ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

08.11.2023                                                                                      Дело № А40-27953/21

 

Резолютивная часть постановления оглашена 2 ноября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 8 ноября 2023 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Дербенева А.А., Кручининой Н.А.,

при участии в судебном заседании: никто не явился;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строй-менеджмент «Открытие»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2023,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023

об отказе в признании недействительными сделками договора уступки прав (цессии) от 20.08.2020, а также соглашения о зачете встречных однородных требований от 04.09.2020 № 1 и от 01.10.2020 № 3, заключенных между должником и ФИО1

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Строй-менеджмент «Открытие», 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 30.05.2022 общество с ограниченной ответственностью «Строй-менеджмент «Открытие» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделками договора уступки прав (цессии) от 20.08.2020, а также соглашений о зачете встречных однородных требований от 04.09.2020 № 1, от 01.10.2020 № 2 и от 02.11.2020 № 3, заключенных между должником (цедентом) и ФИО1 (цессионарием), в удовлетворении которого обжалуемым определением Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023, было отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель кассационной жалобы своими процессуальными правами распорядился самостоятельно, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, направил ходатайство о рассмотрении его кассационной жалобы в его отсутствие.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела и было установлено судом первой инстанции, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 17.02.2020 по делу № А40-269832/19 с публичного акционерного общества Банка «Финансовая корпорация открытие» (далее – банка) в пользу должника была взыскана задолженность в размере 400 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 8 630,95 руб.

Судом был выдан исполнительный лист на принудительное исполнение указанного решения.

Впоследствии между должником (цедентом) и ответчиком (цессионарием) был заключен договор уступки права требования (цессии) от 20.08.2020, по условиям которого должник уступил, а ответчик, в свою очередь, приобрел право (требование) на получение указанных денежных средств.

Цена уступки составила 408 630 руб.

Впоследствии между должником и ответчиком были заключены соглашения о зачете встречных однородных требований от 04.09.2020 № 1, от 01.10.2020 № 2 и от 02.11.2020 № 3, в результате которых задолженность ответчика перед должником, вытекающая из договора цессии была полностью погашена.

Полагая, что договор уступки прав требования, а также соглашения о зачете являются недействительными сделками по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 и статьей 61.3 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий должника обратился в суд с рассматриваемым заявлением, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с правовой позицией высшей судебной инстанции приведенной в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановления от 23.12.2010 № 63), судам необходимо учитывать, что по правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Между тем, как обоснованно отметил суд первой инстанции, конкурсным управляющим должника, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы обособленного спора не представлено заключения (отчета о рыночной стоимости), в том числе экспертного, из которого следовало бы, что стоимость уступленных прав, значительно отличалась от стоимости определенной в оспариваемом договоре.

Напротив, судом установлено, что права требования должника к банку в размере 408 630,95 руб. по условиям оспариваемого договора были реализованы ответчику за 408 630,95 руб., в связи с чем, правовых оснований полагать о неравноценности встречного исполнения у суда не имеется.

При этом, доводы конкурсного управляющего должника о безвозмездности оспариваемого договора цессии ввиду непредставления со стороны ответчика доказательств наличия задолженности по заработной плате в размере 408 630,95 руб., зачтенной в оплату долга по договору уступки требования (цессии) от 20.08.2020, судом оценены критически и отклонены.

Так , указал суд, в соответствии со статьей 410 ГК РФ, зачет представляет собой способ прекращения встречных однородных требований, обязательным условием для его проведения является наличие встречного однородного требования; в противном случае соглашение о зачете представляет собой недействительную сделку.

Для осуществления зачета необходимо, чтобы кредитор по одному обязательству являлся должником по другому, а должник по первому выступал кредитором по второму обязательству. Кроме того, зачет как способ прекращения встречного однородного требования в обязательствах предполагает бесспорность предъявленных к зачету требований.

В настоящем случае, как установил суд, ФИО1 (ответчик) в период с 01.09.2017 по 31.03.2021 осуществляла трудовую деятельность в обществе-должнике в должности начальника юридического отдела, а спорными соглашениями была зачтена задолженность должника перед ответчиком по заработной плате за период с июня по сентябрь 2020 года.

