АРБИТРАЖНЫЙ   СУД   РЕСПУБЛИКИ   ХАКАСИЯ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А74-1074/2025

21 июля 2025 года

г. Абакан

 

Резолютивная часть решения объявлена 16 июля 2025 года.  

Решение в полном объеме изготовлено 21 июля 2025 года.

Арбитражный суд Республики Хакасия в составе судьи Т.В. Чумаченко при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ю.В. Девяшиной рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению судебного пристава-исполнителя Ширинского районного отделения судебных приставов УФССП России по Республике Хакасия ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Наш дом» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью «Райтопсбыт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании недействительным договора уступки права (цессии) от 18.09.2024, применении последствий недействительности сделки,

с участием в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Росатом Энергосбыт бизнес» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), Управления Федерального казначейства по Республике Хакасия (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), муниципального бюджетного общеобразовательного учреждения Туимская средняя школа №3 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

В судебном заседании приняли участие представители: 

            ответчика ООО «Райтопсбыт» - ФИО2 по доверенности от 21.03.2025, при предъявлении диплома от 16.12.2004;

ответчика  ООО «УК «Наш дом» - Отрокова М.А. по доверенности от 01.03.2025, при предъявлении диплома от 18.11.2011 (посредством веб-конференции);

            третьего лица ООО «Росатом Энергосбыт бизнес» - ФИО3 по доверенности от 29.08.2024, при предъявлении диплома (посредством веб-конференции).

Судебный пристав-исполнитель Ширинского районного отделения судебных приставов УФССП России по Республике Хакасия ФИО1 (далее – истец, судебный пристав-исполнитель) обратилась с исковым заявлением в Арбитражный суд Республики Хакасия к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Наш дом» (далее – ООО «УК «Наш Дом»), к муниципальному казенному предприятию «Райтопсбыт» муниципального образования Ширинский район (далее – МКП «Райтоптсбыт») с требованием о признании недействительным договора уступки права (цессии) от 18.09.2024 и применении последствий недействительности сделки.

  Определениями суда от 24.02.2025, от 27.03.2025 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «АтомЭнергоСбыт Бизнес», Управление Федерального казначейства по Республике Хакасия, общество с ограниченной ответственностью «Райтопсбыт», муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение Туимская средняя школа №3 (далее – МБОУ Туимская средняя школа №3, учреждение).

Определением от 02.06.2025 произведена замена ответчика муниципального казенного предприятия «Райтопсбыт» муниципального образования Ширинский район на общество с ограниченной ответственностью «Райтопсбыт» (далее – ООО «Райтоптсбыт»).

Протокольным определением от 02.07.2025 в порядке части 4 статьи 124 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом принято изменение наименования третьего лица с ООО «АтомЭнергоСбыт Бизнес» на ООО «Росатом Энергосбыт бизнес».

Истец 29.05.2025 представил в суд заявление об уточнении исковых требований, в котором уточнил основание иска, сославшись в обоснование требований на следующие обстоятельства:

- договор уступки прав (цессии) от 18.09.2014 заключен с нарушением законодательства, а именно статьи 76 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», так как на момент совершения сделки судебным приставом-исполнителем было вынесено постановление от 09.04.2024 об обращении взыскания на право требования  должника ООО «Управляющая компания «Наш дом» к МБОУ Туимская средняя школа № 3, возникшее из договора (контракта) № 27-1 Т/т с реестровым номером 3191100517124000001. На момент совершения сделки учреждению было известно о наличии указанного постановления, так как оно обратилось в Арбитражный суд Республики Хакасия с заявлением о признании его незаконным (дело №А74-3237/2024).

- совершение ответчиками оспариваемой сделки свидетельствует о недобросовестном осуществлении ими гражданских прав применительно к части 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и влечет признание сделки недействительной в силу статей 166, 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации с применением последствий недействительности в виде восстановления права требования ООО «АтомЭнергоСбыт Бизнес» к ООО «Райтопсбыт» в сумме, перечисленной МБОУ «Туимская средняя школа № 3» платежным поручением от 27.09.2024 № 197698 на расчетный счет МКП «Райтопсбыт».

