Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

 

Именем Российской Федерации

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-19728/2014

г. Владивосток

22 января 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 января 2019 года.

 

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Е.Н. Шалагановой,

судей К.П. Засорина, Н.А. Скрипки,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Федеральной налоговой службы в лице инспекции Федеральной налоговой службы по Фрунзенскому району г. Владивостока,

апелляционное производство № 05АП-7896/2018 

на определение от 18.09.2018 судьи  Т.С. Петровой

об отказе в удовлетворении жалобы на действия арбитражного управляющего

по делу № А51-19728/2014 Арбитражного суда Приморского края 

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Мидглен Лоджистикс Сахалин» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

о признании закрытого акционерного общества «Универсальная перегрузочно-экспедиторская компания-7» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

при участии:

лично арбитражный управляющий ФИО2 (паспорт);

от арбитражного управляющего ФИО2 - представитель ФИО3  (доверенность от 15.06.2016 сроком на 3 года, удостоверение адвоката);

от ИФНС по Фрунзенскому району г. Владивостока – представитель ФИО4 (доверенность от 26.11.2018 сроком до 01.04.2019, паспорт);

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле о банкротстве; 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Приморского края от 02.03.2015 закрытое акционерное общество «Универсальная перегрузочно-экспедиторская компания – 7» (далее – ЗАО «УПЭК – 7», общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2. 

Впоследствии определением суда от 11.11.2016 ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, новым конкурсным управляющим утвержден ФИО5. 

В рамках дела о банкротстве Федеральная налоговая служба в лице инспекции Федеральной налоговой службы по Фрунзенскому району              г. Владивостока (далее – ФНС России, инспекция, уполномоченный орган) обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании незаконными действий (бездействия) бывшего конкурсного управляющего ФИО2, выразившихся в следующем:

- непринятии мер, направленных на обеспечение сохранности имущества, принадлежащего дочерней организации должника – обществу с ограниченной ответственностью «Новомед» (здания физико-терапевтического отделения восстановительной медицины площадью 756 кв. м., земельного участка площадью 682 кв. м);

- непредоставлении собранию кредиторов информации о сделках и действиях, которые повлекли или могли повлечь за собой гражданскую ответственность третьих лиц;

- непроведении обязательного аудита ЗАО «УПЭК-7»;

- непринятии мер по поиску, выявлению, возврату и обеспечению сохранности находящегося у третьих лиц имущества должника (радиобуй системы Коспас - Сарат; ксерокс 5921 с инвентарным номером 00001404; диван 3-х местный с инвентарным номером 00001454; компьютер персональный с инвентарным номером 00001477; компьютер персональный с инвентарным номером 00001420; компьютер персональный с инвентарным номером 00001422; кондиционер с инвентарным номером 00001210; кондиционер с инвентарным номером 00001554; конференц - стол с инвентарным номером 00001438; кофемашина с инвентарным номером 00001566; кресло (кожа) с инвентарным номером 00001478; ноутбук с инвентарным номером 00001557; ноутбук с инвентарным номером 00001516; персональный компьютер с инвентарным номером 00001517; персональный компьютер с инвентарным номером 00001553; пилорама с инвентарным номером 00001030; принтер с инвентарным номером 00001424; принтер с инвентарным номером 00001425; сейф с инвентарным номером 00001243; сотовый телефон с инвентарным номером 00001494; стол с инвентарным номером 00001436; стол с инвентарным номером 00001437; телевизор с инвентарным номером 00001485; тумба с инвентарным номером 00001558; установка обеззараживания воздуха с инвентарным номером 00001468; фотокамера с инвентарным номером 00001429; шкаф с инвентарным номером 00001442; шкаф с инвентарным номером 00001444; шкаф с инвентарным номером 00001443; шкаф с инвентарным номером 00001445), далее по тексту – движимое имущество; 

- неотображении в сообщениях о проведении торгов сведений об организаторе торгов, почтового адреса, адреса электронной почты, номера контактного телефона; 

- передаче прав требования реализованного на торгах имущества должника (дебиторская задолженность ООО «Камчаттранзит», Overseas Trading Partnership. ООО «Мидглен Лоджистикс Сахалин», ООО «Новомед», ФИО6) до полной оплаты его стоимости покупателем; 

- нерезервировании денежных средств в достаточном для пропорционального удовлетворения требований уполномоченного органа размере;

- неправомерном непропорциональном распределении конкурсной массы должника между кредиторами соответствующей очереди; 

- включении во вторую очередь реестра требований кредиторов задолженности в размере 1 348 808 рублей; 

- неправомерном перечислении в свою пользу 337 292 рублей 99 копеек в целях возмещения неподтвержденных расходов;

- непринятии мер по обеспечению сохранности имущества должника в виде займов в размере 7 355 000 рублей.

