АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2928/25 

Екатеринбург

28 июля 2025 г.

Дело № А76-6402/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июля 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 июля 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О.Н.,

судей Тихоновского Ф.И., Осипова А.А.,

при ведении протокола помощником судьи Абросимовой К.Д. рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Челябинской области, кассационную жалобу публичного акционерного общества «Агрегат» на решение Арбитражного суда Челябинской области от 10.10.2024 по делу № А76-6402/2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.04.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Челябинской области принял участие представитель публичного акционерного общества «Агрегат» (далее – общество «Агрегат», общество, истец, заявитель кассационной жалобы) – ФИО1 (доверенность от 01.08.2024 № 15/182-24, паспорт, диплом о высшем юридическом образовании). 

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа приняли участие представители: 

ФИО2 (далее также – ответчик) – ФИО3 (доверенность от 02.08.2024 серии 77АД № 5803356, паспорт, диплом о высшем юридическом образовании);

общества с ограниченной ответственностью «Тирни энд Хендерсон» (далее – общество «Тирни энд Хендерсон») – ФИО4 (доверенность от 07.03.2024, паспорт, диплом о высшем юридическом образовании).

Общество «Агрегат» обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании убытков в сумме 46 836 031 руб. 90 коп. (с учетом уточнения исковых требований, принятых судом в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 26.09.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество «Тирни энд Хендерсон».

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 10.10.2024, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.04.2025, в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, общество «Агрегат» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований. 

По мнению истца, отказ во взыскании убытков не обоснован, поскольку  ФИО2, будучи директором общества «Агрегат», сохранил отпускные цены на продукцию, действовавшие в 2018 году, не применил положения пунктов 6.2 и 12.1.1 дистрибьюторского соглашения, не инициировал пересмотр цен и не потребовал у дистрибьютора дополнительного вознаграждения, чем причинил обществу убытки. При этом, вопреки позиции судов, вывод о том, что ФИО5 действовал добросовестно, не основан на материалах дела, повышение цен на товар было согласовано только с 01.07.2019, но поставка товара осуществлялась по ранее действовавшим ценам вплоть до августа 2019 года. Заявитель жалобы полагает, что выводы судов о сокращении рынка гидравлических аварийно-спасательных инструментов (далее – ГАСИ) и  агрессивного демпинга других поставщиков носят предположительный характер, не подтверждены доказательствами. Истец также находит необоснованным вывод судов о реализации продукции в спорном периоде по рыночным ценам и отмечает, что заключение эксперта от 27.04.2024 № 026-05-00458 не является надлежащим доказательством, поскольку рыночная стоимость продукции по состоянию на 26.02.2019 не была определена, но несмотря на это, в удовлетворении ходатайства о назначении повторной экспертизы было отказано. Кроме того, суд апелляционной инстанции не учел доводы истца об искусственном вовлечении в цепочку по реализации товара дополнительных звеньев (аффилированных субдистрибьюторов). Так, суд не принял во внимание, что реализация продукции обществом «Тирни энд Хендерсон» в адрес субдистрибьюторов по заниженным ценам и ее последующая реализация субдистрибьюторами по рыночной стоимости позволяла аккумулировать прибыль на этих компаниях и создавать видимость убыточности этих операций для самого общества «Тирни энд Хендерсон». Между тем, данные обстоятельства имеют значения для разрешения дела, так как в рамках судебной экспертизы обстоятельства реализации товара субдистрибьюторам указаны как основание для невозможности согласования рыночных цен на ГАСИ, невозможности реализации продукции в диапазоне рыночных цен и об отсутствии убытков общества.

ФИО5 и общество «Тирни энд Хендерсон»  в отзывах на кассационную жалобу просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, протоколом годового общего собрания акционеров общества «Агрегат» от 28.05.2015 № 24 единоличным исполнительным органом общества (генеральным директором) избран ФИО2 

В последующем протоколом внеочередного общего собрания акционеров общества «Агрегат» от 04.12.2019 № 29 принято решение о досрочном прекращении полномочий ФИО2 с 31.12.2019, генеральным директором общества избран ФИО6. 

