СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск Дело № А67-6246/2018 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 декабря 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 12 января 2024 года.  

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Иванова О.А.,  судей Дубовика В.С.,  

ФИО1, 

 при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  секретарем ФИО2 с использованием средств аудиозаписи в режиме  веб-конференции рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 ( № 07АП-5389/2019 (2)) на определение от 02.11.2023 Арбитражного  суда Томской области по делу № А67-6246/2018 (судья Панкратова Н. В.) по делу  о несостоятельности (банкротстве) жилищно-строительного кооператива «Алексеевское»  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 634026, 

<

...>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности,  

В судебном заседании приняли участие: от ФИО4 - ФИО5 (доверенность от 08.07.2022), от конкурсного управляющего – ФИО6 (доверенность от 20.02.2023), иные лица, участвующие в деле, - не явились (надлежащее извещение), 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Томской области от 14.06.2018 принято  к производству заявление Департамента недвижимости, возбуждено производство по делу  о несостоятельности (банкротстве) ЖСК «Алексеевское».  

Определением Арбитражного суда Томской области от 08.10.2019  в отношении жилищно-строительного кооператива «Алексеевское» введена процедура  

несостоятельности (банкротства) - наблюдение, конкурсным управляющим утвержден  ФИО3, член Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский  центр экспертов антикризисного управления».  

Решением Арбитражного суда Томской области от 27.02.2020 жилищностроительный кооператив «Алексеевское» (далее - ЖСК «Алексеевское», должник)  признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным  управляющим утвержден ФИО3.  

30.09.2022 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего  ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих  должника лиц по обязательствам должника, где просит взыскать с ФИО4 в пользу ЖСК «Алексеевское» в порядке привлечения к субсидиарной  ответственности 19 927 253,68 руб.; взыскать с ФИО7 солидарно  с ФИО4 в пользу ЖСК «Алексеевское» в порядке  привлечения к субсидиарной ответственности 5 522 160 руб.  

Конкурсным управляющим в ходе рассмотрения дела требования неоднократно  уточнялись. В окончательной редакции уточнений, поступивших в суд 17.10.2023,  принятых в судебном заседании 8.10.2023, конкурсный управляющий просит взыскать  с ФИО4 в пользу ЖСК «Алексеевское» в порядке  привлечения к субсидиарной ответственности 15 420 337,68 руб.; взыскать с ФИО7 в пользу ЖСК «Алексеевское» в порядке привлечения к субсидиарной  ответственности 4 053 736 рублей солидарно с ФИО4  

Определением от 02.11.2023 Арбитражного суда Томской области суд признал  доказанным наличие оснований для привлечения ФИО7  к субсидиарной ответственности по обязательствам ЖСК «Алексеевское» по основаниям  пункта 2 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)»; взыскал с ФИО7 в порядке привлечения  к субсидиарной ответственности в пользу ЖСК «Алексеевское» 4 053 736 руб.;  в удовлетворении требований конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной  ответственности ФИО4 отказал.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО3  обратился с апелляционной жалобой. Указывая на незаконность и необоснованность  определения в части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего  о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4,  просит отменить и принять новый судебный акт, которым ФИО4 будет привлечен к субсидиарной ответственности.  

До судебного заседания от апеллянта поступило дополнение к апелляционной  жалобе, в котором указывает, что конкурсным управляющим были доказаны  все необходимые обстоятельства для привлечения ФИО4 к субсидиарной  ответственности. Полагает, что причиной возникновения задолженности перед  кредиторами являлись действия ФИО4 по привлечению денежных средств  на строительство жилого дома, ведение ФИО4 неэффективного менеджмента,  что явилось результатом невозможности удовлетворения требований кредиторов.  

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – АПК РФ) от ФИО4 поступил отзыв на апелляционную  жалобу и дополнение к отзыву, в которых просит оставить обжалуемое определение  без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель конкурсного  управляющего поддержал апелляционную жалобу с учетом дополнений.  

Представитель ФИО4 поддержал отзыв на апелляционную жалобу. 

В судебное заседание апелляционной инстанции иные лица, участвующие в деле,  извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства,  не явились.  

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123,  156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту  – АПК РФ) рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников  арбитражного процесса.  

При рассмотрении апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции  руководствуется частью 5 статьи 268 АПК РФ с учетом разъяснений, изложенных  в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»,  согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд  апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части  и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы,  за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных  в части 4 статьи 270 АПК РФ.  

Поскольку лица, участвующие в деле, не заявили возражений против проверки  судебного акта в части, в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 АПК РФ,  с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено в обжалуемой  части – в части отказа в привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы с учетом  дополнений и отзыва на нее, заслушав представителей сторон, проверив в соответствии  со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность  и обоснованность обжалуемого определения, суд апелляционной инстанции не находит  оснований для отмены обжалуемого судебного акта.  

