сумм НДС, уплаченного контрагентам при приобретении товаров (работ, услуг), возлагается на налогоплательщика. У налогового органа отсутствует обязанность доказывать, какими именно лицами фактически были поставлены товары (выполнены работы, оказаны услуги), поскольку именно общество должно подтвердить реальность хозяйственных операций с конкретным контрагентом, по взаимоотношениям с которым заявлена налоговая выгода.

Основанием для вынесения решения в оспоренной части послужили выводы инспекции об умышленном создании налогоплательщиком формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды по сделкам поставки товара, выполнения работ, оказания услуг, при установленной фиктивности и нереальности указанных сделок, сопровождающихся отсутствием реальности сделок в части поставки товара и выполнением работ силами самого налогоплательщика либо физических лиц в отсутствие надлежащим образом оформленных отношений, обналичиванием и возвратностью денежных средств в распоряжение налогоплательщика.

Так, инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что ООО НПО «Энергопром» создам формальный документооборот по  приобретению  ТМЦ,  работ,  услуг  на  сумму 46  922  729,80  руб., в том числе НДС 7 820 455,00 руб., в том числе по сделкам с контрагентами:

- ООО «Стайл Групп» на сумму 36 814 976,87 руб., в том числе НДС 6 135 829,50 руб.;

- ООО «Инноком» на сумму 2 582 358,20 руб., в том числе НДС 430 393,04 руб.;

- ООО «Ферум» на сумму 1 555 274,77 руб., в том числе НДС 259 212,47 руб.;

- ООО ТСК «Универсал-Плюс» на сумму 1 513 545,98 руб., в том числе НДС 252 257,66 руб.;

- ООО «Вега» на сумму 1 447 779 руб., в том числе НДС 241 296,50 руб.;

- ООО «Универсал-Строй» на сумму 1 034 169,98 руб., в том числе НДС 172 361,66 руб.;

- ООО «Компонент» на сумму 969 325 руб., в том числе НДС 161 554,17 руб.;

- ООО АСК «Альтернатива» на сумму 600 000 руб., в том числе НДС 100 000 руб.;

- ООО «Кооперация» на сумму 405 300 руб., в том числе НДС 67 550 руб. 

Материалами налоговой проверки подтверждается, что работы выполнены непосредственно работниками ООО НПО «Энергопром» c привлечением иных граждан без официального трудоустройства, Услуги термообработки, механической обработки, транспортные услуги организациями ООО «Стайл Групп», ООО «Компонент», ООО «Вега» не оказывались, реальность товара и услуг отсутствовала. 

Данные выводы подтверждаются следующими обстоятельствами:

- по всем спорным контрагентам ООО НПО «Энергопром» установлена низкая налоговая нагрузка, отсутствие у данных контрагентов персонала, материальных ресурсов, необходимых для осуществления деятельности, отсутствие приобретения ТМЦ по цепочке контрагентов для поставки в адрес ООО НПО «Энергопром»;

- отсутствие у ООО «Компонент», ООО «Кооперация», ООО «Универсал-Строй», ООО ТСК «Универсал-Плюс», ООО АСК «Альтернатива», ООО «Ферум», ООО «Стайл Групп», ООО «Инноком», ООО «Вега» складских помещений, транспортных средств в собственности, отсутствие затрат на аренду указанного имущества, отсутствие затрат на транспортировку материалов и оборудования, необходимых для выполнения работ, свидетельствует о невозможности реального исполнения обязательств по сделке силами спорных контрагентов;

- номинальность руководителей спорных организаций;

- подконтрольность организаций ООО «Ферум», ООО «Универсал-Строй», ООО ТСК «Универсал-Плюс», ООО АСК «Альтернатива» одному лицу ФИО5 ФИО5 являлся учредителем и руководителем ООО «Универсал-Строй», ООО ТСК «Универсал-Плюс», имел доверенность от 15.04.2020, согласно которой он являлся представителем ООО АСК «Альтернатива» в любых банках. Согласно протоколу допроса ФИО6 от 01.03.2023 № 1 (руководитель и учредитель ООО «Ферум») ФИО5 предложил зарегистрировать ООО «Ферум» на ФИО6 С банковского счета ФИО5 перечисляются денежные средства на счет заместителя директора ООО НПО «Энергопром» ФИО7;

- денежные средства, поступившие на расчетные счета спорных контрагентов, сразу снимались наличными, либо перечислялись на счета физических лиц также с последующим   обналичиванием, при этом данные физические лица капитальными ремонтами, термообработкой (мехобработкой) деталей и оказанием   транспортных услуг не занимались, товар не поставляли;

- денежные средства, поступившие на расчетный счет ООО «Стайл групп» от ООО НПО «Энергопром», сразу снимались наличными директором ООО «Стайл Групп», либо обналичивались через счет супруги директора ООО «Стайл Групп» ФИО8 и также через иных проблемных контрагентов, направлялись на лицевые счета физических лиц для последующего обналичивания;

- возвратность денежных средств, перечисленных в адрес спорных контрагентов, на счета руководителей ООО НПО «Энергопром» ФИО7 и ФИО9;

- не подтверждение спорными контрагентами сделок по реализации по цепочке, а также отсутствие в бюджете источника для последующего вычета (возмещения) НДС, в том числе и для ООО НПО «Энергопром».

Согласно информационным ресурсам налоговых органов ликвидированными и исключенными их ЕГРЮЛ организациями-контрагентами были представлены «нулевые» налоговые декларации по НДС за налоговые периоды 2019, 2020 годов, а также декларации, признанные налоговыми органами непредставленными по основаниям, предусмотренным п. 4.1 ст. 80 НК РФ. Например, представление ООО «Универсал-Строй» налоговых деклараций по НДС за 1, 2 кварталы 2019 года, ООО ТСК «Универсал-Плюс» за 1 квартал 2019 года, ООО «Инноком» за 2, 3 кварталы 2020 года с «нулевыми» показателями. В цепочке поставщиков ООО АСК «Альтернатива» в связи с непредставлением декларации по НДС за 4 квартал 2019 года контрагентом ИП ФИО10 по НДС установлен «разрыв» в цепочке поставщиков ООО «Кооперация» за 1 квартал 2019 года (ООО «Константа-Сервис», ООО «Фалел»);

- частичное отсутствие расчетов между Обществом и «проблемными» контрагентами, 

- IP-адрес 78.29.12.51, используемый ООО АСК «Альтернатива» для отправки отчётности, также используется ООО «Ферум», являющимся контрагентом первого звена у ООО «Стайл Групп»;

- привлечение ООО «Стайл Групп» в качестве контрагента ООО «ЦИиКУ», в отношении которого по результатам ранее проведенной ИФНС России №15 по г.Москве выездной налоговой проверки установлены обстоятельства принадлежности к «площадке», организованной группой лиц, использующих механизм предоставления налоговых вычетов по НДС;

- непредставление ООО НПО «Энергопром» сведений о доходах сотрудников, привлеченных Обществом для выполнения работ, в том числе иностранных граждан;

- на момент заключения договоров часть спорных контрагентов не находилась по заявленным юридическим адресам; ООО «Компонент» (14.09.2020), ООО «Универсал-Строй» (06.10.2020), ООО ТСК «Универсал-Плюс» (01.12.2020), ООО АСК «Альтернатива» (12.01.2022), ООО «Кооперация» (14.01.2022), ООО «Вега» (28.04.2022), ООО «Инноком» (29.06.2023) исключены из ЕГРЮЛ как недействующие, а также в связи с наличием записей о недостоверности сведений. Индивидуальные предприниматели, на счета которых перечислялись спорными контрагентами денежные средства, также прекратили деятельность, просуществовав непродолжительный период времени;

- согласно информации, полученной от УВМ ГУ МВД России по Челябинской области, ООО НПО «Энергопром» в проверяемом периоде заключало трудовые договоры с иностранными гражданами. Спорные контрагенты для подачи уведомлений о заключении/расторжении трудовых договоров на выполнение работ с иностранными гражданами не обращались;

