Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-52610/24-51-417

05 июня 2024 года

город Москва

 

Резолютивная часть решения принята 13 мая 2024 года

Решение в полном объеме изготовлено 05 июня 2024 года

 

Арбитражный суд города Москвы в составе:

судьи О. В. Козленковой, единолично,

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 

<

***>)

к АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ «АРГУМЕНТЫ И ФАКТЫ» (ОГРН 

<

***>)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на произведения в общем размере 100 000 руб., 

 

У С Т А Н О В И Л:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ «АРГУМЕНТЫ И ФАКТЫ» (далее – ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на произведения в общем размере 100 000 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20 марта 2024 года исковое заявление было назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства по правилам Главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). Суд располагает доказательствами надлежащего извещения сторон в соответствии со ст. 123 АПК РФ.

Сторонам было предложено представить в арбитражный суд и направить друг другу доказательства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений, в пятнадцатидневный срок со дня вынесения определения о принятии искового заявления к рассмотрению в порядке упрощенного производства. Сторонам было предложено представить в арбитражный суд, рассматривающий дело, и направить друг другу дополнительно документы, содержащие объяснения по существу заявленных требований и возражений в обоснование своей позиции, в тридцатидневный срок со дня вынесения определения о принятии искового заявления к рассмотрению в порядке упрощенного производства. Такие документы не должны содержать ссылки на доказательства, которые не были раскрыты в установленный судом срок.

Ответчик против удовлетворения требований возражает по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Дело рассмотрено в порядке упрощенного производства без вызова сторон после истечения сроков, установленных судом для представления доказательств и иных документов в соответствии с частью 3 статьи 228 АПК РФ.

13 мая 2024 года принята резолютивная часть решения (дата публикации – 18 мая 2024 года), исковые требования удовлетворены частично. С ответчика в пользу истца взыскана компенсация за нарушение исключительных прав на произведения в общем размере 40 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 600 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

В соответствии с частью 2 статьи 229 АПК РФ по заявлению лица, участвующего в деле, или в случае подачи апелляционной жалобы по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение.

Заявление о составлении мотивированного решения арбитражного суда может быть подано в течение пяти дней со дня размещения решения, принятого в порядке упрощенного производства, на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». В этом случае арбитражным судом решение принимается по правилам, установленным главой 20 настоящего Кодекса, если иное не вытекает из особенностей, установленных настоящей главой.

Мотивированное решение арбитражного суда изготавливается в течение пяти дней со дня поступления от лица, участвующего в деле, соответствующего заявления или со дня подачи апелляционной жалобы.

21 мая 2024 года в суд через систему «Мой Арбитр» от ответчика поступило заявление о составлении мотивированного решения арбитражного суда.

Изучив материалы дела, оценив в совокупности представленные доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 01 августа 2021 года между ФИО2 (учредителем управления) и истцом (доверительным управляющим) был заключен договор доверительного управления № П01-08/21.

В соответствии с пунктами 1.1., 1.1.2., 1.1.5. договора учредитель управления передал, а доверительный управляющий принял в управление исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности (приложения к договору), принадлежащие учредителю, и обязался осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления от своего имени, в том числе выявлять нарушения исключительных прав на произведения; предъявлять иски в суде, связанные с защитой прав и законных интересов учредителя управления, вести данные судебные дела до окончания производства по ним.

В приложениях от 01 августа 2021 года №№ 232, 516 к договору сторонами определены произведения, переданные в доверительное управление, фотоизображение с описанием «Центр инноваций в городе Старый Оскол», фотоизображение с описанием «Тупики за станцией Парк Культуры».

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения.

Согласно пункту 3 статьи 1259 ГК РФ, авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

Для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей (пункт 4 статьи 1259 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

Согласно разъяснению, данному в пункте 109 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 10), при рассмотрении судом дела о защите авторских прав надлежит исходить из того, что, пока не доказано иное, автором произведения считается лицо, указанное в качестве такового на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 ГК РФ (статья 1257 ГК РФ), в Реестре программ для ЭВМ или в Реестре баз данных (пункт 6 статьи 1262 ГК РФ).

