АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА 

420066, 

<

...>, тел. 

<

***>  

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции 

Ф06-4635/2025

Дело № А65-31338/2023

г. Казань

10 сентября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 августа 2025 г. Полный текст постановления изготовлен 10 сентября 2025 г.  

Арбитражный суд Поволжского округа в составе: председательствующего судьи Советовой В.Ф.,  

судей Зориной О.В., Коноплёвой М.В., 

при участии представителя общества с ограниченной ответственностью «Алга» – ФИО1 по доверенности от 06.11.2024,  

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,  

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Алга»  

на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.10.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2025  

по делу № А65-31338/2023 

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Алга» о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании с ФИО2, г. Казань, ФИО3, г.  

Казань, в солидарной порядке в пользу общества с ограниченной ответственностью "Алга" денежных средств в размере 1 171 240, 02 руб.  

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление общества с ограниченной ответственностью "Алга" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) (далее – истец) о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании с ФИО2 (ИНН 

<

***>, г. Казань) и ФИО3 (ИНН 

<

***>, г. Казань) в солидарной порядке в пользу общества с ограниченной ответственностью "Алга" денежных средств в размере 1 171 240 руб. 02 коп.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.10.2024 заявление оставлено без удовлетворения.  

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2025 решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.10.2024 оставлено без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.  

Не согласившись с принятыми по спору судебными актами, ООО "Алга" обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, нарушение судами норм материального и процессуального права, просит решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, исковые требования удовлетворить.  

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель ссылается на то, что суды не дали оценку доводам общества о наличии у должника признаков «брошенного» юридического лица.  

В судебном заседании представитель заявителя кассационную жалобу поддержал в полном объеме, ссылаясь на неправильное распределение судами бремени доказывания, обязании истца доказывать обстоятельства  

сверх тех, что предусмотрены законом в презумпции доведения юридического лица до банкротства контролировавшим его лицом и неправомерном освобождении ответчиков от обязанности опровергнуть свою причастность к доведению общества "Спецтехника 2020" до банкротства. Суды безосновательно возложили это бремя на истца, объективно лишенного доступа к информации о финансово – хозяйственной деятельности должника. При рассмотрении спора в судах первой и апелляционной инстанции ответчики не представили ни пояснения по существу хозяйственной деятельности должника и причин банкротства, ни документы о финансово – хозяйственной деятельности должника.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, на основании части 3 статьи 284 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.  

Рассмотрев кассационную жалобу, проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции находит их подлежащими отмене, с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, исходя из следующего.  

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается, что ФИО2 является директором ООО "Спецтехника 2020", ФИО3 является учредителем (размер доли в процентах 100).  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.08.2022 по делу NА65-9061/2022 с ООО "Спецтехника 2020" (далее – должник) в  

пользу ООО "Алга" взыскана задолженность в сумме 1 098 800 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 52 440,02 руб., представительские расходы в сумме 20 000 руб.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.05.2023 по делу N А65-10787/2023 по заявлению ООО "Алга" возбуждено дело о банкротстве должника, которое определением от 23.08.2023 прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).  

Заявленные обществом "Алга" требования о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности основаны на положениях подпункта 1 пункта 2, подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве и мотивированы бездействием ответчиков, не принятие ими мер к погашению задолженности перед кредитором, виновными действиями ответчиков, отсутствием имущества у юридического лица для проведения процедуры банкротства, не участием в деле о банкротстве должника и не финансированием процедуры банкротства должника.  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из недоказанности истцом наличия оснований для привлечения ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Суд первой инстанции указал, что истцом не доказано, что своими действиями (указаниями) ответчики довели должника до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.  

Судом первой инстанции приняты во внимания пояснения ответчика о том, что обязательства перед заявителем исполнялись, между тем погасить задолженность перед заявителем не представлялось возможным по объективным причинам, в том числе, в связи с просрочками оплаты  

контрагентами и погашения задолженности перед бюджетом и другими кредиторами, что следует из представленной выписки по расчетному счету должника.  

Как указал суд первой инстанции, истцом не представлены доказательства умышленного уклонения ответчиков от погашения задолженности перед истцом.  

Доводы истца со ссылкой на не участие ответчиков в деле о банкротстве должника и не финансирования процедуры банкротства, в связи с чем производство по делу о банкротстве общества "Спецтехника 2020" было прекращено, судом первой инстанции отклонены, поскольку, как указано судом, процессуальные риски отказа от финансирования процедуры банкротства относятся на заявителя, кроме того, сведения о том, что негативное финансовое положение должника возникло в результате умышленных действий (бездействий) ответчика истцом не приведены.  

