АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

17 июля 2024 года

Дело №

А56-116261/2018

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Александровой Е.Н., судей Кравченко Т.В., Троховой М.В.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «ПроКом», общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Опус»,  общества с ограниченной ответственностью «ВодоканалСтройАвто» представителя ФИО1 (доверенности от 09.01.2024, от 24.01.2024, от 11.10.2023), от общества с ограниченной ответственностью «Урожайное» представителя ФИО2 (доверенность от 01.01.2024), от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 20.06.2024), от ФИО5 представителя ФИО6 (доверенность от 21.02.2024), от ФИО7 представителя ФИО8 (доверенность от 20.05.2024), от ФИО9 представителей ФИО10 (доверенность от 25.03.2024) и ФИО11 (доверенность от 07.06.2022), от ФИО12 представителя ФИО11 (доверенность от 12.10.2023), 

рассмотрев 02.07.2024 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО5, ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «ПроКом» на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2024 по делу № А56-116261/2018/суб.1, 

 

у с т а н о в и л:

публичное акционерное общество «Сбербанк России» 06.10.2018 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Урожайное», адрес: 188750, Ленинградская обл., Приозерский р-н, пос. Плодовое, б/о «Отрадное», д. 2, лит.А, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «Урожайное», Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 08.02.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО13.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.01.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в его отношении открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО13 

Конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «ПроКом» (далее - ООО «ПроКом»)  04.05.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО14, ФИО15, ФИО3, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО5, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22 и ФИО23 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, в части определения размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц просил приостановить производство до завершения расчетов с кредиторами.

Определением суда первой инстанции от 18.11.2021 требование ООО «ПроКом» о привлечении ФИО14 к субсидиарной ответственности выделено в отдельное производство выделено с присвоением делу номера А56-116261/2018/суб.1.1.

Определением суда от 17.02.2022 к участию в настоящем обособленном споре в качестве соответчика привлечен ФИО7. 

Определением от 06.03.2023 Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области привлек ФИО5 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника и приостановил рассмотрение обособленного спора в части определения размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц до окончания расчета с кредиторами; в остальной части в удовлетворении заявления ООО «ПроКом» отказал. 

Определением от 18.07.2023 Тринадцатый арбитражный апелляционный суд, заключив, что настоящий обособленный спор рассмотрен судом первой инстанции без надлежащего установления круга лиц, участвующих в деле, с определением их процессуального статуса и объема наследственных прав, руководствуясь частью 6.1 статьи 268 и частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), перешел к рассмотрению обособленного спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, и определением от 12.09.2023 привлек к участию в обособленном споре в качестве соответчиков ФИО9 и ФИО12.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2024 определение арбитражного суда первой инстанции от 06.03.2023 отменено, суд установил наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ФИО5 и ФИО3, в остальной части в удовлетворении заявления ООО «ПроКом» о привлечении к субсидиарной ответственности иных ответчиков отказал. Суд приостановил производство по заявлению ООО «ПроКом» до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами; направил вопрос о возобновлении производства по обособленному спору и об определении размера ответственности ФИО5 и ФИО3 в арбитражный суд первой инстанции.

В кассационной жалобе ООО «ПроКом», ссылаясь на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам, просит отменить постановление от 20.02.2024 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, наследников ФИО24 в лице ФИО22, ФИО23, ФИО9, ФИО12 и ФИО5, направить дело на новое рассмотрение в апелляционный суд или изменить постановление от 20.02.2024 в части, установить наличие оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества. 

По мнению подателя жалобы, имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Урожайное» ФИО7, поскольку бывшие работники Общества, опрошенные в качестве свидетелей судом первой инстанции, показали, что подчинялись последнему. Участие ФИО7 в управлении деятельностью должника подтверждается письменными доказательствами - в материалы дела представлена переписка посредством электронной почты между ФИО25 и ФИО7, из которой видно, что ФИО25 направляла ФИО7 отчеты о своей работе, информировала о деятельности Общества, согласовывала с ним свои действия. В период управления ФИО7 деятельностью должника Общество утратило большую часть своих активов и прекратило хозяйственную деятельность. Фактические руководители должника ФИО5 и ее брат ФИО7 наравне с номинальными также подлежат привлечению к субсидиарной ответственности за непередачу конкурсному управляющему документации Общества

ООО «ПроКом» полагает, что ФИО24 в лице его наследников должен быть привлечен к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакции от 28.06.2013, в также на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 за организацию деятельности должника таким образом, чтобы вывести и распределить активы в пользу членов семьи. Именно ФИО24 являлся фактически единоличным руководителем должника с момента учреждения Общества до 2017 года. В период с 2011 по 2013 годы, когда ФИО24 являлся его участником с долей участия в размере 25% уставного капитала,  осуществлено строительство комплекса по выращиванию мясной породы крупного рогатого скота с привлечением ресурсов закрытого акционерного общества «Водоканалстрой» (далее - ЗАО «Водоканалстрой»), общества с ограниченной ответственностью «Анаит» (далее - ООО «Анаит») и ООО «ВодоканалСтройАвто». При этом строительство за счет ООО «Урожайное» было осуществлено на земельных участках, которые в конечном итоге перешли в собственность ФИО5 и наследников ФИО24 со всеми постройками и сооружениями. Таким образом, именно ФИО24, а также его супруга ФИО5 извлекли выгоду из хозяйственной деятельности ООО «Урожайное» в результате незаконных и недобросовестных действий. О недобросовестном поведении ФИО24 свидетельствуют и факты выдачи ему должником в 2015 - 2017 годах простых векселей при том, что Общество в указанный период не обладало реальными возможностями оплатить денежные средства векселедержателю.