Отказывая в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной  ответственности ФИО4, суд первой инстанции исходил из недоказанности того,  что действия ФИО4 послужили причиной невозможности удовлетворения  требований кредиторов, а также недоказанности возникновения объективного банкротства  в период нахождения ФИО4 в должности председателя правления ЖСК и, как  следствие, отсутствия оснований для обращения ФИО4 с заявлением о признании  ЖСК несостоятельным (банкротом).  

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции,  отклоняя доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из следующего.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела  о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно  доказать обстоятельства на которые оно ссылается как на основание своих требований  и возражений. Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены  определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными  доказательствами (статья 68 АПК РФ). Лица, участвующие в деле, несут риск наступления  последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 1 статьи  9 АПК РФ).  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений  в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Федеральный закон  от 29.07.2017 № 266-ФЗ), вступившим в силу в основной своей части с 30.07.2017, статья  10 Закона о банкротстве признана утратившей силу. Закон о банкротстве дополнен главой  III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».  

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ  рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности,  предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 ФЗ  

«О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления  в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017,  производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона  от 29.07.2017 № 266-ФЗ»).  

Ввиду того, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является  разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат  материально-правовые нормы, устанавливающие основания для привлечения  к субсидиарной ответственности, в том числе понятие контролирующего должника лица,  презумпции отнесения к последнему, срок подозрительности, и действовавшие на момент  совершения вменяемых ответчику действий.  

Указанная правовая позиция изложена в пункте 2 Информационного письма  Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных  с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении  изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», в котором  разъяснено, что после вступления в силу новых норм, регулирующих положения  о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности,  основания для применения такой ответственности квалифицируются, исходя  из законодательства, действовавшего в тот момент, когда соответствующие  обстоятельства имели место.  

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были  определены законодателем в разное время следующими положениями:  

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009, N 73-ФЗ (действует  по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013);  

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013, N 134-ФЗ (действует  по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017);  

- глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 (действует  по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).  

С учетом этого на заявителя возлагается обязанность доказать основания  привлечения к субсидиарной ответственности лица, в отношении которого подано  заявление.  

Применительно к рассматриваемому спору, конкурсным управляющим указаны  следующие основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 -  п. 2, п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве: не обращение в суд с заявлением о банкротстве;  совершение действий, повлекших банкротство организации.  

Суд апелляционной инстанции учитывает, что привлечение контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом  восстановления нарушенных прав кредиторов.  

При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции  юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта  (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ),  наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц,  входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при  принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда  независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования  института юридического лица (статья 10 ГК РФ).  

Из изложенного следует, что по существу целью субсидиарной ответственности  руководителя должника является отнесение на него возникших у кредиторов негативных  последствий отсутствия своевременного инициирования дела о банкротстве, то есть  полной или частичной невозможности удовлетворения требований кредиторов, в том  числе обусловленной отнесением их требований к реестровым, а не текущим  обязательствам должника, а также иными подобными обстоятельствами.  

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016   № 309-ЭС15-13978 по делу № А07-3169/2014 также следует, что бремя доказывания тех  или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого  объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений,  обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований  и возражений.  

Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые  оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами,  участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока,  установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом.  

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд  (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением  должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены  статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную  ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена  обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника  в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления  в арбитражный суд.  

Случаи, когда руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд  с заявлением должника, предусмотрены пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве. В числе  этих случаев и ситуация, когда должник отвечает признакам неплатежеспособности  и (или) признакам недостаточности имущества.  

На основании пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно  быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой  же статьи, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих  обстоятельств.  

В действовавшем ранее пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действующей  в настоящее время статье 61.12 Закона о банкротстве, законодатель презюмировал  наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны  руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков  банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав  заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных  в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу,  являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное  исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом  обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств,  возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9  Закона о банкротстве.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.10.2019 N 305-ЭС19-9992,  заявитель, требующий привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной  ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, должен сослаться  на период возникновения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве должника  и представить доказательства, подтверждающие соответствующие обстоятельства. Суд  рассматривает требования исходя из сформулированных оснований и предмета заявления.  

Как разъяснено в определении Верховного Суда Российской Федерации  от 14.06.2016 по делу № 309- ЭС16-1553, Обзоре судебной практики Верховного Суда  Российской Федерации № 2 (2016) в предмет доказывания по спорам о привлечении  руководителей к ответственности за неподачу заявления, входит установление следующих  обстоятельств:  

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона  о банкротстве;  

- момент возникновения данного условия; 

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение  месяца со дня возникновения соответствующего условия;  

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Соответственно, заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству,  предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель  должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться  с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела  о банкротстве должника.  

