ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-45607/2021

город Ростов-на-Дону

26 августа 2023 года

15АП-12058/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 августа 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 августа 2023 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сулименко Н.В.,

судей Димитриева М.А., Николаева Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседанияФИО1,

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции:

финансового управляющего имуществом должника ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 06.07.2023 по делу № А53-45607/2021 о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки,

к ответчику - ФИО3,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4, 

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее - должник, ФИО4) в Арбитражный суд Ростовской области обратился финансовый управляющий должника ФИО2 (далее - финансовый управляющий ФИО2) с заявлением о признании недействительным (ничтожным) договора дарения, заключенного между должником и ФИО3 (далее – ответчик, ФИО3), и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 12 384 098,53 руб. и возврата в конкурсную массу недвижимого имущества с кадастровыми номерами 61:57:0010911:277, 61:57:0010911:57, 61:57:0010911:59.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 06.07.2023 по делу№ А53-45607/2021 заявление финансового управляющего удовлетворено. Признан ничтожным договор дарения, заключенный между ФИО4 и ФИО3 Применены последствия недействительности сделки. Суд обязал ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника объекты недвижимости с кадастровыми номерами 61:57:0010911:277, 61:57:0010911:57, 61:57:0010911:59. С ФИО3 в конкурсную массу должника взысканы денежные средства в размере 12 384 098 руб. 53 коп. Суд определил следующий порядок исполнения судебного акта: денежные средства в размере 12 384 098,53 руб. подлежат взысканию с ФИО3 в конкурсную массу должника до полного расчета с кредиторами: ФИО5, ФИО6, ФИО7 и погашения расходов по делу о банкротстве за счет денежных средств, поступивших в конкурсную массу.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Ростовской области от 06.07.2023 по делу № А53-45607/2021, ФИО3 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Податель жалобы указал, что финансовый управляющий должника не доказал наличие у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, и как следствие оснований для применения положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий должникаФИО2 просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

В судебном заседании финансовый управляющий имуществом должника ФИО2 просил определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрела апелляционную жалобу без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ростовской области от 06.07.2023 по делу № А53-45607/2021 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 09.03.2022 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2

В деле о банкротстве применяются нормы о банкротстве умершего гражданина.

В Арбитражный суд Ростовской области обратился финансовый управляющий имуществом должника ФИО2 с заявлением о признании недействительным (ничтожным) договора дарения, заключенного между должником и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 12 384 098 руб. 53 коп. и возврата в конкурсную массу недвижимого имущества с кадастровыми номерами 61:57:0010911:277, 61:57:0010911:57, 61:57:0010911:59.

В обоснование заявления финансовый управляющий должника указал следующие фактические обстоятельства.

16.11.2018 в ЕГРН внесены записи о переходе права собственности на ряд объектов недвижимости, принадлежащих должнику. Основанием для внесения записей послужил договор дарения от 23.07.2017, заключенный должником (даритель) и ответчиком (одаряемый).

В силу пункта 1 договора даритель подарил, а одаряемый принял в дар следующее недвижимое имущество: административное здание, литер Д, площадью 113,5 кв.м. с кадастровым номером 61:57:0010911:50, по адресу: 

<

...>; бытовое помещение, литер Ж, площадью 46 кв.м. с кадастровым номером 61:57:0010911:51, по адресу: 

<

...>; склад, литер ОО1, площадью 90 кв.м. с кадастровым номером 61:57:0010911:56, по адресу: 

<

...>;  бытовое здание площадью 32.1 кв.м. с кадастровым номером 61:57:0010911:58, по адресу: 

<

...>; склад площадью 336,5 кв.м. с кадастровым номером 61:57:0010911:59, по адресу: 

<

...>; склад площадью 91,5 кв.м. с кадастровым номером 61:57:0010911:60, по адресу: 

<

...>; нежилое помещение площадью 145,8 кв.м. с кадастровым номером 61:57:0010911:61, по адресу: 

<

...>; нежилое помещение площадью 213,8 кв.м. с кадастровым номером 61:57:0010911:62, по адресу: 

<

...>; земельный участок из состава земель населенных пунктов, вид разрешенного использования – для строительства и эксплуатации производственной базы, площадью 6251 кв.м. с кадастровым номером 61:57:0010911:63, по адресу: 

<

...>; земельный участок из состава земель населенных пунктов, вид разрешенного использования – для строительства и эксплуатации производственной базы, площадью 1385 кв.м. с кадастровым номером 61:57:0010911:64, по адресу: 

<

...>-б; земельный участок из состава земель населенных пунктов, вид разрешенного использования – для строительства и эксплуатации производственной базы, площадью 1341 кв.м. с кадастровым номером 61:57:0010911:65, по адресу: 

<

...>.

