АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6699/22 

Екатеринбург

04 июня 2024 г.

 

Дело № А34-16467/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 28 мая 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 04 июня 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Беляевой Н.Г.,

судей Рябовой С.Э., Тороповой М.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу государственного бюджетного учреждения «Курганская областная специализированная инфекционная больница» (далее – ГБУ «Курганская областная специализированная инфекционная больница», ответчик) на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023 по делу № А34-16467/2020 Арбитражного суда Курганской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Доминанта» (далее – общество «Доминанта», истец) – ФИО1 (директор), ФИО2 (доверенность от 21.03.2024), ФИО3 (доверенность от 21.03.2024);

ГБУ «Курганская областная специализированная инфекционная больница»  – ФИО4 (доверенность от 05.03.2024).

В рамках объединенного дела № А34-16467/2020 общество «Доминанта» обратилось с исковым заявлением к ГБУ «Курганская областная специализированная инфекционная больница» с требованиями:

- о признании не соответствующими требованиям Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» и ГОСТу Р 55954-2018 «Национальный стандарт РФ. Изделия медицинские. Аппараты искусственной вентиляции легких. Технические требования для государственных закупок» технических требований (изложены в приложении № 2 к договору от 15.07.2020 № 87 на поставку медицинских изделий) в части наименования, характеристик и величины параметров: датчик кислорода на вдохе электрохимический; тип датчика экспираторного потока - датчик потока, интегрированный в клапан выдоха; максимальное время записи трендов, ч: 170; модуль пульсоксиметрии с функцией автоматической подстройки FW2 (контур обратной биологической связи) в зависимости от дыхательного объема и уровня ИД KB - отсутствует;

- о признании недействительным решения учреждения здравоохранения от 21.10.2020 № 791 об одностороннем отказе от исполнения договора от 15.07.2020 № 87 на поставку медицинских изделий, размещенное 21.10.2020 в единой информационной системе в сфере закупок;

- о взыскании денежных средств в сумме 852 025 руб. в виде понесенных расходов по оплате банковской гарантии от 02.07.2020 № БГ/0220-00305, начисленных процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму долга 852 025 руб. за период с 29.12.2020 по день фактического исполнения обязательства (с учетом уточнения исковых требований, принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Союз «Торгово-промышленная палата города Кургана» (далее - Союз «ТПП города Кургана»), Управление Федеральной антимонопольной службы по Курганской области (далее - УФАС по Курганской области), общество с ограниченной ответственностью «ТМТ» (далее – общество «ТМТ»), Департамент здравоохранения Курганской области (далее – Департамент, третье лицо).

Решением Арбитражного суда Курганской области от 31.03.2022 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2022 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 17.11.2022 указанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Курганской области.

Решением Арбитражного суда Курганской области от 02.08.2023 в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023 решение отменено. Принят отказ общества «Доминанта» от требований в части признания Технических требований (приложение № 2 к договору от 15.07.2020 № 87) в части наименования, характеристик и величины параметров: датчик кислорода на вдохе электрохимический; тип датчика экспираторного потока: датчик потока, интегрированный в клапан выдоха; максимальное время записи трендов, час.: 170; модуль пульсоксиметрии с функцией автоматической подстройки Fi02 (контур обратной биологической связи) в зависимости от дыхательного объема и уровня ИД KB -отсутствует, несоответствующими требованиям пунктов 4.4, 4.7 28 и 5.4 ГОСТ Р 55954-2018 (Национальный стандарт РФ. Изделия медицинские. Аппараты искусственной вентиляции легких. Технические требования для государственных закупок) и требованиям Федерального закона от 05.04.2013 № 44 «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». Производство по делу в части указанных требований прекращено. В остальной части исковые требования удовлетворены. Признано недействительным решение ГБУ «Курганская областная специализированная инфекционная больница» от 21.10.2020 № 791 об одностороннем отказе от исполнения договора № 87 поставки медицинского изделия — аппарат искусственной вентиляции легких, ввод в эксплуатацию медицинского изделия, обучение правилам эксплуатации специалистов, эксплуатирующих медицинское изделие от 15.07.2020, размещенное 21.10.2020 в единой информационной системе в сфере закупок. С ГБУ «Курганская областная специализированная инфекционная больница» в пользу общества «Доминанта» взысканы денежные средства в сумме 852 025 руб. в виде понесенных расходов по оплате банковской гарантии от 02.07.2020 № БГ/0220-00305 Банка ВТБ (публичное акционерное общество), а также проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму 852 025 руб. за период с 29.12.2020 по день фактического исполнения обязательства, за исключением периода действия моратория, установленного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами». С ГБУ «Курганская областная специализированная инфекционная больница» в пользу общества «Доминанта» в возмещение расходов по оплате государственной пошлины взысканы денежные средства в общей сумме 35041 руб. «Доминанта» из федерального бюджета возвращено 9616 руб. государственной пошлины.

В кассационной жалобе ГБУ «Курганская областная специализированная инфекционная больница», ссылаясь на неправильное применение судом норм материального и процессуального права, просит обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции отменить и оставить в силе решение суда первой инстанции. Заявитель жалобы настаивает на том, что спорный договор со стороны истца не исполнен, поскольку им была поставлена лишь часть товара, не соответствующего требованиям технического задания, что и послужило основанием для принятия ответчиком решения об одностороннем отказе от исполнения договора. При этом ГБУ «Курганская областная специализированная инфекционная больница» указывает на необоснованность доводов истца и выводов экспертов о поставке товара с улучшенными характеристиками, в обоснование чего ссылается на то, что действующее законодательство в сфере осуществления закупок, в частности, нормы Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Федеральный закон № 44-ФЗ), допускает самостоятельное формирование заказчиком объекта закупки, исходя из целей осуществления закупки и потребностей последнего, более того, потребность заказчика является определяющим фактором при формировании объекта закупки. Заявитель жалобы обращает внимание суда округа на то, что при заключении спорного договора у истца не имелось каких-либо возражений относительно его условий, технических требований к товару, которые предполагается к поставке, истец не обращался к ответчику за разъяснением или за корректировкой положений аукционной документации, в связи с чем, приняв на себя обязательства по поставке товара, должен был поставить товар с характеристиками, указанными именно в техническом задании, произвольно не вмешиваясь в характеристики товара, необходимые заказчику. ГБУ «Курганская областная специализированная инфекционная больница» также поясняет, что в адрес истца направлялось предложение от 22.09.2020 о расторжении договора по соглашению сторон, так как в Курганскую область планировалось распределение Министерством здравоохранения Российской Федерации аппаратов искусственной вентиляции легких, к письму о намерении расторгнуть договор был приложен проект дополнительного соглашения, подписанный со стороны ГБУ «Курганская областная специализированная инфекционная больница», вместе с тем истцом данное дополнительное соглашение рассмотрено и не подписано, более того, письмом от 24.09.2020 истец уведомил о частичной поставке оборудования 01.10.2020, таким образом выразив официальный отказ от подписания соглашения о расторжении договора по соглашению сторон, и своими дальнейшими действиями также подтверждал исполнение договора.

