Дело № А43-23691/2015

город Владимир

25 мая 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 мая 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 мая 2022 года.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Белякова Е.Н., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы исполняющего обязанности конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ИЗКОРМ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2, ФИО3

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 22.09.2021 по делу № А43-23691/2015, принятое по заявлению конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Ильиногорский завод комбикормов «Изкорм»                  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО4 и открытого акционерного общества «Перспектива» (открытого акционерного общества «Дивеевский мясокомбинат») (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительной единой сделки по передаче имущества открытого акционерного общества «Ильиногорский завод комбикормов «Изкорм» в общество с ограниченной ответственностью «ИЗКОРМ» по цепочке договоров: договору купли-продажи от 29.07.20169 № 01, между открытым акционерным обществом «Ильиногорский завод комбикормов «Изкорм» и обществом с ограниченной ответственностью «Компас-52» и договору купли-продажи от 31.03.2017                          № К-52/17/11 между обществом с ограниченной ответственностью «Компас-52» и обществом с ограниченной ответственностью «ИЗКОРМ» и применении последствий их недействительности,

 

при участии:

от конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Ильиногорский завод комбикормов «Изкорм»  ФИО4 – ФИО5 на основании доверенности от  10.01.2022 сроком действия шесть месяцев, 

 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Ильиногорский завод комбикормов «Изкорм» (далее – Завод)                            в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий должника ФИО4 (далее – конкурсный управляющий)                  и общество с ограниченной ответственностью «Перспектива» (открытое акционерное общество «Дивеевский мясокомбинат») (далее – ООО «Перспектива») с заявлением о признании недействительной единой сделки по передаче имущества должника обществу с ограниченной ответственностью «Изкорм» (далее – Общество) по цепочке следующих договоров: договору купли-продажи                            от 29.07.2016 № 01 между Заводом (продавцом) и обществом с ограниченной ответственностью «Компас-52» (далее – ООО «Компас-52», покупателем) и договору купли-продажи от 31.03.2017 № K-52/17/11 между ООО «Компас-52» (продавцом) и Обществом (покупателем) и применении последствий их недействительности. 

Заявленные требования основаны на положениях статей 10, 168, 174 (подпункт 2), 174. 1 (подпункт 1) Гражданского кодекс Российской Федерации, пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.02.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 22.09.2021:

- заявление конкурсного управляющего должника ФИО4 и                    ООО «Перспектива» удовлетворил частично; 

- признал недействительной сделку по передаче автопогрузчик D 15.30.2, цвет оранжевый год выпуска 2013, заводской номер машины (рамы): 243, основной ведущий мост № 11L24128, номер двигателя: BJ 0520, коробка передачи 11Е20114, паспорт самоходной машины: ВЕ 404555 от Завода в Общество по цепочке следующих договоров: договору купли-продажи от 29.07.2016 № 01  между Заводом и ООО «Компас-52» и договору купли-продажи от 31.03.2017                           № K-52/17/11  между ООО «Компас-52» и Обществом;

- применил последствия недействительности сделки, взыскав с Общества в конкурсную массу Завода 804 000 руб., а также судебные расходы в размере                      13 500 руб.;

- определил по истечении срока на обжалование судебного акта перечислить с депозитного счета Арбитражного суда Нижегородской области оплату экспертизы индивидуальному предпринимателю  ФИО6 на основании счета от 02.02.2021 № 02/2.

Не согласившись с принятым судебным актом, исполняющий обязанности конкурсный управляющий Общества ФИО2 (далее – конкурсный управляющий ФИО2)  и ФИО3 обратились в суд апелляционной инстанции с апелляционными жалобами, в которых просили отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

Конкурсный управляющий ФИО2, оспаривая законность принятого судебного акта, указывает на перечисление Обществом денежных средств                      ООО «Компас 52» в полном объеме, что подтверждается выпиской с расчетного счета Общества и опровергает выводы суда первой инстанции о неравноценности сделки. По мнению заявителя, об отсутствии неравноценного встречного исполнения свидетельствует  

постановление

 о передаче нереализованного                           в принудительном порядке имущества должника от 28.12.2020 по цене 290 250 руб.

