ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула

Резолютивная часть постановления объявлена 02.09.2019

Постановление изготовлено в полном объеме  03.09.2019

 

Дело № А54-10829/2018

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Рыжовой Е.В., судей Заикиной Н.В. и Капустиной Л.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии от истца – общества с ограниченной ответственностью «Тума-Рязань-Лес» – ФИО2 (доверенность от 27.03.2019 № 90), от ответчика – Министерства природопользования Рязанской области – ФИО3 (доверенность от 07.052019 № 19), ФИО4 (доверенность от 01.02.2019), в отсутствие третьих лиц – Федерального государственного бюджетного учреждения «Национальный парк «Мещера», Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации, Управления Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по Рязанской области, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Тума-Рязань-Лес» на решение Арбитражного суда Рязанской области от 10.06.2019 по делу № А54-10829/2018 (судья Кураксина О.В.),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Тума-Рязань-Лес» (Рязанская область, Клепиковский район, р.п. Тума, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Рязанской области с исковым заявлением к Министерству природопользования Рязанской области (г. Рязань, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее – министерство) о признании незаконным отказа от исполнения договора аренды лесного участка от 24.12.2009, указанного в уведомлении от 12.12.2018  № СА/9-13891, взыскании с ответчика расходов по оплате государственной пошлины в размере 6 000 рублей (т. 1, л. д. 4 – 7).

Определением суда от 31.01.2019 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный парк «Мещера» (Владимирская область, г. Гусь-Хрустальный, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее – ФГБУ «Национальный парк «Мещера»), Министерство природных ресурсов и экологии Российской Федерации (г. Москва, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее – Минприроды России), Управление Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по Рязанской области (г. Рязань, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)               (т. 4, л. д. 104 – 105).

Решением суда от 10.06.2019 в удовлетворении исковых требований отказано                 (т. 8, л. д. 4 – 14).

Доводы о невозможности выполнения в 2018 требования о проведении неисполненных в 2017 обязательств по проведению санитарно-оздоровительных мероприятий, предусмотренных договором и проектом освоения лесов, в связи с отсутствием актов лесопатологического обследования и полным освоением расчетной лесосеки признаны судом необоснованными, поскольку согласно отчету об использовании лесов за январь – декабрь 2018, истцом осуществлялись следующие виды рубок:

– рубки спелых и перестойных насаждений: выборочные рубки в объеме                        17 173 куб. м; сплошные рубки в объеме 14 507 куб. м;

– рубки ухода за лесом: проходные рубки в объеме 4 937 куб. м; рубки прореживания – 84 куб. м;

– рубка погибших и поврежденных насаждений (при проведении санитарно-оздоровительных мероприятий): сплошные санитарные рубки – 18 902 куб. м (на площади 90 га); выборочные санитарные рубки – 4 931 куб. м (на площади 154,7 га). Всего –             60 534 куб. м.

Договором (в редакции дополнительного соглашения от 19.03.2018) расчетная лесосека определена в объеме 74,07 тыс. куб. м. Таким образом, объем неиспользованной расчетной лесосеки в 2018 составил 13 536 куб. м.

Из лесной декларации от 27.12.2016 № 5 усматривается, что на 2017 выборочные санитарные рубки при проведении санитарно-оздоровительных мероприятий в объеме, предусмотренном договором и проектом освоения лесов, не планировались.

Из отчета о защите лесов (форма 1-3Л) за 2017 и отчета об использовании лесов (форма 1-ИЛ) за 2017 усматривается, что выборочные санитарные рубки при проведении санитарно-оздоровительных мероприятий в объеме, предусмотренном договором и проектом освоения лесов, не осуществлялись.

Судом установлено, что истцом не было надлежащим образом обеспечено проведение лесопатологического обследования на арендуемой территории.

Суд указал, что из проекта освоения лесов, отчетов по использованию лесов за 2017 – 2018 усматривается, что истцом в полном объеме, предусмотренном договором и проектом освоения лесов, были осуществлены рубки спелых и перестойных насаждений, в то время как проведение выборочных санитарных рубок осуществлялось в ненадлежащем объеме.

Доводы истца о невозможности исполнения указанных мероприятий в связи с предписанием, вынесенным ФГБУ «Национальный парк «Мещера» и вынужденным приостановлением деятельности на территории Клипиковского и Оськинского участковых лесничеств Государственного казенного учреждения Рязанской области «Клепиковское лесничество» (далее – ГКУ РО «Клепиковско лесничество») не принаняты судом во внимание, поскольку выполнение выборочных унитарных рубок в объеме 3 144,2 га в период 2016 – 2018 предусмотрено на территории арендованного лесного участка в границах не только Клепиковского и Оськинского участковых лесничеств, а также и границах Бусаевского и Колесниковского участковых лесничеств ГКУ РО «Клепиковское лесничество» на лесных участках, указанных в проекте освоения лесов, в том числе не входящих в границы ФГБУ «Национальный парк «Мещера». Площадь таких участков, не входящих в состав ООПТ, на которых общество могло проводить выборочные санитарные рубки в 2017, составляет 1 089,4 га.