Истец 15.07.2025 направил дополнения к исковому заявлению, в которых просил применить последствия недействительности сделки в виде обязании ООО «Райтопсбыт» вернуть ООО УК «Наш дом» денежные средства в сумме 1 999 411 руб. 20 коп. 

Указанные уточнения приняты судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В судебном заседании представители ответчиков просили отказать в удовлетворении исковых требований.

Представитель третьего лица ООО «Росатом Энергосбыт бизнес» просил удовлетворить иск, поддержав доводы, изложенные в отзывах на исковое заявление.

Истец, третьи лица МБОУ Туимская средняя школа № 3, УФК по Республике Хакасия в судебное заседание не явились, представителей не направили. 

О дате, времени, месте судебного разбирательства лица, участвующие в деле, извещены посредством  направления определения по адресу регистрации, а также публично, путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда Республики Хакасия: http://khakasia.arbitr.ru. 

На основании частей 3, 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Ответчики в отзывах на исковое заявление возражали против удовлетворения исковых требований, указали, что 18.09.2024 между ними заключен уступки прав (цессии), на основании которого ООО «УК «Наш Дом» уступило МКП «Райтоптсбыт» право требовать уплаты денежных средств за оказанные услуги теплоснабжения от МБОУ Туимской средней школы № 3. В оспариваемом договоре сторонами согласован предмет, договор фактически исполнен, что подтверждается актом передачи дебиторской задолженности от 19.09.2024, сделка по форме и содержанию соответствует закону, доказательства порочности воли сторон не представлены. Договор заключен в период приостановления действия постановления судебного пристава-исполнителя от 09.04.2024 об обращении взыскания на дебиторскую задолженность школы перед  ООО «УК «Наш Дом». Принимая во внимание обстоятельства заключения договора - период чрезвычайной ситуации, что подтверждается решением комиссии от 17.09.2024 года (протокол № 17), исковые требования судебного пристава не подлежат удовлетворению в полном объеме. В данном случае применение       последствий недействительности сделки противоречит общественным интересам и основам правопорядка и заявленная реституция не направлена на восстановление прав истца.

Третье лицо ООО «Росатом Энергосбыт бизнес» в отзыве на исковое заявление от 04.03.2025 и дополнительных отзывах просило исковые требования удовлетворить, сославшись на доводы, аналогичные доводам судебного пристава-исполнителя. Указало, что уступка права требования до вступления в законную силу решения Арбитражного суда Республики Хакасия от 27.08.2024 по делу № А74-3237/2024, которым отказано в признании незаконным постановления судебного пристава-исполнителя от 09.04.2024 и отменены обеспечительные меры в виде приостановления действия указанного постановления, свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны ответчиков. 

Третье лицо МБОУ Туимская средняя школа №3 в отзыве на исковое заявление возражало против удовлетворения исковых требований, приведя доводы, аналогичные доводам ответчиков. 

Из доказательств, представленных в дело, пояснений лиц, участвующих в деле, арбитражный суд установил следующие обстоятельства, имеющие значение для дела. 

Между ООО «УК «Наш Дом» (поставщик) и МБОУ Туимская средняя школа № 3 (потребитель) 24.01.2024 заключен договор на отпуск и потребление теплоносителя № 27Т/т, по условиям которого ответчик обязался подавать потребителю на объект через присоединенную сеть теплоноситель, а школа обязалась, в том числе, оплачивать теплоноситель. Договор заключен на срок до 31.12.2024 (пункт 36). 

В рамках сводного исполнительного производства № 38305/23/19029-СД о взыскании денежных средств с ООО «УК «Наш Дом» в пользу юридических лиц и государственных органов заместителем начальника Ширинского районного отделения судебных приставов старшим лейтенантом внутренней службы ФИО4 09.04.2024 вынесено постановление об обращении взыскания на денежные средства, причитающиеся должнику на основании указанного выше договора в размере 100 %, но не более 12 998 479 руб. 95 коп. путем перечисления МБОУ Туимская средняя школа №3 денежных средств на депозитный счет подразделения судебных приставов. В пункте 6 постановления объявлен запрет должнику на изменение правоотношений по получению данных выплат, а именно запрет на переуступку задолженности, запрет на проведение взаиморасчетов, запрет на оценку и продажу дебиторской задолженности.

