105/2023-31530(1) 

 

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-1958/2023

г. Челябинск

10 мая 2023 года

Дело № А76-2786/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 03 мая 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 10 мая 2023 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Бояршиновой Е.В., судей Арямова А.А., Скобелкина А.П., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1  

Е.Н., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  

общества с ограниченной ответственностью «Инстрой» на решение  

Арбитражного суда Челябинской области от 27.12.2022 по делу № А762786/2022.  В судебном заседании приняли участие представители:  

общества с ограниченной ответственностью «Инстрой» - ФИО2  

(адвокат, доверенность от 12.04.2022), 

федерального государственного бюджетного образовательного учреждения  

высшего образования «Уральский государственный университет физической  

культуры» - ФИО3 (доверенность от 09.01.2023, диплом). 

Общество с ограниченной ответственностью «Инстрой» (далее – истец,  ООО «Инстрой», общество) обратилось в Арбитражный суд Челябинской  области с исковым заявлением к федеральному государственному бюджетному  образовательному учреждению высшего образования «Уральский  государственный университет физической культуры» (далее – ответчик,  ФГБОУ ВО «УралГУФК», учреждение) о взыскании убытков, возникших в  результате необоснованного требования по банковской гарантии в размере  8 173 276,20 руб.; процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее - ГК РФ) в размере 26 647,12 руб. на 24.01.2022, а также до  момента фактического исполнения обязательства; судебных расходов.  

Судом первой инстанции привлечено к участию в деле в качестве третьего  лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета  спора, ПАО «Промсвязьбанк» (далее – Банк).  

Решением суда первой инстанции в удовлетворении исковых требований  

отказано.  

ООО «Инстрой», не согласившись с решением суда первой инстанции,  обратилось с апелляционной жалобой, просит решение суда первой инстанции  отменить, исковые требования удовлетворить.  

В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что суммы  штрафов, полученные ответчиком в рамках банковской гарантии, не имеют  должных правовых оснований и нарушают условия контракта, поскольку в  требовании к Банку о выплате по гарантии ответчик ссылался на штрафную  санкцию по пункту 7.3.2 контракта и обосновывал ссылкой на пункт 2.1.9  контракта, однако приведенные обстоятельства не доказаны. Требование  ответчика основано на повреждении подрядчиком при выполнении работ по  контракту имущества ответчика в количестве 10-ти единиц. Положения  контракта не содержат обязательств подрядчика по непричинению ущерба  имуществу ответчика. Причинение ущерба имуществу ответчика не является  нарушением обязательства, предусмотренного контрактом. Ответчик какие-либо уведомления о возмещении убытков в адрес истца не направлял.  Следовательно, на стороне истца лежит ответственность по возмещению  ущерба. Поврежденное имущество не относится к поставленным истцом  материалам или выполненным работам. Полагает, что ответчиком взыскано 10  штрафных санкций за одно нарушение. Считает, что в действиях заказчика  имеется злоупотребление правом. Полагает необходимым применение статьи  333 ГК РФ при определении размера штрафов.  

В представленном отзыве ответчик ссылался на законность и  обоснованность решения суда первой инстанции.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной  жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, посредством  размещения информации на официальном Интернет-сайте. В соответствии со  статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие  представителя третьего лица.  

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом  апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как следует из материалов дела, 09.01.2020 между Федеральным  государственным бюджетным образовательным учреждением высшего  образования «Уральский государственный университет физической культуры»  (Заказчик) и ООО «Инстрой» (Подрядчик) заключен Контракт №  0369100025819000025 на выполнение работ по капитальному ремонту фасадов  зданий ФГБОУ ВО «УралГУФК», расположенных по адресам, студенческое  общежитие «Дом студентов», 

<

...>; учебно-спортивный  корпус «Манеж», 

<

...> (далее также - Объекты).  

Согласно п. 1.3 Контракта срок выполнения работ: с 09.01.2020 до  

30.04.2020. 

Согласно п. 3.1 Контракта общая стоимость работ составила 81 732 762,04  рублей.  

В обеспечение исполнения Контракта Подрядчиком оформлена и  направлена Заказчику банковская гарантия ПАО «Промсвязьбанк» (Гарант) от  25.12.2019 № 83092-10 на сумму 8 340 077,76 рублей.  

16.03.2020 Заказчиком было размещено решение об одностороннем отказе  от Контракта, содержащееся в письме № 001-384 от 11.03.2020.  

С 07.04.2020 Контракт расторгнут (письмо № 001-552 от 08.04.2020). 

Письмом от 18.05.2020 № 001-708 Заказчик направил требование в Банк об  осуществлении уплаты денежной суммы по Гарантии в размере 8 173 276,20  руб. (далее - Требование), которое Банком добровольно не было удовлетворено.  

16.03.2021 решением Арбитражный суд города Москвы по делу № A40- 167960/2020 удовлетворено исковое заявление ФГБОУ ВО «УралГУФК» о  взыскании с ПАО «Промсвязьбанк» по банковской гарантии № 83092-10 от  25.12.2019 основного долга в размере 8 173 276,20 руб., а также расходов по  уплате государственной пошлины в размере 63 866,00 рублей.  