В кассационной жалобе ФИО5, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанции норм материального права, просит отменить определение от 06.03.2023 и постановление от 20.02.2024 и принять по делу новый судебный акт – установить наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам Общества, а в остальной части в удовлетворении заявления отказать; в части определения размера субсидиарной ответственности производство приостановить до окончания расчетов с кредиторами. По мнению подателя жалобы, само по себе участие ФИО5 в органах Общества не свидетельствует о наличии у нее статуса контролирующего должника лица. Суды не установили, каким образом давались обязательные к исполнению указания генеральному директору ООО «Урожайное» либо иным сотрудникам должника; не определили, какие решения приняты с нарушением принципа разумности и добросовестности, не указаны явно убыточные операции, приведшие к банкротству Общества. ФИО5 также обращает внимание, что земельный участок, на котором построен комплекс по выращиванию мясной породы крупного рогатого скота, использовался Обществом вплоть до введения процедуры конкурсного производства.

В кассационной жалобе ФИО3, являвшийся генеральным директором Общества в период с 08.02.2017 по 27.03.2019, ссылаясь на существенное нарушение апелляционным судом норм процессуального и материального права, просит отменить постановление от 20.02.2024, оставив в силе определение суда первой инстанции от 06.03.2023 (с учетом определения от 15.03.2023 об исправлении опечатки). 

Как указал ФИО3,  суд апелляционной инстанции в нарушение положений статей 71 и 168 АПК РФ не дал оценки всем существенным обстоятельствам данного дела, а именно: бездействию конкурсного управляющего ФИО13, выразившемуся в непринятии необходимых мер по получению документов и имущества от ФИО3; доводам ФИО3 о наличии у должника привлеченной организации по ведению бухгалтерского учета ООО «Урожайное»; поведению руководителей, вступивших в должность после увольнения ФИО3 Суд апелляционной инстанции не учел, что фактически функции исполнительного органа Общества осуществлялись ФИО26 только до конца августа 2018 года, что подтверждается объяснениями свидетелей. В дальнейшем ФИО3 было отказано в доступе на территорию ООО «Урожайное» (ферму) по инициативе ФИО7, действовавшего в интересах собственника бизеса и своей родственницы - ФИО5 В период исполнения ФИО3 обязанностей руководителя Общества его действия не были и не могли быть направлены на то, чтобы привести ООО «Урожайное» к невозможности погашения требований кредиторов, что само по себе исключает умысел в сокрытии документации и имущества должника. Материалами дела не подтверждается затруднение в проведении процедур банкротства в результате непередачи ФИО3 документации должника, напротив, в ходе конкурсного производства конкурсный управляющий провела инвентаризацию значительного объема имущества Общества, оспаривала сделки, совершала иные действия, то есть обладала для этого необходимой информацией. По мнению подателя жалобы, суд апелляционной инстанции при рассмотрении дела должен был освободить его от субсидиарной ответственности по основаниям положений пунктов 9 и 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, поскольку материалами дела не подтверждается наличие в его действиях противоправного умысла и получения какой-либо имущественной выгоды в отношении Общества. Фактически ФИО3 не оказывал определяющего влияния на деятельность Общества.

В отзыве на кассационные жалобы ФИО5 просила оставить без удовлетворения кассационные жалобы ООО «ПроКом» и ФИО3

В отзыве на кассационную жалобу ООО «ПроКом» ФИО9 и ФИО12 просили оставить обжалуемое постановление без изменения.

ООО «ПроКом» в своем отзыве просило оставить без изменения постановление от 20.02.2024 в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ФИО5

ФИО7 в отзыве просил отказать в удовлетворении кассационных жалоб ООО «ПроКом» и ФИО3

Определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 28.05.2024 (судьи Александрова Е.Н., Бычкова Е.Н., Кравченко Т.В.) рассмотрение кассационной жалобы отложено на 02.07.2024.

Определением председателя судебного состава Арбитражного суда Северо-Западного округа от 01.07.2024 в соответствии с частью 3 статьи 18 АПК РФ ввиду нахождения в отпуске судьи Бычковой Е.Н., ранее участвовавшей в рассмотрении кассационной жалобы, в составе суда произведена ее замена на судью Трохову М.В., после чего рассмотрение кассационной жалобы начато судом с самого начала.

В судебном заседании 02.07.2024 представитель ООО «ПроКом», ООО «ВодоканалСтройАвто» и ООО «Строительная компания «Опус» поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе ООО «ПроКом», против удовлетворения жалоб ФИО5  и ФИО3 возражал.

Представитель ФИО5 поддержал поданную кассационную жалобу, вопрос об удовлетворении кассационной жалобы ФИО3 оставил на усмотрение суда, против удовлетворения кассационной жалобы ООО «ПроКом» возражал.

Представитель ФИО3 поддержал его кассационную жалобу, а также кассационную жалобу ООО «ПроКом», возражал против удовлетворения кассационной жалобы ФИО5 

Представитель конкурсного управляющего Общества против удовлетворения кассационных жалоб возражал, считая обжалуемое постановление законным и обоснованным.

Представитель ФИО7 просил удовлетворить кассационную жалобу ФИО5, против удовлетворения кассационных жалоб ООО «ПроКом» и ФИО3 возражал. 