- согласно сведениям, представленным Службой приемки объектов капитального ремонта Министерства строительства и инфраструктуры Челябинской области, сотрудники которого принимали участие в приемке работ по капитальному строительству, спорные контрагенты им не известны. Спорные контрагенты отсутствуют в реестре квалифицированных подрядных организаций, имеющих право выполнять работы по капитальному ремонту;

- согласно приказам ответственными лицами при производстве работ назначены сотрудники ООО НПО «Энергопром», и только сотрудники ООО НПО «Энергопром» допущены для производства работ;

- согласно актам-допуска объекты принимались в ремонт НПО «Энергопром», передача объектов иным организациям не установлена;

- часть работ требовала квалифицированных знаний и наличия допусков на возможность осуществления таких работ. ООО «Стайл Групп», ООО «Ферум», ООО «Универсал-Строй», ООО ТСК «Универсал-Плюс», ООО АСК «Альтернатива», ООО «Компонент» не предоставляли соответствующие документы организациям, осуществляющим строительный контроль, следовательно, не могли исполнять такие работы на объектах. Допуск имел только сотрудник ООО НПО «Энергопром» ФИО11;

- ООО НПО «Энергопром» являлось членом саморегулируемой организации «Уральское жилищно-коммунальное строительство» (СРО), спорные контрагенты не являлись членами саморегулируемых организаций;

- согласно журналам общих работ по капитальному ремонту объектов МКД и приказам о назначении ответственными за выполнение строительно-монтажных работ установлено присутствие на объектах сотрудников ООО НПО «Энергопром», участие сотрудников иных организаций в вышеуказанных документах не установлено;

- ООО НПО «Энергопром» не информировало Заказчиков о привлечении третьих лиц (субподрядчиков) для выполнения работ;

- согласно актам-допуска (разрешениям) для производства строительно-монтажных работ на территории МКД допуск на объекты представителей спорных организаций не установлен;

- у ООО «Стайл Групп», ООО «Вега», ООО «Инноком» отсутствовали реальные поставщики ТМЦ (металлопрокат, песок формовочный, никель Н-1, ферромолибден ФМо60, ферромарганец ФМн88, марганец металлический Мн95, феррохром ФХ006,ферросилиций ФС75, смола резольная) для поставки ООО НПО «Энергопром», в то же время у ООО НПО «Энергопром» имелись реальные поставщики аналогичных ТМЦ;

- ООО «Стайл Групп», ООО «Вега» не могли оказывать транспортные услуги, услуги по термообработке (мехобработке) деталей для ООО НПО «Энергопром» ввиду отсутствия необходимого оборудования, транспортных средств, трудовых ресурсов;

- в ходе проведенных допросов ФИО12 (протокол допроса от 11.05.2023 № 1) и ФИО11 (протокол допроса от 13.02.2023 № 3) пояснили, что являются сотрудниками ООО НПО «Энергопром» и принимали участие в процессе проведения работ по ремонтам в МКД. Представителей спорных контрагентов на объектах они не видели, наименования этих организаций они не    знают и не слышали. Работы выполнялись физическими лицами в том числе, лицами из ближнего зарубежья;

- заместитель генерального директора по строительству ООО НПО «Энергопром» ФИО7 (протокол допроса от 14.02.2023 № 1) указал, что субподрядчики, которые занимались строительными и ремонтными работами на объектах в 2019-2021 годах, подчинялись ему и задания получали от него;

- согласно показаниям представителей собственников помещений в многоквартирных домах (жителей домов), ремонтные работы производились различными бригадами, которые часто менялись, собственники многоквартирных домов видели в качестве работников граждан из ближнего зарубежья. Организации ООО «Стайл Групп», ООО            «Ферум»,ООО "Универсал-Строй», ООО "УниверсалПлюс", ООО «Кооперация», ООО «Компонент» и их руководители им не известны. Текущие вопросы, связанные с проведением ремонтов, решали с ФИО12, который был сотрудником ООО НПО «Энергопром», его номер телефона и информацию о проведении работ ООО НПО «Энергопром» узнавали из объявлений, которые вывешивались в подъездах перед началом ремонтных работ;

- согласно протоколу допроса ФИО12 (протокол допроса от 11.05.2023 № 1), помимо сотрудников ООО НПО «Энергопром», ремонтами занимались бригады рабочих, поиском которых занимался лично ФИО7 - заместитель директора ООО НПО «Энергопром». Данные граждане подчинялись непосредственно сотруднику ООО НПО «Энергопром» ФИО12 и ФИО7 - заместителю директора ООО НПО «Энергопром». Именно ФИО7 обговаривал сумму оплаты и производил расчеты с бригадирами;

- согласно Журналу выдачи разовых пропусков установлено пребывание на объектах работников ООО НПО «Энергопром» и иных физических лиц от имени ООО НПО «Энергопром» без официального трудоустройства. Пребывание руководителя ООО «Стайл Групп» ФИО13 и каких-либо представителей ООО «Стайл Групп» не установлено.

В ходе налоговой проверки установлена совокупность обстоятельств в отношении ООО «Стайл групп», свидетельствующих о том, что данный спорный контрагент не мог осуществить работы по капитальному ремонту многоквартирных домов по договорам субподряда, заключенным с ООО НПО «Энергопром», а именно:

- отсутствие по адресу регистрации, непредставление сведений о доходах сотрудников (отсутствие сотрудников);

- по данным Министерства строительства и инфраструктуры Челябинской области ООО «Стайл Групп» не является квалифицированной подрядной организацией, имеющей право выполнять работы по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирных домах Челябинской области;

- по данным организаций, осуществлявших строительный контроль, в отношении работников ООО «Стайл Групп» документы, необходимые для выполнения работ, не представлялись;

- по данным УВМ ГУ МВД России по Челябинской области ООО «Стайл Групп» не привлекало иностранных граждан для выполнения работ, при этом согласно допросам собственников многоквартирных домов ремонтами занимались иностранные граждане;

- ООО «Стайл Групп» списки для оформления временных пропусков при ремонте кровли сборочного цеха №6 на промышленной площадке №2 АО "НПО «Электромашина» не предоставляло. Кроме того, согласно Журналу выдачи разовых пропусков пребывание на объекте работников и представителей ООО «Стайл Групп» не установлено;

- ООО НПО «Энергопром» не уведомляло Заказчиков о привлечении ООО «Стайл Групп» к выполнению работ, документы, подтверждающие возможность выполнять спорным контрагентом заявленные виды работ, Заказчикам не представлялись;

- согласно журналам общих работ по капитальному ремонту объектов МКД, приказам о назначении ответственными за выполнение строительно-монтажных работ, не установлено присутствие на объектах каких-либо сотрудников и представителей ООО «Стайл Групп»;

- ООО «Стайл Групп» в отношении контрагентов - поставщиков не представлены: товарно-транспортные накладные, путевые листы, сертификаты соответствия на материалы, приобретенные по указанным счетам-фактурам, акты выполненных работ, акты сверки, документы, подтверждающие факт расчетов по указанным счетам-фактурам;

- денежные средства, поступившие на расчетный счет ООО «Стайл групп» от ООО НПО «Энергопром», в размере 23% от поступивших сумм сразу снимались наличными директором ООО «Стайл Групп», или перечислялись на счет супруги директора ООО «Стайл Групп» ФИО8 с последующим обналичиванием.