Суд отметил, что согласно отчетам о защите лесов (форма 1-ЗЛ), отчету об использовании лесов (форма 1-ИЛ) за 2016 и 2018 выборочные санитарные рубки при проведении санитарно-оздоровительных мероприятий в объеме, предусмотренном договором и проектом освоения лесов, не осуществлялись не только в 2017, но и в 2016 и 2018. В 2018 истец выполнил выборочные санитарные рубки на площади 154,7 га (при плане 626 га). В 2016 общество провело выборочные санитарные рубки на площади только 126,5 га при плане 626 га.

Указал, что оценка качества выполненных санитарных рубок производится в соответствии с приложением 27 к Методическим рекомендациям по проведению  государственной инвентаризации лесов, утвержденным приказом Рослесхоза от 10.11.2011 № 472 (№ 34 – 49, № 50 – 59). В приложении 27 количественным показателем, через который оценивается качество сплошных санитарных рубок, является площадь. Таким образом, определяющим показателем выполнения выборочных санитарных рубок является именно площадь участка, на котором выполнено данное санитарно-оздоровительное мероприятие.

Невыполнение истцом запланированных санитарных рубок на площади лесных участков, определенной договором и проектом освоения лесов, ведет к недостижению цели санитарно-оздоровительных мероприятий, ухудшению санитарного состояния лесных насаждений, возникновению угрозы распространения вредных организмов, повышению пожарной опасности.

Учитывая внесенные в проект освоения лесов изменения, по состоянию на 01.01.2017 у истца имелась возможность проведения санитарных рубок на площади            3 304,75 га, в том числе сплошных санитарных рубок – 287,05 га, выборочных санитарных рубок – 3017,7 га; при этом изменений, предусматривающих уменьшение годовых объемов выборочных санитарных рубок, в договор аренды и проект освоения лесов не вносилось.

Судом установлено, что проект освоения лесов на 2016 – 2024 содержит информацию о том, что 19 179,9 га арендованного участка находится на территории национального парка, следовательно, истец знал о необходимости проведения государственной экспертизы указанного проекта освоения лесов, однако доказательств проведения экспертизы в материалы дела не представлено.

Не согласившись с судебным актом, общество обратилось в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда от 10.06.2019 и принять по делу новый судебный акт (т. 8, л. д. 21 – 28).

Указывает, что согласно поданным декларациям (от 27.12.2016 № 5 и от 07.08.2017 № 17) обществом был выполнен весь объем санитарных рубок по ГКУ РО «Клепиковское лесничество», в связи с чем заявитель полагает, что он не имел права проводить дополнительные сплошные санитарные рубки в силу закона.

Полагает, что в 2017 общество не могло провести санитарно-оздоровительные мероприятия по выборочным рубкам на площади 524,2 га, так как министерство согласовало объем и утвердило лесные декларации, в которых был указан иной объем.

Полагает, что предъявленное министерством требование от 23.10.2018                     № СА/9-11880 не может рассматриваться как законное, поскольку подпунктом «б» пункта 7 раздела 5 договора аренды лесного участка от 24.12.2009 (в редакции дополнительного соглашения от 09.10.2015) предусмотрены понятия разумности сроков, обстоятельств непреодолимой силы, а также решения органов власти, влияющих на данные обстоятельства.

Указывает, что министерством были искажены трактовки понятий «объем» и «площадь», а также подмена одного понятия другим. Полагает, что предъявляя требование, министерство не учитывало, что по состоянию на дату его вынесения общество полностью использовало объем кубической массы древесины.

На момент предъявления требования не использованными оставались                   13,2 тыс. куб. м древесины по санитарным рубкам, поскольку результаты лесопатологического обследования не прошли утверждения в органах государственной власти, так как территории Клепиковского и Оськинского участковых лесничеств входят в особо охраняемую территорию ФГБУ «Национальный парт «Мещера». 

Полагает, что рассматривая объем санитарных рубок, непрошедший утверждение в органах государственной власти в количестве 13,2 тыс. куб. м, стоит учесть тот факт, что для использования данного объема необходимо провести лесопатологическое обследование на других участках лесничества и сдать его результаты для утверждения в министерство; при благоприятном исходе положительный результат возможно получить через 40 дней. Обращает внимание, что поскольку лесопатологические обследования проводятся в лесных насаждениях во время вегетационного периода с момента распускания листвы (хвои) и до момента начала сезонной дехромации, в связи с чем общество не имело права проводить лесопатологическое обследование в октябре – ноябре 2018, что является обстоятельством непреодолимой силы.

Полагает, что разумный срок, необходимый для выполнения мероприятий по выборочным санитарным рубкам на площади 524,2 га составляет 6 месяцев, и министерство заведомо указало недостаточный для исполнения требования срок. 

Указывает, что в 2018 общество по решению учредителей понесло дополнительные затраты, необходимые для постановки на кадастровый учет участков ГКУ РО «Клепиковское лесничество» с целью упорядочивания территорий, занятых лесными насаждениями, и определения их границ.

