ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-24892/2019

Дело № А41-26907/17

15 июня 2020 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июня 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  15 июня 2020 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Катькиной Н.Н.,

судей Муриной В.А., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от закрытого акционерного общества «Богучанский Алюминиевый Завод»: ФИО2 по доверенности № 19/01012019 от 01.01.19, 

от конкурсного управляющего акционерного общества «Кемберлит» ФИО3: ФИО3 лично, 

от ФИО4: ФИО5 по нотариально удостоверенной доверенности от 03.08.18, зарегистрированной в реестре за № 38/45-н/38-2018-1-1155, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда Московской области от 22 ноября 2019 года по делу №А41-26907/17, по заявлению закрытого акционерного общества «Богучанский Алюминиевый Завод» о признании сделок акционерного общества «Кемберлит» по перечислению денежных средств в пользу ФИО4 недействительными и применении последствий недействительности сделок,

УСТАНОВИЛ:

Закрытое акционерное общество «Богучанский Алюминиевый Завод» (ЗАО «БоАЗ») обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением в рамках дела о банкротстве акционерного общества (АО) «Кемберлит», в котором просило:

- признать недействительными взаимосвязанные сделки по перечислению ФИО4 денежных средств со счета АО «Кемберлит» в качестве заработной платы на сумму 1 621 541 рубль;

- признать недействительной сделку по перечислению ФИО4 02.05.17 денежных средств со счета АО «Кемберлит» в качестве компенсации за неиспользованный отпуск в сумме 2 572 091 рубль;

- признать недействительной сделку по перечислению ФИО4 03.08.16 денежных средств со счета АО «Кемберлит» в качестве оплаты за услуги на сумму 1 221 165 рублей;

- применить последствия недействительных сделок. Взыскать с ФИО4 в пользу АО «Кемберлит» денежную сумму в размере 5 415 607 рублей;

- взыскать с ФИО4 сумму расходов по уплате государственной пошлины в размере 6 000 рублей (т. 1, л.д. 3-9).

Заявление подано на основании статей 61.2., 61.3., 61.8., 61.9. Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

До вынесения судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу спора, ЗАО «БоАЗ» в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнило заявленные требования, просило:

- признать недействительными взаимосвязанные сделки по перечислению ФИО4 денежных средств со счета АО «Кемберлит» в качестве заработной платы на сумму 1 621 541 рубль;

- признать недействительной сделку по перечислению ФИО4 02.05.17 денежных средств со счета АО «Кемберлит» в качестве компенсации за неиспользованный отпуск в сумме 2 552 126 рублей;

- признать недействительной сделку по перечислению ФИО4 03.08.16 денежных средств со счета АО «Кемберлит» в качестве оплаты за услуги на сумму 1 221 165 рублей;

- применить последствия недействительных сделок. Взыскать с ФИО4 в пользу АО «Кемберлит» денежную сумму в размере 5 394 832 рубля;

- взыскать с ФИО4 сумму расходов по уплате государственной пошлины в размере 6 000 рублей (т. 4, л.д. 8-9).

Определением Арбитражного суда Московской области от 22 ноября 2019 года были признаны недействительными сделками выплаты АО «Кемберлит» в пользу ФИО4 денежных средств в сумме 4 173 667 рублей в качестве заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск, а также в сумме 1 221 165 рублей в качестве оплаты за оказанные услуги. В качестве применения последствий недействительности сделок взыскано с ФИО4 в конкурсную массу АО «Кемберлит» 5 394 832 рубля (т. 7, л.д. 90-93).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО4 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (т. 7, л.д. 102-108).

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, АО «Кемберлит» было зарегистрировано в качестве юридического лица 23.09.14, его учредителями являются ФИО4, обладающий 75% в уставном капитале Общества и ФИО6, обладающий 25% в уставном капитале Общества.

В соответствии с приказом № 08/03л/с от 31.03.15 ФИО4 с 02.04.15 был принят на должность генерального директора АО «Кемберлит» с окладом в размере 9 628 рублей 37 копеек (т. 1, л.д. 92).

На основании приказа № 03-1/12л/с от 21.12.16 трудовой договор с ФИО4 был расторгнут с 21.12.16 (т. 1, л.д. 93).