Необходимость исследования иных доказательств может возникнуть в случае, если авторство лица на произведение оспаривается путем представления соответствующих доказательств. При этом отсутствует исчерпывающий перечень доказательств авторства. Например, об авторстве конкретного лица на фотографию может свидетельствовать в числе прочего представление этим лицом необработанной фотографии. Правообладателем, получившим исключительное право на основании договора об отчуждении исключительного права, считается лицо, указанное в представленном в суд договоре. Необходимость исследования обстоятельств возникновения авторского права и перехода этого права к правопредшественнику истца отсутствует, если право истца не оспаривается при представлении ответчиком соответствующих доказательств (пункт 110 постановления № 10).

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 49 постановления № 10, право доверительного управляющего на защиту исключительного права следует из права на защиту, принадлежащего учредителю доверительного управления. Соответственно, если учредитель управления является правообладателем и в доверительное управление передается право использования результата интеллектуальной деятельности определенным способом (или всеми способами), то доверительный управляющий вправе как осуществлять переданные ему в управление права, так и защищать их такими же способами, какими обладает правообладатель.

Как установлено судом, автором фотографического произведения является ФИО2 (творческий псевдоним Russos: Руссос).

Впервые фотографии были опубликованы её автором в своём личном блоге в сети «Интернет»: «Тупики за станцией Парк Культуры» - 28.08.2010; «Центр инноваций в городе Старый Оскол» - 07.09.2018.

В обоснование исковых требований истец указал, что ответчик допустил на своём сайте нарушение исключительных прав, разместив фото  «Тупики за станцией Парк Культуры» по адресу https://nsk.aif.ru/avto/avto/547656, фото «Центр инноваций в городе Старый Оскол» по адресу https://oren.aif.nVsociety/event/metalloinvest_i_megafon_prezentovali_umnye_servisy. Ни истец, ни автор фотографий своего разрешения на использование произведения ответчику не давали, следовательно, действия ответчика по размещению спорных фотографий на своем сайте являются незаконными.

В подтверждение факта использования фото ответчиком истцом представлены в материалы дела распечатки Интернет-страниц и видеофиксация нарушения.

Из разъяснений пункта 55 постановления № 10 следует, что при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет». Допустимыми доказательствами являются в том числе сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения. Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (статья 67 ГПК РФ, статья 71 АПК РФ).

Согласно перечню наименований зарегистрированных СМИ, ответчик является учредителем сетевого издания aif.ru.

Кроме того, его реквизиты содержатся на спорных сайтах по адресам https://nsk.aif.ru/ и https://oren.aif.ru4, а именно указаны его наименование, название сетевого издания и номер свидетельства СМИ: ЭЛ № ФС 77-78200.

Ответчик заявил, что несмотря на то, что он является администратором сайта www.aif.ru, он является ненадлежащим ответчиком.

В обоснование данного довода ответчик сослался на то, что сайты www.nsk.aif.ru и www.oren.aif.ru являются доменами третьего уровня Сетевого издания «aif.ru», администрируемыми на момент размещения спорного фото ООО «Инфотренд» и ООО «АиФ в Оренбурге».

Однако наличие договоров с ООО «Инфотренд» и ООО «АиФ в Оренбурге», выполняющих вышеуказанные функции, не может являться основанием для освобождения ответчика от ответственности за нарушение прав на произведения, так как, являясь администратором сайта с доменным именем aif.ru, ответчик несет ответственность за нарушение исключительных прав.

Согласно правилам регистрации доменных имен в доменах RU и РФ (далее – Правила регистрации доменов) администратором доменного имени является лицо, на имя которого зарегистрировано предназначенное для сетевой адресации символьное обозначение (доменное имя).

Согласно Правилам регистрации доменов, администратор домена как лицо, заключившее договор о регистрации доменного имени, осуществляет администрирование домена, то есть определяет порядок пользования доменом.

Право администрирования существует в силу договора о регистрации доменного имени и действует с момента регистрации доменного имени в течение срока действия регистрации.

