СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск Дело № А03-13248/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 29 мая 2023 года  Постановление в полном объеме изготовлено 01 июня 2023 года  

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Чикашовой О.Н., судей Аюшева Д.Н.,  ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2, рассмотрев в  судебном заседании апелляционную жалобу ( № 07АП-3419/2023) общества с  ограниченной ответственностью «Гелиос-Агрозащита» на решение от 13.03.2023  Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-13248/2022 (судья Янушкевич С.В.)  по иску общества с ограниченной ответственностью «Шарыповский агропромышленный  комплекс» (662330, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с  ограниченной ответственностью «Гелиос-Агрозащита» (656006, 

<

...> влд. 99, офис 26, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных  требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью  «Аском» (660015, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), о  взыскании денежных средств,  

при участии в судебном заседании:  

от истца – ФИО3 (конкурсный управляющий, паспорт, определение Арбитражное  суда Красноярского края от 05.08.2021 по делу № А33-233-18/2019), ФИО4  (паспорт, доверенность от 09.01.2023) (участие путем присоединения к веб-конференции),  

от ответчика – ФИО5 (паспорт, доверенность от 21.11.2022), ФИО6  (удостоверение адвоката доверенность от 22.08.2022),  

от третьего лица – без участия (извещено) 

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «Шарыповский АПК» в лице конкурсного  управляющего ФИО3 (далее – ООО «Шарыповский АПК», истец) обратилось в  Арбитражный суд Алтайского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной  ответственностью «Гелио-Агрозащита» (далее – ООО «Гелио-Агрозащита», ответчик) о  взыскании 17 049 510 руб., перечисленных ответчику без какого-либо встречного  предоставления, 2 539 948 руб. 80 коп. процентов за пользование чужими денежными  средствами за период с 01.09.2020 по 15.08.2022, 120 947 руб. расходов по уплате  государственной пошлины.  

Решением от 13.03.2023 Арбитражного суда Алтайского края исковые требования  удовлетворены в части взыскания 17 049 510 руб. неосновательного обогащения, 108 247  руб. 55 коп. расходов по уплате государственной пошлины. В остальной части в  удовлетворении исковых требований отказано.  

Не согласившись с данным решением, ответчик обратился в Седьмой арбитражный  апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое решение  отменить, принять по делу новый судебный акт, отказав в удовлетворении исковых  требований.  

Доводы апелляционной жалобы сводятся к тому, что спорная трехсторонняя сделка  о зачете не является мнимой; суд необоснованно установил преюдициальность  настоящего дела с делами №№ А33-233/2019, А03-16278/2021; судом неверно применены  нормы об исковой давности.  

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного  разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени  слушания дела на интернет-сайте суда, явку своих представителей в судебное заседание  апелляционной инстанции не обеспечили. В порядке частей 1, 3 статьи 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) суд считает  возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие представителей третьего  лица.  

В судебном заседании представители ответчика поддержал доводы апелляционной  жалобы, представители истца возражали против ее удовлетворения.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав  представителей сторон, проверив в порядке статьи 268 АПК РФ законность и  обоснованность решения суда первой инстанции, апелляционный суд не нашел оснований  для его отмены или изменения.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, решением  Арбитражного суда Красноярского края от 21 мая 2020 года по делу № А33-233/2019  ООО «Шарыповский АПК» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное  производство. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7. Определением суда от 05.08.2021 конкурсным управляющим ООО  «Шарыповский АПК» утвержден ФИО3.  

31.01.2018 между ООО «Шарыповский АПК» (покупатель) и ООО «Гелиос- Агрозащита» (поставщик) был заключен договор поставки агрохимикатов № 4 (далее –  договор поставки), в соответствии с которым поставщик обязуется поставить и передать в  собственность агрохимикаты, а покупатель принять и своевременно оплатить продукцию  на условиях, которые указаны в приложении к данному договору, которое является  неотъемлемой частью данного договора (пункт 1.1 договора поставки).  

Договор вступает в силу со дня его подписания и будет действовать до 31.01.2019  (пункт 7.1 договора).  