Не согласившись с указанным постановлением заместителя начальника Ширинского районного ОСП, МБОУ Туимская средняя школа №3 обратилось в Арбитражный суд Республики Хакасия с заявлением о признании его незаконным (дело № А74-3237/2024). 

Определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 19.04.2024 приняты обеспечительные меры по делу № А74-3237/2024 в виде приостановления действия постановления от 09.04.2024 об обращении взыскания на дебиторскую задолженность в сумме 12 998 479 руб. 95 коп., вынесенного старшим лейтенантом внутренней службы ФИО4 – заместителем начальника Ширинского районного отделения судебных приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Хакасия в рамках сводного исполнительного производства № 38305/23/19029-СД.

Решением Арбитражного суда Республики Хакасия от 27.08.2024 по делу № А74-3237/2024 в удовлетворении заявления МБОУ Туимская средняя школа №3 отказано, отменены обеспечительные меры, принятые определением от 24.04.2024. Указанное решение не обжаловано и вступило в законную силу.

18.09.2024 между ответчиками заключен договор уступки прав (цессии), согласно пунктам 1.1, 1.2, 1.3 которого ООО «УК «Наш Дом» (цедент) уступило, а МКП «Райтоптсбыт» (цессионарий) приняло право (денежное требование) к МБОУ Туимская средняя школа № 3 (должник), вытекающее из обязательства по уплате денежных средств за оказанные цедентом услуги по теплоснабжению, не оплаченные  должником на момент заключения договора цессии, на общую сумму 1 999 411 руб. 20 коп. – задолженность по контракту теплоснабжения от 24.01.2024 № 27-1Т/т (счет-фактура от 18.09.2024 № 295).

По условиям пунктов 1.5, 1.5.1 договора за уступаемое право требования цессионарий в трехдневный срок с момента  вступления договора в силу в счет оплаты уступки права требования производит зачет части задолженности цедента перед цессионарием на сумму 1 999 411 руб. 20 коп., возникшей на основании счета-фактуры от 29.03.2024 № 00187. 

19.09.2024 ответчиками заключено дополнительное соглашение № 1 к договору уступки прав (цессии) от 18.09.2024, в котором стороны согласовали внесение изменений в пункт 1.5.1 договора.

Согласно дополнительному соглашению от 19.09.2024, пункт 1.5.1 договора уступки от 18.09.2024 изложен в следующей редакции: «1.5. Согласно товарным накладным № 000113 от 29.02.2024, № 000187 от 29.03.2024, № 000266 от 17.09.2024 на общую сумму 2 283 722 руб. 43 коп., из них 487 092 руб. 90 коп. – сумма погашенной задолженности, 1 796 629 руб. 55 коп. – сумма текущей задолженности и 202 781 руб. 65 коп. – сумма предоплаты в счет текущих поставок угля». 

В подтверждение существования задолженности ООО «УК «Наш Дом» перед МКП «Райтоптсбыт», зачтенной в счет оплаты уступки права требования по договору от 18.09.2024, ответчиками представлены товарные накладные на поставку угля от 29.02.2024 № 000113 на сумму 547 583 руб. 20 коп., от 29.03.2024  № 000187 на 1 572 044 руб., от 17.09.2024 № 000266 на 164 095 руб. 20 коп., акт сверки взаимных расчетов по состоянию на 30.09.2024. 

Ответчиками 19.09.2024 подписан акт передачи от цедента к цессионарию дебиторской задолженности МБОУ Туимская средняя школа №3 (счет-фактура от 18.09.2024 № 295) в сумме 1 999 411 руб. 20 коп. – задолженность по контракту теплоснабжения от 24.01.2024 № 27Т/т. 

