АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, Кемерово, 650000

http://www.kemerovo.arbitr.ru

E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru

Тел. (384-2) 58-43-26, тел./факс (384-2) 58-37-05

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А27-4321/2017

город Кемерово

2 октября 2017 года

Резолютивная часть решения объявлена 25 сентября 2017  года

Полный текст решения изготовлен 2 октября 2017 года 

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи  Сластиной Е.С.,

при ведении протокола судебного заседания  помощником судьи Зубковой Н.А.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2, ФИО3, действующих в интересах  акционерного общества «Бурвод», город Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к ФИО4, город Кемерово, ФИО5, город Кемерово

о взыскании 20 305 776  руб. убытков (с учетом уточнений)

при участии представителей:

ФИО3: ФИО6, доверенность от 22.10.2016, паспорт; ФИО7, доверенность от 22.10.2016, паспорт,

от ФИО2: ФИО6, доверенность от 24.10.2016, паспорт, ФИО7, доверенность от 24.10.2016, паспорт,

от ФИО1: ФИО6, доверенность от 22.10.16, паспорт, ФИО7., доверенность от 22.10.2016, паспорт,

от акционерного общества «Бурвод»: ФИО8, доверенность 28.04.2017, паспорт;

ФИО4, паспорт; ФИО5, паспорт, 

от ФИО4: ФИО9, доверенность от 22.03.2017, паспорт;

 от ФИО5:  ФИО9, доверенность  от 27.12.2016, паспорт,

от ФИО10: ФИО9, доверенность от 31.05.2017, паспорт,

от ФИО11,  ФИО12, ФИО13: ФИО14, доверенность от 29.05.2017, паспорт,

от ФИО15 – без участия, извещен,

у с т а н о в и л:

ФИО1, ФИО2, ФИО3, действующие в интересах  акционерного общества «Бурвод», город Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), на основании пункта 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратились исковым заявлением к ФИО4, ФИО5 о солидарном взыскании убытков в размере 27 271 419 руб.

Требования истцов мотивированы тем, что в период исполнения ФИО4 (далее- ФИО4) обязанностей директора АО «Бурвод» и ФИО5 (далее - ФИО5) обязанностей главного бухгалтера общества, последними были совершены недобросовестные и неразумные действия, повлекшие для общества обязанность по выплате налоговых недоимок, штрафа и пеней, необоснованное и неправомерное перечисление в пользу неправоспособных юридических лиц денежных средств. ФИО4 и ФИО5 как директор и главный бухгалтер общества не проявили добросовестность и разумную заботливость об интересах АО «Бурвод», не проконтролировали (не проверили) реальность хозяйственных операций со спорными контрагентами, что могло бы своевременно выявить фиктивность исполнения договоров со стороны «фирм – однодневок». В качестве правового обоснования заявленных требований истцы сослались на положения статей 15, 53, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статей 69, 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах».

Определением суда от 25.03.2017 года исковое заявление принято к производству, предварительное судебное заседание назначено на 02.05.2017, предварительное судебное заседание отложено на 01.06.2017, в котором завершена подготовка к участию в дело, судебное заседание назначено на 29.06.2017, в дальнейшем неоднократно откладывалось.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО13,  ФИО12,  ФИО11, ФИО10,  ФИО15  (третьи лица).

В судебном заседании 02.05.2017  ответчиками был представлен отзыв на исковое заявление в котором, указанные лица ссылаются на неподведомственность дела арбитражному суду в части заявленных требований к ФИО5 Взаимоотношения АО «Бурвод» с ООО «Максим», ООО «Энерго-Эксперт», ООО «СибПромСтрой», ООО «ПромТорг», ООО «ПромРесурс» носили обычный деловой характер, директором общества были предприняты достаточные и необходимые меры, для проверки возможности взаимодействия с вышеуказанными контрагентами. У контрагентов были затребованы копии учредительных документов, были проверены сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ. Оплата за поставленный товар производилась только после фактического получения товара. 

Истцами 01.06.2017 были представлены пояснения, в которых указано, что ФИО5 с учетом нормативных полномочий главного бухгалтера имела фактическую возможность определять действия АО «Бурвод» именно в тех обстоятельствах, которые характеризуют ее действия совместно с действиями ФИО4 как недобросовестные. Ответчики были согласны с поведением друг друга, действовали совместно, проявив грубую неосторожность и недобросовестность.  Все действия АО «Бурвод» по переводу средств в пользу неправоспособных лиц при отсутствии в основе этих платежей реальных хозяйственных операций, а также по недостоверному учету указанных операций и платежей осуществлялись при участии и под контролем ФИО5 Предварительная подготовка платежных и иных финансовых документов осуществлялось именно главным бухгалтером с последующим их визированием со стороны руководителя.