Заявитель апелляционной жалобы считает необоснованными выводы суда первой инстанции об осуществлении Обществом деятельности  на базе активов Завода и обусловленности такой деятельности наличием возможности использования таких активов и направления мажоритарным акционерам Завода,                 а также о совершении оспариваемой сделки в целях вывода ликвидного имущества при злоупотреблении правом.

С точки зрения, судом первой инстанции при принятии обжалуемого судебного акта учтены неустановленные обстоятельства по иному делу и неверно квалифицированы правоотношения.

Заявитель, ссылаясь на положения части 4 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, также считает, что судом первой инстанции неправильно применены последствия недействительности сделки, поскольку спорное имущество в натуре не подлежит возврату от Общества к Заводу. Заявитель отмечает, что Общество не является заинтересованным лицом или недобросовестным покупателем по оспариваемой сделке; никогда не являлось контролирующим должника лицом.

ФИО3, оспаривая законность принятого судебного акта, указывает на то обстоятельство, что суд первой инстанции при рассмотрении настоящего требования вышел за пределы заявленных требований, дав правовую оценку неоспариваемым в рамках настоящего спора договорам купли-продажи                         от 01.02.2017 № ИЗК-2017/41 и от 312.03.2017 № К-52/2017/14 и рассматриваемым в другом споре.

Заявитель апелляционной жалобы также считает необоснованным вывод суда первой инстанции о наличии аффилированности между Обществом и Заводом со ссылкой на определение от 01.02.2021 по делу № А43-6758/2020, в то время как данным судебным актом указанная аффилированность установлена не была. При этом судом не были учтены специфика партнерских отношений между должником и Обществом, а также осуществление ФИО3 обязанностей исполняющего обязанностей директора Завода в короткий промежуток времени (март-май 2016 года), когда единственным участником общества с ограниченной ответственностью «Илагро Финанс» был ФИО7, а не ФИО9, ФИО7 и ФИО8.

С точки зрения заявителя апелляционной жалобы, вывод суда первой инстанции относительно передачи Заводом всего недвижимого имущества по договору аренды от 01.10.2017 № И-207/112, обеспечив себе и мажоритарным акционерам Завода беспрепятственное нахождение на имущественном комплексе комбикормового производства в целях создания формально-правовых гарантий перед введением процедуры сохранения контроля и управления над активами должника, подлежащими включению в конкурсную массу должника, не соответствует обстоятельствам дела и противоречит обстоятельствам, установленным определением от 11.07.2019. Заявитель отмечает, что заключение договора аренды позволило Заводу функционировать за счет получаемых арендных платежей.

Кроме того, ФИО3 считает необоснованным вывод суда первой инстанции об осуществлении Обществом предпринимательской деятельности по производству и хранению сельскохозяйственных кормов в отсутствие лицензии на эксплуатацию взрывопожароопасных и химически опасных производственных объектов.

По мнению ФИО3 суду следовало определить рыночную стоимость спорного имущества по состоянию на 31.03.2017. Полагает, что  экспертом неверно определена рыночная стоимость спорного имущества на дату первой сделки – 29.07.2016 в размере 804 000 руб., поскольку учитывая его дату выпуска, использования и амортизации спорное имущество не могло иметь такую стоимость.

Более подробно доводы изложены в апелляционных жалобах конкурсного управляющего Общества и ФИО3 и дополнении к ней.

В ходе рассмотрения апелляционных жалоб от ФИО3 поступило ходатайство о переходе к рассмотрению настоящего спора по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации ввиду ненадлежащего извещения ФИО3 о дате и времени  судебного заседания.

ФИО9 в отзыве на апелляционные жалобы поддержал ходатайство ФИО3 о переходе к рассмотрению настоящего спора по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, просил его удовлетворить.

Конкурсный управляющий должника в отзыве и дополнении к нему указал на необоснованность доводов апелляционных жалоб; просил оставить определение суда без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения; заявил ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие. Также конкурсный управляющий просил отказать в удовлетворении ходатайства ФИО3 о переходе к рассмотрению настоящего спора по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Рассмотрев ходатайство ФИО3 о переходе к рассмотрению настоящего спора по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его удовлетворения в силу следующего.

На основании части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при наличии оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 настоящего Кодекса, арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции. О переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции выносится определение с указанием действий лиц, участвующих в деле, и сроков осуществления этих действий.