ООО «УК «Наш Дом» вручило директору МБОУ Туимская средняя школа № 3 уведомление от 18.09.2024 об уступке права требования с указанием реквизитов цессионария для перечисления денежных средств.

Платежным поручением от 27.09.2024 № 197698 МБОУ Туимская средняя школа № 3 оплатило долг за теплоснабжение за сентябрь 2024 года по контракту от 24.01.2024 № 27Т/т в пользу МКП «Райтоптсбыт».

Выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц подтверждается, что ООО «Райтоптсбыт» образовано в результате реорганизации МКП «Райтоптсбыт» в форме преобразования и является его правопреемником.

Полагая, что при заключении договора уступки права (цессии) от 18.09.2024 ответчики действовали недобросовестно, указанный договор является недействительным в силу ничтожности, судебный пристав-исполнитель обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Оценив доводы сторон, имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу пункта 1 статьи 388 названного Кодекса уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (пункт 3 статьи 166).

Пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как разъяснено в пункте 78 постановления Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановлением № 25), исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Согласно разъяснениям пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» (далее – постановление № 50) перечень исполнительных действий, приведенный в части 1 статьи 64 Закона об исполнительном производстве, не является исчерпывающим, и судебный пристав-исполнитель вправе совершать иные действия, необходимые для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов (пункт 17 части 1 названной статьи), если они соответствуют задачам и принципам исполнительного производства (статьи 2 и 4 Закона об исполнительном производстве), не нарушают защищаемые федеральным законом права должника и иных лиц.

Частью 1 статьи 77 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве) предусмотрено право судебного пристава-исполнителя на предъявление в суд иска об обращении взыскания на имущество должника, находящееся у третьих лиц.

Следовательно, на службу судебных приставов возложена обязанность принимать любые не противоречащие закону меры для обеспечения принудительного исполнения судебных актов, актов других органов и должностных лиц.

В данном случае подача судебным приставом-исполнителем искового заявления о признании договора уступки права (цессии) недействительным обусловлена необходимостью полного, правильного и своевременного исполнения исполнительного документа, предписывающего взыскание с должника денежных сумм в пользу взыскателя (кредитора должника). Следовательно, судебный пристав-исполнитель наряду с кредитором должника имеет охраняемый законом интерес в признании данной сделки недействительной, поскольку он в силу закона обязан совершить действия, направленные на принуждение должника исполнить требования исполнительных документов в отношении должника.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении  от 18.04.2017 N 77-КГ17-7, судебный пристав-исполнитель для защиты своего законного интереса в период исполнительного производства вправе обратиться в суд с требованием о признании сделки в отношении арестованного имущества недействительной, если при ее совершении имело место злоупотребление правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) со стороны должника по исполнительному производству, который действовал в обход закона и преследовал противоправную цель – избежать обращения взыскания на принадлежащее ему имущество в пользу его кредитора в рамках исполнительного производства. Действующее законодательство не содержит запрета на обращение судебного пристава-исполнителя в суд с иском о признании сделки должника недействительной. 

С учетом изложенного на основании статей 10, 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 77, 64 Закона об исполнительном производстве арбитражный суд признает право судебного пристава-исполнителя ФИО1 на обращение в суд с настоящим иском.

В обоснование исковых требований (с учетом уточнения) судебный пристав-исполнитель со ссылкой на статью 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации указал, что заключенный договор уступки прав цессии от 18.09.2024 совершен с нарушением законодательства, а именно статьи 76 Закона об исполнительном производстве, в нарушение установленного судебным приставом-исполнителем запрета на изменение правоотношений, на основании которых возникла дебиторская задолженность.

В соответствии со статьями 6, 14, 76 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» постановления судебного пристава-исполнителя являются обязательными для всех государственных органов, органов местного самоуправления, граждан и организаций и подлежат неукоснительному выполнению на всей территории Российской Федерации. Обращение взыскания на дебиторскую задолженность состоит в переходе к взыскателю права должника на получение дебиторской задолженности в размере задолженности, определяемом в соответствии с частью 2 статьи 69 настоящего Федерального закона, но не более объема дебиторской задолженности, существовавшего на день обращения взыскания, и на тех же условиях (часть 1 статьи 76).