По мнению финансового управляющего должника, действия должника свидетельствуют о выводе имущества с целью уклонения от удовлетворения за счет него требований кредиторов. Отчуждение имущества произведено в пользу заинтересованного лица безвозмездно, что не может быть признано добросовестным и разумным при наличии задолженности перед кредиторами.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения финансового управляющего с заявлением о признании сделки недействительной.

Признавая недействительным договор дарения от 23.07.2017, суд первой инстанции исходил из того, что должник, заключая оспариваемый договор дарения, злоупотребил правами, поскольку после вступления в законную силу решения Городовиковского районного суда Республики Калмыкия от 09.08.2018 по делу№ 2-307/2018, должник предпринял действия по безвозмездному отчуждению своего имущества в пользу заинтересованного лица - сына, с целью избежания обращения взыскания на имущество. Суд указал, что об указанной цели сделки свидетельствует отсутствие каких-либо выплат в адрес заявителей по делу о банкротстве на протяжении всего времени, что не может расцениваться иначе как умышленное уклонение от исполнения обязательств.

Суд первой инстанции исходил из того, что договор дарения в действительности заключен не 23.07.2017, как это указано на самом договоре, а ближе к дате регистрации перехода права собственности – 16.11.2018, в связи с этим посчитал установленным, что договор дарения совершен его сторонами после вступления 18.10.2018 в законную силу решения Городовиковского районного суда Республики Калмыкия от 09.08.2018 по делу № 2-307/2018, что нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Ввиду того, что нарушение данного запрета сопряжено с нарушением прав третьих лиц, суд признал договор ничтожным на основании статьи 10, пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Применяя последствия недействительности сделки, суд первой инстанции исходил из того, что в собственности ответчика остались три объекта недвижимости с кадастровыми номерами 61:57:0010911:277, 61:57:0010911:57, 61:57:0010911:59, в связи с этим суд обязал возвратить в конкурсную массу должника объекты недвижимости. Ввиду того, что возможность возврата остальных объектов утрачена, суд возложил на ответчика обязанность возместить их стоимость, определив сумму, подлежащую возмещению, исходя из кадастровой стоимости объектов, – 12 384 098 руб. 53 коп.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам апеллянта и имеющимся в деле документам, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что обжалованный судебный акт подлежит отмене, принимая во внимание нижеследующее.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, предусмотренных этой нормой.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее - постановления Пленума ВАС РФ № 63).

В соответствии с оспариваемым договором дарения от 23.07.2017 отчуждено недвижимое имущество, право собственности на которое подлежит государственной регистрации.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843 по делу № А56-31805/2016, следует учитывать, что конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, в целях оспаривания сделки по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации.

Учитывая, что в данном случае по договору дарения отчуждалось недвижимое имущество, право собственности на которое подлежит государственной регистрации, для соотнесения даты совершения сделки с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации – 16.11.2018.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве один год, предшествовавший дате принятия заявления о признании банкротом, и составляющего по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве - три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Предусмотренный законом трехлетний период подозрительности не является сроком исковой давности. При рассмотрении требования о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд независимо от доводов и возражений участников спора обязан проверить, совершена ли оспариваемая сделка в пределах указанного срока. Сделка, совершенная за пределами трехлетнего срока, не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным в главе III.1 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) возбуждено определением Арбитражного суда Ростовской области от 03.02.2022, регистрация перехода права собственности на недвижимость по договору дарения произведена 16.11.2018, а оспариваемый договор дарения заключен 23.07.2017, то сделка заключена за пределами периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из изложенного следует, что данный договор дарения заключен за пределами трехлетнего периода подозрительности, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, данная сделка не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о несостоятельности.

Обращаясь с заявлением о признании недействительным (ничтожным) договора дарения, финансовый управляющий должника указал, что действия должника свидетельствуют о выводе имущества с целью уклонения от удовлетворения за счет него требований кредиторов. Отчуждение имущества произведено в пользу заинтересованного лица безвозмездно, что не может быть признано добросовестным и разумным при наличии задолженности перед кредиторами.

