АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-11831/18

30  ноября 2018 г.

г. Ростов-на-Дону

Резолютивная часть решения объявлена   23 ноября 2018 г.

Полный текст решения изготовлен     30  ноября 2018 г.

Арбитражный суд Ростовской области  в составе:

судьи Корха С.Э., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мельниковой О.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску 

закрытого акционерного общества "Корпорация "МАСТЕРНЭТ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца общество с ограниченной ответственностью "ДЕНЕБ"  (ОГРН 

<

***>, ИНН/КПП 5047103554/504701001)

о взыскании  компенсации за незаконное использование товарного знака № 2892226,  расходов, связанных с приобретением товара 

при участии:

от истца: ФИО2 по доверенности б/н от 02.07.2018 г., ФИО3 по доверенности б/н от 02.07.2018 г. 

от ответчика:  представитель не явился

о третьего лица:  представитель не явился

установил:

закрытое акционерное общество "Корпорация "МАСТЕРНЭТ"   обратилось  в суд с иском к  индивидуальному предпринимателю ФИО1 с требованием о взыскании 200 000 руб. компенсации за незаконное использование товарного знака № 2892226,  650 руб. расходов, связанных с приобретением товара. 

Настоящий предмет спора рассматривается в результате удовлетворения заявления истца в порядке ст. 49 АПК РФ об увеличении исковых требований до указанного размера. 

 Представитель истца в судебном заседании пояснил предмет и основания иска, поддержал исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Предоставил дополнительные письменные пояснения.

Ответчик, извещенный надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства, в порядке ст. 123 АПК РФ, явку представителя в судебное заседание не обеспечил, отзыв на иск не представил.

Третье лицо, извещенное надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства, в порядке ст. 123 АПК РФ, явку представителя в судебное заседание не обеспечило. Направило отзыв на иск, в котором полагает исковые требования обоснованными. 

Спор рассматривается в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ, согласно которой при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие. 

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения представителей истца,  явившихся в судебное заседание, суд установил, что ЗАО «Корпорация «МАСТЕРНЭТ» является Правообладателем товарного знака: свидетельство Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам на товарные знаки (знаки обслуживания), «STAYER» по свидетельству № 289226 (в том числе класс МКТУ 09).

05.11.2017 г. в хозяйственном магазине ИП ФИО1 расположенном по адресу: 

<

...> в котором осуществляет предпринимательскую деятельность индивидуальный предприниматель ФИО1, были приобретены кисти малярные с изображением товарного знака "Stayer” размер 38 мм в количестве 13 штук.

Покупка указанного товара подтверждается товарным чеком от 5.11.2017г. и видеозаписью приобретения товара. 

По внешним признакам, ввиду явных и существенных различий полиграфии от оригинальной продукции - данный товар содержит признаки несоответствия легальной продукции.

Разрешение на такое использование объектов интеллектуальной собственности, путем заключения соответствующего договора, предусмотренного ст. 1235 ГК РФ  ИП ФИО1 от правообладателя товарного знака не получал. 

Наличие права на товарный знак у ЗАО "Корпорации МАСТЕРНЭТ" подтверждается лицензионным договором № 32 от 12.08.2015г.

ФИО1 было направлено уведомление (претензия) по почте заказным письмом, которое возвращено в связи с истечением срока хранения. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для предъявления рассматриваемых исковых требований. 

Изучив материалы дела, обозрев подлинные письменные доказательства, суд пришел к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям. 

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами  интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются в том числе товарные знаки. Интеллектуальная собственность охраняется законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В силу статьи 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак.

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

В соответствии с пунктом 1 статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную названным кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается названным кодексом.

В статье 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации указанно, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 названного кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака в предложениях о продаже товаров, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Товар, приобретённый представителем правообладателя, согласно товарному чеку от 05.11.2017 (л.д. 10) называется «кисточки стайер», относится к Классу 16 «кисти» (стр.15 Общей части МКТУ 11). К этому же классу относится товарная позиция 160215 «валики малярные». 