По мнению истцов для ФИО4 противоправность проявилась в небрежном отношении к исполнению обязанности руководителя при выборе контрагентов с целью избежания потерь от вступления в правоотношения с фактически неправоспособными контрагентами, в полном отсутствии контроля за ведением организацией хозяйственной деятельности во взаимоотношениях с указанными контрагентами,  в полном отсутствии контроля за достоверностью бухгалтерского учета при принятии к учету операций, не имеющих под собой реального хозяйственного экономического содержания, в полном отсутствии контроля за обоснованностью расходования средств организации, в небрежном отношении к исполнению обязанности по принятию мер к защите интересов организации во взаимодействии с властными органами.

 Для ФИО5 противоправность проявляется  в небрежном отношении к исполнению обязанности главного бухгалтера при оценке и принятии к учету документов, подтверждающих статус контрагентов, в прямом и полном неисполнении своей основной обязанности по отражению в бухгалтерском учете только фактов реальной хозяйственной жизни организации, которая проистекает из прямого и полного неисполнения обязанности проверять первичную документацию на ее соответствие фактам реальной хозяйственной деятельности организации, в переводе денежных средств в пользу сомнительных контрагентов при отсутствии реального экономического основания для таких платежей, в полном отсутствии контроля за обоснованностью расходования средств организации, в отсутствие всякого предоставления, в небрежном исполнении обязанности по обеспечению достоверности бухгалтерского учета и своевременному исполнению обязательств организации.

Истцы считают, что ответчики, отказавшись оспаривать решения налогового органа, признали проведенную квалификацию их действий.

28.06.2017 от  ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО10, поступил отзыв, в котором  третьи лица указали на необоснованность заявленных исковых требований. Считают, что истцы не доказали наличие обстоятельств, необходимых для возложения на ответчика ответственности в виде заявленных убытков, сослались на отсутствие правовых оснований для удовлетворения исковых требований. Само по себе наличие решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенного  в отношении общества, не может являться доказательством вины руководителя в причинении убытков.

01.08.2017 истцы дополнительно пояснили, что проведенные налоговым органом мероприятия  налогового контроля подтверждают, что АО «Бурвод» не вступало в какие-либо гражданско-правовые отношения, влекущие налоговые последствия с указанными неправоспособными юридическими лицами, а также что ответчики не проявили добросовестность и должную осмотрительность при выборе контрагентов, прежде всего их руководителей. 

В дополнениях от 01.08.2017 ответчиками заявлено о пропуске срока исковой давности в части требований о взыскании убытков в размере 12 278 983 руб., по взаимоотношениям с ООО «Альяс», ООО «ПромСтройКлассик», в рамках решения налогового органа № 191 от 26.12.2013. Указывают, что положения статьи 53.1 ГК РФ введены в силу только с 01.09.2014. ФИО4 занимал должность директора АО «Бурвод» до 01.04.2014, у него не было объективной возможности обжаловать решения налогового органа, поскольку он не являлся директором общества. Ответчиками были получены документы, подтверждающие движение ТМЦ по складу, а также сведения о количестве приобретенных и использованных в ходе хозяйственной деятельности ТМЦ. С 2014 по текущий момент в обществе не было выявлено недостачи какого-либо имущества, в том числе имущества поступившего от контрагентов.

В судебном заседании 01.08.2017 от истцов поступило заявление об  уточнении исковых требований, с учетом уменьшения суммы заявленных исковых требований на 6 965 643 руб. (с учетом исключения суммы недоимок по НДС и налогу на прибыль). Сумма требований истцов, взыскиваемых с ответчиков в солидарном порядке, составила 20  305 776 руб. 

Уточнения судом приняты к рассмотрению в порядке статьи 49 АПК РФ.

В подтверждение оплаты налоговых платежей, штрафных санкций и пени, обществом представлены платежные поручения. 

