АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-1382/2024

16 мая 2024 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 07 мая 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 16 мая 2024 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Никитина Е.О.

судей Сецко А.Ю., Чумакова Е.С.

при участии:

от ФИО1: ФИО2, представителя по доверенности от 11.07.2022;

от финансового управляющего имуществом ФИО1 –                      ФИО3: ФИО4, представителя по доверенности от 20.07.2023;

от других участвующих в деле лиц представители не явились

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы ФИО5, финансового управляющего имуществом ФИО1 – Брилева Дениса Александровича

на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 21.12.2023, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2024

по делу № А73-15799/2021

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «СУ-11» Серегиной Татьяны Юрьевны

к ФИО5, ФИО1, акционерному обществу «ЦТИ» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 690024, 

<

...>, каб. 11)

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью               «СУ-11» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 680547, Хабаровский край, м.р-н. Хабаровский, с.п. Мичуринское, 

<

...>) несостоятельным (банкротом) 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Хабаровского края от 26.05.2022 общество с ограниченной ответственностью «СУ-11» (далее – ООО «СУ-11», общество, должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО6.

В рамках данного дела о банкротстве общества конкурсный управляющий ФИО6 14.09.2023 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО5, ФИО1 (далее также – ответчики) и акционерного общества «ЦТИ» (далее – ООО «ЦТИ», ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением суда от 21.12.2023 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5, ФИО1 и АО «ЦТИ» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СУ-11». Производство по заявлению конкурсного управляющего приостановлено до окончания расчетов с кредиторами должника.

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2024 определение суда от 21.12.2023 оставлено без изменения.

Не согласившись с определением и апелляционным постановлением, ФИО5 в кассационной жалобе просит его отменить в части признания доказанным наличия оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В обоснование жалобы ее заявитель указывает, что он не принимал ключевых управленческих решений, раскрыл обстоятельства взаимодействия с должником и лицом, осуществляющим фактический контроль, которые позволяют восстановить нарушенные права кредиторов, компенсировать их имущественные потери. Отмечает, что конкурсный управляющий не оспаривает факт наличия вертикальных отношений «власть-подчинение» между ним и ФИО7 Полагает,                 что переданные им сведения позволили раскрыть конечного выгодоприобретателя, подконтрольных ему лиц, что является основанием для применения положений пункта 9 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Финансовый управляющий имуществом ФИО1 – ФИО3 также обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить вынесенные судебные акты в части привлечения ответчика к субсидиарной ответственности и отказать в удовлетворении требований конкурсного управляющего в соответствующей части. По мнению заявителя жалобы, в рассматриваемом случае сообщество кредиторов ООО «СУ-11» узнало о наличии условий для обращения с заявлением о привлечении             ФИО1 к субсидиарной ответственности не позднее 27.03.2020 – о  недостаточности имущества для погашения требований кредиторов в полном объеме (дата предоставления отчета временного управляющего о результатах процедуры наблюдения) и 25.08.2020 – об обстоятельствах, на которых основаны требования конкурсного управляющего. Считает, что повторное возбуждение дела о банкротстве должника и смена арбитражного управляющего не влияет на момент начала течения срока исковой давности. С момента подачи заявления о банкротстве ООО «СУ-11» в данном деле и до момента введения первой процедуры срок на предъявление требования о привлечении к субсидиарной ответственности не приостанавливался.

В судебном заседании представители ФИО1 и финансового управляющего ФИО3 поддержали доводы кассационной жалобы, настаивали на ее удовлетворении.

Конкурсный управляющий ФИО6 в отзыве на кассационные жалобы просила оставить обжалуемые судебные акты без изменения как законные и обоснованные, поскольку кредиторы ООО «СУ-11» могли узнать об обстоятельствах нарушения их прав ФИО1 не ранее ноября 2020 года, а рассматриваемое заявление подано в сентябре 2023 года до истечения срока исковой давности. Оспоренные в рамках дела о банкротстве сделки, направленные на вывод денежных средств, осуществлены в период руководства ФИО5 и заключались как с ФИО1, так и с ФИО8. В рассматриваемом случае признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности, но ее размер не устанавливался.

Кассационные жалобы рассмотрены в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс) в отсутствие иных участвующих в деле лиц. Конкурсный управляющий ФИО6 ходатайствовала о проведении судебного разбирательства без ее участия.

Заслушав лиц, явившихся в судебное заседание, изучив материалы дела, проверив законность определения от 21.12.2023 и постановления от 14.02.2024, с учетом доводов кассационных жалоб и отзыва на них, Арбитражный суд Дальневосточного округа считает, что предусмотренные статьей 288 АПК РФ основания для их отмены (изменения) отсутствуют.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности за причинение вреда, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются в редакции, действовавшей на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

На основании абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (здесь и далее в редакции, подлежащей применению), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Федерального закона.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (абзац девятый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

В подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплены аналогичные нормы, предусматривающие, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона.