В соответствии с частью 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекс Российской Федерации лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном настоящим Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

Лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если, несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд (пункт 2 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекс Российской Федерации).

В силу части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекс Российской Федерации лица, участвующие в деле, должны самостоятельно принимать меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Пунктом 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» установлено, что основанием для отмены судебного акта арбитражного суда в любом случае согласно пункту 2 части 4 статьи 270, пункту 2 части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из участвующих в деле лиц, не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

При этом суду апелляционной инстанции следует исходить из того, что извещение является надлежащим, если в материалах дела имеются документы, подтверждающие направление арбитражным судом лицу, участвующему в деле, копии первого судебного акта по делу в порядке, установленном статьей 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и ее получение адресатом (уведомление о вручении, расписка, иные документы согласно части 5 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), либо иные доказательства получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся процессе (часть 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), либо документы, подтверждающие соблюдение одного или нескольких условий части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 13.04.2020 заявление конкурсного управляющего и ООО «Перспектива» о признании сделки должника недействительной и применении последствий ее недействительности, принято к производству и назначено к рассмотрению; указанным определением к участию в деле привлечены третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, в том числе ФИО3 (том 1, листы дела 1-2).

Указанное определение опубликовано в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте https://kad.arbitr.ru/ в разделе «Картотека» 14.04.2020.

Определение от 13.04.2020 направлено судом первой инстанции лицам, участвующим в обособленном споре, в том числе ФИО3 по адресу: улица Свердлова, дом 2, квартира 30, город Балахна, Нижегородской области (идентификационный номер 60308247098081) и получено Охапкиным 05.05.2021, что подтверждается уведомлением о вручении (том 1, лист дела 3).

Заявляя о ненадлежащем извещении, ФИО3 указывает на то обстоятельство, что определения суда направлены не по адресу его регистрации и фактического проживания, поскольку ФИО3 зарегистрирован и проживает по адресу: улица Ульяновой, дом 52, города Балахна Нижегородской области.

Между тем, представленной в материалы дела по запросу суда адресной справке, ФИО3 в период с 01.06.1999 по 30.07.2021 был зарегистрирован по адресу: улица Свердлова, дом 2, квартира 30, города Балахна, Нижегородской области; с 30.07.2021 зарегистрирован по адресу: улица Ульянова, дом 52, города Балахна, Нижегородской области.

Таким образом, определение суда первой инстанции от 13.04.2020 о принятии заявления по настоящему спору к производству и привлечении     ФИО3 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было направлено по адресу места регистрации и жительства ФИО3 и вручено ему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

На основании статьи 124 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны сообщить арбитражному суду об изменении своего адреса во время производства по делу. При отсутствии такого сообщения копии судебных актов направляются по последнему известному арбитражному суду адресу и считаются доставленными, хотя бы адресат по этому адресу более не находится или не проживает.

ФИО3, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения настоящего спора, о смене места регистрации суд не известил, в связи с чем суд правомерно направлял уведомления по последнему известному ему адресу. После получения первого извещения ФИО3 в силу части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязан отслеживать движения рассмотрения дела.

Установив что, при рассмотрении дела судом первой инстанции не допущено нарушение норм процессуального права, предусмотренных пунктом 2 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, которое является основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции в любом случае, суд апелляционной инстанции оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения обособленного спора в арбитражном суде первой инстанции, не усмотрел.

 Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  лиц участвующих в деле (за исключением представителя конкурсного управляющего ОАО «Ильиногорский завод комбикормов «Изкорм»  ФИО4), извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статьей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 31.07.2013 между обществом с ограниченной ответственностью «Волжский погрузчик» (продавец), обществом с ограниченной ответственностью «РЕСО-Лизинг» (покупателем) и Заводом (получателем) заключен договор купли-продажи автопогрузчика D 15.30.2, цвет оранжевый год выпуска 2013, заводской номер машины (рамы): 243, основной ведущий мост № 11L24128, номер двигателя:                      BJ 0520, коробка передачи 11Е20114, паспорт самоходной машины: ВЕ 404555. 

Стоимость имущества составила 791 000 руб. (пункт 2.1 договора).

Также Заводом  заключен договор лизинга от 31.07.2013                                                 № 668НН-ИЗК/01/2013 с обществом с ограниченной ответственностью                         «РЕСО-Лизинг», по условиям которого приобретенный автопогрузчик передается Заводу на условиях лизинга до 31.08.2016. 

