АРБИТРАЖНЫЙ СУД АСТРАХАНСКОЙ ОБЛАСТИ

414014, г. Астрахань, пр. Губернатора Анатолия Гужвина, д. 6

Тел/факс (8512) 48-23-23, E-mail: astrahan.info@arbitr.ru

http://astrahan.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А06-668/2023

г. Астрахань

18 мая 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 16 мая 2023 года

Полный текст решения изготовлен 18 мая 2023 года

Арбитражный суд Астраханской области

в составе: судьи Богатыренко С.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело по иску ФИО2 к   нотариусу г. Астрахани  ФИО3  и к ФИО4 о    признании  недействительной  ничтожной  сделки  по выходу ФИО4 из состава  участников  ООО ПКФ «Элвизо» и применении  последствий недействительности  ничтожной сделки;  о включении в состав наследственного  имущества  ФИО5 25 % уставного капитала общества номинальной стоимостью  2 500 руб.;  о прекращении права собственности ФИО4 на 25% уставного капитала  ООО ПКФ «Элвизо» номинальной стоимостью 2 500 руб.,  о признании  права  истца  на наследство на ?  доли в ?  доли в 50 % уставного капитала ООО ПКФ «Элвизо» номинальной  стоимостью 1 250 руб. и об обязании нотариуса выдать  истцу   свидетельство о праве на наследство на ? доли в ? доли в 50 % уставного капитала ООО ПКФ «Элвизо» номинальной стоимостью 1 250 руб., 

третьи лица: ФИО6, ООО ПКФ «Элвизо», ФИО7, ФИО8

при участии:

от истца: ФИО9, представитель по доверенности от 07.12.2022 г. 

от ответчиков: ФИО4, паспорт, ФИО10, представитель по доверенности от 22.07.2022 г.; нотариус ФИО3- не явилась.

от третьих лиц: от ООО ПКФ «Элвизо»- ФИО11, представитель по доверенности от 10.01.2023 г., ФИО6- не явилась; ФИО7- не явился; ФИО8- не явился. 

 

          ФИО2 обратился в Кировский районный суд к.Астрахани с иском к ответчикам  к   нотариусу г. Астрахани  ФИО3  и к ФИО4 о    признании  недействительной  ничтожной  сделки  по выходу ФИО4 из состава  участников  ООО ПКФ «Элвизо» и применении  последствий недействительности  ничтожной сделки;  о включении в состав наследственного  имущества  ФИО5 25 % уставного капитала общества номинальной стоимостью  2 500 руб.;  о прекращении права собственности ФИО4 на 25% уставного капитала  ООО ПКФ «Элвизо» номинальной стоимостью 2 500 руб.,  о признании  права  истца  на наследство на ?  доли в ?  доли в 50 % уставного капитала ООО ПКФ «Элвизо» номинальной  стоимостью 1 250 руб. и об обязании нотариуса выдать  истцу   свидетельство о праве на наследство на ? доли в ? доли в 50 % уставного капитала ООО ПКФ «Элвизо» номинальной стоимостью 1 250 руб.

          Определением от 12 января 2023 г. указанное исковое заявление было возвращено истцу в связи с неподсудностью спора суду общей юрисдикции.

           ФИО2 обратился с аналогичным иском в арбитражный суд Астраханской области.

           К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО6, Общество с ограниченной ответственностью  Производственно-коммерческая фирма «Элвизо», ФИО7, ФИО8.

            В судебное заседание не явились третьи лица ФИО6, ФИО7, ФИО8, о дате заседания извещены надлежащим образом.

           Судебное заседание с учетом мнения представителей сторон и третьего лица ООО ПКФ «Элвизо» в соответствии со статьей 156 АПК РФ проводится в отсутствие указанных выше третьих лиц.

           Представитель истца поддержал заявленные требования, просит иск удовлетворить, изложил доводы, указанные в исковом заявлении и  письменных пояснениях.

           Ответчик не согласен с иском, просит в удовлетворении иска отказать. Изложил доводы, указанные в отзыве на исковое заявление.

           Представитель третьего лица ООО ПКФ «Элвизо» считает требования истца обоснованными.

            Выслушав представителей сторон, третьего лица, изучив материалы дела, арбитражный суд 

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 и ФИО8 являлись участниками ООО "ПКФ "Элвизо" с размерами доли в уставном капитале общества, соответственно, 50% и 50%.

ФИО4 31 марта 2017 года  подал нотариально заверенное заявление о выходе из ООО "ПКФ "Элвизо", представив заявление о том, что в зарегистрированном браке не состоит и не имеет супруги, которая может возражать против его выхода из состава участников общества и передачи принадлежащей ему доли уставного капитала номинальной стоимостью 5000 руб. указанному обществу, заверенное нотариально 30.03.2017 г.