Между обществом «Агрегат» (поставщик) и обществом «Тирни энд Хендерсон» (дистрибьютор) заключено дистрибьюторское соглашение от 22.02.2011 (далее – соглашение), по которому дистрибьютор до ноября 2019 года осуществлял дистрибьюцию ГАСИ производства общества «Агрегат» на территории Российской Федерации, стран СНГ и Балтии на эксклюзивных условиях.

Согласно пункту 6.2 соглашения цена товара может пересматриваться в течение срока действия соглашения, но не чаще одного раза в год. Пересмотр цены товара осуществляется по соглашению сторон, которое оформляется подписанием протокола согласования цены к соглашению.

В соответствии с пунктом 12.1.1 соглашения дистрибьютор вправе самостоятельно устанавливать продажные цены при реализации товара. В течение первого года действия соглашения превышение продажных цен над закупочными будет находится в интервале от 5 до 10 %. По согласованию с поставщиков дистрибьютор может устанавливать продажные цены, превышающие закупочные цены более чем на 10 %, при этом поставщик получает право на дополнительное вознаграждение, размер которого согласовывается сторонами дополнительно. 

Общество «Тирни энд Хендерсон» направило обществу «Агрегат» письмо от 28.01.2019 № 0128-1 с просьбой не повышать цены на товар на 2019 год, мотивированное рядом объективных факторов: структурными изменениями в МЧС России и уменьшением объемов закупок пожарно-спасательного оборудования, сокращение рынка ГАСИ, обострение конкуренции поставщиков ГАСИ, использование российскими поставщиками ценовой политики в качестве инструмента конкурентной борьбы, прогнозом дальнейшего развития рынка. 

ФИО2 было принято решение о введении новых отпускных цен с повышением на 4,9 % (без учета повышения НДС), что подтверждается его рукописной резолюцией на письме общества «Тирни энд Хендерсон» от 28.01.2019 № 0128-1,  утвержден протокол согласования договорных оптовых цен с 01.01.2019, предусматривающий повышение оптовых цен на 4,9 %, который 31.01.2019 был направлен дистрибьютору.

Общество «Тирни энд Хендерсон» не согласилось с предложенным ФИО2 повышением цен на ГАСИ и с компромиссным вариантом, предусматривающим отложение повышения цен до 01.07.2019, направив письмо от 20.02.2018 №  0220-2, в качестве причин такого решения указав на отказ нескольких постоянных заказчиков от приобретения произведенных обществом «Агрегат» ГАСИ в пользу продукции конкурентов в связи с повышением цен на продукцию, наличие риска потери дальнейших заказов и важность поддержания конкурентных цен в первом получении, когда определяются поставщики по государственным контрактам. 

По результатам переговоров сторонами было согласовано повышение договорных оптовых цен с 01.07.2019 4,9 %. Поставка товара по указанным ценам осуществлялась вплоть до 12.11.2019.

Обращаясь с исковым заявлением о взыскании с ФИО2 убытков, истец ссылался на то, что ФИО2 договорился с обществом «Тирни энд Хендерсон» о сохранении в период с 1 января по 1 июля 2019 года отпускных цен на продукцию, действовавших в 2018 году, а также не применил ряд положений дистрибьюторского соглашения (в частности, пункт 6.2). По мнению истца, продукция должна была быть продана по рыночным ценам, по которым продукция реализуется конечным потребителям.

В целях проверки экономической обоснованности принятого в феврале 2019 года ФИО2 решения о временном неповышении отпускных цен завода на ГАСИ судом назначена судебная экспертиза. 