Обе эти товарные позиции (160273 и 160215) относятся к Классу 16 МКТУ 11, и  содержатся в тексте свидетельства на товарный знак 289226 (строка 7 и строка 18 раздела 16 свидетельства — л/д 26). 

Кроме того, в тексте свидетельства № 289226 содержится позиция: щетки и кисти из щетины животных (лист 16 строка 6 снизу), что  в силу как родовых, так и родо-видовых характеристик однозначно свидетельствует о  том, что представленные в качестве вещественных доказательств кисти малярные  являются теми объектами, относительно которых возможна проверка обоснованности нанесения на них спорного товарного знака.

Следовательно, товарный знак, нанесённый на товар, защищается свидетельством 289226.

В материалах дела имеется приложение к свидетельству на товарный знак  289226 (л/д 16-36).

 Копия распечатана с официального сайта Федеральной службы по интеллектуальной собственности Роспатент https://rupto.ru/ru (главная страница / о Роспатенте / общие сведения 7 электронные сервисы Роспатента / электронные сервисы ФИПС / все сервисы / открытые реестры / реестр товарных знаков и знаков обслуживания).

В свидетельстве 333894 указаны товарные позиции, относящиеся к Классу 7 МКТУ, которые отсутствуют в соответствующем разделе свидетельства 289226.

Даты истечения срока действия регистрации 18.04.2013 и 19.05.2016 указаны на первых страницах свидетельств 289226 (л/д 16) и 333894 (л/д 96). На стр. 20 свидетельства 289226 (л/д 35) указано о продлении срока действия регистрации товарного знака до 18.04.2023. На стр. 2 свидетельства 333894 (л/д 97) указано о продлении срока действия исключительного права на товарный знак до 19.05.2026.

Таким образом, факт принадлежности истцу права на спорный товарный знак подтвержден документально. 

Материалами дела также подтверждается факт реализации спорного товара.

В подтверждение реализации  спорного товара истец представил в суд подлинник товарного чека от 05.11.2017 г., диск с видеозаписью приобретения товара. 

В соответствии со статьей 493 Гражданского кодекса Российской Федерации договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара. Продавцом в отношениях с потребителями, приобретающими товары в торговой сети, является организация или индивидуальный предприниматель, реализующие товары потребителям по договору купли-продажи. 

Согласно пункту 2.1 статьи 2 Федерального закона от 22.05.2003 № 54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт» организации и индивидуальные предприниматели, являющиеся налогоплательщиками единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности, при осуществлении видов предпринимательской деятельности, установленных пунктом 2 статьи 346.26 Налогового кодекса Российской Федерации, и индивидуальные предприниматели, являющиеся налогоплательщиками, применяющими патентную систему налогообложения, при осуществлении видов предпринимательской деятельности, в отношении которых законами субъектов Российской Федерации предусмотрено применение патентной системы налогообложения, и не подпадающие под действие пунктов 2 и 3 настоящей статьи, могут осуществлять наличные денежные расчеты и (или) расчеты с использованием платежных карт без применения контрольно-кассовой техники при условии выдачи по требованию покупателя (клиента) документа (товарного чека, квитанции или другого документа, подтверждающего прием денежных средств за соответствующий товар (работу, услугу). 

Указанный документ выдается в момент оплаты товара (работы, услуги) и должен содержать следующие сведения: 

- наименование документа; 

- порядковый номер документа, дату его выдачи; 

- наименование для организации (фамилия, имя, отчество – для индивидуального предпринимателя); 

- идентификационный номер налогоплательщика, присвоенный организации (индивидуальному предпринимателю), выдавшей (выдавшему) документ; 

- наименование и количество оплачиваемых приобретенных товаров (выполненных работ, оказанных услуг); 

- сумму оплаты, осуществляемой наличными денежными средствами и (или) с использованием платежной карты, в рублях; 

- должность, фамилию и инициалы лица, выдавшего документ, и его личную подпись. 

