ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

19.01.2023

Дело № А40-30060/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12.01.2023

Полный текст постановления изготовлен  19.01.2023

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего-судьи Кручининой Н.А.,

судей: Михайловой Л.В., Перуновой В.Л., 

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ООО Научно-Производственное предприятие «Парос Тал» - ФИО1 по доверенности от 09.01.2023,

от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 05.03.2021, ФИО4 по доверенности от 20.02.2021, ФИО5 по доверенности от 20.02.2021,

рассмотрев 12.01.2023 в судебном заседании кассационную жалобу ООО «УралФинансСтрой»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 18.07.2022 

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2022 

по заявлению ООО «УралФинансСтрой» о включении в реестр требований кредиторов должника и заявлению конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделками договора № ОР-001/2018 от 10.04.2018 и договора № ОР-002/2018 от 24.06.2018, заключенных должником с ООО «УралФинансСтрой»,

по делу о признании ООО Научно-Производственное предприятие «Парос Тал» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 15.12.2020 ООО Научно-Производственное предприятие «Парос Тал» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6.

15.02.2021 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ООО «УралФинансСтрой» о включении в реестр требований кредиторов                                 2 917 561, 60 руб. основного долга, 38 955 руб. и 282 616, 16 руб. неустойки.

15.03.2021 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ООО Научно Производственное предприятие «Парос Тал» ФИО6 о признании недействительными сделками договора № ОР-001/2018 от 10.04.2018 и договора № ОР-002/2018 от 24.06.2018, заключенных между ООО Научно-Производственное предприятие «Парос Тал» и ООО «УралФинансСтрой».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.09.2021 были объединены для совместного рассмотрения требования ООО «УралФинансСтрой» и заявление конкурсного управляющего должника о признании сделок недействительными.

Определением Арбитражного суда города Москвы 21.10.2021, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2022, отказано в удовлетворении ходатайства о фальсификации доказательств, отказано в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной, требование ООО «УралФинансСтрой» признано обоснованным, включено в реестр требований кредиторов должника в размере                  2 917 561, 60 руб. основного долга, 282 616, 16 руб. неустойки - в третью очередь реестра требований кредиторов отдельно, как подлежащей погашению после погашения требований кредиторов третьей очереди.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.05.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 21.10.2021 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2022 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

По результатам нового рассмотрения определением Арбитражного суда города Москвы от 18.07.2022 в удовлетворении ходатайства о фальсификации, истребовании доказательств отказано. Заявление конкурсного управляющего о признании сделки недействительной удовлетворено. Признаны недействительными сделками договор № ОР-001/2018 от 10.04.2018 и договор № ОР-002/2018 от 24.06.2018. Требования ООО «УралФинансСтрой» признаны необоснованными и отказано во включении в реестр требований кредиторов ООО Научно-Производственное предприятие «Парос Тал».

            Не согласившись с принятыми судебными актами, ООО «УралФинансСтрой» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судами норм права, неполное выяснение  обстоятельств, имеющих значение для дела, просит отменить определение суда первой и постановление суда апелляционной инстанций и принять новый судебный акт.

            Конкурсным управляющим должника и ФИО2  представлены отзывы на кассационную жалобу, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

            В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего должника, а также представитель ФИО2  против удовлетворения жалобы возражали по мотивам, указанным в отзывах.

