ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-940/2024

13 декабря 2024 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  05 декабря 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  13 декабря 2024 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Шиндлер Н.А.

судей  Котлярова Н.Е., Лотова А.Н.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Алиевой А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11681/2024) Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Тюмени № 3 на решение Арбитражного суда Тюменской области от 14.10.2024 по делу № А70-940/2024 (судья Сидорова О.В.), принятое по заявлению акционерного общества «Тюменский завод железобетонных изделий № 1» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 625019, 

<

...>, этаж 5) к Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Тюмени № 3 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 625009, 

<

...>), при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО1, о признании недействительным решения от 15.09.2023 № 13-3- 39/19 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,

при участии в судебном заседании представителей:  

от Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Тюмени № 3 – ФИО2 по доверенности от 21.12.2023 № 133 сроком до 31.12.2024; ФИО3 по доверенности от 11.03.2024 № 29 сроком до 31.12.2024;

от акционерного общества «Тюменский завод железобетонных изделий № 1» – ФИО4 по доверенности от 09.01.2024 сроком до 31.12.2024; ФИО5 по доверенности от 01.06.2023 сроком на три года;  

ФИО1 – лично по паспорту;

установил:

акционерное общество «Тюменский завод железобетонных изделий № 1» (далее – заявитель, Общество, налогоплательщик, АО «ТЗ ЖБИ-1») обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Тюмени № 3 (далее – заинтересованное лицо, Инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения от 15.09.2023 № 13-3-39/19 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

            К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, был привлечен ФИО1 (далее – ФИО1, третье лицо).

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 14.10.2024 по делу № А70-940/2024 заявленные требования удовлетворены. Признано недействительным решение от 15.09.2023 № 13-3-39/19 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. Взысканы с Инспекции в пользу АО «ТЗ ЖБИ-1» судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, Инспекция обратилась в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований заявителя.

В апелляционной жалобе Инспекция настаивает на создании и использовании Обществом в проверяемом периоде схемы занижения налоговой базы по налогу на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) и страховым взносам, в связи с умышленным не включением в нее выплат по гражданско-правовому договору управляющему ИП ФИО1, фактически выполняющему трудовые функции. Заключенный с ИП ФИО1 договор о передаче полномочий управляющею практически подменяет трудовой договор с данным лицом. Управляющий АО «ТЗ ЖБИ-1» ФИО1 является сыном ФИО6 (генеральный директор в период с 18.12.2002 по 11.05.2017), а также является членом совета директоров, что подтверждает взаимозависимость управляющего ИП ФИО1 и АО «ТЗ ЖБИ-1». Заключённый договор от 12.05.2017  не предусматривает характерные для гражданско-правовых отношений сроки выполнения отдельных этапов работ, возможное количество этапов, срок окончания работ, результат, достигаемый по окончании всех этапов работ, что указывает на его формальность. Инспекция ссылается на то, что размер вознаграждения управляющего не был связан с оплатой конкретного объема оказываемых услуг. Доля выплат в адрес ИП ФИО1 от суммы фонда оплаты труда всех работников АО «ТЗ ЖБИ-1» в 2019 году составила 64,13 %, в 2020 году - 30,59 %, в 2021 году - 49,56 %. Инспекцией по результатам проверки установлено, что сумма полученной прибыли у Общества в 2020 году снизилась по сравнению с 2019 годом на 78 %; вознаграждение управляющему ИП ФИО1 на основании актов оказанных услуг больше, чем полученная прибыль Общества в 2020 году. Инспекция утверждает о том, что, не имея своих трудовых ресурсов, управляющий фактически пользовался трудовыми ресурсами Общества. Допросы  свидетелей подтверждают, что ИП ФИО1 непрерывно осуществлял руководство организации, своих обязанностей и рабочего места не менял, про факт заключения договора управления свидетелям ничего не известно. Ежемесячные выплаты ИП ФИО1 значительно больше, чем была заработная плата у бывшего генерального директора ФИО6

АО «ТЗ ЖБИ-1» представило отзыв на жалобу.

В судебном заседании апелляционной инстанции, проводимом с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание), представитель Инспекции поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель АО «ТЗ ЖБИ-1» и ФИО1 оспаривали доводы жалобы по мотивам, изложенным в отзыве, просили оставить решение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Рассмотрев материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции установил следующие обстоятельства.  

Инспекцией в отношении АО «ТЗ ЖБИ-1»  проведена выездная налоговая проверка по всем налогам и сборам, страховым взносам за период с 01.01.2019 по 31.12.2021, по окончании которой Инспекцией составлен акт налоговой проверки № 13-3-39-11.