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для привлечения ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Спецтехника 2020", указав, что суд первой инстанции, предложив кредитору-истцу уточнить заявление в части указания конкретного состава совершенных ответчиками убыточных сделок, ознакомиться с представленной выпиской по счету, приняв во внимание отказ представителя истца от совершения процессуальных действий, исходя из принципа состязательности арбитражного процесса и равенства сторон, пришел к выводу, что истец не доказал обстоятельства для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, что их действия (бездействие), выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска, в связи с чем оснований для его удовлетворения не имеется.  

При этом апелляционный суд отметил, что суд первой инстанции принял во внимание пояснения ответчика ФИО2 о том, что причиной возникновения кассового разрыва, в результате чего образовалась задолженность, выступает экономическая и геополитическая обстановка в стране, в результате которой произошел рост ключевой ставки ЦБ РФ, что вызвало увеличение ставок по договорам лизинга, которое в итоге привело к увеличению стоимости аренды спецтехники в регионе. Данный объективный фактор роста негативно сказался на финансовом положении должника, ввиду того что обязательства по ранее заключенным контрактам складывались из расценок установленных до повышения.  

Отклоняя доводы апеллянта о противоправности действий ответчиков, со ссылкой на то, что выручка общества "Спецтехника 2020" в момент возникновения задолженности перед обществом "Алга" составляла 3,9 млн. руб., что свидетельствует о возможности погасить задолженность, суд апелляционной инстанции указал, что данные сведения не подтверждают наличие у общества "Спецтехника 2020" чистой прибыли и доходов.  

Суд апелляционной инстанции, проанализировав выписку по счету должника, не усмотрел каких-либо операций, свидетельствующих об их убыточности для должника, поскольку в назначении платежей указано либо "перевод средств между счетами", "выдача наличных денег в банкомате", либо "перевод средств на сейф счет".  

Апелляционным судом также учтено, что кредитор о наличии оснований для оспаривания банковских операций не заявлял.  

Суд апелляционной инстанции указал, что согласно выписке по счету задолженность по обязательным платежам погашалась частично со счета должника в связи с принятыми мерами принудительного взыскания (решение о взыскании N 430 от 16.02.2022).  

Кроме того апелляционный суд отметил, что кредитором заявлено требование к двум ответчикам: ФИО2 (руководителю) и  

ФИО3 (учредителю) солидарно, однако, кредитором не раскрыты действие каждого из них и обстоятельства, которых, как полагает кредитор, было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Между тем судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении требования ООО "Алга" о привлечении ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Спецтехника 2020" на основании подпункта 1 пункта 2, подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве не учтено следующее.  

Суды, отказывая в удовлетворении заявленных обществом "Алга" требований о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника, исходили из того, что истец не доказал обстоятельства, подтверждающие виновные действия ответчиков, не представил доказательства умышленного уклонения ответчиков от погашения задолженности перед истцом, не указал конкретный состав совершенных ответчиками убыточных сделок. Суды фактически возложили на общество "Алга" бремя доказывания наличия вины ответчиков в неисполнении обязательств.  

В силу положений главы III.2 Закона о банкротстве основанием для привлечения к субсидиарной ответственности является установление невозможности погашения требований кредиторов как через доказывание причинения вреда контролирующим лицом, например, путем совершения (одобрения) порочных сделок (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11), так и через доказывание сокрытия следов противоправной деятельности, причинившей вред (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 N 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622(4,5,6), от 26.04.2024 N 305-ЭС23-29091).  

Бремя доказывания оснований возложения субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо по общему правилу лежит на кредиторе, заявившем это требование (статья 65 АПК РФ).  

Вместе с тем контролирующие лица, тем более если банкротство хозяйственного общества вызвано их противоправной деятельностью, не заинтересованы в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот в подконтрольных обществах (предприятиях). Однако, как следует из пункта 56 постановления N 53, это обстоятельство не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если кредитор с помощью косвенных доказательств убедительно обосновал утверждение о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения его требований вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо.  

Закон о банкротстве прямо предписывает контролирующему должника лицу активное процессуальное поведение при доказывании возражений относительно предъявленных к нему требований под угрозой принятия решения не в его пользу (пункт 2 статьи 61.15, пункт 4 статьи 61.16, пункт 2 статьи 61.19 Закона о банкротстве, пункт 2 статьи 9, пункт 3.1 статьи 70 АПК РФ).  

