﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-55265/2018

25 мая 2020 года

г. Санкт-Петербург

/тр.7

 

Резолютивная часть постановления объявлена     14 мая 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 мая 2020 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  Савиной Е.В., судей  Медведевой И.Г., Слоневской А.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Григорьевым Н.А., 

при участии:  

- от кредитора (АО "Трест механизация строительных работ": Лукинова К.А. (доверенность от 01.02.2020)

- от должника (ООО "Альянс Плюс"): Котин Е.А. (доверенность от 21.11.2019 

- от в/у ООО "Альянс Плюс": Архипов О.В. (определение от 26.10.2019)

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-3204/2020) общества с ограниченной ответственностью "Ронекс"

на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.12.2019 по делу № А56-55265/2018/тр.7,

принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Ронекс" 

о включении требования в реестр требований кредиторов должника 

по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Альянс Плюс"

установил:

Акционерное общество «Трест механизации строительных работ» (далее –              АО «ТМСР») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании  общества с ограниченной ответственностью «Альянс Плюс» (далее – должник, ООО «Альянс Плюс») несостоятельным (банкротом). 

Определением арбитражного суда от 11.05.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника. 

Определением арбитражного суда от 26.09.2019 заявление АО «ТМСР» признано обоснованным, в отношении ООО «Альянс Плюс» введена процедура банкротства – наблюдение. 

Временным управляющим должника утвержден Архипов Олег Вячеславович, член Ассоциации «Саморегулируемая Организация Арбитражных Управляющих Центрального Федерального Округа». 

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 28.09.2019                № 89.

В арбитражный суд в пределах срока, установленного пунктом 1 статьи 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Компания «РОНЕКС» (далее – кредитор, ООО «РОНЕКС») о включении в реестр требований кредиторов ООО «Альянс Плюс» требования в размере 30 398 761,47 руб. на основании договора №05/2014-НП купли-продажи нефтепродуктов от 23.05.2014, платежных поручений за период с 26.01.2015 по 14.07.2015, актов сверки от 31.12.2015 , 31.12.2017.

Суд первой инстанции, установив общность экономических интересов должника и потенциального кредитора через подтверждение аффилированности обществ, а также факт использования обществами выбранной договорной конструкции для искусственного создания задолженности должника перед кредитором, указал, что подача заявления со стороны ООО «РОНЕКС» о включении в реестр требований кредиторов ООО «Альянс Плюс» обусловлена противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества конкурсной массы и голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), вследствие чего во включении в реестр требований кредиторов ООО «Альянс Плюс» требования ООО «РОНЕКС» в размере                       30 398 761,47 руб. определением от 30.12.2019 отказал.

В апелляционной жалобе ООО «РОНЕКС» просит указанное определение отменить, заявленное требование о включении требования в размере                               30 398 761,47 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Альянс Плюс» удовлетворить, ссылаясь на то, что обжалуемое определение вынесено судом первой инстанции без учета фактических обстоятельств обособленного спора и применимых разъяснений Верховного Суда Российской Федерации.

В отзывах на апелляционную жалобу временный управляющий, АО «ТМСР», выражая свое согласие с обжалуемым судебным актом, просят оставить его без изменения, а апелляционную жалобу ООО «РОНЕКС» без удовлетворения.

Представитель ООО "РОНЕКС", извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явился, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в настоящем судебном заседании, при том, что последним не заявлено о проведении онлайн заседания, не заявлено возражений относительно рассмотрения жалобы в его отсутствие.

Представитель ООО «Альянс Плюс» не возражал против доводов апелляционной жалобы.

Временный управляющий и представитель АО «ТМСР» возражали против удовлетворения апелляционной жалобы по мотивам, изложенным в отзывах.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Исследовав материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзывов на жалобу, апелляционный суд не находит оснований для ее удовлетворения и отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции. 

Исходя из системного толкования статьи 32 Закона о банкротстве и статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии со статьей 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств определяется на дату подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом.

