ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-19470/2019

г. Самара

05 октября 2021 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей Бажана П.В., Поповой Г.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 28 сентября 2021 года в помещении суда, в зале № 2,

апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30 июня 2021 года, вынесенное по заявлению конкурсного управляющего должника об оспаривании сделок должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Реконструкция» (г.Елабуга, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

без участия лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом. 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.07.2019 возбуждено производство о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Реконструкция» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.11.2019 общество с ограниченной ответственностью «Реконструкция», г.Елабуга (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), признано несостоятельным (банкротом) и открыто в отношении него конкурсное производство, конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Реконструкция» утвержден ФИО2, член Союза арбитражных управляющих «Возрождение».

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан 19.03.2020 о признании договора купли-продажи транспортного средства от 13.09.2016 заключенного между Должником и ФИО3 недействительным, применении последствий недействительности сделки.

В судебном заседании от 17.11.2020 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица привлечены ООО «Метстройрезерв», ФИО4

Определением Арбитражный суд Республики Татарстан от 24.11.2020 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Признан недействительным договор купли-продажи от 13.09.2016, заключенный между ООО «Реконструкция» и ФИО3 Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника транспортного средства ТОЙОТА LAND CRUISER 150 (PRADO), 2012 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>. Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2021 определение суда первой инстанции от 24.11.2020 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 01.06.2021 определение Арбитражный суд Республики Татарстан от 24.11.2020, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2021 были отменены, обособленный спор был направлен на новое рассмотрение в арбитражный суд Республики Татарстан ввиду отсутствия оценки всех доводов, заявленных ответчиком (ссылка на цепочку сделок, в совокупности не причиняющей вреда кредитору).

Заявление о признании договора купли-продажи транспортного средства от 13.09.2016 заключенного между Должником и ФИО3 недействительным, применении последствий недействительности сделки было вновь принято к производству.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.06.2021 в удовлетворении заявления отказано.

Распределены судебные расходы.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий должника обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять новый судебный акт.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2021 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 28.09.2021.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

Право на подачу конкурсным управляющим заявления об оспаривании сделки должника предусмотрено в пункте 1 статьи 61.9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В указанной статье предусмотрен ограниченный круг лиц, которым предоставлено право на подачу заявления об оспаривании сделок должника.

В установленном законом порядке право на подачу заявления об оспаривании сделки должника реализовано конкурсным управляющим.

Согласно пункту 1 статье 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с гражданским законодательством и по специальным основаниям, предусмотренные названным законом.

При этом в пункте 3 приведенной статьи приведен незакрытый перечень сделок, которые могут оспариваться по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве.

Конкурсный управляющий оспаривает сделку по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Заявитель указывал, что оспариваемая сделка совершена в пределах периода подозрительности для ее оспаривания по специальным основаниям, при этом конкурсный управляющий указывал, что цена сделки занижена, ее совершением был причинен вред имуществу должника.

В статье 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрены два состава оспаривания подозрительных сделок.

Пункт 1 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Нормы пункта 2 приведенной статьи предусматривают возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено соотношение пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 названного закона, поэтому наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В случае, если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при наличии предусмотренных им обстоятельств.

При оспаривании подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 приведенного закона.

При этом вред имущественным правам кредитором может быть причинен в результате предпочтительного удовлетворения требования одного кредитора перед другими кредиторами.

В силу пункта 1 статьи 61.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (сделка с предпочтением).

В указанной статье предусмотрены периоды для оспаривания преференциальных сделок.

По указанным основаниям допускается оспаривание сделок, совершенных после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом либо сделок, совершенных должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Между тем спорная сделка совершена за пределами годичного срока до возбуждения дела о банкротстве должника.

При этом отмечено, что относительно соотношения пункта 2 статьи 61.2 и статьи 61.3 названного закона высшей судебной инстанции даны следующие разъяснения.

При оспаривании сделки с предпочтением, совершенной не ранее чем за три года, но не позднее чем за шесть месяцев до принятия заявления о признании банкротом, она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при доказанности всех предусмотренных им обстоятельств.