В силу абзаца тридцать пятого статьи 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, – уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из совокупного толкования положений пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

В соответствии с пунктами 16 и 17 постановления Пленума № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В пункте 22 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Следовательно, необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на лицо, имевшее право давать обязательные указания и иным образом определять его действия, является вина названного лица в банкротстве должника.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 23 постановления Пленума                № 53, следует, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке. По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Как установлено арбитражными судами и следует из материалов дела, согласно сведениям единого государственного реестра юридических лиц ООО «СУ-11» зарегистрировано в качестве юридического лица 24.07.2015 (основной код экономической деятельности: «Разборка и снос зданий»).

Участником со 100% долей участия в уставном капитале общества с 24.10.2015 являлся ФИО1, а с 22.05.2019 – АО «ЦТИ».

На протяжении всей деятельности должника до открытия процедуры конкурсного производства функции руководителя осуществлял ФИО5

В период с 2017 года по 2019 год ООО «СУ-11» совершен ряд сделок, которые впоследствии оспорены конкурсным управляющим при проведении процедуры банкротства.

Так, определением суда от 26.04.2023 отказано в признании недействительными сделок по перечислению ООО «СУ-11» в период с 28.02.2017 по 03.07.2019 в пользу ФИО8 по договору аренды от 01.12.2016 № 4/16 денежных средств в размере 11 725 597,06 руб., по причине того, что существенные условия по арендной плате хоть и значительно превышают размер рыночной стоимости аренды специальной техники, но в отношении перечислений до 08.10.2018 сделки выходят за пределы трехгодичного срока оспоримости по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Судом также указано на отсутствие возможности переквалификации оспариваемых сделок в требования о взыскании убытков с контролирующих должника лиц. В то же время при рассмотрении указанного обособленного спора установлено, что ООО «СУ-11» в лице руководителя ФИО5 заключило с супругой последнего ФИО8 договор аренды от 01.12.2016 № 4/16 седельного тягача Scania R620 CA6X4EHZ, 2014 года выпуска, по условиям которого сторонами установлена арендная плата в размере 500 000 руб. в месяц. С 01.01.2017 размер арендной платы увеличен до 806 000 руб. в месяц, а с 01.01.2018 снижен до 670 000 руб. Согласно результатам оценочной экспертизы общая стоимость аренды указанной специальной техники составляет всего   1 197 876 руб., тогда как в пользу ФИО8 перечислены со счета должника 11 725 597,06 руб.

Определением суда от 09.01.2023 признаны недействительными сделки по перечислению ООО «СУ-11» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее также – предприниматель) денежных средств в общем размере 96 896 206,89 руб., как произведенных в счет исполнения мнимых обязательств (арендных правоотношений), применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в указанном размере. Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2023 определение суда от 09.01.2023 изменено, признаны недействительными сделки по перечислению обществом в пользу предпринимателя ФИО1 денежных средств в сумме 27 669 357,54 руб. только в пределах трехлетнего срока оспоримости (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в указанном размере, в удовлетворении остальной части требований конкурсного управляющего и кредитора отказано.

Определением суда от 18.08.2023 также признаны недействительными договоры перенайма от 12.09.2019 (по договору лизинга от 10.10.2016                    № 53п-16/БЛ) и от 04.12.2019 (по договору лизинга от                                 16.06.2017 № 236п17/Л), заключенные между ООО «СУ-11» и обществом с ограниченной ответственностью «ВостокПромСтрой» (далее –                           ООО «ВостокПромСтрой»), с последнего в пользу общества в качестве последствий недействительности сделок взыскано 99 411 628,60 руб. (действительная стоимость уступленных прав по договорам перенайма).

