ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А52-4862/2020

г. Вологда

02 ноября 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 октября 2024 года.

В полном объёме постановление изготовлено 02 ноября 2024 года.

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Марковой Н.Г., судей Кузнецова К.А. и Писаревой О.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Ерофеевой Т.В.,

         при участии от Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Вологодской области представителя ФИО1 по доверенности от 26.01.2024 № 30,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление 327», ФИО2, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Газстрой» ФИО3, ФИО4 на определение Арбитражного суда Псковской области от 19 июня 2024 года по делу № А52-4862/2020,  

 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Псковской области от 19.01.2021 (резолютивная часть от 13.01.2021) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Газстрой» (адрес: 182112, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>;  далее – должник, Общество) введена процедура наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО5. Сообщение о введении наблюдения в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» 30.01.2021. 

Решением суда от 09.08.2021 (резолютивная часть от 02.08.2021) должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО5 Сообщение о признании должника банкротом и открытии процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» 14.08.2021. 

Определением суда от 27.10.2021 конкурсным управляющим                               Общества утвержден ФИО3.

Федеральная налоговая служба (далее – уполномоченный орган) 10.01.2023 обратилась в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц ФИО4, ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Масштаб» (далее –Компания), общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление 327» (далее – Управление) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Конкурсный управляющий 23.01.2024 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО2 и ФИО6.

Определением суда от 05.04.2024 удовлетворено ходатайство Прокуратуры Псковской области (далее – Прокуратура) о вступлении в дело с правами лица, участвующего в деле.

Определением от 08.04.2024 обособленные споры по заявлениям уполномоченного органа и конкурсного управляющего объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением суда от 19.06.2024 признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО2, Компании и Управления по обязательствам Общества, производство в части установления размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами приостановлено. В удовлетворении требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 отказано.

ФИО4, ФИО2, Управление и конкурсный управляющий не согласились с вынесенным определением, обратились с апелляционными жалобами.

ФИО2 просит отменить определение, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. По мнению апеллянта, поскольку налоговое правонарушение допущено по вине ФИО4 только он может выступать в качестве ответчика в споре о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности. ФИО2 не знала о наличии доверенности, выданной на ее имя должником, действий по распоряжению денежными средствами и управлению расчетными счетами Общества не совершала. Фактические обстоятельства деятельности Общества, которые бы свидетельствовали о создании организаций с целью получения необоснованной налоговой выгоды путем искусственного «дробления бизнеса», в решении налогового органа не установлены, в определении суда  не указаны. Поскольку размер субсидиарной ответственности определяется исходя из размера реестра требований кредиторов должника и непогашенных текущих платежей, суд должен оценивать не вред причиненный бюджету, а вред, причиненный всем кредиторам должника. ФИО2 действовала добросовестно при выдаче займов, поскольку должник приобрел денежные средства для ведения хозяйственной деятельности. Она понесла гражданско-правовую ответственность в виде взыскания с нее денежных средств по оспоренным сделкам, предъявление к ней требования о привлечении к субсидиарной ответственности является попыткой привлечения ее к двойной ответственности за одни и те же действия. ФИО2 и ФИО4 являются самостоятельными субсидиарными ответчиками и суд должен оценивать сделки, совершенные субсидиарными ответчиками, в отдельности и давать оценку действиям субсидиарных ответчиков в отдельности.

Управление просит отменить определение в части удовлетворения требований к  нему и принять по делу новый судебный акт. Аеллянта указывает, что постановлением апелляционной инстанции от 13.03.2024 по делу № А52-2083/2023 установлено отсутствие у Управления статуса лица контролирующего деятельность Общества.

Конкурсный управляющий просит отменить определение в части отказа в привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности, принять по делу новый судебный акт,  признав доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательства Общества.  По мнению апеллянта, если действий ФИО6 по уходу от уплаты обязательных платежей начиная с 11.08.2018   по мнению суда было недостаточно для наступления объективного банкротства, то в совокупности с действиями других субсидиарных ответчиков его деятельность (бездействие) привели к такому банкротству. Определение размера доли причиненного вреда ФИО6 относительно других контролирующих  Общества лиц возможно при возобновлении рассмотрения настоящих заявлений.

ФИО4 просит отменить определение, принять судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. В обоснование жалобы ее податель указывает, что действия ФИО4 не выходили за пределы обычного делового предпринимательского риска и фактически были осуществлены на благо Общества, которое продолжало ведение своей предпринимательской деятельности на протяжении длительного периода времени. Совершенные ФИО4 сделки не повлекли неплатёжеспособность и банкротство Общества.

Конкурсный управляющий и уполномоченный орган в отзывах на апелляционные жалобы ФИО4, ФИО2 и Управления просят отказать в их удовлетворении.

