ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-6994/2024, 10АП-9770/2024, 10АП-9773/2024

Дело № А41-110962/19

22 июля 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  18 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  22 июля 2024 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Епифанцевой С.Ю., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 16.03.2024,

от ФИО4 – ФИО5 по доверенности от 10.10.2023,

от ООО «Омега» - ФИО6 по доверенности от 01.12.2023,

от конкурсного управляющего ООО «Диском» ФИО7 – ФИО8 по доверенности от 01.02.2024,

от ПАО «Московский кредитный банк» - ФИО9 по доверенности от 29.07.2021,

от ФИО10 – ФИО11 по доверенности от 13.10.2022,

от ФИО12 – ФИО13 по доверенности от 03.07.2024,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО4 и ООО «Омега» на определение Арбитражного суда Московской области от 14 марта 2024 года по делу №А41-110962/19, 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 06.03.2020 возбуждено производство по делу № А41-110962/2019 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Диском». 

Решением Арбитражного суда Московской области от 01.12.2020 ООО «Диском» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО7. 

При банкротстве должника ООО «Диском» применены правила параграфа 7 «Банкротство застройщиков» главы IX Закона о банкротстве. 

19.05.2022 в суд поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Диском» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4, ООО «Омега», ФИО14, ООО «Экономтрансстрой», и ходатайством о приостановлении производства по определению размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

16.09.2022 в суд поступило заявление ФИО12 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4, ООО «Омега», ФИО14, ООО «Экономтрансстрой», ФИО10, ФИО15.

Определением Арбитражного суда Московской области от 11.10.2022 заявления конкурсного управляющего ООО «Диском» и ФИО12 объединены для совместного рассмотрения в рамках дела № А41-110962/2019. 

Определениями Арбитражного суда Московской области от 07.07.2023 и от 21.06.2023 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требований относительно предмета спора, привлечены ФИО16 и финансовый управляющий ФИО4 – ФИО17. 

В судебном заседании 21.06.2023 конкурсный управляющий ходатайствовал об уточнении заявленных требований, в котором просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника - ФИО2, ФИО4, ООО «ОМЕГА», ФИО14, ООО «ЭКОНОМТРАНССТРОЙ»; приостановить производство по определению размера ответственности до окончания расчётов с кредиторами; взыскать солидарно с ФИО2, ФИО4, ООО «ЭКОНОМТРАНССТРОЙ» сумму в размере 93 317 099,57 рублей; взыскать с ООО «ОМЕГА» сумму в размере 31 294 015,02 рублей. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 21.06.2023 судом приняты уточнения требований конкурсного управляющего в порядке ст.49 АПК РФ. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 24.03.2023 у Управления Росреестра по Московской области истребованы материалы регистрационных дел в отношении следующих объектов недвижимости: - 3-х комнатной квартиры №219, по адресу: 

<

...>; - 2-х комнатной квартиры №222, по адресу: 

<

...>. Указанным определением также от ПАО «Московский кредитный банк» истребованы заверенные копии всех документов, входящих в кредитное досье ПАО «Московский кредитный банк», оформленное в связи с выдачей банком кредита на завершение ООО «Диском» строительства жилого дома по адресу: 

<

...> по Кредитному договору №6207/18 от 14.11.2018 года. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 07.07.2023 у ООО «Диском-П» истребованы следующие документы: - договор долевого участия в строительстве №П/219-3К от 17.06.2014, заключенного между ООО «Диском-П» и ООО «Диском» и подтверждение по данному договору; - предварительный договор купли-продажи квартиры №П/219-3к от 15.04.2015 и подтверждение оплаты по данному договору; - дополнительное соглашение №1 от 01.08.2016 к предварительному договору купли-продажи квартиры №П/219-3К от 15.04.2015 и подтверждение оплаты по данному соглашению; - договор купли-продажи квартиры №П/219-3К от 16.03.2018; - договор от 17.08.2015 о полной уступке всех прав и обязанностей по договору долевого участия в строительстве №П/222-2К от 17.06.2014 и подтверждение оплаты по данному договору; - соглашение о расторжении от 01.04.2015 договора от 22.09.2014 о полной уступке всех прав и обязанностей по договору долевого участия в строительстве №П/222-2к от 17.06.2014 и соглашение о зачете взаимных требований; у ПАО «Сбербанк» истребованы выписки по расчетному счету ООО «Диском» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) №40702810538000054305 за период с 01.09.2014 по 31.12.2015; у ПАО Банк «ФК Открытие» истребованы выписки по расчетному счету ООО «Диском» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) №40702810100000006249 за период с 01.09.2014 по 31.12.2015. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 14.08.2023 удовлетворено ходатайство об истребовании у Управления Росреестра по Московской области договора долевого участия в строительстве №П/219-3К от 17.06.2014, заключенного между ООО «Диском-П» и ООО «Диском» (квартира №219 в жилом доме по адресу: 

<

...>, кадастровый номер земельного участка: 50:55:0030416:30).

Определением Арбитражного суда Московской области от 14 марта 2024 года ФИО2, ФИО4, ООО «ОМЕГА» и ООО «ЭКОНОМТРАНССТРОЙ» привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДИСКОМ». Производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчётов с кредиторами. С ФИО2, ФИО4, ООО «ЭКОНОМТРАНССТРОЙ» в пользу ООО «Диском» солидарно взыскано 22 200 615,59 рублей. С ООО «Омега» в пользу ООО «Диском» взыскано 19 224 426,38 рублей. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

ФИО4 и ООО «Омега» не согласившись с принятым судебным актом в части привлечения их к субсидиарной ответственности, также обратились с апелляционными жалобами в Десятый арбитражный апелляционный суд.

Заявители ссылаются на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

В силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", следует, что если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

Отсутствие в данном судебном заседании лиц, извещенных надлежащим образом о его проведении, не препятствует арбитражному суду апелляционной инстанции в осуществлении проверки судебного акта в обжалуемой части.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку от лиц, участвующих в деле, соответствующих возражений не поступало, законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверяется апелляционным судом только в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4 и ООО «Омега».

В судебном заседании представители ФИО2, ФИО4 и ООО «Омега» поддержали доводы своих апелляционных жалоб.  