Покупатель считается выполнившим свои обязательства по оплате, с момента  зачисления перечисленных покупателем денежных средств на расчетный счет поставщика  либо с момента составления иного документа подтверждающего оплату продукции (пункт  2.5 договора поставки).  

Передача продукции по договору осуществляется путем самовывоза продукции  покупателем со склада поставщика за исключением случаев, предусмотренных пунктом  3.2 договора (пункт 3.1 договора поставки).  

Право собственности на поставляемую продукцию от поставщика к покупателю  переходит с момента передачи продукции покупателю либо сдачи её первому  грузоперевозчику. С указанного момента поставщик считается выполнившим свои  обязательства по поставке (пункт 3.7 договора поставки).  

По указанному договору ООО «Шарыповский АПК» произвело оплату ООО  «Гелиос-Агрозащита»:  

- п/п № 91 от 02.02.2018 на сумму 15 000 000 руб.; - п/п № 100 от 06.02.2018 на сумму 5 000 000 руб.; - п/п № 101 от 06.02.2018 на сумму 4 700 000 руб., всего 24 700 000 руб. 

Свои обязательства по поставке агрохимикатов по договору № 4 от 31.01.2018  ООО «Гелиос-Агрозащита» не исполнило.  

Конкурсным управляющим установлено, что между ООО «Гелиос-Агрозащита»,  ООО «Аском» и ООО «Шарыповский АПК» заключено соглашения о взаимозачете от  12.02.2018 (далее – соглашение о взаимозачете), в соответствии с которым стороны  договорились о зачете встречных требований на сумму 17 049 510 руб., а именно:  

- ООО «Гелиос-Агрозащита» погашает задолженность перед ООО «Шарыповский  АПК» за полученную предоплату по договору № 4 от 31.01.2018 по п/п № 91 от  02.02.2018 г. на сумму 15 000 000 рублей и п/п № 101 от 06.02.2018 на сумму 2 049 510  рублей;  

- ООО «Аском» погашает задолженность перед ООО «Гелиос-Агрозащита» за  полученную предоплату за пшеницу по договору № 202 от 02.02.2018 по п/п № 27 от  05.02.2018 на сумму 15 000 000 рублей и п/п № 29 от 07.02.2018 на сумму 2 049 510 руб.;  

- ООО «Шарыповский АПК» погашает задолженность перед ООО «Аском»  возникшую по договору № 59 от 05.05.2014 на сумму 17 049 510 руб.  

Таким образом, ООО «Шарыповский АПК» перевело на счет ООО «Гелиос  Агрозащита» по договору поставки денежные средства в размере 24 700 000 руб., а ООО  «Гелиос-Агрозащита» в соответствии с соглашением о взаимозачетах вернуло 17 049 510  руб.  

В рамках дела № А03-16278/2021 ООО «Шарыповский АПК» в лице конкурсного  управляющего ФИО3 обратилось в Арбитражный суд  Алтайского края с исковым заявлением к ООО «Гелиос-Агрозащита» о взыскании 8 103  144 руб. 01 коп., из них 7 650 490 руб. неосновательного обогащения и 452 654 руб. 01  коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.09.2020 по  02.11.2021.  

Решением от 31.03.2022 Арбитражного суда Алтайского края, оставленным без  изменения всеми вышестоящим судебными инстанциями, в том числе Верховным Судом  Российской Федерации, исковые требования удовлетворены в полном объеме.  

При этом в деле № А03-16278/2021 суд пришел к выводу о мнимости совершенных  сделок о взаимозачетах.  

15.05.2022 истцом в адрес ответчика была направлена претензия, в которой было  предложено в связи с не поставкой продукции вернуть на счет ООО «Шарыповский АПК»  17 049 510,00 руб. неосновательного обогащения и проценты за пользование чужими  денежными средствами в размере 2 539 948, 80 руб.  

Ответчиком денежные средства не возвращены, что послужило основанием для  обращения с исковым заявлением в арбитражный суд.  