Соответственно, оспариваемая конкурсным управляющим сделка выходит за пределы периода подозрительности для оспаривания сделок по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 и статей 61.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». В этой связи спорная сделка не подпадает под указанные основания недействительности сделок и потому не может быть оспорена и проверена в судебном порядке на предмет наличия признаков ее недействительности.

Спорная сделка подлежит проверке на предмет наличия признаков недействительности по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В случае оспаривания сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)») необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности трех обстоятельств.

К их числу относятся совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Недоказанность хотя бы одного из этих обстоятельств является основанием для отказа в признании сделки недействительной.

По первому обстоятельству (сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов) в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» даны следующие разъяснения.

Согласно п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Также в п. 7  в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В статье 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» раскрыто понятие неплатежеспособности и недостаточности имущества (абзац пятый пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Под первой категорией понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Недостаточностью имущества является превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Указанная презумпция является опровержимой.

Ответчик указывал, что на дату совершения сделки ему не могло быть известно о признаках неплатежеспособности у должника.

Вместе с тем в определении Верховного суда РФ была выражена следующая позиция: сам по себе факт, что не была доказана неплатежеспособность или недостаточность имущества должника на момент совершения этой сделки, не препятствует её квалификации в качестве подозрительной (Определение ВС РФ от 12 марта 2019 г. № 305-ЭС17-11710(4)).

Из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях.

Ответчик ссылался на то, что  имущество по оспариваемой сделке, было приобретено должником за сумму 205 000 руб., а продано за цену 242 000 руб., что не является ниже стоимости его приобретения, и не причинила имущественного вреда должнику. Цепочка сделок была направлена на сохранение первоначального номера автотранспортного средства.

В качестве доказательства оплаты по договору была представлена квитанция к приходному кассовому ордеру от 13.09.2016.

Оценивая доводы ответчика, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Судебной практикой выработаны определенные критерии, применяемые для квалификации сделок в качестве взаимосвязанных, к которым, в частности, относятся: преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, в том числе общее хозяйственное назначение проданного (переданного во временное владение или пользование) имущества, консолидация всего отчужденного (переданного во временное владение или пользование) по сделкам имущества у одного лица, непродолжительный период между совершением нескольких сделок (абзац первый пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность»). По смыслу приведенных разъяснений, взаимосвязанными могут быть признаны такие сделки, которыми опосредуется ряд хозяйственных операций, направленных на достижение одной общей (генеральной) экономической цели.

В рассматриваемом случае два договора купли-продажи заключены в один день – 13.09.2016, отношения оформлены типовыми документами, содержащими стандартные условия, цена приобретения должником автомобиля (240 000 руб.) у ФИО5 и его продажи ФИО3 (242 000 руб.) практически не отличается.

Третье лицо указывало на то, что в отношениях купли-продажи автомобиля должник выступал только в качестве посредника и не имел намерения сохранить за собой право собственности на автомобиль как на актив, указал на то, что истинной целью последовательного заключения в одни день договоров купли-продажи автомобиля между ФИО4 и должником, а затем между должником и ФИО3, явилось намерение передать право собственности на автомобиль от ФИО4 к ФИО3 с сохранением за ФИО4 фактической возможности дальнейшего использования регистрационного знака К975АР 116 на ином автомобиле.

По состоянию на 13.09.2016 собственником автомобиля являлся ФИО4, в этот же день (13.09.2016) право собственности на автомобиль сначала перешло к должнику (ООО «Реконструкция»), а затем от должника – к ФИО3

Такое развитие событий – общность предмета сделок, а также короткий промежуток между сделками – фактически могло свидетельствовать о том, что совокупность операций в отношении автомобиля является цепочкой взаимосвязанных сделок, направленной, в конечном счете, на переход права собственности от ФИО4 к ФИО3

Бремя опровержения приведенных ФИО4 и ФИО3 столь убедительных доводов лежит на их процессуальном оппоненте – конкурсном управляющем.