Согласно реестрам, переданным должником конкурсному управляющему, в период с апреля 2015 года по декабрь 2016 года ФИО4 было выплачено 839 220 рублей (т. 1, л.д. 48-63).

Из выписки с расчетного счета АО «Кемберлит» также следует, что в 2016-2017 годах ФИО4 было выплачено 4 464 281 рубль, в том числе: 1 621 541 рубль в качестве заработной платы и 2 842 740 рублей в качестве компенсации за неиспользованный отпуск (т. 1, л.д. 64-71).

01.07.16 между АО «Кемберлит» (Заказчик) и ИП ФИО4 (Исполнитель) был заключен договор оказания услуг, в соответствии с которым Исполнитель принимает на себя обязательства по выполнению следующих услуг: транспортировка стальной трубы диаметром 1 600 мм с территории Братского завода метаплоизделий на территорию АО «Кемберлит», гидроизоляция стальной трубы диаметром 1 600 мм площадью 748 м., транспортировка изолированной стальной трубы с территории АО «Кемберлит» на строительную площадку г. Братск Центральный район, а Заказчик обязался оплатить и принять результат работы, указанной в Договоре (т. 1, л.д. 106-107).

В соответствии с пунктом 2.1. договора от 01.07.16 стоимость работ составляет 850 000 рублей.

Также между ИП ФИО4 (Арендодатель) и АО «Кемберлит» (Арендатор) были заключены договоры аренды:

- от 01.11.15 в отношении земельного участка для использования под стоянку автомашин и спецтехники, площадью 3 450 кв.м., кадастровый номер 38:34:020301:2, расположенного по адресу: 

<

...>, сроком до 01.10.16, с арендной платой в размере 13 800 рублей в месяц (т. 7, л.д. 46-47),

- от 01.12.15 в отношении нежилых помещений (7 кабинетов) общей площадью 62 кв.м., находящихся на 2 этаже нежилого 2-х этажного здания конторы по адресу: 

<

...>/01, сроком до 01.10.16, с арендной платой в размере 400 рублей в месяц за 1 кв.м. (т. 7, л.д. 49-50),

- от 01.10.16 в отношении земельного участка для использования под стоянку автомашин и спецтехники, площадью 3 450 кв.м., кадастровый номер 38:34:020301:2, расположенного по адресу: 

<

...>, сроком до 01.09.17, с арендной платой в размере 13 800 рублей в месяц (т. 7, л.д. 52-53),

- от 01.10.16 в отношении нежилых помещений (7 кабинетов) общей площадью 62 кв.м., находящихся на 2 этаже нежилого 2-х этажного здания конторы по адресу: 

<

...>/01, сроком до 01.09.17, с арендной платой в размере 400 рублей в месяц за 1 кв.м. (т. 7, л.д. 54-55).

03.08.16 АО «Кемберлит» перечислило ФИО4 1 221 165 рублей с назначением платежа «Оплата задолженности за услуги. Сумма 1 221 165,00 без налога (НДС)», из которых:

- 371 165 рублей - по договорам аренды помещения и земельного участка; 

- 850 000 рублей - по договору на оказание услуг от 01.07.16.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Красноярского края по делу № А33-11731/2015 от 19 июля 2016 года с АО «Кемберлит» в пользу ЗАО «БоАЗ» было взыскано 24 579 070 рублей 38 копеек убытков и 48 000 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

В связи с неисполнением указанного решения ЗАО «БоАЗ» обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании АО «Кемберлит» банкротом.

Определением Арбитражного суда Московской области от 13 апреля 2017 года было возбуждено производство по делу о банкротстве АО «Кемберлит».

Определением Арбитражного суда Московской области от 16 августа 2017 года в отношении АО «Кемберлит» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО7. 

Решением Арбитражного суда Московской области от 20 марта 2018 года АО «Кемберлит» было признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7

Определением Арбитражного суда Московской области от 23 мая 2018 года ФИО7 был освобожден от исполнения возложенных на него в настоящем деле обязанностей, конкурсным управляющим АО «Кемберлит» утвержден ФИО3

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, ЗАО «БоАЗ» указало, что перечисление должником ФИО4 денежных средств в общей сумме 5 394 832 рубля является недействительной сделкой, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции руководствовался пунктом 2 статьи 61.2. Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

Пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" закреплено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться:

1) действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.);

2) банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента);

3) выплата заработной платы, в том числе премии;

4) брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов;

5) уплата налогов, сборов и таможенных платежей как самим плательщиком, так и путем списания денежных средств со счета плательщика по поручению соответствующего государственного органа;

6) действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения;

7) перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, ЗАО «БоАЗ» указало, что перечисление должником ФИО4 денежных средств в общей сумме 5 394 832 рубля, в том числе в качестве заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, оплаты за услуги, является недействительной сделкой, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из указанных в статье условий.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления закреплено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О 10 несостоятельности (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 9 названного Постановления при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Производство по настоящему делу было возбуждено определением Арбитражного суда Московской области от 13 апреля 2017 года, оспариваемые платежи совершены в 2016-2017 годах, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На момент совершения оспариваемых платежей АО «Кемберлит» обладало признаками несостоятельности.

В частности, 03.06.15 ЗАО «БоАЗ» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к АО «Кемберлит» о взыскании убытков в сумме 24 579 070 рублей 38 копеек.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Красноярского края от 19 июля 2016 года по делу № А33-11731/2015 с АО «Кемберлит» в пользу ЗАО «БоАЗ» было взыскано 24 579 070 рублей 38 копеек убытков.

Как указывалось выше, ФИО4 является учредителем АО «Кемберлит» с долей в размере 75% уставного капитала Общества. Также ФИО4 в период с 02.04.15 по 21.12.16 занимал должность генерального директора Общества на постоянной основе.

Следовательно, ФИО4 не мог не знать о наличии у должника признаков несостоятельности, поскольку являлся заинтересованным по отношению к АО «Кемберлит» лицом.

В соответствии абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественными правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника, а также иные последствия совершенных должником сделок, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

ЗАО «БоАЗ» указывает, что в результате совершения необоснованных платежей в пользу ФИО4 была уменьшена конкурсная масса должника.

Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Заключение трудового договора, иных соглашений, регулирующих правоотношение между работником и работодателем, представляет собой действия названных субъектов, направленные на возникновение у них прав и обязанностей в рамках указанных правоотношений (ст. 16 ТК РФ).

В силу положений статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата является вознаграждением за труд, зависящим от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные и стимулирующие выплаты; окладом - фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

Статьями 132 и 135 Трудового кодекса Российской Федерации закреплено, что установление работнику размера заработной платы относится к исключительным полномочиям работодателя.

Основной обязанностью работодателя является обеспечение работникам равной оплаты за труд равной ценности, выплата заработной платы в полном объеме и в установленные сроки (ст. 22 ТК РФ).

Заработная плата каждого работника согласно положениям статей 132, 135 Трудового кодекса Российской Федерации зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается и устанавливается трудовым договором в соответствии с системой оплаты труда действующей у работодателя.

Таким образом, работник, исполнявший свои трудовые обязанности, не может быть в произвольном порядке лишен конституционного права (ст. 37 Конституции Российской Федерации) на выплату вознаграждения, не ниже минимального размера оплаты труда.

При этом размер заработной платы, как следует из статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливается трудовым договором, заключаемым между работником и работодателем.

В материалы настоящего обособленного спора трудовой договор, заключенный между АО «Кемберлит» и ФИО4 не представлен, доказательств его заключения не имеется.

Вместе с тем согласно части 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17.03.04 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Факт исполнения ФИО4 обязанностей генерального директора АО «Кемберлит» участвующими в деле лицами не оспаривается, вместе с тем отсутствие трудового договора и штатного расписания не позволяет определить размер заработной платы, установленной названному лицу.

Частью первой статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно приказу № 08/03л/с от 31.03.15 ФИО4 был установлен оклад в размере 9 628 рублей 37 копеек, а также надбавка за работу в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностям в размере 50% и районный коэффициент в размере 40% к заработной плате (т. 1, л.д. 92).

С учетом изложенного размер заработной платы ФИО4 составлял 18 288 рублей 20 копеек.

При этом из представленных в материалы дела списков на зачисление денежных средств на счета банковских карт следует, что ФИО4 за период с апреля 2015 года по декабрь 2016 года было перечислено 839 220 рублей (т. 1, л.д. 30-45).

Правомерность данных выплат в пользу ФИО4 участвующими в деле лицами не оспаривается, как и не оспаривается определенная конкурсным управляющим должника средняя сумма заработной платы в размере 65 000 рублей ежемесячно. 