Инспекция пришла к выводу о том, что в ходе выездной налоговой проверки установлены факты, указывающие на умышленное создание Обществом схемы получения налоговой экономии путем оформления договора о передаче полномочий единоличного исполнительного органа Общества, что позволило Обществу отражать платежи за управленческие услуги в составе расходов по налогу на прибыль, не исчислять и не уплачивать страховые взносы и НДФЛ, тем самым минимизировав поступления в бюджет, что свидетельствует о нарушении положений пункта 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ).

По результатам рассмотрения материалов налоговой проверки, возражений налогоплательщика Инспекцией было вынесено решение от 15.09.2023 № 13-3-39/19 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому сумма доначислений составила 16 209 968 руб., в том числе: по пункту 1 статьи 54.1 НК РФ НДФЛ в размере 6 368 233 руб., штраф по статье 123 НК РФ - 24 922 руб., по пункту 1 статьи  126 НК РФ штраф в размере 25 руб., по пункту 1 статьи 126.1 НК РФ штраф в размере 188 руб., страховые взносы на обязательное пенсионное страхование (далее – ОПС) в размере  6 259 690 руб., штраф по пункту 3 статьи 122 НК РФ в размере 156 492 руб., страховые взносы на обязательное медицинское страхование (далее – ОМС) в размере  3 265 577 руб., штраф по пункту 3 статьи 122 НК РФ в размере 81 639 руб., страховые взносы на ФСС - 51 904 руб., штраф по пункту 3 статьи 122 НК РФ - 1 298 руб.

В соответствии с пунктом 3 статьи 114 НК РФ в связи с наличием смягчающих ответственность обстоятельств штрафные санкции снижены в 16 раз.

Общество, не согласившись с указанным решением, обжаловало его в досудебном порядке путем направления жалобы в вышестоящий налоговый орган.

Решением УФНС России по Тюменской области от 22.12.2023 № 1120 решение Инспекции отменено в части; уменьшены доначисленные налоги за счет налогов, исчисленных в завышенном размере на общую сумму 1 915 435 руб., в том числе, за 2019 год – 640 155 руб., за 2020 год – 566 153 руб., за 2021 год – 709 127 руб.

Считая решение Инспенкции в редакции решения Управления не законным, заявитель обратился в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Принятое Арбитражным судом Тюменской области решение от 14.10.2024 является предметом апелляционного обжалования по настоящему делу.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции находит основания для его отмены, исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 207 НК РФ налогоплательщиками налога на доходы физических лиц признаются физические лица, являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации, а также физические лица, получающие доходы от источников, в Российской Федерации, не являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации.

К доходам относится, в том числе, вознаграждение за выполнение трудовых или иных обязанностей (статья 208 НК РФ).

В силу пункта 2 статьи 58 НК РФ подлежащая уплате сумма налога уплачивается (перечисляется) налоговым агентом в установленные сроки.

В проверяемый период Общество применяло общий режим налогообложения и на основании пункта 1 статьи 24 НК РФ признается налоговым агентом.

Согласно абзацу 1 пункта 1 статьи 226 НК РФ российские организации, индивидуальные предприниматели, нотариусы, занимающиеся частной практикой, адвокаты, учредившие адвокатские кабинеты, а также обособленные подразделения иностранных организаций в Российской Федерации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в пункте 2 настоящей статьи, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 225 настоящего Кодекса с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

Исчисление сумм и уплата налога на доходы физических лиц налоговым агентом производятся в отношении всех доходов налогоплательщика, источником которых является налоговый агент (пункт 2 статьи 226 НК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 419 НК РФ плательщиками страховых взносов признаются лица, производящие выплаты и иные вознаграждения физическим лицам, являющиеся страхователями в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования.

База для исчисления страховых взносов для организаций определяется по истечении каждого календарного месяца как сумма выплат и иных вознаграждений, предусмотренных пунктом 1 статьи 420 НК РФ, начисленных отдельно в отношении каждого физического лица с начала расчетного периода нарастающим итогом (пункт 1 статьи 421 НК РФ).

Тарифы страховых взносов установлены в статье 425 НК РФ. Тариф страхового взноса представляет собой величину страхового взноса на единицу измерения базы для исчисления страховых взносов, если иное не предусмотрено настоящей главой.

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Пленума от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее по тексту - Постановление № 53), представление налогоплательщиком всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах Российской Федерации, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Под налоговой выгодой для целей Постановления № 53 понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

Основанием получения налоговой выгоды является представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, если налоговым органом не доказано, что содержащиеся в них сведения неполны, недостоверны и (или) противоречивы. То есть предоставляемые налогоплательщиком документы в качестве обоснования правомерности своих действий при исчислении НДС должны отвечать требованиям достоверности, быть взаимоувязанными и непротиворечивыми, отражать реальные хозяйственные операции и соответствовать фактическим обстоятельствам дела.