Согласно абзацу 4 статьи 2 Закона о банкротстве под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации основанию. В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) кредитор обязан представить допустимые, достоверные и достаточные доказательства, подтверждающие обоснованность его требований и одновременно свидетельствующие о неисполнении обязательств должником.    

Требование кредитора рассматривается арбитражным судом в порядке, предусмотренном статьей 71 Закона о банкротстве. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012. № 35, в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

По смыслу норм права, регулирующих порядок установления размера требований кредиторов в делах о банкротстве, не подтвержденные судебным решением требования кредитора могут быть установлены лишь при условии, если представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Цель проверки судом требований кредиторов состоит, прежде всего, в недопущении включения в реестр требований кредиторов необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Проверка обоснованности требования кредитора состоит в оценке доказательств, представленных в подтверждение наличия перед ним денежного обязательства.

О применении указанных правил в деле о банкротстве также указано  в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, где сказано, что к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования.

В условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

При установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1. статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств (пункт 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35).  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований ООО «РОНЕКС» ссылается на то, что 23.05.2014 между ООО «РОНЕКС» и ООО «Альянс Плюс» заключен договор №05/2014-НП купли-продажи нефтепродуктов, в соответствии с условиями которого ООО «Альянс Плюс» обязалось поставить в адрес ООО «РОНЕКС» товар, в ассортименте, по цене и количеству, в срок и на условиях, предусмотренных сторонами в приложениях, являющихся неотъемлемой частью договора, а                   ООО «РОНЕКС» обязалось принять и оплатить товар. Пунктами 2.1, 2.2, 4.1, 5.2 данного договора предусмотрено, что отношения сторон регулируются в соответствии с приложением к договору. 

Платежными поручениями № 2 от 26.01.2015, № 7 от 24.03.2015, № 8 от 31.03.2015, № 10 от 13.04.2015, № 11 от 14.04.2015, № 12 от 15.04.2015, № 20 от 09.07.2015, № 23 от 10.07.2015, № 24 от 14.07.2015 ООО «РОНЕКС»  произведена предварительная оплата по договору №05/2014-НП купли-продажи нефтепродуктов от 23.05.2014. 

Несмотря на произведенную предварительную оплату, должник, как следует из заявления ООО «РОНЕКС», поставку нефтепродуктов на общую сумму                        30 398 761,47 руб. в адрес ООО «РОНЕКС» не произвел. 

Отказывая в удовлетворении заявления ООО «РОНЕКС», суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что из представленных в материалы дела доказательств, следует, что потенциальный кредитор входит в группу аффилированных с должником лиц. 

Так, в соответствии с пунктом 2.3 кредитного договора № LD1708700045 от 29.03.2017, п. 5 индивидуальных условий об ипотеке № LD 1780700045/3-1 от 29.03.2017, п. 5 индивидуальных условий об ипотеке № LD 1780700045/3-2 от 29.03.2017  из материалов обособленного спора по рассмотрению требования                  АО «Банк Интеза» № А56-55265/2018/тр.1, ООО «РОНЕКС» входит в группу связанных с ООО «Альянс Плюс» лиц, денежные поступления от которого не учитываются в целях обеспечения оборота на расчетных счетах ООО «Альянс Плюс» ввиду их взаимосвязанности.

ООО «Альянс Плюс» и ООО «РОНЕКС» как связанные лица находились по одному юридическому адресу: 199106, Санкт-Петербург, Кожевенная линия, д. 1-3. 

Учредитель и участник (со 100% долей) ООО «РОНЕКС» Игохин Геннадий Петрович является с 2010 года. техническим директором ООО «Альянс Плюс». Являясь техническим директором ООО «Альянс Плюс», Игохин Г.П. непосредственно подчиняется по должностному положению генеральному директору ООО «Альянс Плюс» Москалькову М.В. На дату заключения договора №05/2014-НП купли-продажи нефтепродуктов (23.05.2014), осуществления перечислений по платежным поручениям на сумму 30 398 761,47 рубль (с 26.01.2015  по 14.07.2015), подписания актов сверок (31.12.2015, 31.12.2017) Игохин Г.П. являлся единственным участником, а также генеральным директором покупателя и техническим директором продавца.

