ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-6810/2018

г. Вологда

28 июля 2020 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2020 года.

В полном объёме постановление изготовлено 28 июля 2020 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Писаревой О.Г., судей Кузнецова К.А. и Шумиловой Л.Ф.

при ведении протокола секретарём судебного заседания Ручкиновой М.А., 

при участии от апеллянта ФИО2 по доверенности от 14.02.2020, конкурсного управляющего Должника ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО4 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 13.03.2020 по делу    № А13-6810/2018,

у с т а н о в и л:

глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО4 обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Вологодской области от 13.03.2020 о признании недействительными договора аренды от 02.07.2018 и договора оказания услуг от 02.07.2018, заключённых индивидуальным предпринимателем – главой крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО5 (ОГРНИП 314353233900011, ИНН 

<

***>; место жительства: 162460, 

<

...>; далее – Должник) и Юшкевичем Е.С., и о применении последствий их недействительности в виде взыскания с Юшкевича Е.С. в конкурсную массу Должника 4 519 926 руб. 57 коп., восстановления права требования Юшкевича Е.С. к Должнику в сумме 1 588 000 руб. 

В обоснование жалобы её податель с учетом дополнений к ней ссылается на незаконность и необоснованность определения суда, просит определение суда  отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. По его мнению, правовых оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего Должника не имелось, поскольку неравноценность либо ущерб совершенными сделками не доказан; такая неравноценность не может быть  установлена  на основании теоретических доводов заявителя о необходимости включения условий о несении расходов по обслуживанию скота в договор аренды, притом что размер расходов, которые по мнению конкурсного управляющего необходимо было нести для содержания поголовья, не представлен.

 В судебном заседании апелляционной инстанции представитель подателя жалобы доводы, в ней изложенные, поддержал.

Конкурсный управляющий Должника ФИО3 в устном выступлении просила определение суда оставить без изменения и пояснила, что данные договоры являются  для Должника убыточными, поскольку стоимость  молока, полученного арендатором от использования полученного в аренду крупного рогатого скота, превысила в несколько раз совокупный размер расходов, понесенных Должником на их обслуживание.

 Другие лица, участвующие в данном обособленном споре, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу подлежащей удовлетворению. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Должник (арендодатель) заключил 02.07.2018 с Юшкевичем Е.С. (арендатор) договор аренды, в соответствии с которым во временное пользование передан крупный рогатый скот сроком на 5 лет с внесением арендной платы в сумме 200 000 руб. в месяц.

В приложении  1 к данному договору содержится перечень передаваемых в аренду животных.

По акту приема-передачи, являющемуся приложением 2 к договору аренды, арендодателем арендатору переданы 252 головы крупного рогатого скота.

В дальнейшем сторонами подписаны дополнительные соглашения к договору аренды, в соответствии с которыми внесены изменения в численность переданного в аренду скота и размер месячной арендной платы, а именно дополнительным соглашением от 30.07.2018 определена численность переданного скота - 245 голов, размер платы в месяц – 193 000 руб.; дополнительным соглашением от 30.08.2019 количество голов, переданных в аренду, установлено равным 240, размер арендной платы в месяц - 189 000 руб.; дополнительным соглашением от 30.09.2018  количество голов уменьшено до 204, размер арендной платы - до 161 000 руб. в месяц; дополнительным соглашением от 30.10.2018 количество голов, переданных в аренду, установлено 202, размер платы – 160 000 руб. в месяц; дополнительным соглашением от 30.11.2018 количество голов крупного рогатого скота, переданного в аренду, установлено 187, арендная плата – 147 000 руб. в месяц.

Кроме того, этими же сторонами 02.07.2018 заключен договор оказания услуг, в соответствии с которым Должник (исполнитель) обязался оказывать заказчику (ФИО4) услуги по обслуживанию и содержанию крупного рогатого скота, а заказчик - оплатить их в размере 300 000 руб. в месяц.

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 22.05.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Должника.

Определением суда от 19.07.2018 в отношении Должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена                ФИО3

Решением от 04.12.2018 Должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО3, которая на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) обратилась в арбитражный суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 АПК РФ, о признании недействительными договоров аренды и оказания услуг, заключённых 02.07.2018   Должником с Юшкевичем Е.С., и применении последствий их недействительности, указав на совершение данных сделок заинтересованными лицами, с целью причинения вреда кредиторам Должника, а также на их неравноценность.

Суд первой инстанции, руководствуясь статьёй 61.2 Закона о банкротстве, разъяснениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), пришёл к выводу о наличии совокупности условий, позволяющих признать обжалуемые договоры недействительными по приведённым заявителем основаниям.

