АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело № А35-1814/2019

28  января  2022 года

город Калуга

 

Резолютивная часть постановления оглашена 26 января 2022года.

Полный текст постановления изготовлен 28  января 2022 года.

 Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего

Ипатова А.Н.

Андреева А.В.

ФИО1

 

судей

 

при участии в заседании:

от заявителя жалобы:

от АО «Мэриленд»:

 

от иных лиц, участвующих в деле: 

ФИО2– представитель,

доверенность от 21.06.2021;

не явились, извещены надлежаще;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобуАО «Мэриленд» на определение Арбитражного суда Курской области от 22.07.2021 и постановление Девятнадцатого арбитражного    апелляционного   суда  от 12.10.2021 по делу NА35-1814/2019,

                                                       УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Курской области от 22.04.2019 в отношении ООО «Курский Завод Строительных Конструкций» (далее - должник) введено наблюдение.

АО «Мэриленд» (далее - заявитель, кредитор) 27.05.2019 обратилось в Арбитражный суд Курской области с заявлением об установлении требований в размере 27 108 602 руб. 74 коп.

Определением суда от 04.09.2019 требования АО «Мэриленд» в размере 27 108 602 руб. 74 коп. включены в реестр требований кредиторов должника в состав третьей очереди.

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2020 определение Арбитражного суда Курской области от 04.09.2019 отменено, в удовлетворении заявления АО «Мэриленд» о включении требований в размере 27 108 602 руб. 74 коп. в реестр требований кредиторов ООО «Курский Завод Строительных Конструкций» отказано.

Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 18.08.2020 определение Арбитражного суда Курской области от 04.09.2019 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2020 отменено. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Курской области.

Определением Арбитражного суда Курской области от 22.07.2021, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от   12.10.2021 требования АО «Мэриленд» в размере 27 108 602 руб. 74 коп. к ООО «Курский Завод Строительных Конструкций» признаны подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ссылаясь на их незаконность и необоснованность, АО «Мэриленд»обратилось в суд с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебном заседании кассационной инстанции представитель АО «Мэриленд»поддержал доводы кассационной жалобы, просил ее удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в суд округа не явились. Дело рассмотрено без их участия в порядке, предусмотренном ст. 284 АПК РФ.

Проверив законность обжалуемого судебного акта, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителя заявителя, судебная коллегия кассационной инстанции считает необходимым определение суда области и апелляционное постановление оставить без изменения в связи со следующим.

В обоснование заявленных требований между ЗАО «Мэриленд» (в настоящее время - АО «Мэриленд») и ООО «Курский Завод Строительных Конструкций» 26.12.2017 заключен договор займа N 12/17/26, по условиям которого ЗАО «Мэриленд» (займодавец) обязалось передать в собственность ООО «Курский Завод Строительных Конструкций» заемщик) денежные средства в размере 22 000 000 руб. на срок до 31.12.2018 включительно, а заемщик обязался вернуть сумму займа и проценты за пользование суммой займа в срок и на условиях договора.

В соответствии с пунктами 3.1, 3.2. указанного договора за пользование суммой займа заемщик выплачивает займодавцу проценты за пользование суммой займа по ставке 6% годовых. Расчет срока по начислению процентов за пользование суммой займа начисляется со дня, следующего за днем предоставления суммы займа заемщику, и заканчивается днем возврата суммы займа займодавцу в соответствии с условиями договора.

Займодавец по платежному поручению N 4 от 26.12.2017 перечислил денежные средства в размере 22 000 000 руб. на расчетный счет должника.

Впоследствии между ЗАО «Мэриленд» и ООО «Курский Завод Строительных Конструкций» были заключены дополнительные соглашения N 1 от 23.04.2018, N 2 от 01.10.2018 о внесении изменений и дополнений в договор займа N 12/17/26 от 26.12.2017, а также дополнительное соглашение от 31.12.2018 о пролонгации договора.

Данными дополнительными соглашениями стороны внесли изменения в пункты 1.1., 2.1., 3.2. договора, определив, что займодавец передает заемщику денежные средства в размере 26 000 000 руб. до 30.04.2018 в безналичной форме, начисление процентов за пользование займом прекращается с 01.10.2018 и проценты за пользование займом начисляются со дня, следующего за днем предоставления суммы займа заемщику, по 30.09.2018 включительно (пункты 1, 2 дополнительного соглашения N 1 от 23.04.2018, пункт 1 дополнительного соглашения N 2 от 01.10.2018).

