АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

450057, Республика Башкортостан, г. Уфа, ул. Октябрьской революции, 63а, тел. (347) 272-13-89, 

факс (347) 272-27-40, сервис для подачи документов в электронном виде: http://my.arbitr.ru

сайт http://ufa.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А07-20739/18

г. Уфа

10 февраля 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена 13.12.2021

Полный текст решения изготовлен 10.02.2022

Арбитражный суд Республики Башкортостан в лице судьи Воронковой Е.Г., при ведении протокола судебного заседания при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев дело по иску

Публичного акционерного общества "Акционерная нефтяная компания "Башнефть" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к Публичному акционерному обществу "Акционерная компания Востокнефтезаводмонтаж" (ОГРН 

<

***>)

Третьи лица:

САО «ВСК» 

ЗАО «НПО «Ленкор» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании 275 928 872 руб. 49 коп.

при участии в судебном заседании путем онлайн трансляции: 

от истца – ФИО2 представителя по доверенности № ДОВ/8/233/20 от 26.11.2020, ФИО3 представителя по доверенности № ДОВ/8/221/20 от 26.11.2020

от ответчика – ФИО4 представителя по доверенности № 81 от 01.01.2021, ФИО5 представителя по доверенности № 05 от 01.01.2021. 

от третьего лица ЗАО «НПО «Ленкор» - ФИО6 представителя по доверенности от 31.08.2018. 

от третьего лица САО «ВСК» - ФИО7 представителя по доверенности № 0849-Д от 06.04.2021.

          Публичное акционерное общество "Акционерная нефтяная компания "Башнефть" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) обратилась с иском  о взыскании  в солидарном порядке  к Публичному акционерному обществу "Акционерная компания Востокнефтезаводмонтаж" (ОГРН 

<

***>)  и  к Закрытому акционерному обществу «НПО «Ленкор» (ОГРН 

<

***>) вреда, причинённого имуществу юридического лица по 137964436 руб. 24 коп. с каждого ответчика, в том числе:

30470653 руб. 84 коп.  сумма затрат на устранение последствий аварии на установке «Висбрекинг»;

13757800 руб. 75 коп.  стоимость материала и оборудования, использованных для выполнения ремонтно-восстановительных работ установки «Висбрекинг»;

2124000 руб.  стоимость услуг по проведению экспертизы по установлению технических причин аварии;

2165300 руб. стоимость услуг на проведение экспертизы промышленной безопасности объектов ПАО АНК «Башнефть», попавших в зону термического воздействия в результате аварии;

227410000 руб.  сумма упущенной выгоды за простой установки «Висбрекинг»;

1117 руб. 80 коп.  сумма платы за сверхлимитный выброс, с связи с поступлением в атмосферный воздух загрязняющих веществ во время аварии на установке «Висбрекинг».

         Заявлением от 22.10.2020 года в порядке ст. 49 АПК РФ  истец заявил отказ от иска к ЗАО «НПО «Ленкор». Также заявил, что требования к ПАО «АК «ВНЗМ» остаются неизменными (л.д. 99 т.21). Заявление судом принято.

         Заявлением от 05.07.2021 года истец заявил о взыскании  всей суммы прямых убытков 48518515 руб. 76 коп. и суммы упущенной выгоды с Публичного акционерного общества "Акционерная компания Востокнефтезаводмонтаж" (ОГРН 

<

***>) 227410000 руб. 

Всего: 275928515 руб. 76 коп. в том числе:

30470653 руб. 84 коп.  сумма затрат на устранение последствий аварии на установке «Висбрекинг»;

13757800 руб. 75 коп.  стоимость материала и оборудования, использованных для выполнения ремонтно-восстановительных работ установки «Висбрекинг»;

2124000 руб. стоимость услуг по проведению экспертизы по установлению технических причин аварии;

2165300 руб. стоимость услуг на проведение экспертизы промышленной безопасности объектов ПАО АНК «Башнефть», попавших в зону термического воздействия в результате аварии;

1117 руб. 80 коп.  сумма платы за сверхлимитный выброс, с связи с поступлением в атмосферный воздух загрязняющих веществ во время аварии на установке «Висбрекинг»;

227410000 руб. сумма упущенной выгоды за простой установки «Висбрекинг» заявив об уменьшении суммы платы за сверхлимитный выброс в атмосферный воздух загрязняющих веществ во время аварии на установке «Висбрекинг» до 716 руб. 17 коп.(л.д.2-3 т.26) Заявление принято.