Прокуратура в отзыве на апелляционные жалобы просит оставить определение без изменения, жалобы – без удовлетворения.

ФИО6 в отзыве на апелляционную жалобу конкурсного управляющего просит оставить определение без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Представитель уполномоченного органа в судебном заседании возражал против удовлетворения апелляционных жалоб ФИО4, ФИО2 и Управления, апелляционную жалобу конкурсного управляющего просил рассмотреть в соответствии с действующим законодательством.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы (пункт 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Обращаясь с настоящим заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий и уполномоченный орган ссылаются на то, что несостоятельность (банкротство) Общества наступила в результате их деятельности (по их вине).

Уполномоченный орган указывает, что  в результате совершения контролирующими должника лицами (ФИО4 и ФИО2) неправомерных действий, направленных на минимизацию налоговых обязательств Общества путем использования схемы «дробления бизнеса» с участием  взаимозависимых  и подконтрольных лиц (Компании и Управления),   должник получил необоснованную налоговую выгоду в виде разницы налоговых обязательств при применении общей системы налогообложения и режима в виде упрощенной системы налогообложения (далее – УСН), так как доход, полученный от реализации  работ (услуг)  взаимозависимых лиц, фактически является доходом от реализации работ (услуг) Общества. 

В период с 2017 по 2019 год с расчетных счетов Общества, Компании, Управления под видом предоставления займов и возврата займов были перечислены денежные средства в адрес ИП ФИО2 и ФИО4 Суммы являются существенными для должника. Должник оказался неспособным полностью погасить требования кредиторов (уполномоченного органа).

Конкурсный управляющий просил привлечь ФИО4,                   ФИО2 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не только в связи с налоговой проверкой, но и в связи с совершением указанными лицами сделок, причинивших  существенный вред кредиторам.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53) установлено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Суд не должен исходить только из того, что контроль над должником подтверждается лишь прямыми доказательствами, исходящими от бенефициара документами, в которых содержатся явные указания, адресованные должнику, относительно его деятельности, поскольку конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника. Его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

Указанная позиция нашла свое подтверждение в правоприменительной практике (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 по делу № 302-ЭС14-1472 (4, 5, 7)).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Из материалов дела следует, что Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 13.11.2002 с уставным капиталом 20 000 руб., должнику присвоены ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>. 

Учредителем и директором Общества с момента его создания являлся ФИО4

         В период с 18.02.2020 по 02.04.2020 участниками общества являлись ФИО4 (50 %) и ФИО7 (50 %), с 03.04.2020 по настоящее время – ФИО7

Руководителем Общества в период с 11.12.2002 по 20.01.2020 являлся                  ФИО4

ФИО4 является контролирующим должника лицом.

Исходя из положений статьи 61.10 Закона о банкротстве презумпция статуса контролирующих должника лиц не может быть применена к   ФИО2, Компании и Управлению, а следовательно наличие у них такого статуса подлежит доказыванию по правилам статьи 65 АПК РФ.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. 

И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

При установлении указанных обстоятельств, судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Как усматривается в материалах дела, решением Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Псковской области от 01.10.2021 № 2.10-24/01/1753 (далее – решение Инспекции), принятым по результатам выездной налоговой проверки, Должник привлечен к налоговой ответственности за нарушение налогового законодательства.

Налоговая проверка деятельности должника проведена за период с 01.01.2017 по 31.12.2019. 

По результатам проверки должнику доначислены налог на добавленную стоимость в сумме 42 039 991 руб., налог на прибыль в сумме 21 904 528 руб., налог на имущество в сумме 1 159 560 руб., страховые взносы в бюджет Пенсионного Фонда Российской Федерации в сумме 11 567 руб. 33 коп., страховые взносы на обязательное социальное страхование в сумме 16 773 руб. 21 коп., страховые взносы на обязательное медицинское страхование в сумме 29 497 руб. 71 коп., а всего 65 161 917 руб. 25 коп., а также пени в общей сумме 27 400 970 руб.  53 коп., штрафы в общей сумме 1 562 684 руб. 97 коп. 

В добровольном порядке денежные средства не уплачены должником.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в частности, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств:

должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия);

доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае должник привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения. Размер доначисленных по результатам мероприятий налогового контроля сумм налога составил более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Пунктом 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, разъяснено, что материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 401 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Налоговая проверка проведена за период деятельности Общества, когда его руководителем был именно ФИО4, который, осуществляя свою деятельность, должен принимать решения и действовать в интересах самого общества и его кредиторов, проявлять высшую степень заботливости и осмотрительности с целью недопущения ухудшения его финансового состояния, совершение противоположных действий при руководстве хозяйственной деятельностью общества, приведших в итоге к его банкротству, означает наличие вины руководителя в наступлении банкротства юридического лица.

