АРБИТРАЖНЫЙ СУД  ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А75-21486/2019  

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2024 года.  Постановление изготовлено в полном объёме 20 июня 2024 года.  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Шаровой Н.А., судей Зюкова В.А.,  ФИО1 - 

при ведении судебного заседания с использованием средств аудиозаписи рассмотрел  кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Транспортная  региональная автомобильная компания Тракт» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>;  далее – общество «Тракт») на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского  автономного округа – Югры от 12.12.2023 (судья Бетхер В.А.) и постановление  Восьмого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2024 (судьи Аристова Е.В.,  Брежнева О.Ю., Сафронов М.М.) по делу № А75-21486/2019 о несостоятельности  (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Автотриада»  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее – общество «Автотриада», должник),  принятые по заявления конкурсного управляющего ФИО2  (далее также – управляющий) о признании недействительными договоров купли-продажи  транспортных средств, применении последствий недействительности сделок.  

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета  спора: ФИО3, ФИО4, ФИО5.  

В заседании принял участие ФИО6 – представитель общества «Тракт»  по доверенности от 14.12.2023.  

Суд установил: 

в деле о банкротстве должника управляющий обратился в суд с заявлением о признании  недействительными договоров купли-продажи от 15.08.2019 № 412/19, 423/19, 747/19,  600/19, 807/19, 797/19, 737/19, 170/19 (далее – договоры № 412, 423, 747, 600, 807, 797,  737, 170 соответственно), заключённых между обществами «Автотриада» и «Тракт»  (далее также – ответчик), применении последствий недействительности сделок в виде  обязания ответчика возвратить в конкурсную массу должника восемь транспортных  средств, а именно: два автобуса для перевозки детей, ПАЗ 32053-70, идентификационные  

номера (VIN) 

<

***>, Х1М3205ВХН0001895, государственные  регистрационные знаки 

<

***> и А423МЕ186 соответственно (далее – автобусы  1824, 1895); пять автобусов ПАЗ 32054, идентификационные номера (VIN)  

<

***>, Х1М3205Н0В0001040, Х1М3205Н0В0001042,  Х1М3205Н0В0001052, Х1М3205Н0В0001054, государственные регистрационные знаки  

<

***>, Н600ХЕ86, Н807ХЕ86, Н797ХЕ86, Н737ХЕ86 соответственно (далее –  автобусы 1016, 1040, 1042, 1052, 1054); один автобус МАЗ-206067, идентификационный  номер (VIN) YЗМ206067С0000858, государственный регистрационный знак 

<

***>  (далее – автобус 858).  

 К участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьих лиц,  не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены  бывшие руководители должника ФИО3, ФИО5 и временный управляющий  ФИО4  

 Определением суда от 12.12.2023, оставленным без изменения постановлением  апелляционного суда от 12.02.2024, заявление управляющего удовлетворено.  

 В кассационной жалобе общество «Тракт» просит обжалуемые судебные акты  отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции,  в обоснование ссылается на возмездный характер спорных сделок в виде перечисления  ответчиком денежных средств в размере 2 800 000 руб. должнику по платёжному  поручению от 16.08.2019 № 127, в котором указано соответствующее назначение платежа,  кроме того при применении односторонней реституции в виде обязания ответчика  возвратить в конкурсную массу транспортные средства должнику переданы результаты  произведённых ответчиком расходов на ремонт транспортных средств на сумму  4 462 000 руб. (в подтверждение представлены заказ-наряды), соответственно его  неосновательное обогащение составляет 7 262 000 руб., поскольку сделки являлись  возмездными, судам надлежало включить в предмет исследования (доказывания) вопрос  о равноценности/ не равноценности встречных предоставлений, однако производство по  проведению судебной оценочной экспертизы судом первой инстанции прекращено, а  отказ суда апелляционной инстанции в назначении таковой, по существу, лишило  ответчика возможности доказать эквивалентность спорных сделок; истечение срока  исковой давности на момент оспаривания сделок исходя из того, что управляющему,  имеющему доступ к банковским счетам должника и располагающему сведениями  о составе имущества должника и ранее заявлявшего требования о возврате транспортных  средств, должно было быть известно о произведённой оплате сделок из платёжного  поручения от 16.08.2019 № 127, о нахождении транспортных средств в распоряжении  ответчика не позднее марта 2021 года, об отказе ФИО3 от подписания  оспариваемых договоров купли-продажи «задним числом» – весной 2020 года, поэтому  начало течения срока исковой давности в настоящем случае должно было быть  определено не позднее 18.03.2021 (дата составления требования о возврате спорных  транспортных средств).  