Определением от 18.09.2018 в удовлетворении требований заявителя отказано в полном объеме, с чем ФНС России не согласилась, обжаловав его в апелляционном порядке.

Оспаривая выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы уполномоченного органа, апеллянт указал, что вышеупомянутые действия (бездействие) конкурсного управляющего нарушили права и законные интересы кредиторов, в том числе, препятствовали возможности получения удовлетворения своих требований.

В судебном заседании апелляционного суда 20.11.2018 представитель апеллянта пояснил, что определение от 18.09.2018 обжалуется только в части выводов суда, касающихся действий (бездействия) ФИО2, выразившихся в: 

 - непринятии мер, направленных на обеспечение сохранности имущества, принадлежащего дочерней организации должника – обществу с ограниченной ответственностью «Новомед» (здания физико-терапевтического отделения восстановительной медицины площадью 756 кв. м., земельного участка площадью 682 кв. м);

- непринятии мер по поиску, выявлению, возврату и обеспечению сохранности движимого имущества должника;

  - непроведении обязательного аудита ЗАО «УПЭК-7»;

- нерезервировании денежных средств в размере, достаточном для пропорционального удовлетворения требований уполномоченного органа;

- непринятии мер по обеспечению сохранности имущества должника в виде займов в размере 7 355 000 рублей.

Изложенные в жалобе возражения относительно выводов суда, касающихся действий (бездействия) бывшего конкурсного управляющего ЗАО «УПЭК-7» по неотображению в сообщениях о проведении торгов сведений об организаторе торгов, почтового адреса, адреса электронной почты, номера контактного телефона; осуществлению перехода прав требования реализованного на торгах имущества должника (дебиторская задолженность ООО «Камчаттранзит», Overseas Trading Partnership. ООО «Мидглен Лоджистикс Сахалин», ООО «Новомед», ФИО6) до полной оплаты стоимости имущества покупателем не были поддержаны представителем уполномоченного органа.

Доводов же относительно отказа в удовлетворении заявления в части требований о признании неправомерными непропорционального распределения конкурсной массы должника между кредиторами соответствующей очереди, включения во вторую очередь реестра требований кредиторов задолженности в размере 1 348 808 рублей, перечисления в свою пользу 337 292 рублей 99 копеек в целях возмещения неподтвержденных расходов апелляционная жалоба не содержит.

В представленных письменных отзывах ФИО2 возражал против доводов апелляционной жалобы, настаивая на законности обжалуемого судебного акта.

В судебных заседаниях представители ФНС России и бывшего конкурсного управляющего поддерживали свои позиции; неявка иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не препятствовала коллегии рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Исследовав материалы дела, проверив в порядке, предусмотренном статьями 266, 268, 272 АПК РФ правильность применения судом норм материального и процессуального права, проанализировав доводы апелляционной жалобы, дополнений и письменных отзывов, судебная коллегия пришла к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

При этом статьей 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов конкурсных кредиторов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав.

Основанием удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве, а также требованиям добросовестности и разумности.

Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если оспариваемыми действиями (бездействием) конкурсного управляющего действительно нарушены те или иные права и законные интересы подателя жалобы и ее удовлетворение приведет к восстановлению нарушенных прав.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего податель жалобы обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного и неразумного поведения арбитражного управляющего и нарушение таким поведением прав и законных интересов кредитора. В свою очередь, арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.

Утверждая о неправомерности действий ФИО2, уполномоченный орган указал на непринятие бывшим конкурсным управляющим мер по обеспечению сохранности имущества, принадлежащего дочерней организации должника – ООО «Новомед» (здания физико-терапевтического отделения восстановительной медицины площадью 756 кв. м., земельного участка площадью 682 кв. м; далее также – объекты недвижимости).