Согласно заключению эксперта от 27.04.2024 № 026-05-00458 рыночная стоимость ГАСИ не может быть определена в принципе ввиду того, что рынок по сбыту названной продукции является закрытым, отсутствие публичных оферт и индивидуальное ценообразование для каждого отдельно взятого покупателя не позволяют говорить о существовании каких-либо средних рыночных цен на номенклатурные позиции ГАСИ, в условиях российского рынка ГАСИ можно говорить лишь о диапазоне рыночных цен, который является достаточно широким. Из заключения эксперта следует, что фактическая реализация дистрибьютором товаров общества «Агрегат» в 2018 году происходила со средневзвешенной наценкой в размере 28 %, а отдельные продажи с высокими наценками компенсировались продажами с около нулевыми или отрицательными наценками, при этом дистрибьюторская (дилерская) наценка в размере 28 % является типичной для рынка оборудования и инструмента и соответствует рыночному диапазону. Экспертизой установлено, что повышение отпускных цен завода на 8 % привело бы к убыткам дистрибьютора в половине совершенных в 2018 году сделок, либо эти сделки могли не состояться. Экспертом сделан вывод о том, что повышение отпускных цен на ГАСИ на 4,9 %, а тем более на 8 % привело бы к существенному падению объемов продаж.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО2 была инициирована попытка повышения отпускных цен в начале 2019 года, от которого впоследствии было решено отказаться по объективным факторам, заключение дистрибьюторского соглашения не было заключено в связи с  спецификой деятельности общества «Агрегат» и производимого им товара, совокупность оснований, необходимых для привлечения бывшего генерального директора к ответственности в виде взыскания с него убытков, не доказана. 

Суд апелляционной инстанции с названными выводами согласился, при этом суды руководствовались следующим. 

Согласно пункту 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

В соответствии с положениями абзаца второго пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктами 1 – 3 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон об акционерных обществах) единоличный исполнительный орган общества при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, в том числе единоличный исполнительный орган общества, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (абзац первый пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах).

Из приведенных положений следует, что в силу своего назначения на должность директор получает широкие возможности по управлению деятельностью юридического лица, включая распоряжение его имуществом, не являясь собственником или законным владельцем соответствующих активов. Ввиду расхождения между фактической возможностью управления имуществом и обладанием прав на него деятельность директора ограничивается стандартами (требованиями) добросовестности и разумности поведения.

Требование добросовестности поведения директора означает, что лицо, которому участниками хозяйственного общества доверено руководство его деятельностью, должно осуществлять свои полномочия в интересах дела хозяйственного общества, которым он управляет, а при наличии конфликта интересов не вправе отдавать преимущество собственным интересам или интересам третьих лиц.

Стандарт разумного поведения директора, предполагает, что руководитель при управлении текущей деятельностью общества и совершении сделок от имени общества должен действовать профессионально, предпринимая необходимые и отвечающие его квалификации усилия для реализации интересов юридического лица, состоящих по общему правилу в получении прибыли.

При этом законодатель исходит из необходимости защиты директора от ответственности за управленческие решения и сделки, которые разумно рассматривались им как выгодные для хозяйственного общества и отвечающие интересам юридического лица, с учетом обычных условий делового оборота, рискового характера предпринимательской деятельности и иных обстоятельств, имеющие значение для дела (абзац второй пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 3 статьи 71 Закона об акционерных обществах).

Возможность возникновения убытков у юридического лица в процессе осуществления хозяйственной деятельности соответствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Если действия директора не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска, он не может быть привлечен к ответственности в виде взыскания убытков.

Директор, реализуя свои полномочия по управлению корпорацией, вправе выбирать различные способы для достижения целей, установленных при ее создании, использовать разнообразные механизмы осуществления предпринимательской деятельности. Суды, в свою очередь, не уполномочены на осуществление проверки экономической целесообразности решений, принятых директором.

Таким образом, разумность действий директора при исполнении своих полномочий предполагается, пока иное не будет доказано истцом, который обязан обосновать, что поведение директора с очевидностью не отвечало обычным условиям оборота, представить доказательства грубого непрофессионализма директора, связанного, в том числе с принятием решений и совершением сделок на основании заведомо недостоверной информации или без получения необходимой информации (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2025 № 303-ЭС24-23691). 

При этом истцом должен быть доказан не только факт неисполнения либо ненадлежащего исполнения нарушителем своих обязанностей, но и то, что в результате этого у общества возникли убытки. 