         Заявлением от 30 июля 2021 года истец уточнил сумму платы за сверхлимитный выброс которая составила  1117 руб. 90 коп.(л.д.141-142 т. 26). Общая сумма требований составила: 275928872 руб. В порядке ст. 49 АПК РФ уточнение судом принимается, дело будет рассмотрено с его учетом. коп. Заявление принято.

Ответчик исковые требования не признал по доводам и дополнениям к нему,  письменных пояснений, представленных в материалы дела.

Возражения по заявленным требованиям изложены и в письменных отзывах, дополнениях, письменных пояснениях третьих лиц.

Исследовав представленные доказательства, выслушав представителей сторон, третьих лиц суд 

                                              У С Т А Н О В И Л:

Между ПАО АНК «Башнефть»(заказчик) и ПАО ВНЗМ»(подрядчик) заключен договор № БНФ/у/31/2873/15/ДРО от 13.01.2016 на выполнение работ по ремонту основных фондов (л.д. 1-37 т.3).

Подрядчик по заданию заказчика  обязуется выполнить работы по ремонту основных фондов по графику планово-предупредительных ремонтов на территории Филиала ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ» (далее «Филиал») заказчика (далее «Работы») в сроки, определённые Календарным планом выполнения работ (Приложение № 1 к настоящему договору) с использованием материалов, изделий в соответствии с разделом 6 настоящего договора, сдать результат выполненных работ заказчику, выполнять свои обязательства в течении гарантийного срока, а заказчик обязуется принять и оплатить подрядчику результаты выполненных работ в размере, предусмотренном условиями договора.

В числе основных фондов - объектов на которых предусматривалось выполнение ремонтных работ имела место установка «Висбрекинг» топливного производства.

Как указывает истец, актом № 216-04-3-56 от 27.04.2016 на установке «Висбрекинг» топливного производства филиала ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ на трубопроводе «Продукты висбрекинга от квенча до К-1 выявлена язвенная коррозия прямых участков, отводов, переходов, фланцев, сварных соединений по всей длине трубопровода. В соответствии с указанным актом решено произвести ремонтные работы по замене материалов трубопровода, в том числе труб, переходов, отводов и т.д. 

Производственная площадка филиала ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ», куда входит установка «Висбрекинг», является опасным производственным объектом и зарегистрирована в государственном реестре опасных производственных объектов 16.04.2012  за рег. № А41-05559-0001, 1 класс опасности.

  По доводам иска: 29 января 2017 года на установке «Висбрекинг» на участке трубопровода «Продукты висбрекинга от квенча до К-1» произошло техногенное происшествие.

Данное происшествие квалифицировано как «авария», т.е. разрушение сооружений и (или) технических устройств, применяемых на опасном производственном объекте, неконтролируемые взрыв и (или) выброс опасных веществ (п.1 Федерального закона Российской Федерации от 21.07.1997. № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»).

Приказом Западно-Уральского управления Ростехнадзора от 30.01.2017 № 22-пр/б образована комиссия по техническому расследованию причин вышеуказанной аварии, в которую вошли представители Западно-Уральского управления Ростехнадзора, Управления Росприроднадзора по Республике Башкортостан, Управления гражданской защиты по Орджоникидзевскому району г. Уфы, представители ПАО АНК «Башнефть» и страховой компании САО «ВСК».

По результатам расследования причин аварии комиссией составлен Акт, содержащий выводы об обстоятельствах и причинах происшествия о лицах, виновных в аварии.

 Авария произошла с восточной стороны печи установки «Висбрекинг гудрона» на участке трубопровода «Продукты висбрекинга от квенча до К-1» инв. № 025334 от  печи П-1/1 Ду 200 на отводе.

После аварийной остановки установки «Висбрекинг» и отсечения аварийного трубопровода обнаружено повреждение отвода  на трубопроводе – отверстие около 30 мм.

Для определения технических причин аварии истцом была привлечена экспертная организация  ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория».

На основании акта от 09.02 2017  специалистам указанной экспертной организации был передан образец дефектного отвода со сварным соединением и участком трубы для проведения исследования.

Согласно отчёту и приложению к нему № 18(заключением № 125 от 17.02.2017) установлено, что разгерметизация трубы произошла в результате утонения стенки отвода за счёт коррозийных процессов с внутренней поверхности и связано с несоответствием марки стали разрушенного отвода (стать 20) проектной и эксплуатационной документации(15х5М).

