ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

14.08.2023 года

Дело № А40-315662/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08.08.2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 14.08.2023 года.

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Савиной О.Н.,

судей: Каменецкого Д.В., Коротковой Е.Н.,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ПАО «Межтопэнергобанк» - представитель  ФИО1 (доверенность от 28.06.2023)

от ФИО2 – представитель Мусс Е.М. (доверенность от 21.11.2020)

от ФИО3 – представитель ФИО4 (доверенность от 16.11.2021)

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ПАО «Межтопэнергобанк» в лице ГК «АСВ»,

на определение Арбитражного суда города Москвы от 01.03.2023,на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2023 (№09АП-21173/2023),по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Дэнвер», 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.01.2019 возбуждено производство по делу по заявлению Акционерного коммерческого межрегионального топливно-энергетического банка «Межтопэнергобанк» (ПАО) о несостоятельности (банкротстве) ООО «Дэнвер» (далее – должник; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 27.05.2019 в отношении ООО «Дэнвер» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5, о чем в газете «Коммерсантъ» от 01.06.2019 № 94 опубликовано сообщение.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 23.09.2019 ООО «Дэнвер» признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в связи с принятием решения о предстоящей ликвидации, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

В Арбитражный суд города Москвы 04.09.2020 поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Дэнвер» ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 01.03.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Дэнвер» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО3, ФИО7, ФИО2, ФИО8 и ФИО9 отказано.

Перечислено на основании счета от 11.10.2022 № 22М/417-А40-315662/18, предоставленного АНО ЦНПЭ «Петроэксперт», с депозитного счета Арбитражного суда города Москвы на счет АНО ЦНПЭ «Петроэкспер» в качестве оплаты за проведенную экспертизу в размере 110 000 руб. за счет денежных средств, перечисленных на депозитный счет Арбитражного суда города Москвы по делу             № А40-315662/2018 по чеку-ордеру от 17.11.2021. (зачисленных платежным поручением от 17.11.2021 № 25433 на сумму 39 400 руб., плательщик                    ФИО3), чеку-ордеру от 06.06.2022 (зачисленных платежным поручением от 07.06.2022 № 87361 на сумму 46 200 руб., плательщик ФИО3), в недостающей части (24 400 руб.) за счет денежных средств, перечисленных по чеку-ордеру от 07.07.2022 (зачисленных платежным поручением от 07.07.2022              № 120361 на сумму 39 400 руб., плательщик ФИО10). Взыскано с ООО «Дэнвер» в пользу ФИО3 85 600 руб. в возмещение судебных расходов. Взыскано с ООО «Дэнвер» в пользу ФИО2 24 400 руб. в возмещение судебных расходов.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2023 определение Арбитражного суда г. Москвы от 01.03.2023 оставлено без изменения,

апелляционная жалоба конкурсного управляющего ООО «Дэнвер» - без удовлетворения.

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный управляющий ПАО «Межтопэнергобанк» в лице ГК «АСВ» обратился с кассационной жалобой на судебные акты, в связи с нарушением норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что выводы судов о том, что имущество должника выбыло вследствие преступных действий неустановленных лиц, не освобождает номинальных руководителей от субсидиарной ответственности.

От конкурсного управляющего ООО «Дэнвер» ФИО5 поступил отзыв, в котором он поддерживает доводы кассационной жалобы (приобщен к материалам дела).

Представитель ПАО «Межтопэнергобанк» в судебном заседании поддержал доводы кассационной жалобы.

Представители ФИО2 и ФИО3 в заседании суда округа возражали на доводы кассационной жалобы по мотивам, изложенным в отзывах (приобщены к материалам дела).

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru

Иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание суда кассационной инстанции не направили, что, в силу ч. 3 ст. 284 АПК РФ, не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Обращаясь в суд с заявлением, конкурсный управляющий в качестве оснований для привлечения лиц, к субсидиарной ответственности указывал на наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по пп. 1, 2,  п. 2 ст. 61.11, п. 1 ст. 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Конкурсный управляющий ООО «Дэнвер» ссылался на наличие оснований для привлечения ФИО8, ФИО9, ФИО6, ФИО7, ФИО3, ФИО2 по основаниям, предусмотренным ст. 61.12 Закона о банкротстве: неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (принятие решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника) в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий также просил привлечь к субсидиарной ответственности:

- ФИО6, ФИО7, ФИО3, ФИО2 по основаниям, предусмотренным пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, за совершение действий по отчуждению квартир (прав требования передачи квартир), принадлежащих ООО «Дэнвер», которые привели к невозможности полного погашения требований кредиторов;

- ФИО2 по основаниям, предусмотренным пп. 2  и 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве за не передачу документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, с 04.10.2012 по 27.04.2018 единственным участником должника являлась ФИО8; с 27.04.2018 по настоящее время единственным участником должника является ФИО2.

