/

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                   Дело № А03-17240/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 декабря 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме 27 декабря 2018 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                    Мальцева С.Д.,

судей                                                                   Куклевой Е.А.,

                                                                            Куприной Н.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Газпром газораспределение Барнаул» на постановление от 31.08.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Стасюк Т.Е., Кайгородова М.Ю., Ярцев Д.Г.) по делу № А03-17240/2017 по иску муниципального унитарного предприятия «Заказчик» Тальменского района Алтайского края (658032, Алтайский край, Тальменский район, рабочий поселок Тальменка, переулок Дорожный, дом 7, ИНН 2277012680, ОГРН 1132208002080) к обществу с ограниченной ответственностью «Газпром газораспределение Барнаул» (656043, Алтайский край, город Барнаул, проспект Социалистический, дом 24, ИНН 2225184544, ОГРН 1172225032440) о признании недействительным договора уступки права (требования).

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Наш дом» (ИНН 2277012708, ОГРН 1132208002189), администрация Тальменского района Алтайского края (ИНН 2277002668, ОГРН 1022202733321).

Суд установил:

муниципальное унитарное предприятие «Заказчик» муниципального образования Тальменский район Алтайского края (далее - предприятие) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Газпром газораспределение Барнаул» (далее - общество) о признании недействительным договора уступки прав требования (цессии) от 01.10.2014 (далее - договор уступки) по договору транспортировки газа от 24.09.2013 № 01/200/02-13 (далее - договор транспортировки).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: общество с ограниченной ответственностью «Наш дом» (далее – общество «Наш дом»), администрация Тальменского района Алтайского края (далее – администрация).

Решением от 30.01.2018 Арбитражного суда Алтайского края (судья Федеров Е.И.) в удовлетворении иска отказано. С предприятия взыскано в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины.

Постановлением от 31.08.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда решение от 30.01.2018 Арбитражного суда Алтайского края отменено, принят новый судебный акт об удовлетворении исковых требований. Договор уступки признан недействительным. С общества в доход федерального бюджета взыскано 9 000 руб. государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе.

Общество обратилось с кассационной жалобой, в которой просит постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции.

По утверждению общества, судом апелляционной инстанции неправильно применены нормы материального права, не учтено, что согласно положениям статьи 113 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственник имущества унитарного предприятия не отвечает по его обязательствам, в связи с чем отсутствуют основания для признания спорного договора уступки недействительным; муниципальное унитарное предприятие не входит в структуру бюджетной системы Российской Федерации, вследствие чего заключенный договор уступки не может противоречить бюджетному законодательству, которое не подлежит применению к спорным правоотношениям; предприятие не имеет организационно-правовую форму казенного учреждения, что исключает субсидиарную ответственность администрации по его обязательствам; перечень видов деятельности предприятия является открытым, а предмет его деятельности не ограничивает право предприятия на заключение договоров уступки прав требования, поэтому заключение оспариваемого договора уступки не противоречит предмету, целям и задачам деятельности истца; ссылается на наличие в действиях истца признаков злоупотребления правом.

Лицами, участвующими в деле, отзыв на кассационную жалобу не представлен.

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в отсутствие их представителей в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемого судебного акта, суд кассационной инстанции не находит оснований для его отмены.

Судами установлено, что между обществом (цедент) и предприятием (цессионарий) заключен договор уступки, по условиям которого цедент передал цессионарию право требования от общества «Наш дом», задолженности по договору транспортировки. Размер уступаемого права требования составляет 163 994 руб. 29 коп. (пункт 1.1 договора уступки).

Цессионарий в качестве оплаты за передачу вышеуказанного права требования выплачивает цеденту 163 994 руб. 29 коп. в порядке, предусмотренном договором (пункт 1.2 договора уступки).

Оплата производится путем перечисления цессионарием денежных средств в срок до 31.12.2015 в сумме 163 994 руб. 29 коп. (пункт 3.1 договора уступки).

Задолженность предприятия по договору уступки взыскана в судебном порядке решениями Арбитражного суда Алтайского края от 30.10.2015 по делу № А03-16946/2015, от 29.12.2015 по делу № А03-20950/2015, от 05.04.2016 по делу № А03-1682/2016.

Полагая, что договор уступки является недействительным на основании статьи 168 ГК РФ ввиду того, что его заключением обусловлено заключение договора транспортировки, предприятие было вынуждено приобрести безнадежный к взысканию долг по его стопроцентной стоимости без всякой выгоды для себя, тогда как не вправе совершать сделки, противоречащие целям и предмету его деятельности, предприятие обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворения иска, суд первой инстанции руководствовался пунктами 1, 2 статьи 10, пунктом 1 статьи 49, статьями 166, 168, пунктом 1 статьи 181, статьями 195, 382, 383, пунктом 1 статьи 388, статьей 421, пунктом 4 статьи 454 ГК РФ, пунктом 1 статьи 3, статьями 8, 9, пунктом 3 статьи 18 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (далее – Закон о государственных предприятиях), разъяснениями, изложенными в пункте 18 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 6/8), в пункте 10 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – Постановление № 10/22).