До рассмотрения кассационной жалобы по существу от ГБУ «Курганская областная специализированная инфекционная больница» в суд округа поступила уточненная кассационная жалоба, содержащая доводы относительно нарушения судом апелляционной инстанции норм статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, неприменения судом подлежащих применению к спорным правоотношениям сторон норм статей 433, 438 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также возражения относительно выводов суда в части оценки поведения ГБУ «Курганская областная специализированная инфекционная больница» как непоследовательного и недобросовестного. Так, заявитель жалобы полагает неправомерным предоставление судом апелляционной инстанции возможности представить доказательства уплаты денежных средств по банковской гарантии, уточнить правовые основания взыскания с ответчика денежных средств в заявленной сумме; считает, что судом был нарушены требования части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, одновременно отмечая, что соответствующие документы имелись в материалах дела; отмечает, что таким образом суд апелляционной инстанции искусственно предоставил истцу время для формирования и уточнения позиции по делу, более того, принял позицию истца без совокупного анализа представленных в материалы дела доказательств, что свидетельствует о нарушении принципа равноправия сторон. Также ГБУ «Курганская областная специализированная инфекционная больница» приводит подробные доводы, сводящиеся к указанию на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции в части расторжения договора по соглашению сторон фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам, в том числе переписке сторон, а также  требованиям статей 433, 438 Гражданского кодекса Российской Федерации, которые, по его мнению, судом апелляционной инстанции фактически применены не были; отдельно указывает на неправомерность вывода суда апелляционной инстанции о том, что ответчик обязан был направить в адрес истца уведомление об отсутствии намерения заключить соглашение о расторжении договора; кроме того, считает, что выводы суда апелляционной инстанции в данной части противоречат выводам, изложенным в постановлении суда кассационной инстанции от 17.11.2022. Кроме того, ГБУ «Курганская областная специализированная инфекционная больница» обращает внимание суда округа на фактические обстоятельства и хронологию взаимоотношений сторон и третьего лица в период объявленной пандемии новой коронавирусной инфекции, исключающие, по его мнению, вывод суда о недобросовестности и непоследовательности его поведения. 

В отзыве на кассационную жалобу общество «Доминанта» просит оставить обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, считая доводы, изложенные в ней, несостоятельными.

В соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность постановления суда апелляционной инстанции в обжалуемой части исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ГБУ «Курганская областная специализированная инфекционная больница» и обществом «Доминанта» по результатам электронного аукциона заключен договор от 15.07.2020 № 87 на поставку медицинского изделия - аппарат искусственной вентиляции легких, ввод в эксплуатацию медицинского изделия, обучение правилам эксплуатации специалистов, эксплуатирующих медицинское изделие (далее также - договор).

В соответствии с пунктом 1.1 договора поставщик обязуется в порядке и сроки, предусмотренные договором, осуществить поставку медицинского изделия - аппарат искусственной вентиляции легких (код ОКПД 2 - 32.50.21.122) (далее - оборудование) в соответствии со спецификацией (приложение № 1 к договору) и надлежащим образом оказать услуги по доставке, разгрузке, сборке, установке, вводу в эксплуатацию оборудования, обучению правилам эксплуатации и инструктажу специалистов заказчика, эксплуатирующих оборудование и специалистов заказчика, осуществляющих техническое обслуживание оборудования, правилам эксплуатации и технического обслуживания оборудования в соответствии с требованиями технической и (или) эксплуатационной документации производителя (изготовителя) оборудования (далее - услуги), а заказчик обязуется в порядке и сроки, предусмотренные договором, принять и оплатить поставленное оборудование и надлежащим образам оказанные услуги. 

В силу пункта 1.2 договора номенклатура оборудования и его количество определяются спецификацией (приложение № 1 к договору), технические показатели - техническими требованиями (приложение № 2 к договору).

Согласно пункту 1.3 договора поставка оборудования осуществляется поставщиком с разгрузкой с транспортного средства по адресу: 

<

...> (далее - место доставки). Поставщик поставляет оборудование своим автотранспортом, по адресу заказчика осуществляет своими силами погрузку и выгрузку оборудования до склада заказчика, самостоятельно приобретает материальные ресурсы, необходимые для исполнения договора.

На основании пункта 2.2 договора его цена составляет 39 193 150 руб., НДС не облагается, на основании статей 346.11 и 346.12 главы 26.2 Налогового кодекса Российской Федерации (сумма, подлежащая уплате Заказчиком юридическому или физическому лицу, в том числе зарегистрированному в качестве индивидуального предпринимателя, уменьшается на размер налогов, сборов и иных обязательных платежей в бюджеты бюджетной системы Российской Федерации, связанных с оплатой договора, если в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах такие налоги, сборы и иные обязательные платежи подлежат уплате в бюджеты бюджетной системы Российской Федерации заказчиком).

В соответствии с пунктом 3.1 договора поставщик обязан: поставить оборудование в строгом соответствии с условиями договора в полном объеме, надлежащего качества и в установленные сроки (пункт 3.1.1); оказать услуги в строгом соответствии с условиями договора в полном объеме, надлежащего качества и в установленные сроки (пункт 3.1.2); разработать программу обучения правилам эксплуатации и инструктажа специалистов заказчика (получателей) в соответствии с технической и (или) эксплуатационной документации производителя (изготовителя) оборудования (пункт 3.1.3).

Согласно пункту 4.2 договора вся упаковка должна соответствовать требованиям законодательства Российской Федерации, иметь следующую маркировку: 

Наименование Оборудования:_ 

Договор №_ 

Заказчик (название):_ 

Поставщик (название компании):_ 

Получатель:_ 

Пункт назначения:_ 

Грузоотправитель:_ 

Ящик/контейнер №_, 

всего ящиков/контейнеров_ 

Размеры (высота, длина, ширина)_ 

Вес брутто_кг. 

