ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности определения арбитражного суда, 

не вступившего в законную силу

Дело №А55-35444/2019

г. Самара

15 марта 2022 года

Резолютивная часть  постановления  объявлена 10 марта 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 15 марта 2022 года 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Романенко С.Ш.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от истца (ООО "Восток-СК" процессуальное правопреемство на ФИО2) – представитель ФИО3, доверенность от 16.11.2021;

от ответчика – не явились, извещены надлежащим образом;

от третьего лица – не явились, извещены надлежащим образом;

рассмотрев в открытом судебном заседании 10 марта 2022 года в зале № 7 апелляционные  жалобы общества с ограниченной ответственностью «РИГЕЛЬ» на определение Арбитражного суда Самарской области от 01.12.2021, по делу № А55-35444/2019, о процессуальном правопреемстве (судья Мешкова О.В.),

по иску общества с ограниченной ответственностью "Восток-СК", г. Тольятти Самарской области, ИНН 

<

***>

к обществу с ограниченной ответственностью "Ригель", г. Тольятти Самарская область, ИНН 

<

***>

о взыскании 2005080 руб. 56 коп.

участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО5 обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о процессуальном правопреемстве, согласно которому он на основании ст. 48 АПК РФ просит произвести замену истца (взыскателя) ООО «Восток-СК» на его правопреемника – ФИО5, ссылаясь на заключение между указанными лицами договора уступки права требований (цессии) от 20.07.2021.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 01 декабря 2022 года, по делу № А55-55-35444/2019 заявление о процессуальном правопреемстве в рамках дела № А55-35444/2019 удовлетворено. Произведено процессуальное правопреемство по делу № А55-35444/2019, заменена сторона истца/взыскателя - Общество с ограниченной ответственностью "Восток-СК", ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, на правопреемника – ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: г. Тольятти Куйбышевской области, зарегистрированного по адресу: 

<

...> Победы, д. 72, кв. 123.

Не согласившись с принятым  судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «РИГЕЛЬ» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой считает принятое определение незаконным и необоснованным, просит определение отменить в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве отказать.

При этом в жалобе заявитель указал, что считает данное определение не законным и необоснованным в силу того, что согласно выписке из ЕГРЮЛ на 27.08.2021 года ООО «Восток СК» предоставили в налоговый орган недостоверные сведения о юридическом лице, в связи с чем 24.05.2021 года регистрирующим налоговым органом было принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ.

В связи с чем, у Ответчика ООО «Ригель» имеются все основания утверждать, что данный договор цессии заключенный 20.07.2021 года между ООО «Восток СК» и гр. ФИО5, подписан ненадлежащим лицом со стороны ООО «Восток СК», директор общества ФИО6 является гражданином Казахстана, сведений о том, что ФИО7 на момент подписания договора 20.07.2021 в России не Истцом ни третьим лицом, не представлено.

Кроме того, указывает, что представленная в суд первой инстанции представителем ФИО5 квитанция к приходному кассовому ордеру №4 от 07.09.2021 о внесении денежных средств в размере 30 000 рублей кассу общества в качестве оплаты по договору цессии, не может быть принята как подтверждение возмездности сделки, так как на момент внесения денег у ООО «Восток -СК» отсутствовала касса как таковая, деятельность предприятие не вело более года, расчетный счета организации заблокированы Налоговой.

Подтверждения того, что данные наличные деньги были в последствии направлены на расчетный счет организации, не представлено.

Более того, как указано в определении суда первой инстанции ФИО5 обратился в Арбитражный суд с заявлением о процессуальном правопреемстве 02 августа 2021 года, а квитанция к приходному кассовому ордеру №4 о внесении денег, датирована 07.09.2021 годом, т.е. денежные средства ФИО5 «внес» спустя месяц после обращения в суд. При этом сама сделка между ФИО5 и ООО «Восток-СК» состоялась 20.07.2021 года и на момент обращения ФИО5 в суд не была возмездной.

Таким образом, ФИО5 представил в суд документ подтверждающий оплату и фактически оплатил сделку только после заявления ООО «Ригель» ходатайства об истребовании данных документов. Что ставит под сомнение, действительность произведенной ФИО5 оплаты.

Сведения о месте и времени судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: WWW.11ааs.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

В судебном заседании представитель ООО «Восток-СК» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, считает определение суда первой инстанции законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебное заседание представители иных лиц, участвующих в деле не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом в соответствии с частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о месте и времени судебного  разбирательства.

Проверив законность и обоснованность  обжалуемого определения  в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрев представленные материалы и оценив доводы апелляционной жалобы  в совокупности с исследованными доказательствами по делу, выслушав явившегося участника процесса, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд установил.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью "Восток-СК" обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с общества с ограниченной ответственностью "Ригель" (ответчик) основного долга в размере 1791642 руб. и пени (процентов по ст. 395 ГК РФ) в размере 213438 руб. 56 коп., а всего 2005080 руб. 56 коп., ссылаясь на ненадлежащее исполнение обязательств по оплате полученного товара.