Недоказанность наличия хотя бы одного из обстоятельств, указанных в пункте 1  статьи 9 Закона о банкротстве, является основанием для отказа в удовлетворении  заявления конкурсного управляющего.  

При исследовании совокупности указанных обстоятельств, следует учитывать,  что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент,  когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой  практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств,  упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих  должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут  субсидиарную ответственность по его обязательствам.  

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным  (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при  наличии одного из следующих обстоятельств:  

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим  лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок  должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального  закона;  

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню  назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения  о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой  

является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо  указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение  процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация  конкурсной массы;  

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности,  возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение  о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его  единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной  ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе  требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам  о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов  пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной  сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.  

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия  которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной  ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным  (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало  добросовестно и разумно в интересах должника.  

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее -  постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица,  приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие  действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника,  то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает  существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение  должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными  действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  

Согласно положениям пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под  контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо,  имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению  признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом  заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения  должником указания или возможность иным образом определять действия должника,  в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это  лицо:  

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом  исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной  комиссии;  

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества,  или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной  (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании  участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя  должника;  

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных  в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).  

Для привлечения к субсидиарной ответственности необходимо установление  совокупности условий: наличие у ответчика права давать обязательные для должника  указания либо возможности иным образом определять действия должника; совершение  ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или)  возможности; наличие причинноследственной связи между использованием ответчиком  своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями должника,  повлекшими его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества должника  для расчетов с кредиторами; кроме того, необходимо установить вину ответчика  для возложения на него ответственности.  

Таким образом, привлечение к субсидиарной ответственности возможно  при наличии следующих обстоятельств: надлежащего субъекта ответственности, которым  является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют  право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют  возможность определять его действия; факта несостоятельности (банкротства) должника,  то есть признания арбитражным судом или объявлении должником о своей неспособности  в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам  и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; наличие причинной  связи между обязательными указаниями или действиями указанных лиц и фактом  банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной  ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство)  юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.  

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ  от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих  должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС  РФ № 53) привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности  является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.  

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, должник - ЖСК «Алексеевское» зарегистрирован  в качестве юридического лица 02.06.2014г.; основным видом экономической деятельности  Общества являлась управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение  или на договорной основе, дополнительными видами деятельности, в том числе являлось  строительство жилых и нежилых зданий, строительство инженерных коммуникаций  для водоснабжения и водоотведения, газоснабжения, строительство местных линий  электропередачи и связи, строительство прочих инженерных сооружений.  

ФИО4 являлся председателем правления ЖСК «Алексеевское» в период  с 02.06.2014 по 25.12.2016.  

Таким образом, ФИО4 является лицом, контролирующими должника. 

Согласно правовой позиции Верховного Суда, изложенной в Определении   № 309-ЭС17-1801 от 20.07.2017 по делу N А50-5458/15, одного лишь наличия  неисполненных денежных обязательств на сумму, превышающую 300 000 рублей  и сроком более трех месяцев, недостаточно для возникновения на стороне должника  обязанности по подаче генеральным директором должника заявления о признании  общества банкротом, поскольку указанные обстоятельства могут иметь лишь временный  характер. Наличие такой задолженности лишь позволяет внешним кредиторам  инициировать дело о банкротстве общества-должника.  

Абзацем 2 пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее -  Постановление № 53) установлено, что если руководитель должника докажет, что само  по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных  в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало  об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения,  добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые  усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план,  такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот  период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного  руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации,  изложенной в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера  кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе  должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои  обязательства.  

Учитывая специфику некоммерческой организации (в данном случае должник  является жилищным (жилищно-строительный) кооперативом), деятельность которой,  не направлена на извлечение прибыли, затруднительно судить о финансовом состоянии  должника только по от-дельным цифрам из бухгалтерского баланса должника.  

Кооператив создается для строительства недвижимости. По окончании  строительства цели создания кооператива считаются достигнутыми и финансово-хозяйственная деятельность кооператива прекращается.  

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, основным видом экономической деятельности ЖСК  «Алексеевское» являлось управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или  на договорной основе, дополнительными видами деятельности, в том числе являлось  строительство жилых и нежилых зданий, строительство инженерных коммуникаций для  водоснабжения и водоотведения, газоснабжения, строительство местных линий  электропередачи и связи, строительство прочих инженерных сооружений.  