 В приобщённых к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного  

процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) возражениях  на кассационную жалобу управляющий просит обжалуемые судебные акты оставить  в силе.  

 Поступившие от общества «Тракт» дополнения к кассационной жалобе не подлежат  приобщению к материалам кассационного производства в связи с отсутствием  доказательств заблаговременного направления участвующим в споре лицам,  в соответствии с частью 2 статьи 279 АПК РФ.  

 Представитель ответчика в судебном заседании поддержал доводы, изложенные  в кассационной жалобе.  

 Учитывая надлежащее извещение иных участвующих в обособленном споре лиц  о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается  в их отсутствие в соответствии с положениями части 3 статьи 284 АПК РФ.  

 Изучив материалы обособленного спора, заслушав представителя, обеспечившего  явку в судебное заседание, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ  по доводам, изложенным в кассационной жалобе, законность обжалуемых определения  и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.  

 Как следует из материалов дела и установлено судами, определением суда  от 18.11.2019 возбуждено производство по делу о банкротстве общества «Автотриада»  по заявлению общества с ограниченной ответственностью Транспортная компания  «Призвание» (далее – общество ТК «Призвание»).  

 Определением суда от 18.05.2020 в отношении общества «Автотриада» введена  процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО4,  требование общества ТК «Призвание» в размере 1 487 533,32 руб. включено в реестр  требований кредиторов должника в составе третьей очереди удовлетворения.  

 Решением суда от 17.08.2020 общество «Автотриада» признано несостоятельным  (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён  ФИО2  

 В процессе исполнения возложенных на управляющего обязанностей установлен  факт нахождения во владении общества «Тракт» принадлежащего должнику имущества –  автобусов: 1824 (балансовая стоимость – 2 112 485,75 руб.); 1895 (балансовая стоимость –  2 112 485,05 руб.); 1016, 1040, 1042, 1052, 1054 (балансовой стоимостью по 650 000 руб.);  858 (балансовая стоимость – 300 000 руб.).  

 В этой связи общество «Автотриада» в лице конкурсного управляющего обратилось  в арбитражный суд с иском об истребовании у общества «Тракт» указанных транспортных  средств.  

 Решением суда от 09.06.2022 по делу № А75-19444/2021 в удовлетворении  заявленных требований отказано.  

 В ходе судебного разбирательства по указанному делу установлено,  что истребуемые транспортные средства отчуждены в результате заключения договоров  купли-продажи от 15.08.2019 №№ 412/19, 423/19, 747/19, 600/19, 807/19, 797/19, 737/19,  170/19.  

 При этом бывший руководитель общества «Автотриада» ФИО7 сообщила  управляющему, что договоры купли-продажи с обществом «Тракт» она не заключала,  подпись в каких-либо документах с обществом «Тракт» не ставила. Также ФИО7  передала в распоряжение управляющего оригиналы и копии ПТС транспортных средств.  

 ФИО7 сообщила управляющему, что пользование указанными  транспортными средствами общество «Тракт» осуществляет исключительно на основании  ранее существовавших договорённостей с обществом «Автотриада» как собственником об  аренде спорных транспортных средств (общество «Тракт» использовало/использует  спорные транспортные средства в качестве рейсовых автобусов на городских маршрутах  по городу Сургуту).  

 Согласно ответу УМВД России по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре  от 09.03.2023 транспортные средства стоят на регистрационном учёте за должником до  настоящего времени.  

 Из представленных УМВД России по городу Сургуту сведений следует,  что в регистрирующий орган не представлялись документы о переходе права  собственности на спорные транспортные средства на общество «Тракт».  