Судом рассмотрено в соответствии со статьей 268 АПК РФ и отклонено, с учетом мнения участвующих в судебном заседании лиц, ходатайство ФИО2 о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств в обоснование своей правовой позиции, ввиду отсутствия правовых оснований с учетом установленных обстоятельств.

Представители конкурсного управляющего ООО «Диском», ПАО «Московский кредитный банк» и ФИО12 возражали против удовлетворения апелляционных жалоб, просили оставить обжалуемый судебный акт без изменения. 

Представитель ФИО10 оставил на усмотрение суда разрешение апелляционных жалоб по существу.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав объяснения представителей участвующих в деле лиц, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения в обжалуемой части.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно п. 1 ст. 61.16 Закона о банкротстве заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Как указано в пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (подпункт 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судом, контролирующими должника лицами являлись: ФИО2 - генеральный директор, ФИО14 – генеральный директор, ФИО4, ООО «ОМЕГА» (ИНН 

<

***>), ООО «ЭКОНОМТРАНССТРОЙ» (ИНН 

<

***>); ФИО10, ФИО15.

Удовлетворяя заявленные требования частично, привлекая к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2, ФИО4 и ООО «Омега», суд первой инстанции установил следующее.

В материалы дела представлены анкеты бенефициарного владельца ООО «ДИСКОМ» по состоянию на 27.05.2015, подписанные генеральным директором ФИО14, по состоянию на 27.12.2017, подписанные генеральным директором ФИО2, согласно которым ФИО4 указывался в качестве конечного бенефициара должника, аналогичная анкета была представлена в Номос-Банк 27.06.2014.

Судебными актами по делу А40-268241/19 установлена аффилированность между ООО «Экономтрастрой» и ФИО4, и получение им денежных средств от ООО «Экономтрастрой» без какого-либо встречного исполнения.

Неплатежеспособность должника наступила не позднее 01.03.2018, что подтверждается следующими фактическими обстоятельствами: решением Арбитражного суда Московской области от 06.06.2019 по делу №А41-62839/18 с Должника в пользу Администрации городского округа Подольск взыскана неустойка за нарушение сроков исполнения обязательств по Договору о развитии застроенной территории муниципального образования «городской округ Подольск Московской области» микрорайона «Красная Горка» в границах улиц Садовая, проспект Ленина, Колхозная, Щорса, Гражданская, Овражная, граница города от 08.08.2008 № 07-08 за период с 01.01.2018 по 11.03.2019 в размере 10 346 540,48 руб. 

Определением Арбитражного суда Московской области (резолютивная часть) от 16.02.2021 по делу №А41-110962/19 указанное требование Администрации включено в реестр требований кредиторов должника; решением Арбитражного суда Московской области от 01.12.2020 по делу № А41- 110962/19 о признании должника банкротом признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов требования АО «Мособлгаз» в размере 814 477,06 руб. основного долга, 74 545,43 руб. неустойки, 36 538 руб. расходов по госпошлине, подтвержденные следующими судебными актами: решением Арбитражного суда Московской области от 10.12.2018 по делу № А41-81252/18 (взыскана задолженность за период с 01.02.2018 по 28.02.2018 в размере 35 319,33 руб., неустойку за период с 21.03.2018 по 10.12.2018 в размере 50 075,47 руб., расходы по оплате государственной пошлины 3 416 руб.), решением Арбитражного суда Московской области от 13.08.2018 по делу № А41-45150/18 (взыскана задолженность с 01.03.2018 по 31.03.2018 в размере 671 529,62 руб.; пени в размере 14 605,77 руб.; расходы по уплате государственной пошлины в размере 16 723 руб.), решением Арбитражного суда Московской области от 30.08.2018 по делу № А41-49556/18 взыскана задолженность за апрель 2018 в размере 217259,30 руб., пени в размере 3029,10 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 7406 руб., решением Арбитражного суда Московской области от 13.12.2018 по делу № А41-81241/18 (взыскана задолженность за июль 2018 в размере 70 096,78 руб., пени в размере 4 327,13 руб., расходы по уплате госпошлины за подачу иска в размере 2 841 руб.), решением Арбитражного суда Московской области от 05.03.2019 по делу № А41-107005/18 (взыскана задолженность за период с 01.08.2018 по 31.08.2018 в размере 102 944,98 руб., пени в размере 2 138,09 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 152,00 руб.). 

Решением Арбитражного суда Московской области от 01.12.20 также установлено, что в силу положений параграфа 7 главы 9 Закона о банкротстве исполнение застройщиком обязательств перед участниками строительства является ключевым показателем его финансовой устойчивости, а, следовательно, при определении признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества должника, существенным и определяющим фактором является своевременное исполнение Застройщиком обязательств перед участниками строительства по передаче объекта долевого строительства. 

Из представленных управляющему договоров участия в долевом строительстве следует, что завершение строительства проблемного объекта должно было быть не позднее I квартала 2018 года, а передача объектов участникам строительства, в свою очередь в течение шести месяцев после введения объекта в эксплуатацию. 

Таким образом, ООО «ДИСКОМ» привлекало денежные средства граждан и юридических лиц для строительства многоквартирного дома в соответствии с Федеральным законом от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 214-ФЗ). Однако, ООО «ДИСКОМ» в нарушение пункта 1 статьи 4 и пункта 1 статьи 6 Закона №214-ФЗ принятые на себя обязательства перед участниками долевого строительства по передаче жилых помещений (квартир) в установленные сроки не выполнило. Объект незавершенного строительства до настоящего времени не введен в эксплуатацию, обязательства перед участниками строительства должником не исполнены, что также следует из решения Арбитражного суда Московской области от 01.12.2020. 

Согласно выводу, установленному по результатам анализа финансового состояния должника за период 2016–2019 годы, отображенному в приложении 1 к отчету конкурсного управляющего, Должник утратил платежеспособность еще до начала анализируемого периода (31.12.2016). Из Анализа финансового состояния Должника также следует, что в период 2016–2019 погашение текущих обязательств за счет наиболее ликвидных активов было невозможно, при этом должник не располагал необходимыми активами для покрытия обязательств. Финансовая устойчивость и стабильность Общества за анализируемый период снизилась, а зависимость от внешних кредиторов возросла, собственных средств Общества не хватало даже на покрытие внеоборотных активов. В целом в период 2016–2019 ООО «ДИСКОМ» не являлось финансово устойчивым.