Кроме того, из положений пункта 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, данных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что на истца также возлагается обязанность обосновать с разумной степенью достоверности, что исполнение своих обязанностей директором позволило бы избежать наступления неблагоприятных последствий для хозяйственного общества, в том числе избежать возникновения ущерба или получить выгоду, то есть директор является лицом, в результате действий (бездействия) которого возникли убытки.

Проанализировав условия дистрибьюторского соглашения, в частности пункт 6.2, установив, что названный пункт соглашения предусматривает возможность изменения отпускных цен только по согласованию обеими сторонами соглашения (и дистрибьютором, и поставщиком), изучив и оценив переписку сторон по поводу повышения дистрибьюторских цен, учитывая, что инициированное в начале 2019 года ФИО2 повышение цен не было поддержано дистрибьютором, который в письмах приводил конкретные объективные причины, обосновывающие невозможность установления предложенных ФИО2 цен, суды заключили, что ФИО2 предпринимал меры для увеличения отпускной цены, однако в силу объективных причин такое соглашение достигнуто не было, в его действиях отсутствуют признаки недобросовестности, а из материалов дела не следует, что поведение ФИО2 не позволило достичь более высокого экономического результата и привело к убыткам для общества «Агрегат».

Более того, заключением эксперта от 27.04.2024 № 026-05-00458 установлено, что повышение отпускных цен завода на 8 % привело бы к убыткам дистрибьютора в половине совершенных в 2018 году сделок, либо эти сделки могли не состояться. Экспертом сделан вывод о том, что повышение отпускных цен на ГАСИ на 4,9 %, а тем более на 8 % привело бы к существенному падению объемов продаж и, соответственно, уменьшению сбыта для самого общества «Агрегат».

Исследуя экономическую обоснованность сохранения существующего порядка реализации товара через дистрибьютора и отклоняя довод истца о том, что наличие разницы между ценами для конечного потребителя и отпускными ценами производителя влечет материальный ущерб для производителя, суды установили, что общество «Агрегат» самостоятельно продукцию практически не реализовывало и, заключив в 2011 году соглашение с обществом «Тирни энд Хендерсон», не принимало участия в тендерах и закупках, не заключало контрактов на поставку ГАСИ конечным пользователям, не имело каких-либо договоренностей с ними, реализовывая товар только дистрибьютору. 

Как следует из пояснений ФИО2, целью заключения дистрибьюторского соглашения было расширение сети обслуживания, увеличение объема продаж, минимизация рисков общества «Агрегат». Привлечение дистрибьютора расценивалось ФИО2 исключительно как выгодное для общества «Агрегат», поскольку последнее не имело собственных специалистов по продвижению товара на рынке, а специфика реализуемого товара (ГАСИ) предполагает его реализацию специализированным организациям и на особых условиях (участие в торгах, гарантийное обслуживание и т. п.). 

Таким образом, установив, что наличие в цепочке взаимоотношений между производителем (общество «Агрегат») и конечными приобретателями ГАСИ дистрибьютора (общества «Тирни энд Хендерсон») обусловлено спецификой реализуемого товара и иными объективными причинами, исходя из того, что инициированное ФИО2 в январе 2019 года превышение отпускных цен не было согласовано дистрибьютором, при том что для изменения отпускной цены согласно пункту 6.2 соглашения требуется согласие обеих сторон, учитывая, что сохранение отпускной цены было продиктовано экономическими факторами, подробно изложенными дистрибьютором в письмах от 28.01.2019 № 0128-1 и от 20.02.2018 №  0220-2, экономическая целесообразность сохранения цены подтверждена заключением эксперта от 27.04.2024 № 026-05-00458, в соответствии с которым повышение цен привело бы к существенному падению объемов продаж и, соответственно, убыткам для самого общества «Агрегат», в материалы дела не представлены доказательства того, что действующее соглашение, даже при наличии определенных разногласий при определении цены на 2019 год, было для истца экономически не выгодно, повышение цены в итоге было согласовано с 01.07.2019, а также принимая во внимание недоказанность наличия в действиях ФИО2 признаков недобросовестности и (или) явной неразумности, в результате которых обществу «Агрегат» могли быть причинены убытки, суды пришли к правильному выводу о недоказанности оснований для взыскания с ФИО2 убытков в заявленном истцом размере и по приводимым им мотивам, в связи с чем правомерно отказали в удовлетворении исковых требований. 