Решением от 05.11.2020 исковые требования удовлетворены.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2021  и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 24.06.2021 решение Арбитражного суда Самарской области от 05.11.2020 оставлено без изменения.

На основании решения был выдан исполнительный лист Серия ФС 034168162 от 05.04.2021 на взыскание присужденной задолженности в пользу взыскателя.

02 августа 2021 года от ФИО5 поступило заявление о процессуальном правопреемстве, согласно которому он на основании ст. 48 АПК РФ просит произвести замену истца (взыскателя) ООО «Восток-СК» на его правопреемника – ФИО5, ссылаясь на заключение между указанными лицами договора уступки права требований (цессии) от 20.07.2021.

ФИО5 обратился с требованием о проведении процессуального правопреемства на стадии исполнения решения арбитражного суда. Исполнительное производство является стадией арбитражного процесса, и поэтому замена взыскателя (должника) производится в соответствии с нормами статьи 48 АПК РФ.

Устанавливая фактические обстоятельства дела на основании полного и всестороннего  исследования представленных доказательств, суд первой инстанции  с учетом положений норм ст. 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статей 382, 388, 166, 167, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации обосновано удовлетворил заявление о процессуальном правопреемстве установив, выбытие первоначального взыскателя из правоотношения путем заключения договора цессии, при этом, указал следующее.

Необходимым условием осуществления процессуального правопреемства является наличие правопреемства в материальных правоотношениях.

Как видно из материалов дела, 20.07.2021 между истцом (взыскателем) ООО «Восток-СК» (цедент) и ФИО5» (цессионарий) был заключен договор уступки права требования (цессии), в соответствии с условиями которого цедент уступает, а цессионарий принимает все права кредитора к должнику ООО «Ригель» в деле №А55-35444/2019 о взыскании с ответчика задолженности в размере 2005080 руб. 56 коп., а также право требовать уплату процентов на сумму долга по день фактической оплаты основного долга (ст.395 ГК РФ), возникших на основании определения Арбитражного суда Самарской области от 05.11.2020 года по делу №А55-35444/2019, Постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2021 по делу №А55-35444/2019, Постановления арбитражного суда Поволжского округа от 24.06.2021 года по делу №А55-35444/2019, исполнительного листа ФС №034168162 от 05.11.2020 по делу №А55-35444/2019 (п.1.1 договора).

В соответствии с п.1.2 договора согласия должника на передачу прав кредитора к другому лицу не требуется.

Право (требование) цедента к должнику на дату подписания договора составляет 2163600 руб. 97 коп. (п.1.3 договора).

Право (требование) цедента переходит к цессионарию в том объеме и на тех условиях, которые существовали на дату подписания договора (п.1.4 договора).

В соответствии с п.2.3 договора в счет оплаты уступаемого права требования цессионарий обязуется уплатить цеденту сумму в размере 30000 руб.

Согласно пункту 6.1 указанного договора договор вступает в силу с момента его подписания сторонами.

В деле также имеется уведомление ответчика о состоявшейся уступке прав требования.

Ответчиком письменное  заявление о фальсификации доказательств (договора об уступке права требования)  в порядке ст. 161 АПК РФ не заявлялось. 

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ).

Ответчик так и не указал конкретные  положения закона, в силу императивных установлений которых сделка по уступке права требования к ответчику является ничтожной. Общие положения статей 167 и 168 Гражданского кодекса к таким положениям закона не относятся.  Данный вывод суда подтверждается правовой позицией, изложенной в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 23.11.2020 по делу № А55-22734/2019.

В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Доводы ответчика о ничтожности договора уступки уступка права требования не обоснованны.

В силу пункта 2 статьи 389.1 ГК РФ требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

Судом первой инстанции установлено, что договор уступки был заключен 20.07.2021 года задолго до исключения ООО «Восток-СК» из ЕГРЮЛ  11.10.2021 по инициативе регистрирующего органа ввиду наличия в ЕГРЮЛ недостоверных сведений.

В соответствии с пунктом 3 статьи 49 ГК РФ правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

Следовательно, спорный договор заключен в период наличия у ООО «Восток-СК» правоспособности.

В связи с чем суд первой инстанции не усмотрел направленности согласованных действий цедента и цессионария в заключении договора уступки на злоупотребление своими правами (ст. 10 ГК РФ). Отсутствие ведения цедентом активной хозяйственной деятельности до заключения договора уступки не свидетельствует о ничтожности этого договора.