При этом, несмотря на выход ФИО1 из состава участников              ООО «СУ-11», из совокупности обстоятельств дела следует осуществление сделок в интересах указанного ответчика, при осведомленности об этом входящего с ним в одну группу лиц АО «ЦТИ». После вывода существенного актива по договорам перенайма от 12.09.2019 и от 04.12.2019 в пользу                              ООО «ВостокПромСтрой» без соответствующей компенсации имущественных потерь должнику, имущество по договорам лизинга выведено на подконтрольные ФИО1 и АО «ЦТИ» организации и заинтересованных к ним лиц, в том числе четыре транспортных средства реализованы ФИО9 (супруга ФИО1), три транспортных средства переданы обществу с ограниченной ответственностью «Красный трактор» (далее – ООО «Красный трактор»), в котором на момент покупки и на текущую дату директором является ФИО1, от ООО «Красный трактор» имущество реализовано ФИО9 Учредителем ООО «Красный трактор» с 26.02.2021 указано общество с ограниченной ответственностью «Пластпродукт-Прим», последним учредителем с 99% долей которого является ФИО1, а управляющей компанией (единоличный исполнительный орган) – общество с ограниченной ответственностью «Компания «Тригон» (далее – ООО «Компания «Тригон»), в которой с 13.09.2019 единственный учредитель АО «ЦТИ». В настоящий момент единоличным исполнительным органом ООО «ВостокПромСтрой» является ООО «Компания «Тригон» (с 07.04.2023). Соответственно, усматривается совокупность скоординированных действий группы лиц управляющих хозяйственными субъектами (в том числе стороной по сделке –                          ООО «ВостокПромСтрой» и должником) в которых, в конечном итоге, управляющей компанией либо участником со 100% долей становится                  АО «ЦТИ», тем самым создавая для ФИО1 после его выхода из состава участников видимость отсутствия подконтрольности организации с целью исключения ответственности перед кредиторами.

В свою очередь согласно данным о финансово-хозяйственной деятельности ООО «СУ-11», размещенным в открытом доступе в сети «Интернет» на сайте www.list-org.com (в соотношении размера активов и кредиторской задолженности), усматривается недостаточность активов для погашения задолженности перед кредиторами уже по итогам 2018 года (за 2018 год убыток составил 2 106 000 руб., за 2019 год – 248 162 000 руб.).

Кроме того, в отношении должника ранее уже инициировалась процедура банкротства.

По заявлению общества с ограниченной ответственностью «Красный квадрат» (далее – ООО «Красный квадрат») 11.12.2019 возбуждено дело       № А73-23934/2019. Определением Арбитражного суда Хабаровского каря от 20.01.2019 по указанному делу о банкротстве в отношении ООО «СУ-11» введена процедура наблюдения по причине наличия неисполненных обязательств по судебному приказу Арбитражного суда Приморского края от 07.11.2019 по делу № А51-22828/2019, согласно которому с общества в пользу ООО «Красный Квадрат» взыскана задолженность по договору поставки от 20.11.2018 № 12/2018 в сумме 443 600 руб. основного долга и 5 936 руб. судебных расходов. Обязательства должника перед кредитором по оплате товара возникли в марте 2019 года. Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 16.12.2020 производство по делу о банкротстве                       № А73-23934/2019 прекращено ввиду отсутствия письменного согласия лиц, участвующих в деле, на финансирование расходов по делу о банкротстве, а также доказательств внесения денежных средств на депозитный счет арбитражного суда и доказательств, обосновывающих вероятность обнаружения у должника в достаточном объеме иного имущества, за счет которого могут быть реально покрыты расходы по делу о банкротстве и полностью или частично может быть погашена задолженность перед кредиторами.

В рамках же данного дела о банкротстве (№ А73-15799/2021) в реестр требований кредиторов ООО «СУ-11» включены требования: ФИО10 (правопреемник общества с ограниченной ответственностью «Амур»; далее – ООО «Амур») по договору поставки от 29.08.2016 № 008-СТГ в сумме 546 487 руб. (определение суда от 29.03.2022); общества с ограниченной ответственностью «Рекард» (правопреемник ООО «Амур») по договору поставки от 29.08.2016                         № 008-СТГ в сумме 14 583 747 руб. (определение суда от 13.05.2022); общества с ограниченной ответственностью «Битайр» по договору поставки от 10.11.2016 № 16Б/67ХБ в общей сумме 421 693,75 руб. (определение суда от 11.03.2022); общества с ограниченной ответственностью «Дальнефтеснаб» по договорам на оказание услуг от 02.02.2017 № 0102/17 и от 16.02.2018                № 16/02-18У в общей сумме  29 814 057 руб. (определение суда от 21.01.2022); общества с ограниченной ответственностью «ФрактДжет-Волга» по договору купли-продажи продукции от 10.12.2018 № 82 в сумме 911 942,50 руб. (определение суда от 13.04.2022); Федеральной налоговой службы по обязательным платежам за 2018 и 2019 годы в общей сумме 1 435 527,47 руб. (определение суда от 22.06.2022); акционерного общества «Ленгазспецстрой» по договорам на выполнение работ от 10.10.2017                     № 139/12 П/ДО17, от 18.01.2018 № 0118 и № 16-161-У5, от 06.12.2018                     № 0612-2018 в общей сумме 153 812 330,87 руб. (определение суда от 02.08.2022).