Вес нетто_кг.

Поставка оборудования осуществляется поставщиком в место доставки на условиях, предусмотренных пунктом 1.3 договора, в течение 90 дней с даты заключения договора (пункт 5.1 договора).

На основании пункта 8.3 договора поставщик гарантировал полное соответствие поставляемого оборудования условиям договора, устранение неисправностей, связанных с дефектами производства, устранения неисправностей посредством замены запасных частей.

Согласно  пункту 10.1 договора поставщик при заключении договора должен предоставить заказчику обеспечение исполнения договора в размере 5% начальной (максимальной) цены договора 1 989 500 руб.; в случае, если предложенная поставщиком цена договора снижена на 25% и более по отношению к начальной (максимальной) цене договора, обеспечение исполнения договора предоставляется в соответствии со статьей 37 Федерального закона № 44-ФЗ. 

Исполнение договора обеспечивается предоставлением банковской гарантии, выданной банком и соответствующей требованиям статьи 45 Федерального закона № 44-ФЗ, или внесением денежных средств на указанный заказчиком счет, на котором в соответствии с законодательством Российской Федерации учитываются операции со средствами, поступающими заказчику. Способ обеспечения исполнения договора, срок действия банковской гарантии определяются в соответствии с требованиями Федерального закона № 44-ФЗ участником закупки, с которым заключается договор, самостоятельно (пункт 10.2 договора).

Исходя из пункта 11.3.2 договора за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных договором, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных договором, размер штрафа устанавливается в следующем порядке: а) 10 процентов цены договора (этапа) в случае, если цена договора (этапа) не превышает 3 млн. рублей; б) 5 процентов цены договора (этапа) в случае, если цена договора (этапа) составляет от 3 млн. рублей до 50 млн. рублей (включительно).

В силу пункта 11.3.3 договора пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного договором, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается договором в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от цены договора (отдельного этапа исполнения контракта), уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных договором (соответствующим отдельным этапом исполнения контракта) и фактически исполненных поставщиком (подрядчиком, исполнителем), за исключением случаев, если законодательством Российской Федерации установлен иной порядок начисления пени.

Пунктом 11.3.5 договора предусмотрено, что за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных договором, заключенным с победителем закупки (или с иным участником закупки в случаях, установленных Федеральным законом), предложившим наиболее высокую цену за право заключения договора, размер штрафа рассчитывается в порядке, установленном настоящими правилами, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных договором и устанавливается в следующем порядке: а) в случае, если цена договора не превышает начальную (максимальную) цену договора: 10 процентов начальной (максимальной) цены договора в случае, если цена договора не превышает 3 млн руб., 5 процентов начальной (максимальной) цены договора в случае, если цена договора составляет от 3 млн руб. до 50 млн руб. (включительно), 1 процент начальной (максимальной) цены договора в случае, если цена договора составляет от 50 млн руб. до 100 млн руб. (включительно); б) в случае, если цена договора превышает начальную (максимальную) цену договора: 10 процентов цены договора в случае, если цена договора не превышает 3 млн руб., 5 процентов цены договора в случае, если цена договора составляет от 3 млн руб. до 50 млн руб. (включительно), 1 процент цены договора в случае, если цена договора составляет от 50 млн руб. до 100 млн руб. (включительно).

С учетом размещенной УФАС по Курганской области информации о поступившей жалобе, в целях устранения сомнений при исполнении договора ответчик 22.07.2020 (исх. № 524) обратился к истцу с предложением рассмотрения возможности поставки товара в количестве 1 ед. для проведения экспертизы.

Письмом от 27.08.2020 исх. № 59/3 общество «ТМТ» уведомило общество «Доминанта» о том, что отсрочка поставки товара произошла вследствие задержки поставки комплектующих.

Истец письмом от 15.09.2020 уведомил ответчика о том, что 16.09.2020 будет произведена частичная поставка оборудования.

Письмом от 16.09.2020 № 681 ответчик уведомил истца о проведении экспертизы оборудования 17.09.2020.

Истец направил в адрес ответчика претензию от 21.09.2020 № 203 с требованием о проведении приемки товара в соответствии с условиями договором.

Ссылаясь на отсутствие потребности в товаре, указанном в договоре, ответчик обратился к истцу с письмом от 22.09.2020 № 695, предложив расторгнуть договор, направил проект соглашения о расторжении договора.

Письмом от 24.09.2020 истец уведомил ответчика о том, что 01.10.2020 будет произведена частичная поставка оборудования.

По товарной накладной от 01.10.2020 № 295 истец поставил ответчику товар в количестве 10 ед. на сумму 17 040 500 руб.

Письмом от 01.10.2020 № 730 ответчик уведомил истца о начале приемке товара, потребовал поставить документы на товар (товарную накладную).

Письмом от 01.10.2020 № 03/089 Союз «ТПП города Кургана» уведомил о дате проведения экспертизы, о составе экспертной комиссии.

В письме от 01.10.2020 № 344-20 общество «Доминанта» заявило возражения относительно кандидатур лиц, участвующих в приемке товара, – ФИО5, ФИО6, ФИО7

Письмом от 06.10.2020 № 03/093 Союз «ТПП города Кургана» уведомил общество «Доминанта» о дате проведения экспертизы и о составе экспертной комиссии.

Письмом от 07.10.2020 № 217 истец уведомил ответчика о несогласии с участием в комиссии, осуществляющей приемку оборудования, следующих лиц – ФИО8, ФИО9, не заявленных в ранее направленном уведомлении.

Союзом «ТПП города Кургана» 08.10.2020 подготовлено заключение эксперта № 187/03/00045, в котором отражены выявленные замечания (недостатки) в поставленном товаре. В данном заключении отражено, что поставленный товар – аппарат ИВЛ «Ритм» с принадлежностями, вариант исполнения 200, не соответствует требованиям договора от 15.07.2020 № 87, а именно: на упаковке отсутствует информация: № договора, название заказчика и получателя груза, пункт назначения, порядковая нумерация транспортной тары – картонных коробок, размеры (высота, длина, ширина), вес нетто, кг, отсутствуют упаковочные листы, технические характеристики поставленного товара не соответствуют условиям договора.