Генеральным директором должника в разные периоды являлись:  с 11.08.2014 по 27.01.2017 - ФИО9; с 27.01.2017 по 20.09.2017 - ФИО6; с 20.09.2017 по 26.04.2018 ФИО6 также являлась ликвидатором должника; с 26.04.2018 по 11.05.2018 - ФИО3; с 11.05.2018 по 07.06.2018 - ФИО7; с 07.06.2018 по 01.10.2018 - ФИО3; с 01.10.2018 по дату признания должника банкротом - ФИО2.

По мнению конкурсного управляющего, указанные лица могут быть отнесены к контролирующим лицам должника по смыслу законодательства о банкротстве и привлечены к субсидиарной ответственности.

При оценке действий указанных лиц на предмет связи с наступившим банкротством должника и наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности должна учитываться редакция Закона о банкротстве, действовавшая в период исполнения ими полномочий и совершения вменяемых нарушений.

Суды, с учетом подлежащих применению норм в разные периоды, пришли к выводу, что все заинтересованные лица - ФИО8, ФИО9, ФИО6, ФИО3, ФИО7 ФИО2 отвечают признакам контролирующих должника лиц.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее, чем через месяц, с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

По смыслу приведенных выше норм права, а также, принимая во внимание правила определения размера ответственности, по данному основанию надлежит установить дату возникновения обязанности руководителя по обращению в суд с соответствующим заявлением, а также объем обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 134-ФЗ, подлежащей применению к спорному периоду) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 ст. 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителя к ответственности за неисполнение в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного в п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Оценив представленные доказательства, установив все фактические обстоятельства по делу, суды, руководствуясь положениями ст.ст. 9, 61.12 Закона о банкротстве, разъяснениями, данными в постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», правовыми позициями, изложенными в Определениях Верховного Суда РФ от 31.03.2016              № 309-ЭС15-16713, от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837 по делу № А23-6235/2015, от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412 по делу №А40-170315/2015, от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412, пришли к выводу, что заявителем не представлено доказательств возникновения у ООО «Дэнвер» обязательств (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, который, по мнению заявителя, начал течь с июня 2016, в период исполнения заинтересованными лицами обязанностей руководителя должника и до возбуждения дела о банкротстве должника, учитывая, что задолженность перед ПАО «Межтопэнергобанк» образовалась до указанной даты.

В данном случае конкурсный управляющий не обосновал, какие конкретно обязательства возникли после истечения срока на подачу заявления о банкротстве до момента возбуждения дела о банкротстве, как и не указал их сумму - конкурсным управляющим не доказаны все обстоятельства для привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Суд округа при этом отмечает, что кассационная жалоба конкурсного управляющего Банка, независимо от обжалования судебных актов в полном объеме, не содержит доводов в данной части.

Рассмотрев доводы конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО7, ФИО3, ФИО2 по основаниям совершения (одобрения) указанными лицами ряда сделок (по безвозмездному выводу активов должника в пользу третьих лиц), которые, по мнению конкурсного управляющего причинили вред имущественным правам кредиторов (пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), оценив соответствующие возражения заинтересованных лиц, суд первой инстанции, вопреки доводам жалобы об обратном, сделал верный вывод об их необоснованности ввиду следующего.

Согласно п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве указано, что контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

При этом презумпция доведения до банкротства в случаях, закрепленных в п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, предполагает необходимость доказывания конкурсным управляющим причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения контролирующим должника лицом соответствующих сделок должника, при этом указанная презумпция является опровержимой (п. 19 Постановления от 21.12.2017 № 53).

Конкурсный управляющий просил привлечь на основании п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве:

1) ФИО6 - за совершение сделки перечислению денежных средств ООО "Энергоцентр" в размере 2 500 000 руб. Определением суда от 09.09.2020 перечисления денежных средств (с 15.03.2018-19.03.2018) признаны недействительными на основании ст. 168 ГК РФ.

2) ФИО3 и ФИО2 - за безвозмездное выбытие из собственности должника квартир и прав требований на основании следующих договоров от 09.08.2018: - купли-продажи № Д-ВТ-3 на общую сумму 29 400 000 руб., - купли-продажи № Д-ТТ-3 на общую сумму 30 500 000 руб.;

- договора от 02.08.2018 № ДЭН/КОМС-К12-ТТ-2 уступки права требования и обязанностей по следующим квартирам: 99, 100, 107, 109, 110, 111, 113, 114, 115, 116, 117, 139, 141, 142, 143, 144, 145, 146, 147, 148, 159, 161, 162, 163, 164, 165, 166, 167, 168 на сумму 156 548 200 руб.