Остальные денежные средства, поступившие на расчетные счета организаций: ООО «Центр информационных и консультационных услуг», ООО «Хотей», ООО «СтальУралСбыт», ООО «Ромиал», ООО «Ферум» и ФИО14, в дальнейшем направлялись на счета физических лиц, которые капитальными ремонтами МКД, термообработкой (мехобработкой) деталей и оказанием транспортных услуг не занимались, материалы не поставляли, а их счета использовались в целях вывода денежных средств из безналичного оборота;

- отсутствие у ООО «Стайл Групп» складских помещений, имущества, транспортных средств в собственности, отсутствие затрат на аренду указанного имущества, отсутствие затрат на транспортировку материалов свидетельствуют о невозможности реального исполнения обязательств по сделке силами ООО «Стайл Групп». Привлечение данным контрагентом сторонних организаций для перевозки груза в соответствующем периоде не установлено. ООО НПО «Энергопром» не представило документы, подтверждающие транспортировку материалов от поставщика до места производства;

- превышение цены приобретения материалов у ООО «Стайл Групп» в сравнении с ценами реальных поставщиков материалов.

Таким образом, Инспекцией собраны доказательства, которые в совокупности свидетельствуют о том, что работы фактически не выполнялись ООО «Стайл Групп».

Инспекцией установлено директор данной организации ФИО13 в ходе допроса (протокол допроса от 03.03.2023 №1) подтвердил взаимоотношения с Обществом, вместе с тем, его показания являются противоречивыми, например:

- ФИО13 указывает о привлечении для выполнения работ бригад из ближнего зарубежья. Однако данные показания противоречат сведениям, полученным от ГУ МВД по Челябинской области;

- ФИО13 указывает, что материалы привозились Заказчиком (ООО НПО «Энергопром»). Однако согласно показаниям ФИО12 (сотрудник ООО НПО «Энергопром», ответственный за закуп и распределение материалов между бригадами) спорный контрагент и непосредственно ФИО13 ему не знакомы, все работы выполнялись только ООО НПО «Энергопром»;

- ФИО13 указывает, что работы сдавал ФИО7 и заказывал у него материалы. Данные показания противоречат сведениям о лицах, проходивших по пропускам, так как ФИО13 в списках отсутствует. Кроме того, ФИО13 не осведомлен о поставщиках ООО «Стайл Групп», у которых закупались товары, проданные в последствие в адрес Общества.

В ходе проверки были допрошены сотрудники Пожарного отделения 36 ПСЧ, которые приезжали на вызов о возгорании по адресу местонахождения ООО «Стайл Групп». 

Согласно свидетельским показаниям следов горения бумаги не обнаружено (горели тряпки, деревяшки, диван в бытовом помещении), остатков от горения бумаги также обнаружено не было (согласно свидетельским показаниям, если бы горела бумага, то это было бы видно). 

Налоговым органом проведен анализ доходов ФИО7 с целью определения возможности приобретения товара ФИО7 стоимостью более 3 млн. руб. и установлено, что общая сумма доходов ФИО7 за 4 года, предшествующие дате расписки, по данным налогового органа составила 535 569,77 руб., в том числе: за 2015 год - 318 569,77 руб., 2016 год - 0 руб., 2017 год - 69 000 руб., за 2018 год - 148 000 руб. 

Инспекцией установлено, что размер доходов ФИО7 за указанный период являлся недостаточным для приобретения указанного имущества и не позволял данному лицу приобрести имущество стоимостью более 3-х млн. руб.

Также Инспекцией установлено, что ФИО7 представлена налоговая декларация по НДФЛ за 2019 год, в которой доход от продажи данного имущества не отражен, налог с суммы дохода не исчислен и не перечислен в бюджет.

При сравнении стоимости приобретения ООО НПО «Энергопром» ТМЦ у реальных и спорных контрагентов установлено, что стоимость ТМЦ спорных поставщиков превышает стоимость ТМЦ, приобретенных у реальных поставщиков, в 2 раза:

- цена песка, приобретенного у ООО «Стайл Групп» (от 5,20 / 5,27 руб. за кг), превышает цену песка, приобретенного у ООО «Кичигинские пески» (2,426 / 2,614 руб. за кг.);

- цена никеля Н-1, приобретенного у ООО «Стайл Групп» (1 209 677,42 руб. / 1 625 000 руб. / 1 500 000 руб.), превышает цену приобретенного никеля у ООО «Нормет» (1 132 000 руб.),

- цена ферромолибдена «ФМо60», приобретенного у ООО «Стайл Групп» (2 625 000 руб.), превышает цену приобретения у ООО «Нормет» (1 238 300 руб.).

С целью определения потребности в ТМЦ в заявленном объеме, Инспекцией запрошены у Общества необходимые для расчета документы (калькуляция и т.п.), которые в ходе проверки Обществом не представлены. 

После завершения проверки Обществом представлены карты плавки, в которых отражена рассчитанная (плановая) потребность в ТМЦ. 

Однако сколько ТМЦ фактически было израсходовано, в картах плавки не отражено. 

Также при анализе карт плавки установлено отсутствие всего перечня ТМЦ, закупаемых у спорных и реальных контрагентов.

Согласно договору от 20.07.2020 № 21/07-3/1, заключенному ООО НПО «Энергопром» (Подрядчик) с ООО «РитмСтрой» (Заказчик):

- п. 1.2.1 Подрядчик несет полную ответственность за выполнение работ по договору;

- п. 5.1.27.1 В случае привлечения к выполнению работ по договору третьих лиц в срок не более 10 дней письменно проинформировать о данном факте Заказчика и организацию, осуществляющую строительный           контроль, с указанием: наименования третьего лица, ФИО ответственных лиц, контактной информации, выписки из реестра членов СРО.

Согласно договору от 16.05.2019 № 128, заключенному ООО НПО «Энергопром» (Подрядчик) с АО «НПО «Электромашина» (Заказчик): - п. 13.3 ни одна из Сторон не вправе передавать свои права по настоящему Договору третьей стороне без письменного согласия другой Стороны. 

Согласно договору от 21.01.2019 № 04/02-19, заключенному ООО НПО «Энергопром» (Подрядчик) с ООО СК «Авангард-плюс» (Заказчик): 

- п. 1.2.1 Подрядчик несет полную ответственность за выполнение работ по договору; 

- п. 6.1.28.1 В случае привлечения к выполнению работ по договору третьих лиц в срок не более 10 дней письменно проинформировать о данном факте Заказчика и организацию, осуществляющую строительный контроль, с указанием: наименования третьего лица, ФИО ответственных лиц, контактной информации, выписки из реестра членов СРО.

Согласно договору от 08.07.2020 № 2000145/466-СМР/2020, заключенному ООО НПО «Энергопром» (Подрядчик) с СНОФ «РО капитального ремонта МКД Челябинской области» (Заказчик):

- п. 1.2.1 Подрядчик несет полную ответственность за выполнение работ по договору;

- п. 6.1.27.1 В случае привлечения к выполнению работ по договору третьих лиц в срок не более 10 дней письменно проинформировать о данном факте Заказчика и организацию, осуществляющую строительный контроль, с указанием: наименования третьего лица, ФИО ответственных лиц, контактной информации, выписки из реестра членов СРО.

Инспекцией установлено, что условиями договоров, заключенных между ООО НПО «Энергопром» и заказчиками, предусмотрена обязанность по представлению всех необходимых документов на лиц, которых Общество привлекает к выполнению работ, а также оформлению пропусков с отражением установленной информации о персонале.

В ходе проверки налоговым органом установлено, что списки для оформления пропусков на территорию объекта предоставлены Заказчикам непосредственно ООО НПО «Энергопром». 

При этом, присутствие на объектах каких-либо сотрудников и представителей спорных контрагентов не установлено.

Кроме того, установлено, что физические лица, проходившие по пропускам (за исключением ФИО12 и ФИО7), нигде не получали доходов в проверяемом периоде, не являлись индивидуальными предпринимателями. 

Однако согласно представленным перечням данные физические лица указаны в качестве сотрудников Общества.

Общество не представило документов, подтверждающих необходимость оформления пропусков на сотрудников спорных контрагентов или привлеченных ими третьих лиц. 

Обществом также не указано, от кого были получены сведения о физических лицах, на которых оформлялись пропуска.

Согласно представленному Заказчиком АО «НПО «Электромашина» «Списку персонала ООО НПО «Энергопром» для оформления временных пропусков на территорию АО НПО «Электромашина», а также на основании выписки из журнала выдачи разовых пропусков для персонала ООО НПО «Энергопром» установлена выдача пропусков 22 сотрудникам Общества.