Направление всех активов на погашение обязательств должника было невозможным, так как привело бы к возникновению риска невозможности осуществления дальнейшей хозяйственной деятельности должника. 

Доказательства, опровергающие выводы финансового состояния должника, в материалы дела не представлены. 

С 28.12.2016 до возбуждения дела о банкротстве должника, было завершено несколько исполнительных производств по основаниям пункта 3 части 1 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» по причине невозможности установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях, за исключением случаев, когда настоящим Федеральным законом предусмотрен розыск должника или его имущества. 

Это свидетельствует о наличии неплатежеспособности должника на указанную дату. 

С учетом представленных доказательств ООО «Диском» стал неплатежеспособен на дату 01.03.2018 года, следовательно, у контролирующих ООО «Диском» лиц возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о собственном банкротстве.

 Вместе с тем, действующим в тот период генеральным директором ФИО2 заявление о признании банкротом подано не было. В свою очередь с заявлением о банкротстве должника обратился кредитор АО «Мособлгаз» и ППК «Фонд развития территорий» (ранее Публично-правовая компания «Фонд защиты прав граждан-участников долевого строительства»), действующая в защиту прав и законных интересов участников строительства. 

Конкурсный управляющий полагает, что ФИО4, являясь бенефициарным владельцем должника и имея возможность давать прямые указания должнику и мажоритарному участнику должника, был обязан потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в суд с заявлением о признании должника банкротом в срок не позднее 10.04.2018, а ООО «ОМЕГА», являясь 100% участником должника, - не позднее 10.04.2019.

Суд первой инстанции счел доказанным наличие оснований, предусмотренных статьей 61.12 Закона о банкротстве, для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – ФИО2, ФИО4 и ООО «ОМЕГА».

Исходя из положений статьи 61.12 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений пункта 12 постановления Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", суд приходит к следующим выводам. 

С учетом установления даты, когда контролирующие должника лица были обязаны обратиться с заявлением о банкротстве, не подлежат включению обязательства, возникшие до указанных дат. 

Следовательно, суд указал, что расчет конкурсного управляющего об определении размера субсидиарной ответственности в соответствии с положениями статьи 61.12 Закона о банкротстве является неверным в части учета соответствующих обязательств, возникших до указанной даты, в связи с чем произвел перерасчет.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Смысл презумпции, установленной в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества. 

Именно поэтому предполагается, что не передача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 №305-ЭС19-10079 по делу №А41-87043/2015). 

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты назначения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 19.03.2021 удовлетворено заявление конкурсного управляющего об истребовании от бывшего руководителя должника ФИО2 документации и имущества должника. 

Согласно представленной в материалы дела бухгалтерской отчетности, совокупный размер активов должника - дебиторской задолженности и запасов (строки 1210 и 1230 баланса) составил: на конец 2019 года 1 888 484 000 рублей, из которой запасы составляют 14 177 000 рублей, дебиторская задолженность 1 874 307 000 рублей. 

Уклонение ФИО2 от передачи первичных бухгалтерских документов и иной документации в отношении дебиторской задолженности должника не позволяет идентифицировать активы должника (выявить данные о дебиторах, размерах сумм каждого из них, оснований возникновения долга), оценить возможность взыскания дебиторской задолженности, в том числе, с учетом сроков исковой давности, что фактически лишило возможности конкурсного управляющего полноценно сформировать конкурсную массу в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов. 

В качестве возражений на требование о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 ссылается на «номинальное руководство» должником, поскольку соответствующая документация находилась у ФИО4 

Также ФИО2 сослался на постановление № 53, согласно разъяснениям которого уменьшение ответственности возможно в случае раскрытия информации о фактическом руководителе. 

Вместе с тем, доказательства отсутствия вины в не передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации ответчиком, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, не представлены. 

ФИО2 не представлены доказательства передачи им либо иными лицами в пользу ФИО4 документации должника, не доказаны обстоятельства принятия мер по истребованию документации должника у ФИО4 или других лиц, не доказан факт фактического нахождения документации у ФИО4 

При этом суду также не представлено пояснений относительно целесообразности и мотивов продолжения нахождения ФИО2 в должности единоличного исполнительного органа должника, учитывая, как он утверждает, факт его «номинального руководства» Обществом. 

Кроме того, судебный акт об истребовании документации и имущества должника, вступил в законную силу, ФИО2 не обжаловался, при рассмотрении заявления доводы об отсутствии документации не приводились.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход (п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"). 

В соответствии с пунктом 7 Постановления № 53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности. 

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмойоднодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки. 

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами. 

Согласно пункту 21 Постановления №53, если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 ГК РФ). 

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, данным в определении от 30.09.2019 №305-ЭС19-10079 по делу №А41-87043/2015, для определения являлась ли сделка инициированная контролирующим лицом существенно невыгодной, в том числе применительно к масштабам деятельности должника, надлежит дать правовую оценку существенности произведенным ответчиком манипуляциям с конкурсной массой, а именно, сопоставить размер неудовлетворенных требований кредиторов с размером потерь от невыгодных сделок. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 01.03.2022 по делу № А41-110962/19 признаны недействительными сделки, заключенные между ООО «Диском», ООО «А-Строй», ООО «Омега», ООО «Техком», ФИО18 по отчуждению нежилого помещения с кадастровым номером 50:55:0010275:78. Применены последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО18 возвратить в конкурсную массу ООО «Диском» нежилое помещение с кадастровым номером 50:55:0010275:78.

Определением Арбитражного суда Московской области от 14.07.2021 по делу № А41-110962/2019 договор купли-продажи № 5/1-4 от 23.01.2020, заключенный между ООО «Диском» и ООО «Омега», Соглашение о зачете взаимных требований от 06.03.2020, заключенное между ООО «Диском» и ООО «Омега», соглашение об отступном от 20.03.2020, заключенное между ООО «Омега» и ООО «Техком» признаны недействительными, применены последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу ООО «Диском» объекта недвижимого имущества – нежилого помещения с кадастровым номером 50:55:0010275:771. 

Факт того, что определениями суда сделки по передаче имущества должника признаны недействительными и применены последствия их недействительности не исключает возможность привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в том случае, если доказаны основания, приведенные в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве". 