Представители ФИО9, ФИО12 просили оставить постановление апелляционного суда от 20.02.2024 без изменения. 

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, в период деятельности ООО «Урожайное» его участниками являлись:

ФИО24, с 08.04.2011 по 12.11.2013, доля участия 25%, в связи со смертью данного лица к участию в настоящем деле привлечены его наследники – ФИО23, ФИО22, ФИО5, ФИО9, ФИО12;

ФИО21, с 12.11.2013 по 13.03.2017, доля участия 37,5%;

ФИО20, с 12.11.2013 по 13.03.2017, доля участия 37,5 %, с 13.03.2017 по 01.12.2017, доля участия 75%; 

ФИО19, с 12.11.2013 по 10.07.2019, доля участия 25%;

ФИО5, с 01.12.2017 по 10.07.2019, доля участия 75%;

ФИО14, с 11.07.2019 по настоящее время, доля участия 100%.

Руководителями Общества являлись:

ФИО18 являлся генеральным директором в период с 31.10.2011 по 03.10.2012;

ФИО17 являлась генеральным директором в период с 04.10.2012 по 11.08.2015; 

ФИО16 являлся генеральным директором в период с 12.08.2015 по 07.02.2017;

ФИО3 являлся генеральным директором в период с 08.02.2017 по 27.03.2019; 

ФИО15 являлся генеральным директором в период с 28.03.2019 по 28.07.2019;

ФИО7 являлся, как указывает заявитель, контролирующим должника лицом, которое фактически руководило Обществом с 2017 года.

По мнению конкурсного кредитора ООО «ПроКом», ФИО24 (в лице наследников), ФИО21, ФИО20 и ФИО19 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в связи с тем, что в период их участия в Обществе за счет средств должника на земельных участках с кадастровыми номерами 47:03:0602003:13 и 47:03:0000000:18943, расположенных по адресу: Ленинградская область, Приозерский район, Плодовское сельское поселение, не принадлежащих ООО «Урожайное» на праве собственности, были созданы ряд объектов движимого и недвижимого имущества, используемых Обществом для осуществления предпринимательской деятельности в сфере животноводства – для выращивания крупного рогатого скота. Указанные объекты созданы, в том числе, силами кредиторов, чьи требования в настоящее время включены в реестр требований кредиторов ООО «Урожайное».

Ввиду того, что данные объекты созданы на земельных участках, не принадлежащих Обществу, оформление прав на созданные объекты оказалось невозможным. С учетом изложенного заявитель полагает, что участники ООО «Урожайное» намеренно создали ситуацию, при которой наиболее ликвидные активы Общества не попали в конкурсную массу должника, чем причинен существенный вред имущественным правам кредиторов. Также указанным лицам вменяется в вину бездействие, выразившееся в непринятии мер по предотвращению банкротства Общества, улучшению структуры баланса предприятия, оптимизации расходов, контролю за деятельностью генеральных директоров. 

Аналогичные основания субсидиарной ответственности, а именно намеренное создание ситуации по причинению имущественного вреда кредиторам должника путем возведения за его счет имущества на земельных участках, не принадлежащих должнику, вменены также руководителям должника ФИО18 и ФИО17

Бывшему генеральному директору ФИО16 вменено в вину осуществление деятельности в виде вывода активов, направленной на ухудшение финансового состояния Общества.

Бывшему генеральному директору ФИО3 вменено в вину неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему ООО «Урожайное» документации, отражающей финансово-хозяйственную деятельность должника, а также материальных ценностей Общества.

Бывшему генеральному директору ФИО15 вменяется непринятие мер по поиску и истребованию имущества должника и документации о его финансово-хозяйственной деятельности, а также необращение в суд с заявлением о несостоятельности Общества. Последнее основание вменено в вину также участникам ООО «Урожайное» ФИО19 и ФИО5

ООО «ПроКом» также указывает на необходимость привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5, которая, по его утверждению, являлась и является до настоящего времени конечным бенефициаром Общества, поскольку именно на принадлежащих ей земельных участках за счет средств должника было возведено имущество, которое не может быть реализовано конкурсным управляющим, так как не является собственностью должника. Конкурсный кредитор полагает, что ФИО5 посредством брата  ФИО7 осуществляла руководство деятельностью Общества, избирала и назначала генеральных директоров должника; она не предприняла никаких действий по восстановлению платежеспособности общества, скрыла имущество должника, не обратилась с заявлением о несостоятельности ООО «Урожайное».