 В материалы дела представлены копии оспариваемых договоров купли-продажи  от 15.08.2019, а также актов приёмки-передачи автомобилей от 15.08.2019.  

 Вышеуказанные документы подписаны со стороны общества «Тракт» генеральным  директором ФИО8, со стороны общества «Автотриада»  не подписаны.  

 Только в рамках судебного разбирательства по делу № А75-19444/2021 общество  «Тракт» указало, что транспортные средства приобретены у общества «Автотриада» по  договорам купли-продажи от 15.08.2019 №№ 412/19, 423/19, 747/19, 600/19, 807/19,  797/19, 737/19, 170/19.  

 Общество «Тракт» платёжным поручением от 16.08.2019 № 217 перечислило  денежные средства обществу «Автотриада» в размере 2 800 000 руб., указав в качестве  назначения платежа, в том числе: «Оплата по договорам купли-продажи транспортного  средства от 15.08.2019 №№ 412/19, 423/19, 747/19, 600/19, 807/19, 797/19, 737/19, 170/19».   Проекты договоров направлялись в адрес общества «Автотриада», однако последнее  от их подписания уклонилось. Вместе с тем денежные средства ответчику не возвращены.   Суд, отказывая в иске управляющему, заключил, что передача истцом и принятие  ответчиком спорных транспортных средств, перечисление ответчиком истцу денежных  средств по платёжному поручению на сумму 2 800 000 руб. за транспортные средства,  принятие последним указанных денежных средств свидетельствует о совершении между  сторонами конклюдентных действий, что в соответствии с пунктом 3 статьи 438  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) является акцептом оферты  и подтверждает заключение договоров купли-продажи.  

 При таких обстоятельствах (отсутствии подписанных с стороны должника  договоров купли-продажи) доводы ответчика об осведомлённости управляющего об их  существовании (для целей оспаривания) ранее вывода суда в решении от 09.06.2022  

по делу № А75-19444/2021 об их заключении посредством конклюдентных действий и  начале течения исковой давности ранее 09.06.2022 отклонены судами правильно.  

 Вместе с тем при анализе банковской выписки по р/с № 

<

***>  управляющим обнаружено перечисление одним платежом от 09.08.2019 (то есть за три  месяца до принятия заявления о признании должника банкротом судом) в пользу  общества «Тракт» денежных средств в размере 2 436 000 руб. с назначением платежа:  «Оплата по договору аренды ТС».  

 Определением суда от 05.05.2021 признана недействительной сделка от 09.08.2019  по перечислению обществом «Автотриада» в пользу общества «Тракт» денежных средств  в размере 2 436 000 руб., применены последствия недействительности сделки: с общества  «Тракт» в пользу должника взысканы денежные средства в размере 2 436 000 руб.  

 В связи с приведёнными обстоятельствами, ссылаясь на совершение сделок  купли-продажи транспортных средств, балансовая стоимость которых составила  7 774 970,80 руб.), в отсутствие встречного предоставления (за счёт полученной  09.08.2019 от должника арендной платы в размере 2 436 000 руб. ответчик 16.08.2019  якобы произвёл оплату транспортных средств на сумму 2 800 000 руб.), управляющий  обратился в суд с настоящим заявлением, об оспаривании сделок на основании пунктов 1  и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  

 Общество «Тракт» заявило, что спорные транспортные средства приобретены  по рыночной цене, инициатором продажи выступило само общество «Автотриада»,  оно же и установило стоимость продажи имущества, что подтверждается письмом  от 01.08.2019 (коммерческое предложение), подписанным генеральным директором  общества «Автотриада» ФИО5 Оплата за приобретённые транспортные средства  произведена по платёжному поручению от 16.08.2019 № 127.  

 Кроме того, ответчик указал на пропуск управляющим срока исковой давности  по заявленным требованиям.  

 Определением суда от 13.06.2023 назначена судебная экспертиза в целях  определения рыночной стоимости отчуждённых транспортных средств.  