Как указывает истец, с указанными выводами экспертной организации согласилась комиссия по расследованию причин аварии. В п 6.1 Акта  указано, что разгерметизация отвода трубопровода произошла из-за утонения стенки отвода за счёт коррозийных процессов с внутренней поверхности по причине несоответствия марки стали смонтированного отвода(сталь 20) проектной документации (сталь 15х5М) с последующим выбросом продуктовой смеси и последующим пожаром. Конструкция и материальное исполнение трубопровода, смонтированного 24.05.2016 ООО «СтройМонтажИнжиниринг»(субподрядчик, привлечённый ПАО ВНЗМ»(подрядчик) не соответствует данным и рабочим чертежам проектов.

ООО «СМИ» представлена исполнительная документация на ремонт технологического  трубопровода.

По результатам выполненных работ составлен акт сдачи установки «Висбрекинг» топливного производства от 20.05.2016 года, подписанный, в том числе, ПАО «АК ВНЗМ».

Подрядчик несёт ответственность за соответствие результатов выполненных работ требованиям правил, стандартов и других нормативно-технических документов(п. 7.3 договора), обязался обеспечить качественное выполнение работ и надежную и безаварийную эксплуатацию объекта, на котором были выполнены работы. Гарантия выполненных работ составляет 48 месяцев (п.п. 8.1, 8.2 договора).

ПАО «АК «ВНЗМ» обеспечивает своими силами проведение операционного контроля качества выполнения работ по договору, включающего в себя, в том числе:

- входной контроль материалов, предоставляемых для выполнения работ на объектах;

- проверку соблюдения последовательности и состава выполняемых технологических операций при выполнении работ на объектах;

- соблюдение технологических режимов, установленных технологическими картами и регламентами;

- соответствие показателей качества выполнения операций и их результатов требованиям проектной, технологической и нормативной документации(п. 8.4 договора).

ПАО «АК ВНЗМ» привлекло для исполнения договора субподрядчика ООО «СтройМонтажИнжиниринг», заключив с ним договор субподряда № 1896/01АР-16 от 12.04.2016.Согласно п. 3 т. 706 ГК РФ подрядчик несёт ответственность за последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств субподрядчиком ООО «СМИ».

Кроме того, истец указал в иске, что между ПАО АНК «Башнефть»(заказчик) и ЗАО НПО «Ленкор» (исполнитель) заключен договор № БНФ/у/31/1293/16/ДРО от 24.03.2016 г.(л.д. 1-132 т.4).

Предмет договора - «проведение экспертизы промышленной безопасности и назначение ресурса безопасной эксплуатации технических устройств на объектах филиала  ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть – УНПЗ» в соответствии с перечнем (приложение № 4), являющемся неотъемлемой частью договора и техническим заданием(Приложение № 5 к договору).

Во исполнение договора ЗАО НПО «Ленкор» провело экспертизу промышленной безопасности трубопровода «»Продукты висбрекинга от квенча до К-1» и в заключении № 41-ТУ-32876-2016 от 29.08.2016 указано, что трубопровод находится в работоспособном состоянии и может быть допущен к дальнейшей эксплуатации до 02.05.2021 с параметрами, указанными в паспорте трубопровода.

Истец заявил, что Комиссией по расследованию причин аварии, а также экспертами ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» в ходе изучения заключения экспертизы промышленной безопасности № 41-ТУ-32876-2016 от 29.08.2016 установлено, что фактически заключение выдано на демонтированный(отбракованный) трубопровод, т.к. сведения о трубах и деталях трубопровода не соответствуют фактическому  исполнению трубопровода, в том числе исполнительной схеме паспорта.

В положениях пунктов 1.8.7, 2.2 экспертизы промышленной безопасности ЗАО НПО «Ленкор» установлено, что в мае 2016 года на исследуемом трубопроводе проводился ремонт, его частичная замена. Однако, экспертиза  не содержит сведения о материалом исполнении заменённых частей трубопровода либо изучения исполнительной документации ООО «СМИ».

ЗАО НПО «Ленкор» не проведено стилоскопирование (определение химического состава стали) для всех элементов трубопровода, изготовленных из легированной стали.

Указанные обстоятельства дали основание истцу считать, что ЗАО НПО «Ленкор» не обеспечило проведение качественной экспертизы промышленной безопасности трубопровода, что привело к нарушениям при эксплуатации оборудования установки «Висбрекинг» и аварии на опасном производственном объекте(нарушение требований п. 8 Федерального закона Российской Федерации от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»).

Истцом были предъявлены претензии к подрядчику и данной экспертной организации о взыскании реальных убытков в сумме 48217754 руб. 59 коп.

