АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8084/22 

Екатеринбург

02 ноября 2023 г.

 

Дело № А76-20021/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 30 октября 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 ноября 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Пирской О.Н., Калугина В.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Никифоровой К.Ю. рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 03.07.2023 по делу № А76-20021/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети Интернет.

Судебное заседание проведено с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании в помещении Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда приняли участие представители:

ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 23.11.2022);

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «АМД» ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 26.12.2022).

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель ФИО1 – ФИО6 (доверенность от 23.03.2022 № 74АА5828056 в порядке передоверия).

 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 24.11.2020 общество с ограниченной ответственностью «АМД» (далее – общество «АМД», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (далее – конкурсный управляющий).

Общество с ограниченной ответственностью «ТИРС» (далее – общество «ТИРС») 14.01.2021 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 1 252 020 руб. основного долга и 695 671 руб. 18 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами (с учетом уточнений, принятых судом первой инстанции в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО7.

В ходе рассмотрения обособленного спора определением Арбитражного суда Челябинской области от 21.04.2022 произведена замена заявителя с общества «ТИРС» на его правопреемника – ФИО2

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 03.07.2023, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2023, требования ФИО2 в общей сумме 1 947 691 руб. 18 коп. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 и ФИО2 обратились в Арбитражный суд Уральского округа с самостоятельными кассационными жалобами.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение суда первой инстанции от 03.07.2023 и постановление апелляционного суда от 05.09.2023 отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на нарушение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Заявитель жалобы указывает, что суды не дали надлежащей оценки его доводам об отсутствии для должника и кредитора экономической целесообразности заключения договоров займа и создании ими искусственной задолженности в целях получения денежных средств от реализации имущества должника. Податель жалобы отмечает, что ни должником, ни кредитором не были раскрыты источники, за счет которых предполагался возврат заемных денежных средств. Указанное, по мнению ФИО1, свидетельствует о мнимости заемных обязательств, злоупотреблении кредитором своими правами и, как следствие, отсутствии правовых оснований для включения требования такого кредитора в реестр даже при снижении очередности его погашения. 

В своей кассационной жалобе ФИО2 просит отменить обжалуемые судебные акты и принять новый судебный акт об удовлетворении требований. В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на несогласие с выводами судов о наличии оснований для понижения очередности удовлетворения его требований, возражает против выводов судов об аффилированности первоначального кредитора и должника, ссылаясь на недоказанность материалами дела наличия у ФИО8 права и возможности давать обязательные для должника указания, касающиеся его деятельности, или каким-либо иным образом определять его действия, в том числе по предоставлению займов. Податель жалобы акцентирует внимание на том, что сама по себе аффилированность должника и кредитора не может являться основанием для понижения очередности удовлетворения требований последнего.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округав порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов, изложенных в кассационных жалобах. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, 10.01.2016 между обществом «ТИРС» (займодавец) и обществом «АМД» (заемщик) заключен договор займа № 1, по условиям которого должнику предоставлены денежные средства в сумме 1 300 000 руб. на срок до 31.12.2021 под 16 % годовых.

В подтверждение факта внесения денежных средств в кассу должника представлены квитанции к приходным кассовым ордерам за период с 18.02.2016 по 21.12.2016.

Кроме того, 23.12.2016 между обществом с ограниченной ответственностью «ТроицЭкоТехнологии» (займодавец) и обществом «АМД» (заемщик) заключен договор займа № 2, согласно условиям которого должнику предоставлены денежные средства в сумме 800 000 руб. на срок до 31.12.2021 под 16 % годовых.

В подтверждение факта внесения денежных средств в кассу должника в материалы дела представлены квитанции к приходным кассовым ордерам за период с 13.03.2017 по 29.12.2017.

Впоследствии между обществами «ТИРС» и «ТроицЭкоТехнологии» заключен договор уступки прав требования от 26.12.2016, в соответствии с которым к обществу «ТроицЭкоТехнологии» перешли права требования по договору займа от 10.01.2016 № 1 на безвозмездной основе, и договор от 28.12.2018, в силу которого обществу «ТИРС» перешли права требования по договорам займа от 10.01.2016 № 1 и от 23.12.2016 № 2 на безвозмездной основе. 

Затем права требования по вышеуказанным договорам займа перешли к ФИО2 на основании договора уступки от 01.12.2021, стоимость уступаемых прав определена сторонами в сумме 50 000 руб. 