 От общества «Тракт» поступили путевые листы, в которых, как указывает ответчик,  содержатся сведения о пробеге спорных транспортных средств, а также заказ-наряды  за период с 30.09.2019 по 30.11.2019 о ремонте данных транспортных средств обществом  «Автотриада», платёжные поручения за период с 18.09.2019 по 20.11.2019 об оплате  ремонтных работ.  

 ФИО3 указала, что на предложение ФИО8 (фактический  руководитель должника) подписать договоры купли-продажи «задним числом» ответила  отказом, заявила о фальсификации путевых листов, представленных обществом «Тракт»  со ссылкой на их несоответствие установленной форме, а равно недостоверность  содержащейся в них информации; аналогичные возражения заявлены бывшим  руководителем ФИО5 применительно к документам, представленным  обществом «Тракт» в подтверждение довода о неудовлетворительном техническом  

состоянии транспортных средств и осуществлении их ремонта.  

 В подписанных в одностороннем порядке со стороны общества «Тракт» актах  приёма–передачи к оспариваемым договорам купли-продажи общество «Тракт»  констатирует надлежащее состояние спорных транспортных средств.  

В этой связи суды правильно отклонили доводы о неосновательном обогащении  должника на стоимость ремонтных работ, произведённых после поступления  транспортных средств во владение ответчика. Такие работы и соответствующие расходы  производились по обстоятельствам самого ответчика и безотносительно к состоянию на  момент передачи.  

 Рассмотрев ходатайства экспертной организации (чья кандидатура для определения  рыночной стоимости предложена ответчиком) об увеличении срока проведения  экспертизы (в связи с отпусками всех экспертов), о предоставлении путевых листов и  иных документов (против достоверности которых и источника происхождения  представлены существенные возражения), и которые суд при назначении экспертизы для  исследования эксперту не передавал, а также в итоге об отказе указанной экспертной  организации от проведения экспертизы, учитывая наличие в деле достаточных  достоверных доказательств для вывода о неравноценности условий оспариваемых  договоров о цене транспортных средств, а также неопровергнутого предположения о  совершении ответчиком платежа в сумме 2 800 000 руб. за счёт должника, а не за свой  счёт, суд первой инстанции правильно счёл нецелесообразным продолжение проведения  экспертизы.  

 Стороны в судебном заседании согласились с отсутствием целесообразности  в дальнейшем рассмотрении вопроса по назначению экспертизы по спору, поскольку  указанное привело лишь к затягиванию рассмотрения процесса на несколько месяцев.  

 С учётом разъяснений, содержащихся в пункте 19 постановление Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах  практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», суд первой  инстанции счёл необходимым прекратить проведение судебной экспертизы.  

 Удовлетворяя заявление управляющего об оспаривании сделок, суд первой  инстанции исходил из доказанности совокупности условий недействительности сделок,  предусмотренных положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно  оспариваемые сделки совершены безвозмездно в условиях наличия у должника  значительной кредиторской задолженности в пользу аффилированного с должником лица.   Кроме того, суд пришёл к выводу об обращении управляющего с заявлением  об оспаривании сделок в пределах срока исковой давности (1 год), исчисляемого  с момента (промежутка времени между 08.02.2022 и 06.04.2022) возникновения  у управляющего потенциальной возможности ознакомления с договорами купли-продажи  – представления их в составе приложенных к отзыву ответчика на иск должника  об истребовании имущества из незаконного владения по делу № А75-19444/2021  и до дня (21.12.2022) обращения управляющего в суд с заявлением об оспаривании  сделки.  

 Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции  о недоказанности ответчиком произведённой оплаты по оспариваемым договорам  и совершения сделки за счёт имущества должника в отсутствие встречного  предоставления, об аффилированности должника и ответчика, находившихся  под контролем ФИО8, о неплатёжеспособности должника в период  совершения оспариваемых сделок.  

 Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле  доказательствам и сделаны с правильным применением норм права.  

 Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки  должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном  исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).  

 Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия  заявления о признании должника банкротом или после принятия этого заявления,  то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1  статьи 61.2 Закона о банкротстве (неравноценность встречного исполнения обязательств  другой стороной сделки), в связи с чем наличие иных обстоятельств, определённых  пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

 Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была  совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления  о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только  на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных  им обстоятельств (с учётом пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных  с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»;  далее – Постановление № 63).  

 В рассматриваемом случае суды исходили из того, что оспариваемые сделки  совершены должником (15.08.2019) в течение одного года до (18.11.2019) возбуждения  дела о банкротстве общества «Автотриада», то есть подпадают под период  подозрительности, предусмотренный как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве.  

 Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), по смыслу абзаца тридцать  шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления № 63  обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования  которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним  сроком исполнения, подтверждают факт неплатёжеспособности должника для целей  оспаривания сделок в деле о банкротстве.  

 На дату заключения оспариваемых договоров общество «Автотриада» отвечало  признакам неплатёжеспособности, поскольку у него имелись денежные обязательства  перед обществами ТК «Призвание», «РОСИНВЕСТ-Сургут», «СТП», «Техтранссервис»,  индивидуальным предпринимателем ФИО9, задолженность по налогам, страховым  

взносам, а также по денежным взысканиям, требования по которым включены в реестр  требований кредиторов и не удовлетворены.  

 Одним из квалифицирующих признаков подозрительной сделки, указанной  в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является её направленность на причинение  вреда имущественным правам кредиторов, фактическое причинение вреда в результате  совершения сделки, под которым понимается уменьшение стоимости или размера  имущества должника и/или увеличение размера имущественных требований к должнику,  а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых  действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности  кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника  за счёт его имущества.  

 Передача должником имущества по сделке купли-продажи в отсутствие встречного  предоставления направлена на необоснованный безвозмездный вывод его активов.  

 В рассматриваемо случае согласно справке об ориентировочной стоимости ТС  от 07.06.2023, совокупная стоимость спорных автобусов на 15.08.2019 составляет  8 100 000 руб.  

 Балансовая стоимость транспортных средств составила 7 774 970,80 руб.  

Сведений о недостоверности данных бухгалтерского учёта должника в части  остаточной стоимости спорных транспортных средств не имеется, ответчик, подписав в  одностороннем порядке акты приёма-передачи к спорных договорам купли-продажи  подтвердил надлежащее техническое состояние транспортных средств, заявил об наличии  их в пользовании на условиях аренды при получении лицензии на осуществление  пассажирских перевозок, извлекал доход от их эксплуатации (в суммах от 3 до 5 млн. руб.  ежемесячно – акты о стоимости перевозок, составленные между ответчиком  и муниципальным казённым учреждением «Дирекция дорожно-транспортного и  жилищно-коммунального комплекса за август-ноябрь 2019 года), что подтверждает вывод  суда о платеже на сумму 2 800 000 руб. за счёт средств должника.  

Кроме того, при указании на аренду транспортных средств при лицензировании не  исключено, что указанный платёж причитался должнику в качестве арендной платы, но в  платёжном поручении от 16.08.2019 № 127 указано притворное назначение платежа.  

 В подтверждение встречного предоставления обществу «Автотриада» (условный  продавец) по оспариваемым договорам купли-продажи транспортных средств,  подписанных обществом «Тракт» (условный покупатель) в одностороннем порядке,  ответчик ссылался на платёжное поручение от 16.08.2019 № 127 на сумму 2 800 000 руб.,  перечисленных в счёт оплаты по указанным договорам с учётом амортизации и износа  автобусов.  

 При этом по условиям договоров совокупная стоимость транспортных средств  составила 2 300 000 руб. (подтверждено материалами дела № А75-19444/2021).  

 По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 8 Постановления № 63,  неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться, исходя  из условий сделки.  

 В соответствии с пунктом 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна  сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне  (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него  определённую денежную сумму (цену).  

 Гражданский оборот строится на принципах эквивалентности встречных  предоставлений и недопустимости недобросовестного поведения в ущерб правам  и законным интересам других лиц.  

 Если сделка совершена по цене, которая занижена настолько существенно,  то намерение её сторон причинить вред кредиторам должника становится очевидным.  