Получив возражения на предъявленные претензии, истец обратился с иском, привлекая ПАО «АК ВНЗМ»  и ЗАО НПО «Ленкор» в качестве солидарных ответчиков.

 По доводам иска, в результате аварии повреждено технологическое оборудование и сооружения ПАО АНК «Башнефть» (раздел 9 Акта, стр. 41).

ПАО АНК «Башнефть» составило акты ревизии и отбраковки трубопровода от 29.01.2017, а также акт на ремонтно-восстановительные работы от 29.01.2017.

На ПАО АНК «Башнефть» возложены обязанности по восстановлению технологических трубопроводов, технических устройств, металлоконструкций, электрической проводки, кабельных линий и киповских коммуникаций, попавших в зону воздействия высоких температур на установке Висбрекинг в соответствии с проектной документацией (п.3 раздела 7 Акта технического расследования причин аварии, стр. 36).

Кроме того, согласно абзацу 21 пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 N 116-ФЗ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов" эксплуатирующая опасный производственный объект организация (ПАО АНК «Башнефть») обязана осуществлять мероприятия по локализации и ликвидации последствий аварий на опасном производственном объекте.

Необходимость срочного ремонта и восстановление работы установки «Висбрекинг» обусловлена обстановкой, сложившейся в результате аварии, которая могла повлечь за собой человеческие жертвы, ущерб здоровью людей и окружающей среде, а также значительные материальные потери для ПАО АНК «Башнефть».

ПАО АНК «Башнефть» в рамках исполнения вышеуказанных обязанностей заключило с АО «Промфинстрой» договор № БНФ/у/31/227/17/ДРО от 22.02.2017 для проведения ремонтно-восстановительных работ на установке «Висбрекинг».

Согласно справке по затратам на устранение последствий аварии на установке «Висбрекинг», утверждённой директором по ремонтам и надежности ПАО АНК «Башнефть» Башнефть-Уфанефтехим» ФИО8, стоимость ремонтно-восстановительных работ, выплаченных АО «Промфинстрой», составила 30 470 653,84 руб. Размер ущерба подтверждается расчетом договорной цены на выполнение ремонтно-восстановительных работ с АО «Промфинстрой», в том числе локально-сметными расчётами, актами выполненных работ по форме КС-2, справками о стоимости работ по форме КС-3, дефектными ведомостями, платежными поручениями о перечислении денежных средств. 

Стоимость материала и оборудования ПАО АНК «Башнефть», использованных для   выполнения   ремонтно-восстановительных   работ   установки «Висбрекинг», составила 13 757 800,75 руб. Данная сумма не входит в стоимость работ по договору с АО «Промфинстрой», подтверждается актами списания материально-производственных запасов ПАО АНК «Башнефть».

Стоимость услуг по проведению экспертизы по установлению технических причин аварии составила 2 124 000 руб. Указанная стоимость подтверждается расчетом договорной цены по договору № БНФ/у/31/673/17/ДРО от 19.04.2017, заключенному между ПАО АНК «Башнефть» и ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория», в том числе актом выполненных работ (оказанных услуг) от 31.05.2017, платежным поручением о перечислении денежных средств.

На ПАО АНК «Башнефть» возложены обязанности по проведению экспертизы промышленной безопасности технологических трубопроводов, технических устройств, металлоконструкций, электрической проводки, кабельных линий и киповских коммуникаций, попавших в зону воздействия высоких температур на установке «Висбрекинг» (п.2 раздела 7 Акта технического расследования причин аварии, стр. 36).

В рамках исполнения указанной обязанности ПАО АНК «Башнефть» заключило с ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» договор № БНФ/у/31/413/17/ДРО от 10.05.2017.

Стоимость услуг на проведение экспертизы промышленной безопасности объектов ПАО АНК «Башнефть», попавших в зону термического воздействия в результате аварии, составила 2 165 300 руб. Выполнение данной услуги подтверждается актом № 1 от 31.05.2017.

Вышеуказанные убытки на общую сумму 48 517 754,59 руб. являются реальным ущербом, который причинен ПАО АНК «Башнефть» в результате аварии на установке «Висбрекинг».

Помимо реального ущерба, ПАО АНК «Башнефть» также причинены убытки в виде упущенной выгоды, то есть не полученные ПАО АНК «Башнефть» доходы, которые общество получило бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы не было нарушено его право на качественное выполнение работ и не произошла бы авария.

Расчет упущенной выгоды ПАО АНК «Башнефть» произведен на основе отклонения исполнения плана производства на установке «Висбрекинг» на время его простоя, снижения нетто-выручки от реализации продукции с учетом полученной экономии от снижения затрат на приобретения сырья и присадок.