Обязанность налогоплательщика по предоставлению достоверных сведений о выполненной хозяйственной (финансовой) операции (приобретение товаров, выполнение работ, предоставление услуг и пр.) обусловлена необходимостью создания реального рынка товаров, работ, услуг.

По смыслу положений пункта 7 статьи 3 НК РФ в сфере налоговых правоотношений действует презумпция добросовестности налогоплательщиков.

Пунктом 1 Постановления № 53 также предусмотрена презумпция того, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Согласно пункту 4 Постановления № 53 налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Требование о достоверности первичных учетных документов содержится в статье 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», что означает необходимость проверки достоверности сведений, содержащихся в счете-фактуре и иных документах.

Согласно пункту 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

При отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Следовательно, налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу (сумму налога) при одновременном соблюдении следующих условий: отсутствует искажение сведений о фактах хозяйственной жизни и об объектах налогообложения; сделка совершена не с целью неуплаты или неполной уплаты налога, а также его зачета или возврата; контрагент налогоплательщика исполнил обязательство по сделке.

Трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с названным Кодексом, в том числе в результате назначения на должность или утверждения в должности (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ)).

Согласно статье 56 ТК РФ по трудовому договору работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В силу статьи 67 ТК РФ трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 ГК РФ).

Договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью такого договора является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности работника, при этом важен процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 8, в абзаце втором пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако, в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 ТК РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В соответствии со статьей 69 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества. Полномочия единоличного исполнительного органа общества по решению общего собрания акционеров могут быть переданы по договору коммерческой организации (управляющей организации). Решение о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющей организации или управляющему принимается общим собранием акционеров только по предложению совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Как следует из оспариваемого решения, материалов проверки, основанием для принятия Инспекцией решения явился вывод о создании Обществом схемы получения налоговой экономии путем оформления с ИП ФИО1 договора от 12.05.2017 б/н о передаче полномочий единоличного исполнительного органа Общества, что позволило Обществу отражать платежи за управленческие услуги в составе расходов по налогу на прибыль, не исчислять и не уплачивать страховые взносы и НДФЛ, тем самым минимизировав поступления в бюджет, что является нарушением положений пункта 1 статьи 54.1 НК РФ.

Инспекция пришла к выводу о том, что указанный договор исполнялся как трудовой договор и имеет признаки трудового договора, составлен исключительно с целью получения необоснованной налоговой экономии, приняв во внимание следующие обстоятельства. 

Основным видом деятельности АО «ТЗ ЖБИ-1» является производство изделий из бетона для использования в строительстве (код по ОКВЭД 23.61). В проверяемом периоде АО «ТЗ ЖБИ-1» изготавливало изделия из бетона (многопустотные плиты перекрытий, дорожные плиты, опоры, колонны, сваи и т.д.).

В период с 18.12.2002 по 11.05.2017 генеральным директором АО «ТЗ ЖБИ-1» являлся ФИО6

С 12.05.2017 по настоящее время ФИО6 в АО «ТЗ ЖБИ-1» является исполнительным директором.

 С 12.05.2017 по настоящее время функции единоличного исполнительного органа в АО «ТЗ ЖБИ-1» исполняет управляющий ФИО1 на основании договора от 12.05.2017 о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющему. 

Кроме того, ФИО1 с 03.06.2010 в АО «ТЗ ЖБИ-1» является членом совета директоров.

В соответствие с пунктом 9 Устава АО «ТЗ ЖБИ-1», утвержденного решением общего собрания акционеров АО «ТЗ ЖБИ-1», протокола № 20 от 08.05.2008 Совет директоров Общества осуществляет общее руководство деятельностью Общества, за исключением вопросов, отнесённых к компетенции общего собрания акционеров.

К компетенции совета директоров Общества относится вопрос определения условий трудового договора, заключаемого с генеральным директором Общества, условий договора, заключаемого с управляющей организацией (управляющим).

При этом согласно ответу ЗАГС Администрации г. Ишима № 022-97200010-И00416 от 05.05.2022 (запрос в комитет №2.3-29/002665@ от 04.05.2022) ФИО1 является сыном ФИО6, который ранее являлся генеральным директором в АО «ТЗ ЖБИ-1» с 18.12.2002 по 11.05.2017 и является учредителем АО «ТЗ ЖБИ-1» (доля участия аффилированного лица в уставном капитале АО по состоянию на 30.09.2016 - 29,94%)

В силу статьи 20 НК РФ взаимозависимыми лицами для целей налогообложения признаются физические лица и (или) организации, отношения между которыми могут оказывать влияние па условия или экономические результаты их деятельности или деятельности представляемых ими лиц.