 Добросовестный и разумный участник гражданского оборота, выступающий  на стороне покупателя, должен осознавать, что для продавца продажа транспортного  средства с учётом его состояния по цене существенно ниже рыночной стоимости  представляет собой крайне убыточную сделку, совершаемую во вред третьим лицам и,  вероятно, самому продавцу.  

 По смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, содержащихся  в абзаце втором пункта 7 Постановления № 63, при разрешении вопроса об  осведомлённости другой стороны об ущемлении интересов должника во внимание  принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от неё  по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

 Необъяснимое двукратное или более отличие цены договора от рыночной должно  выразить недоумение или подозрение у любого участника хозяйственного оборота.  К тому же кратный критерий нивелирует погрешности, имеющиеся у всякой оценочной  методики (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021   № 305-ЭС21-19707).  

 Понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть  применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены.  Само по себе отклонение стоимости имущества от цены, определённой в результате  оценки, не может рассматриваться как неравноценное без приведения дополнительных  доводов, в частности о том, что исходя из технических параметров, состояния  и функциональных (эксплуатационных) свойств продаваемого имущества для покупателя  было очевидно значительное занижение цены его реализации по сравнению с рыночной  стоимостью аналогичных товаров, свидетельствующее о явно невыгодной для должника  сделке и вызывающее у осмотрительного покупателя обоснованные подозрения  (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.05.2022 № 306-ЭС21-4742).  

 В обоснование доводов о неудовлетворительном техническом состоянии  транспортных средств ответчиком представлены заказы-наряды по проведению ремонта  транспортных средств.  

 Однако, бывший руководитель должника ФИО3 заявила о фальсификации  представленных документов со ссылкой на их несоответствие установленной форме,  а равно недостоверность содержащейся в них информации, указывала, что в заказах-нарядах работники общества «Автотриада» ей не знакомы.  

 Более того, в оспариваемых договорах купли-продажи отсутствуют сведения  о неудовлетворительном состоянии транспортных средств, а в актах приёма-передачи  к договорам, как уже отмечалось, ответчиком прямо указано на надлежащее техническое  состояние.  

 Ключевой характеристикой подозрительных сделок является причинение вреда  имущественным интересам кредиторов, чьи требования остались неудовлетворёнными.  

 Аффилированность сторон сделки влияет на распределение бремени доказывания  при рассмотрении иска о признании ее недействительной.  

 На стороны подвергаемой сомнению сделки, находящиеся в конфликте интересов,  не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских  правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, и именно они должны  в ходе судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических мотивов  сделки и реальность соответствующих хозяйственных операций, направленных  на достижение не противоречащей закону цели (например, определения Верховного Суда  Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 30.03.2017 № 306-ЭС16- 17647(1), № 306-ЭС16-17647(7), от 25.05.2017 № 306-ЭС16-19749 и т.д.).  

 Судами установлено, руководитель должника ФИО3 указала, что никаких  переговоров о покупке транспортных средств между должником и ответчиком  не проводилось, заявила о фальсификации путевых листов, представленных ответчиком,  со ссылкой на их несоответствие установленной форме, а равно недостоверность  содержащейся в них информации.  

 Судами дана правильная оценка представленной ФИО3 переписке  с ФИО8, как подтверждающей осуществление последней контроля  за финансово-хозяйственной деятельностью должника, в том числе дачу указаний  на перечисления денежных средств в пользу общества «Тракт», сделан вывод  об аффилированности должника с ответчиком через ФИО8  

 Достоверность данной переписки ответчиком не опровергнута. 

 В отношении представленной ответчиком копии письма от 01.08.2019  (коммерческое предложение) – на отчуждение транспортных средств, ФИО5  указал, что им не подписывалось указанное письмо, и не могло быть подписано,  поскольку по состоянию на дату его составления он руководителем должника не являлся.   Ответчик оригинал письма от 01.08.2019 (коммерческое предложение), скриншоты  соответствующих страниц почтового ящика, нотариальный протокол удостоверения  соответствующего доказательства в подтверждение утверждений о получении письма  посредством электронной почты, несмотря на требование суда, не представил, с учётом  утверждений о не сохранении переписки сторон исходя из давности её ведения на вопрос  суда, каким образом в таком случае сохранилось само письмо (в его электронной версии),  – ответить затруднился.  