Исходя из представленных АО «ТМСР» и не опровергнутых должником доказательств, следует, что Игохин Г.П., будучи техническим директором                       ООО «Альянс Плюс»: в 2011, 2012, 2017 годах скреплял своей подписью первичные документы ООО «Альянс Плюс» (товарные накладные, акты приема-передачи); с 2011 года по 2013 год вёл журнал авторского надзора за строительством                       ООО «Альянс Плюс»; в 2011, 2012 годах. подписывал акты освидетельствования скрытых работ от лица ООО «Альянс Плюс», акты рабочей комиссии о приемке оборудования после индивидуального испытания; в 2015, 2016 гг. принимал участие в осмотрах причалов, принадлежащих на праве аренды АО «ТМСР»; в 2017 году принимал участие в судебных заседаниях на стороне ООО «Альянс Плюс», в качестве представителя ООО «Альянс Плюс» входил в список лиц, имеющих право ведения оперативных переговоров от имени ООО «Альянс Плюс»; расписывался в платежных (зарплатных) ведомостях ООО «Альянс Плюс», как работник                          ООО «Альянс Плюс» давал объяснения в рамках уголовного дела.

Согласно доказательствам, представленным временным управляющим, в 2019, 2020 годах в отношении Игохина Г.П. со стороны ООО «Альянс Плюс»  оформлены доверенности на представление интересов ООО «Альянс Плюс» в государственных органах власти, органах внутренних дел, государственных, общественных и коммерческих организациях различных форм собственности, в МИФНС № 16 по Санкт-Петербургу с правом подавать, получать, подписывать необходимые документы, подавать заявления.

Полномочия, предоставленные указанными доверенностями, реализованы Игохиным Г.П. от лица ООО «Альянс Плюс» при подаче заявлений в налоговую инспекцию о возврате суммы излишне уплаченного (взысканного, подлежащего возмещению) налога (сбора, страховых взносов, пеней, штрафа) от 17.01.2020 на сумму 20 000 000,00 руб. и от 18.12.2019 на сумму 4 978 000,00 руб.    

В соответствии с пунктом 8.1. трудового договора от 01.11.2012 между должником и Игохиным Г.П., последний, как работник ООО «Альянс Плюс», в период действия трудового договора не вправе учреждать или принимать участие в предприятиях, конкурирующих с должником, а также состоять с таковыми в трудовых отношениях. 

Перечисленные факты и обстоятельства свидетельствуют о наличии в течение длительного периода времени у должника и ООО «РОНЕКС» общности экономической цели, общности хозяйственных интересов, общей направленности и подконтрольности хозяйственной деятельности Обществ, единого (общего) состава контролирующих лиц.

Вследствие изложенного, генеральный директор ООО «РОНЕКС» осуществил предварительную оплату ООО «Альянс Плюс» за поставку товара, не предусмотренную условиями договора поставки №05/2014-НП от 23.05.2014, и при наличии существенного долга перед иными контрагентами не предпринимал никаких мер по принудительному взысканию задолженности с ООО «Альянс Плюс» с 15.07.2015. 

Подобное поведение потенциального кредитора и должника не является типичным для добросовестных и независимых участников гражданского оборота.

Данные обстоятельства, подтвержденные материалами дела, свидетельствуют об аффилированности должника и потенциального кредитора. 

Возражения должника о том, что Игохин Г.П. в течение четырех лет находился в отпуске и не осуществлял трудовую деятельность, судом первой инстанции  обоснованно отклонены, поскольку в материалы дела представлена документация, подписанная Игохиным Г.П., в т.ч. датированная 2017 годом. Доводы должника, заключающиеся в том, что Игохин Г.П. являлся только техническим директором и не осведомлен о финансовом состоянии должника, также несостоятельны и опровергаются материалами дела.   

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. 

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.  

В соответствии с определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.02.2019 № 308-ЭС18-16740, если стороны по делу являются аффилированными, именно лицо, заявившее о включении требований в реестр, должно исключить разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

По смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.91 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» доказывание заинтересованности не исключается даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.  