Из материалов дела следует, что ЗАО «УПЭК-7» являлось обладателем 100 % доли в уставном капитале ООО «Новомед»; последнее, в свою очередь, имело имущество (здание и земельный участок), рыночная стоимость которого в соответствии с решением единственного участника общества от 27.02.2015 составляла 45 490 200 рублей и 3 251 100 рублей соответственно.

Согласно отчету об оценке № 404 от 16.12.2016, выполненному привлеченным уполномоченным органом специалистом - оценщиком, по состоянию на 17.08.2015 рыночная стоимость доли должника в ООО «Новомед» (с учетом наличия в собственности дочернего общества объектов недвижимости) составляла 34 150 000 рублей.

В то же время, согласно сообщению ЕФРСБ № 744043 от 15.09.2015 доля в уставном капитале ООО «Новомед» была реализована конкурсным управляющим на состоявшихся 27.08.2015 торгах по цене 3 150 000 рублей.

По мнению уполномоченного органа, существенное занижение стоимости доли должника в уставном капитале ООО «Новомед» было обусловлено отчуждением объектов недвижимости 19.05.2015 (дата государственной регистрации прекращения права собственности ООО «Новомед» на указанное имущество согласно выпискам из ЕГРН) в пользу третьего лица. 

В свою очередь, поскольку указанные объекты недвижимости общей стоимостью 48 741 300 рублей составляли 85, 51 % активов ООО «Новомед» (56 999 000 рублей согласно бухгалтерскому балансу данного общества за 2014 год), произведенное отчуждение являлось для общества крупной сделкой, совершение которой в соответствии с пунктом 3 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) возможно лишь при наличии одобрения общего собрания участников общества.

В отсутствие же одобрения единственного участника ООО «Новомед», ФИО2, будучи осведомленным об уменьшении активов дочернего общества и действуя добросовестно и разумно в интересах должника и его кредиторов, должен был оспорить сделки по отчуждению здания и земельного участка, однако соответствующих мер не принял, и к настоящему времени возможность возврата имущества в конкурсную массу утрачена ввиду истечения срока исковой давности.

Вместе с тем, согласно положениям абзаца третьего пункта 5 статьи 46 Закона № 14-ФЗ, крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, не может быть признана недействительной при недоказанности того, что другая сторона по такой сделке знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой, и (или) об отсутствии надлежащего согласия на ее совершение.

Исходя из изложенного, учитывая непредставление заявителем сведений о лице, в пользу которого было отчуждено имущество ООО «Новомед», о стоимости сделок и об осуществлении расчетов между сторонами, апелляционный суд ставит под сомнение целесообразность оспаривания ФИО2 сделок по отчуждению объектов недвижимости. 

Суд апелляционной инстанции также находит заслуживающими внимания пояснения ФИО2 о том, что начальная цена доли в уставном капитале ООО «Новомед» в размере 3 000 000 рублей была согласована в рамках утверждения порядка продажи имущества должника на состоявшемся 26.06.2015 собрании кредиторов; соответствующая стоимость была обусловлена не уменьшением размера активов ООО «Новомед», а его непривлекательностью для потенциальных покупателей ввиду наличия у данного общества значительной кредиторской задолженности.

При таких обстоятельствах, коллегия приходит к выводу о том, что непринятие бывшим конкурсным управляющим мер по оспариванию сделок по отчуждению объектов недвижимости ООО «Новомед» не может быть признано неправомерным.

Далее, утверждая о непринятии ФИО2 мер по поиску, выявлению, возврату и обеспечению сохранности движимого имущества должника, инспекция указала на неотражение бывшим конкурсным управляющим имущества должника (согласно вышеприведенному перечню) в инвентаризационных описях и, соответственно, его невключение в конкурсную массу, при том, что оборотно-сальдовая ведомость по счету 01 за 01.10.2013-20.12.2013, а также ряд постановлений о наложении ареста на имущество должника содержали сведения о его наличии на ответственном хранении ЗАО «УПЭК – 7».

Согласно абзацам пятому и шестому пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве (в применимой к настоящему спору редакции, действующей до вступления в законную силу Федерального закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»), конкурсный управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, а также по обеспечению сохранности имущества должника. Имущество должника должно быть принято в ведение конкурсного управляющего и проинвентаризировано (абзац второй пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве в применимой редакции).

Порядок проведения инвентаризации закреплен в Методических указаниях по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, которые утверждены приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13.06.1995 № 49.