Истцами представлены дополнения в части доводов о пропуске срока исковой давности, в которых указывают на то, что истцы узнали о принятом налоговым органом решении и об основаниях привлечения к ответственности, с момента получения указанного решения, не ранее 24.10.2016. Кроме того, считают, что право истцов считается нарушенным в момент фактического несения обществом расходов вызванных неправомерным поведением ответчиков, т.е. в момент фактической уплаты налоговых санкций, который имел место уже в 2014 году и о которого могло стать известно истцам на итоговом собрании акционеров уже в 2015 году.

Судебное заседание  в соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ проведено в отсутствии  ФИО15, уведомленного о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Истцы на удовлетворении исковых требований настаивали в полном объеме, ссылаясь на доводы, изложенные в письменных пояснениях по делу.

Ответчики исковые требования не признали в полном объеме. 

Представитель третьего лица, общества, поддержали позицию по делу, изложенную ранее в пояснениях.

Заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, закрытое акционерное общество «Бурвод» было зарегистрировано в качестве юридического лица Администрацией Ленинского района г. Кемерово 22.05.1995, регистрационный номер 0218, в Едином государственном реестре юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) 20.11.2002 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>.

Согласно списку зарегистрированных лиц в реестре владельцев именных ценных бумаг АО «Бурвод» по состоянию на 08.11.2016, 100 шт. обыкновенных именных акций принадлежат 10 акционерам, а именно: ФИО5 – 10 шт., ФИО2 -10 шт., ФИО10 – 10 шт., ФИО13 – 10 шт., ФИО1 – 10 шт., ФИО15 – 10 шт., ФИО11 – 10 шт., ФИО4 – 10 шт., ФИО3 – 10 шт., ФИО12 – 10 шт. 

В обоснование заявленных требований истцы указали, что с мая 1995 года по 31.12.2013 генеральным директором (единоличным исполнительным органом) АО «Бурвод» являлся ФИО4, что подтверждается приказом ЗАО «Бурвод» № 1 от 22.05.1995, приказом ЗАО «Бурвод № 38 от 30.12.2013.

С 01.01.2014 директором ЗАО «Бурвод» был назначен ФИО10.

ФИО5 была назначена на должность главного бухгалтера ЗАО «Бурвод» на основании приказа с 23.05.1995, уволена с указанной должности приказом № 4 от 16.02.2015 с 17.02.2015.

В 2013 г. Инспекцией Федеральной налоговой службы России по г. Кемерово была проведена налоговая проверка в отношении АО «Бурвод» по налогам и сборам, подлежащим уплате за период с 2010-2011 г.г.

По результатам проведенной проверки за период с 2010-2011 г.г. вынесено решение о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения от 26.12.2013 № 191 в виде доначисления налога на прибыль организации за 2010-2011 в сумме 1 642 811 руб., налога на добавленную стоимость в сумме  1 478 530 руб. АО «Бурвод» привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) за неполную уплату суммы налога на прибыль организации за 2010, 2011 годы в результате занижения налоговой базы в виде штрафа в размере 20 % от неуплаченной суммы налога в общей сумме  295 706 руб., по пункту 1 статьи 122 НК РФ за неполную уплату налога на добавленную стоимость за 3-4 квартал 2010 г., 4 квартал 2011 г. в результате завышения налоговых вычетов – 218 364 руб.   Начислены пени за каждый календарный день просрочки исполнения обязанности по уплате налога по состоянию на 26.12.2013 в сумме 429 518 руб. В целом по результатам проверки расходы, уменьшающие сумму доходов за 2010-2011 г.г. организацией по выводам налогового органа завышены на сумму 8 214 054 руб. 

С 30.06.2015 по 25.02.2016 Инспекцией Федеральной налоговой службы России по г. Кемерово была проведена налоговая проверка в отношении АО «Бурвод» по налогам и сборам за период с 01.02.2012 по 31.12.2014, и по налогу на доходы физических лиц с 01.01.2012 по 31.05.2015.

По результатам проведенных дополнительных мероприятий налогового контроля за период с 2012-2013 г.г. вынесено решение  о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения № 89 от 11.08.2016. Согласно решению АО «Бурвод» привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 НК РФ, установлено занижение налоговой базы по налогу на прибыль за 2012-2013 г.г. на 10 034 477 руб., неполная уплата налога на прибыль за 2012-2013 г.г. составила – 2 006 895 руб., неполная уплата налога на добавленную стоимость за 2012-2013 г.г. составила – 1837 407 руб., штрафные санкции по налогу на прибыль составили – 401 379 руб. и пени в сумме 41 635 руб., штрафные санкции по налогу на добавленную стоимость  составили 66 766 руб. и пени 603 877 руб. В ходе указанной проверки налоговой инспекцией были установлены, обстоятельства, свидетельствующие  о недостоверности сведений, включенных в документы, представленные налогоплательщиком в обоснование налоговых вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль, налога на добавленную стоимость.