Письмом от 09.10.2020 № 763 ответчик направил в адрес истца мотивированный отказ от подписания акта приема-передачи оборудования в связи с несоответствием поставленного оборудования требованиям договора.

Письмом от 13.10.2020 № 222 истец повторно выразил несогласие с составом комиссии по приемке оборудования, просил рассмотреть вопрос о приемке 9 ед. аппаратов ИВЛ «Ритм 200» и вопрос о возможности расторжения договора на оставшуюся часть оборудования (14 ед.).

Письмом от 14.10.2020 № 226 истец направил в адрес ответчика подписанное со своей стороны соглашение о расторжении договора.

Ссылаясь то, что оборудование не было поставлено в сроки, установленные договором, а также указывая на поставку оборудования, которое не соответствует требованиям договора, ответчик принял решение от 21.10.2020 № 791 об одностороннем отказе от исполнения договора.

В целях обеспечения исполнения пункта 10.1 договора, предусматривающего обязанность поставщика при заключении договора предоставить заказчику обеспечение исполнения договора в размере 5% от начальной (максимальной) цены договора, обществом «Доминанта» заключено соглашение с публичным акционерным обществом Банк «ВТБ», которым представлена банковская гарантия от 02.06.2020 № БГ/0220-00305Г.

На основании письменного требования от 23.11.2020 № 830 публичным акционерным обществом Банк «ВТБ» ответчику перечислено 1 959 657 руб. 50 коп.

Ответчик 25.12.2020 (исх. № 1031) направил в адрес истца уточненный расчет неустойки, 29.12.2020 вернул часть полученных по банковской гарантии денежных средств в сумме 1 107 632 руб. 50 коп.

В свою очередь истец, не согласившись с решением ответчика от 21.10.2020 № 791 об одностороннем отказе от исполнения договора, с удержанием денежных средств по банковской гарантии, обратился в арбитражный суд с заявленными исковыми требованиями.

По результатам первоначального рассмотрения дела суды, сделав вывод о доказанности материалами дела факта ненадлежащего исполнения обществом «Доминанта» обязательств по договору поставки (с учетом экспертного заключения от 13.10.2021 № 890/21), признали оспариваемый отказ ответчика от исполнения договора в одностороннем порядке, а также взыскание денежных средств по банковской гарантии правомерными, в связи с чем отказали в удовлетворении исковых требований в данной части. Исходя из факта исполнения условий договора, последующего прекращения его действия суды также не усмотрели оснований для удовлетворения требования истца о признании технических требований (приложение № 2 к договору) в части несоответствующими требованиям Федерального закона № 44-ФЗ и ГОСТа Р 55954-2018.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 17.11.2022 указанные судебные акты, принятые по результатам первоначального рассмотрения дела, отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал на то, что, давая оценку действиям общества «Доминанта» (поставщика по спорному договору на поставку медицинского оборудования, допустившего непоставку аппаратов ИВЛ в согласованный срок в необходимом количестве (10 ед. вместо 23 ед.), при этом подписавшего ранее направленный в его адрес проект соглашения о расторжении договора уже после истечения срока поставки товара по договору и после получения мотивированного отказа от 09.10.2020 № 63 от подписания акта приема-передачи товара, претензии от 14.10.2020 № 774 о нарушении срока поставки товара) как однозначно недобросовестным, суды не дали никакой оценки поведению учреждения здравоохранения как заказчика оборудования при исполнении договора также на предмет добросовестности/ недобросовестности.

При этом суд кассационной инстанции признал заслуживающими внимания доводы общества «Доминанта» о том, что несмотря за заключение договора в период пандемии новой коронавирусной инфекции в 2020 году ответчик предложил ему расторгнуть договор по соглашению сторон со ссылкой именно на отсутствие потребности в товаре (прямо следует из письма от 22.09.2020), а также заверяло о достигнутом в сентябре 2020 года соглашении о поставке товара частично в количестве только 10 ед. (подтверждается претензионными письмами от 25.12.2020 №№ 1030, 1031, фактом пересчета начисленной неустойки), тогда как в дальнейшем мотивировало отказ от исполнения договора в числе прочего непоставкой оборудования в полном объеме - 23 ед.

Суд кассационной инстанции также указал на то, что, делая вывод о несоответствии параметров поставленного оборудование заданным договором техническим требованиям, суды не проверили в полной мере доводы общества «Доминанта» о том, что технические характеристики поставленных аппаратов ИВЛ «Ритм 200», определенные в экспертном заключении от 13.10.2021 № 890/21 как не соответствующие условиям договора, в действительности являются улучшенными характеристиками.

При этом суд округа отметил, что до решения вопроса о надлежащем/ненадлежащем исполнении поставщиком обязательств по договору, выводы судов о правомерности удержания учреждением здравоохранения штрафа за счет банковской гарантии, являются преждевременными.

По результатам повторного рассмотрения дела суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований. При этом суд первой инстанции исходил из того, что обязанность по поставке товара, соответствующего условиям договора, истец не исполнил, поскольку, несмотря на признание части характеристик поставленного оборудования улучшенными (в соответствии с заключением эксперта № 0182/23, выполненным по результатам проведения судебной экспертизы в рамках повторного рассмотрения дела), не позволяет сделать вывод о соответствии поставляемого изделия требованиям договора. Суд отметил, что истец, являющийся профессиональным поставщиком медицинского оборудования, обязан был в полной мере владеть информацией о том оборудовании, которое требуется медицинскому учреждению, и при наличии в технической документации нечеткостей и неясностей в технических требованиях обязан был запросить разъяснения у заказчика, что им сделано не было. Суд первой инстанции также отметил, что действия ответчика по принятию части товара (в количестве 9 единиц), проведению экспертизы поставленного товара соответствовали условиям договора и не свидетельствуют о согласии ответчика на изменение существенных условий договора в части количества поставляемого товара. Также суд указал на то, что истцом соглашение о расторжении договора подписано не было, а было направлено предложение о заключении соглашения на иных условиях, более того, своими взаимными действиями по поставке и приемке товара стороны, продолжили действие договора на согласованных сторонами условиях. С учетом изложенного, установив, что основанием для одностороннего расторжения договора ответчиком явилось несоответствие поставленного товара условиям договора, суд первой инстанции также не усмотрел оснований для признания недействительным указанного отказа. Поскольку суд первой инстанции посчитал односторонний отказ от исполнения договора правомерным, в удовлетворении требования истца о взыскании денежных средств им было отказано. Кроме того, суд установил, что оспариваемые истцом технические характеристики товара соответствуют требованиям ГОСТ 55954-2018 и включены в составу аукционной документации в качестве дополнительных, в связи с чем также отказал в удовлетворении иска в соответствующей части.

В ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции истцом заявлен отказ от исковых требований в части признания не соответствующими требованиям Федерального закона № 44-ФЗ и ГОСТу Р 55954-2018 «Национальный стандарт РФ. Изделия медицинские. Аппараты искусственной вентиляции легких. Технические требования для государственных закупок» технических требований (изложены в приложении № 2 к договору от 15.07.2020 № 87 на поставку медицинских изделий) в части наименования, характеристик и величины параметров: датчик кислорода на вдохе электрохимический; тип датчика экспираторного потока - датчик потока, интегрированный в клапан выдоха; максимальное время записи трендов, ч: 170; модуль пульсоксиметрии с функцией автоматической подстройки FW2 (контур обратной биологической связи) в зависимости от дыхательного объема и уровня ИД KB – отсутствует.

Данный отказ принят судом апелляционной инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, производство по делу в соответствующей части прекращено.

Доводов относительно законности обжалуемого постановления в данной части кассационная жалоба не содержит, в связи с чем законность судебного акта в данной части судом округа не проверяется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя исковые требования в оставшейся части, суд апелляционной инстанции руководствовался обязательными указаниями суда кассационной инстанции (часть 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и исходил из того, что согласно представленным в материалы дела доказательствам, в данном случае договор расторгнут по соглашению сторон, поскольку 22.09.2022 ответчик обратился к истцу с предложением расторгнуть договор, направил соглашение о расторжении договора, обусловленное отсутствием потребности в товаре ввиду поставки аппаратов ИВЛ через Министерство промышленности и торговли Российской Федерации, при этом подписанный вариант соглашения о расторжении направлен истцом в адрес ответчика 14.10.2020, то есть в пределах установленного законом тридцатидневного срока для направления извещения об акцепте. Кроме того судом принято во внимание непоследовательное и противоречивое поведение ответчика, не соответствующее принципу добросовестности, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, и учитывающего права и законные интересы своего контрагента. Установив, что договор расторгнут по соглашению сторон, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований полагать, что ответчик имел право после расторжения договора на односторонний отказ от расторгнутого сторонами договора, в связи с чем удовлетворил заявленные исковые требования в соответствующей части. При этом суд отметил, что с учетом предмета и оснований заявленных исковых требований для рассмотрения настоящего дела первоначальным являлось установление основания расторжения договора (по соглашению сторон либо односторонний отказ от договора), в связи с чем, поскольку материалами дела подтвержден факт расторжения договора по соглашению сторон, технические характеристики поставленного товара, а также установление наличия либо отсутствия улучшенных характеристик, не имеет существенного значения для рассмотрения дела, в том числе с учетом частичного отказа истца от иска и отсутствия между сторонами спора относительно возврата товара (согласно пояснениям истца товар был вывезен от ответчика).  С учетом изложенного суд апелляционной инстанции также пришел к выводу об отсутствии оснований для начисления ответчиком истцу штрафных санкций за просрочку поставки товара, в связи с чем, установив, что доказательств наличия иных правовых оснований для удержания полученных по банковской гарантии денежных средств ответчиком не представлено, признал обоснованными и подлежащими требования истца о взыскании с ответчика денежных средств в соответствующей сумме, а также процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 29.12.2020 по день фактического исполнения обязательства, за исключением периода действия моратория, установленного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».

Проверив законность обжалуемого постановления суда апелляционной инстанции в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции не находит оснований для его отмены.

Согласно пункту 1 статьи 525 Гражданского кодекса Российской Федерации поставка товаров для государственных или муниципальных нужд осуществляется на основе государственного или муниципального контракта на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд, а также заключаемых в соответствии с ним договоров поставки товаров для государственных или муниципальных нужд.

В соответствии со статьей 526 Гражданского кодекса Российской Федерации по государственному или муниципальному контракту на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд поставщик (исполнитель) обязуется передать товары государственному или муниципальному заказчику либо по его указанию иному лицу, а государственный или муниципальный заказчик обязуется обеспечить оплату поставленных товаров.

Исходя из части 1 статьи 34 Федерального закона № 44-ФЗ контракт заключается на условиях, предусмотренных извещением об осуществлении закупки или приглашением принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), документацией о закупке, заявкой, окончательным предложением участника закупки, с которым заключается контракт, за исключением случаев, в которых в соответствии с настоящим Федеральным законом извещение об осуществлении закупки или приглашение принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), документация о закупке, заявка, окончательное предложение не предусмотрены.

На основании статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В соответствии с частью 8 статьи 95 Федерального закона № 44-ФЗ расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством.

Согласно части 9 статьи 95 Федерального закона № 44-ФЗ заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

Право сторон на односторонний отказ от договора предусмотрен пунктами 12.4, 12.5 договора, в соответствии с которым стороны вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения договора по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации, для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств в порядке и сроки, определенные статьей 95 Федерального закона о контрактной системе.

В силу пунктов 1, 2 статьи 523 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон (абзац четвертый пункта 2 статьи 450). Нарушение договора поставки поставщиком предполагается существенным в случаях: поставки товаров ненадлежащего качества с недостатками, которые не могут быть устранены в приемлемый для покупателя срок; неоднократного нарушения сроков поставки товаров.

Договор поставки считается измененным или расторгнутым с момента получения одной стороной уведомления другой стороны об одностороннем отказе от исполнения договора полностью или частично, если иной срок расторжения или изменения договора не предусмотрен в уведомлении либо не определен соглашением сторон (пункт 4 статьи 523 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным (пункт 2 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 4 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сторона, которой настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором предоставлено право на отказ от договора (исполнения договора), должна при осуществлении этого права действовать добросовестно и разумно в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства или односторонний отказ от его исполнения она должна действовать разумно и добросовестно, учитывая права и законные интересы другой стороны (пункт 3 статьи 307, пункт 4 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Нарушение этой обязанности может повлечь отказ в судебной защите названного права полностью или частично, в том числе признание ничтожным одностороннего изменения условий обязательства или одностороннего отказа от его исполнения (пункт 2 статьи 10, пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Вопреки доводам заявителя жалобы, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом конкретных фактических обстоятельств настоящего спора, в том числе исходя из поведения сторон при исполнении спорного договора, руководствуясь обязательными указаниями суда кассационной инстанции, изложенными в постановлении от 17.11.2022 (часть 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суд апелляционной инстанции сделал обоснованный вывод о наличии оснований для признания оспариваемого отказа ответчика от исполнения спорного договора незаконным. 