Администрирование обычно включает в себя: обеспечение функционирования сервера, на котором располагается сайт; поддержание сайта в работоспособном состоянии и обеспечение его доступности; осуществление инсталляции программного обеспечения, необходимого для функционирования сайта, регистрацию сотрудников, обслуживающих сайт, и предоставление права на изменение информации на сайте; обеспечение размещения информации на сайте; осуществление постоянного мониторинга за состоянием системы безопасности сервисов, внесение изменений в структуру и дизайн сайта и т.п. Администратор домена - физическое лицо, или индивидуальный предприниматель, или юридическое лицо, на которого зарегистрировано доменное имя. Следовательно, исходя из изложенных норм права, ответственность за содержание информации на сайте несет именно администратор домена, так как использование ресурсов сайта без его контроля невозможно, поскольку именно администратор доменного имени определяет порядок использования домена, несет ответственность за выбор доменного имени, возможные нарушения прав третьих лиц, связанные с выбором и использованием доменного имени, а также несет риск убытков, связанных с такими нарушениями.

Сайты www.nsk.aif.ru и www.oren.aif.ru расположены на доменах третьего уровня aif.ru, то есть ответчик является администратором и указанных доменов третьего уровня, так как, согласно устоявшейся судебной практике, администратор домена второго уровня (в нашем случае администратор домена aif.ru) самостоятельно определяет принципы администрирования делегированной ему зоны, поэтому порядок использования доменов третьего уровня (в данном случае – nsk.aif.ru и oren.aif.ru) определяется правилами, установленными администратором домена второго уровня, так как фактическое использование ресурсов доменов третьего уровня невозможно без участия в той или иной форме администратора домена второго уровня, создавшим соответствующие технические условия для посетителей своего Интернет-ресурса.

Именно администратор домена второго уровня самостоятельно осуществляет регистрацию доменных имен третьего уровня, так как на техническом уровне имеет возможность включения работы доменов третьего уровня в административной панели поддомена второго уровня.

Таким образом, возможность создавать поддомены (домены третьего уровня, четвертого и т.д.) существует только через административную панель домена второго уровня, то есть непосредственно ответчиком, как администратором доменного имени второго уровня.

Данные выводы также изложены в судебных актах по следующим делам №№ А40-209364/21, А40-129900/20, А41-617/21.

Ответчик ссылается на договоры № 630-ред-12 от 01 января 2012 года (с ООО «Инфотренд») и № 1046-ред-15 от 30 декабря 2014 года (с ООО «АиФ в Оренбурге»), однако данные договоры не содержат положений, согласно которым, администрирование домена третьего уровня осуществляют указанные лица. Более того, исходя из положений вышеуказанных договоров, ответчик (учредитель) полностью контролирует деятельность как ООО «Инфотренд») (редакции), так и ООО «АиФ в Оренбурге» (редакции), редакции не публикуют информацию, не согласованную с учредителем.

В связи с чем ответчик не может быть признан информационным посредником, ввиду проверки ответчиком публикуемых на его сайте материалов.

Как отмечено в протоколе № 10 заседания рабочей группы научно-консультативного совета при Суде по интеллектуальным правам от 22.04.2015, в случае наличия модерации имеется возможность предварительной проверки размещаемой информации либо должна проводиться проверка (с учетом экономической целесообразности и технической возможности таковой), а, следовательно, соответствующий субъект не может быть отнесен к информационному посреднику. Невозможность со стороны администратора сайта отслеживания фактов нарушения исключительных прав и отказа пользователям в публикации соответствующего изображения подлежит доказыванию администратором сайта (ответчиком по настоящему делу).

Доказательств невозможности такой проверки, блокирования материалов, в результате публикации, которых нарушаются исключительные права, ответчиком в материалы дела не представлено. При этом затруднительность осуществления соответствующей проверки, затратность проведения этой процедуры не может являться обстоятельством, исключающим необходимость соблюдения исключительных прав других лиц.

В соответствии с пунктом 78 постановления № 10, если владелец сайта вносит изменения в размещаемый третьими лицами на сайте материал, содержащий результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, разрешение вопроса об отнесении его к информационным посредникам зависит от того, насколько активную роль он выполнял в формировании размещаемого материала и (или) получал ли он доходы непосредственно от неправомерного размещения материала. Согласно Правилам, размещенным на сайте ответчика, ответчиком указано, что информация публикуется после проверки модератора сайта.

При наличии модерации имеется возможность предварительной проверки размещаемой информации, в связи с чем ответчик как администратор сайта не может быть в данном случае отнесен к числу информационных посредников, поскольку ответчик осведомлен о том материале, который он размещает.

Кроме того, ответчик не представил доказательств направления предложения лицу, якобы разместившему фотоизображение, о добровольном удалении фотоизображения, что говорит о том, что ответчик не принял своевременных и достаточных мер для прекращения нарушения, хотя был обязан это сделать, и имел такую возможность.