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из  подтвержденного факта возникновения у ответчика неосновательного обогащения на  спорную сумму. При этом, отказывая в удовлетворении требований в части взыскания  процентов, суд указал, что претензия о возврате спорной суммы была отправлена после  установленного истцом процентного периода, требование конкурсного управляющего  является моментом востребования возврата неотработанного аванса по договору.  

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции,  отклоняя доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из следующего.  

Из пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК  РФ) следует, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или  сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого  лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или  сбереженное имущество (неосновательное обогащение).  

Согласно пункту 2 статьи 1102 ГК РФ правила о неосновательном обогащении  применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом  поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло  помимо их воли, то есть указанная норма права устанавливает обязанность возвратить  неосновательно приобретенное имущество независимо от вины потерпевшего,  приобретателя, либо третьих лиц.  

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того,  явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя  имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.  

Для установления факта неосновательного приобретения имущества необходимо в  совокупности установить обстоятельства приобретения или сбережения имущества за  счет другого лица, приобретение или сбережение имущества без установленных законом,  иными правовыми актами или сделкой оснований.  

При этом наличие указанных обстоятельств в совокупности, а также размер  неосновательного обогащения должно доказать лицо, обратившееся в суд с  соответствующими исковыми требованиями (статьи 65 АПК РФ).  

Следовательно, распределение бремени доказывания в споре о возврате  неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями  оснований заявленного истцом требования.  

Исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия  правоотношений между сторонами, суду на основании статьи 65 АПК РФ необходимо  делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие какого-либо  правового основания) на ответчика.  

Возражая против заявленных исковых требований, ответчик указал на отсутствие  спорной задолженности, поскольку между ООО «Гелиос-Агрозащита», ООО «Аском» и  ООО «Шарыповский АПК» заключено соглашения о взаимозачете от 12.02.2018, в  соответствии с которым стороны договорились о зачете встречных требований на сумму  17 049 510 руб.  

Вместе с тем, судом при оценке доводов сторон и выяснении фактических  обстоятельств наличия либо отсутствия задолженности учтено, что выводы о мнимости  совершенных сделок о взаимозачетах с ответчиком были сделаны в деле № А0316278/2021, а также в рамках дела о банкротстве ООО «Шарыповский АПК» ( №№ А33233-10/2019, А33-233-11/2019, А33-233-15/2019).  

Вопреки доводам апелляционной жалобы относительно неправомерности  признания в настоящем деле соглашения о взаимозачетах мнимым, суд апелляционной  инстанции, учитывая сложившиеся между сторонами правоотношения, в том числе на  предмет их соответствия действительности и нормам законодательства, указывает  следующее.  

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть, сделка, совершенная  лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия,  ничтожна.  

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 86 Постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации», стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное  исполнение.  

Таким образом, при рассмотрении вопроса о мнимости договора суд не должен  ограничиваться проверкой того, соответствуют ли представленные документы  формальным требованиям, которые установлены законом. При проверке  действительности сделки суду необходимо установить наличие или отсутствие  фактических отношений по сделке.  

Исходя из правовой позиции, приведенной в Определении Верховного Суда  Российской Федерации от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, характерной особенностью  мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы,  

не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель  в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не  совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в  интересах обеих ее сторон.  

В то же время для признания сделки мнимой необходимо установить, что сторона  сделки действовала недобросовестно, в обход закона и не имела намерения совершить  сделку в действительности (пункт 6 Обзора судебной практики Верховного Суда  Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 07.04.2021).  

При этом пункт 1 статьи 170 ГК РФ направлен на защиту от недобросовестности  участников гражданского оборота (Определение Конституционного Суда Российской  Федерации от 21.12.2004 № 463-О).  

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав  исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с  противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление  гражданских прав (злоупотребление правом).  

Как отмечено в Определении Верховного Суда Российской Федерации от  07.06.2018 № 305-ЭС16-20992(3) заключение сделки между заинтересованными лицами  не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении.  

С учетом позиции Верховного Суда Российской Федерации сама по себе  аффилированность должника и ответчика не свидетельствует о недействительности  сделок при наличии бесспорных доказательств их совершения и исполнения.  