При этом сведения о доходах представлялись Обществом только в отношении 2-х человек. Остальные 20 человек отражены в представленных документах только с указанием ФИО.

Таким образом, у Инспекции отсутствовали идентифицирующие физических лиц сведения, необходимые для направления повесток о вызове на допрос.

В ходе выездной налоговой проверки УВМ ГУ МВД России по Челябинской области письмом №14-23/002566 от 28.02.2023 сообщило, что в отношении ООО НПО «Энергопром» велось административное производство по ч. 3 ст. 18.15 КоАП РФ, которое прекращено в связи с отсутствием состава преступления.

При этом УВМ ГУ МВД России по Челябинской области представило информацию о поданных иностранными гражданами трудовых договорах с ООО НПО «Энергопром», в том числе: ФИО15 (Таджикистан) дата заключения трудового договора 01.06.2020; Хокимов Исфандиёр Зиёратович (Таджикистан) дата заключения трудового договора 01.06.2020; ФИО16 (Таджикистан) дата заключения трудового договора 16.04.2020.

Исходя из вышеизложенного, документы, представленные УВМ ГУ МВД России по Челябинской области, подтверждают наличие трудовых отношений между ООО НПО «Энергопром» и иностранными гражданами в проверяемом периоде.

Согласно протоколу №045225 от 09.10.2020 об административном правонарушении, ООО НПО «Энергопром» в нарушение ч. 3 ст. 18.15 КоАП РФ не уведомило территориальный орган федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, уполномоченный на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции (УВМ ГУ МВД России по Челябинской области), о заключении трудового договора (гражданско-правового договора) на выполнение работ (оказание услуг) с гражданином Республики Таджикистан ФИО16 ДД.ММ.ГГГГ г.р., трудовой договор с которым был заключен 16.04.2020. Постановление о прекращении производства об административном правонарушении в налоговый орган Обществом не представлено.

Проанализировав имеющиеся в материалах проверки протоколы допросов, инспекцией установлено, что в протоколах допросов имеется отметка о том, что свидетели ознакомлены с правами и обязанностями, а также об ответственности за дачу заведомо ложных показаний. 

Каждая страница протоколов допроса подписана свидетелем, а также содержит отметку «С моих слов записано верно, мною прочитано».

На последней странице протоколов допроса имеется отметка о том, что «замечания не поступили» и «замечаний к протоколу нет». 

Данные отметки заверены подписями свидетелей.

У налогового органа отсутствуют основания сомневаться в показаниях свидетелей, допрошенных в ходе выездной налоговой проверки Общества. 

В ходе налоговой проверки, налогоплательщиком не представлены документы, подтверждающие необходимость использования в деятельности ТМЦ, приобретенных у спорных контрагентов, что не позволило налоговому органу составить товарный баланс и рассчитать фактическую потребность Общества в спорных ТМЦ.

При этом Инспекцией при расчете налоговых обязательств Общества были исключены остатки спорных ТМЦ на конец проверяемого периода, не списанные в производство.

Таким образом, в ходе проверки налоговым установлено нарушение Обществом п. 1 ст. 54.1 НК РФ, так как:

- работы, связанные с капитальным ремонтом, выполнялись собственными силами налогоплательщика с привлечением физических лиц без официального трудоустройства, в том числе с привлечением иностранных граждан;

- реальность оказания услуг и поставки товара отсутствовала. 

Формально составленные документы от имени спорных контрагентов были необходимы Обществу исключительно для завышения налоговых вычетов по НДС и расходов, уменьшающих доходы организации.

Таким образом, ООО НПО «Энергопром» в период с 01.01.2019 по 31.12.2021 ввело в цепочку поставщиков и субподрядчиков «проблемные» организации для последующего использования их реквизитов в проводимых операциях по имитированию финансово-хозяйственной деятельности, с использованием механизма предоставления налоговых вычетов по НДС, с целью создания формального документооборота, обналичивания денежных средств, получения неправомерных налоговых вычетов по НДС и увеличения расходов, уменьшающих доходы от реализации, для целей налогообложения прибыли.

Анализ взаимоотношений ООО НПО «Энергопром» со спорными контрагентами по товарному и денежному потокам свидетельствует о создании Обществом ситуации не с целью осуществления реальной финансово-хозяйственной деятельности, а с целью создания фиктивного документооборота, направленного на создание видимости движения товарно-денежных потоков в интересах минимизации налоговых обязательств предполагаемых «выгодоприобретателей» - участников схемных операций.

Собранная Инспекцией совокупность доказательств свидетельствует о том, что Общество знало и заведомо располагало сведениями о том, что спорные контрагентыявляются техническими компаниями, и ими не может быть осуществлено реальное исполнение сделок в силу обстоятельств заключения и исполнения сделок. При этом установленные обстоятельства и подтверждающие их доказательства свидетельствуют об осведомленности налогоплательщика.

Должностные лица Общества, совершая указанные сделки, осознавали противоправный характер своих действий, желали наступление вредных последствий для бюджета от таких действий в виде занижения сумм налога, подлежащего уплате.

Совокупность установленных в ходе выездной налоговой проверки обстоятельств свидетельствует о несоблюдении ООО НПО «Энергопром» обстоятельств, предусмотренных п. 1 ст. 54.1 Н РФ, по взаимоотношениям со спорными контрагентами по поставке ТМЦ, выполнении работ по капитальному ремонту, оказанию транспортных услуг и услуг по термообработке и о получении ООО НПО «Энергопром» необоснованной налоговой экономии в виде неправомерного предъявления налоговых вычетов по НДС, увеличения расходов, уменьшающих доходы от реализации, для целей налогообложения прибыли.

По результатам налоговой проверки инспекцией сделан вывод о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. 

Арбитражный суд признает данный вывод инспекции правомерным.

В рассматриваемом случае, установленные инспекцией обстоятельства и собранные доказательства подтверждают направленность действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды. 

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что: 

- спорные контрагенты, заявляемые налогоплательщиком в качестве исполнителей сделок (выполнения работ, оказания услуг, поставки товара) не имели реальной возможности их осуществления, поскольку обладают всеми признаками «номинальных» структур (с учетом отсутствия у организаций материальных активов и соответствующего персонала, несения расходов в целях осуществления реальной предпринимательской деятельности, складских помещений для хранения значительного количества специфического товара, отсутствия доказательств использования ими привлеченных ресурсов, представления налоговой отчетности в налоговые органы с «минимальными» показателями либо непредставления вовсе), 

- осуществлялись операции преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязательств, у которых отсутствуют документы, подтверждающие наличие реальных возможностей исполнения сделок, 

- в ряде случаев у налогоплательщика отсутствовали первичные документы по спорным сделкам,

- отсутствовал источник возмещения НДС из бюджета, 

- имел место нетипичный характер хозяйственной деятельности налогоплательщика со спорными контрагентами по отношению к иным контрагентам налогоплательщика в части оплаты (особая форма расчетов со спорными контрагентами в виде передачи векселей, в то время как с реальными поставщиками – безналичной формой расчетов),  

- у спорных контрагентов отсутствовали документы, подтверждающие наличие реальных возможностей приобретения товара для его последующей реализации налогоплательщику,

- в ряду случаев отсутствовала оплата по сделкам налогоплательщиком в адрес спорных контрагентов, при отсутствии совершения последними каких-либо действий по получению либо взысканию задолженности на протяжении значительного временного периода, 

- отсутствовала реальность заявленного в первичных документах товара, сопровождающаяся «задвоением» товарного потока в виде наличия реального потока товара от реальных поставщиков и искусственным документальным формированием нереального потока товара с участием спорных контрагентов без их встраивания в цепочку реальных сделок, 

- отсутствовала реальность заявленных в первичных документах работ и услуг, сопровождающаяся их выполнением силами самого налогоплательщика либо привлеченных физических лиц без надлежащего оформления договорных отношений, 

- имело место наличие у налогоплательщика необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности собственными силами (как то персонал, членство в СРО и т.п.),

- имелись полученные сведения, в том числе конечных получателей работ, опровергающие какое-либо участие спорных контрагентов в заявленных сделках, при активном участии в них самого налогоплательщика,

- интересы спорных контрагентов в налоговых органах и в денежно-кредитных организациях представляли одни и те же лица, совпадали IP-адреса выхода в Интернет,

- отсутствовали разумные экономические (за исключением необоснованной налоговой выгоды) и организационные причины вовлечения в спорные сделки формально участвовавших посредников (в том числе с учетом наличия у налогоплательщика необходимых ресурсов для достижения результатов предпринимательской деятельности), 

- использовалась схема движения денежных средств при согласованности действий, свидетельствующая о транзитном движении денежных средств с их последующим обналичиванием и возвратностью в распоряжение налогоплательщика.