ФИО7, как ссылается заявитель, будучи единородным братом ФИО5, осуществлял от ее имени фактическое руководство деятельностью общества, самостоятельно принимая решения, влияющие на деятельность общества и фактически приведшие к его несостоятельности, в связи с чем также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд первой инстанции, рассмотрев дело при участии наследников ФИО24 в лице ФИО22, ФИО23 и ФИО5, пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО5 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, заключив, что указанные лица осуществляли непосредственное управление деятельностью ООО «Урожайное» в предбанкротный период и в период после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) Общества, и именно этими лицами принимались решения, касающиеся выбора и утверждения руководителей должника, решения, касающиеся распоряжения имуществом, все иные решения, определявшие деятельность предприятия. Суд посчитал, что на этих лиц также должна быть возложена ответственность за невозможность пополнения конкурсной массы должника в связи с отсутствием у конкурсного управляющего документации и части имущества должника, а, кроме того, констатировал, что ФИО5, будучи мажоритарным участником Общества в период возбуждения в отношении него дела о банкротстве, не предприняла каких-либо действий по передаче в пользу Общества, надлежащему оформлению имущества, фактически созданного за счет должника, однако находящегося на принадлежавших ей земельных участках. Такое бездействие, при отсутствии со стороны ФИО5, от имени которой в отношениях с третьими лицами действовал ФИО7, какой-либо инициативы, направленной на выведение Общества из кризисного состояния, привело к тому, что ФИО5 фактически приобрела имущество должника, тогда как сам должник понес убытки в виде затрат на создание данного имущества, при этом у должника возникла стойкая неспособность погашения образовавшейся задолженности перед кредиторами за счет собственного имущества. Поскольку ФИО7 действовал от имени сестры и имел с нею общую цель в отношениях с кредиторами должника, он также привлечен к ответственности по долгам ООО «Урожайное». 

В отношении иных, указанных конкурсным кредитором лиц, оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника суд первой инстанции не усмотрел.

Суд апелляционной инстанции установил, что, помимо ранее привлеченных к участию в деле ФИО5, ФИО22 и ФИО23, наследниками ФИО24 также являются ФИО9 и ФИО12, в связи с чем перешел к рассмотрению по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, привлек названных лиц к участию в обособленном споре в качестве соответчиков, и по итогам рассмотрения дела признал доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Урожайное» ФИО5 (в соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве) и ФИО3 (в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). 

Апелляционный суд заключил, что в настоящее время ФИО5 является фактическим собственником капитальных строений, которые были возведены за счет ООО «Урожайное», а также использовались должником в хозяйственной деятельности и являлись неотъемлемой частью сельскохозяйственного предприятия. В связи с выбором участниками должника такой модели построения бизнеса, которая позволила в случае банкротства Общества сохранить наиболее дорогостоящие активы, ФИО5 как бенефициар деятельности ООО «Урожайное» является лицом, ответственным за невозможность погашения требований кредиторов, в том числе за счет имущества, возведенного на принадлежащем в настоящее время ответчику земельном участке. Суд также пришел к выводу о наличии в деле доказательств, подтверждающих неисполнение надлежащим образом ответчиком ФИО3, являющимся контролирующим должника лицом, обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации, а также материальных ценностей, что привело к затруднению проведения процедуры банкротства.

При этом суд не усмотрел оснований для привлечения ФИО7 и иных ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Как видно из кассационных жалоб, постановление суда апелляционной инстанции в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ответчиков ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО18, ФИО17 и ФИО16 не обжалуется, соответственно, судом округа выводы апелляционного суда в указанной части не проверяются.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и доводы кассационных жалоб, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права в обжалуемой части, исходит из следующего.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции названного Закона).

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В настоящем случае обстоятельства, указанные конкурсным кредитором в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, имели место как до 01.07.2017, так и после указанной даты, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд после 01.07.2017.

С учетом изложенного апелляционный суд обоснованно руководствовался процессуальными нормами в редакции Закона № 266-ФЗ, а материальные нормы применил как в редакции Закона о банкротстве, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, так и после вступления его в силу.

Положения пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, а также действовавшая ранее норма пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), предусматривали возможность привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его долгам в ситуации, когда их виновным поведением вызвана невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»; далее - Постановление № 53).

Как ранее, так и в настоящее время действует презумпция, согласно которой предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в ситуации, когда имущественным правам кредиторов причинен существенный вред в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, абзац первый пункта 23 Постановления № 53).

Кроме того, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

В данном случае в обоснование требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО24 (в лице наследников) как контролирующего должника до 01.12.2017 лица и ФИО5 (в связи с передачей ей с 01.12.2017 доли в уставном капитале ООО «Урожайное») кредитор указывает, что должником в период с 2011 по 2013 годы осуществлялось строительство комплекса по выращиванию мясной породы крупного рогатого скота, который включал в себя несколько зданий, сооружений, в том числе телятники, дороги, мелиоративные канавы, выгульные площадки, производственные площадки, сервисные центры, ограждения. Строительство указанного комплекса осуществлялось как на земельных участках, принадлежащих Обществу, так и на земельных участках собственником которых должник не являлся, арендовал их у ФИО20 и ФИО24, в настоящее время указанные земельные участки принадлежат ФИО5

Также кредитор ссылался на выдачу Обществом ФИО24 векселей несмотря на тяжелое финансовое положение должника и при отсутствии на то каких-либо оснований, что свидетельствует о незаконном и недобросовестном поведении контролирующего должника лица. 

По мнению ООО «ПроКом», должником в лице его участников  намеренно создана ситуация невозможности обращения взыскания на имущество, фактически созданное за счет Общества, но де-юре ставшее собственностью землевладельцев, на участках которых оно было создано.

Факт создания комплекса по выращиванию мясной породы крупного рогатого скота в том числе на земельных участках, не принадлежащих должнику, подтверждается материалами дела и лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Вместе с тем апелляционный суд заключил, что привлечение к субсидиарной ответственности по указанным основаниям наследников ФИО24 представляется неосновательным, поскольку не подтверждено, что в период, когда Обществом фактически управлял ФИО24 (данное утверждение для всех участников процесса являлось очевидным), им были предприняты какие-либо виновные действия, приведшие к неплатежеспособности общества, невозможности расчетов с кредиторами. Причинение вреда должнику в связи с выдачей Обществом векселей судом не установлено, причинная связь между действиями должника по выдаче векселей и наступлением неплатежеспособности ООО «Урожайное» не подтверждена.

Квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) - кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439 (3-8).

В данном случае само по себе заключение договоров подряда на строительство комплекса по выращиванию крупного рогатого скота при наличии арендных отношений с собственниками земельных участков применительно к установленным обстоятельствам о противоправной направленности таких договоров в момент их заключения не свидетельствует. 

Иное судом апелляционной инстанции не установлено, заявитель ООО «ПроКом» свои доводы о незаконности и недобросовестности такого поведения со стороны контролирующего должника лица не обосновал.

Вместе с тем суд установил наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Урожайное» ФИО5 в связи с тем, что она является фактическим собственником капитальных строений, которые  возведены за счет Общества, а также использовались должником в хозяйственной деятельности и являлись неотъемлемой частью сельскохозяйственного предприятия.

Суд принял во внимание, что решением Приозерского городского суда Ленинградской области от 26.05.2022 по делу № 2-202/2022 (вступило в законную силу 07.12.2022) Обществу отказано в иске о признании права собственности на указанное имущество, расположенное на земельном участке, принадлежащем ФИО5, ФИО23, ФИО22, ФИО9, в связи с чем данное имущество исключено из конкурсной массы должника. 

Исходя из этого суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, участниками должника изначально выбрана такая система организации Общества, которая позволила в случае его банкротства сохранить наиболее дорогостоящие активы. В связи с выбором соответствующей модели построения бизнеса ФИО5 как бенефициар деятельности ООО «Урожайное» является лицом, ответственным за невозможность погашения требований кредиторов, в том числе за счет имущества, возведенного на принадлежащем в настоящее время ответчику земельном участке.

Таким образом, суд посчитал, что ФИО5 являлась основным выгодоприобретателем, который извлек выгоду из хозяйственной деятельности  ООО «Урожайное».

Между тем, изложенное, по сути, означает, что ФИО5 суд апелляционной инстанции привлек к субсидиарной ответственности в связи с теми же   обстоятельствами, которые, по мнению суда, однако не могут служить основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО24, при участии которого в 2011 - 2013 годах осуществлялось строительство спорных объектов, в том числе, на не принадлежащих должнику земельных участках. .

При этом суд не учел, что закрепленная в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве презумпция (извлечение выгоды из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ) установлена для определения статуса контролирующего должника лица, тогда как для привлечения к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве необходимо также установить совершение контролирующим должника лицом действий и (или) бездействия, повлекших невозможность полного погашения требований кредиторов. 

Как уже указывалось выше, незаконного или недобросовестного поведения ФИО24 суд апелляционной инстанции не установил.

Со стороны ФИО5 такие действия применительно к обстоятельствам строительства комплекса по выращиванию крупного рогатого скота также не установлены и кредитором-заявителем не приведены.

При этом из дела видно, что ФИО5 до 01.12.2017 участником  либо руководителем ООО «Урожайное» не являлась, решений, определявших деятельность предприятия, в том числе решений относительно возведения в 2011 - 2013 годах спорных объектов, не принимала. Более того, из решения Приозерского городского суда Ленинградской области от 26.05.2022 по делу № 2-202/2022 следует, что земельный участок в кадастровым номером 47:03:0602003:13 являлся совместным имуществом супругов ФИО24 и ФИО5, которая, в свою очередь, согласия на передачу участка должнику в аренду не давала.

Таким образом, у суда не имелось оснований вменять в вину ФИО5 такую организацию ведения Обществом деятельности, при которой часть объектов имущественного комплекса была создана на земельных участках, должнику не принадлежащих.

Кроме того, апелляционный суд отметил (отказывая в привлечении к ответственности за те же действия руководителей должника ФИО18 и ФИО17), что активы должника были распределены подобным образом в течение всего периода существования Общества и никакого влияния на деятельность ООО «Урожайное» это не оказало.

Так, суд установил, что согласно данным конкурсного управляющего в период с 31.12.2015 по 31.12.2018 должник в силу специфики своей деятельности - сельское хозяйство (которая подразумевает зависимость от внешних факторов - сезонность, погодные условия, урожайность, колебание цены выпускаемой продукции), безубыточную деятельность не осуществлял. В то же время в указанный период активы Общества (основные средства, запасы, дебиторская задолженность) были достаточно стабильны, согласно выводам анализа финансового состояния должника колебания данных величин составили менее 10% ежегодно за три анализируемых года. Незначительно росли в анализируемый период и обязательства Общества, а именно заемные средства (краткосрочные и долгосрочные обязательства) только на конец 2018 выросли по сравнению с 2017 на 20%, в остальные периоды рост заемных обязательств не превысил 10% в год, размер кредиторской задолженности в анализируемый период также существенно не увеличивался, рост не превышал 10% ежегодно. 

Изложенное свидетельствует о том, что какого-то резкого ухудшения в деятельности должника в анализируемый период конкурсным управляющим не установлено, не определены и какие-либо внешние факторы (неурожай, падеж скота и т.п.), которые повлияли на невозможность дальнейшего продолжения деятельности Общества.