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами. При этом такое влияние учитывается независимо от того, может ли оно оказываться одним лицом непосредственно и самостоятельно или совместно с его взаимозависимыми лицами, признаваемыми таковыми в соответствии со статьей 105.1 НК РФ.

Таким образом, ФИО1 является взаимозависимым лицом по отношению к АО «ТЗ ЖБИ-1» в силу родства с ФИО6 и наличием статуса члена совета директоров АО «ТЗ ЖБИ-1».

Из договора от 12.05.2017 о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющему (доступен для ознакомления в электронном виде, том 2 л. д. 49 диск с материалами проверки, папка «Первичные документы» - файл «Договор о передаче полномочий») следует, что Общество передает управляющему, а управляющий принимает на себя полномочия единоличного исполнительного органа (генерального директора) Общества установленные действующим законодательством РФ, Уставом, внутренними документами Общества, положениями договора, за исключением полномочий, отнесенных к компетенции Общего собрании акционеров Общества и Совета директоров Общества (подпункт «а» пункта 1); реализация всех полномочий единоличного исполнительного органа Общества осуществляется Управляющим в форме деятельности по управлению (руководству) текущей деятельностью Общества (подпункт «b»); объем полномочий Управляющего по управлению Обществом определяется полным объемом полномочий единоличного исполнительного органа Общества (подпункт «с»).

За осуществление полномочий Управляющего вознаграждение составляет: ежемесячная постоянная плата в фиксированном размере 30 000 руб. в месяц, ежемесячная переменная плата в размере 3 % от выручки Общества по основному виду деятельности без НДС по данным бухгалтерского учета (пункты 7.2, 7.3).

Пункт 6.2 договора предусматривает, что управляющий отчитывается ежеквартально и ежегодно.

Ежеквартальный отчет управляющего включает (пункт 6.4).:

1) бухгалтерский баланс за истекший квартал;

2) отчет о прибылях и убытках за истекший квартал;

3) расшифровки основных строк бухгалтерского баланса и отчета о прибыли и убытках, в случае если они превышают 10 % от валюты баланса.

Договор от 12.05.2017 заключен сроком на 5 лет с момента принятия решения Общего собрания акционеров от 12.05.2017, вступает в силу с момента его подписания сторонами и действует до 12.05.2022.

Из представленных в рамках проверки ежеквартальных отчетов (также доступны для ознакомления в электронном виде, том 2 л. д. 49 диск с материалами проверки, папка «Первичные документы») следует, что в отчетах были отражены сведения о том, что Общества продолжает реализацию задач, установленных годовым отчетом, о проведенных переговорах, заключённых договорах, закупленном оборудовании, запланированных командировках сотрудников, указано на приоритет максимального сохранения существующего объема производства по изготовлению продукции Общества, а также        создание производств, направленных на поставку продукции для монолитного домостроения.

К ежеквартальным отчетам приложены бухгалтерский (оборотный) баланс (упрощенная форма из 1C) за истекший квартал; отчет о прибылях и убытках (упрощенная форма из 1C) за истекший квартал.

Представлены акты приема-передачи данных ежеквартальных отчетов, в котором указан перечень принимаемых документов, а также акты сверки взаимных расчетов. 

Анализируя содержание ежеквартальных отчетов, суд апелляционной инстанции соглашает с выводами Инспекции относительно того, что их содержание, равно как и положения договора от 12.05.2017, не позволяют определить какие именно услуги по управлению оказывались налогоплательщику и в каком объеме, какую конкретно работу проделал управляющий ФИО1  

Фактически в ежеквартальных отчетах отражены общие сведения о продолжении реализации запланированных задач, приобретенном оборудовании, заключенных договорах и дальнейших планах на максимальное сохранение объема производства. 

Акты оказанных услуг и отчеты управляющего предоставлены без расшифровок количественных показателей, позволяющих определить эффективность работы управляющего (суммы полученной выручки, прибыль, доходы и расходы).

При этом анализ должностной инструкции ФИО6 в качестве исполнительного директора, утвержденной 12.05.2017 ФИО1 (также доступна для ознакомления в электронном виде, том 2 л. д. 49 диск с материалами проверки, папка «Первичные документы»), следует, что на бывшего директора были возложены обязанности по составлению перспективных и текущих планов производства, разработке стандартов по материально-техническому обеспечению качества продукции, участие в работе, по реализации продукции, производимой ОАО «ТЗ ЖБИ-1», в том числе участие в переговорах с заказчиками, участие в разработке предложений и рекомендаций по изменению технических, экономических и других характеристик продукции с целью улучшения ее потребительских свойств и стимулировании сбыта, в организации разработки и реализации планов внедрения новой техники и технологии, проведения организационно-технических мероприятий, научно-технических и опытно- конструкторских работ и т.д. 