Все доводы, приводимые истцом в обоснование необходимости (и возможности) повышения отпускной цены, были исследованы судами и мотивированно отклонены. Более того, возражения истца не подтверждают наличия в действиях бывшего генерального директора недобросовестного и (или) неразумного поведения, причинившего ущерб обществу «Агрегат», сводятся лишь к несогласию с управленческим решением бывшего руководителя, недобросовестность (неразумность) которого не доказана. 

Отклоняя доводы истца относительно дальнейшей реализации продукции дистрибьютором, суды правильно отметили, что ни аффилированность сторон, ни иные обстоятельства последующего движения товара, включая его отпуск субдистрибьюторам, не свидетельствуют о причинении истцу вреда, поскольку доказательств, что такая хозяйственная деятельность могла повлиять на ценообразование для истца либо объем отпускаемой продукции, не представлено. Установление лишь обстоятельств превышения рыночных цен над ценами отпуска дистрибьютору не свидетельствует о наличии на стороне истца убытков в виде указанной разницы, так как реализация продукции конечным потребителям требует определенных затрат и рисков. Доказательств того, что разница между указанными затратами существенно превышает стоимость самих затрат на реализацию конечным потребителям, суду не представлено.

Указание истца на неприменение положения пункта 12.1.1 дистрибьюторского соглашения отклоняется. 

Как пояснили представители в судебном заседании и следует из содержания названного пункта соглашения от 22.02.2011, поставщик получает право на получение дополнительного вознаграждения в случае установления дистрибьютором продажных цен, превышающих закупочные на 10 %, только в первый год действия соглашения. С учетом того, что в данном случае истец вменяет ответчику действия по сохранению цен в 2019 году, положения пункта 12.1.1 соглашения от 22.02.2011 к рассматриваемым правоотношениям не могут быть применены. 

Доводы истца об ошибочности выводов судов в указанной части, в том числе о целесообразности сохранения отпускной цены, судом округа не принимаются как противоречащие материалам дела и имеющимся в нем доказательствам,  были заявлены в судах первой и апелляционной инстанций и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 – 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Ссылка истца на то, что заключение эксперта от 27.04.2024 № 026-05-00458 не является надлежащим доказательством по причине неопределения экспертом рыночной цены, судом округа не принимается. 

В соответствии с положениями частей 4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснениями, данными в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 27.10.2015 № 2382-О, пункте 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», заключение эксперта не имеет для арбитражного суда, рассматривающего дело, заранее установленной силы и подлежит оценке наравне со всеми иными доказательствами по делу с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности.

Исследовав и оценив заключение эксперта от 27.04.2024 № 026-05-00458 с точки зрения его относимости, допустимости и достоверности, установив, что оно соответствуют предъявляемым к нему требованиям, содержит подробное описание проведенного исследования, содержит ответы на поставленные судом вопросы, сомнений в обоснованности заключения экспертизы у суда не возникло, квалификация эксперта судами проведена и признана соответствующей, суды признали названное заключение достоверным и допустимым доказательством по делу, отказав в назначении повторной экспертизы ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Оспаривая вывод эксперта о невозможности определения рыночной цены ГАСИ, истец никаких документальных доказательств не приводит, настаивая лишь на необходимости определения рыночной цены. Между тем, выводы эксперта в данной части достаточно мотивированы и обоснованы, истцом не опровергнуты. 

Таким образом, отказывая в удовлетворении иска, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами исковых требований, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 10.10.2024 по делу № А76-6402/2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.04.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу публичного акционерного общества «Агрегат»  – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                             О.Н. Пирская 

Судьи                                                                          Ф.И. Тихоновский 

                                                                                     А.А. Осипов