02.12.2021 ПАО «Промсвязьбанк» путем направления претензии № 89114  уведомило ООО «Инстрой» об исполнении решения суда и выплате суммы по  Гарантии основного долга в размере 8 173 276,20 рублей, а также в порядке ст.  379 ГК РФ просило погасить данную задолженность, в обоснование Банк  представил платежное поручение № 20751 от 12.11.2021.  

16.12.2021 платежным поручением № 2196 в размере 8 173 276,20 рублей в  счет возмещения денежных средств ООО «Инстрой» оплатило ПАО  «Промсвязьбанк» денежные средства по регрессному требованию Банка в  рамках Гарантии.  

Полагая, что начисленные ФГБОУ ВО «УралГУФК» штрафы на сумму  8173276,20 рублей получены без должных правовых оснований и в нарушение  условий Контракта, т.к. в требовании Банку о выплате по Гарантии Заказчик  ссылался на штрафную санкцию по п. 7.3.2 Контракта со ссылкой на п. 2.1.9  Контракта, ООО «Инстрой» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.  

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции  пришел к выводу о том, что требования истца охватывались банковской  гарантией, согласно условиям контракта обеспечение исполнения контракта  охватывает все обязательства Подрядчика и распространяется, в том числе, на  уплату неустоек в виде штрафа, пени, предусмотренных контрактом, а также  убытков, понесённых Заказчиком в связи с неисполнением или ненадлежащим  исполнением Подрядчиком своих обязательств по контракту.  

Заслушав объяснения представителей сторон, исследовав и оценив в  порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и  взаимосвязи, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что решение  суда первой инстанции принято с нарушением норм материального и  процессуального права.  

На основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации  обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с  условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при  отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового  

оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.  

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее  изменение его условий не допускаются, за исключением случаев,  предусмотренных законом (статья 310 ГК РФ).  

Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом,  удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией,  задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором  (пункт 1 статьи 329 ГК РФ).  

Федеральный закон от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере  закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и  муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе, Закон № 44-ФЗ)  регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и  муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности  осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и  прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и  других злоупотреблений в сфере таких закупок.  

Исполнение контракта может обеспечиваться предоставлением банковской  гарантии, выданной банком и соответствующей требованиям статьи 45 Закона   № 44-ФЗ, или внесением денежных средств на указанный заказчиком счет, на  котором в соответствии с законодательством Российской Федерации  учитываются операции со средствами, поступающими заказчику. Способ  обеспечения исполнения контракта определяется участником закупки, с  которым заключается контракт, самостоятельно. Срок действия банковской  гарантии должен превышать срок действия контракта не менее чем на один  месяц (часть 3 статьи 96 Закона № 44-ФЗ).  

В силу части 4 статьи 96 Закона № 44-ФЗ контракт заключается после  предоставления участником закупки, с которым заключается контракт,  обеспечения исполнения контракта в соответствии с данным законом.  

В соответствии со статьей 368 ГК РФ банковской гарантией является  письменное обязательство банка (гаранта) по просьбе другого лица  (принципала) уплатить кредитору принципала (бенефициару) в соответствии с  условиями даваемого гарантом обязательства денежную сумму по  представлении бенефициаром письменного требования о ее уплате.  

Как установлено судом первой инстанции, ООО «Инстрой» для  обеспечения исполнения обязательств по государственному контракту была  предоставлена банковская гарантия.  

В дальнейшем заказчик, полагая обязательства по контракту нарушенными  подрядчиком, обратился к банку-гаранту для осуществления выплат по  гарантии на сумму 8 173 276,20 руб. (неустойка), в чем ему ПАО  «Промсвязьбанк» было отказано.  

В рамках дела Арбитражного суда города Москвы № A40-167960/2020  судом удовлетворено исковое заявление ФГБОУ ВО «УралГУФК» о взыскании  с ПАО «Промсвязьбанк» по банковской гарантии № 83092-10 от 25.12.2019  основного долга в размере 8 173 276,20 рублей.  

Денежные средства, выплаченные банком-гарантом заказчику, были  

возмещены подрядчиком ПАО «Промсвязьбанк» в полном объеме.  

В силу статьи 375.1 ГК РФ бенефициар обязан возместить гаранту или  принципалу убытки, которые причинены вследствие того, что представленные  им документы являлись недостоверными либо предъявленное требование  являлось необоснованным.  

Пунктами 1 и 2 статьи 370 ГК РФ установлено, что предусмотренное  независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в  отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение  исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и  гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой  гарантии содержатся ссылки на них.  

Гарант не вправе выдвигать против требования бенефициара возражения,  вытекающие из основного обязательства, в обеспечение исполнения которого  независимая гарантия выдана, а также из какого-либо иного обязательства, в  том числе из соглашения о выдаче независимой гарантии, и в своих  возражениях против требования бенефициара об исполнении независимой  гарантии не вправе ссылаться на обстоятельства, не указанные в гарантии.  