Ссылаясь на неисполнение должником обязательств по уплате задолженности по договору займа, кредитор обратился в арбитражный суд с рассматриваемым требованием.

Исходя из реальности правоотношений по договорам займа, а также перечислений денежных средств, приняв во внимание представленные письменные доказательства и обстоятельства дела, суд первой инстанции признал требования кредитора обоснованными.

Вместе с тем, учитывая аффилированность сторон и доказанность предоставления первоначальными кредиторами должнику компенсационного финансирования, суд первой инстанции признал требования подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. 

Суд апелляционной инстанции с указанными выводами согласился. При этом суды исходили из следующего.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенным в статьях 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными. Вместе с тем из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор о субординации), обобщившем правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

В соответствии с пунктом 3.1 Обзора о субординации заинтересованное по отношению к должнику лицу, пытающееся вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов.

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. При этом в ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного бенефициара, предполагается, что финансирование предоставлено по указанию контролирующего лица, пока не доказано иное (пункт 4 Обзора о субординации).

Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа.

При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь приведенными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив в совокупности представленные в материалы обособленного спора доказательства, в том числе представленные в подтверждение наличия у обществ «ТИРС» и «ТроицкЭкоТехнологии» финансовой возможности выдать заем (выписки по счетам за спорный период, отчеты о финансовых результатах), а также бухгалтерскую отчетность должника и вышеуказанных обществ,в которых отражены сведения о выдаче займа, установив, что спорные денежные средства были получены должником и направлены на оплату текущих платежей, обеспечивающих его деятельность, в том числе на хозяйственные нужды, обязательные платежи, выплату заработной платы, оплату энергоресурсов, суды пришли к выводу о реальности правоотношений сторон по договорам займа и, как следствие, об обоснованности требований кредитора, отметив, что использование должником для осуществления своей хозяйственной деятельности заемных денежных средств обусловлено наличием ограничений на счетах должника.

Определяя очередность удовлетворения заявленных требований, суды установили, что общества «ТроицкЭкоТехнологии» и «АМД» являются аффилированными по отношению друг к другу лицами через участие в их деятельности ФИО8, являющегося руководителем общества с ограниченной ответственностью «Авто-Модуль», входящего в состав учредителей должника и выступающего учредителем общества «ТроицЭкоТехнологии» с долей участия в уставном капитале 25 %. 

С учетом этого, принимая во внимание всю хронологию имевших место событий, в том числе предоставление денежных средств в значительной сумме на длительный период времени (на срок более 5 лет), переуступку прав требования по договору от 10.06.2016 № 1 от общества «ТИРС» аффилированному с должником обществу «ТроицкЭкоТехнологии» в отсутствие доказательств оплаты приобретенных прав, последующую уступку обществом «ТроицЭкоТехнологии» прав требования по договору займа от 23.12.2016 № 2 и по вышеуказанному договору займа обратно обществу «ТИРС» при отсутствии сведений о стоимости переданного права требования, уступку прав требования ФИО2 по незначительной стоимости (50 тыс. руб.) по сравнению с номинальным размером подлежащей взысканию задолженности, что свидетельствует об их совершении на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам гражданского оборота, суды констатировали наличие признаков фактической аффилированности обществ «АМД», «ТИРС» и «ТроицкЭкоТехнологии», при том что доказательств, безусловно опровергающих выводы судов, в материалы дела не представлено.  

Принимая во внимание, что на стороне должника в рассматриваемый период прослеживается наличие финансового кризиса, в частности исходя из того, что согласно бухгалтерскому балансу за период с 2015 по 2018 год деятельность должника носила убыточный характер, учитывая ранее установленные в рамках дела о банкротстве обстоятельства прекращения производственной деятельности должника в связи с консервацией предприятия на основании приказа от 12.08.2008 № 15, наличие у должника на момент заключения договора займа кредиторской задолженности и фактическое отсутствие выручки в связи с прекращением производственной деятельности, а также пояснения третьего лица об использовании варианта привлечения дополнительных денежных средств посредством заключения договоров займа, поскольку собрание участников не достигло согласия по увеличению уставного капитала должника, модель финансирования текущей деятельности носила инвестиционный характер, в связи с чем приходилось продлевать сроки действия договоров займа, на основании чего констатировав недостаточность у должника средств для проведения расчетов с кредиторами, суды заключили, что подтвержденные соответствующими документами обязательства сторон по договору займа совершены между заинтересованными лицами в ситуации имущественного кризиса должника, отметив регулярное использование должником заемных средств в целях осуществления компенсационного финансирования.