ЗАО «Мэриленд» по платежному поручению N 13 от 26.04.2018 перечислило на расчетный счет должника денежные средства в размере 4 000 000 руб.

Дополнительным соглашением от 31.12.2018 стороны внесли изменения в пункт 1.2. договора займа, продлив срок займа до 30.06.2019.

В связи с чем, общий размер предоставленных должнику заемных денежных средств составил 26 000 000 руб., а размер начисленных процентов за пользование займом за период с 27.12.2017 по 30.09.2018 - 1 108 602 руб. 74 коп.

Задолженность ООО «Курский Завод Строительных Конструкций» перед АО «Мэриленд» в размере 27 108 602 руб. 74 коп. отражена в акте сверки за период с 01.01.2018 по 01.04.2019.

Поскольку задолженность ООО «Курский Завод Строительных Конструкций» погашена не была, в связи с введением в отношении должника наблюдения определением Арбитражного суда Курской области от 22.04.2019, АО «Мэриленд» обратилось в арбитражный суд с требованием, в котором просило включить в реестр требований кредиторов должника задолженность в сумме 27 108 602 руб. 74 коп.

По мнению суда округа, разрешая спор, руководствуясь ст.ст.4,16,70,71,100,142 Федерального Закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), разъяснениями, данными в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ N 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», ст.ст.807, 809,810,309,310, исходя из правовой природы договора займа, суды первой и апелляционной инстанции правомерно исходили из следующего.

Факт перечисления денежных средств в размере 26 000 000 руб. на расчетный счет должника подтверждается материалами  дела, в том числе платежными поручениями N 4 от 26.12.2017 на сумму 22 000 000 руб., N 13 от 26.04.2018 на сумму 4 000 000 руб., и документально не опровергнут лицами, участвующими в деле.

При этом в ходе первоначального рассмотрения заявленных требований временный управляющий должника сообщил, что требования АО «Мэриленд» подтверждены, от должника получены документы, подтверждающие наличие задолженности.

В ходе нового рассмотрения наличие и размер задолженности по существу не были оспорены участвующими в деле лицами.

Наряду с этим, уполномоченный орган, кредиторы (ООО ТК «Стройресурс», ООО «Сталь», ООО «Интел-Профи») возражали против удовлетворения заявленных требований, указав, что АО «Мэриленд» как учредитель ООО «КЗСК» с размером доли 51% в уставном капитале является аффилированным по отношению к должнику лицом, одновременно сославшись на разъяснения, изложенные в пунктах 3.1., 3.2. Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований, контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020, согласно которым для требования о возврате компенсационного финансирования установлен соответствующий режим удовлетворения.

Согласно позиции АО «Мэриленд», фактически указанный заем не являлся корпоративным вкладом в имущество должника.

Учитывая положения статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ, статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», судами правомерно отмечено, что к обязательствам должника перед его учредителями (участниками), вытекающим из участия в обществе, относятся обязательства, корреспондирующие корпоративным правам участников и регулируемые нормами корпоративного законодательства.

В данном случае АО «Мэриленд» на дату заключения договора займа N 12/17/26 от 26.12.2017 являлось учредителем ООО «КЗСК» с размером доли 51% в уставном капитале, о чем свидетельствует выписка из ЕГРЮЛ.

В соответствии с пунктом 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного 29.01.2020 Президиумом Верховного Суда Российской Федерации (далее - Обзор судебной практики от 29.01.2020), пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (п. 1 ст. 2 ГК РФ).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

В силу пунктов 3.2, 3.4 Обзора судебной практики от 29.01.2020 наряду с выдачей займов формами финансирования должника являются, в частности, невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статья 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа.

Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

Исследуя вопрос обстоятельств неплатежеспособности или имущественного кризиса в ООО «Курский Завод Строительных Конструкций» на дату заключения договора займа, как на то указал суд кассационной инстанции, суды проанализировали пояснения АО «Мэриленд» о том, что, несмотря на имеющуюся кредиторскую нагрузку на должника (по состоянию на 19.12.2018 имелась задолженность перед кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника: ООО «НиваСтрой», ИП ФИО3, ИП ФИО3, ООО «Полихем», ИП ФИО4, ООО «Ди Ферро», ООО «ПКФ «Фруктовые воды», ООО «Нанотех»), ООО «Курский Завод Строительных Конструкций» не находилось в состоянии объективного банкротства до февраля 2019 года.