В силу статьи 374 ГК РФ требование бенефициара об уплате денежной  суммы по независимой гарантии должно быть представлено в письменной  форме гаранту с приложением указанных в гарантии документов. В требовании  или в приложении к нему бенефициар должен указать обстоятельства,  наступление которых влечет выплату по независимой гарантии.  

На основании пункта 1 статьи 376 ГК РФ гарант отказывает бенефициару в  удовлетворении его требования, если это требование или приложенные к нему  документы не соответствуют условиям независимой гарантии либо  представлены гаранту по окончании срока действия независимой гарантии.  Гарант должен уведомить об этом бенефициара в срок, предусмотренный  пунктом 2 статьи 375 данного Кодекса, указав причину отказа.  

Таким образом, обязательство гаранта состоит в уплате денежной суммы по  представлению письменного требования бенефициара о платеже и других  документов, указанных в гарантиях, которые по внешним признакам  соответствуют ее условиям. Гарант не вправе заявлять против осуществления  платежа по гарантии возражения по обстоятельствам, связанным с исполнением  основного обязательства. Банк является субъектом, осуществляющим  профессиональную деятельность на финансовом рынке, поэтому истолкование  условий банковской гарантии осуществляется в пользу бенефициара в целях  сохранения обеспечения обязательства.  

Независимость банковской гарантии от основного обязательства  обеспечивается наличием специальных (и при этом исчерпывающих)  оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара,  которые не связаны с основным обязательством (пункт 1 статьи 376 ГК РФ).  

Отнесение законодателем банковской гарантии к одному из способов  обеспечения обязательств и возможная реализация гарантом своего права  предъявления регрессных требований к принципалу не лишают банковскую  гарантию ее свойств вне зависимости от основного обязательства и не требуют  

при рассмотрении таких споров исследования и оценки доказательств  фактического неисполнения основного обязательства, поскольку в предмет  доказывания по делу по иску бенефициара о взыскании с гаранта суммы  гарантии входит лишь проверка судом соблюдения истцом (бенефициаром)  порядка предъявления требований по банковской гарантии с приложением  указанных в гарантии документов и указанием на нарушение принципалом  основного обязательства.  

При этом гарант вправе проверять предоставленные документы на  соответствие требований гарантии лишь по формальным признакам, не  углубляясь в существо обеспечиваемого обязательства.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 30 Обзора  судебной практики применения законодательства Российской Федерации о  контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения  государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, получение заказчиком  денежных сумм по банковской гарантии в объеме, предусмотренном такой  гарантией, не лишает исполнителя права на возмещение убытков в виде  разницы между выплаченной суммой и размером имущественных требований,  имевшихся у заказчика в соответствии с обеспечиваемым гарантией  обязательством.  

Сам институт банковской гарантии направлен на обеспечение бенефициару  возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь  возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар)  полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на  случай наступления которых выдано обеспечение, наступили.  

При этом правила пункта 1 статьи 370 ГК РФ о независимости банковской  гарантии не исключают требований принципала к бенефициару о возмещении  убытков, вызванных недобросовестным поведением последнего при получении  суммы по банковской гарантии.  

В пунктах 9, 11 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с  применением законодательства о независимой гарантии, утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05.06.2019, разъяснено,  что гарант не вправе отказать бенефициару в удовлетворении его требования,  если приложенные к этому требованию документы по внешним признакам  соответствуют условиям независимой гарантии; обязательство гаранта перед  бенефициаром не зависит от того основного обязательства, в обеспечение  исполнения которого выдана гарантия, даже если в самой гарантии содержится  ссылка на это обязательство.  

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации, изложенной в постановлении Президиума от 02.10.2012 № 6040/12,  и Верховного Суда Российской Федерации, изложенная в определениях от  20.05.2015 № 307-ЭС14-4641, от 12.08.2015 № 305-ЭС15-4441, все негативные  риски действительности и соразмерности предъявленного гаранту требования  несет только бенефициар и только перед принципалом, вследствие чего гарант  

по существу лишен права оспаривания либо оценки содержания полученного  требования и складывающихся между принципалом и бенефициаром  правоотношений.  

В предмет доказывания по спору между бенефициаром и гарантом входит  установление обстоятельств, которые подтверждают или опровергают тот факт,  что бенефициар при обращении к гаранту исполнил условия самой гарантии.  

С учетом изложенного, принципал (подрядчик – ООО «Инстрой»), не  обладая правом на заявление каких-либо возражений относительно  обоснованности выплаты при взыскании бенефициаром с банка-гаранта  денежных средств по банковской гарантии, не лишен права в отдельном  судебном разбирательстве заявлять свои доводы и возражения относительно  обоснованности выплаты бенефициару сумм по банковской гарантии путем  предъявления к бенефициару-заказчику ФГБОУ ВО «УралГУФК» иска о  взыскании убытков, возникших в результате необоснованного предъявления  требования к гаранту.  

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может  обеспечиваться, в том числе неустойкой.  

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или  договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в  случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в  частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки  кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 ГК  РФ).  

На основании части 4 статьи 34 Закона № 44-ФЗ в контракт включается  обязательное условие об ответственности заказчика и поставщика (подрядчика,  исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств,  предусмотренных контрактом.  