Так, судом апелляционной инстанции приняты во внимание следующие действия сторон в рамках исполнения спорного договора до принятия ответчиком оспариваемого решения об одностороннем отказе от него.

Письмом от 22.07.2020 исх. № 524 ответчик с учетом размещенной УФАС по Курганской области информации о поступившей жалобе, в целях устранения сомнений обратился к истцу с требованием о предоставлении в кратчайшие сроки документов на товар, просьбой сообщить дату фактической приемки и с предложением рассмотреть возможности поставки товара в количестве 1 штуки для проведения экспертизы.

27.08.2020 истец уведомил ответчика о том, что отсрочка поставки товара произошла вследствие задержки поставки комплектующих.

15.09.2020 истец уведомил ответчика о том, что 16.09.2020 будет произведена частичная поставка оборудования.

16.09.2020 письмом исх. № 681 ответчик уведомил истца о проведении экспертизы оборудования 17.09.2020. 

Согласно пояснениям истца им была произведена частичная поставка товара и монтаж двух аппаратов, а также обучение персонала ответчика, что последним надлежащим образом не оспорено. 

При этом экспертиза, запланированная ответчиком на 17.09.2020, проведена не была, тогда как из содержания письма от 16.09.2020 № 681 прямо следует, что экспертиза будет в рамках приемки поставленных аппаратов.

21.09.2020 истец обратился к ответчику с требованием о проведении приемки товара в соответствии с договором.

22.09.2020 ответчик обратился к истцу с предложением расторгнуть договор со ссылкой на отсутствие потребности в товаре (прямо следует из письма от 22.09.2020), направил соглашение о расторжении договора. 

При этом в письме от 22.09.2020 ответчик не отрицал факт поставки части оборудования со стороны истца, возражений по качеству также не указывал. Как верно указал суд апелляционной инстанции, из содержания данного письма прямо следует, что у ответчика отсутствует потребность в товаре, поскольку Министерством здравоохранения Российской Федерации выделены и направлены в его адрес аппараты искусственной вентиляции легких.

24.09.2020 истец уведомил ответчика о том, что 01.10.2020 будет произведена частичная поставка оборудования.

01.10.2020 ответчик уведомил истца о начале приемке товара, потребовал поставить документы на товар (товарную накладную). В указанную дату также была оформлена товарная накладная № 295 о поставке товара в количестве 10 штук. Кроме того, письмом исх. № 03/089 Союз «ТПП города Кургана» уведомил истца о дате проведения экспертизы, о составе экспертной комиссии, в ответ на которое истец в письме исх. № 344-20 заявил возражения относительно кандидатур лиц, участвующих в приемке товара – ФИО5, ФИО6, ФИО7.

06.10.2020 письмом исх. № 03/093 Союз «ТПП города Кургана» уведомил истца о дате проведения экспертизы и о составе экспертной комиссии.

07.10.2020 истец письмом исх. № 217 уведомил о несогласии с участием в комиссии, осуществляющей приемку оборудования, ФИО8, ФИО9, не заявленных в ранее направленном уведомлении.

08.10.2020 Союз «ТПП города Кургана» подготовил заключение эксперта № 187/03/00045.

09.10.2020 ответчик направил в адрес истца мотивированный отказ от подписания акта приема передачи оборудования в связи с выводом экспертов о несоответствии поставленного оборудования требованиям договора.

13.10.2020 письмом исх. № 222 истец повторно выразил несогласие с составом комиссии по приемке оборудования, просил рассмотреть вопрос о приеме 9 штук аппаратов ИВЛ «Ритм 200» и рассмотреть вопрос о возможности расторжения договора на оставшуюся часть (14 штук) аппаратов.

14.10.2020, то есть до принятия оспариваемого решения об одностороннем отказе от исполнения договора, истцом в адрес ответчика направлено подписанное соглашение о расторжении договора.

21.10.2020 № 791 ответчиком принято решение об одностороннем отказе от исполнения договора, мотивированное нарушением истцом срока поставки медицинского оборудования в обусловленном количестве и ненадлежащим качеством поставленного оборудования, в связи с чем последнему начислена неустойка в сумме 852 025 руб. (согласно уточненному расчету), удержанная по банковской гарантии от 02.07.2020 № БГ/0220-00305.

Принимая во внимание изложенное, учитывая, что в силу действующего законодательства односторонний отказ от договора является самостоятельным основанием прекращения договора, отличным от расторжения договора по соглашению сторон, суд апелляционной инстанции правомерно указал на то, что с учетом предмета и оснований заявленных исковых требований существенное значение для рассмотрения настоящего дела имеет установление факта того, на каком основании прекратились обязательства сторон: ввиду одностороннего отказа заказчика от исполнения договора либо по соглашению сторон.

В соответствии с пунктом 2 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

В силу пункта 1 статьи 345 Гражданского кодекса Российской Федерации офертой признается адресованное одному или нескольким конкретным лицам предложение, которое достаточно определенно и выражает намерение лица, сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение.

Исходя из пункта 1 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации акцептом признается ответ лица, которому адресована оферта, о ее принятии. Акцепт должен быть полным и безоговорочным.

Договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта при условии, что акцепт получен в пределах указанного в оферте срока, а при отсутствии в ней срока акцепта - до окончания срока, установленного в законе или ином правовом акте. Если срок акцепта не определен ни в оферте, ни в законе или ином правовом акте, договор считается заключенным в случае получения акцепта в течение нормально необходимого для этого времени (пункт 1 статьи 433, статья 440, пункт 1 статьи 441 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом апелляционной инстанции верно установлено, что условия договора не содержат согласованных порядка и сроков, в которые должно быть подписано соглашение о расторжении договора стороной, в адрес которой оно направлено, при этом учтено, что нормами Федерального закона № 44-ФЗ такой срок также не определен. 

С учетом изложенного судом по аналогии закона (пункт 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) применена норма пункта 1 статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации, из которой следует, что в случаях, когда в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации или иными законами для стороны, которой направлена оферта (проект договора), заключение договора обязательно, эта сторона должна направить другой стороне извещение об акцепте, либо об отказе от акцепта, либо об акцепте оферты на иных условиях (протокол разногласий к проекту договора) в течение тридцати дней со дня получения оферты.