В соответствии с пунктом 1.6. Устава ЖСК «Алексеевское» (в редакции,  утвержденной Протоколом № 1 общего собрания учредителей от 21.05.2014) деятельность  кооператива была направлена на строительство жилья для членов кооператива.  

В последующем в Устав ЖСК «Алексеевское» были внесены изменения,  утвержденные протоколом общего собрания учредителей ЖСК «Алексеевское»  от 23.08.2016.  

В соответствии с пунктом 1.1 Устава ЖКС «Алексеевское» является добровольным  объединением физических и/или юридических лиц, заинтересованных в осуществлении  коллективных совместных действий по строительству объекта по строительному адресу:  РФ, г. Томск, 

<

...>. Согласно пункту 3.1. Устава кооператив создан  для удовлетворения потребностей членов Кооператива, путем строительства на средства  членов Кооператива объекта, указанного в п.1.1. настоящего Устава, а также  для последующего управления жилыми и нежилыми помещениями в кооперативном доме.  В состав кооператива вступило 19 членов.  

С целью строительства объекта был выбран земельный участок с кадастровым  номером 70:21:0211001:674, площадью 8650 кв.м., расположенный по адресу: г. Томск,  

<

...>. Указанный земельный участок расположен в зоне  общественно-жилого назначения.  

На основании постановления администрации Города Томска от 30.06.2014 № 1120 - з, между муниципальным образованием «Город Томск» в лице департамента  недвижимости (арендодатель) и некоммерческим партнерством по содействию  участникам ликвидации аварии на ЧАЭС застройщикам индивидуального жилья  по развитию поселка «Родник» (арендатор) заключен договор аренды земельного участка  от 15.08.2014 № ТО-21-20565, в соответствии с которым, земельный участок был  предоставлен арендатору. Разрешенное использование земельного участка было указано -  для строительства торгового развлекательного комплекса.  

Договором предусмотрено, что срок действия договора устанавливается  с 30.06.2014 по 30.11.2016 (пункт 2.1); размер арендной платы за земельный участок  устанавливается: до получения разрешения на строительство в расчете на единицу  площади определяется согласно утвержденным Решением Думы Города Томска № 965  от 19.08.2008 по ставкам арендных платежей в 16в зоне градостроительной ценности,  для строительства жилых домов - 11,6 руб./1 кв.м *год.  

Дополнительным соглашением от 11.11.2014 права и обязанности арендатора  по договору в полном объеме и на условиях, предусмотренных договором, перешли  с 15.10.2014 к ЖСК «Алексеевское».  

Из материалов дела усматривается, что на момент введения процедуры банкротства  у ЖСК «Алексеевское» решениями Арбитражного суда Томской области была  установлена следующая задолженность за землю:  

- от 25.07.2017 по делу № А67-4704/2017 - в размере 4 237 850, 56 руб., в том  числе задолженность по арендной плате в размере 3 692 474, 56 руб., пени в размере  545 376 руб.;  

- от 20.12.2017 по делу № А67-7020/2017 - в размере 1 462 278, 79 руб., в том  числе задолженность по арендной плате в размере 1 400 166, 68 руб., пени в размере  62 112, 11 руб.;  

- от 15.11.2017 по делу № А67-8155/2017 - в размере 611 210, 93 руб., в том  числе задолженность по арендной плате в размере 604 652, 13 руб., пени в размере  6 558, 8 руб.  

Указанная задолженность не была погашена в полном размере, впоследствии  включена в реестр требований кредиторов должника.  

Конкурсный управляющий полагал, что признаки неплатежеспособности возникли  у ЖСК «Алексеевское» во втором квартале 2015 года, поскольку размер долга  

по арендной плате за землю превышал 300 000 рублей, датой объективного банкротства  считал 01.07.2015.  

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции  об отсутствии безусловных доказательств, подтверждающих вину ФИО4  в признании должника несостоятельным (банкротом):  

- конкурсный управляющий не предоставил доказательств, подтверждающие,  что ФИО4 совершал сделки, которые причинили вред имущественным правам  кредиторов,  

- все документы должника были переданы ФИО4 - ФИО7 24.01.2017г.  по акту приема-передачи,  

- ФИО4 не был привлечен к уголовной, административной ответственности  или ответственности за налоговые правонарушения.  

При этом конкурсный управляющий ошибочно полагает, что постановление  Ленинского районного суда г. Томска от 07.10.2021г. по делу № 1-60/2021, является  доказательством, подтверждающим основания для привлечения ФИО4  к субсидиарной ответственности.  

Уголовное дело в отношении ФИО4 было прекращено в связи  с истечением сроков давности уголовного преследования.  