Доказательств того, что ответчику за указанный период выплачивалась заработная плата в материалы обособленного спора не представлено.

Кроме того, судом правомерно принято во внимание, что задолженность должника перед ответчиком по заработной плате, включенная во вторую очередь реестра, составляет 513 412,56 руб.

При этом, как пояснил суду ответчик, размер задолженности по заработной плате, включенной в реестр требований кредиторов должника, был сформирован с учетом проведенного зачета встречных однородных требований.

Указанные обстоятельства конкурсным управляющим документально не опровергнуты, в связи с чем, оснований полагать о безвозмездности оспариваемого договора цессии не имеется, равно как не имеются основания полагать о неравноценности встречного исполнения.

Более того, факт отсутствия оплаты по спорному договору сам по себе о неравноценности сделки не свидетельствует, так как последующее исполнение не меняет условия договора.

При таких обстоятельствах, оснований для признания недействительным договора уступки требования (цессии) по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, у суда не имелось.

В соответствии с правовой позиции высшей судебной инстанции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2020 № 305-ЭС19-18631(1,2), от 14.01.2020 № 310-ЭС18-17831(3) и от 17.05.2016 № 302-ЭС15-18996(1,2), сделки по прекращению (зачету) взаимных существовавших требований могут быть оспорены только по основаниям, предусмотренным статьей 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, указанная в пункте 1 названной статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Пунктом 3 статьи 61.3 предусмотрено, что сделка, указанная в пункте 1 названной статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 названной статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Учитывая даты совершения оспариваемых сделок, соглашения о зачете могут быть оспорены только по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 9.1 постановления от 23.12.2010 № 63, если сделка с предпочтением совершена в пределах 6 месяцев до возбуждения дела о банкротстве, то для признания ее недействительной применяется статья 61.3 Закона о банкротстве, при этом, доказывания обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2, не требуется.

В соответствии с пунктом 12 постановления от 23.12.2010 № 63, если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то, в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, она может быть признана недействительной, только если: а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами 2 или 3 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве; б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

Согласно пункту 10 постановления от 23.12.2010 № 63, бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице.

В обоснование данного довода конкурсный управляющий указывал на то, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись обязательства перед иными кредиторами с более ранними сроками исполнения, и данные обязательства впоследствии исполнены не были, в связи с чем, вытекающие из них требования были включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Исходя из положений пункта 4 статьи 134 Закона о банкротстве, требования кредиторов удовлетворяются в следующей очередности: в первую очередь производятся расчеты по требованиям граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, путем капитализации соответствующих повременных платежей, а также расчеты по иным установленным настоящим Федеральным законом требованиям; во вторую очередь производятся расчеты по выплате выходных пособий и (или) оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и по выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности; в третью очередь производятся расчеты с другими кредиторами, в том числе кредиторами по нетто-обязательствам.

По смыслу вышеприведенной нормы, задолженность ответчика учитывается в реестре второй очереди.

Между тем, относимые и допустимые доказательства осведомленности ответчика о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, суду представлены не были, а ссылка на то обстоятельство, что до совершения оспариваемых сделок в сети интернет на сайте арбитражного суда уже имелась общедоступная информация, согласно которой, должник отвечал признакам платежеспособности, в отношении общества имелись судебные акты о взыскании с него денежных средств, была отклонена судом, поскольку в соответствии с абзацем 7 пункта 12 постановления от 23.12.2010 № 63, само по себе размещение на сайте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в картотеке арбитражных дел информации о возбуждении дела о банкротстве должника не означает, что все кредиторы должны знать об этом.

При этом, наличие просроченной задолженности должником перед иными контрагентами само по себе не может повлечь вывод о несостоятельности или неплатежеспособности должника, а лишь представляет собой нарушение со стороны должника денежного обязательства.

Не следует отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельным кредиторам.

Кредитор всегда осведомлен о факте непогашения долга перед ним, однако само по себе это обстоятельство не свидетельствует о том, что кредитор должен одновременно располагать и информацией по расчетам с другими кредиторами.