ФИО2 являлась супругой ФИО4

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце четвертом пункта 3 постановления № 53, лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника.

Между тем, в силу пункта 7 постановления № 53 контролирующим должника лицом также является лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Материалы дела свидетельствуют о том, что Общество, Компания и Управление являлись взаимозависимыми организациями. 

ФИО2 является руководителем  Компании с даты создания (15.07.2014) по настоящее время и учредителем с долей участия 50 %, а с 19.11.2019 по настоящее время - её единственным участником.

Согласно представленным  банками сведениям, ФИО2 имела право распоряжения денежными средствами и управления расчетными счетами Общества на основании выданных ей ФИО4 доверенностей, которые давали ей право предъявлять и (или) получать платежные документы и иные распоряжения на перевод или зачисление денежных средств, а так же осуществлять сдачу или получение наличных денежных средств по счету. Указанное подтверждает наличие у ФИО2 доступа к управлению активами должника.

ФИО4 с 11.01.2016 по 26.02.2020 с долей участия 50 % являлся участником  Управления.

Материалами дела подтверждается создание должником противоправной схемы искусственного «дробления» бизнеса с целью получения необоснованной налоговой выгоды в виде сохранения права на применение  УСН и уменьшения за счет этого налоговых обязательств посредством перераспределения полученных доходов на взаимозависимые организации – Компании и Управления. 

Созданная Обществом схема, позволила в проверяемый период распределять выручку от деятельности, видя бизнес таким образом, что сам должник и взаимозависимые с ним лица, сохраняли статус плательщиков специального  налогового режима упрощенной системы налогообложения.

По материалам выездной налоговой проверки, проведенной в отношении Общества,  установлен факт использования должником указанных взаимозависимых организации для формального разделения дохода от реализации работ (услуг) с целью получения и сохранения права на применение специального режима налогообложения в виде УСН, что привело к занижению выручки от реализации, и, как следствие, к занижению налогооблагаемой базы для исчисления налогов по общей системе налогообложения.

Компания, Управление и ФИО2 извлекли существенную выгоду в размере  43 521 тыс. руб.,   137 634 тыс. руб.,  110 537 тыс. руб. соответственно.

ФИО4, ФИО2, Компания, Управление убедительных доказательств отсутствия причинно-следственной связи между их приведенными действиями и невозможностью удовлетворения требований кредиторов Общества не представили.

Доход, полученный от реализации работ (услуг) через Компанию и Управление, фактически является доходом от реализации работ (услуг)  Общества.

В ходе процедуры конкурсного производства судом были признаны недействительными ряд сделок,  а именно:

платежи должника в пользу акционерного общества «Великолукский мебельный комбинат» в сумме 17 682 691 руб. 24 коп., совершенные в период с 01.02.2019 по 27.02.2020, в сумме 3 210 000 руб. в период с 23.07.2019 по 06.12.2019 (руководитель ФИО4);

платежи в сумме 2 030 000 руб., совершенные в период с 08.10.2019  по 31.12.2019 в пользу Компании (руководитель ФИО2); 

платежи в общей сумме 750 000 руб., совершенные в период с 26.08.2019 по 28.01.2020 в пользу ФИО4 ;

платежи в общей сумме 2 607 582 руб. 38 коп., совершенные в период с 28.12.2017 по 23.09.2020 в пользу ФИО4;

платежи в общей сумме 4 090 000 руб., совершенные в период с 04.09.2018 по 24.09.2019 в пользу ФИО2;

платежи в общей сумме 14 379 154 руб. 78 коп., совершенные в период с 27.12.2017 по 31.12.2019 в пользу ФИО2;

договор купли-продажи от 29.06.2018 земельного участка общей площадью 15 550 кв. м и здания общей площадью 386,2 кв. м, расположенных по адресу: 

<

...> уч. 139.  

Таким образом, общая сумма средств, полученных ФИО4 и ФИО2 в результате признанных впоследствии недействительными сделками должника, составляет 46 996 428 руб. 40 коп.

Учитывая установленные обстоятельства, свидетельствующие о том, что ФИО4, ФИО2, Компания, Управление являлись выгодоприобретателями по незаконной деятельности должника по «обналичиванию» денежных средств, вывод суда о признании за                 ФИО2, Компанией, Управлением также статуса контролирующих должника лиц, не опровергнутый подателями жалоб, следует признать обоснованным и соответствующим обстоятельствам дела.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в отношении ФИО6, суд указал, что в материалах дела отсутствуют доказательства его непосредственного участия в деятельности должника.

Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

Оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Псковской области от 19 июня 2024 года по делу № А52-4862/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление 327», ФИО2, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Газстрой» ФИО3, ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                     Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

Н.Г. Маркова

 

Судьи

К.А. Кузнецов

 

О.Г. Писарева