3) ФИО3, ФИО2 и ФИО7 - безвозмездное выбытие из собственности должника 70 квартир (квартиры №№ 97, 99, 102, 103, 104, 106, 107, 108, 121, 124, 125, 127, 128, 130, 131, 132, 135, 138, 141, 145, 147, 148, 149, 150, 154, 155, 156, 163, 164, 170, 171, 172, 173, 174, 175, 176, 177, 180, 181, 193, 195, 197, 198, 199, 200, 201, 203, 208, 214, 216, 217, 218, 219, 221, 222, 223, 224, 225, 226, 227, 228, 232, 241, 242, 244, 247, 248, 249, 250, 255 по адресу: 

<

...> корпус № 3, № 4).

Как следует из разъяснений, данных в п. 16 Постановления от 21.12.2017 № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Из системного толкования абзаца 2 п. 3 ст. 56 ГК РФ, п. п. 1, 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве следует, что необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Согласно п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 6, Пленума ВАС РФ № 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая п. 3 ст. 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно заявленным требованиям, конкурсный управляющий указывал на то, что в результате совершения указанных сделок (перечисления денежных средств в период исполнения ФИО6 обязанностей руководителя общества) причинен вред имущественным правам кредиторов в виде невозможности погашения их требований.

Однако, само по себе наличие таких сделок не может являться доказательством наличия признаков неправомерности действий (бездействий) контролирующих должника лиц, а также причинение ущерба кредиторам.

В материалы дела не предоставлено доказательств того, что совершение перечислений денежных средств повлекло за собой возникновение не только несостоятельности (банкротства) ООО «Дэнвер», но и невозможности удовлетворения требований кредиторов в полном объеме.

Сделки между должником и ООО «Энергоцентр» (перечисление денежных средств в сумме 2 500 000 руб.) также не являлись значимыми для деятельности должника и не могли быть причиной его банкротства.

Относительно довода конкурсного управляющего о привлечении к ответственности ФИО3, ФИО2 и ФИО7 за совершение действий по безвозмездному отчуждению квартир и принадлежащих прав требований, судом установлено следующее.

Как следует из материалов дела и установлено судами, ООО «Дэнвер» принадлежали права на 105 квартир (квартиры №№ 137, 169, 172, 177, 180, 248 по адресу: 

<

...>; квартиры                                         №№ 99,100,107,109,110,111,113,114,115,116,117, 139, 141, 142, 143, 144, 145, 146, 147, 148, 159, 161, 162, 163, 164, 165, 166, 167, 168 по адресу: 

<

...> д 21; квартиры №№ 97, 99, 102, 103, 104, 106, 107, 108, 121, 124, 125, 127, 128, 130, 131, 132, 135, 138, 141, 145, 147, 148, 149, 150, 154, 155, 156, 163, 164, 170, 171, 172, 173, 174, 175, 176, 177, 180, 181, 193, 195, 197, 198, 199, 200, 201, 203, 208, 214, 216, 217, 218, 219, 221, 222, 223, 224, 225, 226, 227, 228, 232, 241, 242, 244, 247, 248, 249, 250, 255 по адресу: 

<

...> корпус №№ 3-4) на основании договора участия в долевом строительстве от 05.05.2015 № ДЭ11/M6-K3, зарегистрированного 08.06.2015, заключенного с ООО «Инвестстрой»; договора участия в долевом строительстве от 10.08.2015 № ДЭН/КОМС-К12, зарегистрированного 24.08.2015, заключенного с ООО «ДомСтрой», находящиеся в залоге ПАО «Межтопэнергобанк» на основании договоров залога имущественных прав от 04.04.2017 № ДЗ-5311/1, № ДЗ-5498/1, № ДЗ-5593/1.

Отчуждение указанных квартир (в том числе права требования передачи указанных квартир) вменялось конкурсным управляющим ФИО7, ФИО3, ФИО2

Отчуждение указанных квартир (в том числе права требования передачи указанных квартир) вменяется конкурсным управляющим ФИО7, ФИО3, ФИО2

В обоснование заявленных требований, а именно факта безвозмездного выбытия из собственности должника квартир и прав требований, которые вменяются ФИО3 и ФИО2, представлены следующие доказательства.

По выбытию 3-х квартир (№№ 172, 180, 248) по адресу: 

<

...> - договор купли-продажи недвижимого имущества от 09.08.2018 № Д-ТТ-3 между ООО «Дэнвер» и ООО «Тарон Трейд» (т. 39 л.д. 3-6).