Напротив, согласно бухгалтерской отчетности ООО «Курский Завод Строительных Конструкций» баланс общества в период с 2016 года по 2018 год имел положительную динамику. В соответствии с анализом выписки по расчетному счету должника признаки банкротства возникли у ООО «Курский Завод Строительных Конструкций» к концу 2018 года, началу 2019 года и на момент предоставления займов от АО «Мэриленд» отсутствовали. Таким образом, на дату подписания договора займа (26.12.2017) у должника не имелось каких-либо обстоятельств, свидетельствующих об имущественном кризисе.

Материалами дела подтверждено, что у ООО «Курский Завод Строительных Конструкций» не имелось имущественного кризиса на момент предоставления займа АО «Мэриленд», при этом кредитор не пояснил цели предоставления займа при наличии доходности у организации и отсутствии существенной потребности в заемных средствах.

Согласно позиции АО «Мэриленд», фактически указанный заем был предоставлен должнику для целей его хозяйственной деятельности (закупка оборудования) и не являлся корпоративным вкладом в имущество должника.

Между тем, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие как приобретение должником какого-либо имущества либо имущественных прав, так и получение должником прибыли от пользования полученными от заявителя денежными средствами.

В то же время, из представленных доказательств (выписки по счету должника) видно, что спорный заем использовался должником для погашения имеющихся у него обязательств перед кредиторами, в частности, перед ИП ФИО4 по договору аренды недвижимого имущества N 15/09/02-1 от 02.09.2015.

Как верно отмечено судами, исходя из положений пункта 1 статьи 50 Гражданского кодекса РФ, интерес любой организации тем или иным образом должен быть связан с достижением цели извлечения прибыли.

В данном же случае, АО «Мэриленд», заключив договор займа N 12/17/26 от 26.12.2017 на существенный размер (22 000 000 руб.), не приняло никаких мер по взысканию в принудительном порядке с ООО «Курский Завод Строительных Конструкций» задолженности и не потребовало в установленный договором срок возврата денежных средств, а, напротив, заключило с должником дополнительное соглашение N 1 от 23.04.2018, увеличивая сумму займа до 26 000 000 руб., а затем в день возврата займа (31.12.2018) заключило дополнительное соглашение о продлении срока возврата займа по 30.06.2019, и после введения в отношении должника процедуры наблюдения (резолютивная часть определения суда от 15.04.2019) обратилось 27.05.2019 в арбитражный суд с заявлением о включении его требований в реестр требований кредиторов должника.

Более того, дополнительным соглашением N 2 от 01.10.2018 стороны прекратили начисление процентов за пользование займом с 01.10.2018, и изложили пункт 3.2 договора займа в следующей редакции: «Проценты за пользование займа начисляются со дня, следующего за днем предоставления суммы займа заемщику по 30.09.2018 включительно».

Иными словами, стороны ограничили срок начисления процентов за пользование займом, что свидетельствуют о нестандартном характере сделки, поскольку кредитор является коммерческой организацией, цель которой - извлечение прибыли.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суды первой и апелляционной инстанций пришли  правомерному выводу о том, что требование заявителя возникло в результате предоставления заинтересованным лицом займа должнику на нерыночных условиях и по своей сути представляет собой компенсационное финансирование. Подобное требование не может конкурировать с рядовыми гражданско-правовыми требованиями независимых кредиторов и не дает в рассматриваемом случае права на включение в реестр.

При таких обстоятельствах, установив, что при банкротстве должника требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов, суды обеих инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что требование АО «Мэриленд» в размере 27 108 602 руб. 74 коп. подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, им дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд округа, оснований для переоценки не имеется.

Нормы права при рассмотрении дела применены правильно, нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 287, ст.ст. 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Курской области от 22.07.2021 и постановление Девятнадцатого арбитражного    апелляционного   суда  от   12.10.2021 по делу N А35-1814/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок со дня вынесения  в судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном  ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий А.Н. Ипатов

Судьи А.В. Андреев 

ФИО1