При этом, вопреки доводам апелляционных жалоб, фактический возврат имущества и денежных средств в конкурсную массу в результате исполнения судебных актов о признании сделок недействительными повлечет расчеты с кредиторами и, следовательно, уменьшение размера субсидиарной ответственности, в связи с чем не приведет к двойному взысканию денежных средств с контролирующих должника лиц. 

Судом установлено, что ООО «Омега», являясь участником Должника, выводило ликвидные активы должника на конечных получателей, при этом была создана схема, при которой в случае отказа в возврате ликвидных активов по специальным банкротным основаниям, взыскание задолженности не принесло бы положительных результатов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16- 1475). 

С учетом вовлеченности в деятельность и использования схемы по выводу ликвидных активов посредством непосредственного участия участника должника ООО «Омега» и сокрытия от суда мотивов, по которым ООО «Омега» действовало в разрез с интересами должника и его кредиторов, суд пришел к выводу об  убыточности данных сделок в совокупности с иными сделками с участием ООО «Омега», что причинило ущерб конкурсной массе и кредиторам должника непосредственно участником должника ООО «Омега».

Суд согласился с доводами конкурсного управляющего о том, что действия ООО «Диском» подпадают под презумпцию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475. Данная презумпция распространяется на случаи создания занимающейся общей экономической деятельностью группы лиц, внутри которой на одни компании искусственно перелагается вся долговая нагрузка по обязательствам группы, а другие лица забирают доходы (выгоду) себе, т.е. создание «центров убытков» и «центров прибылей» в рамках группы. 

Таким образом, при банкротстве первого из названных центров второй должен быть готовым разделить риск неоплатности несостоятельного участника группы компаний. 

Конкурсным управляющим указано, что на момент подачи соответствующего заявления размер требований кредиторов составлял сумму в размере 410 150 514,47 рублей, тогда как сделки, совершенные контролирующими должника лицами, которыми причинен существенный вред кредиторам, совершены на сумму 1 913 424 079,84 рублей, что в несколько раз превышает размер требования кредиторов, включенных в реестр. 

При таких обстоятельствах, суд счел доказанным наличие оснований, предусмотренных подпунктом 1 пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4, ООО «ОМЕГА».

Апелляционная коллегия согласна с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО2, ФИО4 и ООО «Омега» к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, доводы, изложенные заявителями в апелляционных жалобах считает подлежащими отклонению.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО2 ссылается на то, что он являлся генеральным директором (номинальным) Общества в период с 28.11.17 по 26.11.20. В связи с чем, не мог исполнить определение Арбитражного суда Московской области от 19.03.2021 о передаче управляющему документации ввиду отсутствия юридических возможностей по управлению ООО «Диском». 

В свою очередь, ФИО2, не утрачивает статус контролирующего должника лица в силу формального вхождения в органы его управления, поскольку руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния па должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (п. 3 ст. 53 ГК РФ, п. 6 Постановления № 53). 

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ФИО2 являлся единоличным исполнительным органом (генеральным директором) должника в период с 28.11.17 по 26.11.20.

Определением Арбитражного суда Московской области от 06.03.2020 принято к производству заявление АО «Мособлгаз» о признании ООО «Диском» несостоятельным (банкротом).

Резолютивная часть решения Арбитражного суда Московской области от 01.12.2020 о признании ООО «Диском» несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении него конкурсного производства оглашена судом 17.11.2020.

Таким образом, производство по делу возбуждено, процедура конкурсного производства в отношении ООО «Диском» открыта в период исполнения ФИО2 обязанностей руководителя должника.

Учитывая продолжительное нахождение ФИО2 в должности генерального директора Общества, суд апелляционной инстанции критически относится к доводам ответчика о его номинальном характере как руководителя ООО «Диском».

Как указывалось выше, ФИО2 был генеральным директором ООО «Диском» в период с 28.11.2017 по 26.11.2020. 

Согласно абз. 1 п. 1 ст. 40 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ  "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества. 

Единоличный исполнительный орган общества может быть избран также не из числа его участников. 

Согласно п. 3 ст. 40 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества: 

1) без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки; 

2) выдает доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия; 

3) издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания; 

4) осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества. 

Согласно п. 4 ст. 40 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа. 

Согласно п. 10.4. Устава ООО «ДИСКОМ» Руководство текущей деятельностью Общества осуществляется исполнительным органом Общества – Директором. 

Генеральный директор и директор Общества подотчетны Общему собранию участников Общества. 

Согласно пп. 10 п. 11.4. Устава ООО «ДИСКОМ» Генеральный директор Общества независимо от Директора Общества принимает решения и совершает от имени Общества одну или нескольких взаимосвязанных сделок по заключению Обществом любых договоров с третьими лицами, в том числе договоров долевого участия, инвестиционных договоров, договоров купли-продажи недвижимого имущества, договоров подряда, оказания услуг и иных договоров, если принятие решения о заключении такой сделки/таких сделок не отнесено к компетенции Общего собрания участников настоящим Уставом или действующим законодательством. 

Согласно пп. 13 п. 11.4. Устава ООО «ДИСКОМ» генеральный директор Общества независимо от Директора Общества распоряжается всеми денежными средствами, находящимися на любых счетах Общества, открытых в любых банках в любой валюте, путем подписания всех и любых платежных поручений, платежных требований и иных денежно-расчетных документов, необходимых для осуществления платежей, в том числе с использованием средств электронной подписи или иным образом, а также заключает, изменяет и расторгает любые договоры банковских счетов, договоры по депозиты и аналогичные им.

С учетом изложенного оснований полагать, что ФИО2 по смыслу положений Закона не являлся контролирующим должника лицом, не имеется.

В связи с тем, что на дату открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства ФИО2 являлся единоличным исполнительным органом должника, в соответствии с п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве именно на ФИО2 была возложена обязанность в течение трех дней обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей  управляющему.

Довод ФИО2 о положительном значении размера чистых активов должника в период с 2017 по 2019 отраженном в бухгалтерской отчетности и отсутствии обязанности по подаче заявления должника в суд противоречит фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем, также отклоняется апелляционной коллегией.

Участниками строительства (более 170 человек) представлены конкурсному управляющему договоры участия в долевом строительстве, в соответствии с которыми застройщик был обязан не позднее I квартала 2018 года завершить строительство проблемного объекта и получить разрешение на ввод в эксплуатацию, и, после этого, в течение шести месяцев, передать участникам строительства объекты долевого строительства.