Штрафы начисляются за неисполнение или ненадлежащее исполнение  поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных  контрактом, за исключением просрочки исполнения поставщиком  (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного  обязательства), предусмотренных контрактом.  

Размер штрафа устанавливается контрактом в порядке, установленном  Правительством Российской Федерации, за исключением случаев, если  законодательством Российской Федерации установлен иной порядок  начисления штрафов (часть 8 статьи 34 Закона о контрактной системе).  

Заявляя о необоснованности требования ФГБОУ ВО «УралГУФК», ООО  «Инстрой» указывает, что нарушения, на которые ссылался заказчик, являются  фактически причинением ущерба имуществу заказчика, в то время как  положения контракта не содержат таких обязательств подрядчика как  «обязанность по непричинению вреда имуществу заказчика», как «обязанность  по недопущению убытков заказчика», в связи с чем причинение вреда  имуществу заказчика не является ненадлежащим исполнением условий  контракта подрядчиком и исключает возможность привлечения к  ответственности, предусмотренной условиями контракта.  

Согласно требованию заказчика от 18.05.2020 № 001-708 об осуществлении  уплаты денежной суммы (штрафы) по банковской гарантии ООО «Инстрой»  было допущено 10 нарушений (т.2, л.д. 123-127, т.3, л.д. 1-6), а именно:  

- повреждение газона в пределах строительной площадке S = 500 м2 на  объекте учебно-спортивный комплекс «Манеж»;  

- повреждение зелёных насаждений в пределах строительной площадки 2  дерева (клён) на объекте учебно-спортивный комплекс «Манеж»;  

- повреждение отделки внутренних помещений на объекте учебно-спортивный комплекс «Манеж»;  

- обрыв кабеля наружной системы видеонаблюдения L = 60 м (периметр №  2) на объекте учебно-спортивный комплекс «Манеж»;  

- повреждение газона в пределах строительной площадки S = 283 м2 на  объекте студенческое общежитие «Дом студентов»;  

- повреждение асфальтового покрытия на объекте студенческое общежитие  «Дом студентов»;  

- повреждение труб системы водоотведения с кровли на объекте  студенческое общежитие «Дом студентов»;  

- повреждение зелёных насаждений в пределах строительной площадки на  объекте студенческое общежитие «Дом студентов»;  

- повреждение двухкамерного стеклопакета в количестве 1 шт. в жилом  блоке 623 комната № 1 на объекте студенческое общежитие «Дом студентов»;  

- повреждение оконной решётки в жилом блоке 623 комната № 1 на объекте  студенческое общежитие «Дом студентов».  

В обоснование указанных нарушений заказчик сослался на пункт 2.1.9  контракта, в соответствии с которым подрядчик обязан обеспечить  соответствие всех используемых материалов и оборудования условиям  контракта, наличие соответствующих сертификатов, технических паспортов и  других документов, удостоверяющих их качество. Используемые материалы  должны быть новыми, а также свободными от прав третьих лиц.  

Между тем, ошибочное указание в требовании приведенного пункта  контракта не свидетельствует об отсутствии названных 10-ти нарушений  условий контракта в связи со следующим.  

Пунктом 2.1.14 контракта установлено, что подрядчик обязан нести  ответственность за порчу имущества заказчика, третьих лиц на территории  объектов при выполнении работ по контракту.  

Пунктом 4 Приложения № 1 к контракту «Техническое задание»  установлено, что подрядчик несет полную имущественную ответственность за  причинение ущерба имуществу заказчика, в том числе: здание, ограждение  территории, элементы благоустройства, бордюры, асфальтовое покрытие,  зеленые насаждения, фонари, подсветки и уличные камеры видеонаблюдения.  В случае причинения имуществу заказчика, подрядчик за свой счет обязан  произвести восстановительные работы в течение 10 рабочих дней с момента  причинения ущерба, или возместить стоимость имущества и/или работ по  восстановлению (ремонту, замене) в течение 10 дней с даты обращения  заказчика.  

Периодом причинения ущерба имуществу заказчика является с 04.03.2020  по 14.04.2020, что подтверждается актами, составленными в присутствии  мастера ООО «Инстрой» (т.3, л.д. 93 оборот -94, 99 оборот, 102 оборот, 103  оборот -104).  

Как указывает ответчик, в нарушение установленных контрактом  обязательств, восстановительные работы подрядчиком не были произведены не  только на момент обращения заказчика с требованием к банку-гаранту, но и на  момент рассмотрения дела.  

Вопреки доводам ООО «Инстрой», подрядчику было достоверно известно о  причинении вреда имуществу заказчик и возникновении у общества  обязанности по проведению восстановительных работ либо по возмещению  ущерба в виде стоимости имущества.  