Согласно приложенного к иску расчета сумма упущенной выгоды за простой установки «Висбрекинг» составила 227 410 000 руб.

Плата за сверхлимитный выброс, в связи с поступлением в атмосферный воздух загрязняющих веществ во время аварии на установке «Висбрекинг» 29.01.2017, составила 1 117,80 руб., которая также является убытком ПАО АНК «Башнефть» и подлежит взысканию с виновных лиц.

 ЗАО «НПО «Ленкор» возражая по заявленным требованиям, пояснил следующее.

Обязанность по доказыванию совокупности фактов:

1) наличие понесенных убытков и их размер, 

2) наличие противоправных действий со стороны причинителя убытков, 

3) наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и понесенными убытками лежит на истце. 

В данном случае в исковом заявлении в отношении ЗАО «НПО «Ленкор» отсутствует указание на совершение со стороны ЗАО «НПО «Ленкор» противоправных действий в отношении имущества ПАО «АНК «Башнефть» - отсутствует указание на нарушение со стороны ЗАО «НПО «Ленкор» обязательных нормативно-правовых актов, регулирующих деятельность последнего, либо положений договора, заключенного между сторонами, а также отсутствует обоснование прямой причинно-следственной связи между проведением ЗАО «НПО «Ленкор»  экспертизы промышленной безопасности и аварией, произошедшей на объекте, принадлежащем истцу.

Требуя взыскания с ЗАО «НПО «Ленкор» суммы убытков солидарно с ПАО «АК «ВНЗМ» истец ссылается на положения гл.59 ГК РФ, т.е. правовых норм, регулирующих внедоговорную ответственность лица, причинившего вред. Одновременно, указывая на допущенные со стороны ЗАО «НПО «Ленкор» нарушения, истец исходит из факта наличия договорных отношений между ним и ЗАО «НПО «Ленкор». При этом истец не обосновывает какой именно объем причиненных ему убытков вызван действиями ЗАО «НПО «Ленкор». 

Кроме того, истец не учитывает положения п. 10.7 Договора, согласно которому, в случае если оборудование после назначения остаточного ресурса не отработало установленный срок при параметрах эксплуатации и без нарушения технологического режима и регламента, то Заказчик вправе потребовать от Исполнителя возмещения затрат на проведение работ по восстановлению его работоспособности в пределах стоимости выполненных работ по экспертизе, либо, после проведения ремонтно-восстановительных работ за счет Заказчика, Исполнитель проводит обследование и выдает новое заключение о ресурсе работоспособности оборудования за свой счет, о чем должен быть составлен акт комиссией с представителями Заказчика и Исполнителя. Следовательно, сторонами договора была определен ограниченный размер убытков, вызванных некачественным выполнением работ.

Таким образом, размер исковых требований истца по отношению ЗАО «НПО «Ленкор» полагает, не обоснован ни по праву, ни по размеру.

Относительно представленных в судебном заседании 20.11.2018г. пояснений ПАО «АНК «Башнефть» ЗАО «НПО «Ленкор» представил следующую позицию.

Согласно позиции, изложенной в пояснениях, истец полагает установленными следующие обстоятельства в отношении экспертизы промышленной безопасности, выполненной ЗАО «НПО «Ленкор» № 41-ТУ-32876-2016 от 29.08.2016г.:

1. экспертиза  выдана на демонтированный  (отбракованный) трубопровод, поскольку сведения о трубах и деталях трубопровода не соответствуют фактическому исполнению, в т.ч. исполнительной схеме паспорта. Тем самым, по мнению истца, установлено нарушение п.п. 11, 21 Правил проведения экспертизы промышленной безопасности,    утвержденные приказом Ростехнадзора №538 от 14.11.2013. 

Эти утверждения истца ЗАО «НПО «Ленкор» полагает, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Данное утверждение базируется на выводах, изложенных в Отчете Определение технических   причин   аварии,   произошедшей   29.01.2017г.   на установке «Висбрекинг»  топливного  производства  филиала ПАО  «АНК «Башнефть» «Башнефть УНПЗ» от 01.06.2017г., подготовленного ЗАО «НДЦ «НПФ «Русская лаборатория» (т.2 л.д.37).

В Отчете отсутствует указание на какое-либо нарушение со стороны ЗАО «НПО «Ленкор» Правил проведения экспертизы промышленной безопасности, утвержденных приказом Ростехнадзора от 14.11.2013 №538. Также такие нарушения не выявлены и в Акте технического расследования причин аварии составленной комиссией по техническому расследованию причин аварии.