Таким образом, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, установив, что при наличии у ООО «СУ-11» задолженности перед независимыми кредиторами в размере 203 902 158,23 руб. в результате перечисления денежных средств и передачи прав по договорам лизинга, в отсутствии встречного исполнения, должнику причинен имущественный вред по оспоренным сделкам за период с 2017 по 2019 года в совокупном размере 206 835 556,55 руб., суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, констатировал, что действия контролирующих лиц существенно ухудшили финансовое положение должника, что свидетельствует о наличии условий для удовлетворения заявленных в пределах срока исковой давности требований конкурсного управляющего о привлечения ФИО5, ФИО1 и              АО «ЦТИ» к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 (пункта 2 статьи 61.11) Закона о банкротстве.

Арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражными судами первой и апелляционной инстанций, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы (часть 1 статьи 286 АПК РФ).

Поскольку кассационные жалобы не содержат возражений относительно обоснованности требований о привлечении АО «ЦТИ» к гражданско-правовой ответственности за совершение действий, повлекших существенный вред имущественным правам кредиторов, судебные акты в данной части проверке не подлежат.

Оснований не согласиться с выводами судов о привлечении                 ФИО5 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника у кассационной инстанции не имеется.

Доводы о том, что в рассматриваемом случае сообщество кредиторов ООО «СУ-11» узнало о наличии условий для обращения с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности не позднее 27.03.2020 – о недостаточности имущества для погашения требований кредиторов в полном объеме (дата предоставления отчета временного управляющего о результатах процедуры наблюдения) и 25.08.2020 – об обстоятельствах, на которых основаны требования конкурсного управляющего, являлись предметом рассмотрения судов обеих инстанций и получили надлежащую правовую оценку.

Определив, что о дате объективного понимания недостаточности имущества ООО «СУ-11» заинтересованным лицам (кредиторам) стало известно с момента подачи временным управляющим в процедуре наблюдения ходатайства о прекращении производства по делу                       № А73-12329/2019 по соответствующему основанию, то есть с 10.11.2020, а право на обращение с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц возникло с момента прекращения производства по указанному делу о банкротстве определением Арбитражного суда Хабаровского края от 16.12.2020, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что трехгодичный срок исковой давности подлежит исчислению именно с указанных дат.

В любом случае, как верно отмечено судами, течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (10.11.2020). Учитывая, что конкурсный управляющий в настоящем деле о банкротстве действует в интересах кредиторов, в том числе ранее включенных в реестр в деле о банкротстве ООО «СУ-11» (№ А73-12329/2019), и последующее возбуждение второго дела о банкротстве (№ А73-15799/2021) не может являться основанием для нового исчисления срока, а сделки с ФИО5 и ООО «ВостокСтройСервис» оспорены в рамках данного дела (ранее об указанных сделках в первом деле о банкротстве не раскрывалось и не было известно лицам, участвующим в деле), срок исковой давности на дату подачи заявления (14.09.2023) не является пропущенным.

Доводы о том, что ФИО5 не принимал ключевых управленческих решений, раскрыл обстоятельства взаимодействия с должником и лицом, осуществляющим фактический контроль, которые позволяют восстановить нарушенные права кредиторов, компенсировать их имущественные потери, что является достаточным для применения положений пункта 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве, также обоснованно отклонены апелляционным судом в соответствии с пунктом 6 постановления Пленума № 53, поскольку оспариваемым определением суда признано доказанным наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, вопрос об уменьшении размера ответственности не рассматривался.

Удовлетворяя требование конкурсного управляющего и признавая доказанным наличие оснований для привлечении бывшего руководителя ООО «СУ-11» к субсидиарной ответственности, суды обеих инстанций приняли во внимание, что все оспоренные в рамках дела о банкротстве сделки по выводу денежных средств и имущества подписаны непосредственно ФИО5 Более того, договор аренды от 01.12.2016  № 4/16, исполнение которого привело к утрате кредиторами возможности получить удовлетворение на сумму более 10 000 000 руб., заключен с супругой ответчика ФИО8 Действуя добросовестно и разумно в интересах общества как единоличный исполнительный орган, зная и понимая цель заключения договоров, ФИО5 был вправе отказаться от подписания убыточных для должника договоров, однако, этого не сделал, кроме того, продолжал руководство юридическим лицом.

Иные доводы также не принимаются окружным судом, поскольку не опровергают выводы судов нижестоящих инстанций и не свидетельствуют о незаконности судебных актов, вынесенных по результатам рассмотрения требований конкурсного управляющего.

Нормы материального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно по отношению к установленным фактическим обстоятельствам. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену определения и постановления по безусловным основаниям, не допущено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты отмене, а кассационные жалобы удовлетворению, не подлежат.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 21.12.2023, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2024 по делу № А73-15799/2021 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                  Е.О. Никитин

Судьи                                                                                           А.Ю. Сецко

Е.С. Чумаков