Решением Арбитражного суда Московской области от 06.06.2019 по делу №А41-62839/18 с Должника в пользу Администрации городского округа Подольск взыскана неустойка за нарушение сроков исполнения обязательств по Договору о развитии застроенной территории муниципального образования «городской округ Подольск Московской области» микрорайона «Красная Горка» в границах улиц Садовая, проспект Ленина, Колхозная, Щорса, Гражданская, Овражная, граница города от 08.08.2008 года № 07-08 за период с 01.01.2018 по 11.03.2019 в размере 10 346 540,48 руб. Определением Арбитражного суда Московской области (резолютивная часть) от 16.02.2021 по делу №А41-110962/19 указанное требование Администрации включено в реестр требований кредиторов Должника.

Решением Арбитражного суда Московской области от 01.12.2020 по делу № А41- 110962/19 о признании должника банкротом признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов требования АО «Мособлгаз» в размере 814 477,06 руб. основного долга, 74 545,43 руб. неустойки, 36 538 руб. расходов по госпошлине.

Указанные требования АО «Мособлгаз» подтверждены судебными актами: решением Арбитражного суда Московской области от 10.12.2018 по делу № А41-81252/18 (взыскана задолженность за период с 01.02.2018 по 28.02.2018 в размере 35 319,33 руб., неустойку за период с 21.03.2018 по 10.12.2018 в размере 50 075,47 руб., расходы по оплате государственной пошлины 3 416 руб.), решением Арбитражного суда Московской области от 13.08.2018 по делу № А41-45150/18 (взыскана задолженность с 01.03.2018 по 31.03.2018 в размере 671 529,62 руб.; пени в размере 14 605,77 руб.; расходы по уплате государственной пошлины в размере 16 723 Р), решением Арбитражного суда Московской области от 30.08.2018 по делу № А41-49556/18 взыскана задолженность за апрель 2018 в размере 217259,30 руб., пени в размере 3029,10 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 7406 руб., решением Арбитражного суда Московской области от 13.12.2018 по делу № А41-81241/18 (взыскана задолженность за июль 2018 в размере 70 096,78 руб., пени в размере 4 327,13 руб., расходы по уплате госпошлины за подачу иска в размере 2 841 руб.), решением Арбитражного суда Московской области от 05.03.2019 по делу № А41-107005/18 (взыскана задолженность за период с 01.08.2018 по 31.08.2018 в размере 102 944,98 руб., пени в размере 2 138,09 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 152,00 руб.).

Также, согласно определению Верховного Суда РФ от 12.02.2018 N305-3C17-11710(3) по делу NA40-177466/2013 не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности.

Таким образом, по состоянию на март 2018 года у должника возникли обязательства только перед физическими лицами в общем размере более 300 млн. руб.

При изложенных обстоятельствах доводы ФИО2, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают правильность выводов суда первой инстанции, в связи с чем, не могут являться основанием для отмены судебного акта к обжалуемой заявителем части. 

Ходатайство ФИО2 о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, приложенных к апелляционной жалобе, рассмотрено и отклонено апелляционной коллегией в соответствии со статьей 268 АПК РФ с учетом мнения участвующих в судебном заседании лиц.

Принимая во внимание положения части 2 статьи 268 АПК РФ, дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

В соответствии с пунктом 29 разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" (далее - Постановление N 12), поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

Учитывая, что документы, приложенные ФИО2, датированы ранее даты вынесения судом оспариваемого определения, заявителем жалобы не представлено аргументированных пояснений относительно невозможности их представления в суде первой инстанции. 

В апелляционной жалобе ФИО4 указывает, что не является бенефициаром ООО «Диском» и, следовательно, не обладает статусом контролирующего должника лицом, конкурсным управляющим не доказаны основания для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В соответствии с абзацем 13 статьи 3 ФЗ 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" бенефициарным владельцем является физическое лицо, которое прямо или косвенно (через третьих лиц) владеет (имеет преобладающее участие более 25% в капитале) клиентом-юридическим лицом либо имеет возможность контролировать действия клиента.

Как следует из анкет бенефициарного владельца, представленных в Московский кредитный банк ООО «ДИСКОМ» на 27.05.2015 подписанной генеральным директором ФИО14, от 27.12.2017 подписанной генеральным директором ФИО2, именно ФИО4 являлся конечным бенефициаром должника, аналогичная анкета была представлена в Номос-Банк 27.06.2014.

Таким образом, с 27.06.2014 по 27.12.2017 конечным бенефициаром, генеральные директора должника ФИО2 и ФИО14 указывали именно ФИО4

Кроме того, сам ФИО4 в разные периоды формально-юридически осуществлял контроль над несколькими организациями, входящими в одну группу лиц с должником. 

Так согласно сведениям из ЕГРЮЛ в период с 26.09.2014 по 28.04.2020 ФИО4 владел долей 99% в уставном капитале ООО «Инкор-М», которое в свою очередь входило в состав участников ООО «Техком» (доля - 9%), где в период с 16.10.2014 по 31.05.2018 ФИО4 являлся генеральным директором. ООО «Экономтрансстрой» в период с 27.03.2018 по 11.09.2019 являлось контролирующим участником ООО «Техком» (доля участия 58 %), а в период с 17.05.2012 по 26.02.2019 являлось единственным участником должника. ФИО19 был участником ООО «Экономтрансстрой» (85%) в период с 28.04.2014 по 10.07.2015, а затем передал свою долю компании Винтекс Инвестмент ЛЛП, конечным бенефициаром которого он является по заявлению самого должника. 

Также ФИО4 через ООО «Инкор-М» осуществлял контроль над ООО «Ландиа-М» (доля участия 99%) и ООО «Ландиа-Техно» (доля участия 100%), где генеральным директором был ФИО15, который в свою очередь является единственным участником и генеральным директором ООО «Омега» - мажоритарного участника должника с долей 96% с 01.02.2019г. 

Таким образом, контроль над должником формально-юридически находится у лица, находившегося ранее в подчинении у ФИО4, что в совокупности с другими приведенными выше фактами дает основание полагать вовлеченность ФИО4 в процесс управления должником в период не позднее, чем с 28.04.2014 и до момента признания должника банкротом.