В связи с непринятием мер по ограничению доступа к фото по требованию правообладателя, ответчик несет ответственность за нарушение исключительных прав на общих основаниях, поскольку не содействовал прекращению нарушения и не выполнил требования, изложенные в пп. 2 п. 3 ст. 1253.1 ГК РФ.

Ответчик заявил о применении исковой давности.

В обоснование данного заявления ответчик сослался на то, что фото «Тупики за станцией Парк Культуры» по адресу https://nsk.aif.ru/avto/avto/547656 было размещено 06.04.2012, фото «Центр инноваций в городе Старый Оскол» по адресу https://oren.aif.ru/society/event/metalloinvest_i_megafon_prezentovali_umnye_servisy было размещено 17.09.2018. Следовательно, если факт нарушения и имел место, то это было в 2012 и 2018 гг., тогда как исковое заявление подано в суд только 04.03.2024, то есть далеко за пределами срока исковой давности.

В силу статей 195, 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, исходя из положений статьи 196 и статьи 200 ГК РФ, течение трехгодичного срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как установлено судом, истец узнал о нарушениях свои прав в момент фиксации правонарушения: 06.02.2024 зафиксирован факт размещения фото «Центр инноваций в городе Старый Оскол» по адресу https://oren.aif.ru/society/event/metalloinvest_i_megafon_prezentovali_umnye_servisy; 07.02.2024 зафиксирован факт размещения фото «Тупики за станцией Парк Культуры» по адресу https://nsk.aif.ru/avto/avto/547656.

Указывая на пропуск срока исковой давности, ответчик не представляет доказательств того, что истцу или автору фотографий было известно о нарушении в момент публикации ответчиком фотографий (06.04.2012 и 17.09.2018) и до фиксации нарушения, а также не учитывает то обстоятельство, что у авторов фото отсутствует обязанность отслеживать нарушение исключительных прав на созданные ими произведения в то время, как у иных лиц (в том числе у ответчика) имеется обязанность по получению согласия правообладателей на использование их произведений.

Аналогичная правовая отражена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 31.03.2021 по делу № А40-12394/2020, в котором суд указал на то, что незаконное использование произведения путем доведения до всеобщего сведения в сети Интернет является длящимся нарушением и согласился с позицией судов нижестоящих инстанций об отсутствии основания для применения положений о пропуске срока исковой давности, несмотря на факт публикации фотографии на сайте в 2016 и подачу искового заявления в 2020, так как фиксация нарушения была осуществлена в 2019; в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 03.06.2022 по делу № А56-102684/21, в котором суд изложил аналогичную позицию, а также указал на то, что непредоставления ответчиком доказательств, подтверждающих, что истец узнал о нарушении именно в момент публикации произведений является основанием для вывода о необоснованности данного довода.

Таким образом, в данном случае исковая давность истцом не пропущена, оснований для применения положений ГК РФ об истечении срока исковой давности не имеется, поскольку она подлежит исчислению с момента фиксации, пока не доказано иное.

Ответчик утверждает, что спорные фотографии были использованы в соответствии с требованиями ст. 1274 ГК РФ.

По смыслу статьи 1274 ГК РФ любое свободное использование произведений возможно только в отношении правомерно опубликованных произведений, что влечет за собой обязанность лица, свободно использующего произведение, указать на тот источник, где произведение опубликовано правомерно, а также имя автора.

Согласно словарю В. И. Даля, термин «цитата» в изначальном толковании подразумевает ссылку на высказывание: Цитат [м., цитата ж., поль. cytata, нем. Zitat, лат. citatum], ссылка на кого-либо, приведенье слов его, и самые слова эти. То есть, изложение части информации из какого-либо источника, необходимой для более полного раскрытия смысла повествования. Размер цитируемой части определяется необходимостью повествования в дополнительной информации.

Вместе с тем, следует отличать цитирование от иллюстрирования:

- иллюстрирование - это дополнительный материал, усиливающий (улучшающий) восприятие читателя, украшающий публикацию, зачастую используемый в качестве элемента оформления, однако его отсутствие не сказывается в целом на информационной составляющей произведения (такой материал может быть свободно изъят без потери в содержании иллюстрируемой публикации, произведения);

- цитата же является неотъемлемой частью произведения (не может быть изъята без потери в его содержании). Цитирование осуществляется с целью подтверждения каких-либо утверждений автора или, напротив, опровержения каких-либо положений, содержащихся в других материалах.