По выбытию 3-х квартир (№№ 137, 169, 177) по адресу 

<

...> - договор купли-продажи недвижимого имущества от 09.08.2018 № Д-ВТ-3 между ООО «Дэнвер» и ООО «Вален Трейд» (т. 39 л.д. 12-16).

По выбытию 12-ти квартир (№№99,100, 107,109,110,111,113,114,115,116,117,139) по адресу: 

<

...> - договор № ДЭН/КОМС-К12-ТТ-2 уступки права требования и обязанностей по договор от 10.08.2015 № ДЭН/КОМС-К12 участия в долевом строительстве от 02.08.2018, между ООО «Дэнвер» и ООО «Вален Трейд» (т. 39 л.д. 7-11).

Судами установлено, что указанные документы от имени ООО «Дэнвер» подписаны ФИО3

В материалы дела представлены решение от 09.08.2018 № КС_3кв (т. 39            л.д. 17-18), решение от 09.08.2018 № КС_3кв/1 (т. 39  л.д. 19-21), решение от 30.05.2018 № КС_6кв (т. 39 л.д. 22-24), которыми единственный участник ООО «Дэнвер» - ФИО2 одобрила отчуждение указанных активов должника.

В рамках настоящего дела о банкротстве судом рассмотрены обособленные споры о признании вышеуказанных договоров недействительными сделками по заявлениям конкурсного управляющего (определения суда от 25.07.2022, 04.05.2022 по настоящему делу).

При рассмотрении обособленных споров ФИО3 и ФИО2 поддерживали позицию конкурсного управляющего о недействительности договоров, указывали, что данные сделки ими не совершались и не одобрялись, подписи на решениях и договорах выполнены не ими.

В целях проверки указанного заявления ФИО3 и ФИО2 определением суда от 19.09.2022 в рамках настоящего обособленного спора было назначено проведение судебно-почерковедческой экспертизы на предмет установления принадлежности подписей.

Во исполнение определения суда о назначении экспертизы, в материалы дела было представлено заключение эксперта № 22 М/417-А40-315662/18-ПЭ (т. 39 л.д. 58-82), в соответствии с которым подписи в направленных на исследование договорах, приложениях к ним, актах, выполнены не самим ФИО3, а также подписи в решениях единственного участника ООО «Дэнвер» выполнены не самой ФИО2

В материалах дела также содержатся иные доказательства того, что подписи ФИО3 и ФИО2 на указанных документах выполнены не данными лицами (заключение специалиста АНО «Бюро судебных экспертиз» от 03.06.2021 № 5780; протоколы допроса ФИО2 от 28.01.2020 и ФИО3 от 29.01.2020, от 10.06.2020 в рамках уголовного дела № 11801460225000142, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 28.06.22, объяснения ФИО3; данные в рамках заявления о возбуждении уголовного дела от 04.06.2021;  постановление о привлечении в качестве обвиняемого ФИО12 от 17.11.2022 в рамках уголовного дела № 11801460225000142 (т. 24 л.д. 24-28, 61-64, 65-67, 108-109, т. 32 л.д. 1-4, 70-73, т. 37 л.д. 1-99).

На основании изложенного, суды пришли к выводу, что документы об одобрении сделок по отчуждению имущества, а также документы, послужившие основанием для внесения регистрационных записей о прекращении права собственности должника на объекты недвижимости, исходили не от участника должника ФИО2 и руководителя должника ФИО3, соответственно.

Относительно оставшихся 17 квартир (№№ 141, 142, 143, 144, 145, 146, 147, 148, 159, 161, 162, 163, 164, 165, 166, 167, 168), расположенных по адресу: 

<

...> д 21, в материалах дела отсутствуют документы, являющиеся основанием для государственной регистрации права собственности за покупателями квартир, в связи с чем невозможно установить, у каких лиц они были приобретены и кем осуществлялось подписание документов от имени этих лиц.

В обоснование заявленных требований, а именно факта безвозмездного выбытия из собственности должника квартир и прав требований, которые вменяются ФИО3, ФИО2 и ФИО7, представлены следующие доказательства.

В качестве основания привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим указывается на выбытие из собственности должника квартир №№ 97, 99, 102, 103, 104, 106, 107, 108, 121, 124, 125, 127, 128, 130, 131, 132, 135, 138, 141, 145, 147, 148, 149, 150, 154, 155, 156, 163, 164, 170, 171, 172, 173, 174, 175, 176, 177, 180, 181, 193, 195, 197, 198, 199, 200, 201, 203, 208, 214, 216, 217, 218, 219, 221, 222, 223, 224, 225, 226, 227, 228, 232, 241, 242, 244, 247, 248, 249, 250, 255 по адресу: 

<

...> корпус N 3, N 4.