 Учитывая достаточные доказательства совершения платежа на сумму 2 800 000 руб.  за счёт средств должника (доводы ответчика об оспаривании платежа на сумму  2 436 000 руб. этот вывод не опровергают, поскольку эту сумму, полученную  

от должника, ответчик не вернул) то направление 2 800 000 руб. на выплату заработной  платы работникам должника позицию ответчика о наличии с его стороны встречного  предоставления в оплату транспортных средств по оспоренным договора купли-продажи  ни в коей мере не подтверждают.  

 При указанных обстоятельствах вывод судов о том, что совокупностью  представленных в материалы обособленного спора доказательств подтверждён  безвозмездный вывод активов должника в пользу заинтересованного лица, соответствует  материалам дела и доводами кассационной жалобы не опровергается.  

 Названные пороки не выходят за пределы дефектов подозрительных сделок,  в связи с чем их оспаривание правильно осуществляется на основании специальной  нормы – пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

 Судами правильно отклонены заявление ответчика о пропуске исковой давности. 

 В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ, заявление об оспаривании сделки на основании  статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока  исковой давности.  

 Пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что срок исковой  давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был  узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом  о банкротстве.  

 При исследовании вопроса об истечении срока исковой давности по требованию  о признании сделки недействительной суду необходимо установить, когда первый  уполномоченный на оспаривание сделок арбитражный управляющий должен был  (имел реальную возможность) узнать о сделке и о нарушении этой сделкой прав  кредиторов должника.  

 Для оспаривания сделки арбитражному управляющему необходимо располагать  сведениями не только о факте сделки, но и основаниях ее недействительности (условиях  сделки, контрагенте, характере встречного исполнения).  

 Как следует из содержания решения суда от 09.06.2022 по делу № А75-19444/2021,  управляющим установлено, что восемь единиц транспортных средств, принадлежащих  обществу «Автотриада», находятся в распоряжении общества «Тракт», поэтому в адрес  последнего направлено требование о возврате указанных транспортных средств  (автобусов).  

 Поводом для обращения управляющего в арбитражный суд с иском послужило  незаконное нахождения спорного имущества во владении общества «Тракт», которое  в ходе заседания исковые требования не признало, ссылалось на наличие заключённых  договоров купли-продажи транспортных средств.  

 При указанных обстоятельствах судами верно отмечено, что сам факт обращения  управляющего в арбитражный суд с иском об истребовании имущества из чужого  незаконного владения подтверждает обстоятельство отсутствия у управляющего сведений  об оспариваемых договорах купли-продажи.  

 При этом судами установлено, что согласно сведениям из Картотеки арбитражных  

дел, отзыв на исковое заявление вместе с копиями оспариваемых договоров поступил  16.05.2022. При этом, исходя из копий судебных актов по указанному делу, отзыв  представлен ответчиком в промежутке между 08.02.2022 и 06.04.2022.  

 Управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением 21.12.2022. 

 Выводы судов о моменте осведомлённости управляющего о сделках, основаниях их  недействительности и обращении с заявлением об их оспаривании в пределах исковой  давности соответствуют материалам дела.  

 Доводы, изложенные в кассационной жалобе, направлены на переоценку  доказательств по делу, что в соответствии со статьёй 287 АПК РФ не входит  в компетенцию суда кассационной инстанции.  

 Фактические обстоятельства установлены судами двух инстанций в результате  полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их  совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, выводы судов  соответствуют установленным обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам,  нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального  права не допущено.  

 Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены  обжалуемых судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворению  не подлежит.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ,  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры  от 12.12.2023 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда  от 12.02.2024 по делу № А75-21486/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу  общества с ограниченной ответственностью «Транспортная региональная автомобильная  компания Тракт» – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,  в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Председательствующий Н.А. Шарова  

Судьи В.А. Зюков  

 ФИО1