При этом использованные ответчиком фотографические произведения не отражают сведения, увиденные и услышанные в ходе событий, о которых сообщается в его публикациях, и публикации не теряют своего смысла в отсутствие спорных фотоизображений, т.е. фото использованы в качестве иллюстрации, а не цитаты.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в Определении от 25 апреля 2017 года № 305-ЭС16-18302, любые произведения науки, литературы и искусства, охраняемые авторскими правами, в том числе фотографические произведения, могут быть свободно использованы без согласия автора и выплаты вознаграждения при наличии четырех условий:

- использование произведения в информационных, научных, учебных или культурных целях;

- с обязательным указанием автора;

- с обязательным указанием источника заимствования,

- и в объеме, оправданном целью цитирования.

При этом цитирование допускается, если произведение, в том числе фотография, на законных основаниях стало общественно доступным.

Такое свободное использование допускается при одновременном соблюдении лицом, использующим результаты интеллектуальной деятельности, всех четырех выше обозначенных условий.

В рассматриваемом случае при размещении статей на сайтах www.nsk.aif.ru и www.oren.aif.ru ответчиком не указаны ни автор фотографического произведения, ни надлежащий источник заимствования.

Так, в отношении спорной фотографии «Тупики за станцией Парк Культуры» сохранение надписи «metro.ru art.lebedev.studio Photo by Russos» не является указанием автора, так как надлежащим указанием на автора было бы указание в следующем формате: Автор – ФИО2

Вместе с тем указание в качестве источника заимствования «Russian Look» является ненадлежащим источником заимствования, так как пользователю сети «Интернет» очевидно не будет понятно что это за источник такой «Russian Look», потому что существо ссылки непонятно. Не представляется возможным установить является ли это ссылкой на сайт, журнал или ещё какой-либо ресурс. Ст. 10 bis Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений от 9 сентября 1886 г. (измененная 28 сентября 1979 года) указывает, что при цитировании всегда должен быть ясно указан источник.

В отношении спорной фотографии «Центр инноваций в городе Старый Оскол» указание на автора отсутствует, а источник заимствования является ненадлежащим.

Более того материалами дела не доказано правомочное получение спорной фотографии, поэтому утверждать о том, что спорная фотография использована правомерно в соответствии с ст. 1274 ГК РФ нельзя.

Таким образом, в отношении спорных фотографий требования ст. 1274 ГК РФ не соблюдены, спорные фотографии использованы неправомерно.

Установление автора и указание его при использовании фотографического произведения является обязательным условием, согласно положениям статьи 1274 ГК РФ.

Законодатель по смыслу статьи 1229 ГК РФ возлагает обязанности по установлению автора или правообладателя на лиц, которые изъявили желание использовать фотографическое произведение. При этом статья 1274 ГК РФ не освобождает от этой обязанности.

Законодатель не освобождает лиц, не установивших автора и правообладателя и использовавших без их согласия фотографическое произведение, от ответственности за нарушение авторских прав.

Норма статьи 1274 ГК РФ не ставит правомерность использования произведения в зависимости от возможности или невозможности установления авторства, а императивно устанавливает возможность свободного использования произведения (в том числе в информационных целях) исключительно с обязательным указанием автора произведения.

Ответственность за нарушение исключительных прав наступает независимо от цели использования в силу статьи 1229 ГК РФ и 1270 ГК РФ.

По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Из этой презумпции вытекает, что бремя доказывания неразумности, недобросовестности, несправедливости поведения возлагается на того, кто с таким поведением связывает правовые последствия. Злоупотребление правом по смыслу этой же статьи не предполагается, а подлежит доказыванию в каждом конкретном случае.

Злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

При этом количество инициированных истцом судебных процессов не может являться достаточным основанием для вывода о злоупотреблении, так как нарушение исключительных прав на фотографические произведения и несогласие на досудебное урегулирование споров вызвано действиями иных лиц (в т.ч. ответчика), которые неправомерно используют результаты интеллектуальной деятельности в своей деятельности.