Таким образом, вывод о нарушении со стороны ЗАО «НПО «Ленкор» п.п. 11, 21 Правил является исключительно мнением истца, не подтвержденным материалами дела и не основанным на актах уполномоченного государственного органа.

Сам по себе вывод о том, что Заключение экспертизы промышленной безопасности(ЭПБ) выдавалось на демонтированный трубопровод, опровергается тем, что сведения о проведении ремонта в мае 2016 года отражены в Заключении. Заключение ЭПБ оформлялось в соответствии с нормами и требованиями Правил проведения ЭПБ № 538 на работоспособный трубопровод в том состоянии, в котором трубопровод существовал на момент проведения обследования на предмет соответствия нормам промышленной безопасности.

2.в перечне сведений рассмотренных документов отсутствуют сведения об исполнительной документации на ремонт ООО «СМИ», но имеется запись о проведенном ремонте в мае 2016г., Тем самым, по мнению истца, установлено нарушение п.п. 11, 21 Правил проведения экспертизы промышленной безопасности, утвержденные приказом Ростехнадзора №538 от 14.11.2013.

Эти утверждения истца не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Данное утверждение базируется на выводах, изложенных в Отчете Определение технических причин аварии, произошедшей 29.01.2017г. на установке «Висбрекинг» топливного производства филиала ПАО «АНК «Башнефть» «Башнефть У НПЗ» от 01.06.2017г., подготовленного ЗАО «НДЦ «НПФ «Русская лаборатория» (т.2 л.д.37).

В Отчете отсутствует указание на какое-либо нарушение со стороны ЗАО «НПО «Ленкор» Правил проведения экспертизы промышленной безопасности, утвержденных приказом Ростехнадзора от 14.11.2013 №538. Также такие нарушения не выявлены и в Акте технического расследования причин аварии, составленной комиссией по техническому расследованию причин аварии.

Таким образом, вывод о нарушении со стороны ЗАО «НПО «Ленкор» п.п. 11, 21 Правил является исключительно мнением истца, не подтвержденным материалами дела и не основанным на актах уполномоченного государственного органа.

Сам по себе вывод о том, что Заключение ЭПБ выдавалось на демонтированный трубопровод опровергается тем, что сведения о проведении ремонта в мае 2016 года отражены в Заключении. Заключение ЭПБ оформлялось в соответствии с нормами и требованиями Правил проведения ЭПБ №538 на работоспособный трубопровод в том состоянии, в котором трубопровод существовал на момент проведения обследования на предмет соответствия нормам промышленной безопасности.

В перечне сведений рассмотренных документов отсутствуют сведения об исполнительной документации на ремонт ООО «СМИ», но имеется запись о проведенном ремонте в мае 2016г. Тем самым, по мнению истца, установлено нарушение п.п. 11, 21 Правил проведения экспертизы промышленной безопасности, утвержденные приказом Ростехнадзора №538 от 14.11.2013.

Эти утверждения истца не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Данное утверждение базируется на выводах, изложенных в Отчете Определение технических причин аварии, произошедшей 29.01.2017г. на установке «Висбрекинг» топливного производства филиала ПАО «АНК «Башнефть» «Башнефть УНПЗ» от 01.06.2017г.. подготовленного ЗАО «НДЦ «НПФ «Русская лаборатория» (т.2 л.д.37).

В Отчете отсутствует указание на какое-либо нарушение со стороны ЗАО «НПО «Ленкор» Правил проведения экспертизы промышленной безопасности, утвержденных приказом Ростехнадзора от 14.11.2013 №538. Также такие нарушения не выявлены и в Акте технического расследования причин аварии, составленной комиссией по техническому расследованию причин аварии.

Таким образом, вывод о нарушении со стороны ЗАО «НПО «Ленкор» п.п. 11, 21 Правил является исключительно мнением истца, не подтвержденным материалами дела и не основанным на актах уполномоченного государственного органа.

В п. 26 Правил проведения ЭПБ №538 указано, что заключение должно содержать: ...6) сведения о рассмотренных в процессе экспертизы документах с указанием объема материалов, имеющих шифр, номер, марку или другую индикацию, необходимую для идентификации.

Правила не содержат указания на необходимость приводить в заключении сведения об всех представленных на экспертизу документах.