В соответствии с абзацем 2 частью 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив в порядке статей 284, 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит правовых оснований для их отмены ввиду следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с частью  1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судами,  между ООО «УралФинансСтрой» (исполнителем) и ООО НПП «Парос Тал» (заказчиком) были заключены договоры № ОР-001/2018 от 10.04.2018 и № ОР-002/2018 от 24.06.2018, по условиям которых исполнитель обязался выполнить по заданию заказчика комплекс ремонтных общестроительных работ по устранению дефектов от сторонних СМР подвала здания, а также комплекс ремонтных работ (ремонт кровельной части входной группы) в ассортименте и количестве, указанных в приложениях № 1 (смета) к договорам, которыми предусмотрено выполнение по договору № ОР-001/2018 от 10.04.2018 шести пунктов демонтажных работ: расчистка стен и потолков, удаление штукатурки, вынос мусора, демонтаж ж/б перекрытий, расчистка стен в зоне запасного выхода и 14 пунктов общестроительных работ: заделка трещин и механических повреждений на стенах и потолке, обработка их гидроизолирующим составом, установка металлической сетки, монтаж ж/б перекрытия, заделка сквозной дыры в стене, установка решеток на окна, установка защитных козырьков, приямков, монтаж дымовой трубы, вывоз и вынос мусора, и по договору № ОР-002/2018 от 24.06.2018 производство работ в четыре этапа: демонтаж по входной группе (поврежденной кровли, примыкающих планок, под кровельной обрешетки, стропил, влаго-ветрозащитной изоляции, испорченного бетонного покрытия, вывоз мусора); второй этап - перекрытия стены входа (кладка и штукатурка стен, оцинковка сетки, гидроизоляция, монтаж опалубки, армировка, заливка бетона, вывоз мусора и д.р.); третий этап - кровля (монтаж стропил утеплителя, пароизоляция, деревянная обрешетка, монтаж металлочерепицы, капельника, примыкающей и ветрозащитной планки, установка крюков, желоба, водосточной трубы, воронки, колен, монтаж софит); четвертый этап - отмостка (подготовка основания с демонтажем, армировка дорожной сетки, заливка бетона, вывоз мусора).

Стоимость работ по договору № ОР-001/2018 от 10.04.2018 составила                    2 734 761,60 рублей и по договору № ОР-002/2018 от 24.06.2018 - 182 800 рублей.

Указывая на то, что в настоящее время обязательства по оплате работ должник не исполнил, ООО «УралФинансСтрой» обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности по указанным договорам, подтвержденной вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 18.11.2020 по делу № А40-46591/20, которым с ООО НПП «ПАРОС ТАЛ» в пользу ООО «УралФинансСтрой» было взыскано 3 200 177,76 руб. 

В свою очередь, конкурсный управляющий, полагая, что вышеназванные договоры № ОР-001/2018 от 10.04.2018 и № ОР-002/2018 от 24.06.2018 были заключены между аффилированными лицами с целью причинения вреда кредиторам, имеют признаки мнимой сделки, совершенной в целях увеличения кредиторской задолженности дружественного кредитора обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании данных сделок по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Признавая указанные договоры недействительными и отказывая на основании этого во включении требования ООО «УралФинансСтрой» в реестр требований кредиторов, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств реальности спорных правоотношений сторон, доказанности совершения сделок при злоупотреблении правом.

Суд апелляционной инстанции согласился с данным выводом суда первой инстанции.

Судебная коллегия считает, что суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства и пришли к обоснованным выводам в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Наличие судебного акта, которым удовлетворено денежное требование, основанное на сделке, не препятствует в деле о банкротстве обратиться в арбитражный суд с заявлением об оспаривании этой сделки.

Взыскание долга по договору на основании вступившего в законную силу судебного акта не препятствует признанию недействительным как мнимой сделки договора в рамках дела о банкротстве, если суд при взыскании задолженности не исследовал вопрос о действительности договора (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2016 № 309-ЭС15-18214, Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 № 7204/12).

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, процедуры банкротства носят публично-правовой характер (Постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П и др.), публично-правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы.

Таким образом, само по себе наличие вступившего в законную силу судебного акта о взыскании задолженности не препятствует исследованию вопроса о признании договоров выполнения работ недействительными в рамках настоящего спора с учетом того обстоятельства, что в отношении мнимости сделки в настоящем деле заявлены иные доводы.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно пункту 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации Российской Федерации» к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктами 3, 4 статьи 1 ГК РФ закреплено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для квалификация сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 ГК РФ недостаточно установления факта ущемления интересов других лиц, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются:

- наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок;

- наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц;

- наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как разъяснено в 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся.

