АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

18 июля 2023 года

Дело №

А56-63536/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Богаткиной Н.Ю., ФИО1,

при участии ФИО2 (паспорт) и его представителя ФИО3 (доверенность от 26.08.2022), от общества с ограниченной ответственностью «Жилкомсервис № 1 Центрального района» представителя ФИО4 (доверенность от 06.10.2022),

рассмотрев 11.07.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2023 по делу № А56-63536/2021/уб.1, 

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.08.2021 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Жилкомсервис № 1 Центрального района», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Общество), о признании товарищества собственников жилья «Кирочная 9», адрес: 191104, Санкт-Петербург, Кирочная ул., д. 9, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Товарищество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 20.12.2021 в отношении Товарищества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5.

Решением от 22.07.2022 Товарищество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

В рамках дела о банкротстве Общества конкурсный управляющий ФИО6 12.08.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил взыскать с ФИО2 в конкурсную массу должника убытки в размере 14 965 704,37 руб.

Определением от 03.12.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2023 определение от 03.12.2022 отменено, по делу принят новый судебный акт об удовлетворении заявления.

В кассационной жалобе ФИО2, ссылаясь на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела просит отменить постановление от 10.04.2023 и оставить в силе определение от 03.12.2022.

По мнению подателя жалобы, суд апелляционной инстанции, установив, что ФИО2 являлся руководителем должника только с 18.08.2016, неправомерно привлек его к ответственности за период, не относящийся к периоду его управления Товариществом с 11.06.2014 по 17.08.2016, при этом большинство платежей произведено в пользу юридических лиц (поставщиков коммунальных услуг) за физических лиц - собственников жилых помещений, переданных в аренду Товариществу и в последующую субаренду другим лицам.

Как считает ФИО2, судом апелляционной инстанции неправильно распределено бремя доказывания, поскольку конкурсным управляющим не доказана совокупность условий для взыскания убытков.

Кроме того, вменяемые ФИО2 платежи не признаны в установленном порядке недействительными, в связи с чем не могут свидетельствовать о возникновении у Товарищества убытков.

В отзыве, поступившем в суд 04.07.2023 в электронном виде, конкурсный управляющий ФИО6 возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

В судебном заседании ФИО2 и его представитель поддержали доводы кассационной жалобы, а представитель Общества возражал против ее удовлетворения, считая обжалуемый судебный акт законным и обоснованным.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей в судебное заседание не направили, поэтому в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО2 в период с 18.08.2016 по 20.07.2022 являлся руководителем и с 28.06.2019 ликвидатором Товарищества.

Ссылаясь на то, что в указанный период ФИО2 были совершены операции по перечислению денежных средств в адрес физических и юридических лиц на общую сумму 14 965 704,37 руб. в отсутствие документов, подтверждающих встречное исполнение, что причинило вред имущественным правам кредиторов должника, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, исходил из недоказанности совокупности условий, предусмотренных статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), для взыскания убытков. 

Суд апелляционной инстанции, не согласившись с выводами суда первой инстанции, постановлением от 10.04.2023 отменил определение от 03.12.2022 и удовлетворил заявление, указав на необоснованность спорных платежей.

Исследовав материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.20.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в подпункте 5 пункта 2 Постановления № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица. Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации (пункт 3 Постановления № 62).

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 указанной статьи).

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Суд апелляционной инстанции, установив, что ФИО2 не представил доказательств, свидетельствующих о наличии между Товариществом и лицами, в пользу которых производились платежи, правоотношений, которые могли бы явиться основанием для перечисления денежных средств, а также не передал документацию по указанным платежам, пришел к выводу о доказанности факта причинения ФИО2 убытков Обществу в заявленном размере.

Между тем судом апелляционной инстанции не учтено, что согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, бремя доказывания факта причинения убытков действиями (бездействием) ФИО2, а также их размера и причинно-следственной связи между недобросовестным, неразумным его поведением и наступлением неблагоприятных экономических последствий для Товарищества возложено на заявителя (в данном случае на конкурсного управляющего).

При этом, на бывшем руководителе Товарищества как лице, осуществляющем распорядительные и иные функции, предусмотренные законом, учредительными и иными локальными документами организации, лежит обязанность дать объяснения, оправдывающие его действия с экономической точки зрения.