Обращает внимание, что в конце октября 2018 общество обратилось в министерство с заявлением о внесении изменений в договор аренды лесного участка от 24.12.2009 с целью исключения из договора аренды территорий, входящих в зону ФГБУ «Национальный парк «Мещера», общая площадь которых составляет 19 179,9 га, на что 23.11.2018 получило отказ. Таким образом, по мнению заявителя, он использовал все возможности для урегулирования отношений с министерством путем переговоров.

Обращает внимание, что требование министерства незаконно по причине запрета поведения работ при отсутствии лесопатологического мониторинга лесных участков.

Указывает, что договор был расторгнут министерством в связи с невыполнением истцом предусмотренных договором санитарно-оздоровительных мероприятий в 2017, однако суд в обоснование решения приводит выводы о деятельности истца в 2016 и 2018, то есть выходит за рамки спора, рассматривая обстоятельства, не имеющие к нему отношения.

Полагает, что вывод суда о несогласовании истцом социально-экономической деятельности, не влияет на фактическое исполнение истцом обязательств по договору и не должен приниматься во внимание. 

По мнению заявителя, договор аренды лесного участка в части пункта 7 раздела 5 является недействительным, поскольку отказ от исполнения договора в одностороннем порядке не позволяет обеспечить соблюдение принципов лесного законодательства. 

В отзыве на апелляционную жалобу министерство просило оставить решение суда от 10.06.2019 без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения (т. 8,                л. д. 55 – 59). Указывает, что материалами дела подтверждается согласование ответчиком на 2017 замену 150 га из запланированных 626 га выборочных санитарных рубок на 150 га сплошных санитарных рубок.

На основании актов лесопатологического обследования (Л110) истцом были внесены изменения в проект освоения лесов (утверждены приказом Минприроды России от 16.12.2016 № 55-ЭК) путем добавления участков для проведения сплошных санитарных рубок на площади 134,95 га к участкам, ранее запланированным проектом освоения лесов. При этом изменений, предусматривающих уменьшение годовых объемов выборочных санитарных рубок, в договор аренды и проект освоения лесов, не вносилось.

В соответствии с договором и проектом освоения лесов истец был обязан в 2017 выполнить санитарно-оздоровительные мероприятия в объеме 712 га на предоставленном в аренду лесном участке: выборочные санитарные рубки – 626 га; сплошные санитарные рубки – 86 га.

Согласно предоставленным истцом отчетам в 2017 сплошные санитарные рубки выполнены в объеме 121,9 га, выборочные санитарные рубки в объеме 0 га, то есть невыполнение истцом обязательств, предусмотренных договором, являлось предметом рассмотрения судом первой инстанции, подтверждено материалами дела и получило надлежащую оценку в решении суда.

Полагает, что ссылки истца на то, что он не смог выполнить требование об устранении нарушений от 23.10.2018 № СА/9-11880 в связи с неразумным сроком, возникшими обстоятельствами непреодолимой силы и действиями органов власти, являются несостоятельными ввиду следующего.

Согласно подпункту «б» пункта 7 раздела 5 договора (в редакции дополнительного соглашения от 09.10.2015), срок для устранения выявленных нарушений при невыполнении арендатором мероприятий по охране, защите, воспроизводству лесов и лесоразведению в объемах и сроки, предусмотренные договором, составляет не менее одного и не более шести месяцев. 

По мнению министерства, срок, указанный в требовании, установлен в пределах, определенных условиями договора. Кроме того, проверка по окончании срока, установленного в требовании, состоялась только 06.12.2018.

К дате отказа ответчика от исполнения договора (14.01.2019) ситуация не изменилась, работы по устранению нарушений не были начаты.

Считает, что говорить о разумности установленного в требовании срока можно лишь в том случае если истцом, как добросовестным арендатором, были бы предприняты какие-либо действия по устранению нарушения.

По мнению ответчика, указание истцом в качестве обстоятельств непреодолимой силы отсутствие согласования социально-экономической деятельности общества на особо охраняемых природных территориях ФГБУ «Национальный парк «Мещера» неправомерно, поскольку в данном случае обязанность проведения согласования социально-экономической деятельности обусловлено законодательством Российской Федерации и условиями договора; исполнению этих обязанностей истцом нечего не мешало.

Считает не имеющим отношения к делу довод истца о понесенных им по решению учредителей расходах на осуществление кадастрового учета участков ГКУ РО «Клепиковское лесничество».

Возражая против довода истца о необоснованности предъявленного требования, поскольку к нему не предъявлялось претензий со стороны арендодателя, он является добросовестным арендатором и всегда выполнял и выполняет все условия договора, министерство указало на следующее.

Суд проверил высказывания истца, рассмотрев отчеты о выполнении санитарно-оздоровительных мероприятий в 2016 и 2018, из которых следует, что санитарно-оздоровительные мероприятия, предусмотренные договором, не выполнялись не только в 2017, но и в 2016 и 2018, и, следовательно, заявления истца о добросовестном исполнении обязанностей арендатора по договору не соответствуют действительности.