Кроме того, согласно выписки с расчетного счета АО «Кемберлит» в 2016-2017 годах ФИО4 было выплачено 4 464 281 рубль, в том числе:   качестве заработной платы (дополнительно к выплаченным 839 220 рублей) и 2 842 740 рублей в качестве компенсации за неиспользованный отпуск.

Поскольку в соответствии с приказом о приеме на работу ФИО4 должна была выплачиваться заработная плата в размере 18 288 рублей 20 копеек ежемесячно, то есть не более 384 052 рублей 20 копеек за весь период исполнения обязанностей генерального директора АО «Кемберлит», а фактически было выплачено 2 460 761 рубль в отсутствие законных на то оснований, суд первой инстанции правомерно (с учетом заявленных требований) признал недействительными сделками платежи в сумме 1 621 541 рубль.

Доказательств обоснованности названных платежей ФИО4 не представлено. Материалы дела не содержат трудового договора или штатного расписания, которые подтверждали бы размер произведенных выплат.

В силу статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии с приказом № 03-1/12л/с от 21.12.16 ФИО4 подлежала выплате компенсация за неиспользованный отпуск в 175 дней.

Из материалов дела следует, что ФИО4 в сумме было перечислено 2 842 740 рублей в качестве компенсации за неиспользованный отпуск в 168 дней.

Между тем, ежегодный оплачиваемый отпуск ФИО4 составлял 44 календарных дня (28 основных + 16 за работу в местности, приравненной к Крайнему Северу). ФИО4 за период работы в АО «Кемберлит» (в том числе по совместительству) с 2013 года по 2016 год включительно начислено 176 дней отпуска (44 календарных дня х 4 года), из которых было использовано 45 календарных дней отпуска. 

Таким образом, исходя из количества неиспользованных дней отпуска и размера среднемесячного заработка ФИО4, размер подлежащей выплате ему компенсации составляет 290 614 рублей (65 000 : 29,3 (среднее количество дней для расчета отпускных) х 131).

Поскольку доказательств правомерности выплаты ФИО4 компенсации за неиспользованный отпуск в размере 2 552 126 рублей, превышающих 290 614 рублей, не представлено, суд первой инстанции правомерно признал совершенные АО «Кемберлит» сделки в данной части недействительными.

Из материалов дела также следует, что 03.08.16 АО «Кемберлит» перечислило ФИО4 1 221 165 рублей с назначением платежа «Оплата задолженности за услуги. Сумма 1 221 165,00 Без налога (НДС)», из которых:

- 371 165 рублей - по договорам аренды помещения и земельного участка; 

- 850 000 рублей - по договору на оказание услуг от 01.07.16.

Так, 01.07.16 между АО «Кемберлит» (Заказчик) и ИП ФИО4 (Исполнитель) был заключен договор оказания услуг, в соответствии с которым Исполнитель принимает на себя обязательства по выполнению следующих услуг: транспортировка стальной трубы диаметром 1 600 мм с территории Братского завода метаплоизделий на территорию АО «Кемберлит», гидроизоляция стальной трубы диаметром 1 600 мм площадью 748 м., транспортировка изолированной стальной трубы с территории АО «Кемберлит» на строительную площадку г. Братск Центральный район, а Заказчик обязался оплатить и принять результат работы, указанной в Договоре (т. 1, л.д. 106-107).

В соответствии с пунктом 2.1. договора от 01.07.16 стоимость работ составляет 850 000 рублей.

Между тем, доказательств фактического выполнения названных работ не имеется.

Судом первой инстанции было установлено, что в соответствии с актами освидетельствования скрытых работ № 369/6 от 15.06.17, № 369/7 от 16.06.17, № 369/8 от 17.06.16, № 370/1 от 18.06.16, № 372 от 14.07.16 работы с трубой диаметром 1600 мм. проводились сотрудниками АО «Кемберлит» под контролем заказчика – администрации г. Братска, и генподрядчика – ЗАО «МСУ-78» до заключения договора с ФИО4 на доставку трубы к месту проведения работ. При этом работы по гидроизоляции трубы также осуществлялись до заключения вышеуказанного договора, а именно в период с 15.06.16, в то время как в договоре на оказание услуг от 01.07.16, заключенном между АО «Кемберлит» и ИП ФИО4, в пункте 3.1. указан срок действия договора с 01.07.16, т. е. на 15 дней позже фактического начала работ.