Так, в рамках дела Арбитражного суда города Москвы № А40-167960/2020  судами установлено, что 27.04.2020 комиссией заказчика было произведено  обследование объектов УСК «Манеж» и студенческого общежития «Дом  студентов», в результате которого выявлены и зафиксированы посредством  соответствующих актов факты причинения Подрядчиком ущерба имуществу  Заказчика, акты № 1 от 27.04.2020 комиссионного обследования объекта УСК  «Манеж» и № 2 от 27.04.2020 комиссионного обследования объекта  студенческое общежитие «Дом студентов» были подписанными  уполномоченными представителями сторон, следовательно, подрядчику было  известно о допущенных им нарушениях.  

В рамках настоящего дела доказательств исполнения обязанностей,  предусмотренных пунктом 2.1.4 контракта, пунктом 4 Технического задания  подрядчиком не представлено.  

Ссылки подрядчика в рамках настоящего дела на невозможность принятия  актов № 1 от 27.04.2020, № 2 от 27.04.2020 ввиду отсутствия в них  стоимостного выражения причиненного ущерба судом апелляционной  инстанции не принимаются, поскольку факт обращения (извещения)  заказчиком подрядчика о возникших повреждениях имущества состоялся,  подрядчик не был лишен возможности исполнить обязательства в натуре, либо  самостоятельно определить стоимость поврежденного имущества и возместить  ущерб заказчику без обращения последнего к нему.  

Условия о необходимости направления заказчиком расчета стоимости  поврежденного имущества контракт не содержит, поскольку, как указывалось  ранее, подрядчик не лишен права провести восстановительные работы без  выплаты денежных средств.  

Более того, содержание пункта 4 Технического задания позволяет прийти к  выводу, что заказчик может и не обращаться с требованием о возмещении  стоимости имущества, что образует у подрядчика обязанность по проведению  восстановительных работ, поскольку рассматриваемый пункт предусматривает  два варианта устранения нарушения прав заказчика:  

- проведение подрядчиком восстановительных работ в течение 10 рабочих  дней с момента нанесения ущерба;  

- возмещение стоимости имущества (работ по восстановлению) в течение 10  

рабочих дней с даты обращения заказчика.  

Вопреки позиции ООО «Инстрой», буквальное содержание договора (статья  431 ГК РФ) свидетельствует о том, что первый способ восстановления прав  заказчика не требует специального обращения заказчика.  

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу,  что подрядчиком нарушены условия контракта, что влечет возникновение у  заказчика права требовать уплаты неустойки. Вопреки позиции апеллянта,  привлечение к гражданско-правовой ответственности основано не на самом  факте повреждения имущества заказчика и возникновения у последнего  убытков, а на фактах отсутствия исполнения обязанности, предусмотренной  контрактом, по устранению причиненного ущерба в срок, предусмотренный  контрактом, либо же возмещения вреда.  

Также, вопреки позиции апеллянта, отсутствие направления заказчиком  требования об уплате неустойки в адрес подрядчика до направления требования  в банк-гарант не свидетельствует о невозможности получения заказчиком  денежных сумм из предоставленного обеспечения, из позиции подрядчика не  следует, что в случае направления ему соответствующего требования им были  бы выплачены суммы неустойки.  

Кроме того, пункт 7.3 контракта не устанавливает каких-либо правовых  препятствий для заказчика по направлению требования об уплате  непосредственно в банк-гарант, а также не устанавливает какой-либо  последовательности действий заказчика, направленных на получение сумм  неустоек.  

Ссылки апеллянта на ненаправление заказчиком в адрес подрядчика  Заключения эксперта № 180/2020 не имеют какого-либо правового значения  для рассмотрения настоящего спора, сам факт наличия нарушений  подрядчиком не опровергнут.  

Апеллянт полагает, что заказчиком необоснованно взысканы штрафные  санкции за 10 нарушений, в то время как допущено одно нарушение.  

Из буквального содержания части 8 статьи 34 Закона № 44-ФЗ следует  возможность взимания нескольких штрафов при неисполнении или  ненадлежащем исполнении условий контракта.  

Следовательно, при установлении фактов совершения подрядчиком по  государственному контракту нескольких самостоятельных однородных  нарушений допустимо взыскание с него нескольких штрафов непосредственно  после выявления нарушения.  

Вывод о допустимости и взыскания штрафа за каждый случай нарушения  согласуется с правовой позицией, изложенной в пункте 37 Обзора судебной  практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной  системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения  государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017.  

Рассматриваемые нарушения являются однородными, поскольку относятся  к одному общему требованию – обязанности подрядчика по восстановлению  имущественного положения заказчика, нарушенного в результате повреждения  

его имущества.  

Однако, вопреки позиции апеллянта, являясь однородными, нарушения не  образуют одно нарушение, поскольку в отношении каждого конкретного  поврежденного имущества заказчика у подрядчика возникла обязанность по  восстановлению прав заказчика способами и в сроки, установленными  контрактом, однако ООО «Инстрой» данная обязанность не была исполнена  неоднократно, поскольку причинение вреда имуществу заказчика было  допущено в разное время, на разных строительных площадках, в отношении  разного имущества заказчика.  

Нормативного и фактического обоснования наличия правовой возможности  полагать, что допущенные подрядчиком 10 нарушений являются одним  нарушением истцом не приведено, ссылки на отдельные судебные акты следует  признать несостоятельными, поскольку они приняты по иным фактическим  обстоятельствам дел.  