В рамках дела о банкротстве ООО «Экономтрансстрой» конкурсный управляющий ФИО20 обратился в Арбитражный суд города Москвы к ФИО4 с заявлением о признании недействительными платежей совершенных ООО «Экономтрансстрой» в адрес ФИО4 

Постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от 24.05.2022г. по делу А40-268241/19, сделка признана недействительной. Приведенные в суде первой инстанции доводы ФИО4 о том, что займы были целевыми (п. 1.3 договоров) и предоставлены ФИО4 для организации работ по получению и продлению срока действия разрешения на вводу в эксплуатацию многоквартирного жилого дома по адресу: 

<

...>, и в качестве встречного предоставления за полученные от Общества денежные средства ФИО4 были оформлены указанные разрешения, были отклонены апелляционным судом.

Объект незавершенного строительства по адресу: 

<

...>, принадлежит ООО «ДИСКОМ» что подтверждается разрешением на ввод объекта в эксплуатацию, таким образом, ФИО4 осуществлял организационно управленческие решения, связанные с вводом в эксплуатацию МКД, объекта принадлежащему должнику.

Судебными актами, вступившими в законную силу, в рамках дела №А40-268241/19 установлен факт аффилированности ФИО4 и ООО «Экономтрансстрой».

Согласно позиции изложенной в Определения Верховного Суда № 302-ЭС13-1472(4,5.7) судам следовало проанализировать поведение привлекаемого к ответственности лица и должника. О наличии подконтрольности, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества лица, привлекаемого к ответственности; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т.д.

Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим у них прямых доказательств дачи указаний, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов.

Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, в силу ст. 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на привлекаемое к ответственности лицо.

В соответствии с абз. 3 п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 №305-ЭС19-10079 по делу №А41 -87043/2015 разъяснено, что для определения являлась ли сделка инициированная контролирующим лицом существенно невыгодной, в том числе применительно к масштабам деятельности должника, надлежит дать правовую оценку существенности произведенным ответчиком манипуляциям с конкурсной массой, а именно, сопоставить размер неудовлетворенных требований кредиторов с размером потерь от невыгодных сделок.

Согласно позиции изложенной в Определения Верховного суда № 302-ЭС13-1472(4.5.7) судам следовало проанализировать поведение привлекаемого к ответственности лица и должника. О наличии подконтрольности, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества лица, привлекаемого к ответственности; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т.д.

Как следует из банковских выписок должника за все время осуществления финансовой деятельности должника с расчетных счетов должника с 01.04.2010г. по 28.12.2017г. должник перевел в адрес ООО «Экономтрансстрой» денежные средства в размере 4 798 976 015,94 рублей, при этом за весь анализируемый период Должник получил на расчетные счета денежные средства в размере 7 185 330 924,69 рублей, таким образом более половины денежных средств должника поступивших на расчетные счета должника от участников долевого строительства и заемных средств были направлены в ООО «Экономтрансстрой».

В связи с чем, действия ООО «Экономтрансстрой» и ООО «Диском» подпадают под презумпцию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475. Данная презумпция распространяется на случаи создания занимающейся общей экономической деятельностью группы лиц, внутри которой на одни компании искусственно перелагается вся долговая нагрузка по обязательствам группы, а другие лица забирают доходы (выгоду) себе, т. е. создание «центров убытков» и «центров прибылей» в рамках группы. Таким образом, при банкротстве первого из названных центров второй должен быть готовым разделить риск неоплатности несостоятельного участника группы компаний.

Также положениями Закона о банкротстве установлено, что при наличии любого из оснований, установленных статями 61.11 и 61.12, контролирующее должника лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Наличие у лица контроля в отношении должника определяется по правилам статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Основываясь на анализе имеющихся сведений о деятельности должника, имеются основания для вывода о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Согласно абз. 36 ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Давая толкование указанной норме Верховный Суд РФ в определении от 12.02.2018 г. No305- ЭС17-11710(3) указал, что наличие у должника до возбуждения дела о банкротстве обязательств, которые впоследствии им не были исполнены, в связи с чем вытекающие из них требования включены в реестр требований кредиторов по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» подтверждает факт неплатежеспособности должника.

Как видно из учредительных документов должника, в период с 12.05.2012 по 26.02.2019 участником должника с долей в 100% в уставном капитале являлось ООО «Экономтрансстрой». В свою очередь единственным участником ООО «Экономтрансстрой» с долей 85% в период с 10.07.2015 по 10.06.2019 являлась компания «Винтекс Инвестмент» ЛЛП. По имеющимся у управляющего сведениям конечным бенефициарным владельцем компании «Винтекс Инвестмент» ЛЛП, а также ООО «Диском» в период для определения круга контролирующих должника лиц являлся ФИО4. Данное обстоятельство подтверждается представленным ПАО «Московский кредитный банк» в ответ на запрос конкурсного управляющего решением от 27.12.2017 о признании физического лица бенефициарным владельцем клиента-юридического лица. Решение было принято на основании официального письма ООО «Диском» от 26.12.2017, в котором должник просит считать своим конечным бенефициаром ФИО4. 

Также Банком представлены две анкеты физического лица - бенефициарного владельца о 27.12.2017 и 27.05.2015, в которых указан ФИО4

В соответствии с абз. 13 ст. 3 Федерального закона 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" бенефициарным владельцем является физическое лицо, которое прямо или косвенно (через третьих лиц) владеет (имеет преобладающее участие более 25% в капитале) клиентом- юридическим лицом либо имеет возможность контролировать действия клиента. 

Учитывая, что ООО «Диском» не смогло получить от компании «Винтекс Инвестмент» ЛЛП документов, раскрывающих сведения о бенефициарных владельцах для дальнейшего предоставления в Банк, своим письмом от 26.12.2017 ООО «Диском», в лице генерального директора ФИО2, признало, что конечным бенефициаром компании Винтекс Инвестмент ЛЛП является ФИО4, который осуществляет фактический контроль над должником. Данное письмо также свидетельствует о наличии устной связи между ФИО2 и ФИО4, о наличии у ФИО4 возможности контролировать действия должника и давать прямые указания ФИО2

Кроме того, как следует из определения Арбитражного суда города Москвы от 14.06.2023г. по делу А40- 268241/19-8-331 «Б» о привлечении к субсидиарной ответственности КДЛ, в том числе ФИО4 привлечен к субсидиарной ответственности, при этом судом сделаны следующие выводы:

ФИО4 - бенефициар и участник должника с долей 42,51 % уставного капитала с 11.07.2014 по 10.07.2015, сохраняющий фактический контроль над должником по настоящее время.