По мнению конкурсного управляющего, права должника на указанное имущество прекратились в период с апреля по сентябрь 2018 года, а потому ответственность за действия по отчуждению квартир должна быть возложена на ФИО3, ФИО2, ФИО7

Определением суда от 30.09.2020 по настоящему делу удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего об истребовании от ООО «ИнвестСтрой», ООО «ЦентрСтрой», ООО «УК «ЦентрСтрой» сведений о собственнике (собственниках) квартир, а также документов, послуживших основанием для их отчуждения третьим лицам, в случае, если собственником квартир не является ООО «Дэнвер».

Истребованных доказательств в материалы дела не поступило.

Также конкурсным управляющим в материалы дела представлены выписки из Единого государственного реестра недвижимости о зарегистрированных правах в отношении указанных объектов.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения сторон в их совокупности и взаимосвязи суд верно указал следующее.

Согласно выпискам из Единого государственного реестра недвижимости квартирам №№ 97, 99, 102, 103, 104, 106, 107, 108, 121, 124, 125, 127, 128, 130, 131, 132, 135, 138, 141, 145, 147, 148, 149, 150, 154, 155, 156, 163, 164, 170, 171, 172, 173, 174, 175, 176, 177, 180, 181, 193, 195, 197, 198, 199, 200, 201, 203, 208, 214, 216, 217, 218, 219, 221, 222, 223, 224, 225, 226, 227, 228, 232, 241, 242, 244, 247, 248, 249, 250, 255 присвоен адрес: г. ФИО11, ул. ФИО11 ских ополченцев, д. 14. При этом, судами установлено, что ФИО3 являлся генеральным директором с 26.04.2018 по 11.05.2018 с 07.06.2018 по 01.10.2018 ФИО7 - генеральным директором с 11.05.2018 по 07.06.2018, ФИО2 являлась генеральным директором с 01.10.2018 по 03.10.2019 и участником с 27.04.2018 по настоящее время.

В соответствии с представленными доказательсьвами приобретение части объектов недвижимости указанным лицами осуществлялось, в период осуществления полномочий генерального директора ФИО2

В материалах дела отсутствуют документы, являющиеся основанием для государственной регистрации права собственности за покупателями квартир, в связи с чем невозможно установить, у каких лиц они были приобретены и кем осуществлялось подписание документов от этих лиц.

Доказательств того, что реализация имущества осуществлялась ООО «Дэнвер» и договоры были подписаны генеральным директором ФИО2 в материалы дела не представлено; также отсутствуют документы, свидетельствующие о выбытии квартир из собственности должника в период осуществления полномочий генерального директора ФИО3 и ФИО7, а также о подписании документов об отчуждении квартир указанными лицами.

Обстоятельства дела, которые должны быть подтверждены определенными доказательствами, в силу ст.ст. 67, 68 АПК РФ не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (допустимость доказательств).

С учетом выводов, сделанных в экспертном заключении № 22 М/417-А40-315662/18-ПЭ, суды в отношении указанных квартир пришли к выводу, что документы, послужившие основанием для выбытия квартир из собственности должника, могли быть подписаны лицами, не относящимися к менеджменту ООО «Дэнвер», т.е. о недоказанности безусловно обстоятельств того, что ФИО3,               ФИО2, ФИО7 своими действиями совершили отчуждение указанных квартир.

Судами учтено, что банкротство ООО «Дэнвер» и невозможность удовлетворения требования кредитора возникла вследствие действий неустановленных лиц по фальсификации и перерегистрации прав на недвижимое имущество на третьих лиц.

В соответствии со ст. 9, ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения процессуальных действий.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь приведенными нормами и разъяснениями, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства и пришли к обоснованным выводам о отсутствии оснований для удовлетворения требования конкурсного управляющего должника.

Суд кассационной инстанции соглашается с указанными выводами судов, которые обоснованно исходили из совокупности собранных по делу доказательств и установленных фактических обстоятельств.

Доводы кассационных жалоб направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных ст. 287 АПК РФ, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной, в частности, в Определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятого постановления суда от 15.03.2023, судом кассационной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационных жалоб и отмены обжалуемых судебных актов.

Руководствуясь ст.ст. 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 01.03.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2023 по делу № А40-315662/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 О.Н. Савина 

Судьи                                                                                                          Д.В. Каменецкий                

Е.Н. Короткова