Полагает необоснованным довод общества о том, что договор в части пункта 7 раздела 5 является недействительным.

Обращает внимание, что доводы истца о недействительности положений договора не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, не заявлялись истцом в качестве основания своей позиции по делу. 

Оспариваемые положения не могут противоречить положениям статьи 101 Лесного кодекса Российской Федерации, так как указанной нормой не регулируется условия прекращения обязательств сторон договора.

Кроме того, министерство полагает, что истцом пропущен срок исковой давности по требованию о признании недействительными пункта 7 раздела 5 договора аренды 24.12.2009.

Указывает, что в соответствии с положениями статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Оспариваемые истцом положения договора были внесены дополнительным соглашением от 09.10.2015; Лесной кодекс Российской Федерации (включая положения статьи 101), вступил в силу 01.01.2007. Следовательно, на момент подписания дополнительного соглашения, содержащего пункт 7 раздела 5 договора, истцу было известно об обстоятельствах, которые, по его мнению, являются основанием для признания указанных пунктов договора недействительными.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель общества поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить решение суда от 10.06.2019 и принять по делу новый судебный акт.

Представители министерства возражали против доводов апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, просили оставить решение суда от 10.06.2019 без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Третьи лица в заседание суда апелляционной инстанции не явились.

Апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие третьих лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания, в соответствии со статьями 41, 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность решения Арбитражного суда Рязанской области от 10.06.2019 проверены судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителей истца и ответчика, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены или изменения обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Из материалов дела следует, что 24.12.2009 между Главным управлением лесного хозяйства Рязанской области и обществом (арендатор) был заключен договор аренды лесного участка (т. 1, л. д. 13 – 23).

В соответствии с подпунктом «л» пункта 4 раздела 3 договора арендатор обязан осуществлять противопожарные, санитарно-оздоровительные мероприятия, лесовосстановление и уход за лесами на лесном участке на условиях, в объемах и в сроки, установленные в проекте освоения лесов.

В соответствии с пунктом 7 раздела 5 договора, арендодатель вправе в одностороннем и бесспорном порядке отказаться от исполнения договора в случае невыполнения мероприятий по охране, защите, воспроизводству лесов и лесоразведению на лесном участке в объемах и в сроки, предусмотренных договором и проектом освоения лесов, если не исполнено требование арендодателя о выполнении соответствующего мероприятия в предусмотренный в требовании срок. 

Согласно договору аренды лесного участка от 24.12.2009 общество проводило лесопатологическое обследование и лесосанитарные мероприятия, мероприятия по лесовосстановлению, мероприятия по уходу за лесом, а также противопожарные мероприятия.

ФГБУ «Национальный парк «Мещера» 09.08.2017 вынесло предписание об устранении нарушений законодательства в сфере природопользования и охраны окружающей среды (т. 3, л. д. 62), согласно которому общество обязано выполнить следующее:

– согласовать социально-экономическую деятельность на территории ФГБУ «Национальный парк «Мещера» с Минприроды России;

– приостановить деятельность общества на территории ФГБУ «Национальный парк «Мещера» до полного согласования социально-экономической деятельности с Мипприроды России.

Согласно данному предписанию общество было вынуждено приостановить свою деятельность на территории Клепиковского и Оськинского участковых лесничеств ГКУ «Клепиковское лесничество». 

В целях выполнения предписания, общество, собрав необходимые документы для получения разрешения на социально-экономическую деятельность на особо охраняемой природной территории, направило их в Минприроды России.

В соответствии с договором и проектом освоения лесов истец был обязан в 2017 выполнить санитарно-оздоровительные мероприятия в объеме 712 га на предоставленном в аренду лесном участке: выборочные санитарные рубки – 626 га; сплошные санитарные рубки – 86 га.

Согласно отчетам в 2017 сплошные санитарные рубки выполнены в объеме 121,9 га, выборочные санитарные рубки в объеме 0 га.

В связи с невыполнением обществом в 2017 предусмотренных договором и проектом освоения лесов санитарно-оздоровительных мероприятий, министерство в требовании от 23.10.2018 № СА/9-11880 просило выполнить санитарно-оздоровительные мероприятия в объеме 524,2 га в срок до 25.11.2018 (т. 6, л. д. 138 – 139).

Проверкой, проведенной на основании приказа министерства от 29.10.2018 № 693, установлено, что в указанный в требовании срок (25.11.2018) обществом не выполнены санитарно-оздоровительные мероприятия в объема 524,2 га (акт проверки соблюдения арендатором лесных участков условий договора аренды от 06.12.2018, утвержден 11.12.2018).

В соответствии со статьями 450.1, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, Положением о министерстве природопользования Рязанской области, утвержденным постановлением Правительства Рязанской области от 05.10.2010 № 240, подпунктом «д» пункта 1 раздела 3, пунктами 7, 8 раздела 5 договора, министерство в письме от 12.12.2018 № СА/9-13891 сообщило об одностороннем отказе от исполнения договора аренды лесного участка от 24.12.2009 и расторжении указанного договора с 14.01.2019 (т. 1, л. д. 11 – 12).