Таким образом, ежеквартальные отчеты не позволяют определить конкретные   услуги, выполняемые управляющим Общества, что указывает не на заключение договора возмездного оказания услуг, а свидетельствует о наличии трудовых отношений с ФИО1  

При этом данные выручки, отраженные в ежеквартальных отчетах управляющего не соответствуют данным выручки в ежемесячных актах Управляющего за 1 квартал 2019 года, 3 квартал 2019 года, 4 квартал 2019 года, 1-4 кварталы 2020 года, 1-4 кварталы 2021 года.

Например, согласно ежеквартальному отчету управляющего выручка за 1 квартал 2019 года по основному ОКВЭД составила 132 810 тыс. руб., однако в ежемесячных актах об оказании услуг отражено: январь 2019 года - 26 349 223руб., февраль 2019 года - 43 673 926 руб., март 2019 года - 63 226 747руб. 

Итого за 1 квартал 2019 года - 133 250 тыс. руб. (разница с отчетом 440 тыс.руб.).

Согласно ежеквартальному отчету управляющего выручка за 2 квартал 2020 года по основному ОКВЭД составила 152 470 тыс.руб., однако в ежемесячных актах об оказании услуг отражено:  апрель 2020 года - 33 871 714 руб., май 2020 года - 51 448 770 руб., июнь 2020 года - 66 238 439 руб.

Итого за 2 квартал 2020 года - 151 559 тыс. руб. (разница с отчетом 911,1 тыс.руб.).

Приложения к ежеквартальным отчетам управляющего о деятельности АО «ТЗ ЖБИ-1» на требование налогового органа были предоставлены Обществом только после справки об окончании выездной налоговой проверки Общества (справка 26.05.2023, представлены 30.06.2023).

Заключенный договор с управляющим не содержит конкретного объема работ, его обязанности совпадают с обязанностями руководителя организации, а именно:

- управляющий осуществляет управление Обществом и осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа Общества, принимает все решения по вопросам текущей деятельности Общества;

- без доверенности действует от имени Общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки;

- издает приказы, распоряжения, утверждает внутренние документы, совершает юридические действия в рамках полномочий

- выдает доверенности на право представительства от имени Общества, в том числе доверенности с правом передоверия;

- оплата всех расходов Управляющего при совершении сделок и в интересах Общества или от своего имени и в интересах Общества осуществляется за счет Общества;

- подписывает финансовые и иные документы Общества;

- открывает в банках расчетный и другие счета, распоряжается имуществом и финансовыми средствами Общества в пределах своей компетенции;

- обеспечивает подготовку и представляет Общему собранию участников годовой отчет, годовой бухгалтерский баланс, информирует указанные органы о текущей финансовой и хозяйственной деятельности, организует выполнение решений Общего собрания;

- руководит исполнительным персоналом Общества, издает приказы о назначении на должности работников Общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания; издает приказы (распоряжения), локальные нормативные акты, обязательные для персонала Общества

- осуществляет иные полномочия, не отнесенные Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью» или Уставом Общества к компетенции Общего собрания участников.

Фактически на ИП ФИО1 возлагались функции, входящие в обязанности работников (генерального директора).

При этом Инспекцией установлено, что вознаграждение, выплаченное управляющему ИП ФИО1, фактически не было привязано к финансовому результату деятельности организации, а исчислялось от выручки. 

Сумма же полученной прибыли у Общества в 2020 году снизилась по сравнению с 2019 году на 78 %, а именно с 71 484,11 тыс. руб. до 15 716,27 тыс. руб., что противоречит доводу о том, что ИП ФИО7 привлекался для улучшения финансовой деятельности организации. 

 Утверждение АО «ТЗ ЖБИ-1» о том, что с передачей единоличного исполнительного органа ИП ФИО1 финансовые показатели улучшились, а размер выручки вырос, противоречат данным о прибыли Общества в 2020 году.

При этом вознаграждение управляющему на основании актов оказанных услуг больше, чем полученная прибыль Общества в 2020 году.

Так, сумма вознаграждений в 2020 году в соответствии с актами оказанных услуг ИП ФИО1 за услуги управления составила 18 966 тыс. руб., а прибыль  15 716,27 тыс. руб.

