ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

 

02 марта 2022 г.                                                                                 Дело № А65-15566/2019

 

Резолютивная часть постановления оглашена 22 февраля 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 02 марта 2022 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Серовой Е.А.,

судей Львова Я.А., Назыровой Н.Б.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

с участием:

от ФНС России - ФИО2 по доверенности от 19.01.2022г.,

от ФИО3 - ФИО4 по доверенности от 29.01.2021г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2

апелляционную жалобу  ФНС России

на определение  Арбитражного суда Республики Татарстан от 10 декабря 2021 года, принятое по заявлению (вх. 5710) ФНС России к ФИО3, ФИО5 о признании недействительными сделок

в рамках дела № А65-15566/2019

о несостоятельности (банкротстве) ФИО6, 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 октября 2019 года принято к производству заявление о признании ФИО6 банкротом.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.11.2020г. ФИО6 (ИНН 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом). Введена в отношении ФИО6 процедура реализации имущества гражданина сроком на четыре месяца до 27.02.2021. Утвержден финансовым управляющим должника ФИО7 (ИНН 

<

***>), член Ассоциации саморегулируемой организации «Объединение арбитражных управляющих «Лидер».

В Арбитражный суд Республики Татарстан 02.02.2021г. поступило заявление Федеральной налоговой службы России о признании недействительными сделок ФИО6 по отчуждению недвижимого имущества в пользу ФИО3, а также применении последствий недействительности сделок (вх. 5710).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10 декабря 2021 года отказано в удовлетворении заявленного требования.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФНС России обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10 декабря 2021 года, удовлетворить заявленное требование.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28 января 2022 года апелляционная жалоба принята к производству. Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на 22 февраля 2022 года.

В судебном заседании представитель ФНС России апелляционную жалобу поддержал.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям представленного отзыва.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 10 декабря 2021 года, принятое по заявлению (вх. 5710) ФНС России к ФИО3, ФИО5 о признании недействительными сделок в рамках дела № А65-15566/2019, в связи со следующим.

Из материалов дела следует, 30 сентября 2015 года между должником и ФИО5 заключен договор купли продажи земельного участка и нежилого здания (торгового павильона), в соответствии с которым должник продал, а ФИО5 приобрела в собственность земельный участок с кадастровым номером 16:50:110102:0099, общей площадью 259 кв.м., и расположенное на нем нежилое здание (торговый павильон) с кадастровым номером 16:50:110102:2476, общей площадью 149,10 кв.м., находящиеся по адресу: 

<

...> напротив д. 9. Согласно условиям договора объекты оценены сторонами в 4 867 000 руб. Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан 10.11.2015 года.

В последующем, указанные выше объекты недвижимости по договору купли -продажи от 14 ноября 2015 года проданы ФИО3

Уполномоченный орган, полагая, что договор купли-продажи от 30.09.2015г. и договор купли-продажи от 14 ноября 2015 года являются мнимыми, заключены между заинтересованными лицами на безвозмездной основе в условиях неплатежеспособности должника, направлены на причинение вреда кредиторам, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Пунктом 1 статьи 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) предусмотрено, что отношения связанные с банкротством граждан, урегулированы главой Х «Банкротство граждан», а также главами I - VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного Закона.

В силу п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом в пункте 3 приведенной статьи предусмотрено, что правила об оспаривании сделок должника в деле о банкротстве должника могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств, возникающих в соответствии с гражданским законодательством.

Поскольку оспариваемые договоры заключены, то есть прошли государственную регистрацию после 01.10.2015, поэтому его оспаривание возможно как по специальным основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», так и на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Обращаясь с настоящим заявлением, уполномоченный орган ссылался на ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.10.2019 принято заявление о признании должника несостоятельным (банкротом).

Оспариваемый договор купли-продажи заключен 30.11.2015г., то есть в пределах трехгодичного срока, предусмотренного пунктом 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что может быть признана арбитражным судом недействительной сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал  признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы

Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В статье 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» раскрыты понятие неплатежеспособности и недостаточности имущества должника (абзац пятый пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Под первой категорией понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств; под недостаточностью имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Согласно реестру требований кредиторов размер задолженности должника, перед уполномоченным органом (единственным кредитором) составляет 2 933 098,47 руб.

Из обособленного спора по рассмотрению заявления уполномоченного органа о включении требования в реестр, и справки налогового органа следует, что на дату совершения оспариваемых сделок (30.09.2015г. и 14.11.2015) размер неудовлетворенных требований уполномоченного органа с наступившими сроками платежей, которые по настоящему делу включены в реестр требования кредиторов должника составлял 847 944,11 руб., в т.ч.: 294 257,11 руб. - срок оплаты 01.10.2015г., 125 852 руб. - срок оплаты 01.10.2015г., 261 780 руб. - срок оплаты 01.12.2016г., 166 055 руб. - срок оплаты 01.12.2016г.