Между ООО «РЕСО-Лизинг» и Заводом 29.07.2016  подписан акт приема-передачи к договору лизинга  от 31.07.2013 № 668НН-ИЗК/01/2013, согласно которому в связи с досрочным закрытием договора лизинга лизингодатель передал, а лизингополучатель принял автопогрузчик D 15.30.2, цвет оранжевый год выпуска 2013, заводской номер машины (рамы): 243, основной ведущий мост № 11L24128, номер двигателя: BJ 0520, коробка передачи 11Е20114. 

Впоследствии между ООО «Компас-52» (покупатель) и Заводом (продавец) заключен договор купли-продажи от 29.07.2016, паспорт самоходной машины:              ВЕ 404555. 

В пункте 3.2 договора сторонами согласована стоимость имущества в размере 200 000 руб. 

Между ООО «Компас-52» (продавцом) и Обществом (покупателем) 29.03.2017  заключен договор купли-продажи автопогрузчика D 15.30.2, цвет оранжевый год выпуска 2013, заводской номер машины (рамы): 243, основной ведущий мост № 11L24128, номер двигателя: BJ 0520, коробка передачи 11Е20114, паспорт самоходной машины: ВЕ 404555. 

Стоимость имущества составила 200 000 руб. (пункт 3.2 договора).

Решением от 20.11.2017 Завод признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыта процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим должника утвержден ФИО10; определением от 23.12.2019 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4.

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о признании единой сделки по передаче имущества должника Обществу по цепочке следующих договоров: договору купли-продажи от 29.07.2016 № 01 между Заводом (продавцом) и ООО «Компас-52» (покупателем) и договору купли-продажи от 31.03.2017 № K-52/17/11 между ООО «Компас-52» (продавцом) и Обществом (покупателем) и применении последствий их недействительности.

В силу пункта 1 статьи 61.1  Закон о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Конкурсному управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений и о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (статья 61.9 и пункт 3 статьи 129 Закона о банкротстве).

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В соответствии с абзацами 2 и 3 пункта 9.1 Постановления № 63 если сделка с предпочтением была совершена в течение шести месяцев до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в статье 61.3 Закона о банкротстве, а потому доказывание иных обстоятельств, определенных пунктом 2 статьи 61.2 (в частности, цели причинить вред), не требуется.

Если же сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за три года, но не позднее чем за шесть месяцев до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при доказанности всех предусмотренных им обстоятельств (с учетом пунктов 5 – 7 настоящего постановления). При этом, применяя такой признак наличия цели причинить вред имущественным правам кредиторов, как безвозмездность оспариваемой сделки, необходимо учитывать, что для целей определения этого признака платеж во исполнение, как денежного обязательства, так и обязательного платежа приравнивается к возмездной сделке (кроме платежа во исполнение обещания дарения).

Конечной целью оспаривания подозрительных сделок в деле о банкротстве является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 Постановления № 63 разъясняется, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которым недостаточность имущества – это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера его денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов), а под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Судом установлено и не противоречит материалам дела, что на момент совершения оспариваемой сделки у Общества имелись неисполненные обязательства перед обществом с ограниченной ответственностью «УНЕКСгбХ» в размере 6 250 667 руб. Указанное подтверждено постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2020 по делу № А43-23691/2015.

Данные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о наличии у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества на момент совершения оспариваемой сделки.

Между тем, учитывая разъяснения, изложенные в абзаце 5 пункта 6 Постановления № 63, само по себе наличие указанного признака, не свидетельствует о том, что сделка по отчуждению имущества совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

В рассматриваемом случае следует установить наличие у сторон цели причинения вреда кредиторам должника при заключении оспариваемой сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации  договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным.

В пунктах 3.2 договоров от 29.07.2016 № 01 и от 23.03.2017 № К-52/17/11 согласовано, что стоимость спорного транспортного средства составляет                         200 000 руб.

В целях определения рыночной стоимости спорного транспортного средства судом первой инстанции назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено индивидуальному предпринимателю ФИО6, по результатам которой получено экспертное заключение от 25.01.2021 № 02-21.