Право правообладателя (или доверительного управляющего) требовать выплаты компенсации за нарушение исключительного права установлено законодательством РФ. Следовательно, также не может являться достаточным основанием для вывода о злоупотреблении.

Само по себе обращение с исковым заявлением с таким способом защиты не может являться злоупотреблением правами, а обращение правообладателя (доверительного управляющего) с иском о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации является правомерным способом защиты, предусмотренным статьями 1301 и 1515 ГК РФ.

Ответчик, заявляя о злоупотреблении, не представил суду достаточных оснований для установление данного факта.

В соответствии с пунктом 59 постановления № 10 в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Истец просит суд взыскать с ответчика компенсацию в общем размере 100 000 руб. на основании подпункта 1 статьи 1301 ГК РФ (по 50 000 руб. за каждую фотографию).

В соответствии с подпунктом 1 статьи 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда.

В соответствии с пунктом 61 постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Подробное обоснование заявленной суммы компенсации истцом приложено к исковому заявлению (приложение № 1 к иску).

Размер компенсации истцом рассчитан в том числе с учетом неоднократности нарушения, длительного срока использования фотографий, грубого характера нарушения, который выразился в том, что ответчик использовал фотографии несколькими способами (воспроизведение, доведение до всеобщего сведения), что квалифицирует нарушение как более тяжкое по сравнению с использованием фотографий одним способом; а также профессионализма и известности автора и его работ.

В связи с чем истец оценивает компенсацию, подлежащую взысканию в 100 000 руб.

В соответствии с пунктом 62 постановления № 10 размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных ГК РФ, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

Согласно абзацу 2 пункта 59 постановления № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

В обоснование расчета компенсации истец, в том числе, ссылается на то, что нарушение допущено ответчиком двумя способами: путем воспроизведения (п. 1 пп. 2 ст. 1270 ГК РФ), доведения до всеобщего сведения (пп. 11 п. 2 ст. 1270 ГК РФ), что, по мнению истца, является основанием полагать, что размер компенсации является обоснованным и соразмерным.

Вместе с тем, неправомерное воспроизведение произведения является неотъемлемым элементом последующего неправомерного доведения этого произведения до всеобщего сведения, такие действия направлены на единую экономическую цель и образуют одно нарушение.

Согласно правовому подходу, изложенному в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 04.06.2021 по делу № А32-22933/2020, пункты 65, 56 постановления № 10 фактически указывают на общую позицию - использование ответчиком одного и того же результата интеллектуальной деятельности (одного фотографического произведения) разными способами, в частности использование по разным адресам одного веб-сайта в сети «Интернет» с единой целью, образует единую совокупность действий, один состав правонарушения, за которое истец вправе требовать выплаты компенсации как за одно нарушение.

В данном случае размещение фотографии на сервере в цифровой форме и обеспечение доступа к просмотру (доведение до всеобщего сведения) посетителям соответствующего сайта спорного объекта образуют одно нарушение.

Действительно, согласно пункту 89 постановления № 10, запись экземпляра произведения на электронный носитель с последующим предоставлением доступа к этому произведению любому лицу из любого места в любое время (например, доступ в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в сети Интернет) представляет собой осуществление двух правомочий, входящих в состав исключительного права, - правомочия на воспроизведение (подпункт 1 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ) и правомочия на доведение до всеобщего сведения (подпункт 11 пункта 2 статьи 1270 названного Кодекса).

Вместе с тем, по общему правилу, без предшествующего воспроизведения соответствующий объект невозможно довести до всеобщего сведения. Поэтому подобные действия охватываются разъяснением, данным в пункте 56 постановления № 10, и могут быть признаны одним нарушением, когда воспроизведение произведения объективно осуществляется для последующего доведения его до всеобщего сведения.

Взыскание с ответчика компенсаций за отдельные действия - воспроизведение и доведение до всеобщего сведения фотографии, образующие в данном конкретном спорном случае в совокупности одно правонарушение, противоречит характеру спорных правоотношений и вышеприведенной правовой позиции высшей судебной инстанции.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Рекомендаций Научно-консультативного совета при Суде по интеллектуальным правам по вопросам, возникающим при установлении одной экономической цели и единства намерений правонарушителя (пункты 56 и 65 постановления № 10), утвержденных 15.02.2023 Постановлением президиума Суда по интеллектуальным правам от 15.02.2023 № СП-22/4, если неправомерное воспроизведение произведения является неотъемлемым элементом последующего неправомерного доведения этого произведения до всеобщего сведения, такие действия направлены на одну экономическую цель и образуют одно нарушение.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что такие действия образуют единую совокупность действий.