Правовая позиция по вопросу о распределении бремени доказывания по делам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности применительно к случаю, когда подконтрольный должник ликвидирован, изложена Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 07.02.2023 N 6-П, а также Верховным Судом Российской Федерации в пункте 8 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год, утвержденного 15.05.2024, и ряде определений (например, определения от 04.10.2023 N 305-ЭС23-11842, от 10.04.2023 N 305-ЭС22-16424, от 11.02.2025 N 307-ЭС24-18794 и другие). Ее суть сводится к тому, что бремя доказывания сторонами судебного спора своих требований и возражений должно быть распределено судом так, чтобы оно было потенциально реализуемым, то  

есть чтобы сторона имела объективную возможность представить необходимые доказательства. Недопустимо требовать со стороны представление доказательств определенных обстоятельств, если она не может их получить по причине их нахождения у другой стороны спора, не раскрывающей их по своей воле.  

Если кредитор утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, то суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника.  

Если кредитор, действующий добросовестно, лишен доступа к указанной информации, а контролирующее лицо отказывается или уклоняется от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или предоставляет явно неполную информацию, то обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности. При этом стандарт разумного и добросовестного поведения последнего в сфере корпоративных отношений предполагает аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства.  

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 10.04.2025 N 308-ЭС24-21242 указал, что эта же правовая позиция применима и к случаю, когда юридическое лицо еще не исключено из реестра, но является уже фактически недействующим ("брошенным"), так как по существу экономически оно ничем не отличается от ликвидированного. Иной подход приведет к правовой незащищенности кредиторов "брошенных"  

юридических лиц и существенно ущемит их права по сравнению с кредиторами ликвидированных юридических лиц.  

Признаками недействующего юридического лица, созданного в организационно-правовой форме, предусматривающей активное участие в гражданском обороте для осуществления приносящей доход деятельности, являются следующие (пункт 1 статьи 64.2 Гражданского кодекса, пункт 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей"):  

1) длительное (более одного года) непредставление документов отчетности, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах;  

2) длительное (более одного года) отсутствие операций хотя бы по одному банковскому счету.  

Кроме того, во внимание могут быть приняты и иные обстоятельства, например, недостоверные сведения о юридическом лице (несоответствие фактических данных тем, что имеются в регистрационных документах).  

Таким образом, кредитор "брошенного" юридического лица, обращающийся с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности лица, контролировавшего последнего, должен доказать следующие обстоятельства:  

1) наличие и размер перед ним задолженности у юридического лица; 2) наличие у должника признаков "брошенного" юридического лица;  

3) контроль над этим должником со стороны физического и (или) иного юридического лица (лиц);  

4) отсутствие содействия последних в предоставлении сведений о финансово-хозяйственной деятельности должника в необходимых объемах.  

Кредитор вправе доказать и большее, однако, как правило, совокупность указанных признаков уже достаточна для удовлетворения  

его требований, так как сокрытие контролирующим лицом сведений о причинах неисполнения подконтрольным лицом денежного обязательства предполагает его интерес в укрывании собственных незаконных действий (бездействия), повлекших невозможность погашения требований кредитора.  

При установлении статуса контролирующего должника лица у ответчика суд, реализуя принцип состязательности арбитражного процесса (статья 9 АПК РФ), обязан предоставить ему возможность опровергнуть позицию истца своими объяснениями и прочими доказательствами.  

Оценивая обстоятельства, связанные с наличием задолженности и причинами неплатежа, следует учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статьи 56 ГК РФ), наличие у участников общества и его руководителя широкой свободы усмотрения при принятии деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статьи 10 ГК РФ) (пункт 1 постановления N 53).  

Если будет доказано, что действия контролирующего лица не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов подконтрольного общества, то оно не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 18 постановления N 53).  

Само по себе наличие презумпций (вины, причинно-следственной связи и т.д.) означает лишь определенное распределение бремени доказывания между участниками спора, что не исключает ни право ответчика на опровержение приведенных заявителем доводов, ни  

обязанности суда исследовать и устанавливать наличие всей совокупности элементов, необходимых для привлечения ответчиков к ответственности.  