В частности, в пункте 1.4 Методических указаний предусмотрено, что основными целями инвентаризации являются выявление фактического наличия имущества и сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета. В силу пункта 2.5 Методических рекомендаций в инвентаризационные описи или акты инвентаризации вносятся сведения только о фактически имеющемся имуществе.

Содержащие же сведения о движимом имуществе должника оборотно-сальдовая ведомость по счету 01 и постановления о наложении ареста на имущество налогоплательщика (т. 5, л.д. 38-50), на которые ссылается апеллянт, датированы 2013 годом, тогда как обязанность по выявлению имущества должника и проведению его инвентаризации возникла у ФИО2 с 02.03.2015 (даты утверждения его конкурным управляющим должником).

В этой связи, в отсутствие доказательств обеспечения сохранности данного имущества ответственными лицами до открытия конкурсного производства, при непредставлении сведений о передаче управляющему спорного движимого имущества и (или) документов, подтверждающих его наличие и местонахождение, коллегия не может сделать вывод об осведомленности ФИО2 о существовании такого имущества и допущении им незаконного бездействия в виде непринятии мер по его выявлению и учету.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно материалам дела арест на имущество должника в 2013 году был наложен на основании соответствующих постановлений самого налогового органа, в связи с чем последний, будучи заинтересованным в наиболее полном и скором формировании конкурсной массы для последующего удовлетворения своих требований, имел возможность своевременно предоставить конкурсному управляющему сведения о существовании спорного движимого имущества.

В рассматриваемом же случае согласно не оспоренным апеллянтом пояснениям ФИО2 акты судебных приставов-исполнителей о наложении ареста и постановления ФНС России были представлены уполномоченным органом только в ходе судебного разбирательства по настоящему обособленному спору.

Также, оспаривая бездействие ФИО2, уполномоченный орган указал на непроведение арбитражным управляющим аудита финансовой отчетности ЗАО «Универсальная погрузочно-экспедиторская компания-7» при обязательности соответствующей проверки для акционерных обществ в силу пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 30.12.2008 № 307-ФЗ «Об аудиторской деятельности» (далее – Закон об аудиторской деятельности).

Вместе с тем, несмотря на то, что ввиду организационно-правовой формы должника ведение его бухгалтерского учета и составление его финансовой (бухгалтерской) отчетности действительно подлежит обязательному аудиту, положения статьи 70 Закона о банкротстве не возлагают на арбитражного управляющего обязанности по проведению аудита документации должника с составлением аудиторского заключения. В этой связи, исходя из формулировки требования заявителя в данной части (со ссылкой на пункт 1 статьи 5 Закона об аудиторской деятельности), оснований для признания незаконным бездействия ФИО2, выразившегося в непроведении обязательного аудита должника, не имеется.

Согласно пункту 2 статьи 70 Закона о банкротстве, если в соответствии с законодательством ведение бухгалтерского учета и составление финансовой (бухгалтерской) отчетности должника подлежит обязательному аудиту, анализ финансового состояния проводится на основании документов бухгалтерского учета и финансовой (бухгалтерской) отчетности должника, достоверность которых подтверждена аудитором. При отсутствии документов бухгалтерского учета и финансовой (бухгалтерской) отчетности должника, достоверность которых подтверждена аудитором, в том числе в связи с неисполнением должником обязанности по проведению обязательного аудита, временный управляющий для проведения анализа финансового состояния должника привлекает аудитора, оплата услуг которого осуществляется за счет средств должника.

Вместе с тем в  отсутствие доказательств недостоверности переданной арбитражному управляющему не подтвержденной аудитором бухгалтерской отчетности должника, положенной в основу проведенного ФИО2 финансового анализа, не имеется оснований для вывода о допущенном ФИО2 нарушении положений пункта 2 статьи 70 Закона о банкротстве.

Кроме того, подготовленный ФИО2 анализ финансового состояния должника послужил основанием для принятия кредиторами должника (включая уполномоченный орган) на собрании кредиторов от 20.02.2015 единогласного решения об обращении в арбитражный суд с ходатайством о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

Коллегия также отмечает, что проведение анализа финансового состояния должника на основании полученной бухгалтерской документации является обязанностью временного управляющего, тогда как в настоящем случае жалоба ФНС России подана в отношении действий ФИО2 как конкурсного управляющего должником.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии в обжалуемом бездействии ФИО2 нарушения прав и законных интересов заявителя.