Конкурсный управляющий также указал, что согласно анализу выписок по счетам должника в кредитных организациях Общество фактически прекратило безналичные расчеты в первом квартале 2019 года, то есть в период введения в отношении должника процедуры наблюдения (определение суда первой инстанции от 08.02.2019). Среди сделок, которые конкурсный управляющий выявил в период подозрительности и оспаривал, не выявлено сделок, которые бы существенно повлияли на платежеспособность Общества, привели должника к состоянию неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Конкурсный управляющий пояснил, что каких-либо факторов оказавших значительное отрицательное влияние на деятельность ООО «Урожайное», им выявлено не было, им установлено, что в определенный период времени деятельность Общества прекратилась, при этом конкурсный управляющий не смог установить судьбу части имущества должника, в частности, крупного рогатого скота и имущества, используемого для его обслуживания.

Таким образом, представленные конкурсным управляющим сведения не позволяют сделать вывод о причинах несостоятельности должника, при этом на недобросовестные действия контролирующих должника лиц, повлекшие неплатежеспособность Общества, управляющий не ссылается.

ФИО5, в свою очередь, в ходе судебного разбирательства неоднократно ссылалась на то, что размещенные на не принадлежащих ООО «Урожайное» земельных участках постройки в составе комплекса по выращиванию крупного рогатого скота беспрепятственно использовались должником в своей деятельности вплоть до 2020 года, то есть и после возбуждения настоящего дела о несостоятельности Общества. 

Участвующие в деле лица данный факт не оспаривали и иное судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах наличие причинно-следственной связи между возведением за счет Общества объектов частично на участках, не принадлежащих должнику, и фактически наступившим объективным банкротством ООО «Урожайное» материалами дела не подтверждено, что исключает ответственность ФИО24 в лице наследников, а равно и ФИО5 за такую организацию деятельности по пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, как и по пункту 4 ранее действовавшей статьи 10 Закона о банкротстве. Причинение вреда такими действиями третьим лицам (кредиторам) не доказано.

Суд апелляционной инстанции, установив в данной части все фактические обстоятельства, вместе с тем неверно применил нормы материального права. 

В отношении ответственности за вред, причиненный самому должнику, суд округа учитывает, что независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков (абзац четвертый пункта 20 Постановления № 53).

Ответственность в виде взыскания убытков хотя и подлежит применению к контролирующему должника лицу в деле о банкротстве в силу положений статьи 61.20 Закона о банкротстве, направлена на возмещение ущерба, причиненного самому должнику, размер которого определяется по правилам статьи 15 ГК РФ - исходя из стоимости уменьшения имущества должника.

В настоящем случае кредитор ООО «ПроКом» доводы об убыточности непосредственно для должника избранной им модели ведения деятельности не приводил и суд таких выводов также не сделал.

Строительство на спорных земельных участках силами ООО «Урожайное» комплекса по выращиванию крупного рогатого скота при наличии заключенных договоров аренды в отношении таких участков о противоправной направленности действий контролирующих должника лиц, как установил суд, не свидетельствует. 

Не подтверждается материалами дела и наличие у ответчика целей вывода наиболее дорогостоящих активов, поскольку с учетом выводов, сделанных в решении Приозерского городского суда Ленинградской области от 26.05.2022 по делу № 2-202/2022 о возведении объектов без получения на это необходимых разрешений, на момент рассмотрения настоящего обособленного спора возможность легализации построек не подтверждена, а в силу положений статей 128, 129 и 222 ГК РФ самовольные строения в гражданский оборот не введены и не могут в нем участвовать: с ними нельзя совершать какие-либо гражданско-правовые сделки, право на них не может быть установлено и зарегистрировано. Использование самовольной постройки не допускается. 

Не приведено конкурсным управляющим и причин, по которым невозможно включение в конкурсную массу должника использованных при возведении спорных построек строительных материалов, коль скоро собственники земельного участка не заинтересованы в сохранении объектов.

Таким образом, совокупность условий, при которых возможно привлечение  ФИО5 к ответственности в виде взыскания убытков, причиненных самому должнику, в данном случае также не подтверждена (ввиду недоказанности совершения ею незаконных либо недобросовестных действий применительно к обстоятельствам возведения силами должника объектов на земельных участках, не принадлежащих Обществу).

В силу положений пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В обоснование своих требований в этой части ООО «ПроКом» указало, что начиная с сентября 2018 года Общество перестало исполнять финансовые обязательства перед кредиторами, в связи с чем именно с указанной даты ФИО15, ФИО5 и ФИО19 были обязаны обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника, чего ими сделано не было.

В то же время суд установил, что 06.10.2018 ПАО «Сбербанк России» обратилось в суд с заявлением о банкротстве ООО «Урожайное».

Таким образом, как верно отметил суд, после появления у должника признаков несостоятельности незамедлительно было возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

То обстоятельство, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) было возбуждено по заявлению ПАО «Сбербанк России» не свидетельствует о какой-либо предусмотренной положениями пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве вине ответчиков в этой части при том, что диспозиция указанной нормы предусматривает ответственность лица только за введение добросовестных кредиторов в заблуждение касательной действительного финансового положения общества (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Кроме того, заявитель не указал, какие финансовые обязательства возникли у Общества после появления признаков объективного банкротства, но до обращения ПАО «Сбербанк России» в суд с соответствующим заявлением.

С учетом изложенного суда обоснованно не установил по данному эпизоду злоупотреблений в действиях ответчиков, в том числе ФИО5, и отказал в привлечении названных лиц к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам должника на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве. Заявитель, в свою очередь, не доказал, что при наличии у должника неисполненных и непосильных к исполнению обязательств ответчики злонамеренно продолжали наращивать кредиторскую задолженность.

