СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                    Дело № А67-7428/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 июня 2021 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Хайкиной С.Н., 

судей Бородулиной И.И.,

                                                                      ФИО1,                                        

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2, с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО3 (№ 07АП-5145/2021) на решение от 19.04.2021 Арбитражного суда Томской области по делу № А67-7428/2020 (судья Кузьмин А.В.), по иску Компании «Rovio Entertainment Corporation» («Ровио Энтертейнмент Корпорейшн») (Кейларанта 7, 02150 Эспоо, Финляндия) к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (город Томск, ИНН 

<

***>, ОГРНИП 304701732901391), о взыскании 435 000 рублей,

третьи лица: индивидуальный предприниматель ФИО4 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 307263202400020), индивидуальный предприниматель ФИО5 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 304701728701002), общество с ограниченной ответственностью «Обувная фабрика «Башмачок» (428008, Чувашская Республика – Чувашия, 

<

...> здание 8Т, офис 2, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «МАШУК» (357528, 

<

...>, литер Г1, помещение 217 на 5 этаже, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «Обувная фабрика «Башмачок Плюс» (428008, Чувашская Республика – Чувашия, 

<

...> здание 8Т, офис 1, 2 ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

В судебном заседании приняли участие:

от  истца: ФИО6 – доверенность от 11.09. 20

от ответчика: без участия, извещен

УСТАНОВИЛ:

компания «Rovio Entertainment Corporation» (далее – истец, Компания) обратилась в Арбитражный суд Томской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ответчик, предприниматель, ИП ФИО3) о взыскании 435 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки №№ 1091303, 1086866, 1152679, 1152678, 1152687, 1153107, а также 700 руб. судебных расходов на приобретение вещественных доказательств, 229,54 руб. почтовых расходов.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее – ИП ФИО4), индивидуальный предприниматель ФИО5 (далее – ИП ФИО5), общество с ограниченной ответственностью «Обувная фабрика «Башмачок» (далее – ООО «ОФ «Башмачок»), общество с ограниченной ответственностью «МАШУК» (далее – ООО «Машук»), общество с ограниченной ответственностью «Обувная фабрика «Башмачок Плюс» (далее – ООО «ОФ «Башмачок Плюс»).

Решением Арбитражного суда Томской области от 19.04.2021 исковые требования удовлетворены, с ИП ФИО3 в пользу Компании взыскано 435 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки №№ 1091303, 1086866, 1152679, 1152678, 1152687, 1153507, а также 700 руб. судебных расходов на приобретение вещественных доказательств, 229 руб. 54 коп. почтовых расходов, 11 700 руб. судебных расходов на уплату государственной пошлины по иску, всего: 447 629 руб. 54 коп.

Не согласившись с принятым судебным актом, ИП ФИО3 обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, в заявленных истцом требованиях отказать.

В обоснование апелляционной жалобы её податель указывает, что заявленная к взысканию компенсация явно не соразмерна ни убыткам правообладателя, ни выявленному возможному правонарушению; судом первой инстанции не правомерно не применены положения статьи 1487 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которой не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия; истец превысил пределы защиты гражданских прав, преследуя цель получения дохода и причинения вреда ответчику; судом первой инстанции не правомерно отвергнут довод ответчика о том, что весь товар, закупленный истцом – является товаром из одной партии.

В отзыве на апелляционную жалобу Компания просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, возражая против доводов, изложенных в ней. На основании статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) отзыв приобщен к материалам дела.

Ответчик надлежащим образом извещен о месте и времени судебного заседания, в судебное заседание суда апелляционной инстанции представитель не явился.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотреть дело в отсутствие ответчика.

Исследовав материалы дела,  изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции считает решение суда не подлежащим отмене или изменению по следующим основаниям.

Из материалов дела следует,  24.03.2019, 25.03.2019, 31.03.2019, 08.02.2020, 21.02.2020 в торговых точках ответчика, расположенных по адресам: 

<

...>; 

<

...>; 

<

...>; 

<

...>; 

<

...>, осуществлена реализация товаров – футболок и детских тапок, содержащих обозначения сходные с товарными знаками №№ 1091303, 1086866, 1152679, 1152678, 1152687, 1153107, исключительные права на которые принадлежат истцу.

Претензией № 25275, 25152, 25174, 34762, 35208 Компания обратилась к ответчику с требованием выплатить компенсацию за нарушения исключительных прав на товарные знаки.

Неисполнение ответчиком требований претензии в добровольном порядке послужило основанием для обращения Компании в арбитражный суд с соответствующим иском.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки №№ 1091303, 1086866, 1152679, 1152678, 1152687, 1153107 и отсутствия оснований для снижения заявленной суммы компенсации.

Арбитражный апелляционный суд поддерживает выводы суда первой инстанции, в связи с чем отклоняет доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из установленных фактических обстоятельств дела и следующих норм права.

Права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации охраняются ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В силу статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В соответствии со статьей 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (часть 1 статьи 1515 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», а также положениями статьи 494 ГК РФ использованием исключительных прав является предложение к продаже (продажа) товара, совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу.