В данном случае, инспекций собраны достаточные доказательства, свидетельствующие о том, что ни один из заявленных контрагентов не имел реальной возможности исполнить сделки, что подтверждается установленными инспекцией в ходе налоговой проверки обстоятельствами, соответственно представленные налогоплательщиком первичные документы содержат недостоверные сведения относительно взаимоотношений со спорными контрагентами.

Инспекцией верно отмечено, что с учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, единственной целью налогоплательщика при фиктивном документальном оформлении отношений со спорными контрагентами являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии в виде необоснованного получения вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль.

Документооборот в отсутствие расчетов между участниками сделок, а также наличия расчетов с учетом фактов обналичивания денежных средств, носит формальный характер и направлен не на ведение реальной хозяйственной деятельности, а исключительно на создание видимости хозяйственных операций, где контрагенты являются «транзитными» организациями, а не реальными хозяйствующими субъектами гражданского оборота.

В данном случае, значительная часть денежных средств не выбывала из обладания налогоплательщика (ввиду лишь частичной оплаты) и возможность взыскания с налогоплательщика кредиторской задолженности утрачена. При этом, спорными контрагентами на протяжении значительного временного периода не предпринимались какие-либо действия, направленные на получение либо взыскание задолженности (на протяжении значительного временного периода), что с учетом обычаев делового оборота, не отвечает целям ведения предпринимательской деятельности.

Довод налогоплательщика о возможности проведения оплаты по сделкам иными формами расчетов, в том числе, векселями, уступкой, зачетом, не принимается.

Так, как верно отмечено инспекцией, именно вексельная схема расчетов, являющейся особой и нетипичной формой расчетов, применяется недобросовестными участниками фиктивных сделок с целью придания им признаков реальных хозяйственных отношений, не сопровождающихся реальными расходами, позволяющая возвратить заинтересованному лицу ранее направленные им денежные средства либо перевести их в наличную форму с целью их исключения из под налогового контроля. 

Кроме того, наличие требований к стороне сделки, обуславливающих возможность их уступки первоначальной стороной, равно как и наличие встречных однородных требований к стороне сделки, обуславливающих возможность зачета требований первоначальной стороной, подтверждается соответствующими документами возникновения юридических и фактических оснований таких требований. 

В данном случае, инспекцией установлено отсутствие в спорных сделках признака реальности, отсутствие документальных доказательств наличия требований для возможности их уступки либо зачета, что в своей совокупности и взаимной связи исключает возникновение оснований для осуществления оплаты заявленными налогоплательщиком способами для целей рассмотрения налоговых правоотношений. 

Также следует учитывать и то, что инспекцией установлены обстоятельства, дающие основания полагать, что экономический источник вычета (возмещения) НДС, сформированной организациями, участвовавшими в транзитном перечислении денежных средств, в бюджете не создан, поскольку за незначительным налоговым бременем спорных контрагентов стоял вывод денежных средств по фиктивным документам путем согласованных действий, а не реальная экономическая деятельность, что не позволяет налогоплательщику претендовать на получение налоговой выгоды.

Тем более, что в правоотношениях подряда, в которых налогоплательщик, являющийся исполнителем, по документам в ряде случаев весь объем работ передает субподрядным организациям (с данном случае спорным контрагентам), а разница в стоимости подрядных работ отсутствует вовсе либо является незначительной, налоговая выгода очевидно превалирует над экономической, поскольку реальный экономический эффект от данных сделок является незначительным либо отсутствует вовсе, в то время как именно подобные хозяйственные операции позволяют минимизировать налоговую нагрузку крупного хозяйствующего субъекта, необоснованно принимая значительные суммы к расходам по налогу на прибыль и налоговым вычетам по НДС.

Изложенное, в совокупности с умышленным созданием налогоплательщиком формального документооборота свидетельствует об отсутствии у налогоплательщика реальной деловой цели в совершении спорных сделок и налоговая цель в данном случае очевидно превалировала над экономической.

Действия, связанные с искусственным введением в систему договорных отношений спорных контрагентов, не обусловлены разумными экономическими причинами и фактически лишь имитируют, посредством умышленного создания формального документооборота, хозяйственные операции. 

При этом, инспекцией не только приведены внешние характеристики спорных контрагентов, указывающие на сомнения в ведении ими реальной предпринимательской деятельности, но и подтверждена совокупностью собранных в ходе налоговой проверки доказательств противоречивость представленных налогоплательщиком документов с очевидностью этого для него, сопровождающаяся активным участием налогоплательщика в умышленном создании формального документооборота исключительно с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Установленными в ходе налоговой проверки обстоятельствами и собранными инспекцией доказательствами подтверждается, что неполная уплата налога явилась следствием реализации налогоплательщиком схемы создания «искусственной» ситуации, при которой спорные сделки формально соответствуют требованиям закона, но фактически направлены исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды. 

В ходе налоговой проверки инспекцией собраны доказательства, свидетельствующие о нереальности финансово-хозяйственных взаимоотношений налогоплательщика с заявленными контрагентами, а также о том, что спорные контрагенты умышленно включены налогоплательщиком в «цепочку» контрагентов с целью получения необоснованной налоговой выгоды. 

При указанных обстоятельствах инспекция обоснованно посчитала, что налогоплательщик знал об оформлении и принятии к учету первичных документов от имени спорных контрагентов, отражающих несуществующие хозяйственные операции. 

Включая в документооборот формально составленные первичные документы от имени контрагентов, реальность взаимоотношений с которым не подтверждена и которой в действительности не имело места, претендуя при этом на незаконную минимизацию налоговых обязанностей, налогоплательщик понимал и осознавал противоправный характер своих действий, сознательно допускал наступление вредных последствий таких действий, исключительно в целях уклонения от исполнения налоговых обязательств в виде непоступления налогов в бюджет.

С учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, деяния налогоплательщика правомерно квалифицированы по п. 3 ст. 122 НК РФ, как совершенные с умыслом.

Следовательно, при наличии умысла на совершение налогового правонарушения, доводы налогоплательщика о проявлении им должной степени осмотрительности при выборе спорных контрагентов не могут быть приняты судом во внимание.

Довод налогоплательщика о необходимости проведения реконструкции налоговых обязательств налогоплательщика по налогу на прибыль подлежит отклонению.

Так, возможность проведения «налоговой реконструкции» определяется не формальными, а материальными условиями.

Если цель уменьшения налоговой обязанности за счет организации формального документооборота с участием «технических» компаний преследовалась непосредственно самим налогоплательщиком или, по крайней мере, при известности налогоплательщику об обстоятельствах, характеризующих его контрагента как «техническую» компанию, применение расчетного способа определения налоговой обязанности не отвечает предназначению данного института, по сути уравнивая в налоговых последствиях субъектов, чье поведение и положение со всей очевидностью не является одинаковым: налогоплательщиков, допустивших причинение потерь казне для получения собственной налоговой выгоды и налогоплательщиков, не обеспечивших должное документальное подтверждение осуществленных ими операций (п. 39 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021).