Как в суде первой инстанции, так и в суде апелляционной инстанции ООО  «Инстрой» ссылается на неверное применение заказчиком пункта контракта,  определяющего размер ответственности подрядчика.  

Как следует из расчета заказчиком суммы, включенной в требование по  банковской гарантии, ФГБОУ ВО «УралГУФК» применены положения пункта  7.3.2 контракта.  

В свою очередь, ООО «Инстрой» полагает, что подлежал применению  пункт 7.3.3 контракта.  

Суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Согласно части 8 статьи 34 Закона № 44-ФЗ штрафы начисляются за  неисполнение или ненадлежащее исполнение поставщиком (подрядчиком,  исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением  просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем)  обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных  контрактом.  

Размер штрафа устанавливается контрактом в виде фиксированной суммы,  определенной в порядке, установленном Правительством Российской  Федерации.  

Порядок начисления штрафов, предусмотренных положениями статьи 34  Закона № 44-ФЗ, установлен Правилами определения размера штрафа,  утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от  30.08.2017 № 1042 (далее – Правила № 1042).  

Как указывалось, в соответствии с пунктом 7.3.2 за каждый факт  неисполнения или ненадлежащего исполнения подрядчиком обязательств,  предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения  обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных  контрактом, размер штрафа определяется в порядке, установленном Правилам,  и устанавливается настоящим контрактом в размере 10% цены контракта.  

В соответствии с пунктом 7.3.3 контракта за каждый факт неисполнения  или ненадлежащего исполнения подрядчиком обязательства, предусмотренного  контрактом, которое не имеет стоимостного выражения, размер штрафа  

устанавливается в порядке, установленном пунктом 6 Правил и  устанавливается контрактом (при наличии в контракте таких обязательства) в  размере 10 000 руб., если цена контракта составляет от 50 млн. рублей до 100  млн.рублей.  

Согласно пункту 3 Правил № 1042 за каждый факт неисполнения или  ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем)  обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки  исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства),  предусмотренных контрактом, размер штрафа устанавливается в виде  фиксированной суммы, определяемой в порядке, установленном данным  пунктом (за исключением случаев, предусмотренных пунктами 4 - 8 настоящих  Правил).  

За каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения  поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного  контрактом, которое не имеет стоимостного выражения, размер штрафа  устанавливается (при наличии в контракте таких обязательств) в виде  фиксированной суммы, определяемой в порядке, установленным названным  пунктом (пункт 6 Правил № 1042).  

Правила № 1042 являются императивными, поскольку указанные пункты не  содержат диспозиций и устанавливают определенный порядок и критерии  определения размеров штрафов заказчиками (стоимостные и нестоимостные).  

Исходя из буквального толкования положений Правил № 1042, к  стоимостным условиям контракта относятся те, в которых установлены  обязательства, исполнение которых можно оценить в стоимостном (денежном)  выражении.  

Обязательства поставщика (подрядчика, исполнителя), не имеющие  стоимостного выражения, - это все обязательства, которые поставщик  (подрядчик, исполнитель) должен исполнить на основании контракта,  заключенного в соответствии со статьей 34 Закона № 44-ФЗ, за исключением  обязательств по поставке товара (выполнению работ, оказанию услуг)  надлежащего качества и в оговоренном контрактом количестве (объеме).  

Конкретный перечень нарушений, за которые контрактом  предусматривается ответственность в виде штрафа (в т.ч. в отношении  нарушений, не имеющих стоимостного выражения) не предусмотрен, поэтому  вопрос о наличии оснований для предъявления к контрагенту требований об  уплате штрафа должен решаться исходя из условий контракта и существа  допущенного нарушения.  

Если в контракте отсутствует определение, что именно является фактом  нарушения условий исполнения контракта для применения штрафа  за нарушение нестоимостного обязательства, следует исходить из самих  формулировок обязательств, изложенных в контракте (техническом задании), и  фактических обстоятельств их неисполнения (либо ненадлежащего  исполнения).  

Установленные нарушения условий контракта заключаются в возложении  на подрядчика обязанности по восстановлению одним из предусмотренных  

способов нарушенных имущественных прав заказчика в виде повреждения его  имущества, то есть обязательство не имеет как таковой стоимостной оценки,  отраженной в контракте, соответственно, нарушенное обязательство не  оценивается в денежном выражении.  

Суд отмечает, что государственный контракт не может содержать  совокупность стоимостных обязательств исполнителя, стоимость которых  превышает цену контракта, в данном же случае устранение нарушенного права  заказчика выходит за пределы цены контракта.  

Кроме того, допущенные ООО «Инстрой» нарушения условий контракта  являются сопутствующим обязательством, не связанным прямо с выполнением  обязательств по контракту в виде выполнения работ.  

Следовательно, в связи с допущенными нарушениями подрядчиком, не  имеющих стоимостного выражения, применению подлежит пункт 7.3.3  контракта, а расчет штрафов выглядит следующим образом:  

10 нарушений * 10 000 рублей (размер штрафа) = 100 000 рублей. 