Учитывая изложенное, в данном случае ответчиком допущено два нарушения исключительного права на фотографические произведения «Центр инноваций в городе Старый Оскол», «Тупики за станцией Парк Культуры», заключающиеся в незаконном использовании исключительного права на фотографические произведения, и направленные на достижение одной экономической цели.

Указанный правовой подход соответствует сложившейся правоприменительной практике (постановление Суда по интеллектуальным правам от 11.09.2023 по делу № А66-16813/2022, постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2023 по делу № А56-45502/2023 и др.).

Ответчик заявил о чрезмерности заявленной компенсации, сослался на наличие в фотобанке предложений по приобретению прав того же автора, стоимостью до 1 200 руб.

При определении размера компенсации следует учитывать позицию Суда по интеллектуальным правам, изложенную в пункте 3 Справки, утвержденной постановлением Президиума СИП от 05.04.2017 № СП-23/10, о том, что даже при расчете размера компенсации исходя из стоимости права, неверно использовать сведения о стоимости права в отношении иных фотографий данного автора или фотографий иных авторов, поскольку право использования различных объектов авторского права может иметь значительно отличающуюся стоимостную оценку.

Право выбора способа расчета компенсации из указанных в статье 1301 ГК РФ принадлежит правообладателю.

В материалах дела отсутствует достоверная информация о стоимости правомерного использования спорного фотоизображения в указанной ответчиком сумме; отсутствуют ссылки на фотобанк, где возможно легально купить права использования именно на спорное фотографическое произведение по такой цене.

При этом применяемая истцом методика расчета не имеет юридического значения, поскольку размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Кроме того, суд считает, что неправомерное использование произведения не может быть приравнено по цене к правомерному, поскольку это делает невыгодным соблюдение исключительного права правообладателя. Недобросовестное лицо в таком случае предпочтет уклониться от соблюдения исключительных прав в надежде на то, что факт нарушения прав не будет установлен, так как даже в случае, если он будет установлен, ответственность не превысит стоимости правомерного пользования.

Взыскание с нарушителя исключительного права компенсации в размере значительно ниже затрат на защиту исключительного права, которые вынужден нести правообладатель, ограничивает возможность защиты интеллектуальной собственности, и не только не обеспечит восстановления имущественной сферы истца, но и не будет способствовать достижению публично-правовой цели - стимулированию участников гражданского оборота к добросовестному, законопослушному поведению, исключающему получение необоснованных преимуществ в предпринимательской деятельности с помощью неправомерных методов и средств. Рассчитанная и предложенная ответчиком сумма компенсации не покрывает затраты правообладателя на защиту своего исключительного права, не соответствует требованиям справедливости, равенства и соблюдения баланса прав и законных интересов сторон.

В силу части 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В рассматриваемом случае суд, с учетом того, что использование объекта интеллектуальной собственности истца не являлось существенной частью предпринимательской деятельности ответчика, считает возможным уменьшить размер компенсации до общей суммы 40 000 руб. (по 20 000 руб. за каждую из двух фотографий).

Суд считает, что указанная сумма компенсации является соразмерной допущенному правонарушению, разумной, компенсация не должна носить карательный характер без учета всех обстоятельств.

На основании изложенного, суд считает требования истца подлежащими частичному удовлетворению на сумму 40 000 руб.

Расходы истца по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ возлагаются на ответчика пропорционально удовлетворенным требованиям. Как видно из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 28.10.2021 № 46-П, правило о пропорциональном распределении расходов не подлежит применению при снижении судом компенсации, изначально заявленной правообладателем в минимальном размере. В настоящем случае компенсация заявлена истцом не в минимальном размере, в связи с чем ее снижение влечет применение статьи 110 АПК РФ.

Решение подлежит немедленному исполнению.

Руководствуясь ст. ст. 110, 123, 167 - 171, 176, 177, 229 АПК РФ, 

 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «АРГУМЕНТЫ И ФАКТЫ» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 компенсацию за нарушение исключительных прав на произведения в общем размере 40 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 600 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия.

 

Судья                                                                                                О. В. Козленкова