Указанное основание прекращения уголовного преследования заключается в том,  что такое основание предполагает отказ государства от дальнейшего доказывания  виновности лица и не подразумевает судимости.  

Конституционный Суд РФ неоднократно обращал внимание, что прекращение  уголовного преследования в связи с освобождением от уголовной ответственности  и наказания по нереабилитирующему основанию не влекут признание лица виновным или  невиновным в совершении преступления (определение КС от 2 ноября 2006 г. № 488-О).  

Такое решение не является актом, которым устанавливается виновность. 

При прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям органы  расследования не констатируют виновность лица, а отказываются от его дальнейшего  преследования.  

Решение о прекращении уголовного преследования в связи с истечением сроков  давности выступает процессуальной формой, воплощением института освобождения  от уголовной ответственности в связи с истечением таких сроков.  

Доводы конкурсного управляющего о неэффективном менеджменте ФИО4  в ходе судебного разбирательства также не подтверждены.  

В соответствии с пунктом 1.6. Устава ЖСК «Алексеевское» (в редакции,  утвержденной Протоколом № 1 общего собрания учредителей от 21.05.2014г.)  деятельность кооператива была направлена на строительство жилья для членов  кооператива. Деятельность кооператива строилась на принципах добровольности,  имущественной взаимопомощи, самоокупаемости и самоуправления.  

Однако в последующем в Устав ЖСК «Алексеевское» были внесены изменения,  утвержденные протоколом общего собрания учредителей от 23.08.2016г. члены ЖСК  «Алексеевское» согласно которым изменилась цель создания кооператива. В соответствии  с пунктом 1.1 Устава ЖКС «Алексеевское» является добровольным объединением  физических и/или юридических лиц, заинтересованных в осуществлении коллективных  совместных действий по строительству объекта по строительному адресу: РФ, г. Томск,  

<

...>. Согласно пункту 3.1. Устава кооператив создан  для удовлетворения потребностей членов Кооператива, путем строительства на средства  членов Кооператива объекта, указанного в п.1.1. настоящего Устава, а также  для последующего управления жилыми и нежилыми помещениями в кооперативном доме.  

Таким образом, членами кооператива планировалось строительство объекта  недвижимого имущества для удовлетворения потребностей членов кооператива  без указания на конкретизацию назначения объекта.  

Суд апелляционной инстанции учитывает, что все изменения в Устав ЖСК  «Алексеевское» вносились членами кооператива, а не единолично ФИО4,  что не оспаривается конкурсным управляющим.  

Учитывая внесение изменений общим собранием учредителей, указанные действия  не могут вменяться ФИО4 единолично.  

В состав кооператива вступило 19 членов. 

С целью строительства объекта был выбран земельный участок с кадастровым  номером 70:21:0211001:674, площадью 8650 кв.м., расположенный по адресу: г. Томск,  

<

...>.  

Указанный земельный участок расположен в зоне ОЖ (зона общественно-жилого  назначения).  

При этом к основным видам разрешенного использования земельного участка  относились в том числе:  

- многоквартирные многоэтажные жилые дома выше 16 этажей, - многоквартирные многоэтажные жилые дома 11 -16 этажей, - многоквартирные многоэтажные жилые дома 5-10 этажей, - многоквартирные многоэтажные жилые дома 5-7 этажей, 

- многоквартирные многоэтажные жилые дома 2-4 этажа,  

- блокированные жилые дома в 2-4 этажа. 

На основании постановления администрации Города Томска от 30.06.2014 № 1120 - з, между муниципальным образованием «Город Томск» в лице департамента  недвижимости (арендодатель) и некоммерческим партнерством по содействию  участникам ликвидации аварии на ЧАЭС застройщикам индивидуального жилья  по развитию поселка «Родник» (арендатор) заключен договор аренды земельного участка  от 15.08.2014 № ТО-21-20565, в соответствии с которым указанный земельный участок  был предоставлен арендатору.  

Разрешенное использование земельного участка было указано - для строительства  торгового развлекательного комплекс  

Данным договором предусмотрено, что срок действия договора устанавливается  с 30.06.2014 по 30.11.2016 (пункт 2.1); размер арендной платы за земельный участок  устанавливается: до получения разрешения на строительство в расчете на единицу  площади определяется согласно утвержденным Решением Думы Города Томска № 965  от 19.08.2008 по ставкам арендных платежей в 16в зоне градостроительной ценности,  для строительства жилых домов -11,6 руб./1 кв.м *год.  

Дополнительным соглашением от 11.11.2014 права и обязанности арендатора  по договору в полном объеме и на условиях, предусмотренных договором, перешли  с 15.10.2014 к ЖСК «Алексеевское».  

ЖСК «Алексеевское» заключило договор с ООО «Простор» на проектирование  объекта жилого трехэтажного дома, а также на оформление разрешительных документов  в Администрации г. Томска.  