В связи с выходом ФИО4 из общества его доля в размере 50% перешла к ООО "ПКФ "Элвизо".

В дальнейшем доля была распределена ФИО8, как единственному оставшемуся участнику общества.

В последующем ФИО8 уступил часть своей доли в размере 0,50% ФИО7.

20 сентября 2017 года ФИО8 подал заявление о выходе из ООО "ПКФ "Элвизо".

    Указанные обстоятельства установлены вступившими в законную силу судебными актами по делу N А06-7127/2017.

            В связи с тем, что  общество не исполнило обязанность по выплате действительной стоимости доли, ФИО4 обратился в арбитражный суд с иском о взыскании действительной стоимости доли и процентов за пользование чужими денежными средствами.

      Решением арбитражного суда Астраханской области  от 24 мая 2019 года по делу N А06-7127/2017 с учетом его изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 01 августа 2019 г.  с общества с ограниченной ответственностью "Производственно-коммерческая фирма "Элвизо" в пользу ФИО4 взысканы сумма действительной стоимости доли в размере 46 285 267 руб. 14 коп. и проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 5 743 177, 37 руб.

Согласно свидетельству о заключении брака от 05.09.1992 г.  ФИО4 состоял в зарегистрированном браке с ФИО5.

Согласно  учредительному договору ООО ПКФ «Элвизо» от 22.04.1999 г. и протоколу собрания участников доля в обществе  была приобретена в период брака.

Согласно свидетельству о смерти 09.07.2015 ФИО5 умерла.

Согласно свидетельству о рождении ФИО2 является отцом ФИО12.

Наследниками ФИО5 по закону являются ФИО4 (супруг), ФИО6 (дочь), ФИО2 (отец), ФИО2 (мать).

Дочь ФИО6 и отец ФИО2 приняли наследство путем обращения к нотариусу с соответствующими заявлениями 23.12.2015 г. и 19.07.2016 г. соответственно (наследственное дело N 146/2015, открытое нотариусом г. Астрахани ФИО13).

Супруг ФИО4 28.07.2016 обратился к нотариусу с заявлением, в котором указал, что наследство после супруги не принимал, оформлять не желает, пропустил срок для принятия наследства.

Согласно исковому заявлению,  ФИО2 от вступления в наследство также отказалась.

Согласно доводам истца право собственности ФИО5 на долю в уставном капитале ООО ПКФ «Фалкон» в размере ? от 50% уставного капитала возникло в силу прямого указания закона.

Принадлежащие ФИО5 имущественные права на ?  доли в 50% доли в уставном капитале общества, принадлежат наследникам, принявшим наследство в равных долях по ? доли от ? в 50% доли уставного капитала.

ФИО2 как наследнику ФИО5 принадлежит ? от ? доли в 50% уставного капитала ООО ПКФ «Фалкон», номинальной стоимостью 1 125 руб.

Истец обратился 07.12.2022 г. к нотариусу ФИО3 с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство на долю в уставном капитале ООО ПКФ «Элвизо».

Нотариус ФИО3 в информационном письме от 15.12.2022 г. № 853 сообщила, что выдать свидетельство о праве на наследство ФИО2 не предоставляется возможным в связи с тем, что согласно выписки из ЕГРЮЛ доля в уставном капитале ООО ПКФ «Элвизо» у умершей ФИО5 отсутствует, вся доля в размере 100% принадлежит иному лицу.

Истец считает, что ФИО4, как переживший супруг не имел право на распоряжение или использование прав участника ООО ПКФ «Элвизо» в ее номинальном значение 50% уставного капитала общества, в том числе, при определении действительной стоимости принадлежавшей ему доли. Принадлежащая ему на праве собственности, как пережившему супругу, доля в уставном капитале общества с 09.07.2015 г. составляет не более 25% уставного капитала общества.

Из искового заявления следует, что ФИО4 скрыл от наследников о своем выходе из общества и распорядился долями, принадлежащими наследникам без наличия правовых оснований, в отсутствие согласия умершей супруги на отчуждение доли в обществе путем выхода из состава участников.

Наследники ФИО6 и ФИО2 никаких заявлений в общество не направляли и не могут считаться утратившими имущественные права на долю в обществе.

У ФИО4 отсутствовали полномочия по предоставлению наследников на подписание подобных заявлений и получению от их имени денежных средств.