Оценив все представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и  взаимной связи с учетом требований статьи 71 АПК РФ, учитывая не предоставление  ответчиком ясных и убедительных доказательств реальных фактов поставки по договору   № 04 от 31.01.2018, заключенному между ООО «Гелиос-Агрозащита» и ООО  «Шарыповский АПК» (товарно-транспортные накладные, УПД и т.д.), отсутствие  надлежащих доказательств реального исполнения договора № 148 от 01.12.2016,  заключенного между ООО «Шарыповский АПК» и ООО «Гелиос-Агрозащита»,  положенных в основание зачета от 12.02.2018, а также ввиду того, что ООО «Аском» и  ООО «Шарыповский АПК» являлись взаимосвязанными лицами в силу структурной  организации их деятельности, а также установленных судами в рамках дела о банкротстве  ООО «Шарыповский АПК» ( №№ А33-233-10/2019, А33-233-11/2019, А33-233-15/2019)  обстоятельств транзитного характера перечислений между ООО «Шарыповский АПК» о  ООО «Аском» на основании договора поставки № 59 от 05.05.2014, также заявленного  

ответчиком в качестве основания для подписания соглашения о взаимозачете от  12.02.2018, принимая во внимание, что представленное в материалы дела трехстороннее  соглашение о зачете исковых требований от 12.02.2018 (т.1, л.д. 41) не согласуется с  представленным в материалы дела актом сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2018  по 16.10.2018 (т.1, л. д. 143), в котором не отражена задолженность ООО «Шарыповский  АПК» перед ООО «Гелиос-Агрозащита» в сумме исковых требований по настоящему  делу на момент подписания спорного соглашения о зачете исковых требований от  12.02.2018, суд первой инстанции верно пришел к выводу о том, что заключение  соглашения о зачете взаимных требований в феврале 2018 года, в преддверии процедуры  банкротства ООО «Шарыповский АПК» (заявление направлено в суд в январе 2019 года)  в отсутствие надлежащих доказательств реальных фактов поставки носит мнимый  характер, не направленный на реальное погашение задолженности.  

При этом вопреки суждениям ответчика относительно отсутствия оснований для  признания преюдициальности судебных актов по делам №№ А33-233/2019, А0316278/2021 с настоящим делом, суд апелляционной инстанции указывает, что свойством  преюдиции обладают установленные судом конкретные обстоятельства, содержащиеся в  мотивировочной части судебного акта, вынесенного по другому делу и имеющие  юридическое значение для разрешения спора, возникшего позднее. При этом  установление факта мнимости соглашения о зачетах имеет первостепенное значение при  разрешении настоящего спора.  

Отрицание ответчиком указанного факта с отсылкой на иной субъектный состав не  порождает каких-либо иных выводов.  

Оценка судом доказательств по своему внутреннему убеждению не означает  допустимость ситуации, при которой одни и те же документы получают диаметрально  противоположное толкование судов в разных делах без указания каких-либо причин для  этого. Такая оценка доказательств не может быть признана объективной (определение  Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 305-ЭС15-17704).  

При таких обстоятельствах, учитывая, что зачет взаимных требований,  заключенный между сторонами в феврале 2018 года на сумму 17 049 510 руб., является  мнимым и не порождает правовых последствий в виде погашения задолженности  ответчика перед истцом (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), суд первой инстанции правомерно  пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в части  взыскания неосновательного обогащения в сумме 17 049 510 руб.  

Суждения апеллянта относительно неверного применения норм об исковой  давности судом апелляционной инстанции отклоняются, исходя из следующего.  

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по  заявлению стороны в споре.  

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в  споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.  

По смыслу пункта 10 и 15 Постановления Пленума Верховного суда Российской  Федерации «О некоторых вопросах, связанных с применением норм гражданского кодекса  Российской Федерации об исковой давности» № 43 от 29.09.2015 (далее - Постановление   № 43) сторона, заявившая об истечении срока исковой давности, несет бремя доказывания  обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности. Если будет  установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется  уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то  при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд  вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования  иных обстоятельств дела.  

Из материалов дела следует, что ответчик до принятия судом решения, заявил об  истечении срока исковой давности по требованию о применении последствий  недействительности сделки.  