Проверив материалы дела, апелляционная инстанция не находит оснований согласиться с вынесенным судом определением и считает его подлежащим отмене в связи с неправильным применением судом первой инстанции норм материального права и несоответствием выводов, в нем изложенных, обстоятельствам дела.

  В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о                            признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном     встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую            для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при             которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

   Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

  В пункте 9 Постановления № 63 разъяснено, что при определении соотношения    пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам             надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1                    статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с этим наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года,                        но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом,                 то она может быть признана недействительной только на основании                   пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).  Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

  При рассмотрении настоящего требования судом первой инстанции установлено, что обжалуемая сделка совершена после принятия заявления о банкротстве Должника.

  Арбитражный суд Вологодской области на основании статьи 19 Закона о банкротстве, правомерно сделал вывод о заключении сделки в состоянии заинтересованности, поскольку ответчик является сыном лица, с которым Должник состоит в фактических брачных отношениях.

  Также материалами дела подтверждается неплатёжеспособность Должника на момент заключения сделок, поскольку Должник перестал исполнять обязательства перед кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов Должника.  

  Между тем объективных доказательств, подтверждающих неравноценность оспариваемых сделок и, соответственно, причинение ущерба их совершением, не доказано ввиду следующего.

  В соответствии со статьей 606 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель)  обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. 

  Согласно статье 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

   Как усматривается из материалов дела, на мнимость договоров и заключение их для вида заявитель не ссылается.

   Реальность заключенных договоров и их исполнение сторонами лицами, участвующими в деле, а также заявителем не оспаривается.

   Оба  договора являются возмездными; доказан факт их исполнения в части оплаты ответчиком аренды в сумме 986 000 руб., по договору оказания услуг в размере 1 588 000 руб.

    При этом действительно в силу условий договора аренды бремя содержания переданного в аренду имущества возложено на арендатора     (пункт 1.7 договора).

    Между тем данная обязанность фактически переложена на арендодателя путем заключения вышеупомянутого договора оказания услуг.

    Данная схема отношений не выходит за рамки обычаев делового оборота при передаче в пользование крупного рогатого скота в хозяйственной деятельности крестьянских (фермерских) хозяйств в  отсутствие у арендатора (пользователя)  соответствующей материально-технической базы (помещения, работники, специализированная техника и оборудование), особенно в период, когда у собственника данного имущества (крупного рогатого скота) наметились негативные финансовые проблемы, в том числе в виде отсутствия денежных средств для закупки кормов, горюче-смазочных материалов и т. п., и используется прежде всего в целях сохранения поголовья крупного рогатого скота, что главным образом и свидетельствует о разумности и экономической целесообразности указанных действий. 

    В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота (пункт 8 Постановления № 63).

    Из указанного следует, что для определения наличия оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве подлежат сопоставлению цена оспариваемой сделки с ценами аналогичных сделок, совершавшихся должником или иными участниками оборота.

    Для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с               целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной                          цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании                              сделки недействительной по данному основанию. При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу                     абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним                   понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически                       значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или      частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение                 своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

   В рассматриваемом случае заявителем не предъявлено аналогичных  договоров аренды или услуг, позволяющих прийти к выводу о том, что условия настоящих сделок существенным образом в худшую сторону отличаются от иных сделок такого вида,  заключаемых в сходной ситуации при равноценных правоотношениях.

   Суд первой инстанции, сделав вывод о причинении вреда имущественным интересам кредиторов Должника, выразившегося в уменьшении конкурсной массы оспариваемыми сделками, не                             привел в судебном акте ссылки на документы и информацию о ценах, по которым в сходный период совершались аналогичные сделки Должником               или иными участниками оборота, а также не учел, что по своей правовой природе ни договор услуг, ни договор аренды не влекут выбытия                   имущества из владения его собственника и прекращения права собственности Должника на него.

    В материалы дела не представлены доказательства наличия у Должника необходимых финансовых ресурсов для содержания и сохранения поголовья крупного рогатого скота, переданного в аренду, а также того, что без заключения данных договоров содержание и обслуживание переданного в аренду имущества самим Должником было возможным.

    Равным образом отсутствуют документы, в том числе расчеты того, что самостоятельное осуществление мероприятий по обеспечению сохранности и использованию крупного рогатого скота (далее – КРС) было экономически более выгодно для Должника, нежели передача имущества в аренду по оспариваемому договору.

  Судом было предложено проведение экспертизы на предмет определения рыночной стоимости аренды скота и вышеупомянутых услуг, несмотря                      на это, заявитель, на которого возложено бремя доказывания обстоятельств неравноценности (ущербности) сделки, такого ходатайства не заявил,                            а равным образом не предъявил суду документы о средней стоимости                   аренды и содержания сельскохозяйственных животных на территории данного              субъекта Вологодской области, определенной на основании отчетности                     о финансово-экономическом состоянии товаропроизводителей агропромышленного комплекса региона либо калькуляции, справки об индексе таких цен.