В силу статьи 493 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428 ГК РФ), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

С учетом вышеприведенных норм права, а также части 2 статьи 65 АПК РФ, по иску о защите исключительных прав на товарный знак подлежат установлению, в частности, обстоятельства использования ответчиком товарного знака истца или обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, в отношении товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован принадлежащий истцу товарный знак.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10) для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Материалами дела подтверждается, что Компания является правообладателем товарных знаков №№ 1091303, 1086866, 1152679, 1152678, 1152687, 1153107, правовая охрана которым предоставлена в отношении товаров 24 класса МКТУ – текстиль и текстильные изделия, что подтверждается выписками из Международного реестра торговых знаков.

Факт реализации представленных товаров подтверждается кассовыми чеками от 24.03.2019, от 25.03.2019, от 31.03.2019, от 08.02.2020, от 21.02.2020, видеозаписями контрольной закупки товаров, на которых отражена фактическая реализация товаров, а также самими товарами.

Таким образом, осуществив продажу спорного товара, ответчик нарушил исключительные права правообладателя на товарные знаки, поскольку материалами дела не подтверждается, что истец давал свое разрешение ответчику на использование принадлежащих ему товарных знаков, равно как и не представлены доказательства, подтверждающие наличие у ответчика прав на введение в гражданский оборот посредством розничной купли-продажи товара с товарными знаками истца.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о доказанности факта реализации ответчиком товара, содержащего обозначения исключительные права на которые принадлежат истцу.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 Постановления № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 62 Постановления № 10, суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В соответствии с абзацем 1 пункта 65 Постановления № 10 компенсация является мерой ответственности за факт нарушения, охватываемого единством намерений правонарушителя. Если истец - правообладатель обратился в суд с требованием о взыскании компенсации в твердом размере на основании пункта 1 статьи 1301, пункта 1 статьи 1311, пункта 1 статьи 1406.1, подпункта 1 пункта 4 статьи 1515, подпункта 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ в связи с созданием ответчиком контрафактных экземпляров (товаров), новые требования о взыскании компенсации к тому же лицу в отношении товара из той же партии (тиража, серии и т.п.) не подлежат рассмотрению.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что ответчик не доказал единства намерений при совершении правонарушений выявленных истцом.

Согласно абзацу 3 пункта 65 Постановления № 10 распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что ответчиком допущено 29 нарушений исключительных прав истца на товарные знаки. Так на четырех товарах (футболках) содержатся обозначения, сходные до степени смешения с шестью товарными знаками истца (№№ 1091303, 1086866, 1152679, 1152678, 1152687, 1153107), на одном товаре (тапках) – обозначения, сходные до степени смешения с пятью товарными знаками истца (№№ 1086866, 1152679, 1152678, 1152687, 1153107).

Довод ответчика о единстве намерений правонарушителя по фактам контрольных закупок 24.03.2019, 25.03.2019, 31.03.2019, 08.02.2020, 21.02.2020 не соответствует вышеприведенным нормативным положениям, поскольку в нарушение статьи 65 АПК РФ ответчиком не представлено доказательств приобретения товара в составе одной партии.

Отклоняя доводы ответчика о том, что спорные футболки произведены обществом «Машук» и приобретены одной партией у контрагента производителя – ИП ФИО4 суд первой инстанции верно исходил из того, что согласно обозначениям на бирках производителями футболок являются иные лица, а представленный в материалы дела каталог продукции производимый ООО «Машук» не содержит указания на товары реализованные ответчиком.

При этом согласно пояснений ООО «Машук», спорные футболки обществом не производились и не вводились в гражданский оборот, в связи с чем ссылка ответчика на то, что на реализованных футболках были размещены этикетки с нанесенным на них обозначением «Bossa Nova», используемым обществом «Машук», правомерно отклонены судом первой инстанции.

Доводы апеллянта о том, что в рассматриваемом случае должен действовать принцип исчерпания исключительных прав, признаются апелляционным судом несостоятельными.

В соответствии со статьей 1487 ГК РФ не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Следовательно, принцип исчерпания прав связан с непосредственным вводом в гражданский оборот товара по воле правообладателя объектов интеллектуальной собственности, что исключает незаконность использования данных объектов в силу легального характера и недопустимости повторной реализации прав на тот же товар.

Принцип исчерпания права означает, что правообладатель не может препятствовать использованию знака применительно к тем же товарам, которые введены в гражданский оборот им самим, либо с его согласия, то есть он не может осуществлять свое право дважды в отношении одних и тех же товаров, поставляемых на товарный рынок.

Таким образом, применительно к настоящему делу бремя доказывания должно быть распределено следующим образом: истец должен доказать наличие у него права на спорные объекты интеллектуальной собственности и использование его ответчиком. В свою очередь, ответчик должен опровергнуть эти обстоятельства либо представить доказательства соблюдения требований гражданского законодательства в части использования товарного знака истца.

Именно на ответчике лежит обязанность предоставления доказательств легальности ввода в гражданский оборот спорного товара. Между тем, ответчиком указанных доказательств не представлено.

Конституционный Суд РФ в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П указал на то, что лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, - с тем, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты - должно получить необходимую информацию от своих контрагентов.