Как указал суд, систематическое совершение безвозмездных сделок по отчуждению высоколиквидных активов в указанный промежуток времени свидетельствует о том, что указанные сделки совершались должником в целях подготовки к предстоящей процедуре банкротства и преследовали своей целью сокрытие имущества от обращения на него взыскания со стороны кредиторов. Исходя из фактических обстоятельств дела следует, что ФИО4, владея совместно с заинтересованным лицом ООО «Эль-Мио» более 50 % долей в уставном капитале Должника, является контролирующим Должника лицом в силу презумпции, установленной в том числе в пп. 2 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве.

Таким образом, должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества не позднее 01.12.2017, а в соответствии с п. 1 ст. 9 руководитель должника был обязан обратиться с заявлением о признании должника банкротства не позднее 01.01.2018, а участники должника - потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом - не позднее 11.01.18.

Таким образом, центр прибыли ООО «Экономтрансстрой» контролируемый ФИО4, куда выводились денежные средства, полученные от кредиторов Должника, с 01.12.2017г. стал отвечать признакам неплатежеспособности.

Более того, ООО «Экономтрансстрой» как единственный участник должника до 26.02.2019г. уже само выводило ликвидные активы должника на свои подконтрольные организации, с целью недопущения включения их в конкурсную массу, аналогичную цель преследовали и в ООО «Диском» по выводу ликвидных активов должника на подконтрольные организации ООО «Омега» и ООО «Экономтрансстрой».

В соответствии с частью 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Таким образом, являясь учредителем «центра прибыли» ООО «Экономтрансстрой», которому должник перечислил денежные средства в общем размере более 4,7 млрд. руб., ФИО4 получена выгода от недобросовестного поведения контролирующих деятельность должника лиц, что в соответствии с подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве и пунктом 7 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» составляет презумпцию контроля деятельности должника.

Таким образом, довод ФИО21 о том, что он не являлся контролирующим должника лицом и что ООО «Диском» и ООО «Экономтрансстрой» не являлись центрами убытков и прибыли не обоснован, в связи с чем, отклонен апелляционной коллегией.

Относительно доводов ФИО4 и ООО «Омега» об отсутствии причинения вреда заключенными сделками апелляционной коллегией установлено следующее.

Положения подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, в том числе, если заявление о признании сделки недействительной не подавалось (пункт 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Таким образом, при рассмотрении заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по презумпции, установленной подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется (абзац 4 пункта 23 Постановления от 21.12.2017 №53).

Судом установлено, что ответчиками ФИО2, ООО «ОМЕГА» заключены сделки при неравноценном встречном исполнении, а также контролирующими должника лицами не проведен комплекс мероприятий по взысканию дебиторской задолженности, что причинило должнику убытки.

Как установлено судом, между должником и ФИО16 15.04.2015 был заключен предварительный договор купли-продажи квартиры №П/219-Зк, предметом которого является 3 комнатная квартира номер № 219, площадью 118,5 м2, расположенная в жилом доме по адресу: Московская область, г. Подольск, ул. Парковая, дом №3. Цена квартиры на день подписания договора составляет 12 752 856,48 руб., которая должна быть оплачена в следующем порядке:

- 5 726 196 руб. до 30.05.2015

- 7 026 660,48 руб. до 30.12.2015.

Дополнительным соглашением №1 от 01.08.2016 к договору от 15.04.2015 №П/219-Зк безосновательно уменьшена цена квартиры до 10 000 000 Р, которая должна быть оплачена в рассрочку, причем первый платеж в размере 6 726 196 руб. до 30.11.2015 и последний в размере 243 804 руб. до 30.07.2017.

16.03.2018 между должником и ФИО16 (Покупатель) был заключен договор купли-продажи квартиры №П/219-Зк указанной выше квартиры (запись о праве №50:55:0030415:480-50/055/2018-2), которым установлено, что Покупатель оплатил Продавцу полную цену Договора купли-продажи квартиры по Предварительному договору купли продажи квартиры№ П/219-Зк от 15.05.2015 на день подписания настоящего договора.

В свою очередь, согласно сведениям, имеющимся в распоряжении конкурсного управляющего, на расчетные счета должника от ФИО16 поступило только 3 273 804 рублей, при этом запросы конкурсного управляющего остались без ответа.

В результате совершенных привлекаемыми лицами сделок кредиторам должника причинен вред на сумму 9 479 052,48 руб.

Ответчиками ФИО2, ООО «ОМЕГА» совместно с аффилированными компаниями осуществлены действия по безвозмездному выводу активов Должника.

Между должником и ООО «ОМЕГА» был заключен договор купли-продажи №5-13-1 от 23.01.2020 нежилого помещения площадью 172,2 кв.м., кад. № 50:55:0010275:78, адрес (местоположение): 

<

...>, стоимостью (согласно договору) 7 500 000 руб. 

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, кадастровая стоимость указанного помещения составляет 11 106 421.28 руб.

Также, между должником и ООО «ОМЕГА» был заключен договор купли-продажи № 5/1-4 от 23.01.2020 нежилого помещения площадью 70,4 кв.м., кад. № 50:55:0010275:771, адрес (местоположение): 

<

...>, стоимостью (согласно договору) 2 900 000 руб.. Согласно сведениям из ЕГРН, кадастровая стоимость указанного помещения составляет 4 354 606,08 руб..

В свою очередь сведения об оплате указанного договора в распоряжении конкурсного управляющего отсутствуют.

В преддверии процедуры несостоятельности (банкротства) должника, контролирующие должника лица, производил отчуждение ликвидных активов, что подтверждается определениями Арбитражного суда Московской области от 20.08.2021г., 04.05.2022г. 

Должник на безвозмездной основе в лице его генерального директора ФИО2 подписывал договоры купли-продажи №5/1- 4, и купли-продажи № 5-13-1 от 23.01.2020 о выводе объектов недвижимости на ООО «Омега».

В результате совершенных привлекаемыми лицами сделок кредиторам должника причинен вред на сумму 15 461 027,36 рублей.