Полагая, что отказ министерства от исполнения договора в одностороннем порядке является незаконным и необоснованным, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением (т. 1, л. д. 4 – 7).

Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно статьям 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом или договором.

В соответствии с частью 1 статьи 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В соответствии с частью 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами или договором.

В силу части 2 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Истцом не оспаривается факт того, что в соответствии с подпунктом «л» пункта 4 раздела 3 договора арендатор обязан осуществлять противопожарные, санитарно-оздоровительные мероприятия, лесовосстановление и уход за лесами на лесном участке на условиях, в объемах и в сроки, установленные в проекте освоения лесов.

В соответствии с договором и проектом освоения лесов истец был обязан в 2017 выполнить санитарно-оздоровительные мероприятия в объеме 712 га на предоставленном в аренду лесном участке: выборочные санитарные рубки – 626 га; сплошные санитарные рубки – 86 га.

Согласно предоставленным истцом отчетам в 2017 сплошные санитарные рубки выполнены в объеме 121,9 га, выборочные санитарные рубки в объеме 0 га.

Таким образом, имеет место неисполнение истцом санитарно-оздоровительных мероприятий в объеме 524,2 га, что подтверждается актом проверки соблюдения арендатором лесных участков условий договора аренды от 06.12.2018.

В соответствии со статьей 60.1 Лесного кодекса Российской Федерации леса подлежат защите от вредных организмов (жизнеспособных растений любых видов, сортов или биологических типов, животных либо болезнетворных организмов любых видов, биологических типов, которые способны нанести вред лесам и лесным ресурсам). 

Защита лесов направлена на выявление в лесах вредных организмов и предупреждение их распространения, а в случае возникновения очагов вредных организмов – на их ликвидацию. Защита лесов включает в себя выполнение мер санитарной безопасности в лесах и ликвидацию очагов вредных организмов.

Меры санитарной безопасности в лесах включают в себя, в том числе, проведение лесопатологических обследований, предупреждение распространения вредных организмов. Указанные меры санитарной безопасности в соответствии со статьей 60.3 Лесного кодекса Российской Федерации осуществляются в соответствии с лесным планом субъекта Российской Федерации, лесохозяйственным регламентом лесничества, лесопарка и проектом освоения лесов.

В соответствии с частью 5 статьи 60.1 Лесного кодекса Российской Федерации невыполнение гражданами, юридическими лицами, осуществляющими использование лесов, лехозяйственного регламента и проекта освоения лесов в части защиты лесов является основанием для досрочного расторжения договоров аренды лесных участков.

В соответствии со статьей 60.7 Лесного кодекса Российской Федерации предупреждение распространения вредных организмов включает в себя проведение санитарно-оздоровительных мероприятий, в том числе рубок погибших и поврежденных лесных насаждений. Указанные мероприятия по предупреждению распространения вредных организмов на лесных участках, предоставленных в постоянное (бессрочное) пользование, аренду, осуществляются лицами, использующими леса на основании проекта освоения лесов.

В соответствии с Правилами осуществления мероприятий по предупреждению распространения вредных организмов, утвержденными приказом Минприроды России от 12.09.2016 № 470, санитарно-оздоровительные мероприятия проводятся с целью улучшения санитарного состояния лесных насаждений, уменьшения угрозы распространения вредных организмов, обеспечения лесными насаждениями своих целевых функций, а также снижения ущерба от воздействия неблагоприятных факторов. Рубка погибших и поврежденных лесных насаждений проводится в форме сплошной (для погибших и поврежденных насаждений) и выборочной (для поврежденных насаждений) санитарной рубки. Таким образом, заготовка древесины не является целью проведения санитарно-оздоровительных мероприятий.

В приложении № 5 (т. 1, л. д. 92 – 93) дополнительного соглашения от 09.10.2015 к договору аренды лесного участка от 24.12.2009 (т. 1, л. д. 73 – 83) указаны виды мероприятий, которые необходимо выполнить с указанием единиц измерения каждого мероприятия, их абсолютных значений и сроков исполнения.

Согласно дополнительному соглашению от 09.10.2015 истец обязался выполнять в течение 2016 – 2018 ежегодно:

– сплошные санитарные рубки на площади 86 га с объемом вырубаемой на этой площади древесины 13 840 куб. м;

– выборочные санитарные рубки на площади 626 га с объемом вырубаемой на этой площади древесины 23 240 куб. м.

Данные объемы санитарных рубок, как и объемы остальных лесохозяйственных мероприятий, предусмотренных дополнительным соглашением от 09.10.2015, определены при проведении лесоустройства и отражены в таксационном описании и лесохозяйственном регламенте лесничества.

При проведении лесоустройства дается таксационное описание каждой минимальной площадной учетной единицы участка леса, называемой лесотаксационный выдел.