Доводы ответчика о том, что договор уступки заключен с нарушением законодательства и он подписан ненадлежащим лицом  со стороны ООО «Восток-СК», отклонены судом первой инстанции правомерно, поскольку согласно материалам дела договор уступки  подписан от имени истца уполномоченным представителем – ФИО8, действующей на основании доверенности от 26.12.2018, выданной сроком на 5лет директором ООО «Восток-СК», копия которой представлена в материалы дела. В данной доверенности, подписанной директором ООО «Восток-СК» ФИО6, подпись которого заверена печатью организации, ФИО8 как представитель был уполномочена в том числе подписывать следующее документы общества: договоры, в том числе, договоры уступки прав требований (цессия), акты приема-передачи, акты взаимных зачетов, подписывать первичные учетные документы, а также иные финансовые и исполнительные документы, связанные с исполнением договоров, товарно-транспортные накладные, счета-фактуры, акты об оказании услуг, акты сверок.

В связи с этим доводы ответчика о том, что ФИО9 является гражданином Казахстана и на момент подписания договора не находился в России, отклонены как документально не подтвержденные и не имеющие правового значения с учетом установленных обстоятельств заключения договора уступки. 

Вопреки доводам ответчика уступка права требования юридическим лицом физическому лицу не противоречит закону.

Ответчик ссылался так же на то, что уступка права требования  является возмездной сделкой, в связи с чем, если цедент уступает право безвозмездно, такую сделку квалифицируют как притворную, прикрывающую дарение.

Подп. 4 п. 1 ст. 575 ГК РФ предусмотрено, что в отношениях между коммерческими организациями дарение не допускается. 

Однако в данном случае сделка заключена между истцом – юридическим лицом и физическим лицом, не являющимся индивидуальным предпринимателем, доказательств обратного суду не представлено. 

Согласно п. 2 ст. 423 ГК РФ безвозмездным признается договор, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или другого встречного предоставления

В соответствии с п. 9 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации" соглашение об уступке права (требования), заключенное между коммерческими организациями, может быть квалифицировано как дарение только в том случае, если будет установлено намерение сторон на безвозмездную передачу права требования.

Согласно пункту 3 статьи 423 ГК РФ договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное. Квалификация соглашения об уступке права (требования) как договора дарения возможна лишь при установлении намерения безвозмездно передать право (требование). Даже отсутствие в соглашении условия о цене передаваемого права (требования) само по себе не свидетельствует о дарении соответствующего права (требования).

Договор уступки права требования носит возмездный характер (раздел 2 договора, п. 2.3). Кроме того, ФИО5 представлена в материалы дела квитанция к приходному кассовому ордеру №4 от 07.09.2021 о внесении денежных средств в размере 30000 руб. по договору уступки права требования (цессии) от 20.07.2021.

В данном случае договором уступки требования стороны прямо предусмотрели возмездный характер своих отношений, в связи с чем является неверным довод ответчика о ничтожности сделки. 

Приводимые иные доводы ответчиком свидетельствуют об обстоятельствах, приводимых при оспаривании действительности оспоримой сделки и не свидетельствует о ничтожности спорного договора уступки. 

Между тем ответчиком  иск о признании договора уступки недействительным не предъявлялся.

Доказательств того, что оспариваемый договор уступки  является ничтожным не представлено ответчиком суду вопреки положениям ст. 65 АПК РФ.

Оценив представленные доказательства, суд первой инстанции верно пришел к выводу, что при заключении договора цессии сторонами соблюдены требования Гражданского кодекса Российской Федерации. Ответчиком не представлены доказательства нарушения его прав, в связи с заключением договора уступки прав (цессии).

В соответствии с ч. 1 ст. 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Поскольку фактические обстоятельства, являющиеся основанием для правопреемства, подтверждены надлежащими и достаточными доказательствами, суд  первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для замены истца (взыскателя) в рамках настоящего дела на основании ст. 48 АПК РФ.

У суда апелляционной инстанции нет оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, признавшего наличие оснований для удовлетворения заявления.

Довод апелляционной жалобы, о не предоставлении доказательств оплаты уступки права требования, отклоняется судом апелляционной инстанции, как не имеющий правового значения, поскольку в рассматриваемом случае договор цессии заключен в установленном законом порядке, не противоречит положениям статей 382 - 390 ГК РФ, оснований считать договор ничтожным не имеется, надлежащих доказательств недействительности договора цессии не представлено.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, всем доводам дана надлежащая правовая опенка, жалоба не содержит фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого решения. Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции. 

Иных доводов в обоснование апелляционной жалобы заявитель не представил, в связи с чем Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Самарской области от 01.12.2021, по делу № А55-35444/2019, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 102 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на определение о процессуальном правопреемстве государственной пошлиной не оплачивается, в связи с чем государственная пошлина уплаченная при подаче апелляционной жалобе подлежит возврату заявителю из средств федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный  апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 01.12.2021, по делу № А55-35444/2019, о процессуальном правопреемстве - оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «РИГЕЛЬ» - без удовлетворения.

Возвратить ФИО4 из средств федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 3 000 рублей, уплаченную чек-ордером от 26.01.2022, операция № 5. 

Постановление  вступает в  законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа.

Председательствующий              С.Ш. Романенко