Предоставленный чек содержит всю необходимую информацию, позволяющую идентифицировать  ответчика с лицом, реализовавшим контрафактный товар, в том числе заверен печатью ответчика. 

В судебном заседании суд обозрел видеозапись процессы покупки товара.

Указанная видеозапись позволяет достоверно установить, что на ней показан именно представленный в материалы дела спорный товар, поскольку от момента приобретения до момента окончания записи товар постоянно находится в кадре, что исключает возможность подмены. О фальсификации представленной в материалы дела видеозаписи ответчик не заявлял. 

Определением от  « 05 » сентября 2018 г.     к материалам настоящего дела приобещены в качестве вещественных доказательтсв кисти плоские STAYER в количестве 11 штук.

Судом исследованы указанные вещественные доказательства и установлен факт нанесения на них товарного знака, права на который принадлежат обществу истца. 

Во исполнение требований суда, после возбуждения настоящего дела представитель истца осуществил выход в торговую точку, на которой был ранее приобретен контрафактный товар с целью вручения определения суда о дате и времени судебного заседания.  В судебном заседании истец пояснил, что в магазине ответчик лично отсутствовала,  продавец позвонила предпринимателю, которая  явиться в магазин отказалась. В целях фиксации факта явки в магазин  истец приобрел такую же контрафактную кисть, как те, которые приобщены в качестве вещественных доказательств, предоставил чек на покупку от 12.10.2018 г. Кисть и чек приобщены к материалам дела не в качестве вещественных доказательств, а в качестве подтверждения факта явки в магазин в целях уведомления. 

Кроме того, истцом  в материалы дела предоставлено почтовое уведомление (идентификатор 34403826042815), которое подтверждает получение ответчиком  лично искового заявления и приложенных к нему документов по адресу: 

<

...>.

Несмотря на информированность о судебном процессе ответчик не прекратил деятельность, нарушающую исключительные права истца, продолжает реализовать контрафактный товар. 

Ответчик в нарушение требования части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв на исковое заявление, также как и доказательств законности реализации товара в материалы дела не представил.

Ввиду изложенного требования истца суд находит обоснованными.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных названным кодексом для отдельных видоврезультатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 27.09.2011 N 3602/11 разъяснил, что пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрены два типа компенсации, в равной мере применимых при нарушении исключительного права на  товарный знак, и правообладатель вправе сделать выбор по собственному усмотрению.

При этом размер компенсации, предусмотренной подпунктом 2 пункта 4 этой статьи, ограничен пределами, установленными законодателем, признан им соразмерным последствиям правонарушения.

По смыслу подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 43.4 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 N 5/29 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", правообладатель товарного знака может определить размер компенсации, подлежащей выплате за нарушение исключительных прав, как исходя из стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены обычно заключаемых им лицензионных договоров, предусматривающих простую (неисключительную) лицензию, на момент совершения нарушения, так и иным способом.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 20.11.2012 N 8953/12 указал, что размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в имущественное положение, в котором находился бы, если бы объект интеллектуальной собственности использовался правомерно.

Поскольку пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусматривается одна мера гражданско- правовой ответственности - компенсация, взыскиваемая вместо убытков, которая лишь рассчитывается разными способами (пункты 1 и 2 названной статьи), Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 02.04.2013 N 16449/12 указывал, что выработанные им в постановлении от 20.11.2012 N 8953/12 подходы применимы и к практике взыскания компенсации, рассчитанной согласно подпункту 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ. Суд при соответствующем обосновании не лишен возможности взыскать сумму такой компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием.

Как следует из искового заявления, с учетом уточненных требований, при обращении с настоящим иском истцом был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, следовательно, снижение размера компенсации ниже двукратного размера стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами.

Так, истец в обоснование исковых требований ссылается на лицензионный договор на использование товарного знака № 32 от 12.08.2015 г., заключенный между ЗАО «Корпорация «МАСТЕРНЭТ» (лицензиар) и ООО «Денеб» (лицензиат), согласно которому лицензиар предоставляет лицензиару неисключительную лицензию на право использования на всей территории Российской Федерации товарных знаков, в том числе спорного товарного знака «STAYER».