Рассмотрев довод подателя жалобы о неправомерности бездействия бывшего конкурсного управляющего обществом по нерезервированию денежных средств в размере, достаточном для пропорционального удовлетворения требований уполномоченного органа, апелляционный суд пришел к следующему.

По мнению апеллянта, с учетом оспаривания уполномоченным органом в апелляционном порядке определения суда от 10.09.2015 (о признании требований ФНС России обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения реестровых требований кредиторов), приступая к расчетам с кредиторами, ФИО2 в соответствии с пунктом 6 статьи 142 Закона о банкротстве должен был зарезервировать денежные средства в размере, достаточном для пропорционального удовлетворения требований инспекции.

Действительно, абзац первый приведенного заявителем пункта 6 статьи 142 Закона о банкротстве устанавливает, что в случае наличия рассматриваемых в арбитражном суде (суде) на момент начала расчетов с кредиторами соответствующей очереди разногласий между конкурсным управляющим и кредитором по заявленному требованию кредитора конкурсный управляющий обязан зарезервировать денежные средства в размере, достаточном для пропорционального удовлетворения требований соответствующего кредитора.

В то же время, как следует из материалов дела, к расчетам с кредиторами ФИО2 приступил 10.09.2015, после объявления 08.09.2015 резолютивной части определения об установлении требований уполномоченного органа.

Принимая во внимание, что согласно абзацу второму пункта 5 статьи 71 Закона о банкротстве определение о включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов вступает в силу немедленно, в отсутствие на 10.09.2015 каких-либо разногласий по требованию уполномоченного органа (апелляционная жалоба на определение от 10.09.2015 была подана ФНС России лишь 21.09.2015), следует признать, что у конкурсного управляющего должником не имелось оснований для вывода о необходимости резервировать денежные средства в достаточном для удовлетворения требований ФНС России размере, при том, что данные требования были признаны судом подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения реестровых требований кредиторов.

В этой связи коллегия не усматривает в оспариваемом бездействии ФИО2 признаков незаконности и отказывает в удовлетворении заявления в данной части.

Далее, в отношении указания подателя жалобы на непринятие бывшим конкурсным управляющим мер по обеспечению сохранности имущества должника в виде займов в размере 7 355 000 рублей, апелляционный суд пришел к следующему.

Из буквального толкования доводов инспекции следует, что обеспечение сохранности указанного имущества предполагало принятие ФИО2 мер по взысканию денежных средств, выданных третьим лицам в качестве займов. В подтверждение наличия такой дебиторской задолженности у общества уполномоченный орган ссылался на сведения бухгалтерского баланса по состоянию на 31.03.2014 (код строки 12403 «Предоставленные займы»), приложенного к анализу финансового состояния должника.

Вместе с тем, согласно изложенным в анализе финансового состояния ЗАО «УПЭК – 7» выводам (доведенным до сведения кредиторов и не оспоренных ими на собрании от 20.02.2015), задолженность по выданным займам уже на стадии процедуры наблюдения являлась бесперспективной к взысканию. Наличие соответствующей безнадежной дебиторской задолженности послужило по результатам анализа структуры баланса одним из оснований для выводов управляющего о неплатежеспособности предприятия и постановке перед кредиторами вопроса о введении конкурсного производства. Уполномоченный орган, голосуя за открытие такой процедуры, не высказывал каких-либо возражений относительно указания ФИО2 на невозможность возвращения предоставленных займов должнику. Доказательств же предоставления ФИО2 как конкурсному управляющему какой-либо первичной документации, позволяющей принять меры по взысканию указанной дебиторской задолженности, заявителем не представлено, при том, что ФИО2 наличие у него таких доказательств отрицал.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции не может сделать вывод о неправомерности оспариваемого бездействия ФИО2

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не нашли своего подтверждения и не опровергают выводы суда первой инстанции, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального и материального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого судебного акта не имеется.  

Вопрос о распределении судебных расходов коллегией не рассматривался, поскольку в соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба по данной категории дел не облагается государственной пошлиной.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 АПК РФ, Пятый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 18.09.2018 по делу № А51-19728/2014 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

 

Председательствующий

 

Е.Н. Шалаганова

Судьи

 

К.П. Засорин

 

ФИО7