Полагая, что в результате недобросовестных действий генерального директора  ФИО4 и главного бухгалтера  ФИО5  в проверяемые периоды обществу причинены убытки в общей сумме 20  305 776 руб. (за минусом сумм недоимок по НДС и налогу на прибыль),  истцы в интересах общества, обратились  в арбитражный суд с настоящим иском. Данную сумму  истцы считают убытками вследствие противоправного поведения, которые просит взыскать с  ответчиков в солидарном порядке.

В расчете заявленных исковых требований, истцы учитывают также суммы – расходы, уменьшающие сумму доходов за 2010-2013, 2012-2013 г.г. 

В соответствии с частью 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее- АПК РФ) заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Как разъяснил Верховный суд Российской Федерации в пункте 32 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ). Порядок обращения участника корпорации в суд с такими требованиями определяется, в том числе с учетом ограничений, установленных законодательством о юридических лицах. Лицо, уполномоченное выступать от имени корпорации, также является представителем корпорации при рассмотрении названных требований наряду с предъявившим их участником корпорации. Ответчиком по требованию о возмещении причиненных корпорации убытков выступает соответственно причинившее убытки лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, члены коллегиальных органов юридического лица, лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица (пункты 1 - 4 статьи 53.1 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Порядок назначения или избрания органов юридического лица определяется законом и учредительными документами.

В соответствии с частью 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

Согласно статье 71 Федерального закона «Об акционерных обществах» от 26.12.1995 № 208-ФЗ члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществ у их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

В случае, если в соответствии с положениями настоящей статьи ответственность несут несколько лиц, их ответственность перед обществом, а в случае, предусмотренном абзацем вторым пункта 2 настоящей статьи, перед акционером является солидарной.

Статья 53.1 ГК РФ предусматривает ответственность лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов, юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные но его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее- Постановление ВАС № 62)  лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган- директор, генеральный директор и т.д.) обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Доводы о неподведомственности спора в части заявленных требований к ФИО5, как лицу, осуществляющему должностные обязанности главного бухгалтера,  суд считает подлежащими отклонению. 

Право требовать взыскания убытков в пользу корпорации с лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ, принадлежит участникам корпорации в соответствии с частью 1 статьи 65.2. ГК РФ. Данное требование в силу прямого указания пункта 3 части 1 статьи 225.1 АПК РФ отнесено к категории корпоративных споров, подведомственных арбитражным судам.

Кроме того, вне зависимости от того, что редакция положений статьи 53.1 ГК РФ вступила в силу с 01.09.2014, пунктом 4 статьи 71 Федерального закона «Об акционерных обществах» установлено, что в случае, если в соответствии с положениями настоящей статьи ответственность несут несколько лиц, их ответственность перед обществом является солидарной.

Согласно статье 1080 ГК РФ солидарно перед потерпевшим отвечают лица, совместно причинившие вред.

В соответствии с пунктом 1 статьи 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Из содержания указанной правовой нормы следует, что солидарные обязательства возникают в силу прямого указания закона или договора.

Соответственно, при применении к спорным правоотношениям указанной нормы права суду следует установить наличие единых оснований возникновения на стороне ответчиков солидарного обязательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 6, пунктом 3 статьи 17 Федерального закона «О бухгалтерском учете» от 21.11.1996 № 129-ФЗ (действовал в проверяемый период) ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, за организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности несет руководитель организации.

На основании пункта 2,3  статьи 7 Федерального закона «О бухгалтерском учете» от 21.11.1996 № 129-ФЗ главный бухгалтер подчиняется непосредственно руководителю организации и несет ответственность за формирование учетной политики, ведение бухгалтерского учета, своевременное представление полной и достоверной бухгалтерской отчетности. Главный бухгалтер обеспечивает соответствие осуществляемых хозяйственных операций законодательству Российской Федерации, контроль за движением имущества и выполнением обязательств.

При этом закон не содержит перечня действий, совершенных единоличным исполнительным органом, которыми он мог бы причинить убытки в силу своего специфического положения в обществе, поэтому возмещение убытков в данном случае осуществляется по общим правилам - статье 15  ГК РФ.