При таких обстоятельствах, установив заинтересованность первоначальных кредиторов и должника, исходя из того, что они должны были быть осведомлены о финансовом положении должника, учитывая срок предоставления займа и заключив, что приведенные обстоятельства не могут быть объяснены иной причиной, чем осуществление компенсационного финансирования, которое представлено в условиях имущественного кризиса должника, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу об осуществлении обществами «ТИРС» и «ТроицкЭкоТехнологии» по существу финансирования должника и, соответственно, об отнесении на них и их правопреемника риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства, в связис чем признали заявленное требование подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационных жалоб считает, что судами нижестоящих инстанций правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, им дана надлежащая правовая оценка, приведенные сторонами спора доводы и возражения исследованы в полном объеме с указанием в судебных актах мотивов, по которым они были приняты или отклонены, выводы судов соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, нормы права, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно.

Содержащиеся в кассационной жалобе ФИО2 доводы о недоказанности аффилированности должника и первоначальных кредиторов и об отсутствии основания для  субординации требований судом округа не принимаются. Действительно, сам по себе факт аффилированности должника и кредитора не является самостоятельным основанием для понижения очередности удовлетворения требований последнего. Вместе с тем в данном случае судами обоснованно было принято во внимание, что выбранная модель взаимоотношений между должником и правопредшественниками ФИО2 (предоставление займа на длительное время, последовательные уступки друг другу прав требования по договорам в отсутствие доказательств их возмездности) недоступна обычным независимым участникам рынка, учитывая, что подобная модель взаимоотношений между юридическими лицами в случае отсутствия аффилированности данных юридических лиц была бы невозможна. Разумного и экономического обоснования нетипичному поведению первоначальных кредиторов в спорных правоотношениях лицами, участвующими в деле, не представлено. С учетом этого суд округа не усматривает оснований для несогласия с выводами судов.

Равным образом несостоятельна и позиция ФИО1, изложенная в кассационной жалобе, о наличии основания для отказа в удовлетворении заявленных требований, поскольку само по себе предоставление кредитором должнику компенсационного финансирования в условиях имущественного кризиса последнего и их аффилированность в силу разъяснений, изложенных в Обзоре о субординации, может явиться основанием для субординации требований такого кредитора, но не является самостоятельным основанием для отказа во включении его требований в реестр требований кредиторов должника.

Доводы ФИО1 о мнимости договоров займа судом округа отклоняются, поскольку являлись предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и мотивированно ими отклонены. Отклоняя вышеуказанные доводы, суды исходили из наличия в материалах дела помимо документов, подтверждающих наличие у кредитора финансовой возможности выдать заем и фактическое перечисление должнику денежных средств, доказательств, подтверждающих их последующее расходование должником на осуществление своей хозяйственной деятельности, при этом отметили, что лицами, участвующими в деле и возражающими по существу заявленных требований, ходатайство о фальсификации представленных кредитором документов не заявлялось. Оснований для иных выводов у суда округа не имеется.

Изложенный в кассационной жалобе довод о наличии признаков злоупотребления правом со стороны кредитора подлежит отклонению, поскольку в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации материалами дела не подтверждается и судами не установлено наличие у первоначальных кредиторов – обществ «ТИРС» и «ТроицкЭкоТехнологии» и их правопреемника – ФИО2 умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Иные приведенные заявителями в кассационных жалобах доводы, дублирующие ранее заявлявшиеся ими возражения, в том числе о нецелесообразности заключения договора займа, отсутствии оснований для субординации требований, являлись предметом детальной проверки судов, получили исчерпывающую оценку, отклонены как несостоятельные с подробным изложением мотивов отклонения, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении ими норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки. Вместе с тем переоценка судом округа доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»). Выводы судов основаны на полном, всестороннем и объективном исследовании материалов дела и не противоречат им. Само по себе несогласие заявителя с выводами судов, основанными на оценке фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, не свидетельствует о наличии в принятых по спору судебных актах нарушений норм права, повлиявших на исход судебного разбирательства.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для безусловной отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 03.07.2023 по делу № А76-20021/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО1, ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       О.Э. Шавейникова 

 

Судьи                                                                                    О.Н. Пирская 

 

                                                                                              В.Ю. Калугин