В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о  признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее  недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному  требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых  была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен  был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки  недействительной.  

Правила статьи 195, пункта 2 статьи 196 и статей 198 - 207 настоящего Кодекса  распространяются также на специальные сроки давности, если законом не установлено  иное (пункт 2 статьи 197 ГК РФ).  

Конституционный суд Российской Федерации в Определении от 28.05.2009 № 600- О-О разъяснил, что положения пункта 2 статьи 181 ГК РФ, устанавливающие срок  исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о  применении последствий ее недействительности, а также определяющие начало течения  срока исковой давности, сформулированы таким образом, что наделяют суд  необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения  срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела.  

Пункт 2 статьи 181 ГК РФ устанавливает годичный срок исковой давности и  правила его исчисления для единого требования о признании оспоримой сделки  недействительной и о применении последствий ее недействительности.  

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со  дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто  является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.  

Начало течения срока исковой давности связано с наступившими правовыми  последствиями, с которыми истец связывает нарушение его прав и законных интересов  ответчиком.  

Пунктом 1 статьи 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ»О  несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что срок исковой давности исчисляется  с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии  оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим законом.  

В пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы  III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при  рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии  оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя  разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность,  установить наличие этих обстоятельств.  

В настоящем деле конкурсный управляющий узнал о мнимости совершенных с  ответчиком в феврале 2018 года сделок о взаимозачетах по результатам рассмотрения  дела № А03-16278/2021. Судебный акт по делу № А03-16278/2021 вступил в законную  силу 30.06.2022. Согласно системе «Мой Арбитр», исковое заявление по настоящему делу  подано 01.09.2022.  

Таким образом, учитывая, что исковое заявление подано в пределах годичного  срока (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об  отсутствии оснований для признания срока исковой давности пропущенным.  

В соответствии с положениями статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного  удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате  подлежат уплате проценты на сумму долга. Проценты за пользование чужими средствами  взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными  правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более  короткий срок.  

Истцом заявлено требование о взыскание процентов за пользование чужими  денежными средствами в сумме 2 539 948 руб. 80 коп. за период с 01.09.2020 по  15.08.2022.  

Однако согласно материалам дела 16.08.2022 истцом в адрес ответчика была  отправлена претензия, что подтверждается квитанцией, поступившей в материалы дела с  исковым заявлением в электронном виде 01.09.2022.  

Таким образом, учитывая, что момент востребования возврата неотработанного  аванса по договору (16.08.2022), суд первой инстанции верно отказал в удовлетворении  исковых требований в части взыскания процентов за пользование чужими денежными  средствами.  

Доводов в указанной части апелляционная жалоба не содержит. Истец возражений  не заявляет.  

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе иные доводы, суд апелляционной  инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были бы  предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и  могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного  судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу, в связи с чем  признаются несостоятельными.  

При изложенных обстоятельствах, принятое арбитражным судом первой инстанции  решение является законным и обоснованным, судом полно и всесторонне исследованы  имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений  норм материального и процессуального права не допущено. Основания для отмены  решения суда первой инстанции, предусмотренные статьей 270 АПК РФ, не установлены.  

По правилам статьи 110 АПК РФ в связи с отказом в удовлетворении  апелляционной жалобы судебные расходы по уплате государственной пошлины по  апелляционной жалобе относятся на заявителя.  

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции  

П О С Т А Н О В И Л:

Решение от 13 марта 2023 года Арбитражного суда Алтайского края по делу   № А03-13248/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с  ограниченной ответственностью «Гелиос-Агрозащита» (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>) - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со  дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через  Арбитражный суд Алтайского края.  

 Председательствующий О.Н. Чикашова 

 Судьи Д.Н. Аюшев 

 ФИО1 

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 29.06.2022 3:48:00Кому выдана Чикашова Ольга НиколаевнаЭлектронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 06.03.2023 4:31:00Кому выдана Ходырева Людмила ЕрастовнаЭлектронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 27.02.2023 1:54:00

 Кому выдана Аюшев Дамир Нягазыфович