Согласно статье 75 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» в рамках исполнительного производства взыскание может быть обращено на принадлежащие должнику имущественные права, в том числе: 1) право требования должника к третьему лицу, не исполнившему денежное обязательство перед ним как кредитором (далее - дебитор), в том числе право требования по оплате фактически поставленных должником товаров, выполненных работ или оказанных услуг, по найму, аренде и другим (далее - дебиторская задолженность); 2) право требования в качестве взыскателя по исполнительному документу; 3) право на аренду недвижимого имущества. 

В силу пункта 2 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с нарушением запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного в судебном или ином установленном законом порядке в пользу его кредитора или иного управомоченного лица, не препятствует реализации прав указанного кредитора или иного управомоченного лица, которые обеспечивались запретом, за исключением случаев, если приобретатель имущества не знал и не должен был знать о запрете.

С учетом разъяснений, содержащихся в пункте 94 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по смыслу приведенной нормы сделка, совершенная в нарушение запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного судом или судебным приставом-исполнителем, в том числе в целях возможного обращения взыскания на такое имущество, является, по общему правилу, действительной. Ее совершение не препятствует кредитору или иному управомоченному лицу в реализации прав, обеспечивающихся запретом, в частности, посредством подачи иска об обращении взыскания на такое имущество (пункт 5 статьи 334, 348, 349 ГК РФ).

При таких обстоятельствах оснований для признания сделки недействительной на основании статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

Также судебный пристав-исполнитель в исковом заявлении и в заявлении об уточнении требований от 28.05.2025 указал на противоречие сделки статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Арбитражный суд находит заслуживающими внимания доводы истца и третьего лица ООО «Росатом Энергосбыт бизнес» о том, что оспариваемый договор цессии заключен при заведомо недобросовестном осуществлении ответчиками гражданских прав.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. 

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом). 

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. 

Добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25). 

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. 

По своей правовой природе злоупотребление правом – это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Как указано выше, договор уступки права (цессии) заключен между ООО «УК «Наш Дом» и МКП «Райтоптсбыт» при наличии в отношении цедента в Ширинском районном отделении судебных приставов сводного исполнительного производства и постановления заместителя начальника подразделения судебных приставов об обращении взыскания на   право требования ООО «УК «Наш Дом» к МБОУ Туимская средняя школа №3, которое являлось предметом уступки.

При этом суд принимает во внимание, что оспариваемая сделка совершена после вынесения арбитражным судом решения по делу № А74-3237/2024 об отказе в признании незаконным постановления заместителя начальника Ширинского районного отделения судебных приставов от 09.04.2024 об обращении взыскания на право требования, которым одновременно отменены обеспечительные меры в виде приостановления действия оспариваемого постановления. 

Установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что ООО «УК «Наш Дом», которое было привлечено к участию в деле № А74-3237/2024 в качестве заинтересованного лица, не обжалуя решение суда по указанному делу, фактически уклонилось от исполнения постановления от 09.04.2024 об обращении взыскания на право требования, уступив данное право до вступления решения в законную силу.

Произведя оценку представленных сторонами доказательств в соответствии со статьей 71 АПК РФ, проанализировав доводы и возражения сторон, арбитражный суд приходит к выводу о том, что ООО «УК «Наш Дом», уступая право требования задолженности МКП «Райтоптсбыт» (то есть отказываясь от кредиторской задолженности) в момент наличия возбужденного исполнительного производства, действовало с целью уклонения от погашения долга и ущемления прав взыскателей (злоупотребление правом). В результате заключения договора произошло отчуждение дебиторской задолженности в пользу МКП «Райтоптсбыт», что привело к утрате взыскателями по исполнительному производству возможности удовлетворить свои требования на сумму 1 999 411 руб. 20 коп. 