Согласно экспертному заключению от 25.01.2021 № 02-21, рыночная стоимость спорного транспортного средства по состоянию на 29.07.2016 составляет 804 000 руб.

Подготовленное заключение содержит полную информацию по поставленному вопросу, экспертом обоснованы применяемый подход оценки стоимости транспортных средств по состоянию на дату совершения сделок с учетом корректировок на физический износ, год выпуска, пробег. При выборе аналогов оценщиком осуществлен мониторинг информации  в открытом доступе на специализированных сайтах в сети «Интернет» при проведении экспертизы эксперт, руководствуясь положениями Федерального закона от 29.07.1998                   №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», Федеральным стандартом оценки «Общие понятия оценки, подходы и требования к проведению оценки» (ФСО № 1), Федеральным стандартом оценки «Цель оценки и виды стоимости» (ФСО № 2), Федеральным стандартом оценки «Требования к отчету об оценке» (ФСО № 3), использовал затратный подход, в результате чего получен ориентир рыночной стоимости движимого имущества.

Довод апелляционной жалобы о том, что установленная экспертным заключением от 25.01.2021 № 02-21 стоимость спорного транспортного средства является неверной, отклоняется судом апелляционной инстанции.

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов относятся к доказательствам, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

При этом, само по себе несогласие стороны с выводами экспертизы, при соответствии ее требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не может являться основанием для признания его не относимым, недопустимым, недостоверным доказательством.

Проанализировав экспертное заключение от 25.01.2021 № 02-21, оценив выводы, изложенные в нем, суд апелляционной инстанции не усмотрел в нем каких-либо противоречий и необоснованных выводов. Данное заключение соответствует статье 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 12 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» по его форме и содержанию, включает выводы и ответы на поставленные арбитражным судом вопросы.

Заключение эксперта является ясным и полным, противоречия в выводах эксперта отсутствуют, в связи с чем оснований для его исключения из числа доказательств по делу не имелось.

Доказательств, свидетельствующих об иной стоимости транспортного средства, не представлено.

При отсутствии надлежащих доказательств, опровергающих выводы, указанные в экспертном заключении от 25.01.2021 № 02-21, рассматриваемое заключение является надлежащим доказательством об установлении рыночной стоимости спорного транспортного средства. 

С учетом изложенного, приняв во внимание экспертное заключение                         от 25.01.2021 № 02-21, суд первой инстанции пришел к верному выводу о значительном занижении цены имущества, переданного должником по оспариваемой сделке.

Кроме того, вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации материалы дела не содержат доказательств оплаты Обществом полученного от должника спорного имущества.

Поскольку спорная сделка совершена безвозмездно, следовательно, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов совершением данной сделки предполагается.

В силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с указанными физическими лицами в отношениях, определенных пунктом 3 данной статьи (супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга).

Согласно разъяснениям, приведенных в пункте 7 Постановления № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо, если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Вместе с тем, исходя из сформировавшегося судебной практикой подхода при рассмотрении споров в рамках дела о банкротстве значение имеет не только «юридическая» аффилированность сторон сделки, но и фактическая, которая прослеживается при отсутствии формальных признаков заинтересованности между физическими лицами, содержащимися в статье 19 Закона о банкротстве, критерием определения которой является поведение сторон, недоступное (нехарактерное) обычным участникам оборота.

Так, о соответствующем обстоятельстве (аффилированности сторон, совершение сделки с целью предотвращения взыскания на нее) может свидетельствовать отсутствие целесообразности совершения каждой сделки в отдельности, после приобретения фактически не контролируется, и в последующем продается в короткий срок без видимой причины.

Указанное обусловлено тем, что фактические взаимосвязанные стороны сделки скрывают соответствующую связь между собой, не заинтересованы в раскрытии всех обстоятельств сделки.

Наличие фактической аффилированности Общества и Завода установлен определением Арбитражного суда Нижегородской области от 23.09.2021 по настоящему делу, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2021, постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 14.04.2022.

В рассматриваемой ситуации по оспариваемой цепочке сделок конечным приобретателем спорного имущества является Общество.

Как разъяснено в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2017, при рассмотрении спора о признании недействительной сделки на основании положений пункта 3 статьи 61.2 Закона о банкротстве для определения того, причинила ли оспариваемая сделка вред кредиторам, суд должен учесть условия других взаимосвязанных с ней сделок, определяющих общий экономический эффект для имущественного положения должника.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника к другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка – сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества.