При этом суд исходил из того, что оспариваемая сделка заключена по добровольному волеизъявлению сторон, ее заключение истцом не противоречит предмету, целям и задачам деятельности предприятия, а также не лишает предприятие возможности осуществления своей деятельности.

Кроме того, суд первой инстанции отметил, что истцом не пропущен срок исковой давности по требованию о признании сделки недействительной, поскольку исковое заявление подано предприятием 29.09.2017, а срок исковой давности истек 01.10.2017.

Отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции руководствовался пунктом 2 статьи 10, статьей 166, пунктом 1 статьи 167, пунктами 1, 2 статьи 168 ГК РФ, статьями 15, 69, 83 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее – БК РФ), разъяснениями, содержащимися в пунктах 1, 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 7). 

Установив, что оспариваемая сделка нарушает права истца, поскольку выделение ассигнований на приобретение у коммерческой организации (общества) права (требования) к должнику - другой коммерческой организации (третье лицо) на основании уступки права требования не предусмотрено статьей 69 БК РФ, нормативный правовой акт о принятии в составе бюджета нового расходного обязательства в виде оплаты за приобретаемое право требования отсутствует, суд апелляционной инстанции сделал вывод, что заключенный сторонами договор уступки нарушает требования бюджетного законодательства, то есть является недействительным в силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ.

Поддержав вывод суда первой инстанции об отсутствии пропуска предприятием трехлетнего срока исковой давности для обращения в суд за защитой своих прав и законных интересов, суд апелляционной инстанции по результатам повторного рассмотрения дела пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований и признал договор уступки недействительной сделкой. 

Суд кассационной инстанции, отклоняя доводы кассационной жалобы, исходит из установленных судами по делу обстоятельств и следующих норм права.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Одним из оснований недействительности сделки являются положения пункта 2 статьи 168 ГК РФ, в силу которых сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктами 73, 74 Постановления № 25 противоправная сделка является ничтожной в силу прямого указания закона, а также если она посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, либо противоречит существу законодательного регулирования.

Под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды (пункт 75 Постановления № 25).

Предусмотренные действующим законодательством ограничения в части совершения муниципальными унитарными предприятиями сделок в пределах их специальной правоспособности вызваны необходимостью защиты публичного порядка в Российской Федерации, поскольку выполнение муниципальным образованием возложенных на него публично-правовым образованием функций происходит, в том числе посредством создания муниципальных предприятий.

Так, согласно пункту 4 статьи 8 Закона о государственных предприятиях муниципальные предприятия могут создаваться в случае необходимости осуществления деятельности в целях решения социальных задач (в том числе реализации определенных товаров и услуг по минимальным ценам). Из приведенных положений следует, что деятельность муниципальных предприятий является одной из составляющих поддержания государством публичного порядка в названных сферах. 

Цели деятельности унитарного предприятия устанавливаются соответствующим публично-правовым образованием, являющимся собственником его имущества, и определяют содержание деятельности унитарного предприятия.

Как установлено судами, предприятие учреждено администрацией, осуществляющей полномочия собственника его имущества (пункт 1.2 устава предприятия), с целью удовлетворения общественных потребностей в коммунальных услугах и получения прибыли (пункт 2.1 устава предприятия).

Положения статей 382, 388 ГК РФ предусматривают в качестве одного из оснований для перемены лица в обязательстве заключение договора цессии, предметом которого является уступка права требования иному кредитору. Указанный договор является возмездным (статья 423 ГК РФ) и может быть заключен, если уступка права требования не противоречит закону.

Обществом предприятию уступлено право требования задолженности к обществу «Наш дом», которая на момент заключения договора уступки взыскана в пользу ответчика решениями Арбитражного суда Алтайского края по делам № А03-8437/2014, А03-11946/2014, А03-9971/2014, на что прямо указано в договоре уступки.

В подобной ситуации, приобретая право требования, истец фактически исполнил обязательства третьего лица перед ответчиком, что не имело для предприятия экономического смысла, и, исходя из условий договора уступки, очевидно, преследовало цель исключительно переложения обществом на истца всех рисков, связанных с принятием на себя соответствующих прав требования.

Положения статьи 265 БК РФ предусматривают, что формой обеспечения соблюдения бюджетного законодательства Российской Федерации и иных нормативных правовых актов, регулирующих бюджетные правоотношения, является финансовый контроль. Муниципальные унитарные предприятия являются объектом финансового контроля (статья 266.1 БК РФ), создаются с целью осуществления публично-правовых функций, то есть входят в систему бюджетных правоотношений.

Ответственность собственника имущества муниципального унитарного предприятия по его обязательствам в случае несостоятельности (банкротства) установлена положениями пункта 2 статьи 7 Закона о государственных предприятиях.