В соответствии со статьей 15  ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 6 Постановления № 62 по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения обязательства, наличие и размер убытков, причинную связь между допущенным правонарушением и возникшими убытками. Удовлетворение требования возможно при доказанности всей совокупности указанных условий ответственности. Недоказанность хотя бы одного из указанных условий является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска о взыскании убытков.

Суд отклоняет доводы ответчиков о пропуске срока исковой давности по части заявленных требований о взыскании убытков в размере 12 278 983 руб., по взаимоотношениям с ООО «Альяс», ООО «ПромСтрой Классик», заявленных на основании принятого  решения налогового органа № 191 от 26.12.2013.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Пунктом 2 статьи 199 ГК РФ установлено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В абзаце втором пункта 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

При таких обстоятельствах срок исковой давности следует исчислять с момента, когда истцы, действующие в интересах общества, могли узнать о проведении налоговой проверки и принятии соответствующего решения.

Начало течения срока исковой давности по указанным требованиям ответчики связывают с фактом проведения общего собрания ЗАО «Бурвод» от 27.12.2013, на котором присутствовали ФИО10, ФИО4, ФИО1, ФИО2, ФИО13, ФИО5, ФИО11,  ФИО12, ФИО3, Исходя из копии решения представленной в материалы дела, на собрании  участникам сообщено о проведении выездной налоговой проверки за 2011-2012 г.г.

Между тем, как следует из самого решения налогового органа, оно было получено директором только 30.12.2013, соответственно, на дату проведения собрания (27.12.2013) истцы не имели возможности ознакомиться  с данным решением.

Суд приходит к выводу, что о том, что истцы могли и должны были узнать о принятом решении налогового органа № 191 от 26.12.2013, оформленного в полном объеме, после проведения общего собрания акционеров  28.03.2014 (протокол № 44 от 28.03.2014), на котором был заслушан отчет директора общества по итогам 2013 г., утверждён  баланс и отчет за 2013 г., и был заслушан отчет ревизора общества. Иного ни ответчиками, ни истцами документально не обосновано. 

Суд считает, что именно с этого момента следует исчислять срок для защиты нарушенного права в суде.

Истцы  обратился с настоящим иском 07.03.2017, что подтверждается оттиском штемпеля,  соответственно срок исковой давности не пропущен.

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, сформулированными в абзацах 3, 4 пункта 12 Постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Согласно пункту 4 Постановления ВАС № 62  добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

По смыслу разъяснений, изложенных в подпункте 5 пункта 2 Постановления ВАС № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

В Постановлении Пленума ВАС РФ № 62 указано, что при обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица.

Из содержания решения Инспекции Федеральной налоговой службы России по г. Кемерово о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения от 26.12.2013 № 191 следует, что основаниями для привлечения общества к налоговой ответственности и доначисления налогов и пени явились следующие обстоятельства:

- реальные финансово – хозяйственные операции между ЗАО «Бурвод» и ООО «ПромСтройКлассик», ООО «Альяс»  отсутствовали;

- первичные документы по операциям с ООО «ПромСтройКлассик», ООО «Альяс» составлены с нарушением законодательства, а именно пункта 2,3 статьи 9 Федерального закона Российской Федерации от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», пункта 1 статьи 252 Налогового кодекса РФ;

- в проверяемом периоде обществом применена схема уклонения от налогообложения путем использования фиктивного документооборота с целью искусственного завышения расходов на стоимость, якобы приобретенных товаров, как следствие, получение необоснованной налоговой выгоды. В результате операций с документами организацией завышены расходы и получена налоговая выгода в виде уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль, соответственно, уменьшения налогового бремени. 

Основанием для вынесения данного решения послужил вывод налогового органа о том, что в результате проведенных налоговой инспекцией контрольных мероприятий были установлено признаки неправоспособности организаций, являющихся поставщиками труб, и получены документы, ставящие под сомнение факт осуществления поставщиками финансово-хозяйственной деятельности. Учредители ООО «ПромСтройКлассик», ООО «Альяс»   не имеют отношения к финансово-хозяйственной деятельности данных организаций.

Уполномоченный орган указал, что представленные и подписанные со стороны ООО «ПромСтройКлассик», ООО «Альянс» документы содержат недостоверные данные, в частности, подписи руководителя.