Правоприменителем (п. 12 Письма Федеральной налоговой службы Российской Федерации от 10.03.2021 №ВВ-4-7/3060@)), равно как и судебноарбитражной практикой под выполнением работ собственными силами налогоплательщика понимается достижение необходимого результата силами работников налогоплательщика или лиц, привлеченных налогоплательщиком по гражданско-правовым договорам, а также без оформления с данными лицами соответствующих отношений. 

В ситуации наличия реального потока товара от реальных поставщиков и формального документирования налогоплательщиком нереального потока товара с участием «технических» организаций без их встраивания в цепочку реальных сделок, реальность товара по спорным сделкам не может считаться подтвержденной. 

В ситуации выполнения работ (оказания услуг) силами работников налогоплательщика, при создании формального документооборота с «техническими» организациями, имеет место двойной учет соответствующих расходов при исчислении налога на прибыль. 

При привлечении налогоплательщиком физических лиц, не обладающих статусом индивидуальных предпринимателей, без заключения с ними трудовых либо гражданско-правовых договоров, параметры реального исполнения ими не могут быть установлены ввиду отсутствия финансово-хозяйственных документов. 

Кроме того, оплата налогоплательщиком в адрес таких лиц, производится наличными денежными средствами, выведенными из легального оборота, что исключает их квалификацию в качестве расходов для целей исчисления налога на прибыль, в смысле ст. 252 НК РФ. 

Указанный вывод арбитражного суда соответствует правовой позиции, изложенной в Постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 07.06.2023 по делу № А76-38400/2021.

Кроме того, как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 34 Обзора судебной практики № 2 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021, применение налоговых вычетов по НДС не допускается, если налогоплательщик участвовал в согласованных с иными лицами действиях, направленных на неправомерное уменьшение налоговой обязанности за счет искусственного наращивания стоимости товаров (работ, услуг) без формирования источника вычета (возмещения) налога, или, во всяком случае, если ему было известно о действиях иных лиц, уклоняющихся от уплаты НДС в процессе обращения товаров (работ, услуг).

Возможность использования расчетного метода в целях определения суммы налоговых вычетов по НДС исключена в связи с тем, что положениями п. 1 ст. 169 и п. 1 ст. 172 НК РФ установлены специальные правила приобретения налогоплательщиком права на указанные вычеты (абз. 7 п. 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57).

Указанный вывод арбитражного суда соответствует правовой позиции, изложенной в Постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 01.06.2023 № Ф09-2549/23 по делу № А71-2389/2022.

В данном случае, поскольку исполнение по сделкам выполнения работ произведено силами самого налогоплательщика либо физических лиц в отсутствие оформления договорных отношений, а в части услуг и товара – отсутствовала их реальность, следует заключить, что в отношении спорных контрагентов налогоплательщиком умышленно создан формальный документооборот, не сопровождающийся реальным исполнением и налогоплательщик не получил какого-либо предоставления по сделкам, оформленным от имени спорных контрагентов, что указывает на отсутствие у заявленных хозяйственных операций признака реальности.

Более того, действительно, в силу принципа презумпции добросовестности налогоплательщика бремя доказывания того, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в реальности, возлагается на налоговый орган. 

В то же время, арбитражный суд считает правомерным руководствоваться правовой позицией, сформированной судебно-арбитражной практикой (абз. 3 п. 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 57 от 30.06.2013, Определение Верховного Суда Российской Федерации № 307-ЭС19-27597 от 14.05.2020, п. 1 Обзора практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой выгоды, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 13.12.2023), согласно которой налогоплательщик, представивший в качестве подтверждающих право на налоговую выгоду ненадлежащие документы по взаимоотношениям с контрагентами, обладающими признаками «технических организаций», не может быть освобожден от бремени доказывания определенных обстоятельств. 

Применительно к рассматриваемой ситуации, при взаимодействии со спорными контрагентами налогоплательщик не может быть освобожден от доказывания факта наличия реального поступления товара в свой адрес по спорным сделкам, поскольку налогоплательщик должен нести определенные риски от того, что в качестве контрагента им был выбран субъект, не имеющий необходимых условий для экономической деятельности, и не исполняющий налоговых обязательств по сделкам, осуществляемым от его имени. 

При таком распределении бремени доказывания, в условиях, когда инспекцией предприняты меры к установлению факта наличия реального поступления товара в адрес налогоплательщика, а последний, в свою очередь, бездействовал, не представляя инспекции доказательств, подтверждающих данный факт, арбитражный суд считает неправомерным довод налогоплательщика о недоказанности инспекцией создания налогоплательщиком формального оборота по взаимоотношениям со спорными контрагентами. 

Указанный вывод арбитражного суда соответствует правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.04.2024 № № 309-ЭС24-4027 по делу № А07-14373/2022.

В данном случае, поскольку налогоплательщик своими недобросовестными и умышленными действиями, выраженными в сознательном отражении в налоговом учете заведомо недостоверной информации, создал видимость наличия у него права на вычеты по НДС и учет затрат по налогу на прибыль путем создания формального документооборота со спорными контрагентами, следует заключить, что представленные налогоплательщиком документы подлежат квалификации в качестве неспособных подтвердить действительное совершение заявленных хозяйственных операций. 

Таким образом, следует заключить, что произвольного завышения сумм налоговых платежей, начисленных по результатам проверки, инспекцией не допущено.

Ссылка налогоплательщика на реальность взаимоотношений со спорными контрагентами и отсутствии претензий со стороны заказчика работ не может быть принята судом во внимание, как основанная на неверном понимании налогового законодательства в части возможности предъявления вычетов по НДС и принятия расходов по налогу на прибыль, ввиду того, что налоговое законодательство исходит из реальности сделок, чего в данном случае места не имело, а потому наличие результата работ и услуг безусловно не может опровергать выводы инспекции. 

Довод налогоплательщика о том, что один из спорных контрагентов подтвердил реальность сделок, подлежит отклонению.

Так, инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что показания директора ООО «Стайл Групп» ФИО13 являются противоречивыми. В частности, ФИО13 указывает о привлечении для выполнения работ бригад из ближнего зарубежья, однако данные показания противоречат сведениям, полученным от ГУ МВД по Челябинской области. ФИО13 указывает, что материалы привозились Заказчиком (налогоплательщик), однако согласно показаниям ФИО12 (сотрудник налогоплательщика, ответственный за закуп и распределение материалов между бригадами) спорный контрагент и непосредственно ФИО13 ему не знакомы, все работы выполнялись только налогоплательщиком. ФИО13 указывает, что работы сдавал ФИО7 и заказывал у него материалы, однако данные показания противоречат сведениям о лицах, проходивших по пропускам, так как ФИО13 в списках отсутствует. Кроме того, ФИО13 не осведомлен о поставщиках ООО «Стайл Групп», у которых закупались товары, проданные в последствие в адрес налогоплательщика.