В отношении требований ООО «ПроКом» о привлечении ФИО7 (брат ФИО5) к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «Урожайное»  по основаниям, предусмотренным пунктом 1, подпунктом 1 пункта 2 и подпунктом 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Как ссылается заявитель, ФИО7 вместе с ФИО5 в предбанкротный период осуществляли руководство хозяйственной деятельностью Общества, в связи с чем он также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности как лицо, непосредственно принимавшее решения, касающиеся выбора и утверждения руководителей Общества, решения, касающиеся распоряжения имуществом должника, а также все иные решения, определявшие деятельность должника.

Вместе с тем апелляционный суд установил, что ФИО7 не входил в состав участников Общества, не имел прав единоличного исполнительного органа ООО «Урожайное», не имел также прав и обязанностей, предусмотренных положениями Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

То обстоятельство, что ФИО7 является братом ФИО5, не является безусловным основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состоит в отношениях родства с членами органов управления обществом.

Суд принял во внимание пояснения ответчика ФИО3, согласно которым до 06.10.2018 (дата принятия арбитражным судом заявления ПАО «Сбербанк России» о признании ООО «Урожайное» несостоятельным (банкротом)) ФИО7 в процессе управления должником не участвовал.

Апелляционный суд заключил, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что на дату принятия судом заявления о признании должника банкротом, либо за три года, предшествующим этой дате, ответчик ФИО7 имел какое-либо отношение к финансово-хозяйственной деятельности должника, имел возможность давать или давал обязательные для исполнения должником указания, извлекал выгоду, имел возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий, приведшие к объективному банкротству должника.

То обстоятельство, что в ходе хозяйственной деятельности ООО «Урожайное»  ФИО7 перечислял ФИО15 денежные средства на текущие расходы предприятия, а также вел переговоры с контрагентами Общества по просьбе сестры ФИО5 не подтверждает его статус контролирующего деятельность должника лица. Оказанная ответчиком безвозмездная материальная помощь в любом случае не может рассматриваться как совершение действий, направленных на извлечении выгоды и уменьшение конкурсной массы должника.

Поскольку заявителем не доказано и судом не установлено, что ФИО7 являлся контролирующим должника лицом или бенефициаром деятельности ООО «Урожайное», он не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам должника.

Оснований не согласиться с выводами апелляционного суда в этой части суд кассационной инстанции не усматривает.

Вопреки доводам кассационной жалобы ООО «ПроКом», показания свидетелей ФИО25, ФИО27 и ФИО28 не содержат достаточных данных для вывода об осуществлении ФИО7 фактического контроля над должником, о принятии им непосредственно существенных деловых решений относительно деятельности Общества либо совершении конкретных сделок,  изменивших экономическую и (или) юридическую судьбу должника.

Представленная в дело переписка ФИО25 с ФИО7 также не содержит обязательных для исполнения указаний со стороны последнего. 

Доводы ООО «ПроКом» в этой части направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судом апелляционной инстанции на основании такой оценки обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных статьями 286, 287 АПК РФ.

Вместе с тем суд округа не может в полной мере согласиться с выводами апелляционного суда о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Урожайное»  ФИО3, являвшегося генеральным директором Общества в период с 08.02.2017 по 27.03.2019, в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за уклонение от исполнения обязанности по передаче документации и материальных ценностей должника.

Суд установил, что конкурсному управляющему должником не передана документация Общества относительно его деятельности, а также материальные ценности организации, в связи с чем управляющему не удалось предпринять необходимые меры для реализации активов и взыскания дебиторской задолженности в пользу должника, что, в свою очередь, привело к невозможности формирования конкурсной массы, достаточной для расчетов с кредиторами.

Как указал суд, конкурсным кредитором представлены доказательства, подтверждающие неисполнение надлежащим образом ответчиком ФИО3, являющимся контролирующим должника лицом, обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации, а также материальных ценностей, что привело к затруднению проведения процедуры банкротства. Наличие у ФИО3 такой обязанности подтверждено также вступившим в законную силу судебным актом.

Между тем, наличие судебного акта об истребовании у ответчика документации само по себе не может являться единственным и безусловным основанием для привлечения последнего к субсидиарной ответственности.

ФИО3 в ходе судебного разбирательства в обоснование своих возражений приводились заслуживающие внимания доводы, которые не получили оценки в обжалуемом судебном акте.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления № 53, в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Такое лицо вправе представить свои документы и объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов, насколько они уважительны и т.п. (пункт 10 статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 Постановления № 53).

В данном случае определением от 22.05.2021 по делу № А56-116261/2018/истр.1 суд по ходатайству конкурсного управляющего обязал ФИО3 передать конкурсному управляющему ООО «Урожайное» бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности в соответствии с приведенным в данном определении перечнем.

Вместе с тем, как ссылается податель жалобы, суд не установил степень его вины и причинно-следственную связь между невозможностью удовлетворения требований кредиторов и фактом неисполнения им обязанности по передаче документации. 

ФИО3 указал, что после вынесения судом определения об истребовании документации конкурсным управляющим Общества подготовлены и поданы в суд ряд заявлений об оспаривании сделок должника, в том числе на основании имеющейся в его распоряжении первичной документации; проведена инвентаризация и оценка значительного объема имущества ООО «Урожайное». Большая часть выявленного управляющим имущества должника, в том числе перечисленного в определении суда от 22.05.2021, проинвентаризирована, оценена и реализована на торгах, а денежные средства от его реализации поступили в конкурсную массу должника.