Из содержания решения Инспекции Федеральной налоговой службы России по г. Кемерово о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения № 89 от 11.08.2016  налоговым органом проведена проверка в отношении взаимоотношений АО «Бурвод»  с ООО «Максим», ООО «Энерго-Эксперт», ООО «СибПромСтрой», ООО «ПроТорг», ООО «ПромРесурс».

Основаниями для привлечения общества к налоговой ответственности и доначисления налогов и пени явились обстоятельства того, что указанными организациями документов, подтверждающих финансово-хозяйственные отношения с ЗАО «Бурвод», не представлено, на балансе отсутствуют транспортные средства, не представлены справки по форме 2-НДФЛ, по юридическому адресу данные общества не находятся.  По результатам почерковедческих экспертиз подписи от имени руководителей организаций в документах, представленных АО «Бурвод», выполнены неустановленными лицами.

Данные решения налогового органа не были обжалованы в вышестоящий налоговый орган, а также в арбитражный суд.

В силу статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации, а в случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

Исходя из того, что обязанность по уплате налогов в бюджет возложена законом на общество, к ответственности за неуплату налогов привлечено само общество, а не его генеральный директор.

Исполнительный орган может быть привлечен к ответственности в виде взыскания убытков, связанных с налоговыми правонарушениями, в случае просрочки уплаты налогов либо при доказанности его непосредственной вины в доначислении налогов.

В силу пункта 2 Постановления ВАС № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки.

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица).

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица.

4) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.). 

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (пункт 3  Постановления Пленума ВАС РФ №62).

Само по себе наличие решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, оплата недоимок, штрафов, пеней, не может являться доказательством наличия вины руководителя в причинении убытков. Обстоятельств, свидетельствующих о непосредственном участии ФИО4 и главного бухгалтера ФИО5 в разработке тех или иных схем уклонения от уплаты налогов, привлечения ФИО4 к уголовной ответственности за неуплату налогов (ст. 199 УК РФ), равно как и обстоятельств, свидетельствующих о том, что действия (бездействие)  директора и главного бухгалтера были направлены на причинение вреда возглавляемому им обществу, судом не установлено.

Не установлены судом и обстоятельства, свидетельствующие о том, что ФИО4 как руководитель общества знал либо должен был знать о предоставлении  контрагентами недостоверных либо противоречивых сведений.

Налоговый орган пришел к выводу об отсутствии реальных хозяйственных операций на основании формальных признаков «фирм – однодневок» (отсутствие юридических лиц по месту регистрации, непредставление бухгалтерской отчетности в налоговый орган, отсутствие сведений о работниках, имуществе, подложность подписей в учредительных документах юридических лиц и т.п.).

Между тем, из решения налогового органа № 191  от 26.12.2013 следует, что в отношении контрагентов директором АО «Бурвод» истребовались учредительные документы, о чем свидетельствуют показания ФИО4 В отношении ООО «Промторг», ООО «Сибпромстрой», ООО «Промресурс», ООО «Энергоэксперт», ООО «Максим» ответчиками представлены документы, подтверждающие получение от данных контрагентов документов в подтверждение наличия правоспособности указанных организаций.

Оплата за поставленный товар производилась только после фактической поставки товара на склада АО «Бурвод». ООО «Альяс», ООО «Промстройклассик» в период работы с ЗАО «Бурвод» предоставляли налоговую отчетность, вели расчеты с контрагентами. 

В ходе проведения проверки налоговым органом проведены допросы должностных лиц АО «Бурвод». Между тем, сам факт того, что отдельные работники не были знакомы с теми организациями, которые фигурировали в решениях налогового органа, не позволяет сделать вывод об отсутствии должной осмотрительности руководителя и отсутствии реальных хозяйственных операций с данными организациями. 

Суд соглашается с доводами ответчика о том, что у руководителя должника отсутствовала возможность «проверки» контрагентов, в том числе проверки наличия, достоверности налоговой отчетности, проверки наличия работников, имущества и т.д. В связи с этим, исходя из конкретных обстоятельств, установленных при проведении налоговой проверки, суд признает обоснованными возражения ответчика об отсутствии вины руководителя должника.

Сведения о лицах, подписавших спорные бухгалтерские документы, соответствовали данным ЕГРЮЛ. С учетом банковской, налоговой тайны сведения о транзитном характере движения денежных средств по расчетным счетам контрагентов, сдаче ими бухгалтерской, налоговой отчетности и сведениях,  отраженных в такой отчетности, у руководителя должника отсутствовала законная возможность получения таких данных. Получить данные о подложности подписей лиц в бухгалтерских, иных документах (в том числе учредительных) у руководителя должника отсутствовала возможность. Иное лицами, участвующими в деле, не опровергнуто. 