Таким образом, поскольку о недействительности договора уступки заявлено лицом, которое является муниципальным унитарным предприятием, собственником имущества которого выступает муниципальное образование, апелляционный суд, учитывая названные обстоятельства, правомерно осуществил проверку договора уступки на соответствие нормам бюджетного законодательства.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данным в пункте 74 Постановления № 25, в качестве ничтожной может быть квалифицирована также сделка, условия которой противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, даже если в законе не содержится прямого указания на ее ничтожность.

С учетом указанных обстоятельств суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о недействительности договора уступки.

Проанализировав положения статей 15, 69, 83 БК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу о том, что при отсутствии нормативного правового акта о принятии в составе бюджета нового расходного обязательства в виде оплаты за приобретаемое право требования, заключенная сторонами уступка противоречит закону и является недопустимой в силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ. 

Довод общества о том, что в силу статьи 113 ГК РФ унитарным предприятием признается коммерческая организация, собственник имущества которого не отвечает по его обязательствам, суд округа полагает подлежащим отклонению, как направленный на установление иных фактических обстоятельств, связанных с деятельностью предприятия и условиями заключенного им с ответчиком договора уступки, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

В пункте 18 Постановления № 6/8 указано, что унитарные предприятия, а также другие коммерческие организации, в отношении которых законом предусмотрена специальная правоспособность (банки, страховые организации и некоторые другие), не вправе совершать сделки, противоречащие целям и предмету их деятельности, определенным законом или иными правовыми актами. Такие сделки являются ничтожными на основании статьи 168 ГК РФ. 

Из положений статьи 168 ГК РФ следует, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой, а не ничтожной, за исключениями, установленными названной статьей.

Из разъяснения, приведенного в пункте 75 Постановления № 25 следует, что применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Из совокупности норм БК РФ следует, что установлен законодательный запрет на такие формы расходования бюджетных средств как выделение их на долговые обязательства (статья 100 БК РФ), на выделение органами местного самоуправления ассигнований (статья 69 БК РФ) с целью приобретения у коммерческой организации права (требования) к должнику по цессии.

Договор уступки, заключенный между предприятием и обществом, не является муниципальным контрактом (статья 72 БК РФ). Не относится оспариваемая сделка и к числу муниципальных гарантий (статья 15 БК РФ) либо иных договоров по обслуживанию муниципальных долговых обязательств, исчерпывающий перечень которых содержится в пункте 3 статьи 100 БК РФ.

В данном случае правовым основанием возникновения долгового обязательства фактически является сделка, для оплаты которой бюджетным законодательством не предусмотрена форма расходования средств местного бюджета. 

Ввиду того, что при недостаточности имущества предприятия, субсидиарную ответственность по его обязательствам понесет собственник имущества (муниципальное образование), перечисленные обстоятельства имеют юридическое значение для рассмотрения настоящего спора и свидетельствуют о заключении договора уступки при явно выраженном законодательном запрете, установленном законом (статьи 15, 31, 86 БК РФ), они подлежали установлению и проверке, но оставлены без внимания судом первой инстанции.

При таких обстоятельствах, которые безосновательно не учтены судом первой инстанции, апелляционный суд правомерно отменил решение и принял новый судебный акт об удовлетворении исковых требований предприятия, признав договор уступки ничтожным.

Аргументы общества о злоупотреблении предприятием правом судом округа отклоняются на основании следующего.

Согласно пункту 1 Постановления № 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Суждения общества о злоупотреблении предприятием своим правом базируются на обращении последнего в суд по истечении трех лет после заключения оспариваемой сделки, в течение которых предприятие не предпринимало попыток к взысканию задолженности с общества «Наш дом».

Само по себе обращение в суд в пределах срока исковой давности (три года) не является основанием для вывода о злоупотреблении правом. Не может быть отнесено к такому основанию и несовершение истцом действий по исполнению ничтожного договора уступки.

Представленным сторонами в материалы дела доказательствам суд апелляционной инстанции дал надлежащую правовую оценку в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.

Аргументы общества со ссылками на взыскание арбитражным судом по делам № А03-1682/2016, А03-20950/2015, А03-16946/2015 с предприятия в пользу общества задолженности за уступленное право (требование) отклоняются судом округа, в связи с тем, что доводы о недействительности сделки лицами, участвующими в данных делах, при их рассмотрении не заявлялись, и судом не рассматривались, такой вопрос на обсуждение не ставился. Кроме того, действующее процессуальное законодательство допускает различие правовой квалификации спорных правоотношений при наличии должной мотивировки (пункт 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств»), что соблюдено судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего дела .

В целом доводы общества, изложенные в кассационной жалобе, выражают его несогласие с выводами апелляционного суда, направлены на переоценку установленных судом обстоятельств спора и представленных доказательств, что в силу пределов рассмотрения кассационной инстанции не входит в ее полномочия.

Положения статей 286 – 288 АПК РФ предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Учитывая изложенное, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно требованиям статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя кассационной жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа 

постановил:

постановление от 31.08.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А03-17240/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                     С.Д. Мальцев

 

Судьи                                                                                  Е.А. Куклева

 

                                                                                             Н.А. Куприна