Для каждого лесотаксационного выдела согласно Лесоустроительной инструкции, утвержденной приказом Минприроды России «Об утверждении Лесоустроительной инструкции» от 29.03.2018 № 122 (далее – приказ от 29.03.2018 № 122), даются различные характеристики, в том числе площадь выдела, определяемая в гектарах, и объем сухостойной древесины на этой площади, которую необходимо убрать при проведении санитарных рубок, определяемой в метрах кубических.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что площадь лесотаксационного выдела и объем выбираемой на ней древесины, являются характеристиками одного и того же лесного участка. Эти понятия не противоречат друг другу и не заменяют одно другого.

В соответствии с Методическими рекомендациями по проведению государственной инвентаризации лесов, утвержденными приказом Рослесхоза от 10.11.2011 № 472, сплошные санитарные рубки – это рубки, проводимые для полной замены насаждений, потерявших биологическую устойчивость в результате массового повреждения деревьев вредными насекомыми, болезнями, пожарами и другими неблагоприятными факторами.

Сплошные санитарные рубки проводят на участках с насаждениями, утратившими биологическую устойчивость, при невозможности сохранить их, оздоровив выборочными санитарными рубками.

Выборочные санитарные рубки проводятся в целях оздоровления насаждений, частично утративших устойчивость, восстановления их целевых функций, локализации и (или) ликвидации очагов стволовых вредителей и опасных инфекционных заболеваний.

Выборочная санитарная рубка – это рубка, проводимая с целью улучшения санитарного состояния насаждений, при которой вырубают сухостойные, усыхающие, пораженные болезнями, заселенные вредителями, а также другие поврежденные деревья.

Суд апелляционной инстанции согласен с выводом суда первой инстанции о том, что доводы о невозможности выполнения в 2018 требования о проведении неисполненных в 2017 обязательств по проведению санитарно-оздоровительных мероприятий, предусмотренных договором и проектом освоения лесов, в связи с отсутствием актов лесопатологического обследования и полным освоением расчетной лесосеки являются необоснованными, поскольку согласно отчету об использовании лесов за январь – декабрь 2018 истцом осуществлялись следующие виды рубок:

– рубки спелых и перестойных насаждений: выборочные рубки в объеме                    17 173 куб. м; сплошные рубки в объеме 14 507 куб. м;

– рубки ухода за лесом: проходные рубки в объеме 4 937 куб. м; рубки прореживания – 84 куб. м;

– рубка погибших и поврежденных насаждений (при проведении санитарно-оздоровительных мероприятий): сплошные санитарные рубки – 18 902 куб. м (на площади 90 га); выборочные санитарные рубки – 4 931 куб. м (на площади 154,7 га). 

Всего – 60 534 куб. м.

Договором (в редакции дополнительного соглашения от 19.03.2018) расчетная лесосека определена в объеме 74,07 тыс. куб. м (т. 1, л. д. 99 – 100).

Таким образом, объем неиспользованной расчетной лесосеки в 2018 составил               13 536 куб. м.

Согласно статье 26 Лесного кодекса Российской Федерации арендаторы лесных участков обязаны ежегодно подавать в уполномоченный орган лесную декларацию, которая является заявлением об использовании лесов в соответствии с Проектом освоения лесов.

Общество было обязано подать в уполномоченный орган лесную декларацию, в которой в том числе указывается вид рубки.

Судом первой инстанции установлено, что из лесной декларации от 27.12.2016 № 5 усматривается, что на 2017 выборочные санитарные рубки при проведении санитарно-оздоровительных мероприятий в объеме, предусмотренном договором и проектом освоения лесов, не планировались.

Из отчета о защите лесов (форма 1-3Л) за 2017 и отчета об использовании лесов (форма 1-ИЛ) за 2017 усматривается, что выборочные санитарные рубки при проведении санитарно-оздоровительных мероприятий в объеме, предусмотренном договором и проектом освоения лесов, не осуществлялись.

В соответствии с пунктом 2 Порядка проведения лесопатологических обследований, утвержденного приказом Минприроды России от 16.09.2016 № 480, проведение лесопатологических обследований обеспечивается органами государственной власти или органами местного самоуправления в пределах их полномочий, определенных статьями   81 – 84 Лесного кодекса Российской Федерации, либо гражданами, в том числе индивидуальными предпринимателями, и юридическими лицами, осуществляющими использование лесов.

Как установлено судом первой инстанции, в 2017 лесопатологическое обследование было проведено на площади 478,9 га, из них на лесных участках, указанных в проекте освоения лесов и изменениях к нему, – на площади 337,3 га, что не обеспечивало выполнение истцом обязательств по проведению санитарно-оздоровительных мероприятий (выборочных санитарных рубок), предусмотренных договором и проектом освоения лесов. Кроме того, в связи с ненадлежащим оформлением актов лесопатологического обследования и иными нарушениями, соответствующие акты были утверждены и согласованы на площадь 197,8 га.

По результатам проведения лесопатологических обследований в 2018 утверждены и согласованы акты лесопатологических обследований, предусматривающие проведение санитарно-оздоровительных мероприятий на площади 280,8 га, что также не обеспечивало выполнения объемов санитарно-оздоровительных мероприятий, предусмотренных договором и проектом освоения лесов.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что истцом не было надлежащим образом обеспечено проведение лесопатологического обследования на арендуемой территории.