При этом ежемесячные выплаты ИП ФИО1 (в 2017 году – 1 176 тыс. руб., в 2018 году – 1 205 тыс.руб. и т.д.) значительно больше, чем была заработная плата у бывшего генерального директора ФИО6 (2016 год - 759 тыс. руб. в месяц) даже без учета выплат бывшему генеральному директору, который стал занимать должность исполнительного директора. 

Перечисление Обществом денежных средств в адрес ИП ФИО1 происходило не по факту предъявления актов выполненных работ, как того требуют положения договора о передаче полномочий, а бессистемно.

Более того, ИП ФИО1 получал в подотчет суммы от АО «ТЗ ЖБИ 1», как работник по трудовому договору. Согласно предоставленным ОСВ по счету 71 за 2019-2021 годах ФИО1 указан как работник АО «ТЗ ЖБИ-1» с указанием выданных подотчетных ему сумм, что подтверждается также выпиской по расчетному счету АО «ТЗ ЖБИ-1». Операции перевода денежных средств в адрес ФИО1 с назначением платежа «Выдано в подотчет ФИО1 на л/с.

В рамках допроса ФИО1 отрицал факт получения денежных средств в подотчет.

Утверждение налогоплательщика о том, что в назначении платежа было ошибочно указано на то, что денежные средства перечисляются в подотчет, судом апелляционной инстанции ставится под сомнение с учетом того, что какие-либо изменения в назначении платежа после выявления ошибки не вносились. Ошибка могла быть обнаружена  ФИО1 при получении денежных средств.

Утверждение налогоплательщика о том, что одним из оснований для смены формы управления, прекращения полномочий директора общества ФИО6 и заключения договора управления с ФИО1 явилось намерение поменять бизнес-модель, материалами дела не подтверждается, поскольку в материалы дела не представлены доказательства изменения бизнес-модели Общества, не приведено доводов о том, что в чем выражалось указанное изменение.

Напротив, улучшения показателей финансово-хозяйственной деятельности не выявлено. При этом, налоговая экономия от применения Обществом и ИП ФИО1 схемы уклонения от уплаты страховых взносов и НДФЛ составила 14 029 969 руб.

Так, размер не удержанного и не перечисленного НДФЛ за 2019 год составил 2 021 872 руб. (уплаченный налог ИП ФИО1 как предпринимателем составил 653 300 руб.), за 2020 год размер не удержанного и не перечисленного НДФЛ составил 4 022 889  (уплаченный налог ИП ФИО1 как предпринимателем составил 274 466 руб.), за 2021 год - 7 940 699 руб. (уплачен как ИП налог - 1 572 466 руб.). Итога сумма экономии по НДФЛ - 6 368 233 руб. Размер экономии по страховым взносам за спорный период составил 7 661 736 руб.  Итого 14 029 969 руб.

Суд апелляционной инстанции не признает обоснованным указание в отзыве Общества на апелляционную жалобу на динамику ТЭП, поскольку Общество приводит данные за период с 2017 по 2023 года, в то время как проверяемый период с 01.01.2019 по 31.12.2021. Данные об основных средствах ввода в эксплуатацию за спорный период устойчивой динамики не демонстрируют (в 2019 году указаны в размере 23 451 359,29, в то время как на 2021 год – 14 471 378,73). 

При этом доля выплат в адрес ИП ФИО1 от суммы фонда оплаты труда всех работников АО «ТЗ ЖБИ-1» в 2019 году составила 64,13 %, в 2020 году - 30,59 %, в 2021 году - 49,56 %, что не согласуется с данными о деятельности указанного лица, вознаграждение не привязано к результату деятельности управляющего.

Выводы Инспекции о том, что фактически ИП ФИО1 осуществлял трудовую функцию, также согласуются с показаниями допросов свидетелей.

Так, согласно допросу охранника АО «ТЗ ЖБИ-1» ФИО8, ИП ФИО1 непрерывно осуществлял руководство организации АО «ТЗ ЖБИ-1», своих обязанностей и рабочего места не менял. ИП ФИО1 в период оказания услуг по договору управления не имел своего штата, пользовался персоналом АО «ТЗ ЖБИ-1». Сдавал ключи от кабинета ИП ФИО1 на пост охраны АО «ТЗ ЖБИ-1».

ФИО9 - водитель АО «ТЗ ЖБИ-1» в протоколе допроса от 11.04.2023 пояснил: работал в АО «ТЗ ЖБИ-1» в 2016-2021 годах в должности водителя АО «ТЗ ЖБИ-1». Руководство АО «ТЗ ЖБИ-1» осуществлял ФИО6 он и подписывал документы. ФИО1 сын ФИО6, в последнее время он был генеральным директором.