Учитывая, что 22.09.2020 ответчик обратился к истцу с предложением расторгнуть договор, направив соглашение о расторжении договора, обусловленное отсутствием потребности в товаре ввиду выделения и поставки аппаратов Министерством здравоохранения Российской Федерации, что прямо следует из содержания письма от 22.09.2020, установив, что доводы ответчика о возможной поставке аппаратов ИВЛ, ставшей причиной предложения со стороны ответчика к расторжению по соглашению сторон, подтверждены в том числе Департаментом здравоохранения Курганской области, принимая во внимание то обстоятельство, что потребность в аппаратах ИВЛ была снята за счет поступления в Курганскую область аппаратов ИВЛ, поставленных в рамках соглашения, заключенного 09.10.2020 между Министерством промышленности и торговли Российской Федерации, АО «Концерн Радиоэлектронные технологии», Правительством Курганской области и ГБУ «Курганская больница № 2», учитывая, что в соответствии с данным соглашением ответчик получателем аппаратов ИВЛ не являлся, вместе с тем в отсутствие в материалах дела доказательств того, что в последующем письмо от 22.09.2020 было аннулировано ответчиком либо, взамен данного письма, направлено иное о возникновении потребности в товаре, принимая во внимание, что подписанный вариант соглашения о расторжении направлен истцом ответчику 14.10.2020, то есть в пределах установленного тридцатидневного срока, проанализировав действия ответчика, свидетельствующие о том, что им не было проявлено заинтересованности в приемке товара, поставленного истцом, суд апелляционной инстанции сделал правомерный вывод о том, что до принятия ответчиком решения об одностороннем отказе от договора он был расторгнут по соглашению сторон.

Доводы заявителя жалобы об обратном со ссылкой на то, что взаимными действиями сторон по поставке и приемке товара действие договора было продолжено на согласованных сторонами условиях, отклоняются судом округа как основанные на неверном толковании норм материального права применительно к конкретным фактическим обстоятельствам настоящего спора. 

Более того, принимая во внимание обязательные указания суда кассационной инстанции о необходимости оценки поведения ответчика на предмет добросовестности/недобросовестности, суд апелляционной инстанции, проанализировав фактические взаимоотношения сторон на предмет их соответствия нормам пункта 3 статьи 1, статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом вышеуказанных обстоятельств пришел к выводу о непоследовательном и противоречивом поведении самого ответчика в сложившихся отношениях с истцом, выразившемся в следующем: изначальное требование поставить часть товара для проведения экспертизы; назначение экспертизы и ее не проведение 17.09.2020; отсутствие возражений по поставленному товару на указанную дату; требование расторгнуть договор по соглашению сторон ввиду утраты потребности в товаре; последующее подписание УПД от 01.10.2020 и назначение экспертизы; указание на некачественность товара; требования оплаты неустойки и вывоза товара (письма от 14.10.2020 № 774, от 20.10.2020 № 790) в отсутствие решения об одностороннем отказе от договора; оформление одностороннего отказа от договора только 21.10.2020.

Вопреки доводам заявителя жалобы, суд апелляционной инстанции обоснованно указал на то, что подобные действия ответчика нельзя признать соответствующими принципу добросовестности, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, и учитывающими права и законные интересы своего контрагента.

Кроме того, суд обоснованно отметил, что законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, отклоняющегося от стандарта поведения среднего, нормального, разумного субъекта экономических отношений, не отвечающего интересам других участников гражданского оборота (правило «эстоппель»). Таким поведением является, в частности, поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно на них полагалась.

Таким образом, установив, что спорный договор расторгнут по соглашению сторон, учитывая непоследовательное и противоречивое поведение ответчика при исполнении данного договора, суд апелляционной инстанции сделал обоснованный вывод об отсутствии у него права на односторонний отказ от расторгнутого сторонами договора, в связи с чем правомерно удовлетворил заявленные исковые требования в соответствующей части, признав решение ответчика от 21.10.2020 № 791 об одностороннем отказе от исполнения договора, размещенное 21.10.2020 в единой информационной системе в сфере закупок, недействительным.

Оснований для несогласия с указанными выводами у суда кассационной инстанции не имеется. Фактические обстоятельства судом апелляционной инстанции установлены и исследованы в полном объеме, выводы суда соответствуют доказательствам, имеющимся в материалах дела. Доказательств, опровергающих выводы суда, заявителем кассационной жалобы не представлено (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы заявителя жалобы в данной части сводятся исключительно к несогласию с произведенной судом апелляционной инстанции оценкой представленных в материалы дела доказательств и установленных на их основании конкретных фактических обстоятельств настоящего спора, в то время как полномочия по переоценке имеющихся в деле доказательств и сделанных на их основании выводов суда у суда кассационной инстанции отсутствуют (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы заявителя жалобы о нарушении судом апелляционной инстанции норм материального права, выразившемся в неприменении к спорным правоотношениям сторон норм статей 433, 438 Гражданского кодекса Российской Федерации, не нашли своего подтверждения. К установленным обстоятельствам нормы материального права применены судом апелляционной инстанции верно.

Ссылка в первоначально поданной ГБУ «Курганская областная специализированная инфекционная больница» кассационной жалобе  на необоснованность доводов истца и выводов экспертов о поставке товара с улучшенными характеристиками, отклоняется судом округа, так как суд апелляционной инстанции верно указал на то, что с учетом предмета и оснований заявленных исковых требований для рассмотрения настоящего дела первоначальным являлось установление основания расторжения договора (по соглашению сторон либо односторонний отказ от договора), в связи с чем, поскольку материалами дела подтвержден факт расторжения договора по соглашению сторон, технические характеристики поставленного товара, а также установление наличия либо отсутствия улучшенных характеристик, не имеет существенного значения для рассмотрения дела, в том числе с учетом частичного отказа истца от иска и отсутствия между сторонами спора относительно возврата товара (согласно пояснениям истца товар был вывезен от ответчика).

Из материалов дела следует, что истцом также заявлены требования о взыскании денежных средств в сумме 852 025 руб. в виде понесенных расходов по оплате банковской гарантии от 02.07.2020 № БГ/0220-00305, а также начисленных процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму долга 852 025 руб. за период с 29.12.2020 по день фактического исполнения обязательства.