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для вывода об  установлении судами в рамках дела № А40-167960/2020 факта правомерности  применения пункта 7.3.2 контракта.  

Согласно части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную  силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не  доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в  котором участвуют те же лица.  

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении  от 21.12.2011 № 30-П, признание преюдициального значения судебного  решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и  общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта  судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при  рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим  судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они  имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность  служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и  обеспечивает действие принципа правовой определенности.  

В системе действующего правового регулирования предусмотренное  частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации основание освобождения от доказывания во взаимосвязи с  положениями части 1 статьи 64 и части 4 статьи 170 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации означает, что только  фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную  силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не  доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в  котором участвуют те же лица (определения Конституционного Суда  Российской Федерации от 21.03.2013 № 407-О, от 16.07.2013 № 1201-О, от  24.10.2013 № 1642-О).  

По смыслу приведенной выше процессуальной нормы преюдициальное  

значение приобретают лишь те фактические обстоятельства, установление  которых судом ранее основано на оценке спорных правоотношений в  определенном объеме. Преюдициальное значение судебного акта следует  воспринимать с учетом тех или иных особенностей ранее рассмотренного дела:  предмета и основания заявленных требований, предмета доказывания, доводов  участников спора, выводов суда по существу спора в связи с конкретными  доказательствами, представленными лицами, участвующими в деле, и  исследованными и оцененными судом. При этом одна лишь оценка  конкретного доказательства (в той или иной части) не может рассматриваться  как основание, необходимое и достаточное для окончательного вывода о  преюдиции решения суда по делу № А40-167960/2020.  

Как указывалось ранее, при рассмотрении иска бенефициара к гаранту  предмет доказывания сводится к формальной проверке соблюдения истцом  (бенефициаром) порядка предъявления требования по банковской гарантии с  приложением указанных в гарантии документов и указанием на нарушение  принципалом основного обязательства, а независимость гарантии не допускает  возможность оценки гарантом по существу обоснованности расчета  требования бенефициара.  

Соответственно, приводимые судами в судебных актах по делу № А40167960/2020 ссылки на пункт 7.3.2 контракта не являются установленным  фактом правомерности применения заказчиком названного положения  контракта как меры ответственности подрядчика за нарушение, а являются  изложением заявленного бенефициаром к гаранту требования.  

Суд апелляционной инстанции отмечает, что конструкция независимой  гарантии допускает риск получения бенефициаром излишнего предоставления.  Защита прав гаранта в этом случае обеспечивается правом регрессного  требования к принципалу в порядке статьи 379 ГК РФ, который, в свою  очередь, не лишен возможности осуществления судебной защиты своих прав  путем обращения за разрешением спора относительно сальдо встречных  обязательств, вытекающих из договора с бенефициаром, а также в порядке  применения специального способа защиты, установленного статьей 375.1 ГК  РФ, в случае, в частности, необоснованности размера требования для  осуществления выплаты по банковской гарантии.  

Следовательно, именно в настоящем споре подлежат проверке  обоснованность, расчет неустойки, возможность применения (при наличии  заявления) положений статьи 333 ГК РФ.  

Пунктом 2 статьи 307 ГК РФ установлено, что обязательства возникают из  договора, вследствие причинения вреда и иных оснований, указанных в  Кодексе.  

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить  кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим  исполнением обязательства, при этом убытки определяются в соответствии со  статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено,  произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного  

права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также  неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях  гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная  выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).  

По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства,  подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с  разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между  неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и  названными убытками.  

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что  ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник  ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие  убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Таким образом, для удовлетворения исковых требований о возмещении  убытков необходимо установить совокупность следующих обстоятельств:  наличие убытков, противоправность действий (бездействия) причинителя,  причинно-следственную связь между противоправными действиями  (бездействием) и наступлением вредных последствий, вину причинителя и  размер убытков.  

Недоказанность одного из указанных обстоятельств является достаточным  основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании  убытков.  

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой  ответственности, поэтому по правилам статьи 15 ГК РФ лицо, требующее  возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие и  размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и  возникшими убытками.  

Между противоправным поведением одного лица и убытками, возникшими  у другого лица, чье право нарушено, должна существовать прямая  (непосредственная) причинная связь. Таким образом, для возложения на лицо  имущественной ответственности за причиненные убытки необходимо  установление факта несения убытков, их размера, противоправности и  виновности (в форме умысла или неосторожности) поведения лица, повлекшего  наступление неблагоприятных последствий в виде убытков, а также причинно-следственной связи между действиями этого лица и наступившими  неблагоприятными последствиями.  

Как указывалось выше, в соответствии с правовой позицией, изложенной в  пункте 30 Обзора судебной практики применения законодательства Российской  Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для  обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, получение  заказчиком денежных сумм по банковской гарантии в объеме,  

предусмотренном такой гарантией, не лишает исполнителя права на  возмещение убытков в виде разницы между выплаченной суммой и размером  имущественных требований, имевшихся у заказчика в соответствии с  обеспечиваемым гарантией обязательством.  