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора исходя из указаний суда округа, изложенных в постановлении от 23.05.2022, проанализировав условия договоров, основания их заключения и исполнения, суды пришли к выводу, что представленные в материалы документы не подтверждают наличие у сторон действительной воли на осуществление правоотношений в рамках спорных договоров, в связи с чем, признали оспариваемые договоры мнимыми сделками.

Суды обоснованно сослались на правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, согласно которой доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

При этом, судами установлено нетипичное для хозяйствующих субъектов поведение кредитора, в частности в отношении не истребования у должника предусмотренного договорами аванса, длительное не обращение за взыскание образовавшейся задолженности, что указывает на то, что действия ООО «УралФинансСтрой» были согласованы с действиями должника, совокупность обстоятельств указывает на взаимозависимое поведение данных лиц.

Так, суды указали, что несмотря на отсутствие аванса, в отсутствие экономической целесообразности, исполнитель (ООО «УралФинансСтрой») приступил к работам, материалы для выполнения которых, как пояснял кредитор, приобретал за счет собственных средств. При этом, в финансовой отчетности за 2018 год ООО «УралФинансСтрой» отсутствуют сведения о приобретении материалов за счет собственных средств, так и об источниках финансирования данных затрат. Доказательств привлечения кредитором займов, кредитов, либо увеличения уставного капитала материалы дела не содержат, в связи с чем, сделать вывод о наличии у ООО «УралФинансСтрой» возможности исполнять обязанности по договорам в силу отсутствия возможности финансировать работы (нести затраты) без оплаты аванса, не представляется возможным.

Кроме того, исходя из анализа бухгалтерского баланса за 2018 год - строка 4122 отчета о движении денежных средств, выплат в связи с оплатой труда работников в 2018 году ООО «УралФинансСтрой» не производилось. При этом, доказательств выполнения работ силами третьих лиц в материалы дела не представлено и не подтверждается финансовой отчетностью организации за 2018 год.

Между тем, как правильно отметили суды, выполнение подрядных работ в рамках оспариваемых договоров должны сопровождаться значительным объемом первичной бухгалтерской и организационной документации, штатным расписанием, табелем учета рабочего времени, перепиской сторон по организации работ, указанные работы требуют наличия материально-технической базы, рабочих ресурсов для выполнения предусмотренного договорами подряда комплекса работ, при этом привлечение работников и необходимой техники должно быть подтверждено (транспортные накладные, путевые листы, расходование материалов и т.д.).

Однако, как установили суды, в рассматриваемом случае достаточных доказательств выполнения кредитором подрядных работ, в материалы дела не представлено.

Суд кассационной инстанции не усматривает правовых оснований для переоценки выводов судов первой и апелляционной инстанции, поскольку судами на основании исследования совокупности представленных в материалы дела доказательств,  сделан правильный и обоснованный вывод о том, что заключение сторонами договоров на выполнение подрядных работ не носило реального характера, воля сторон не была направлена  на выполнение  принятых ими на себя обязательств в соответствии с их условиями, заключение договоров  создало формальный документооборот с целью искусственного формирования задолженности, что нельзя признать добросовестным.

Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую оценку, при этом выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводы судов первой и апелляционной инстанций, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в целом повторяют доводы, которые были предметом исследования в судах первой и апелляционной инстанций и им дана надлежащая правовая оценка с указанием в судебном акте мотивов их отклонения, с которой судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается.

Правом иной оценки исследованных судами доказательств суд кассационной инстанции не обладает, поскольку согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права, но не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Учитывая вышеизложенное и поскольку судами первой и апелляционной инстанций не было допущено таких нарушений норм материального и процессуального права при рассмотрении обособленного спора, которые могут быть положены в основание отмены судебных актов при проверке их законности в порядке кассационного производства, то судебная коллегия суда кассационной инстанции, действующая строго в пределах своих полномочий, считает, что определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежат.

            Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 18.07.2022  и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2022 по делу № А40-30060/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

             

Председательствующий-судья                          Н.А. Кручинина

 

Судьи:                                                                      Л.В. Михайлова

 

                                                                                              В.Л. Перунова