В соответствии с частью 3 статьи 29 Лесного Кодекса Российской Федерации для заготовки древесины предоставляются в первую очередь погибшие, поврежденные и перестойные лесные насаждения.

Согласно проекту освоения лесов, отчетам по использованию лесов за 2017 – 2018 истцом в полном объеме, предусмотренном договором и проектом освоения лесов, были осуществлены рубки спелых и перестойных насаждений, в то время как проведение выборочных санитарных рубок осуществлялось в ненадлежащем объеме.

Доводы истца о невозможности исполнения указанных мероприятий в связи с предписанием, вынесенным ФГБУ «Национальный парк «Мещера» и вынужденным приостановлением деятельности на территории Клипиковского и Оськинского участковых лесничеств ГКУ РО «Клепиковско лесничество», обосновано не приняты судом первой инстанции во внимание, поскольку выполнение выборочных унитарных рубок в объеме          3 144,2 га в период 2016 – 2018 предусмотрено на территории арендованного лесного участка в границах не только Клепиковского и Оськинского участковых лесничеств, а также и границах Бусаевского и Колесниковского участковых лесничеств ГКУ РО «Клепиковское лесничество» на лесных участках, указанных в проекте освоения лесов, в том числе не входящих в границы ФГБУ «Национального парка «Мещера». Площадь таких участков, не входящих в состав ООПТ, на которых общество могло проводить выборочные санитарные рубки в 2017, составляет 1 089,4 га.

Суд первой инстанции правомерно отметил, что согласно отчетам о защите лесов (форма 1-ЗЛ), отчету об использовании лесов (форма 1-ИЛ) за 2016 и 2018 выборочные санитарные рубки при проведении санитарно-оздоровительных мероприятий в объеме, предусмотренном договором и проектом освоения лесов, не осуществлялись не только в 2017, но и в 2016 и 2018. В 2018 истец выполнил выборочные санитарные рубки на площади 154,7 га (при плане 626 га). В 2016 общество провело выборочные санитарные рубки на площади только 126,5 га при плане 626 га.

Оценка качества выполненных санитарных рубок производится в соответствии с приложением 27 к Методическим рекомендациям (№ 34 – 49, № 50 – 59). В приложении 27 количественным показателем, через который оценивается качество сплошных санитарных рубок, является площадь. Таким образом, определяющим показателем выполнения выборочных санитарных рубок является именно площадь участка, на котором выполнено данное санитарно-оздоровительное мероприятие.

Невыполнение истцом запланированных санитарных рубок на площади лесных участков, определенной договором и проектом освоения лесов, ведет к не достижению цели санитарно-оздоровительных мероприятий, ухудшению санитарного состояния лесных насаждений, возникновению угрозы распространения вредных организмов, повышению пожарной опасности.

Истец письмом от 26.09.2016 № 152 (т. 3, л. д. 43) запросил замену выборочных санитарных рубок в объеме 23 240 куб м на сплошные санитарные рубки в том же объеме и получил согласование министерства, направленное письмом от 28.09.2016 № ВР/15-4659 (т. 3, л. д. 44).

Министерством письмом от 07.07.2017 согласовывалась замена выборочных санитарных рубок на площади 150 га на сплошные санитарные рубки на площади 150 га, при условии выполнения плановых годовых объемов санитарно-оздоровительных мероприятий (т. 3, л. д. 56).

Проведение санитарных рубок планируется по результатам таксации лесов. Периодичность проведения таксации лесов составляет 10 лет (статья 31 приказа от 29.03.2018 № 122). За межревизионный период на лесных участках могут произойти изменения, связанные с воздействием пожаров, ветров и каких-либо других факторов влияющих на санитарное состояние леса. Такие факторы невозможно учесть заранее, и запланировать на участках санитарные мероприятия во время проведения лесоустройства. Поэтому в период между лесоустройством основанием для планирования и проведения дополнительных санитарных мероприятий являются результаты лесопатологических обследований, на основании которых вносятся изменения в лесохозяйственный регламент лесничества (статья 16 приказа Минприроды России от 27.02.2017 № 72 «Об утверждении состава лесохозяйственных регламентов, порядка их разработки, сроков их действия и порядка внесения в них изменений») проводятся санитарные мероприятия.

Как установлено судом первой инстанции, на арендованных участках в 2016 произошло усыхание насаждений. Арендатором было организовано проведение лесопатологического обследования, по результатам которого назначено проведение сплошных санитарных рубок на площади 134,95 га.

Погибшие насаждения (где назначаются сплошные санитарные рубки) представляют большую опасность в пожарном и лесопатологическом плане, чем поврежденные насаждения (где назначаются выборочные санитарные мероприятия на погибших насаждениях).

В соответствие с частью 3 статьи 29 Лесного кодекса Российской Федерации для заготовки древесины предоставляются в первую очередь погибшие, поврежденные и перестойные лесные насаждения.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции согласен с выводом суда первой инстанции о том, что у министерства имелись основания согласовать на 2017 замену 150 га из запланированных 626 га выборочных санитарных рубок на 150 га сплошных санитарных рубок, при этом объем древесины, подлежащей вырубке, не выходил за пределы имеющейся расчетной лесосеки при проведении рубки погибших и поврежденных лесных насаждений.