Соответственно, при рассмотрении такой категории дел как привлечение руководителя, участника к ответственности перед контрагентами управляемого ими юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества), суд должен исследовать и давать оценку не только заявленным требованиям и приведенным в обосновании требований доводам, но и исследовать и оценивать по существу имеющиеся в деле доказательства, а также приводимые ответчиком возражения, которые должны быть мотивированы и документально подтверждены.  

В рассматриваемом деле истец подтвердил длительное неисполнение обществом "Спецтехника 2020" принятых на себя обязательств, подтвержденных решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.08.2022 по делу NА65-9061/2022, отсутствие у общества "Спецтехника 2020" возможности погасить задолженность, в связи с прекращением дела о банкротстве должника по причине отсутствия у него имущества, а также факт контроля над должником со стороны ФИО2, ФИО3  

В ходе рассмотрения обособленного спора суд первой инстанции в порядке статьи 66 АПК РФ истребовал у Межрайонной ИФНС России № 4 по Республике Татарстан сведения обо всех открытых и закрытых счетах ООО "Спецтехника 2020"; у ПАО Банк «ФК Открытие» выписки по расчетным счетам "Спецтехника 2020" за период с 01.05.2021 года по настоящий день.  

Межрайонной ИФНС России № 4 по Республике Татарстан и ПАО Банк «ФК Открытие» определение суда исполнено.  

Отказывая в удовлетворении требований о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции принял во внимания  

пояснения представителя ответчиков о том, что обязательства перед заявителем исполнялись, между тем погасить задолженность перед заявителем не представлялось возможным по объективным причинам, в том числе, в связи с просрочками оплаты контрагентами и погашения задолженности перед бюджетом и другими кредиторами, что следует из представленной выписки по расчетному счету должника.  

Суд округа отмечает, что ФИО2 и ФИО3, не оспаривая наличие у них статуса контролирующих лиц, не представили доказательства, подтверждающие данные факты, а также доказательства, что действия (бездействие) ответчиков, как лиц контролирующих должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредитора, не представили сведения об имущественном положении общества "Спецтехника 2020" на дату формирования задолженности и в последующий период.  

Суд первой инстанции, ограничившись указанием на недоказанность истцом обстоятельств для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, в целях оценки доводов истца о виновных действиях ответчиков по намеренному неосуществлению расчетов с ним, о наличии в действиях ответчиков необходимой совокупности условий, достаточной для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, не принял мер к проверке причин неисполнения обществом "Спецтехника 2020" денежного обязательства.  

Суд первой инстанции не предложил ответчикам представить документы, характеризующие хозяйственную деятельность общества "Спецтехника 2020", а также документы, раскрывающие имущественное положение юридического лица и объясняющие причины, по которым расчеты с истцом не были произведены; доказательства, подтверждающие, что ответчики действовали добросовестно и приняли все меры для исполнения обществом "Спецтехника 2020" обязательств перед  

кредитором; письменные пояснения относительно причин неисполнения должником обязательств перед истцом и мотивов фактического прекращения обществом "Спецтехника 2020" хозяйственной деятельности.  

Суд апелляционной инстанции указанные недостатки не устранил. 

Между тем, в апелляционной жалобе общество "Алга" ссылалось на неправильное распределение судом первой инстанции бремени доказывания. В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывал, что ни в деле о банкротстве общества "Спецтехника 2020", ни в настоящем деле ответчики не предоставили пояснений по существу хозяйственной деятельности должника, документы о финансово – хозяйственной деятельности, не изложили доводов по поводу причин банкротства контролируемого ими общества. Непредставление документов ответчиками должны были быть оценены судом как неуважительные, надуманные и спровоцированные умышленными и противоправными действиями ответчиков. Ответчики не доказали, что они действовали добросовестно и разумно.  

Заявитель ссылался на правовые подходы, изложенные в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 N 303-ЭС23-26138.  

В дополнениях к апелляционной жалобе общество "Алга" указывало, что выписка с банковского счета общества "Спецтехника 2020" представлена всего за период с мая 2021 по ноябрь 2021 года, не отражает полные обороты по счету должника и не может являться доказательством, послужившим основанием для освобождения ответчиков от субсидиарной ответственности.  

Апелляционный суд не усмотрел оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта суда первой инстанции, в том числе приняв во внимание пояснения ответчиков, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу о том, что причиной возникновения кассового разрыва, в результате чего образовалась задолженность, выступает экономическая и геополитическая обстановка в стране, в результате  

которой произошел рост ключевой ставки ЦБ РФ, что вызвало увеличение ставок по договорам лизинга, которое в итоге привело к увеличению стоимости аренды спецтехники в регионе. Данный объективный фактор роста негативно сказался на финансовом положении должника, ввиду того что обязательства по ранее заключенным контрактам складывались из расценок установленных до повышения.  