Согласно пояснениям ФИО10 - секретаря (протокол допроса № 13-3-37/11 от 14.04.2023) ФИО11 - коммерческий директор (протокол допроса № 13-3-37/20 от 25.04.2023) руководство Обществом осуществлял ФИО1, распоряжения выполняли ФИО1, по мере необходимости с ФИО1 согласовывалось выполнение работ, планерки проводил ФИО1, кабинет ФИО1 располагался на 8 этаже административного здания АО «ТЗ ЖБИ-1»,  график работы ФИО1 - ненормированный рабочий день, подписывал документы ФИО1, ФИО1 присутствовал на собраниях членов Совета директоров.

 У АО «ТЗ ЖБИ-1» и ИП ФИО1 совпадают IP-адреса, что свидетельствует о едином ведении учета.

При этом из анализа расчетного счета в банке и отчетности ИП ФИО1 налоговым органом установлено, что предприниматель не несет расходов, связанных с управленческой деятельностью.

ИП ФИО1 в 2019-2021 годах осуществлял предпринимательскую деятельность по управлению только АО «ТЗ ЖБИ-1», доводов об иных организациях не заявлено, документов не представлено. 

 Поддержанные судом первой инстанции доводы заявителя об избрании акционерами ФИО1 на должность управляющего в результате конкурентной борьбы и рассмотрении иных кандидатур на пост единоличного исполнительного органа - ФИО12 и ФИО13, суд апелляционной инстанции находит ошибочными, поскольку указанные данные материалами дела не подтверждаются. 

Действительно, ФИО13 являлся членом совета директоров Общества на дату принятия решения на общем собрании 12.05.2017 и на дату принятия решения по вопросу досрочного прекращения полномочий генерального директора Общества ФИО6 и по вопросу избрания в качестве единоличного исполнительного органа ИП ФИО1   

Вместе с тем, при проведении допроса свидетеля 16.05.2023, ФИО13 пояснил, что с 2009 года по конец 2019 года являлся членом совета директоров, но назвать состав совета директоров не смог, каких-либо сведений о том, что он является кандидатом на пост управляющего Общества, не заявил. 

Более того, отвечая на вопрос 29 «Кому еще, кроме ИП ФИО1, предлагалось заключение договора о передаче полномочий единоличного исполнительного органа? Укажите ФИО» ФИО13 пояснил, что «долго осуществлялся поиск управляющего со стороны, но прийти к консенсусу не удалось. Поэтому решили выбрать из тех, кто знает о деятельности предприятия и имеет опыт управления и стратегию развития».

Таким образом, ФИО13 не указал, что, помимо ИП ФИО1, рассматривалась его кандидатура или ФИО12

  Кроме того, отсутствие иных кандидатур на должность управляющего, подтверждено показаниями ФИО6 

В протоколе допроса № 13-3-37/43 от 22.05.2023 свидетель ФИО6 исполнительный директор Общества указал: «после того как мы определили на роль управляющего Бурлицкого других кандидатов больше не подбирали... ...информация о поиске Управляющего для АО «ТЗ ЖБИ-1» нигде не размещалась».

Таким образом, утверждение о том, что в 2017 году на роль управляющего у Общества имелось несколько кандидатур, является бездоказательным, а вывод о том, что взаимозависимость ИП ФИО1 не повлияла на его выбор в качестве управляющего, неоснователен. 

Довод заявителя о том, что ИП ФИО1 для выполнения функций управления АО «ТЗ ЖБИ-1» привлекались ФИО14 и ФИО15, не признается доказанным по следующим причинам. 

Свидетель ФИО14 подтвердил, что осуществлял работу для ФИО16 в здании АО «ТЗ ЖБИ-1» (

<

...>) на 8 этаже в кабинете 81 соседнем от кабинета ФИО1, однако из договора аренды № 38 от 02.05.2017 следует, что ФИО1 арендовал только одно помещение общей площадью 18,6 кв.м. по адресу 

<

...>, иные помещения в аренде у ФИО1 не находились, что также подтверждено протоколом осмотра № 13-3-25/4 от 03.04.2023.

Из показаний ФИО14 следует, что договора на выполнение работ не было, трудового договора не было, больничных и отпусков у свидетеля не было, про НДФЛ свидетель у ФИО1 не интересовался, самостоятельно с полученного дохода налог не уплачивал. Свидетель при допросе указал, что передача работ происходила устным сообщением, демонстрацией на мониторе.

Из показаний ФИО14 следует, что он проходил в здание по пропуску, который предоставил ФИО1. Пользовался на рабочем месте стационарным монитором, бумагой, ручками.

Однако согласно анализу расчетного счета ИП ФИО1 в 2019-2021 годах расходы на приобретение оргтехники и канцелярии отсутствуют, таковые также не включены по договору аренды № 38 от 02.05.2017 (только платежи за использованную электроэнергию, водоснабжение, теплоснабжение и канализацию).