Вместе с тем, из материалов дела следует, должником в 2015 и 2016 году производились действия по оплате начисленных налогов и пеней, данные обстоятельства также следуют из справки ПАО «Сбербанк» от 28.05.2015г., в соответствии с которой 23.05.2015г. должником оплачена задолженность по транспортному налогу в размере 365 916 руб. 40 коп., по пеням в размере 41140 руб. по земельному налогу в размере 41 256 руб. 70 коп., по налогу на имущество в размере 47 322 руб. 80 коп., задолженности по пеням в размере 6 726 руб. 90 коп. и 5 606 руб. 50 коп. 

Согласно квитанциям о погашении долга по исполнительным производствам произведена оплата 22.05.2015г. в размере 19 326 руб. 71 коп. по исполнительному производству №93023/14/02/16 от 15.05.2014г.; 29.05.2015г. в размере 3658.89 руб. по исполнительному производству № 123364/15/16002-ИП от 06.04.2015г.; 03.06.2015г. в размере 10330,76 руб. по исполнительному производству №138050/15/16002-ИП от 28.05.2015г.; 19.08.2016г. в размере 3357 руб. по исполнительному производству №99165/16/16006-ИП от 04.08.2016г. Произведены погашения страховых взносов в общем размере 79 439,60 руб. в том числе 08.05.2015г. в размере 77 763, 20 руб.; 05.03.2016г. в размере 1 247,28 руб.; 15.06.2016г. в размере 429,12 руб.

Представленная ответчиком в материалы дела страница с личного кабинета налогоплательщика должника по состоянию на 09.06.2015г. содержит сведения о начисленных обязательных платежах в размере 577 095, 30 руб. из которых уплачено 511 858 руб. 12 коп.

При этом, как верно указано судом первой инстанции, само по себе наличие задолженности, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на дату совершения сделки.

Следует отметить, что ФНС является единственным кредитором должника по обязательствам возникшим после совершения первоначальной сделки в 2015 году.

Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации в определении от 17.12.2020г. по делу № 305-ЭС20-12206 отмечено, что конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия либо с большой долей вероятности могли возникнуть в обозримом будущем. При отсутствии кредиторов как таковых намерение причинить им вред у должника возникнуть не может. 

Указанное свидетельствует о том, что заключенные договора не могут быть направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности уполномоченного органа, что является обязательным условием для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом при рассмотрении дела о банкротстве.

Доказательств, подтверждающих, что в результате совершения оспариваемых сделок должник стал отвечать признакам неплатежеспособности также не представлено.

Напротив, согласно сведениям, представленным финансовым управляющим и налоговым органом у должника, имелись иные объекты движимого и недвижимого имущества. 

Доводы уполномоченного органа об отсутствии доказательств, подтверждающих наличие иного имущества отклоняются судебной коллегией, поскольку из заявления уполномоченного органа о признании должника несостоятельным (банкротом), приложения к заявлению уполномоченного органа, отчета финансового управляющего следует, что в собственности должника на дату совершения сделки имелись объекты недвижимости и движимое имущество, в виде большегрузных транспортных средств в количестве 12 единиц.

Безусловных, достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что на момент совершения сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, не представлено.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Доказательства, подтверждающие, что в результате совершения оспариваемых сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов, учитывая, что оплата должнику ответчиком была произведена в полном объеме материалы дела не содержат.

Доводы об отсутствии доказательств получения должником денежных средств за отчужденное имущество правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку противоречат представленным в материалы дела доказательствам.

Условиями пункта 3 оспариваемого договора определена цена реализации объектов недвижимости. Факт проведения полного расчета между сторонами до подписания договора купли продажи отражен в пункте 5 оспариваемого договора купли продажи.

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2021 № 305-ЭС21-8014, условием спорного договора об оплате покупателем приобретаемого имущества в полном объеме имеет силу расписки, не требующей какого-либо дополнительного подтверждения иным (-и) документом (-ами).

В соответствии с пунктом 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации надлежащее исполнение прекращает обязательство.

По смыслу положений абзаца второго пункта 2 статьи 408 названного кодекса законом установлена презумпция того, что нахождение долгового документа у должника удостоверяет, пока не доказано иное, прекращение обязательств.

Данная презумпция прекращения обязательства может быть опровергнута.

Между тем, сторонами в договоре констатировано, что оплата имущества произведена покупателями полностью и в момент заключения договора (что согласуется с положениями пункта 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации); претензий по условиям оплаты стороны друг к другу не имеют.