Квалификация налоговым органом действий юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась для директора очевидной. 

При этом истцами не указано, из каких достоверных общедоступных источников руководитель должника, действуя разумно и добросовестно, мог получить информацию о контрагентах, аналогичную той, которая получена налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки.

Наличие в данном случае какого-либо из вышеуказанных критериев недобросовестности руководителя должника, поименованных в Постановлении Пленума ВАС РФ №62,  истцами не доказано, не обоснована. Не является и таким критерием отсутствия обжалования со стороны бывшего директора ФИО4, сохранившего в обществе статус акционера, решений налогового органа. 

Кроме того, ответчиками представлены документы, из которых следует, что взаимоотношения со спорными контрагентами непосредственно были связаны с коммерческой деятельностью общества, товар, который закупался у данных обществ использовался при осуществлении обществом своей коммерческой деятельности.

Исходя их представленной ответчиками динамики роста основных показателей АО «Бурвод» за 2008-2015 г.г. в 2010 прибыль предприятия составила – 19 489 275,92  руб., в 2011 – 21 287 583, 14 руб.,  в 2013 – 31 370 278, 68 руб., что не оспорено истцами.

Согласно абзацу второму пункта 1 Постановления ВАС № 62 арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Пунктом 3 статьи 10 ГК РФ установлена презумпция добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений. Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ и товариществ, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Руководитель юридического лица не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал, исходя из обычных условий делового оборота, либо в пределах разумного предпринимательского риска.

Учитывая масштаб деятельности общества, в настоящем случае нельзя утверждать о безусловной ответственности единоличного исполнительного органа и главного бухгалтера. Имеющиеся нарушения при ведении организацией бухгалтерского учета при отсутствии доказательств того, что руководитель действовал недобросовестно с целью скрыть указанные данные или причинить ущерб обществу, не свидетельствуют о наличии оснований для привлечения единоличного исполнительного органа к ответственности. 

ФИО4 при выборе контрагентов действовал исходя из обычных условий делового оборота и в пределах разумного предпринимательского риска, каких-либо противоправных действий, в том числе с целью причинения убытков обществу, не совершал.

Доказательств того, что при взаимоотношениях с контрагентами, указанными в решениях налоговых органов, ФИО5 знала, либо могла знать о недобросовестности контрагентов, истцами также не представлено. 

Согласно положений Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 наряду с директором солидарную ответственность за причиненные в такой ситуации убытки несут члены указанных коллегиальных органов (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, пункт 4 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»).

Иными словами, возложение всей полноты ответственности на одного лишь руководителя, и главного бухгалтера, действия которого были направлены на удовлетворение в первую очередь интересов последних, неправомерно.

И директор и главный бухгалтер исполняли свои обязанности в интересах юридического лица.

В связи с изложенным, исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства во взаимосвязи и в совокупности, суд считает, что истцы не подтвердили какими-либо безусловными доказательствами недобросовестность и противоправность действий ответчиков при осуществлении функций руководителя общества, и главного бухгалтера, а также наличие причинно-следственной связи между действиями ответчиков и привлечении общества к налоговой ответственности, в связи с чем отсутствуют бесспорные основания для удовлетворения исковых требований.

При указанных обстоятельствах суд отказывает в удовлетворении исковых требований.

В силу статьи 110 АПК РФ, с учетом уточнения истцами суммы исковых требований, из федерального бюджета подлежит возврату  часть излишне уплаченной государственной пошлины. Остальная часть государственной пошлины относится на истцов.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 170, 176, 180, 181, 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

            Возвратить ФИО1 из федерального бюджета 11 609 руб. 33 коп. государственной пошлины, излишне уплаченной по чек-ордеру от 01.03.2017.

            Возвратить ФИО3 из федерального бюджета 11 609 руб. 33 коп. государственной пошлины, излишне уплаченной по чек-ордеру от 01.03.2017.

            Возвратить ФИО2 из федерального бюджета 11 609 руб. 33 коп. государственной пошлины, излишне уплаченной по чек-ордеру от 01.03.2017.

            Решение в месячный срок со дня его принятия  может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

 

                 Судья                                                                                        Е.С. Сластина