Поскольку доказательств обратного не представлено, оснований полагать наличие у АО «Кемберлит» правовых оснований для выплаты ФИО4 денежных средств в сумме 850 000 рублей не имеется.

Также между ИП ФИО4 (Арендодатель) и АО «Кемберлит» (Арендатор) были заключены договоры аренды:

- от 01.11.15 в отношении земельного участка для использования под стоянку автомашин и спецтехники, площадью 3 450 кв.м., кадастровый номер 38:34:020301:2, расположенного по адресу: 

<

...>, сроком до 01.10.16, с арендной платой в размере 13 800 рублей в месяц (т. 7, л.д. 46-47),

- от 01.12.15 в отношении нежилых помещений (7 кабинетов) общей площадью 62 кв.м., находящихся на 2 этаже нежилого 2-х этажного здания конторы по адресу: 

<

...>/01, сроком до 01.10.16, с арендной платой в размере 400 рублей в месяц за 1 кв.м. (т. 7, л.д. 49-50),

- от 01.10.16 в отношении земельного участка для использования под стоянку автомашин и спецтехники, площадью 3 450 кв.м., кадастровый номер 38:34:020301:2, расположенного по адресу: 

<

...>, сроком до 01.09.17, с арендной платой в размере 13 800 рублей в месяц (т. 7, л.д. 52-53),

- от 01.10.16 в отношении нежилых помещений (7 кабинетов) общей площадью 62 кв.м., находящихся на 2 этаже нежилого 2-х этажного здания конторы по адресу: 

<

...>/01, сроком до 01.09.17, с арендной платой в размере 400 рублей в месяц за 1 кв.м. (т. 7, л.д. 54-55).

Факт экономической целесообразности заключения данных договоров документально не подтвержден. В 2015-2016 годах у АО «Кемберлит» отсутствовали собственный транспорт и спецтехника, крупногабаритные основные средства и собственные запасы строительных материалов, требующие размещение их на специальных стоянках. С учетом наличия признаков неплатежеспособности должника в указанный период обоснованность заключения договоров аренды с ИП ФИО4 не доказана.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявленные требования в данной части.

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве закреплено, что в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно в порядке применения последствий недействительности оспариваемой сделки взыскал с ФИО4 в конкурсную массу АО «Кемберлит» 5 394 832 рубля.

Довод заявителя апелляционной жалобы о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела подлежит отклонению как документально неподтвержденный.

Материалы дела не содержат первичных документов, подтверждающих правомерность оспариваемых выплат.

Справки о доходах по форме 2-НДФЛ, на которые ссылается ФИО4, такими доказательствами не являются.

Согласно правовой позиции, сформулированной в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 04 декабря 2019 года по делу № А40-1303/18, справки о доходах по форме 2-НДФЛ не являются первичными документами и не исключают необходимость предоставления заинтересованным лицом иных документов, подтверждающих обоснованность указанных в справках сведений.

Учитывая отсутствие доказательств правомерности произведенных ФИО4 выплат в контексте признания общества-работодателя несостоятельным (банкротом), в т.ч. отсутствие документов подтверждающих установленные в соответствии с трудовым законодательством выплаты (приказ о премировании, приказ о переводе, об изменении условий труда, об изменении размера оплаты труда, трудовой договор с генеральным директором, дополнительное соглашение к нему, штатное расписание с приказом о введении в действие изменений в штатном расписании, в т.ч. касающихся изменений оплаты труда), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований в полном объеме.

Довод заявителя апелляционной жалобы о возврате им излишне перечисленной заработной платы в сумме 1 321 000 рубль со ссылкой на квитанцию к приходному кассовому ордеру № 8 от 04.05.17 (т. 7, л.д. 45) признается апелляционным судом несостоятельным, поскольку указанная квитанция не позволяет установить период, за который был произведен возврат, факт внесения указанных денежных средств на счет АО «Кемберлит».

При таких обстоятельствах оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований не имеется.

Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

Учитывая изложенное, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 22 ноября 2019 года по делу № А41-26907/17 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Н.Н. Катькина

 

Судьи:

 

В.А. Мурина

 

Н.В. Шальнева