Таким образом, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021).

Совокупный экономический эффект, полученный в результате заключения и последующего исполнения таких сделок, заключается, в конечном счете, в выводе активов должника с целью воспрепятствования обращения на него взыскания по обязательствам перед кредиторами, что позволяет сделать вывод о взаимосвязанности последовательно совершенных сделок, объединенных общей целью юридических отношений. Данный механизм вывода активов в преддверии банкротства с использованием юридически несвязанного с должником лица является распространенным явлением, реализуемым посредством совершения цепочки хозяйственных операций по выводу активов на аффилированное с должником лицо по взаимосвязанным сделкам.

В силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в первом абзаце пункта 87 и в абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015                № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок.

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора, исходя из заявленных оснований оспаривания, имели обстоятельства, касающиеся установления наличия (отсутствия) факта притворности последовательных сделок купли-продажи, реальности передачи фактического контроля над объектами недвижимости конечному покупателю, для чего необходимо определить намерение сторон: соответствовала ли их воля волеизъявлению, выраженному во вне посредством оформления документов, формально свидетельствующих о совершении не одной, а нескольких сделок (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 08.12.2020 № 308-ЭС18-14832(3,4) по делу                                      № А25-1087/2018).

Правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку – ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678).

Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной.

Необходимо также учитывать, что совершая сделку лишь для вида, стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь создать реальных правовых последствий. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411 и от 23.11.2017 № 305-ЭС17-10308).

В отношении прикрывающей сделки ее стороны, как правило, изготавливают документы так, что у внешнего лица создается впечатление будто бы стороны действительно следуют условиям притворного договора. Однако существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имеют обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом.

Наличие доверительных отношений позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок. Соответствующая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230.

Судом правомерно дана оценка всем оспариваемым сделкам в совокупности, так как имеются основания полагать, что фактически все две сделки являются последовательной цепочкой действий, направленной на достижение единого результата.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом установленных обстоятельств, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что оформление цепочки договоров (договора купли-продажи от  29.07.2016  и последующего договора купли-продажи от 31.03.2017) представляет собой единую сделку, представляющей собой схему вывода ликвидного актива должника путем отчуждения через заинтересованных лиц по отношению к должнику, при этом конечным выгодоприобретателем (собственником) спорного имущества стало лицо, которым не представлено доказательств расчета за спорное ликвидное имущество; целью вывода активов являлось недопущение реализации имущества для последующего удовлетворения требований кредиторов. 

Из материалов дела не следует, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись денежные средства либо иные активы в размере, достаточном для погашения задолженности перед кредиторами, а также того, что в результате совершения оспариваемой цепочки сделок улучшилось финансовое состояние должника.

В рассматриваемом случае отчуждение спорного движимого имущества по оспариваемой цепочке сделок привело к безвозмездному выбытию из состава имущества должника ликвидного актива, вследствие чего кредиторы утратили возможность получить удовлетворение своих требований за счет указанного имущества.

Совершение в условиях неплатежеспособности должником и ответчиками цепочки взаимосвязанных сделок между аффилированными лицами, объединенной общей целью (вывод ликвидного имущества должника), в результате чего должник лишился ликвидного актива, свидетельствует о заключении оспариваемых сделок при злоупотреблении правом сторонами сделок и наличии оснований для признания данных сделок недействительными в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанные обстоятельства позволили суду квалифицировать прикрываемые сделки как совершенные при злоупотреблении правом с целью причинения вреда кредиторам и причинившие такой вред, а также прийти к выводу об осведомленности Общества о цели причинения вреда от сделок (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Арбитражный суд апелляционной инстанции, принимая во внимание  дату совершения сделок и дату введения в отношении должника процедуры наблюдения, также поддерживает выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания сделки недействительной по части 2 статьи 174, части 1 статьи 174.1  Гражданского кодекса Российской Федерации.

Довод конкурсного управляющего об отсутствии неравноценности спорной сделки, опровергается представленным в материалы дела доказательствам и установленным судом обстоятельствам, в связи с чем отклоняется судом апелляционной инстанции.