В соответствии со статьей 329 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов обеспечения обязательств является неустойка.

Исходя из пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно статье 331 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

Частью 4 статьи 34 Федерального закона № 44-ФЗ предусмотрено, что в контракт включается обязательное условие об ответственности заказчика и поставщика (подрядчика, исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, предусмотренных контрактом.

При этом законодательство о контрактной системе намеренно отделяет просрочку исполнения обязательства от иных нарушений поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств.

В силу части 8 статьи 34 Федерального закона № 44-ФЗ штрафы начисляются за неисполнение или ненадлежащее исполнение поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом. Размер штрафа устанавливается контрактом в виде фиксированной суммы, определенной в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

В пункте 11.3.5 договора стороны согласовали условие, в соответствии с которым за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных договором, заключенным с победителем закупки (или с иным участником закупки в случаях, установленных Федеральным законом), предложившим наиболее высокую цену за право заключения договора, размер штрафа рассчитывается в порядке, установленном настоящими Правилами, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных договором и устанавливается в следующем порядке: а) в случае, если цена договора не превышает начальную (максимальную) цену договора: 10 процентов начальной (максимальной) цены договора в случае, если цена договора не превышает 3 млн. рублей; 5 процентов начальной (максимальной) цены договора в случае, если цена договора составляет от 3 млн. рублей до 50 млн. рублей (включительно); 1 процент начальной (максимальной) цены договора в случае, если цена договора составляет от 50 млн. рублей до 100 млн. рублей (включительно); б) в случае, если цена договора превышает начальную (максимальную) цену договора: 10 процентов цены договора в случае, если цена договора не превышает 3 млн. рублей; 5 процентов цены договора в случае, если цена договора составляет от 3 млн. рублей до 50 млн. рублей (включительно); 1 процент цены договора в случае, если цена договора составляет от 50 млн. рублей до 100 млн. рублей (включительно).

Из материалов дела следует и сторонами не оспаривается, что в целях обеспечения исполнения пункта 10.1 договора, предусматривающего обязанность поставщика при заключении договора предоставить заказчику обеспечение исполнения договора в размере 5% от начальной (максимальной) цены договора в сумме 1 989 500 руб., истцом заключено соглашение и представлена банковская гарантия от 02.06.2020 № БГ/0220-00305Г.

На основании письменного требования от 23.11.2020 № 830 Банком ВТБ (ПАО) ответчику перечислено 1 959 657 руб. 50 коп., в последующем ответчик направил в адрес истца уточненный расчет неустойки, 29.12.2020 ответчик вернул излишне выплаченные ему по банковской гарантии денежные средства в размере 1 107 632 руб. 50 коп.

Таким образом, размер удержанных ответчиком за счет выплаты по банковской гарантии штрафных санкций составил 852 025 руб.

На основании пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило (пункт 2 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В предмет доказывания по данным спорам входят следующие обстоятельства: факт получения (использования) ответчиком имущества, принадлежащего истцу; факт пользования ответчиком этим имуществом; размер переданного имущества; период пользования спорным имуществом в целях определения размера неосновательного обогащения. 

Бремя доказывания указанных обстоятельств в силу положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возлагается на истца. Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

Установив, что спорный договор расторгнут по соглашению сторон, суд апелляционной инстанции сделал верный вывод о том, что оснований для начисления штрафных санкций у ответчика не имелось, в связи с чем, в отсутствие в материалах дела доказательств наличия иных правовых оснований для удержания полученных по банковской гарантии денежных средств, исходя из доказанности произведенной истцом в адрес банка оплаты по банковской гарантии, удовлетворил заявленные исковые требования в данной части в полном объеме.

Руководствуясь положениями пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 37, 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», учитывая также введенный в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» мораторий сроком на 6 месяцев на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в соответствии с которым мораторий применим, в том числе, и к ответчику, установив, что истцом банку произведена оплата выплаченных денежных средств по банковской гарантии 29.12.2020, суд апелляционной инстанции признал обоснованными и подлежащими удовлетворению требования истца о взыскании процентов с указанной даты и до фактической оплаты ответчиком долга в размере 852 025 руб. (с учетом Постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497). 

Оснований для несогласия с указанными выводами суда апелляционной инстанции у суда округа также не имеется.

Доводы заявителя жалобы со ссылкой на неправомерное предоставление судом апелляционной инстанции истцу возможности представить доказательства уплаты денежных средств по банковской гарантии, уточнить правовые основания взыскания с ответчика денежных средств в заявленной сумме, что, по его мнению, привело к нарушению требований части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и принципа равноправия сторон, отклоняются судом округа.

По смыслу разъяснений пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» основанием для отмены апелляционного постановления может служить лишь немотивированное принятие или непринятие новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 названного выше Кодекса, сопряженное с принятием или возможностью принятия неправильного постановления, что судом округа не усматривается.

Более того, из материалов дела следует и самим ГБУ «Курганская областная специализированная инфекционная больница» в кассационной жалобе указано на то, что соответствующие доказательства, запрошенные судом апелляционной инстанции, уже имелись в материалах дела. 

Вопреки доводам заявителя жалобы, изложенное в определении от 24.11.2023 требование суда апелляционной инстанции в целях наиболее правильного разрешения настоящего спора уточнить правовые основания для взыскания истцом с ответчика денежных средств в размере 852 025 руб., само по себе не свидетельствует о нарушении судом принципов равноправия сторон и состязательности процесса, иных оснований для вывода о допущенном судом апелляционной инстанции нарушении указанных принципов у суда округа также не имеется.

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, по существу были предметом исследования в суде апелляционной инстанции, не свидетельствуют о нарушении судом норм права, основаны на неверном толковании указанных норм и сводятся лишь к переоценке имеющихся в деле доказательств и сделанных на их основании выводов судов, полномочий для которой у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

При рассмотрении спора имеющиеся в материалах дела доказательства исследованы судом по правилам, предусмотренным статьями 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, им дана надлежащая правовая оценка согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 Нарушений норм процессуального права, влекущих постановления суда апелляционной инстанции (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения. 

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023 по делу № А34-16467/2020 Арбитражного суда Курганской области оставить без изменения, кассационную жалобу государственного бюджетного учреждения «Курганская областная специализированная инфекционная больница» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                             Н.Г. Беляева 

 

Судьи                                                                          С.Э. Рябова 

 

                                                                                      М.В. Торопова