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не установил правовых оснований для признания сделки недействительной на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из следующего.

Как разъяснено в пункте 4 постановления ВАС РФ № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Само по себе признание сделки недействительной по мотиву злоупотребления ее сторонами (стороной) правом и как посягающей на права и охраняемые законом интересы третьих лиц не противоречит действующему законодательству и соответствует сложившейся правоприменительной практике (пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ № 63 и пункт 10 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Вопрос о допустимости оспаривания подозрительных сделок должника на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886 (1), от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).

Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 Гражданского кодекса возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 Гражданского кодекса исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Приведенные заявителем аргументы в обоснование недействительности сделки охватываются специальным составом недействительности сделок, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оспаривание сделок на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС17-4886 от 31.08.2017, необходимо указать, чем в условиях конкуренции норм о действительности сделки обстоятельства, свидетельствующие в пользу наличия признаков злоупотребления правом, выходят за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В обоснование довода о недействительности сделки в силу статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации финансовый управляющий указал, что должник, при наличии вступившего в законную силу решения о взыскании с него денежных средств, безвозмездно передал имущество заинтересованному лицу.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции, признавая доводы финансового управляющего должника обоснованными, квалифицировав сделку как ничтожную, не указал, чем, в условиях конкуренции норм о недействительности сделки, выявленные нарушения выходили за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, признавая сделку ничтожной, неправомерно применил общие нормы гражданского законодательства (статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Таким образом, направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (ответчик) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В то же время выводы суда первой инстанции по существу сводятся к тому, что целью сделки, которую осознавали и желали достичь обе стороны, являлся вывод активов должника в ущерб кредиторам в пользу заинтересованного лица. Обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, финансовым управляющим не указаны. Более того, такие обстоятельства не установлены и судом первой инстанции.

Таким образом, вмененные финансовым управляющим нарушения укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поэтому основания для применения к спорным отношениям статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации у суда отсутствовали.

Тот факт, что должник произвел отчуждение спорного имущества после принятия судом общей юрисдикции решения о взыскании с него денежных средств, не свидетельствует о наличии оснований для квалификации сделки по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку это обстоятельство не выходит за пределы пороков сделок, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закон о банкротстве, – вывод имущества должника в ущерб имущественным интересам кредиторов.

Требование финансового управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемом договоре пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. Однако заявитель не представил доказательства в обоснование заявленного требования.

Суд апелляционной инстанции, учитывая вышеуказанные правоприменительные выводы Верховного Суда Российской Федерации, пришел к выводу, что указание заявителем в качестве основания оспаривания сделок общих норм гражданского законодательства, без применения норм Закона о банкротстве, направлено на обход периода подозрительности, установленного специальной нормой для оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве, что противоречит действующему законодательству.

Оснований для применения к оспариваемой сделке общих положений гражданского законодательства, а именно: статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не усматривается.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание отсутствие доказательств наличия в действиях сторон пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, установленных Законом о банкротстве, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления о признании сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции является несоответствие выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела.

Поскольку при принятии определения Арбитражного суда Ростовской области от 06.07.2023 по делу № А53-45607/2021 суд первой инстанции пришел к выводам, не соответствующим установленным по делу обстоятельствам, обжалуемый судебный акт подлежит отмене, с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявления.

По смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации размер государственной пошлины при подаче искового заявления по спорам, возникающим при заключении, изменении или расторжении договоров, а также по спорам о признании сделок недействительными составляет 6 000 руб.

Из материалов дела следует, что при обращении с заявлением об оспаривании сделки должника, финансовому управляющему предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины в бюджет в размере 6 000 руб. В связи с этим, на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 руб. по заявлению об оспаривании сделки подлежат взысканию с конкурсной массы должника в доход федерального бюджета.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе на определение суда о признании сделки должника недействительной в соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации составляет 3 000 руб. Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на должника (статья 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в связи с этим с конкурсной массы должника в пользу ФИО3 надлежит взыскать расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 06.07.2023 по делу № А53-45607/2021 отменить.

В удовлетворении заявления отказать.

Взыскать с конкурсной массы ФИО4 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб.

Взыскать с конкурсной массы ФИО4 в пользу ФИО3 расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                               Н.В. Сулименко

 

Судьи                                                                                             М.А. Димитриев

 

Д.В. Николаев