Наряду с этим, инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что ООО «Стайл групп» не имело возможности и могло осуществить работы по капитальному ремонту многоквартирных домов по договорам субподряда с налогоплательщиком (отсутствие по адресу регистрации, непредставление сведений о доходах сотрудников (отсутствие сотрудников); ООО «Стайл Групп» не является квалифицированной подрядной организацией, имеющей право выполнять работы по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирных домах Челябинской области; по данным организаций, осуществлявших строительный контроль, в отношении работников ООО «Стайл Групп» документы, необходимые для выполнения работ, не представлялись; ООО «Стайл Групп» не привлекало иностранных граждан для выполнения работ, при этом согласно допросам собственников многоквартирных домов ремонтами занимались иностранные граждане; ООО «Стайл Групп» списки для оформления временных пропусков при ремонте кровли сборочного цеха №6 на промышленной площадке №2 АО "НПО «Электромашина» не предоставляло. Кроме того, согласно Журналу выдачи разовых пропусков пребывание на объекте работников и представителей ООО «Стайл Групп» не установлено; ООО НПО «Энергопром» не уведомляло Заказчиков о привлечении ООО «Стайл Групп» к выполнению работ, документы, подтверждающие возможность выполнять спорным контрагентом заявленные виды работ, Заказчикам не представлялись; согласно журналам общих работ по капитальному ремонту объектов МКД, приказам о назначении ответственными за выполнение строительно-монтажных работ, не установлено присутствие на объектах каких-либо сотрудников и представителей ООО «Стайл Групп»; ООО «Стайл Групп» в отношении контрагентов-поставщиков не представлены: товарно-транспортные накладные, путевые листы, сертификаты соответствия на материалы, приобретенные по указанным счетам-фактурам, акты выполненных работ, акты сверки, документы, подтверждающие факт расчетов по указанным счетам-фактурам; денежные средства, поступившие на расчетный счет ООО «Стайл групп» от налогоплательщика, сразу снимались наличными директором ООО «Стайл Групп», или перечислялись на счет супруги директора ООО «Стайл Групп» ФИО8 с последующим обналичиванием. Остальные денежные средства, поступившие на расчетные счета организаций: ООО «Центр информационных и консультационных услуг», ООО «Хотей», ООО «СтальУралСбыт», ООО «Ромиал», ООО «Ферум» и ФИО14, в дальнейшем направлялись на счета физических лиц, которые капитальными ремонтами МКД, термообработкой (мехобработкой) деталей и оказанием транспортных услуг не занимались, материалы не поставляли, а их счета использовались в целях вывода денежных средств из безналичного оборота; отсутствие у ООО «Стайл Групп» складских помещений, имущества, транспортных средств в собственности, отсутствие затрат на аренду указанного имущества, отсутствие затрат на транспортировку материалов свидетельствуют о невозможности реального исполнения обязательств по сделке силами ООО «Стайл Групп». 

Ссылка налогоплательщика на то, что документы по сделке с ООО «Стайл Групп» не представлены из-за их утери при пожаре, подлежит отклонению, поскольку  инспекцией в ходе налоговой проверки допрошены сотрудники Пожарного отделения 36 ПСЧ, которые приезжали на вызов о возгорании по адресу местонахождения ООО «Стайл Групп». Согласно свидетельским показаниям следов горения бумаги не обнаружено, остатков от горения бумаги также не обнаружено (горели тряпки, деревяшки, диван в бытовом помещении, если бы горела бумага, то это было бы видно). 

Довод налогоплательщика о том, что взаимодействие по сделкам с ООО «Универсал-Строй» и ООО ТСК «Универсал-Плюс» осуществлялось через руководителя и учредителя ФИО5, не принимается, как не соответствующий материалам дела. Кроме того, инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что акт о приемке выполненных работ от 14.03.2019 № 1 и УПД от 14.03.2019 №18, составленные ООО ТСК «Универсал-Плюс», подписаны ФИО17, что опровергает довод налогоплательщика.

Ссылка налогоплательщика на отсутствие доказательств возвратности денежных средств в распоряжение налогоплательщика не принимается, поскольку инспекцией в ходе налоговой проверки проведен анализ доходов ФИО7 с целью определения возможности приобретения товара ФИО7 стоимостью более 3 млн. руб. и установлено, что общая сумма доходов ФИО7 за 4 года, предшествующие дате расписки, по данным налогового органа составила 535 569,77 руб., в том числе: за 2015 год - 318 569,77 руб., 2016 год - 0 руб., 2017 год - 69 000 руб., за 2018 год - 148 000 руб. Соответственно, как верно констатировано инспекцией, размер доходов указанного лица не позволял приобретать указанное имущество стоимостью более 3 млн. руб. Также инспекцией установлено, что ФИО7 представлена налоговая декларация по НДФЛ за 2019 год, в которой доход от продажи данного имущества не отражен, налог с суммы дохода не исчислен и не перечислен в бюджет.

Доводы налогоплательщика о том, что инспекцией не опровергнута необходимость в заявленном объеме товаров (сырья), приобретенных у спорных контрагентов, для нужд литейного производства и металлообработки, а также о том, что инспекцией не проанализирован объем закупленного, израсходованного сырья и не составлен товарный баланс, подлежит отклонению.

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией, при сравнении стоимости приобретения налогоплательщиком товара у реальных поставщиков и спорных контрагентов установлено, что стоимость ТМЦ спорных поставщиков превышает стоимость ТМЦ, приобретенных у реальных поставщиков, в 2 раза (цена песка, приобретенного у ООО «Стайл Групп» (от 5,20 / 5,27 руб. за кг), превышает цену песка, приобретенного у ООО «Кичигинские пески» (2,426 / 2,614 руб. за кг.); цена никеля Н-1, приобретенного у ООО «Стайл Групп» (1 209 677,42 руб. / 1 625 000 руб. / 1 500 000 руб.), превышает цену приобретенного никеля у ООО «Нормет» (1 132 000 руб.), цена ферромолибдена «ФМо60», приобретенного у ООО «Стайл Групп» (2 625 000 руб.), превышает цену приобретения у ООО «Нормет» (1 238 300 руб.).

При проведении налоговой проверки инспекцией, с целью определения потребности в ТМЦ в заявленном объеме, запрошены у налогоплательщика необходимые для расчета документы (калькуляция и т.п.), которые налогоплательщиком не представлены. После завершения проверки налогоплательщиком представлены карты плавки, в которых отражена рассчитанная (плановая) потребность в ТМЦ. Однако сколько ТМЦ фактически израсходовано в картах плавки не отражено. Также при анализе карт плавки инспекцией установлено отсутствие полного перечня ТМЦ, закупаемых у реальных поставщиков и спорных контрагентов.

Изложенная совокупность обстоятельств при отсутствии реальности сделок объективно не позволила инспекции составить достоверный товарный баланс и доподлинно рассчитать фактическую потребность налогоплательщика в спорном товаре. 

Ссылка налогоплательщика на то, что всю ответственность перед заказчиком работ нес сам налогоплательщик, а потому дополнительное согласование субподрядных организаций не требовалось, подлежит отклонению, как не соответствующий материалам дела, поскольку инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что: 

- согласно договору от 20.07.2020 № 21/07-3/1, заключенному ООО НПО «Энергопром» (Подрядчик) с ООО «РитмСтрой» (Заказчик): п. 1.2.1 Подрядчик несет полную ответственность за выполнение работ по договору; п. 5.1.27.1 В случае привлечения к выполнению работ по договору третьих лиц в срок не более 10 дней письменно проинформировать о данном факте Заказчика и организацию, осуществляющую строительный контроль, с указанием: наименования третьего лица, ФИО ответственных лиц, контактной информации, выписки из реестра членов СРО, 

- согласно договору от 16.05.2019 № 128, заключенному ООО НПО «Энергопром» (Подрядчик) с АО «НПО «Электромашина» (Заказчик): п. 13.3 ни одна из Сторон не вправе передавать свои права по настоящему Договору третьей стороне без письменного согласия другой Стороны. Согласно договору от 21.01.2019 № 04/02-19, заключенному ООО НПО «Энергопром» (Подрядчик) с ООО СК «Авангард-плюс» (Заказчик), п. 1.2.1 Подрядчик несет полную ответственность за выполнение работ по договору; п. 6.1.28.1 В случае привлечения к выполнению работ по договору третьих лиц в срок не более 10 дней письменно проинформировать о данном факте Заказчика и организацию, осуществляющую строительный контроль, с указанием: наименования третьего лица, ФИО ответственных лиц, контактной информации, выписки из реестра членов СРО, 

- согласно договору от 08.07.2020 № 2000145/466-СМР/2020, заключенному ООО НПО «Энергопром» (Подрядчик) с СНОФ «РО капитального ремонта МКД Челябинской области» (Заказчик): п. 1.2.1 Подрядчик несет полную ответственность за выполнение работ по договору; п. 6.1.27.1 В случае привлечения к выполнению работ по договору третьих лиц в срок не более 10 дней письменно проинформировать о данном факте Заказчика и организацию, осуществляющую строительный контроль, с указанием: наименования третьего лица, ФИО ответственных лиц, контактной информации, выписки из реестра членов СРО.