Заявление ФИО4 от 30.03.2017 г. о выходе из состава участников невозможно расценивать как заявление о выходе его из ООО ПКФ «Элвизо» на основании п.7 с.23, ст.26 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и пункта 7.2 Устава общества, поскольку законом не предусмотрен выход из общества путем отчуждения не принадлежащей заявителю доли.

Подача заявления о выходе из общества при неопределенности размера доли в уставном капитале, принадлежащей этом лицу, не означает выход такого участника из общества и размер причитающейся действительной стоимости соответствующей доли возможен только после установления доли ФИО4 и наследников ФИО5 в уставном капитале общества.

Истец считает, что односторонняя сделка по выходу ФИО4 из состава участников общества на основании заявления от 30.03.2017 г., в котором указывается, что он собственник 50% уставного капитала общества, является ничтожной сделкой.

Несоблюдение требований Закона в части оформления сделки ведет к ее ничтожности.

Выход супруга из общества с последующим распределением перешедшей к обществу доли другому участнику (или третьему лицу) также является распоряжением общим имуществом супругов и может рассматриваться как сделка, противоречащая пункту 2 статьи 35 Семейного кодекса. Такие сделки могут быть признаны недействительными по иску другого супруга или его наследника. Наследник супруга вправе требовать восстановления корпоративного контроля от последующего приобретателя такой доли в причитающейся ему соответствующей части, если докажет его недобросовестность, либо взыскания стоимости части доли с участника, который произвел последующее отчуждение (перераспределение) доли.

Оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ доводы сторон, доказательства и обстоятельства по делу, суд считает требования истца необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

В силу положений пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии со статьей 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Ответчик ФИО4 заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно части 1 статьи 181 АПК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии со статьей 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

 Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Пунктом 1 статьи 200 ГК РФ предусмотрено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Ответчиком представлено решение Ленинского районного суда г.Астрахани от 15.03.2017 г., вступившее в законную силу, 20.04.2017 г., по заявлению судебного пристава-исполнителя МОСП по ОИП УФССП по Астраханской области ФИО14 об обращении взыскания на долю должника  ФИО4 участника ООО ПКФ «Элвизо» в уставном капитале общества.

Из указанного судебного акта следует, что ФИО2 был лицом, участвующим в деле. 

В решении суда указано, что имеются наследники ФИО5 – ФИО6 и ФИО2, наследственное имущество состоит из 50% в уставном капитале ООО «ПКФ «Элвизо».

Таким образом, по крайней мере, с  2017 г.  ФИО2 было  известно о  том, что  ФИО4 имеет долю в уставном капитале ООО ПКФ «Элвизо» и о его праве на обращение в суд с заявлением о включении совместно нажитого в период брака между ФИО4 и ФИО5. имущества в наследственную массу.

Кроме того, ФИО2 был привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, относительно предмета спора, при рассмотрении дел № А06-3549/2017 и № А06-5844/2017, в которых спор касался участия ФИО4 в ООО ПКФ «Фалкон».

В судебных актах по делу А06-7127/2017 по результатам рассмотрения заявления  ООО "ПКФ "Элвизо" о пересмотре постановления Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2019 по делу N А06-7127/2017 по вновь открывшимся обстоятельствам указано,  что участниками ООО ПКФ "Элвизо" являлись в равных долях, по 50% у каждого - ФИО4, вышедший из числа участников 31.03.2017, и ФИО8, вышедший из числа участников общества 20.09.2017.

С 31.03.2017 г. (поступление в общество заявления ФИО4 о выходе из числа учредителей) в обществе остался один учредитель, являющийся на 31.03.2017 также генеральным директором общества - ФИО8

В свою очередь, ФИО8, являясь единственным учредителем и генеральным директором ООО ПКФ "Элвизо", 05.09.2017 назначил генеральным директором ООО ПКФ "Элвизо" ФИО15

С 20.09.2017 единственным участником ООО ПКФ "Элвизо" стал ФИО7 (сын ФИО8).

С 15.08.2019 генеральным директором ООО ПКФ "Элвизо" вновь стал ФИО8 (отец ФИО7), что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ по состоянию на 14.10.2019.

Также ФИО4 и ФИО7 (сын ФИО8) являлись учредителями по 50% доли в уставном капитале у каждого в ООО ПКФ "Фалкон".

С 2017 года учредителями ООО ПКФ "Фалкон" в равных долях стали ФИО4 и ФИО7 (сын ФИО8).

При этом, ФИО8 (отец) являлся генеральным директором ООО ПКФ "Фалкон" до 26.03.2018.

ООО ПКФ "Фалкон" было известно о смерти супруги ФИО4 - ФИО5., умершей 09.07.2015 - со дня ее смерти, о чем свидетельствует исковое заявление поданное 06.06.2019 в Арбитражный суд Астраханской области по делу N А06-5844/2019. Обстоятельства смерти ФИО5 были положены в обоснование иска по данному делу.