Судебная коллегия предложила ответчикам раскрыть причины неоплаты долга перед кредитором, причины кассового разрыва, представить доказательства, подтверждающие, что действия ответчиков не выходили за пределы обычной предпринимательской деятельности, сведения о мерах, предпринятых ответчиками, для погашения задолженности перед кредитором, представить сведения о происхождении задолженности ООО "Спецтехника 2020" в размере 423 138 руб., доказательства отсутствия причинно-следственной связи между действиями контролирующих должника лиц и невозможностью погашения обязательств должника перед кредитором, представить сведения о периоде, когда у контролирующих должника лиц возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), бухгалтерские балансы должника за 2021, 2022 годы с отметкой налогового органа о принятии.  

ФИО2 в материалы дела представлены бухгалтерские балансы должника, а также пояснения, в которых в качестве основания для отклонения заявленных истцом требований приведены доводы о том, что риск возникновения задолженности не выходил за пределы обычного делового риска и не явился следствием действий контролирующих должника лиц. В настоящее время обществом "Спецтехника 2020" достигнуты соглашения с заказчиками о предстоящих работах, что позволяет должнику исполнить обязательства перед ООО "Алга".  

Суд округа отмечает, что доказательства, подтверждающие обстоятельства, изложенные ответчиками в отзыве на апелляционную  

жалобу, доказательства, подтверждающие, что непогашение задолженности перед истцом произошло в силу объективных причин, не зависящих от действий и решений, принимаемых контролирующими должника лицами, доказательства, подтверждающие, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от них требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, они действовали добросовестно и приняли все зависящие меры для надлежащего исполнения обязательств обществом "Спецтехника 2020" перед обществом "Алга", ответчиками не представлены.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции, признавая обоснованными выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, указал, что из выписки по счету должника не усматривается каких-либо операций, свидетельствующих об их убыточности для должника, поскольку в назначении платежей указано либо "перевод средств между счетами", "выдача наличных денег в банкомате", либо "перевод средств на сейф счет".  

Вместе с тем, данный вывод сделан судом апелляционной инстанции при неполном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора.  

Суд апелляционной инстанции не предложил ответчикам представить пояснения относительно данных операций по счету общества "Спецтехника 2020", обоснования как снятия указанных сумм ответчиками, так и перевод средств между счетами и на сейф счет, а также документальное подтверждение расходования денежных средств на нужды должника.  

При отсутствии в материалах дела доказательств, подтверждающих, что непогашение задолженности перед обществом "Алга" произошло в силу объективных причин, не зависящих от действий и решений,  

принимаемых контролирующими должника лицами, суды пришли к преждевременному выводу об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих должника лиц.  

Определяющие основания для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а также особенности распределения бремени доказывания по данной категории споров при рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанции не учтены.  

Вывод суда апелляционной инстанции о наличии у истца возможности взыскать задолженность в порядке исполнительного производства со ссылкой на то, что общество "Спецтехника 2020" является действующим юридическим лицом, не ликвидировано, также является преждевременным, сделанным без оценки доводов истца о том, что оно является фактически недействующим ("брошенным").  

Поскольку выводы судов об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности основаны на неполном исследовании всех значимых для дела обстоятельств и существенных для правильного рассмотрения спора доказательств, являются преждевременными, обжалуемые судебные акты подлежат отмене, а дело в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

При новом рассмотрении спора суду надлежит устранить отмеченные в мотивировочной части настоящего постановления недостатки, рассмотреть вопрос о перераспределении бремени доказывания, имея в виду неравные в силу объективных причин процессуальные возможности истца и ответчиков, установить и исследовать все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие значение для правильного разрешения спора, дать оценку доводам участвующих в деле лиц, и представленным доказательствам, после чего разрешить спор в  

соответствии с требованиями норм материального и процессуального права.  

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы судом кассационной инстанции не рассматривается, поскольку в силу абзаца 2 части 3 статьи 289 АПК РФ при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается судом, вновь рассматривающим дело.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.10.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2025 по делу № А65-31338/2023 отменить.  

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья В.Ф. Советова 

Судьи О.В. Зорина 

 М.В. Коноплёва