При этом правила пункта 1 статьи 370 ГК РФ о независимости банковской  гарантии не исключают требований принципала к бенефициару о возмещении  убытков, вызванных недобросовестным поведением последнего при получении  суммы по банковской гарантии.  

Приведенными нормами и разъяснениями Верховного Суда Российской  Федерации определен способ возмещения бенефициаром принципалу убытков,  которые причинены вследствие того, что предъявленное требование являлось  необоснованным.  

В силу статей 11, 12 ГК РФ в арбитражном суде осуществляется защита  нарушенных или оспоренных гражданских прав способами, перечисленными в  статье 12 названного Кодекса, а также иными способами, предусмотренными  законом. Истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права,  однако избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию  нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения. В тех  случаях, когда закон предусматривает для конкретного правоотношения  определенный способ защиты, лицо, обращающееся в суд, вправе  воспользоваться именно этим способом защиты.  

Способ защиты права должен соответствовать характеру и последствиям  правонарушения и обеспечивать восстановление нарушенных прав. Если истец  избрал способ защиты права, не соответствующий нарушению, и не  обеспечивающий восстановление прав, его требования не могут быть  удовлетворены.  

Истцом заявлено требование о взыскании убытков. 

Приведенные ранее обстоятельства и изложенные судом апелляционной  инстанции выводы свидетельствует о том, что требование ФГБОУ ВО  «УралГУФК», заявленное гаранту, являлось обоснованным только в части  100 000 рублей, в связи с чем возмещенные ООО «Инстрой» в порядке регресса  ПАО «Промсвязьбанк» денежные средства в размере 8 073 276,20 руб.  составляют убытки общества, причиненные ответчиком в результате  необоснованного получения денежных средств в указанном размере по  банковской гарантии от 25.12.2019 № 83092-10.  

По требованию истца о взыскании процентов на основании статьи 395 ГК  РФ суд апелляционной инстанции приходит к выводу.  

В соответствии со статьей 395 ГК РФ проценты за пользование чужими  денежными средствами начисляются в связи с неисполнением должником  денежного обязательства и являются ответственностью.  

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации, изложенной в постановлении от 29.09.1998 № 2959/98, поскольку  возмещение убытков является ответственностью, а не долговым (денежным)  обязательством, на убытки не должны начисляться проценты за пользование  чужими денежными средствами, что также является ответственностью.  

Таким образом, поскольку в силу статей 393, 395 ГК РФ возмещение  убытков и взыскание процентов, начисленных за пользование чужими  денежными средствами, являются разными мерами гражданско-правовой  ответственности за неисполнение обязательства, нормами главы 25 ГК РФ не  предусмотрена возможность применения к должнику двух мер ответственности  за одно правонарушение и не допускается начисление процентов за  пользованием чужими денежными средствами на сумму убытков.  

Следует учитывать, что поскольку право требования принципала к  бенефициару, необоснованно предъявившего требование к гаранту, является  для принципала убытком (статья 375.1 Гражданского кодекса Российской  Федерации), а полученные бенефициаром от гаранта денежные средства, не  являются денежными средствами принципала (по смыслу статьи 395 ГК РФ),  коллегия судей приходит к выводу о необоснованности заявленного истцом  требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными  средствами.  

С учетом изложенного, исковые требования ООО «Инстрой» о взыскании  убытков подлежат удовлетворению частично в размере 8 073 276,20 рублей, в  удовлетворении исковых требований о взыскании убытков в размере 100 000  рублей, процентов по статье 395 ГК РФ в размере 26 647,12 рублей на  24.01.2022, а также до момента фактического исполнения обязательства  надлежит отказать.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для  отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.  

При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции подлежит  отмене на основании пункта 4 части 1 статьи 270 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная жалоба –  частичному удовлетворению.  

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по исковому  заявлению подлежат распределению пропорционально размеру  удовлетворенных исковых требований на основании статьи 110 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, по апелляционной жалобе -  подлежат отнесению на ответчика в размере 3 000 рублей.  

Руководствуясь статьями 176, 268-271 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 27.12.2022 по делу №  А76-2786/2022 отменить.  

Требования общества с ограниченной ответственностью «Инстрой»  удовлетворить частично.  

Взыскать с федерального государственного бюджетного образовательного  учреждения высшего образования «Уральский государственный университет  физической культуры» (ОГРН 

<

***>) в пользу общества с  

ограниченной ответственностью «Инстрой» (ОГРН 

<

***>) убытки в  размере 8 073 276,20 рублей.  

В удовлетворении остальной части исковых требований общества с  ограниченной ответственностью «Инстрой» отказать.  

Взыскать с федерального государственного бюджетного образовательного  учреждения высшего образования «Уральский государственный университет  физической культуры» (ОГРН 

<

***>) в пользу общества с  ограниченной ответственностью «Инстрой» (ОГРН 

<

***>) расходы по  уплате государственной пошлины по исковому заявлению и апелляционной  жалобе в размере 66 012 рублей.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со  дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд  первой инстанции.  

Председательствующий судья Е.В. Бояршинова 

Судьи А.А. Арямов 

 А.П. Скобелкин