Учитывая, что учредителями и генеральным директором ООО ПКФ "Элвизо" были одни и те же лица, что и в ООО ПКФ "Фалкон", ООО ПКФ "Элвизо" было осведомлено о смерти ФИО5 на момент принятия постановления Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2019 по настоящему делу.

Факт того, что ООО ПКФ "Элвизо" знало о смерти супруги ФИО4 и наследниках его жены до принятия постановления Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2019 по настоящему делу также свидетельствует определение Арбитражного суда Астраханской области от 10.07.2017 по делу N А06-3549/2017 по иску участника ООО ПКФ "Фалкон" ФИО4 к ООО ПКФ "Фалкон", которым наследники ФИО5, умершей 09.07.2015, были привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО6, ФИО2, ФИО2, поскольку суд счел, что при принятии судебного акта могут быть затронуты их права и законные интересы.

Согласно пункту 2 статьи 35 СК РФ при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

Выход супруга из Общества с последующим распределением перешедшей к Обществу доли другому участнику (или третьему лицу) является распоряжением общим имуществом супругов и может рассматриваться как сделка, противоречащая пункту 2 статьи 35 СК РФ.

Такие сделки могут быть признаны недействительными по иску другого супруга или его наследника, если имеются доказательства, что приобретающий долю участник знал или заведомо должен был знать о несогласии другого супруга на совершение сделки.

Таким образом, сделка по выходу ФИО4 из участников ООО ПКФ «Элвизо» может быть признана недействительной только в случае, если он знал о несогласии  ФИО2  на совершение данной сделки.

Между тем, такие доказательства отсутствуют.

Более того, в судебных актах по делу № А06-12493/2019, в которых само общество оспаривало сделку по выходу ФИО4 из участников ООО ПКФ «Элвизо» по тем же основаниям, что и в настоящем деле, указано, что привлеченные в качестве третьих лиц наследники ФИО6 и ФИО2 о нарушении своих прав не заявляли.

    В соответствии со статьей 26 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ) и статьей 94 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

   Согласно статье 94 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент выхода участника из общества) участник общества с ограниченной ответственностью вправе выйти из общества независимо от согласия других его участников или общества путем подачи заявления о выходе из общества, если такая возможность предусмотрена уставом общества. При выходе участника из общества с ограниченной ответственностью участнику должна быть выплачена стоимость части имущества, соответствующей его доле в уставном капитале общества, в порядке, способом и в сроки, которые предусмотрены Законом N 14-ФЗ и учредительными документами общества.

Таким образом, ФИО4 вправе был выйти из общества. Правомерность совершения данной сделки  установлена судебными актами по делу № А06-7127/2017.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Согласно пункту 4 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации правила определения долей супругов в общем имуществе при его разделе и порядок такого раздела устанавливаются семейным законодательством.

В случае смерти одного из супругов пережившему супругу принадлежит доля в праве на общее имущество супругов, равная одной второй, если иной размер доли не был определен брачным договором, совместным завещанием супругов, наследственным договором или решением суда.

Таким образом, в состав наследства включается ? доли в праве на общее имущество, оставшаяся ? доля составляет долю пережившего супруга.

При этом, переживший супруг, либо наследники умершего супруга вправе обратиться в суд с требованием об определении размера доли умершего, включаемой в состав наследственной массы, и установить иной размер доли пережившего супруга в общем имуществе, нажитом супругами в период брака.

Статьей 1150 ГК РФ предусмотрено, что принадлежащее пережившему супругу наследодателя в силу завещания или закона право наследования не умаляет его права на часть имущества, нажитого во время брака с наследодателем и являющегося их совместной собственностью. Доля умершего супруга в этом имуществе, определяемая в соответствии со статьей 256 настоящего Кодекса, входит в состав наследства и переходит к наследникам в соответствии с правилами, установленными ГК РФ.

Таким образом, если имущество, приобретенное  в период брака, зарегистрировано по праву собственности за пережившим супругом, то выделение супружеской доли за умершим супругом с целью включения имущества в наследственную массу является правом, а не обязанностью наследников.

Судом установлено, что ФИО7 – участник ООО ПКФ «Элвизо» обращался в Конституционный суд Российской Федерации с жалобой на нарушение его конституционных прав статьей 1150 ГК РФ.

Конституционный суд  определением от 29.09. № 2209-О отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО7 и указал, что оспаривание положения статьи 1150 ГК Российской Федерации направлено на защиту имущественных прав пережившего супруга наследодателя и само по себе не может расцениваться как нарушающее конституционные права заявителя, перечисленные в жалобе.