Однако в связи с тем, что в разрешении на строительство жилого дома было  отказано, проектная организация подготовила необходимую проектную документацию  на получение разрешения на строительство торгово-развлекательного комплекса  с гостиницей.  

Проектная документация была разработана таким образом, что допускала  возможность корректировки и внесения изменений с целью дальнейшего строительства  и ввода в эксплуатацию многоквартирного жилого дома.  

03.02.2015г. получено разрешение на строительство Торгово-развлекательного  комплекса с гостиницей № 1Ш70301000-020-К/15 (срок действия до 02.11.2015г.).  В дальнейшем действие разрешения продлено до 02.11.2016г.  

На земельном участке в период с марта 2015г. по октябрь 2015г. было возведено  два этажа здания. Все паевые взносы членов ЖСК «Алексеевское» направлены  на строительство объекта.  

В последующем разрешенное использование земельного участка изменено  на - «многоквартирные многоэтажные жилые дома 5-10 этажей, многоквартирные жилые  дома в 2-4 этажа, магазины, автостоянки для постоянного хранения индивидуальных  легковых автомобилей, подземные и полуподземные», что подтверждается кадастровой  выпиской о земельном участке от 17.04.2015г. № 7000/301/15-57924.  

ФИО4 была подготовлена документация по планировке территории,  выполненная на основании постановления администрации города Томска от 26.01.2016г.   № 56-з «О разработке проекта планировки и проекта межевания территории поселка ИЖС  «Родник» в городе Томске».  

Однако администрация города Томска неоднократно отказывала в согласовании  проекта планировки и проекта межевания территории поселка ИЖС «Родник» по разным  основаниям, не зависящим от ФИО4, а отсутствие указанной документации  не позволяло осуществлять дальнейшее строительство объекта.  

Разработка и согласование указанной документации осуществлялось  на протяжении 2016г.  

Дальнейшее продолжение строительства объекта требовало согласование  указанной документации, продления срока действия договора аренды и разрешения  на строительство, а также привлечение дополнительных инвестиций для строительства  объекта.  

Однако 25.12.2016г. ФИО4 был отстранен от должности председателя  правления ЖСК «Алексеевское» и исключен из членов ЖСК «Алексеевское» в связи с чем  дальнейшая работа ФИО4 по завершению строительства объекта оказалась  невозможной.  

Учитывая изложенные выше обстоятельства, суд первой инстанции пришел  к правомерному выводу о том, что действия ФИО4 в период исполнения  обязанностей руководителя должника являлись добросовестными и разумными  и не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска, в связи  с чем основания для привлечения его к субсидиарной ответственности по п.4 ст. 10 Закона  о банкротстве отсутствуют.  

Доказательств неразумности и недобросовестности действий ФИО4  не представлено.  

Судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц  и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность  решений, принимаемых директорами. Директор не может быть привлечен  к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его  действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового  (предпринимательского) риска.  

В соответствии с разъяснениями Пленума ВАС РФ в постановлении от 30.07.2013   № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов  юридического лица» недобросовестность действий (бездействий) руководителя считается  доказанной когда руководитель действовал при наличии конфликта между его личными  интересами и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической  заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки или если  руководитель знал/должен был знать о том, что его действия (бездействия) на момент  их совершения не отвечали интересам юридического лица.  

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной,  в частности, когда директор:  

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффи- лированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии  фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки,  за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно  раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством  порядке;  

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица  (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних  документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо  предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении  соответствующей сделки;  

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения  соответствующих органов юридического лица;  

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные  последствия для юридического лица;  

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал  

за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или  с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой однодневкой" и т. п.).  

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной,  в частности, когда директор:  

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной  ситуации;  

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики  при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся  обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения  дополнительной информации;  

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например,  согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т. п.).  

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или  иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота,  входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности  юридического лица, характера соответствующего действия и т. п.  

Доказательств недобросовестности или неразумности действий ФИО4  в период исполнения ими функций председателя правления ЖСК «Алексеевское»  конкурный управляющий в материалы дела не представил.  

Исходя из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума ВС РФ № 53,  по своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным  механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение  из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового  решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является  исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания  иных способов для пополнения конкурсной массы.  

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской  Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении  контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности  погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением  причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков  свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал  недобросовестные действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то,  

что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными  рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя  и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению  предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.  

В соответствии с разъяснениями пунктов 18 и 19 постановления Пленума ВС РФ   № 53 контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные  последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не  были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового  сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац второй  пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности,  в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11  Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство  обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной  конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения  бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).  

