﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-53177/2020

02 декабря 2021 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     24 ноября 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  02 декабря 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Мельниковой Н.А.

судей  Богдановской Г.Н., Слоневской А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Апхудовым А.А.

при участии:  

от заявителя: Ладанова А.А. по доверенности от 04.12.2020

от должника: Евстафьев В.Н. по доверенности от 21.01.2021

от финансового управляющего: Кусов Р.М. по паспорту

от Пасяда А.А.: Евстафьев В.Н. по доверенности от 19.02.2021

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-33845/2021) ПАО «Уралсиб» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.09.2021 по делу № А56-53177/2020/ход., принятое

по заявлению ПАО «Банк Уралсиб»

о признании требований кредиторов общим обязательством супругов

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Пасяды Николая Ивановича

заинтересованное лицо: Пасяда Алла Анатольевна 

установил:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.09.2020 (резолютивная часть от 15.09.2020) признано обоснованным заявление ПАО «Банк Уралсиб» о признании Пасяды Николая Ивановича (далее – должник) несостоятельным (банкротом),  в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден Кусов Роман Миннеханифович. Сведения о введении процедуры реструктуризации долгов в отношении должника опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 26.09.2020 №176.

Решением арбитражного суда от 15.06.2021 (резолютивная часть объявлена 15.06.2021) Пасяда Н.И. признан банкротом, в его отношении введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден Кусов Р.М. Сведения о введении процедуры реализации имущества в отношении должника опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 26.06.2021 №109.

08.04.2021 в арбитражный суд поступило заявление ПАО «Банк Уралсиб» (далее – кредитор, Банк) о признании его требований по договору поручительства №345-1-ПВ/14 от 23.10.2015 (в редакции дополнительного соглашения №1 от 27.02.2017), включенных в третью очередь реестра требований кредиторов должника Пасяды Николая Ивановича размере 607 845 674,02 рублей основного долга и 76 939 155,24 рублей штрафных санкций, общим обязательством супругов Пасяды Николая Ивановича и Пасяды Аллы Анатольевны.

Пасяда Алла Анатольевна привлечена к рассмотрению спора в качестве заинтересованного лица определением арбитражного суда от 24.04.2021.

Определением от 17.09.2021 в удовлетворении заявления Банка судом первой инстанции отказано.

В апелляционной жалобе кредитор просит определение отменить, признать требования Банка из договора поручительства №345-1-ПВ/14 от 23.10.2015 в размере 607 845 674,02 рублей основного долга и 76 939 155,24 рублей штрафных санкций общим обязательством супругов Пасяды Н.И. и Пасяды А.А.

По мнению апеллянта, выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела; Банком в обоснование заявления приведены достаточные аргументы, подтверждающие факт совместного владения бизнесом супругами, вхождение обоих в органы управления АО «ГСК», являющегося основным заемщиком по кредитным обязательствам. Одобрение Пасяда А.А. заключения сделки поручительства должником тождественно факту согласования этой сделки ею как супругой. Обязательство Посяды Н.И. является общим обязательством супругов; интересы супругов неразрывно связаны с бизнесом общей компании АО «ГСК».

В судебном заседании представитель Банка доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал. Финансовый управляющий поддержал позицию кредитора. Представитель должника и его супруги против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Согласно материалам обособленного спора, в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование Банка из договора  поручительства от 23.10.2015 №345-1-ПВ/14 в размере 607 845 674,02 руб. долга и 76 939 155,24 рублей штрафных санкций.

Банк, ссылаясь на то, что договор поручительства заключен в интересах семьи Пасяда Н.И. и Пасяда А.А., с согласия супруги должника, которая 21.04.2014 как член совета директоров, одновременно владея 76% акций АО «ГСК», проголосовала за заключение Обществом с Банком договора кредитной линии, а также за предоставление генеральным директором - Пасядой Н.И. поручительства в обеспечение исполнения обязательств АО «ГСК», обратился в суд с настоящим заявлением о признании его требования общим обязательством супругов.

В обоснование заявленного требования Банк указал, что долг Пасяды Н.И. возник по инициативе обоих супругов; интересы семьи, АО «ГСК» и иных подконтрольных юридических лиц смешаны; расходование денежных средств, предоставленных Банком в пользу Общества произведено в интересах семейного бизнеса Пасяды Н.И. и Пасяды А.А. (путем увеличения стоимости общего имущества супругов), и позволило использовать доходы от бизнеса на нужды семьи.

Суды первой инстанции, пришел к выводу о недоказанности наличия обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, отказал в удовлетворении заявления Банка.

Рассмотрев материалы дела повторно в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции соглашается с правильностью выводов суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, исходит из следующих норм права и обстоятельств по делу.

В абзаце втором пункта 6 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" разъяснено, что вопрос о признании обязательства общим разрешается арбитражным судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве). К участию в таком обособленном споре привлекается супруг должника, который обладает правами ответчика. Если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего арбитражный суд установил требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов; соответствующее заявление подлежит разрешению по правилам пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве с участием супруга должника.

Из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации следует, что взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, было использовано на нужды семьи.

Согласно правовой позиции, выраженной в пункте 5 раздела III Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга.