Соответственно, ответчик мог самостоятельно предпринять меры по проверке сведений о товарных знаках.

В соответствии с пунктами 1, 5 статьи 1233 ГК РФ доказательством лицензионной продукции может являться лицензионный договор между правообладателем и поставщиком.

Таким образом, ответчик мог уже на этапе приобретения товара выяснить обстоятельства, при которых разрешал или не разрешал правообладатель осуществлять реализацию спорного объекта тем лицам, которые реализовали товар ответчику.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Следовательно, лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, может быть привлечено к ответственности за нарушение интеллектуальных прав применительно к пункту 3 статьи 1250 ГК РФ и при отсутствии его вины. Для рассмотрения настоящего спора не имеет правового значения вопрос о том, были ли проверены ответчиком сведения о принадлежности истцу исключительных прав на товарные знаки или нет.

В материалы дела ответчиком не представлено доказательств попыток проверить партию товара на контрафактность. Ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог и должен был осуществлять проверку закупаемой им продукции на предмет незаконного использования интеллектуальной собственности, и принимать меры по недопущению к реализации контрафактной продукции.

В абзаце третьем пункта 60 Постановление № 10 разъяснено, что нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав. 

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных этим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных тем же Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Пунктом 3 статьи 1250 ГК РФ установлено, что предусмотренные ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено этим Кодексом.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Вместе с тем, из абзаца третьего указанного пункта следует, что, если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Таких доказательств ответчик не представил.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Согласно пункту 4 этой же статьи, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истец заявил требования о взыскании компенсации в размере 435 000 руб. по 15 000 рублей за каждый факт (всего 29) нарушения исключительных прав.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание правовую позицию, изложенную Конституционным Судом Российской Федерации в пункте 3 Постановления от 24.07.2020 № 40-П, согласно которой будучи мерой гражданско-правовой ответственности, компенсация имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Соответственно, компенсация может быть больше, чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав. Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 № 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

На основании вышеизложенных разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации, принимая во внимание, что распространение контрафактной продукции, с одной стороны, наносит урон репутации правообладателя, снижает доверие со стороны покупателей, а также негативно отражается на коммерческой деятельности правообладателя, в том числе снижает интерес потенциальных партнеров к заключению лицензионных договоров, с другой стороны, от использования контрафактного товара страдают интересы не только правообладателей, но и потребителей, поскольку те вводятся в заблуждение при покупке, полагая, что приобретают качественный и лицензионный товар, апелляционный суд не усматривает правовых оснований для снижения заявленной к взысканию суммы компенсации.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного снижения компенсации со стороны суда.

Из материалов дела следует, что ответчик мотивированного ходатайства с надлежащим обоснованием возможности снижения размера компенсации в суде первой инстанции не заявлял, соответствующих доказательств не представлял. При этом, согласно данным информационной системы «Картотека арбитражных дел» ранее ответчик привлекался к ответственности за совершение аналогичных правонарушений.

При таких обстоятельствах, правовых оснований для снижения заявленной суммы компенсации у апелляционного суда не имеется.

По мнению апелляционного суда, заявленный истцом размер компенсации является соразмерным и обоснованным, доказательств обратного ответчиком не представлено, в связи с чем исковые требования о взыскании компенсации в общем размере 435 000 руб. правомерно удовлетворены судом первой инстанции в полном объеме.

Доводы апеллянта о злоупотреблении истцом своими права, с учетом установленных обстоятельств по делу, подлежат отклонению как несостоятельные.

По смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем использования их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением, установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление в иных формах.

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Злоупотребление правом может быть вызвано такими действиями лица, которые ставили другую сторону в положение, когда она не могла реализовать принадлежащие ей права.

Непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10 ГК РФ, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 № 17388/12).

Следовательно, для квалификации действий истца, как совершенных со злоупотреблением правом, должны быть представлены доказательства того, что сторона имела умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорной продукции, в деле не имеется. Осуществляя ее продажу без согласия правообладателя, ответчик нарушил исключительные права последнего.

Таким образом, действия истца по защите своих прав не могут являться злоупотреблением правом.

Требование о взыскании судебных расходов, в том числе стоимости приобретенного товара, почтовых расходов, государственной пошлины рассмотрено в соответствии со статьями 101, 106, 110, 112 АПК РФ. Апелляционная жалоба доводов в указанной части не содержит.

Ссылка подателя жалобы на судебную практику не может быть принята апелляционным судом во внимание, так как какого-либо преюдициального значения для настоящего дела не имеет.

В целом доводы апелляционной жалобы не влияют на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку, не опровергая выводов суда первой инстанции, свидетельствуют о несогласии с оценкой суда установленных обстоятельств по делу и имеющихся в деле доказательств, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены или изменения судебного акта.

При изложенных обстоятельствах решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, не подлежит отмене или изменению ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 19.04.2021 Арбитражного суда Томской области по делу № А67-7428/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО3 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

      ПредседательствующийС.Н. Хайкина

       судьи И.И. Бородулина

                                                                                                                      ФИО1