В данном случае, конкурсный управляющий не представил доказательств того, что ответчик знал или должен были знать о неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, поскольку ответчик не являлся заинтересованным лицом по отношению к должнику, характер сделок не предполагал проверку сведений о должнике и его имущественном положении, в том числе, обо всех исковых производствах с участием должника, информация о которых могла быть размещена в картотеке арбитражных дел.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Между тем, заявителем такие доказательства, которые могли бы свидетельствовать об осведомленности кредитора о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, равно как и доказательства, подтверждающие неплатежеспособность или недостаточность имущества должника, не представлены.

Также в материалы обособленного спора не представлены относимые и допустимые доказательства тому, что на момент заключения спорных сделок ответчик являлся заинтересованным лицом по отношению к должнику применительно к статье 19 Закона о банкротстве, равно как не представлены доказательства фактической аффилированности должника и ответчика.

При этом, отметил суд, вопреки доводам конкурсного управляющего должника об обратном, работник предприятия не является заинтересованным лицом по отношению к должнику, в смысле, указанном в статье 19 Закона о банкротстве, и его осведомленность о гипотетической цели причинения сделкой вреда кредиторам не может презюмироваться.

Работники предприятия, не являются также его коммерческими контрагентами, чтобы вести себя с собственным работодателем, сообразно тому, как это делают предприниматели по отношению к своим контрагентам.

Работники не обязаны постоянно взвешивать риски правоотношений работодателя с третьими лицами.

Социальная суть трудовых правоотношений, совершенно иная - работники наделены объемом социальных гарантий, гораздо более высокого уровня, нежели участники коммерческих правоотношений.

Судом установлено, что в должностные обязанности ответчика входило исключительно юридическое сопровождение деятельности должника, исключая вопросы кадровой, финансовой и хозяйственной деятельности.

Таким образом, доказательств, позволяющих сделать вывод о том, что ответчику было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, либо об обстоятельствах, которые позволяли сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, управляющим не представлено, в деле не имеется.

Следовательно, конкурсным управляющим не представлены доказательства, позволяющие сделать вывод о признании соглашений о зачете недействительными по пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Не имеется также оснований для признания договора цессии и соглашений о зачете недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, согласно которому, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 5 и 6 постановления от 23.12.2010 № 63 следует, что при оспаривании сделки по указанному основанию заявитель должен доказать одновременное наличие трех условий: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, в результате совершения сделки такой вред был причинен, другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (недобросовестность).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Относительно цели причинения вреда в упомянутом постановлении разъяснено, что она предполагается, если имеются одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий не доказал, что в результате совершения сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов.

В силу абзаца 7 пункта 5 постановления от 23.12.2010 № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Так, в соответствии с условиями оспариваемых сделок, ответчику были уступлены права требования в размере 408 630,95 руб. за 408 630,95 руб., впоследствии должник и ответчик прекратили взаимные неисполненные обязательства.

Факты существования прекращенных обязательств в приводимых в тексте сделках подтверждены материалами обособленного спора, в связи с чем, суд пришел к выводу о том, что обязательства ответчика перед должником прекратились в объеме, равном одновременно прекратившимся обязательствам должника перед ответчиком, что не позволяет установить факт причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Таким образом, суд пришел к выводу о том, что конкурсным управляющим не доказан факт причинения вреда имущественным правам кредиторов, что, в свою очередь, само по себе является достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Между тем, конкурсным управляющим не доказано, что оспариваемые сделки являются фиктивными сделками, направленными на вывод денежных средств должника.

Кроме того, одновременное оспаривание сделки на основании специальным норм Закона о банкротстве и общегражданских норм действующим законодательством не предусмотрено (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886 (1)).

На основании изложенного, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции обосновано оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов судов не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятыми судами судебными актами и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самим заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023 по делу № А40-27953/21 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                  Н.Н. Тарасов

Судьи:                                                                                              А.А. Дербенев

                                                                                                          Н.А. Кручинина