Не проведено стилоскопирование всех элементов трубопровода, изготовленных из легированной стали при отсутствии данных об их материальном исполнении. Тем самым, по мнению истца, установлено нарушение п. 9 Программы работ по экспертизе промышленной безопасности, п. 23 Правил проведения экспертизы промышленной безопасности, утвержденные приказом Ростехнадзора №538 от 14.11.2013.

Эти утверждения истца не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Обязательность проведения стилоскопирования всех элементов трубопровода не была установлена ни в Отчете Определение технических причин аварии, произошедшей 29.01.2017г. на установке «Висбрекинг» топливного производства филиала ПАО «АНК «Башнефть»   «Башнефть УНПЗ» от 01.06.2017г., подготовленного ЗАО «НДЦ «НПФ «Русская лаборатория», ни в Акте технического расследования причин аварии.

Согласно «Программе экспертизы промышленной безопасности» стилоскопирование производится в обязательном порядке для всех элементов трубопроводов, изготовленных из легированной стали, в случае отсутствия данных об их материальном исполнении (п. 9 раздела Основные работы - т.1. л.д.90). Сведения о материальном исполнении трубопровода были представлены ПАО «АНК «Башнефть» в соответствии с п.3.1. Договора.

Таким образом, вывод о нарушении со стороны ЗАО «НПО «Ленкор» п.9 Программы ЭПБ, п. 23 Правил является исключительно мнением истца, не подтвержденным материалами дела и не основанным на актах уполномоченного государственного органа.

Следовательно, утверждения истца о том, что «вмененные ЗАО «НПО «Ленкор» нарушения установлены в результате технического расследования причин аварии», являются безосновательными, и требуют доказывания со стороны истца в ходе рассмотрения вопроса о виновности, т.е. нарушении обязательных для ответчика правовых норм или положений договора, при рассмотрении дела по существу.

ЗАО «НПО «Ленкор» отдельно отмечает, что согласно Акту экспертного исследования №39/2018/Р от 30.11.2018г., выполненного ведущим экспертом ООО «Юридический Консультационный Центр» ФИО9, выводы изложенные в подп. 5.1. п.5 Отчета, в части, относящейся к ЗАО «НПО «Ленкор», изложенные в подп. 6.2.3 п.6.2. подл. 7, п.8 Акта технического расследования являются недостоверными и необоснованными. Действия ЗАО «НПО «Ленкор» не являются непосредственной причиной аварии и не являются опосредованной причиной аварии, поскольку отсутствует причинно-следственная связь между действиями ЗАО «НПО «Ленкор» и аварией.

Вопреки утверждению истца о том, что перечисленные в Акте расследования причин аварии, нарушения со стороны работников ПАО «АНК «Башнефть» являлись формальными и не способствовали возникновению аварии, именно нарушения, допущенные со стороны ПАО «АНК «Башнефть» находятся в цепочке причинно-следственной связи, приведшей к аварии: некачественный контроль позволяет использование при ремонте непроектной трубной продукции, непроектная трубная продукция допускает ускоренную коррозию, ускоренная коррозия вызывает непосредственно аварию.

При таких обстоятельствах - отсутствие виновности в действиях ЗАО «НПО «Ленкор», отсутствие причинно-следственной связи между действиями ЗАО «НПО «Ленкор» и аварией просит в удовлетворении требований ПАО «АНК «Башнефть» к ЗАО «НПО «Ленкор» отказать в полном объеме.

 Заявлением от 22.10.2020 года в порядке ст. 49 АПК РФ  истец заявил отказ от иска к ЗАО «НПО «Ленкор». Также заявил, что требования к ПАО «АК «ВНЗМ» остаются неизменными (л.д. 99 т.21). 

Заявлением от 05.07.2021 года истец заявил о взыскании  всей суммы прямых убытков и суммы упущенной выгоды с Публичного акционерного общества "Акционерная компания Востокнефтезаводмонтаж" (ОГРН 

<

***>):

30470653 руб. 84 коп.  сумма затрат на устранение последствий аварии на установке «Висбрекинг»;

13757800 руб. 75 коп.  стоимость материала и оборудования, использованных для выполнения ремонтно-восстановительных работ установки «Висбрекинг»;

2124000 руб. стоимость услуг по проведению экспертизы по установлению технических причин аварии;

2165300 руб. стоимость услуг на проведение экспертизы промышленной безопасности объектов ПАО АНК «Башнефть», попавших в зону термического воздействия в результате аварии;

1117 руб. 80 коп.  сумма платы за сверхлимитный выброс, с связи с поступлением в атмосферный воздух загрязняющих веществ во время аварии на установке «Висбрекинг»;

227410000 руб. сумма упущенной выгоды за простой установки «Висбрекинг» заявив об уменьшении суммы платы за сверхлимитный выброс в атмосферный воздух загрязняющих веществ во время аварии на установке «Висбрекинг» до 716 руб. 17 коп.(л.д.2-3 т.26). 