В абзаце втором пункта 1 Постановлении N 62 разъяснено, что арбитражным судам  необходимо принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для  юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил  директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности  его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий  сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.  

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических  лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность  решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен  к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его  действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового  (предпринимательского) риска  

Таким образом, фактические обстоятельства и доказательства, представленные  в материалы дела подтверждают отсутствие вины в действиях ФИО4, который  осуществлял все необходимые действия для продолжения строительства объекта  и действовал в интересах членов ЖСК «Алексеевское».  

Давай оценку выводам суда о дате возникновения объективного банкротства,  судебная коллегия исходит из следующего.  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность -  прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по  уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом  недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

Вместе с тем, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности  хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может  не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда  у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением  о признании должника банкротом.  

Наличие у предприятия кредиторской задолженности в определенный период  времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, не является  основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника  и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному  созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем  безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен  исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса  находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.  

С учетом изложенного, для установления даты возникновения у руководителя  должника обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом  необходимо установить возникновение у должника признаков объективного банкротства.  

Правовое значение субсидиарной ответственности по указанному основанию  состоит в возмещении вреда кредиторам, причиненного в результате вступления  в правоотношения с фактически неплатежеспособным должником в отсутствие сведений  о его неудовлетворительном финансовом положении, поскольку при наличии таких  сведений эти правоотношения не возникли бы или возникли на других условиях.  

При решении вопроса о возможности возложения на ответчика субсидиарной  ответственности необходимо иметь в виду, что такой вид ответственности в деле  о несостоятельности (банкротстве) возлагается не в силу одного лишь факта неподачи  заявления должника, а потому что указанное обстоятельство является презумпцией  невозможности удовлетворения требований кредиторов, возникших в период просрочки  подачи заявления о несостоятельности (банкротстве), по причине неподачи данного  заявления.  

Согласно пункту 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее -  

Постановление № 53) под объективным банкротством понимается момент, в который  должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов,  в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера  обязательств над реальной стоимостью его активов.  

Из разъяснений, сформулированных в пункте 9 Постановления № 53, следует,  что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает  в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных  обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб  деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного  из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Таким образом, само по себе наличие неисполненных обязательств перед  кредиторами не влечет безусловной обязанности руководителя должника - юридического  лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом. Показатели,  с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления  о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического  для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных  интересов других лиц.  

Такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно  с помощью согласующихся между собой прямых и косвенных доказательств  подтверждать факт наступления объективного банкротства.  

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества  обязан незамедлительно обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании  общества банкротом, как только по результатам составления бухгалтерской отчетности  установит, что активы общества стали уменьшаться, а наоборот, данные обстоятельства  побуждают любого разумного менеджера принять необходимые меры по улучшению  экономического состояния общества и, как минимум, требуют временного промежутка  для оценки перспектив продолжения бизнеса, проведения финансового аудита,  оптимизации производственных процессов и т.д.  

С учетом этого заявитель должен доказать, что добросовестный и разумный  руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно  определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона  о банкротстве.  

При этом апелляционный суд учитывает, что необходимо учитывать режим  и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности  

в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными  обстоятельствами.  

Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными  эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться  как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего  в суд с заявлением о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации  от 29.03.2018 N 306- ЭС17-13670 (3), Обзор судебной практики Верховного Суда  Российской Федерации N 3 (2018), утвержденный Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 14.11.2018).  

В связи с тем, что должник является застройщиком, при определении момента  возникновения объективного банкротства, как момента критического изменения  структуры баланса, при котором он больше не в состоянии рассчитывать  на удовлетворение требований кредиторов, необходимо учитывать специфику  его деятельности.  

Материалами дела подтверждается, что направлением деятельности должника  было возведение объекта недвижимости.  

Одним из следствий осуществления подобной деятельности является  формирование по большей части только затратной части баланса должника. В связи  с необходимостью непрерывного осуществления работ по строительству объекта  недвижимости, проведению мероприятий по привлечению покупателей, обязательства  подобного субъекта предпринимательской деятельности непрерывно увеличиваются  до момента реализации объектов.  

Таким образом, баланс застройщика, который владеет на праве собственности или  праве аренды земельными участками изначально, как правило, состоит из уставного  капитала и балансовой стоимости земельных активов, а проект (в том числе будущий)  развития территории находится на ранней стадии инвестиционной фазы и становится  рентабельным по истечении длительного периода времени по факту выполнения  значительного объема работ.  

Специфика бухгалтерского учета таких предприятий заключается в накоплении  запасов и заделов незавершенного строительства за счет авансов заказчиков, займов  акционеров и кредитов банков, а также в дискретном характере поступления выручки  в будущем.  