ФИО6 с заявлением о выделении доли в совместно нажитом имуществе в период брака ФИО4 и ФИО5 и включении его в наследственную массу не обращалась.

В связи с этим у истца отсутствуют какие-либо правовые основания о включении доли в размере 25% уставного капитала ООО ПКФ «Элвизо» в наследственную массу, поскольку наследство ФИО5 принято им не единолично, а наравне с ФИО6

Доля в размере 50% в уставном капитале ООО ПКФ «Элвизо» была зарегистрирована ранее за ФИО4, ФИО5 никогда не являлась участником указанного общества.

Супруги в период брака за выделением доли в совместно нажитом имущества не обращались. После смерти ФИО5 переживший супруг ФИО4 за выделением доли в совместно нажитом имуществе не обращался.

Учитывая изложенное, ФИО4 не нарушил закон при выходе из состава участников ООО ПКФ «Элвизо» с долей в размере 50%.

Истцом не представлены доказательства того, что наследники ФИО5 – ФИО2 и ФИО6 обращались с заявлением о выделении доли в совместно нажитом имуществе в период брака между ФИО4 и ФИО6 для включения его в наследственную массу.

В силу статей 33, 34 Семейного кодекса Российской Федерации  и статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации совместная собственность супругов возникает в силу прямого указания закона. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

В соответствии со статьей 38 Семейного кодекса Российской Федерации, а также статьи 1150 Гражданского кодекса Российской Федерации правом выделения супружеской доли в совместно нажитом имуществе наделен супруг. В случае, если приобретенное в период брака имущество зарегистрировано по праву собственности  за пережившим супругом, то для целей включения имущества в наследственную массу за выделением супружеской доли в совместно нажитом имуществе обращаются наследники.

 Согласно статье 75 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате в случае смерти одного из супругов, свидетельство о праве собственности на долю в общем имуществе супругов выдается нотариусом по месту открытия наследства по письменному заявлению пережившего супруга с извещением наследников, принявших наследство.

По письменному заявлению наследников, принявших наследство, и с согласия пережившего супруга в свидетельстве о праве собственности может быть определена и доля умершего супруга в общем имуществе.

          Таким образом, за выделением доли в совместно нажитом в период брака  имуществе, подлежащим включению в наследственную массу, обращается либо сам переживший супруг либо наследники, при этом обращение с ответствующим заявлением является правом, а не обязанностью указанных лиц.

  На основании статьи 17 Гражданского кодекса Российской Федерации у умершего супруга прекращаются все права, в том числе и на выделение супружеской доли на имущество, что на практике ведет к установлению фактической личной собственности пережившего супруга на это имущество. Право определения доли умершего супруга в этом имуществе возникает у наследников умершего, но эта возможность при отсутствии на то согласия пережившего супруга реализуема исключительно в судебном порядке (часть 3 статьи 75 Основ законодательства РФ о нотариате).

Заявление ФИО4 от июля 2016 года, адресованное нотариусу в рамках наследственного дела N 146/2015 об отказе от оформления своих наследственных прав не тождественно отказу ответчика от части доли в обществе.

          Поскольку ни ФИО4, ни ФИО2 и ФИО6 с заявлением о выделении доли в совместно нажитом в период брака между ФИО4 и ФИО5 имуществе не обращались, то доля в совместно нажитом имуществе, подлежащим включению в наследственную массу нотариусом, ни судом, не выделялась.

Учитывая изложенное, суд считает, что в состав наследственного имущества ФИО5 не подлежит включению доля в уставном капитале ООО ПКФ «Элвизо» в размере 25%, номинальной стоимостью 2500 руб. и не может быть выдано ФИО2 свидетельство о праве на наследство  на ? долю в ? доли 50 % уставного капитала, номинальной стоимостью 1250 руб.

В связи с тем, что требования истца о  признании недействительной сделки по выходу ФИО4 из состава участников ООО ПКФ «Элвизо» с долей в размере 50 % не подлежат удовлетворению, то не может быть прекращено право собственности ФИО4 на 25 % доли в уставном капитале и признано право собственности ФИО2 на ? долю в ? доли 50 % уставного капитала, номинальной стоимостью 1250 руб.

В связи с тем, что в удовлетворении иска отказано, то судебные расходы по оплате госпошлины согласно статье 110 АПК РФ относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В иске отказать.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение вступает в законную силу со дня принятия  постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Астраханской области.

Информация о движении дела может быть получена на официальном интернет – сайте Арбитражного суда Астраханской области: http://astrahan.arbitr.ru

 

Судья

С.В. Богатыренко