Как следует из материалов дела, на основании актов лесопатологического исследования истцом были внесены изменения в проект освоения лесов путем добавления участков под проведение сплошных санитарных рубок на площади 134,95 га к участкам, ранее запланированным проектом освоения лесов.

Учитывая внесенные в проект освоения лесов изменения, по состоянию на 01.01.2017 у истца имелась возможность проведения санитарных рубок на площади                        3 304,75 га, в том числе сплошных санитарных рубок – 287,05 га, выборочных санитарных рубок – 017,7 га.

При этом изменений, предусматривающих уменьшение годовых объемов выборочных санитарных рубок, в договор аренды и проект освоения лесов не вносилось.

В соответствии с положениями абзаца 2 части 4 статьи 15 Федерального закона от 14.03.1995 № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях» (далее – Закон от 14.03.1995 № 33-ФЗ) с федеральными органами исполнительной власти в области охраны окружающей среды согласовываются вопросы социально-экономической деятельности хозяйствующих субъектов, а также проекты развития населенных пунктов, находящихся на территориях соответствующих национальных парков и их охранных зон.

Как установлено судом первой инстанции, ФГБУ «Национальный парк «Мещера» в отношении руководителя ответчика в июле 2017 возбуждало производство по делу об административном правонарушении. Постановлением о назначении административного наказания от 03.08.2017 № 03-046/2017 руководитель общества ФИО5 был привлечен к административной ответственности и назначено наказание в виде предупреждения.

ФГБУ «Национальный парк «Мещера» 09.08.2017 в адрес ответчика было выдано предписание об устранении нарушений действующего законодательства в сфере природопользования и охраны окружающей среды (т. 3, л. д. 62), согласно которому обществу предписывалось согласовать социально-экономическую деятельность на территории ФГБУ «Национальный парк «Мещера» с Минприроды России в срок до 31.12.2017.

Данное предписание было обжаловано истцом, но решением Клепиковского районного суда от 08.11.2017 по делу № 2а-363/2017 и апелляционным определением Рязанского областного суда от 07.02.2018 требование согласовать социально-экономическую деятельность общества на территории ФГБУ «Национальный парк «Мещера» с Минприроды России оставлено в силе.

На дату рассмотрения дела по существу социально-экономическая деятельность на территории ФГБУ «Национальный парк «Мещера» обществом с Минприроды России не согласована.

В соответствии с положениями статьи 88 Лесного кодекса Российской Федерации лица, которым лесные участки предоставлены в аренду, составляют проект освоения лесов.

В соответствии с положениями статьи 89 Лесного кодекса Российской Федерации такой проект подлежит государственной или муниципальной экспертизе, а в случае, если леса расположены на особо охраняемой природной территории, такая экспертиза должна быть проведена уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии с положениями статьи Закона от 14.03.1995 № 33-ФЗ к категории особо охраняемых природных территорий относятся национальные парки.

Как установлено судом первой инстанции проект освоения лесов на 2016 – 2024 содержит информацию о том, что 19 179,9 га арендованного участка находится на территории ФГБУ «Национальный парк «Мещера», следовательно, истец знал о необходимости проведения государственной экспертизы проекта освоения лесов, однако доказательств проведения экспертизы в материалы дела не представил.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в арбитражном процессе, обязано доказать наличие тех обстоятельств, на которые оно ссылается в обоснование своих требований или возражений.

Проанализировав материалы и обстоятельства дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что односторонний отказ министерства от исполнения договора аренды не противоречит действующему законодательству, в связи с чем требования общества не подлежат удовлетворению.

Оснований для переоценки указанных выводов и обстоятельств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Проанализировав материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы, приведенные заявителем в апелляционной жалобе, сводятся к несогласию с выводами суда и установленными обстоятельствами, являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены принятого обжалуемого законного и обоснованного судебного акта суда первой инстанции.

Обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследованным судом первой инстанции, дана надлежащая правовая оценка по правилам, установленным         статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выводы суда первой инстанции соответствуют материалам дела и действующему законодательству.

Нарушений норм процессуального и материального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии с частью 3 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в постановлении арбитражного суда апелляционной инстанции указывается на распределение судебных расходов, в том числе расходов, понесенных                  в связи с подачей апелляционной жалобы. 

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

Таким образом, государственная пошлина за подачу апелляционной жалобы в сумме 3 000 рублей, уплаченная по платежному поручению от 21.06.2019 № 370 (т. 8,                л. д. 33) относится на заявителя – общество.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Рязанской области от 10.06.2019 по делу № А54-10829/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Тума-Рязань-Лес» (Рязанская область, Клепиковский район, р.п. Тума, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме. 

В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья         Е.В. Рыжова 

Судьи                     Н.В. Заикина

                                                                                                                              Л.А. Капустина