Кроме того, должник в своем отзыве также подтверждает факт получения денежных средств.

Таким образом должником получено встречное исполнение по оспариваемой сделке.

Поскольку спорная сделка оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, как указано выше, следует установить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Доказательств, подтверждающих что стороны, заключая договоры купли-продажи объектов недвижимости, действовали умышленно с целью причинить вред кредиторам должника, в частности Федеральной налоговой службе материалы дела не содержат.

Представленные в материалы дела выписки по расчетным счетам подтверждают наличие у ФИО5 и ФИО3 финансовой возможности приобрести объекты недвижимости.

Следовательно, сделки являются реальными, возмездными, взаимные обязательства сторон были исполнены, что подтверждаются актами о приеме-передаче объектов недвижимости. 

Кроме того, должником обоснована необходимость в срочной реализации недвижимого имущества.

Из представленных в материалы дела медицинских справок, выписного эпикриза из истории болезни, рецептурных бланков, медицинских заключений и направлений, переведённых с языка иврит и английского языка на русский язык, следует, что должник с 2015 года находился на длительном лечении в медицинском учреждении г. Тель-Авив (Израиль), в связи с диагностированным ему в 2014 году тяжелым заболеванием. В материалы дела также представлен электронный авиабилет от 12.02.2015г., который подтверждает, что должник покинул страну в 2015 году, вылетев в г. Тель-Авив. Из медицинских документов иностранного государства следует, что должник в 2017 году продолжал лечение в Тель-Авивском медицинском учреждении.

Доводы об отсутствии доказательств расходования денежных средств отклоняются судебной коллегией, поскольку вырученные денежные средства были израсходованы на проживание и лечение.

Доказательств, подтверждающих наличие у должника иных денежных средств в количестве, достаточном для проживания и лечения в г. Тель-Авив материалы дела не содержат.

Из материалов дела также следует, что должник прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя в июле 2015 года.

Следовательно, объект недвижимости, представляющий собой нежилое здание с земельным участком, по объективным причинам не мог использоваться должником в предпринимательских целях. К тому же, наличие в собственности объектов недвижимости предполагало несение бремени содержания и привело бы к наращиванию задолженности по коммунальным и иным платежам.

Таким образом, основанием отчуждения торгового павильона и земельного участка явилась невозможность осуществления предпринимательской деятельности по состоянию здоровья должника и необходимость продолжения лечения за границей.

На основании изложенного доводы уполномоченного органа о совершении оспариваемой сделки с целью вывода активов и исключения возможности погасить задолженность перед кредиторами правомерно отклонены судом первой инстанции как несостоятельные. 

Оспариваемые сделки совершены в период более четырех лет до подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, на момент совершения оспариваемой сделки в силу п.1 ст. 205 Закона о банкротстве (действующий до редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ), что свидетельствует, о том, что стороны сделки в период времени, когда совершалась оспариваемая сделка, не имели цели уменьшить конкурсную массу с целью нарушения имущественных прав кредиторов.

Ссылка уполномоченного органа на уголовное дело, возбужденное в отношении должника не принимается судебной коллегией, поскольку не подтверждает недействительность оспариваемых сделок.

Доводы о совершении оспариваемых сделок между заинтересованными лицами также правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку с учетом вышеизложенного сама по себе заинтересованность сторон сделки не является основанием для признания сделок недействительными.

Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Кроме того, из материалов дела следует, брак между должником и ответчиком ФИО3 прекращен 17.08.2005г. на основании свидетельства о расторжении брака, фактически бывшие супруги не проживают совместно и не ведут общего хозяйства с 2002 года. 

То обстоятельство, что последующий договор купли продажи от 14.11.2015г. заключен между родственниками, т.е. между ФИО5 (матерью бывшей супруги должника) и ФИО3 (бывшей супругой должника) не может являться безусловным основанием для признания сделки недействительной. 

Приобретая объект недвижимости по договору купли продажи, ФИО3 преследовала исключительно экономические цели, что подтверждается ее последующими действиями, в т.ч. обращением в Исполнительный комитет Муниципального образования города Казани о присвоении объекту капитального строительства нежилому зданию по проспекту Ибрагимова адресного номера «9а» и действий по сдаче объекта недвижимости в аренду третьим лицам.

Само по себе наличие возможных признаков аффилированности сторон сделки в отсутствие доказательств причинения вреда по сделке и совокупности оснований для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не является самостоятельным основанием для признания оспариваемых договоров недействительными.

Выдача должником генеральной доверенности ФИО3 не подтверждает заинтересованность сторон сделки, поскольку обусловлена необходимостью урегулирования вопросов, связанных с предпринимательской деятельностью на время прохождения должником лечения.