В силу указанной специфики для рынка строительной отрасли в исследуемый  период, финансовое положение таких предприятий, по общему правилу объективно  не может оцениваться в качестве положительного как хорошее на ранней стадии  

инвестиционной фазы и в значительный период последующего возведения реализуемого  проекта. Кроме того, для деятельности застройщика необходимым условием, фактически,  является привлечение активов в размере, достаточном для возведения объектов  недвижимости, что, в свою очередь, в отсутствие финансирования в указанном размере  со стороны членов ЖСК «Алексеевское» означает необходимость привлечения заёмных  денежных средств со стороны кредитных организаций и иных сторонних инвесторов.  

Согласно результатам бухгалтерской судебной экспертизы, проведенной в рамках  уголовного дела в отношении ФИО4 в Заключении эксперта № 54 от 04.05.2018г.  установлено следующее:  

- По данным регистров бухгалтерского учета ЖСК «Алексеевское» за период  с 02.06.2014г. по 31.12.2017г. в кассу ЖСК «Алексеевское» в качестве паевых взносов  поступили денежные средства в общей сумме 21 714 016 руб.  

- По данным регистров бухгалтерского учета ЖСК «Алексеевское» за период  с 02.06.2014г. по 31.12.2017г. затраты кооператива на строительство объекта по адресу:  г. Томск, 

<

...> составили в общей сумме 21 961 551,48 руб.  

Таким образом, все паевые взносы членов ЖКС «Алексеевское» были направлены  на строительство объекта и фактически в 2016г. должник обладал следующими активами:  объектом незавершенного строительства стоимостью 21 961 551,48 руб., земельным  участок кадастровая стоимость которого составляла 70 612 285,50 руб., что значительно  больше размера обязательств в сумме 177 000 руб.  

Задолженность перед одним кредитором не свидетельствует о том, что должник  стал отвечать признакам неплатежеспособности.  

Сама по себе убыточность деятельности должника, не может являться основанием  для применения ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, так как  не является основанием, обязывающим руководителя должника обратиться с заявлением  о признании должника несостоятельным, предусмотренным пунктом 2 статьи 9 Закона  о банкротстве.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации,  изложенной в постановлении от 18.07.2003 № 14- П, даже формальное превышение  размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском  балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои  обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий,  характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных  значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд  с заявлением должника о банкротстве.  

При этом неверное определение даты объективного банкротства и круга  контролировавших должника в этот период лиц может повлечь необоснованное  привлечение к субсидиарной ответственности лиц в действительности непричастных  к банкротству должника.  

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что  по состоянию на 01.07.2015 у должника отсутствовали признаки объективного  банкротства.  

ФИО4 представил в материалы дела лицевую карточку арендных платежей  за землю на 16.11.2016г., выданную отделом арендной платы за землю Департамента  управления муниципальной собственностью Администрации города Томска, в которой  указано, что на дату переизбрания ФИО4 с должности председателя правления  ЖСК «Алексеевское» задолженность по оплате арендных платежей у должника  отсутствовала.  

Согласно лицевой карточке арендных платежей за землю ЖСК «Алексеевское»  по состоянию на 16.11.2016г. долг составлял 0,00 руб., пеня - 0,00 руб.  

Таким образом, на дату переизбрания ФИО4 с должности председателя  правления ЖСК «Алексеевское» признаки объективного банкротства у должника  отсутствовали.  

При таких обстоятельствах, оснований для обращения в суд с заявлением  о банкротстве должника не имелось, вина ФИО4 как бывшего руководителя  должника в неподаче заявления о банкротстве ЖСК «Алексеевское» отсутствует,  оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника, в порядке пункта 2 статьи 10 Закона банкротстве, не имеется.  

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что в рамках рассмотрения  настоящего обособленного спора к субсидиарной ответственности привлечено иное лицо -  ФИО7 Указанные выводы суда не проверяются судом апелляционной инстанции  ввиду отсутствия соответствующих доводов.  

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной  инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были  предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение  и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного  судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу.  

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить  обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем,  удовлетворению не подлежит.  

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне  и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем  доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению,  не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном  акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены,  в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.  

Руководствуясь статьями 258, 268, 271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 02.11.2023 Арбитражного суда Томской области по делу   № А67-6246/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную  жалобу ФИО3 - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства  в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца  со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через  Арбитражный суд Томской области.  

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа,  подписанного усиленной квалифицированной подписью судьи, в связи с чем направляется  лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  сети «Интернет».  

 Председательствующий О.А. Иванов 

 Судьи В.С.Дубовик 

   ФИО1