Копия указанного лицензионного договора на использование товарного знака № 32 от 12.08.2015 г. представлена в материалы дела, достоверность данного доказательства не вызывает у суда сомнений.

В соответствии с п.2.2 лицензионного договора №32 от 12.08.2015 (л/д 12) «Лицензиат получает право обозначать изготовленную и/или сбываемую продукцию согласно перечню товаров, указанных в приложении к свидетельству (п.1.1 Договора), упомянутого товарного знака». С точки зрения указанного пункта Лицензионного договора, для Лицензиара не имеет значения, приобретённую или произведённую продукцию Лицензиат будет законно обозначать товарным знаком при соблюдении следующих условий:

- Лицензиат обязуется использовать товарные знаки лицензиара в том виде, в каком они были зарегистрированы. Не разрешается изменять товарные знаки Лицензиара (п.2.4 Договора)

- Лицензиат имеет право использовать товарные знаки лицензиара при условии, что качество обозначаемых этим знаком товаров будет не ниже качества товаров, производимых Лицензиаром под тем же товарным знаком (п.2.5 Договора).

Согласно п.5 ст.1235 ГК РФ выплата вознаграждения по лицензионному договору может быть предусмотрена в форме фиксированных разовых или периодических платежей, процентных отчислений от дохода (выручки) либо в иной форме.

Размер вознаграждения по лицензионному договору при фиксированных периодических платежах никак не зависит от объёма продукции, на которую такой товарный знак может быть нанесён, если подобное условие не содержится в лицензионном договоре. 

Указанный вывод подтверждается п.13.7 постановления Пленума Верховного суда РФ №5, Пленума ВАС РФ от 26.03.2009, в котором указано, что по смыслу пункта 5 статьи 1235 в его взаимосвязи с пунктом 4 статьи 1237 ГК РФ вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

В связи с этим лицензиару не может быть отказано в требовании о взыскании вознаграждения по мотиву неиспользования лицензиатом соответствующего результата или средства.

Вне зависимости от использования (неиспользования) права, а также от объёмов, в которых право было использовано, вознаграждение, в установленном Лицензионным договором размере, должно выплачиваться.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 г.

Таким образом, применительно к обстоятельствам данного дела расчет суммы компенсации обоснованно произведен истцом на основании данных о стоимости права использования товарного знака, сложившейся в период, соотносимый с моментом правонарушения. При этом согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

При установлении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов (в том числе рассчитанной двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления от 13.12.2016 № 28-П) и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

Вместе с тем, в данном деле отсутствует основной критерий, являющийся в соответствии с положениями абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления № 28-П основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела, — одновременное нарушение исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности. Как указывалось выше, истцом предъявлено требование о защите исключительного права лишь на один товарный знак.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе.

Ответчик отзыв на иск не представил, о снижении компенсации не заявлял, в связи с чем компенсация подлежит взысканию в заявленном размере. 

Приходя  к указанным выводам, суд учитывает правовые подходы вышестоящих судов (п. 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, определениях ВС РФ  от 25.04.2017 № 305-ЭС16-13233, от 11.07.2017 № 308-ЭС17-3085, от 11.07.2017 № 308-ЭС17-2988,  от 11.07.2017 № 308-ЭС17-3088, от 11.07.2017 № 308-ЭС17-4299, от 18.01.2018 № 305-ЭС17-16920. Постановлении СИП от  24 октября 2018 года по делу № А70-1338/2018, Постановлении СИП от 11 сентября 2018 года по делу № А32-32077/2017 (по  иску  того же истца). 

Конституционный Суд Российской Федерации в п.3.1 постановления от 13.12.2016 №28-П указал, что  в силу значительной специфики объектов интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой, правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или по крайней мере приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды), в том числе если правонарушение совершено в сфере предпринимательской деятельности.