Конкурсным управляющим в судебном заседании от 29.06.2021, в суде первой инстанции, указанные доводы фактически опровергнуты не были, в связи с чем суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Прикрывающие сделки ничтожны независимо от признания их таковыми судом в силу прямого указания пункта 1 статьи 168, пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

По основанию притворности недействительной может быть признана такая сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех ее участников. При установлении притворности всей совокупности сделок с транзитным оборотом имущества в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ничтожной является не отдельная сделка, имеющая отношение к конкретному лицу, признанному несостоятельным (банкротом), а вся совокупность сделок.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; что не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031(6) по делу № А65-27171/2015). Действующее законодательство исходит из того, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку – ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами.

В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678).

Исходя из указанных выше обстоятельств, свидетельствующих о согласованности действий лиц, вовлеченных в спорные правоотношения, короткого промежутка времени, в течение которого были совершены эти действия, суд первой инстанции правомерно установил, что заключение 13.09.2016 ФИО4 с должником договора купли-продажи автомобиля и заключение должником с ФИО3 в этот же день договора купли-продажи того же автомобиля, свидетельствуют об обоснованности доводов ответчиков о том, что через ряд прикрывающих сделок совершена единая сделка по продаже ФИО4 указанного автомобиля ФИО3 при посредничестве ООО «Реконструкция».

В то же время конкурсный управляющий оспаривал лишь одну сделку из названной цепочки.

Между тем, как верно указано судом первой инстанции, квалификация данной сделки не может производиться без учета всей совокупности отношений, так как заключение между должником и ФИО3 договора купли-продажи автомобиля от 13.09.2016 являлось одним из элементов реализации намерений ФИО4 по передаче ФИО3 права собственности на автомобиль.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции.

В ситуации, когда отношения сторон являются сложноструктурированными, оспаривание одной из взаимосвязанных сделок (даже при наличии условий для признания ее недействительной) не может приводить к полноценному восстановлению положения, существовавшего до совершения всех сделок, в связи с чем такой способ защиты нельзя признать надлежащим. Правильным в таком случае является оспаривание совокупности сделок, опосредующих переход права собственности на имущество.

Учитывая то обстоятельство, что имущество по оспариваемой сделке, было приобретено должником за сумму 205 000 руб., а продано за цену 242 000 руб., что не является ниже стоимости его приобретения, и не причинила имущественного вреда должнику.

Кредиторы должника не вправе рассчитывать на погашение своих требований за счет имущества, в приобретении которого должник участвовал в качестве посредника, без реального намерения сохранить за собой право собственности на такое имущество, и без несения расходов на его приобретение в большем объеме, чем им было получено по сделке.

Вопреки доводам заявителя жалобы, спорный договор содержал условия о цене и порядке расчетов между сторонами.

В качестве доказательства оплаты по договору была представлена квитанция к приходному кассовому ордеру от 13.09.2016 № 12 на сумму 242 000, 00 руб.

Указанная квитанция оценена судом первой инстанции и признана надлежащим доказательством оплаты. 

Конкурсный управляющий выражал сомнения в отношении данной квитанции, однако свои предположения он надлежащими доказательствами не обосновал, о фальсификации, ни в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции, не заявлял.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что единой сделкой вред должнику причинен не был, в этой связи правомерно отказал в удовлетворении заявления.

Целесообразность включения должника в цепочку сделок по передачи спорного автомобиля от ФИО4 в собственность ФИО3 имело рациональное обоснование, не преследовало цель причинить вред кредитором должника.

Доводы апелляционной жалобы фактически направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая выводов суда, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по статье 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционную жалобу необходимо оставить без удовлетворения, а определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Таким образом, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30 июня 2021 года по делу А65-19470/2019 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд             

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30 июня 2021 года по делу А65-19470/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                      Н.А. Мальцев

 

Судьи                                                                                                    П.В. Бажан

 

                                                                                                                Г.О. Попова