Ссылка конкурсного управляющего ФИО2 о перечислении Обществом денежных средств ООО «Компас 52» в полном объеме, не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку в данном случае сторонами фактически совершена единая сделка по купле-продаже имущества между  Обществом и Заводом. Доказательств внесения Обществом денежных средств Заводу в счет оплаты приобретенного имущества в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации материалы дела не содержат.

Утверждение ФИО3 о том, что суд первой инстанции при рассмотрении настоящего требования вышел за пределы заявленных требований, дав правовую оценку неоспариваемым в рамках настоящего спора договорам купли-продажи от 01.02.2017 № ИЗК-2017/41 и от 31.03.2017 № К-52/2017/14 и рассматриваемым в другом споре, не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку не соответствует фактическим обстоятельствам дела. В данном случае, суд не давал оценку указанным сделкам на предмет их соответствия закону, а лишь констатировал факт их совершения.

Позиция ФИО3 об отсутствии аффилированности между Обществом и Заводом опровергается представленными в материалы дела доказательствами и установленными судом обстоятельствами, в связи с чем отклоняется судом апелляционной инстанции.

Доводы конкурсного управляющего и ФИО3 о необоснованности выводов суда первой инстанции об осуществлении Обществом деятельности на базе активов Завода и обусловленности такой деятельности наличием возможности использования таких активов и направления мажоритарным акционерам Завода, а также о совершении оспариваемой сделки в целях вывода ликвидного имущества при злоупотреблении правом, а также об осуществлении Обществом предпринимательской деятельности по производству и хранению сельскохозяйственных кормов в отсутствие лицензии на эксплуатацию взрывопожароопасных и химически опасных производственных объектов, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку опровергается обстоятельствами установленными вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Нижегородской области от 23.09.2021, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2021, постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 14.04.2022.

Общим последствием недействительности сделок, предусмотренным пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, является возврат другой стороне всего полученного по сделке.

В статье 61.6 Закона о банкротстве предусмотрены специальные последствия недействительности сделки в условиях, когда одна из ее сторон является банкротом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В пункте 29 Постановления № 63 разъяснено, что в случае, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Судом установлено, что возврат спорного автомобиля в конкурсную массу невозможен ввиду обращения на него взыскания судебными приставами-исполнителями по обязательствам Общества, в связи с чем с последнего подлежат взысканию денежные средства в размере рыночной стоимости автомобиля.

Рыночная стоимость спорного автомобиля определена путем назначения судебной экспертизы, согласно результатам которой  она составляет 804 000 руб.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно применили последствия недействительности сделки в виде взыскания с Общества в конкурсную массу должника 804 000 руб., составляющих рыночную стоимость автомобиля, возврат которого в натуре невозможен.

Довод конкурсного управляющего о неправильном применении последствий недействительности сделки, отклоняется судом апелляционной инстанции.

Согласно третьему абзацу пункта 16 Постановления № 63, если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска.

В силу статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В рассматриваемом случае, установив, что Общество является аффилированным к должнику и ООО «Компас-52» лицом, которое функционировало на базе активов Завода, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии у Общества обязанности возместить должнику стоимость транспортного средства.

С учетом изложенного оснований для отмены обжалуемого судебного акта по приведенным в апелляционных жалобах доводам не имеется.

Утверждение заявителей жалоб о том, что судом первой инстанции не дана оценка доводам и доказательствам, представленным в обоснование позиции, отклоняются как несостоятельные. Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом нижестоящей инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц. Несогласие с оценкой, данной судами фактическим обстоятельствам и представленным в материалы дела доказательствам, не свидетельствует о нарушении судами норм права.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителей жалоб признаются необоснованными.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалоб и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителей апелляционных жалоб.

Учитывая, что конкурсному управляющему Общества в порядке статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации предоставлялась отсрочка по уплате государственной пошлины, с Общества подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3000 руб.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 22.09.2021 по делу           № А43-23691/2015 оставить без изменения, апелляционные жалобы исполняющего обязанности конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ИЗКОРМ» ФИО2, ФИО3 – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ИЗКОРМ» в бюджет 3000 руб. расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго?Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго?Вятского округа.

 

Председательствующий судья

О.А. Волгина

 

Судьи

 

Е.Н. Беляков

 

Д.В. Сарри