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы спора доказательства и доводы лиц, участвующих в обособленном споре, обоснованно указал на отсутствие оснований для вывода о том, что договору поручительства был заключен в интересах семьи, а полученные Обществом по договору кредитной линии денежные средства были израсходованы на нужды семьи Пасяда.

Напротив, из материалов дела следует, что кредит, предоставленный Обществу «ГСК» являлся целевым и был предоставлен на приобретение акций компании ОАО «ДСК № 5», погашение задолженности основного и дочернего обществ перед третьими лицами. 

Банком не подтверждено, что обязательство Пасяды Н.И. возникло по инициативе обоих супругов, было обусловлено личными интересами семьи и направлено на удовлетворение семейных нужд, повлекло увеличение семейного дохода.

Довод Банка о том, что обязательство Пасяды Н.И. возникло по инициативе обоих супругов только потому, что Пасяда А.А. как мажоритарный акционер, член совета директоров и одновременно работник АО «ГСК», голосовала за заключение как кредитного договора, так и дополнительного соглашения к нему, одним из условий которого являлось подписание договора поручительства, правомерно отклонен судом первой инстанции как необоснованный.

Вопреки позиции апеллянта, суд правильно указал на нетождественность одобрения акционером Общества решения о заключении дополнительного соглашения к договору о предоставлении кредитной линии согласию на совершение сделки супругом.  

Совпадение у Пасяды А.А. статуса супруги должника и члена органа управления обществом не свидетельствует о возникновении у Пасяды А.А. как супруги должника обязательств по договору поручительства, заключенному ее супругом Пасядой Н.И. в обеспечение исполнения Обществом «ГСК» обязательств по кредитному договору, в отсутствие соглашения о том, что обязательство является общим обязательством супругов. 

Банком не доказано, что голосование членами совета директоров компании, в состав которого входит Пасяда А.А., за заключение дополнительного соглашения к кредитному договору, обусловлено личными интересами Пасяды А.А. как супруги должника, а не коммерческим планированием деятельности общества.   

Доводы Банка о том, что действия Пасяды А.А. привели к увеличению прибыли АО «ГСК», что в свою очередь, увеличило доходы семьи, следовательно, выручка общества была израсходована на нужды семьи, а инициатива возникновения долга исходила от обоих супругов, правомерно отклонены судом как необоснованные. Нельзя признать доказанным тот факт, что принятие управленческих решений в первую очередь было обусловлено нуждами семьи, а не целью деятельности организации (извлечение прибыли), поскольку в обратном случае, следуя логике кредитора, можно сделать вывод о том, что любой член совета директоров, голосовавший за одобрение сделки с Банком, действовал в целях пополнения семейного бюджета супругов Пасяды Н.И. и Пасяды А.А., а не исходя из коммерческого интереса Компании.  

Как верно отмечено Банком, материальная выгода акционера общества состоит в извлечении организацией прибыли, что является основной целью ее деятельности. Как следствие, увеличивается стоимость акций и появляется прибыль для выплаты дивидендов. Смежным интересом акционера может быть получение средств подконтрольной организации по другим основаниям, не связанным с выплатой дивидендов (занятие должностей в подконтрольном обществе, участие в органах управления на платной основе и др.), личный статус и иные выгоды.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Изложенное позволяет сделать вывод, что одобрение сделки АО «ГСК», предполагающей получение в результате деятельности компании прибыли, обусловлено коммерческой целью любого разумного хозяйствующего субъекта.

Таким образом, действуя как член органа управления АО «ГСК» в его интересах, Пасяда А.А., оценивая потенциальную выгоду общества в результате заключения дополнительного соглашения, не могла проголосовать иначе, чем за его одобрение, что не означает выдачу согласия супруги на совершение супругом действий по принятию на себя обязательств по договору поручительства.

В материалы дела представлены справки о доходах Пасяды А.А. в ООО «Невский-24» и ООО «Ладога», содержащие сведения о прибыли участника общества, в том числе за 2014-2015 год, свидетельствующие о значительных ежемесячных выплатах (около 500 000 рублей) в пользу супруги должника.

При этом, Банк не опроверг доводов о том, что дохода в таком размере было достаточно для обеспечения непосредственно нужд семьи. 

Как обоснованно отметил суд, расходование денежных средств на нужды семьи предполагает приобретение, потребление каких-либо благ непосредственно супругами, членами семьи, однако доказательств, свидетельствующих об этом, Банк не представил, как и не обосновал на какие именно нужды семьи израсходованы денежные средства, полученные АО «ГСК» по кредитному договору, обеспеченному поручительном Пасяды Н.И., притом, что кредитные денежные средства израсходованы на приобретение компании АО «ДСК №5».  

При названных обстоятельствах правовых оснований для признания требования Банка, являющегося обязательством одного из супругов как поручителя, их общим обязательством не имеется.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного акта по доводам апеллянта, отклоненным по указанным выше мотивам, не имеется. Выводы суда первой инстанции соответствуют установленным фактическим обстоятельствам данного обособленного спора и имеющимся доказательствам, основаны на верном применении норм права, регулирующих спорные отношения. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену определения по безусловным основаниям, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 17.09.2021 по делу №  А56-53177/2020/ход.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Н.А. Мельникова

 

Судьи

Г.Н. Богдановская

 А.Ю. Слоневская