Довод налогоплательщика о том, что он являлся генеральным подрядчиком, в связи, с чем уполномочен решать организационные вопросы с заказчиками, чем объясняется факт оформления пропусков именно налогоплательщиком, не принимается.

Так, инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что условиями договоров между налогоплательщиком и заказчиками, предусмотрена обязанность по представлению всех необходимых документов на лиц, которых налогоплательщик привлекает к выполнению работ, а также оформлению пропусков с отражением установленной информации о персонале. В ходе проверки инспекцией установлено, что списки для оформления пропусков на территорию объекта предоставлены заказчикам непосредственно налогоплательщиком. Присутствие на объектах каких-либо сотрудников и представителей спорных контрагентов не установлено. Кроме того, установлено, что физические лица, проходившие по пропускам нигде не получали доходов и не являлись индивидуальными предпринимателями. Однако согласно представленным перечням указанные физические лица отражены в качестве сотрудников налогоплательщика. При этом, налогоплательщиком не представлены документы, подтверждающие необходимость оформления пропусков на сотрудников спорных контрагентов или привлеченных ими лиц. Наряду с этим, налогоплательщиком не представлялись сведения, от кого получены данные о физических лицах, на которых оформлялись пропуска.

Ссылка налогоплательщика на отсутствие проведения инспекцией допросов лиц, на которых оформлялись пропуска, подлежит отклонению, поскольку инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что согласно представленному АО «НПО «Электромашина» (заказчик) «Списку персонала налогоплательщика для оформления временных пропусков на территорию АО НПО «Электромашина», а также на основании выписки из журнала выдачи разовых пропусков для персонала ООО НПО «Энергопром» установлена выдача пропусков 22 сотрудникам налогоплательщика. При этом сведения о доходах представлялись налогоплательщиком лишь в отношении 2-х лиц, остальные 20 лиц отражены в представленных документах только с указанием ФИО. При таких обстоятельствах и отсутствии от налогоплательщика иных подтверждающих документов, у инспекции отсутствовали достаточные сведения на физических лиц, для целей их достоверной идентификации.

Довод налогоплательщика о неправомерности ссылок инспекции на материалы, полученные от ГУ МВД России по Челябинской области, поскольку административное дела по ст. 18.15 КоАП РФ в отношении налогоплательщика прекращено, не принимается.

Так, в ходе выездной налоговой проверки по требованию инспекции ГУ МВД России по Челябинской области представлена информация о поданных иностранными гражданами трудовых договорах с налогоплательщиком, в том числе: ФИО15 (Таджикистан) дата заключения трудового договора 01.06.2020; ФИО18 (Таджикистан) дата заключения трудового договора 01.06.2020; ФИО16 (Таджикистан) дата заключения трудового договора 16.04.2020. При этом, согласно протоколу № 045225 от 09.10.2020 об административном правонарушении, налогоплательщик в нарушение ч. 3 ст. 18.15 КоАП РФ не уведомил территориальный орган федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, уполномоченный на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, о заключении договоров на выполнение работ (оказание услуг) с гражданами Республики Таджикистан. Соответственно, вывод инспекции об отсутствии реальности сделок, ввиду их выполнения силами самого налогоплательщика либо привлеченных физических лиц без надлежащего оформления договорных отношений, является правомерным.

Ссылка налогоплательщика на то, что инспекцией в ходе допросов задавались вопросы, не соответствующие должностным обязанностям свидетелей, подлежит отклонению, поскольку в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что в протоколах допросов имеется отметка о том, что свидетели ознакомлены с правами и обязанностями, а также об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, каждая страница протоколов допросов подписана свидетелями и содержит отметку «С моих слов записано верно, мною прочитано», на последней странице протоколов допросов имеется отметка о том, что «замечания не поступили и замечаний к протоколу нет». 

Несомненно, как указано налогоплательщиком, в налоговых правоотношениях действует презумпция добросовестности налогоплательщика, однако данная презумпция инспекцией опровергнута совокупностью установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, оцененных в их тесной взаимосвязи. 

Ссылка налогоплательщика на то, что инспекция не вправе оценивать экономическую целесообразность принимаемых хозяйствующими субъектами решений не принимается, поскольку это имеет правовое значение лишь в том случае, если по результатам налоговой проверки не установлены обстоятельства, свидетельствующие о необоснованности получения налоговой выгоды.

В обратном случае, инспекция вправе оценивать действия налогоплательщика, в том числе, и на предмет наличия разумных экономических причин и намерений получить реальный экономический эффект в результате реальной предпринимательской деятельности, как правомочная при таких обстоятельствах оценивать обоснованность получения налоговой выгоды.

Довод налогоплательщика о формальном характере проведенной налоговой проверки представляется несостоятельным и указанных выше выводов инспекции, основанных на всей совокупности добытых в ходе налоговой проверки доказательств, не опровергает.

Также отклоняется довод, что налогоплательщик выполнил все установленные ст.ст. 169, 171, 172 НК РФ требования, поскольку само по себе оформление операций со спорными контрагентами в учете налогоплательщика не опровергает выводов инспекции, а подтверждает лишь выполнение обязанностей по формальному учету этих хозяйственных операций.

Ссылка налогоплательщика на то, что инспекции следовало предъявить налоговые претензии не к налогоплательщику, а к спорным контрагентам, не принимается, поскольку налоговые претензии инспекции к иным хозяйствующим субъектам находятся за пределами предмета исследования по настоящему делу. В данном случае, предметом заявленных требований является оспаривание решения инспекции о привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения, а потому спор касается налогоплательщика и инспекции. При этом, факты, подлежащие установлению при рассмотрении настоящего дела, относятся только к конкретному налогоплательщику и его налоговым обязательствам, оценка деяний налогоплательщика имеет значение лишь для конкретного налогового спора. 

Иные доводы налогоплательщика документально не подтверждены и не соответствуют материалам дела. 

Перечисленные выше обстоятельства, касающиеся условий и обстоятельств исполнения заявленных сделок, информации, полученной инспекцией, оцениваются судом в их совокупности и взаимосвязи, и свидетельствуют о создании налогоплательщиком в результате формального документооборота ситуации, позволяющей получить налоговые выгоды вне связи с реальной предпринимательской (иной экономической) деятельностью. 

В целом возражения налогоплательщика не опровергают фактические обстоятельства, установленные в ходе налоговой проверки, а по сути, представляют собой собственную трактовку этих обстоятельств, основанную исключительно на обобщенном мнении о недоказанности недобросовестности действий налогоплательщика. При этом, налогоплательщик игнорирует полученные инспекцией доказательства, свидетельствующие об отсутствии хозяйственных операций со спорным контрагентом, признака реальности и об участии налогоплательщика в создании формального документооборота в целях получения необоснованной налоговой выгоды.

Доводы налогоплательщика сводятся к опровержению отдельных доказательств, полученных инспекцией, тогда как в основу оспоренного решения положена достаточная совокупность таких доказательств в их тесной взаимосвязи. Наличие налоговых претензий со стороны инспекции обусловливается достаточной совокупностью доказательств совершения налогового правонарушения, добываемой в рамках мероприятий налогового контроля. Как указано выше, в настоящем деле таковая совокупность доказательств инспекцией представлена.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

Отсутствие совокупности условий для признания ненормативного акта инспекции в оспоренной части недействительным исключает возможность удовлетворения заявленных требований. 

С учетом изложенного, оснований для признания недействительным решения инспекции в оспоренной части у арбитражного суда также не имеется.  

Согласно ст. 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов, к которым в соответствии со ст. 101 АПК РФ относится государственная пошлина, разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу. 

Учитывая принятие судебного акта не в пользу налогоплательщика, судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на налогоплательщика.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

 

Судья                                                                                                           А.П. Свечников