Вместе с тем в связи с наличием у указанных выше сделок признаков оспоримости, предусмотренных ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлениями об оспаривании данных сделок. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 20.08.2021 по делу № А41-110962/2019 договор купли-продажи №5/1-4 от 23.01.2020, заключенный между ООО «Диском» и ООО «Омега», соглашение о зачете взаимных требований от 06.03.2020, заключенное между ООО «Диском» и ООО «Омега», а также соглашение об отступном от 20.03.2020, заключенное ООО «Омега» и ООО «Техком» признаны недействительными. 

Применены последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу ООО «Диском» объекта недвижимого имущества.

Следует отметить, что все вышеперечисленные сделки совершались под контролем конечного бенефициарного владельца должника - ФИО4, соответственно, в его интересах.

На основании изложенного, в результате заключения указанных сделок, должнику причинен существенный, относительно масштабов деятельности вред, соответственно, данные сделки являлись заведомо невыгодными для должника.

Следует отметить, что в абзацах 2-6 пункта 13 Постановления №53 Пленума Верховного Суда установил четыре критерия, которые должны быть соблюдены, чтобы лицо могло быть привлечено к ответственности за несоблюдение требований ст. 9 Закона о банкротстве:

Лицо должно быть признано контролирующим по отношению к должнику в порядке статьи 61.10 Закона о банкротстве;

Лицо может быть привлечено к ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве только в том случае, если оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении руководителем должника данной обязанности.

В свою очередь применительно к данному критерию необходимо уточнить, что в силу абзаца 2 пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве предполагается, что лицо знает о наличии у должника признаков неплатежеспособности, если между ними имеется заинтересованность. Учитывая, что возникновение признаков неплатежеспособности автоматически обязывает руководителя должника обратиться с заявлением, заинтересованность создает презумпцию, согласно которой лицо знает о наличии у руководителя соответствующей обязанности.

Таким образом, если применительно к конкретному ответчику доказано наличие у него контролирующего статуса и заинтересованности по отношению к должнику, то этого достаточно, чтобы возникла оспоримая презумпция, в силу которой данный ответчик не мог не знать об обязанности руководителя должника обратиться в суд и о неисполнении последним своей обязанности.

Привлекаемое к ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве лицо должно обладать полномочиями по созыву общего собрания должника.

При этом для соблюдения данного критерия достаточно, чтобы у лица имелась формально- юридическая или фактическая возможность потребовать созыва общего собрания должника.

Применительно к данному критерию согласно пункту 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве требовать проведения досрочного заседания общего собрания обязаны не только лица, «имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания», но и «иные контролирующие должника лица». При этом пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве предусматривает субсидиарную ответственность для любых лиц, нарушивших статью 9 Закона о банкротстве.

Лицо не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве.

В связи с изложенным, привлеченные к субсидиарной ответственности контролирующие должника лица должны были обратиться в суд с заявлением/потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом:

Так, ответчик ФИО2, являясь руководителем должника, был обязан обратиться в суд с заявлением в срок не позднее 01.04.2018.

ФИО4, являясь конечным бенефициарным владельцем должника и, имея возможность давать прямые указания должнику и мажоритарному участнику должника (ООО «Экономтрансстрой»), был обязан потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в суд с заявлением о признании должника банкротом срок не позднее 10.04.2018.

ООО «ОМЕГА» являясь 100% участником должника, было обязано потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом срок не позднее 10.04.2019.

Доводы ООО «Омега», изложенные в апелляционной жалобе о том, что принадлежащая Обществу доля в уставном капитале ООО «Диском», находилась в залоге у ПАО «МКБ», связи с чем, не могло осуществлять права участника должника, в том числе, не могло инициировать собрание участников по вопросу обращения в суд с заявлением о банкротстве должника, отклонены апелляционной коллегией как необоснованные.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 358.15 ГК РФ, до момента прекращения залога права участника общества осуществляются залогодержателем, если иное не предусмотрено договором залога доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью. 

В рассматриваемом случае договором залога доли было предусмотрено иное, а именно, согласно пункту 1.9. Договора залога, доли права участника Общества в силу настоящего договора осуществляет залогодатель (то есть ООО «ОМЕГА»).

Кроме того, согласно пункту 1.4. договора залога доли после его заключения заложенное имущество не передаётся залогодержателю и остаётся у залогодателя.

Таким образом, несмотря на наличие договора залога доли, все права участника общества осуществлялись ООО «Омега», в том числе оно могло инициировать собрание участников общества по вопросу обращения в суд с заявлением о его банкротстве и голосовать по указанному вопросу.  

Указанное обстоятельство подтверждается представленными во исполнение  определения от 26.06.24 банком документами (договор залога и дополнительные соглашения к нему), которые исследованы в ходе рассмотрения апелляционных жалоб, с целью проверки доводов жалобы апелляционной коллегией, приобщены к материалам дела.

Доводы апелляционных жалоб проверены апелляционным судом и не могут быть признаны обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, основаны на неправильном толковании норм материального права, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определил спорные правоотношения, сделав вывод о наличии оснований для привлечения ФИО2, ФИО4 и ООО «Омега» к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.

Доводы апеллянтов об отсутствии причинения вреда, в связи с возвратом в конкурсную массу имущества по признанным недействительными сделкам, подлежат отклонению апелляционной коллегией.

           Признание сделок недействительными и применение последствий недействительности сделок не освобождает контролирующих должника лиц от субсидиарной ответственности, как и не образует преюдицию в обособленном споре о привлечении этого лица к субсидиарной ответственности, поскольку предмет и основание предъявленного в рамках настоящего обособленного спора требования и рассмотренных судом споров о признании сделок недействительными фактически не совпадают.

Аналогичная правовая позиция отражена в Определении Верховного Суда РФ от 3 июля 2020 г. N 305-ЭС19-17007(2).

Требование о привлечении к субсидиарной ответственности представляет собой требование к контролирующим лицам, направленное на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства, т.е. является формой гражданско-правовой ответственности. Конечная цель предъявления требования о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам. При этом размер ответственности исчисляется по правилам п. 11 ст. 61.11  Закона о банкротстве.

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявители не привели.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В остальной части определение суда от 14.03.24 заявителями не оспаривается.

Руководствуясь статьями 223, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 14 марта 2024 года по делу №А41-110962/19 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия.

 

Председательствующий

 

В.А. Мурина

 

Судьи:

 

С.Ю. Епифанцева

 

А.В. Терешин