Таким образом, ФИО1 использованы ресурсы Общества (помещение, канцелярия) с передачей их третьим лицам.

Несмотря на то, что пункт 5.7 договора управления от 12.05.2017 предусматривает, что оплата всех расходов управляющего при совершении сделок от имени и в интересах Общества или от своего имени и в интересах Общества осуществляется за счет Общества, доказательств перевыставления оплаты услуг ФИО14 Обществу в материалы дела не представлено. 

С учетом того, что какие-либо акты выполненных работ между ФИО1 и ФИО14 не подписывались, то потребность АО «ТЗ ЖБИ-1» в работах, выполненных со слов ФИО14 для ФИО1, документально не подтверждена.

Из пояснений ФИО17 следует, что он в 2019-2022 работал с ФИО1 над проектами, над собственными проектами, над проектами с супругой. По проектам с ФИО1 занимались по направлению связанному с деятельностью завода ЖБИ-1, разработка платформы для создания мобильных приложений, несвязанная с деятельностью ЖБИ-1. Для завода вели бизнес-аналитику, разрабатывали модель ведения бизнеса, рекомендации управления дебиторской задолженности, возможность внедрения крупнопанельного домового строительства. Работал свидетель из дома, при необходимости приезжал на завод в кабинет 801 на 8 этаже и работал с ФИО1 и ФИО18

Свидетель ФИО15 подтвердил, что осуществлял работу для ФИО1 в здании АО «ТЗ ЖБИ-1» (

<

...>) на 8 этаже в кабинете 801. Проходил свидетель в здание по магнитной карте. Использовал для работы собственный ноутбук, на заводе был обеспечен доступ к сети интернет и к распечатке документов при необходимости.  Свидетель указал, что трудового договора и договора гражданско-правового характера по взаимоотношениям с ФИО1 в части работ для АО «ТЗ ЖБИ- 1» не было, больничные и отпуска не оплачивались, сведениями об уплате НДФЛ ФИО1 свидетель не располагает, сам не уплачивал.           ФИО15 при допросе указал, что документы о передаче результата выполненных работ не оформлялись, работы передавались ФИО1 демонстрацией на компьютере. Используются ли результаты работ Обществом, свидетелю неизвестно.

Аналогичным образом из материалов дела не следует, что услуги ФИО15 перевыставлялись с адрес Общества, акты об их выполнении отсутствуют. 

Как правомерно ссылается податель апелляционной жалобы, вывод суда первой инстанции о том, что проделанная работа ФИО15 нашла отражение в приказе       № 107/1 от 24.12.2018 «Об изменении производственной и складской политики на протяжении 2019-2022 г.», является противоречивым, так как согласно показаниям ФИО15 он начал работать с ФИО1 с 2019 года.

Ни акты об оказании услуг, ни ежеквартальные отчеты управляющего ИП ФИО1, не содержат предъявленных расходов АО «ТЗ ЖБИ-1», а соответственно, расходы на ведение деятельности от имени Общества в качестве управляющего ФИО1 не производились.

Обстоятельства того, что АО «ТЗ ЖБИ-1» не оформляло ФИО1 в качестве работника, не оплачивало больничные листы, отпускные или сверхурочную работу, не осуществляло переводы денежных средств с назначением платежа «заработная плата» и т.д., суд связывает с выводами о намеренном сокрытии Обществом трудовых отношений с ФИО1

Таким образом, факты и обстоятельства в совокупности и взаимосвязи свидетельствуют о том, что деятельность, выполняемая ИП ФИО1 в течение 2019-2021 годов по договору о передаче полномочий, носила именно трудовой характер, а выплаты по нему являлись скрытой формой оплаты труда, что свидетельствует о нарушении положений пункта 1 статьи 54.1 НК РФ.

С учетом вышеизложенного, решение Арбитражного суда Тюменской области от 14.10.2024 по делу № А70-940/2024 подлежит отмене с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении требований заявителя в полном объеме. 

Апелляционная жалоба Инспекции подлежит удовлетворению по причине её обоснованности.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 269, пунктом 3 части 1 статьи 270, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Тюмени № 3 удовлетворить, решение Арбитражного суда Тюменской области от 14.10.2024 по делу № А70-940/2024 отменить. Принять новый судебный акт. 

В удовлетворении требования акционерного общества «Тюменский завод железобетонных изделий № 1» о признании недействительным решения Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Тюмени № 3  от 15.09.2023 № 13-3-39/19 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения – отказать. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Председательствующий

Н.А. Шиндлер

Судьи

Н.Е. Котляров

 А.Н. Лотов