В этой связи при разрешении спора об убытках, основанного на нарушении руководителем экономических интересов юридического лица при указанных действиях (бездействии), следует установить именно те субъективные и (или) объективные обстоятельства, существовавшие в спорный период, которые бы подтверждали либо опровергали виновное поведение руководителя в допущенных нарушениях, как того требуют разъяснения, данные в пункте 1 Постановления № 62. 

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлено таких доказательств. 

В обоснование своих требований конкурсный управляющий сослался на отсутствие у него документов, послуживших основанием для перечисления денежных средств в адрес контрагентов, а также документов, подтверждающих возврат денежных средств.

Вместе с тем, как обоснованно указано судом первой инстанции, само по себе отсутствие документов у конкурсного управляющего не может свидетельствовать о том, что для указанных перечислений денежных средств отсутствовали документальные и правовые основания, равно как и о том, что указанными действиями ФИО2 были причинены убытки должнику.

В отсутствие договоров, иных документов, на основании которых совершались оспариваемые платежи, невозможно определить неравноценность встречного исполнения обязательств со стороны получателей спорных платежей. 

Таким образом, фактические обстоятельства, необходимые для признания оспариваемых платежей неравноценными, конкурсным управляющим не доказаны. Факт осуществления Товариществом платежей в пользу третьих лиц сам по себе не является достаточным доказательством их недействительности. 

Вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ доказательств того, что оспариваемые платежи выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности Товарищества, суду также не представлено.

Кроме того, документы, указанные в назначении спорных платежей, датированы периодом 2011-2016 и находятся за пределами трехлетнего срока до даты введения в отношении должника процедуры банкротства (20.12.2021).

Судом первой инстанции приняты объяснения ФИО2, согласно которым цель создания Товарищества заключалась в управлении, пользовании и ограниченном распоряжении имуществом собственников жилых помещений. 

В пользование Товарищества были переданы объекты недвижимости, принадлежащие в длительном временном периоде различным физическим лицам - собственникам жилья, и при пользовании которыми Товарищество несло расходы за пользование помещениями и было обязано вносить коммунальные платежи за собственников по соглашению, так как договоры с ресурсоснабжающими организациями были изначально заключены напрямую с собственниками жилья и оставались действующими после перехода права собственности к другим лицам. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного суда Российской Федерации от 01.06.2017 № 308-АД17-1209, товарищество собственников жилья не признается хозяйствующим субъектом с самостоятельными экономическими интересами, отличными от интересов его членов. Заключая договоры на оказание коммунальных услуг, на эксплуатацию и ремонт жилых помещений и общего имущества в многоквартирных домах, товарищество собственников жилья выступает в имущественном обороте не в своих интересах, а в интересах его членов. 

Из материалов дела о банкротстве следует, что единственным кредитором Товарищества является Общество, задолженность перед которым возникла в связи с ненадлежащим исполнением собственниками помещений своих обязанностей по оплате коммунальных услуг.

Между тем обязанность Товарищества по оплате ресурсов подлежит исполнению вне зависимости от наличия (отсутствия) в ее распоряжении денежных средств. Тем самым, ситуация, при которой Товарищество имеет непогашенную задолженность перед ресурсоснабжающими организациями одновременно с кредиторской задолженностью граждан, является обычной для функционирования товариществ собственников жилья.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции, оценив доводы ФИО2 и представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, пришел к правильному выводу о том, что указанные конкурсным управляющим перечисления объективно не имеют под собой недобросовестных или неразумных действий и, как следствие, каких-либо оснований для вывода о причинении указанными перечислениями убытков должнику. 

С учетом изложенного суд первой инстанции правильно указал, что в материалах дела отсутствуют доказательства противоправности поведения ФИО2, причинно-следственной связи между вменяемыми ему действиями и наступившими отрицательными последствиями в виде убытков в заявленной сумме. 

Выводы суда апелляционной инстанции об обратном не соответствуют материалам дела и сделаны с нарушением норм материального права.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы суда первой инстанции основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют установленным им фактическим обстоятельствам.

В этой связи у суда апелляционной инстанции не имелось оснований для отмены определения от 03.12.2022.

При указанных обстоятельствах постановление суда апелляционной инстанции от 10.04.2023 подлежит отмене, определение суда первой инстанции от 03.12.2022 – оставлению в силе.

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2023 по делу № А56-63536/2021 отменить.

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.12.2022 по тому же делу оставить в силе. 

 

Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи

 

Н.Ю. Богаткина

ФИО1