При отчуждении спорного имущества на основании последующих сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В случае оспаривания последующих сделок по реализации имущества должника как взаимосвязанных сделок, уполномоченный орган должен доказать, что заключением нескольких взаимосвязанных сделок должником прикрывалась одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара.

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имеют обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам.

В данном случае заинтересованные лица должны привести достаточно серьезные доводы и представить существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют   признать   убедительными   их   аргументы   о   совершении   лишь   одной прикрываемой сделки по прямому отчуждению должником своего имущества бенефициару.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на стороны цепочки последовательных договоров купли-продажи, ссылающихся на самостоятельный характер отношений по каждой из сделок.

Однако материалы дела указанных доказательств не содержат.

Указание уполномоченного органа на возможность оказания финансовой помощи без заключения договоров купли-продажи правомерно отклонено судом первой инстанции, поскольку не подтверждает доводы о притворности оспариваемых сделок, в отсутствии других косвенных доказательств, согласующихся между собой. При этом вопрос о возможности оказания финансовой помощи безвозмездно либо на возмездной основе, путем приобретения имущества с целью извлечения в дальнейшем прибыли  является личным решением ответчика и не связано с волей иных лиц.  

Кроме того, доказательств скоординированных действий участников сделок в отсутствие к тому объективных экономических причин, при противоречии этих действий в отдельности экономическим интересам и возможностям каждого из лиц, и невозможности данных действий ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу, материалы дела не содержат.

Доказательства фактического нахождения и пользования имуществом не вторым покупателем, а конечным бенефициаром, материалы дела не содержат.

Доводы о том, что имуществом продолжает распоряжаться должник через бывшую супругу отклоняются судебной коллегией, поскольку не подтверждены представленными в материалы дела доказательствами и основаны на предположениях.

Доказательств, подтверждающих заключение договоров купли-продажи исключительно для вида, без намерения исполнения должником обязательства, мнимость оспариваемых договоров, и наличие цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов материалы дела не содержат.

Доводы о приобретении должником в период когда он находился в Израиле объектов недвижимости по адресу: 

<

...>, отклоняются судебной коллегией, как несостоятельные.

Из материалов регистрационного дела в отношении объектов недвижимости по адресу: 

<

...> с кадастровыми номерами 16:50:06:02636:002, 16:50:06:02636:002 следует, что данные объекты недвижимости были приобретены должником по договору купли продажи от 17.06.2014г., о чем между ФИО8 и ФИО6. подписан передаточный акт. Однако в регистрации перехода права собственности было отказано, в виду наличия ареста наложенного на основании Постановления Вахитовского районного суда г.Казани. В виду наложения ареста должник не смог своевременно зарегистрировать право собственности на объекты недвижимости, что явилось основанием для обращения в Приволжский районный суд г. Казани. Заочным решением Приволжского районного суда г. Казани РТ от 17.10.2016г. по делу №2-7346/16 иск должника иск к ФИО8, ФИО9, ОАО Банк ВТБ, ООО «Полярка» о признании права собственности и освобождении имущества от ареста удовлетворено, за должником было признано право собственности на торговый павильон и земельный участок по адресу: 

<

...>, объекты недвижимости освобождены от ареста.

На основании указанного судебного акта была произведена государственная регистрация перехода права собственности на объекты недвижимости от 28.12.2016г.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166, статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 приведенного закона).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении спорного договора может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчуждение имущество должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Согласно пункту 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации под мнимой сделкой понимается сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон отсутствует цель в достижении заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

При этом характерной особенностью является то, что, совершая сделку лишь для вида, стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь создать реальных правовых последствий.

В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

Нормы о ничтожности мнимых договоров направлены на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Соответственно, исходя из указанных положений, на другую сторону (ответчика) переходит бремя опровержения соответствующих обстоятельств.

Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, входит, в том числе, факт отсутствия реальной воли при заключении спорной сделки, и достижения ее результата.

Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий, в частности по представлению доказательств (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доказательств, подтверждающих злоупотребление сторонами правом при заключении сделок материалы дела не содержат.

Кроме того, как указывалось ранее, сделки являются реальными и возмездными.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления уполномоченного органа.

C позиции изложенных обстоятельств суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделав правильные выводы по существу требований заявителя, а потому определение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10 декабря 2021 года, принятое по заявлению (вх. 5710) ФНС России к ФИО3, ФИО5 о признании недействительными сделок в рамках дела № А65-15566/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                            Е.А. Серова

 

Судьи                                                                                                          Я.А. Львов

 

Н.Б. Назырова