При установлении недобросовестного поведения цедента, осуществляемого исключительно в ущерб взыскателей, суд приходит к выводу о признании сделки недействительной в силу ничтожности на основании пункта 2 статьи 10 и части 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

По смыслу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. При удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом (пункт 80 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Кроме того, в силу пункта 4 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Пунктом 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснено, что, если уведомление об уступке направлено должнику первоначальным кредитором, то по смыслу абзаца второго пункта 1 статьи 385, пункта 1 статьи 312 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение, совершенное должником в пользу указанного в уведомлении нового кредитора, по общему правилу, считается предоставленным надлежащему лицу, в том числе в случае недействительности договора, на основании которого должна была производиться уступка.

Аналогичная правовая позиция изложена в пункте 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которой в силу положений, предусмотренных статьями 312, 382, 385 Гражданского кодекса, должник при представлении ему доказательств перехода права (требования) к новому кредитору не вправе не исполнять обязательство данному лицу.

Достаточным доказательством является уведомление должника цедентом о состоявшейся уступке права (требования).

Указанные положения направлены на защиту интересов должника, исключая возможность предъявления к нему повторного требования в отношении исполненного обязательства со стороны первоначального либо нового кредитора при наличии между ними спора о действительности соглашения об уступке права (требования).

В соответствии с пунктом 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019) при добросовестном исполнении обязательства новому кредитору на должника не могут быть возложены негативные последствия спора цедента и цессионария по поводу недействительности уступки. В этом случае цедент вправе потребовать денежную компенсацию от цессионария, принявшего исполнение от должника.

При надлежащем исполнении дебитором денежного обязательства новому кредитору в случае последующего признания договора уступки права требования недействительным первоначальный кредитор вправе потребовать от нового кредитора исполненное ему дебитором по правилам главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, а новый кредитор - потребовать возврата суммы, уплаченной им за переданное право.

Судом установлено, что задолженность, являвшаяся предметом уступки по договору от 18.09.2024, погашена МБОУ Туимская средняя школа №3 цессионарию – МКП «Райтоптсбыт» по платежному поручению от 27.09.2024 № 197698.

С учетом изложенного  в качестве применения последствий недействительности сделки следует обязать общество с ограниченной ответственностью «Райтопсбыт» возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Наш дом» 1 999 411 руб. 20 коп., а также восстановить задолженность общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Наш дом» перед обществом с ограниченной ответственностью «Райтопсбыт» в сумме 1 999 411 руб. 20 коп.

Аналогичная правовая позиция в части применений последствий недействительности сделки поддержана в постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2018 по делу N А65-6106/2018. 

Таким образом, по результатам рассмотрения спора арбитражный суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований.  

Государственная пошлина по настоящему иску составила 30 000 руб., в том числе: 15 000 руб. – за требование о признании сделки недействительной, 15 000 руб. – за требование о применении последствий недействительности сделки. Истец освобожден от уплаты государственной пошлины.   

В связи с удовлетворением предъявленного иска государственная пошлина подлежат взысканию в доход федерального бюджета с ответчиков на основании статьи 110 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации в равных долях по  15 000 руб. с каждого.

Руководствуясь статьями 102, 167-170, 176, 180, 319 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

1.                   Удовлетворить исковые требования.  

Признать недействительным договор уступки прав (цессии) от 18.09.2024, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Наш дом» и муниципальным казенным предприятием «Райтопсбыт» муниципального образования Ширинский район.

Применить последствия недействительности сделки. 

Обязать общество с ограниченной ответственностью «Райтопсбыт» возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Наш дом» 1 999 411 руб. 20 коп.

Восстановить задолженность общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Наш дом» перед обществом с ограниченной ответственностью «Райтопсбыт» в сумме 1 999 411 руб. 20 коп.

2. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Райтопсбыт» в доход федерального бюджета 15 000 руб. государственной пошлины. 

3. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Наш дом» в доход федерального бюджета 15 000 руб. государственной пошлины. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Третий арбитражный апелляционный суд (г. Красноярск) в течение месяца с момента его принятия.

Жалоба подаётся через Арбитражный суд Республики Хакасия. 

Судья                                                                                                                        Т.В. Чумаченко