При этом конкурсный управляющий исполнительный лист на основании определения об истребовании документации от 22.05.2021 по делу № А56-116261/2018/истр.1 не получила и на принудительное исполнение не предъявила.

ФИО3 также сообщил, что фактически он прекратил трудовую деятельность в ООО «Урожайное» в сентябре 2018 года (а не 27.03.2019, как указано в трудовой книжке) ввиду возникших с ФИО7 разногласий, однако долго не мог получить трудовую книжку, поскольку его не пускали на территорию должника. Территория ООО «Урожайное» находилась под круглосуточной охраной с пропускным режимом, обеспечение которого было возложено на общество с ограниченной ответственностью «ОП «РУД-С», требование последнего к должнику в настоящее время признано обоснованным в рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Урожайное».

В подтверждение своих доводов ФИО3 ссылался на  показания свидетелей ФИО29, ФИО27, ФИО28

Согласно пояснениям ФИО3 он не имел права первой подписи банковских документов, ведение документации и бухгалтерского учета ООО «Урожайное» осуществлялось привлеченной организаций - обществом с ограниченной ответственностью «Формула» (далее - ООО «Формула»), аффилированным с должником. Названное общество проводило все финансовые операции должника, имело в своем распоряжении все электронные ключи, привязанные к номерам мобильных телефонов сотрудников, самостоятельно осуществляло сдачу отчетности в налоговый орган. Участники ООО «Урожайное» были осведомлены о месте нахождения всего объема имущества и документов должника, однако не были заинтересованы в раскрытии сведений о деятельности Общества.

Требование ООО «Формула» к должнику в размере 8 294 367,34 руб. включено в реестр требований кредиторов ООО «Урожайное» определением суда от 14.11.2019 по делу № А56-116261/2018/тр.9, следовательно, с этого момента, как полагает ФИО3, конкурсный управляющий имел возможность получить документацию должника от указанного лица, что также не учтено апелляционным судом.

С учетом приведенных доводов ФИО3 полагает, что подлежит освобождению от субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Согласно пункту 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 настоящего Федерального закона, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Поскольку для целей применения пунктов 9 и 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве доводы ФИО3 могут иметь существенное значение, данные доводы приводились им при рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанций, однако надлежащей оценки в обжалуемом постановлении апелляционного суда не получили, в связи с чем выводы суда в отношении названного лица являются преждевременными.

Судом округа также установлено, что в постановлении суда апелляционной инстанции отсутствуют выводы по требованиям ООО «ПроКом» о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 1, подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в связи с тем, что в период владения названным лицом долей в уставном капитале ООО «Урожайное» в размере 75% Общество утратило большую часть своего имущества, в результате чего прекратило хозяйственную деятельность и перестало существовать как полноценное предприятие.

В обоснование заявления в этой части ООО «ПроКом» указывало, что в период с начала 2019 года по 31.03.2020 должником утрачено 81,2% имущества, что привело к невозможности ООО «Урожайное» заниматься своей хозяйственной деятельностью.

Кредитор также ссылался на то, что в период владения ФИО5 долей в уставном капитале ООО «Урожайное» в размере 75% должником совершены сделки при неравноценном встречном предоставлении и с причинением вреда имущественным правам кредиторов. 

После наступления объективного банкротства ООО «Урожайное» ФИО5, как полагает заявитель, она не предприняла никаких действий по восстановлению платежеспособности Общества, улучшению структуры баланса должника, оптимизации расходов, а утрата Обществом имущества в этот период существенно ухудшила финансовое положение должника, что также является основанием для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Помимо изложенного, ООО «ПроКом» считает, что ФИО5,  осуществлявшая непосредственное управление деятельностью ООО «Урожайное», наравне с номинальными руководителями Общества подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за непередачу конкурсному управляющему документации должника.

Поскольку заявление кредитора в изложенной части судом апелляционной инстанции не рассмотрено, то постановление нельзя признать соответствующим требованиям части 4 статьи 15 АПК РФ.

Поскольку требуется исследование и оценка представленных в материалы дела доказательств, установление обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения апелляционных жалоб по спору, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции в силу его полномочий, данный обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ в части установления наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Урожайное» ФИО5 и ФИО3 подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела в этой части суду необходимо учесть изложенное, оценить имеющиеся и вновь представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения участвующих в деле лиц в отношении наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5 (в связи с утратой имущества должника, совершением сделок при неравноценном встречном предоставлении и с причинением вреда имущественным правам кредиторов, непередачей документации должника конкурсному управляющему) и ФИО3 (в связи с непередачей документации должника конкурсному управляющему), в том числе дать надлежащую оценку доказательствам, после чего принять законный и обоснованный судебный акт.

В остальной части постановление апелляционного суда является законным и обоснованным и отмене не подлежит.

Руководствуясь статьями 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа  

 

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2024 по делу № А56-116261/2018/суб.1 в части установления  наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Урожайное» ФИО5 и ФИО3,  а также в части приостановления производства по заявлению ООО «ПроКом» отменить.

В этой части направить дело в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

В остальной части постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2024 по делу № А56-116261/2018/суб.1 оставить без изменения.

 

Председательствующий

Е.Н. Александрова

 

Судьи

 

Т.В. Кравченко

 

М.В. Трохова