  При этом ссылка заявителя в качестве подтверждения убыточности договора аренды на то, что стоимость полученного от КРС молока значительным образом превышает вознаграждение, полученное Должником по обеим сделкам, не может служить доказательством, позволяющим прийти к выводу о наличии у сделок признаков недействительности, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, поскольку в силу статьи 606 ГК РФ собственником плодов, продукции и доходов, полученных в результате использования арендованного имущества в соответствии с договором, является арендатор. Это - отражение общего правила статьи 136 ГК РФ о принадлежности лицу, использующему имущество на законном основании, поступлений, полученных в результате такого использования.

  Из этого следует, что они не являются частью предмета аренды и не подлежат передаче арендодателю по истечении срока аренды, если иное не вытекает из условий договора. Данное правило действует тогда, когда имущество используется для целей, предусмотренных договором. При использовании имущества с нарушением договора арендодатель вправе потребовать от арендатора не только досрочного прекращения договорных отношений, но и возмещения убытков, в том числе передачи ему арендатором соответствующих доходов, плодов и т. д.

  Доказательств, подтверждающих то, что арендатор неосновательно приобрел плоды, продукцию и доходы, в материалах дела не имеется, заявителем не представлено.

  Должник не обладал правом на пользование доходами от реализации продукции, полученной в результате эксплуатации КРС, следовательно  непоступление средств от реализации такой продукции не может быть расценено в качестве убытков Должника.

  Более того, установление прибыли ответчика для цели применения последствий недействительности сделок путем арифметического вычитания из полученных средств по его счетам от продажи молока суммы понесенных расходов нельзя признать достоверным расчетом  ущерба, причиненного заключенными сделками, так как действительная прибыль (доход) объективно ниже, точное количество её на дату оспариваемых договоров не установлено и, кроме того, для признания договора недействительным основания его недействительности должны иметь место либо до его заключения, либо в момент его заключения, но никак не после. Действия по исполнению договора сами по себе не могут служить основанием для его недействительности постольку, поскольку они не порочат сам договор.

  Заявляя о получении ответчиком доходов от аренды КРС, заявитель                  не учитывает, что он также нес расходы на содержание и уход за животными, оплату горюче-смазочных материалов, электроэнергии, приобретение              кормов, точное количество которых на дату оспариваемых договоров не приведено.

  При таких обстоятельствах, учитывая, что собственных ресурсов и необходимой материально-технической базы у ответчика не имелось и данный факт подтвержден его представителем в суде апелляционной инстанции, разумность и экономическую целесообразность приведенной модели хозяйствования следует считать раскрытыми.

  Ссылка заявителя на причинение данными сделками убытков, выразившихся в том, что Должник, несмотря на передачу КРС в аренду,  нес расходы на выплату заработной платы работникам, уплату налогов, отклоняется апелляционной инстанцией, так как данные расходы, в силу Трудового кодекса Российской Федерации и Налогового кодекса Российской Федерации, являются исключительной обязанностью работодателя (налогового агента), которым в настоящем случае выступал Должник, и он не вправе переложить их на иное лицо.

  При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия полагает,              что конкурсным управляющим не доказан факт совершения сделок с                 целью причинения вреда кредиторам Должника и что в результате их заключения причинен вред кредиторам и произошло уменьшение конкурсной массы, поскольку, как пояснил конкурсный управляющий                            Должника ФИО3, у Должника КРС имеется, поголовье не утрачено, в настоящее время ею передано в аренду по соответствующему договору.

Сам по себе факт заинтересованности сторон договоров и наличие признаков неплатёжеспособности у Должника не является доказательством              его невыгодности, поскольку доказательств, с объективной очевидностью подтверждающих заключение сделок ответчиком с единственной                    целью - причинение вреда имущественным правам кредиторов Должника, не имеется.

Так как в удовлетворении основного требования судом отказано, оснований для признания обоснованным требования о применении последствий недействительности сделок также не имеется.

С учётом изложенного определение суда подлежит отмене.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела судами первой и апелляционной инстанции относятся на Должника в силу статьи 110 АПК РФ, поскольку в удовлетворении заявления отказано, а апелляционная жалоба ответчика признана обоснованной.

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

отменить определение Арбитражного суда Вологодской области                      от 13.03.2020 по делу № А13-6810/2018.

Отказать в удовлетворении заявленных требований.

Взыскать с ФИО5 в федеральный бюджет             12 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение дела судом первой инстанции.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО4 3 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                  Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.

Председательствующий

О.Г. Писарева

Судьи

К.А. Кузнецов

Л.Ф. Шумилова