При рассмотрении требований о включении в реестр во избежание создания искусственной задолженности кредитора суд должен следовать принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделкам.

Аффилированные друг к другу стороны могут оформить внешне безупречные документы без намерения создать соответствующие правовые последствия в виде фактических правоотношений. 

В этой связи судом принят во внимание довод АО «ТМСР» о том, что, являясь взаимосвязанными лицами, должнику и потенциальному кредитору не составило сложности оформить и подписать за пределами срока исковой давности акт сверки от 31.12.2017 к договору поставки №05/2014-НП от 23.05.2014 в целях искусственного продления срока исковой давности для последующей подачи обществом заявления о включении требования в реестр требований кредиторов.  

Суд первой инстанции справедливо отметил, что при рассмотрении требований о включении в реестр во избежание создания искусственной задолженности кредитора суд должен следовать принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделкам. Целью проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и не допущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). 

В соответствии с пунктом 5.3 договора поставки №05/2014-НП от 23.05.2014 все неразрешенные вопросы, связанные с исполнением, изменением, или расторжением договора стороны согласны передавать на рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области, решение которого является обязательным для обеих сторон. 

Требование о взыскании с должника задолженности заявлены ООО «РОНЕКС» лишь 25.10.2019, в рамках введенной в отношении должника процедуры наблюдения. 

Между тем, до этого момента с 2015 ООО «РОНЕКС» в суд за взысканием задолженности с должника не обращалось, претензий в соответствии с положениями пункта 5.1 указанного договора не направляло, доказательств обратного ни должником, ни ООО «РОНЕКС» в материалы дела не представлено. Срок исковой давности прерван подписанием акта сверки расчетов, к которому суд по указанным причинам относится критически. 

ООО «РОНЕКС» не доказана экономическая целесообразность внесения предварительной оплаты, поскольку в течение длительного времени оплата товара производилась только после его поставки, что предусмотрено договором.  

Подобные факты могут свидетельствовать о подаче ООО «РОНЕКС» заявления о включении требований в реестр требований кредиторов исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 27.08.2018 № 309-ЭС18-11880, от 11.07.2017 № 305ЭС17-2110, от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784).  

Согласно пунктам 1, 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.  

При этом из разъяснений, содержащихся в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.  Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. 

С учетом рассмотренных обстоятельств, арбитражный суд совершенно верно пришел к выводу о том, что ООО «РОНЕКС» и должник злоупотребили правом путем оформления экономически нецелесообразных сделок с целью создания искусственной кредиторской задолженности. 

Как указал Верховный суд Российской Федерации в определении от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), подобные факты могут свидетельствовать о подаче обществом заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абз. 4 п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления должен отказать лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применить иные меры, предусмотренные законом. 

Непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лиц, потерпевших от этого злоупотребления, т.е. добросовестных и независимых кредиторов должника.       

Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, ссылающегося на соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.

Суд соглашается с выводом арбитражного суда первой инстанции о том, что в  материалы дела не представлены доказательства, что оплата за поставку нефтепродуктов в 2015 году и отсутствие мер по принудительному взысканию с должника направлены на реализацию имущественных интересов ООО «РОНЕКС» и имело экономическую целесообразность. В рассматриваемом случае действия, совершенные должником и потенциальным кредитором свидетельствуют о неразумном, недобросовестном поведении, имеющим целью искусственно нарастить кредиторскую задолженность для последующего оказания влияния на деятельность должника, посредством принятия решений на собраниях кредиторов заинтересованными кредиторами, в отсутствие экономического эффекта сделки.  

Доводы апелляционной жалобы не опровергают правомерности выводов арбитражного суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, в связи с чем, не могут служить основанием для отмены принятого судебного акта. 

Судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства и исследованы все доказательства, представленные сторонами по делу, правильно применены подлежащие применению нормы материального права, соблюдены нормы процессуального права. 

Обстоятельства, установленные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве оснований для отмены либо изменения судебного акта, апелляционным судом не выявлены. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 30.12.2019 по делу №  А56-55265/2018/тр.7  оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Е.В. Савина

Судьи

И.Г. Медведева

 А.Ю. Слоневская