С учетом указанной специфики, предопределяющей необходимость установления^ специальных способов защиты нарушенных исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, Гражданский кодекс Российской Федерации предоставляет правообладателю право в случаях, предусмотренных данным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты соответствующей компенсации и освобождает его от доказывания в суде размера причиненных убытков. Размер компенсации, которая подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, как следует из пункта 3 статьи 1252 ГК Российской Федерации, определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом (в том числе статьями 1301, 1311 и 1515), в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости; если же одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Тем самым приведенное правовое регулирование позволяет взыскивать в пользу лица, чье исключительное право на объект интеллектуальной собственности было нарушено, компенсацию в размере, который может и превышать размер фактически причиненных ему убытков. Допущение законом такой возможности - тем более принимая во внимание затруднительность определения размера убытков в каждом конкретном случае правонарушения - нельзя признать мерой, несовместимой с основными началами гражданского законодательства, не исключающего, в частности, при определении ответственности за нарушение обязательств взыскание с должника убытков в полной сумме сверх неустойки (пункт 1 статьи 394 ГК Российской Федерации) и предусматривающего в качестве одного из способов защиты нарушенных гражданских прав, помимо возмещения убытков, возможность установления законом или договором обязанности причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации).

Вводя штрафную по своей природе ответственность за нарушение прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, федеральный законодатель не только учитывал объективные трудности в оценке причиненных правообладателю убытков, но и руководствовался необходимостью - в контексте правовой политики государства по охране интеллектуальной собственности - общей превенции соответствующих правонарушений. Наряду с мерами публично-правовой ответственности, предусмотренными уголовным законодательством и законодательством об административных правонарушениях, предоставление частным лицам - правообладателям возможности требовать взыскания с правонарушителей компенсации за незаконное использование исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, размер которой может превышать размер понесенных ими убытков, имеет целью реализацию предписаний статьи 44 (часть 1) Конституции Российской Федерации и выполнение Российской Федерацией принятых на себя международных обязательств.

В соответствии с п. 1.1. и 4.2. лицензионного  договора  № 32 от 12.08.2012 г.  размер лицензионного вознаграждения определен в сумме 300 000 руб. в квартал за использование 3 товарных знаков, в том числе спорного товарного знака по свидетельству 289226 «STAYER».

Истец, заявляя требования о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, исходит из  его стоимости в размере  100 000 руб. 

Суд полагает указанное определение стоимости согласно лицензионному договору соответствующим нормативному регулированию п.2 ч.4 ст. 1515 ГК РФ, в т.ч. с учетом  того, что  размер лицензионного вознаграждения определен за квартал и мог быть выше в течение всего срока действия договора, соответствующему сроку действия свидетельств на ТЗ. 

Оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи все приведенные доводы и представленные в материалы дела доказательства, учитывая характер допущенного нарушения, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд приходит к выводу о необходимости взыскать компенсацию в размере 200 000 рублей.

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В связи с тем, что истцом в целях защиты своего нарушенного права, был приобретен товар на сумму 650  рублей, обязанность возмещения понесенных им расходов возлагается судом на ответчика.

Истец при подаче искового заявления по чек-ордеру от 23.04.2018 г., оплатил государственную пошлину в размере 2 000 руб., которая по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит отнесению на ответчика в сумме  2 000 руб. 

Поскольку в процессе рассмотрения спора истец увеличил исковые требования в порядке ст. 49 АПК РФ,  но государственную пошлину при этом не доплачивал, пошлина в сумме  5 013 руб. подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета. 

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с  индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу закрытого акционерного общества "Корпорация "МАСТЕРНЭТ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 200 000 руб. компенсации за незаконное использование товарного знака № 2892226,  650 руб. расходов, связанных с приобретением товара, а также  2 000 руб. в возмещение расходов на уплату государственной пошлины.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  в доход  федерального бюджета государственную пошлину в сумме  5 013 руб. 

По встпулении в законную силу настоящего судебного акта вещественное доказательство - кисти плоские STAYER в количестве 13 штук  уничтожить.

Решение суда по настоящему  делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, через суд принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

   Судья     Корх С.Э.