Заявлением от 30 июля 2021 года истец уточнил сумму платы за сверхлимитный выброс которая составила  1117 руб. 90 коп. (л.д.141-142 т. 26).

В порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнение судом принято. Дело рассмотрено с его учетом.

 ПАО "Акционерная компания Востокнефтезаводмонтаж" возражало по заявленным требованиям, в удовлетворении исковых требований просило отказать по следующим основаниям.

В отзыве от 17.09.2018г. (л.д. 123-131 т.8) заявлено о непредставлении относимых, допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих вину ПАО «АК Востокнефтезаводмонтаж" и причинно-следственную связь между действиями ответчика и убытками истца.

13.01.2016 между ПАО «АНК «Башнефть» и ПАО «АК ВНЗМ» был заключен договор на выполнение работ по ремонту основных фондов №БНФ/у/31/2873/15/ДРО.

В соответствии с пунктом 1.1. договора подрядчик по заданию заказчика обязался выполнить работы по ремонту основных фондов по графику планово-предупредительных ремонтов на территории Филиала ПАО «АНК «Башнефть» «Башнефть - УНПЗ» заказчика в сроки, определенные календарным планом выполнения работ с использованием материалов, изделий в соответствии с разделом 6 договора, сдать результат выполненных работ заказчику, выполнять свои обязательства в течение гарантийного срока, а заказчик обязался принять и оплатить подрядчику результаты выполненных работ в размере, предусмотренном условиями договора.

Согласно пункту 3.4. Договора Заказчик обязуется осуществлять своими силами проведение подготовительных мероприятий согласно действующим правилам и инструкциям Заказчика.

В силу пункта 3.6. договора истец обязался предоставлять ответчику оборудование и материалы в соответствии с разделительным протоколом на поставку материалов, изделий и оборудования.

Согласно пункту 6.2. договора заказчик предоставляет подрядчику давальческие материалы, изделия, необходимые для производства работ согласно разделительному протоколу с оформлением накладной на отпуск материалов на сторону по форме М-15 в сроки, согласованные в разделительном протоколе.

Разделительным протоколом отводы 90-219x10 (сталь марки 15Х5М) отнесены к поставке Заказчика (пункты 2, 6 разделительного протокола).

ООО «Строймонтажинжиниринг», являющееся субподрядчиком ответчика и непосредственно выполнявшее спорные работы, 26.05.2016 передало заказчику комплект исполнительной документации, в том числе протоколы входного контроля и карты входного контроля основных материалов (пункт 14 описи исполнительной документации на ремонт технологического трубопровода).

Со стороны заказчика исполнительная документация принята и проверена инженером отдела технического надзора ФИО10

Из содержания переданных заказчику протоколов и актов входного контроля следует, что ООО «Строймонтажинжиниринг» провело надлежащим образом входной контроль материалов, переданных заказчиком, отклонений не выявлено, сталь соответствует марке 15x5м.

В соответствии с удостоверением о качестве ремонта №316 от 24.05.2016, спорный отвод изготовлен из стали марки 15Х5М. Совместно с полученными от Заказчика отводами был передан составленный Заказчиком и сторонней организацией акт входного контроля № 312 от 25.12.2004 (поставщик НПП «Форт») на спорный отвод согласно которому 100% партии общим количеством 114 штук были проверены и дефекты не выявлены, все отводы были промаркированы заказчиком как 15Х5М, что подтверждается фотографиями, сделанными перед монтажом.

Указанные обстоятельства также установлены актом технического расследования причин аварии (страница 23 акта).

Кроме того, согласно п. 5.3. Договора подрядчик обязуется обеспечить выполнение правил и положений, действующих на объектах заказчика.

Согласно инструкции ОМ-50 ОАО «АНК «Башнефть», утвержденной приказом от 01.08.2013 №634 (действовала в период выполнения работ) приварные детали трубопроводов (к которым относятся спорные отводы) поименованы в приложении №5. В силу пункта 2.1. инструкции входной контроль материально-технических ресурсов, указанных в приложении №5, проводит сервисная организация, оказывающая услуги по проведению входного контроля.

Таким образом, ответчик полагает доказанным факт выполнения работ с применением отвода из стали марки 15Х5М.

Доводы истца, о недостоверности и ложности протоколов о проведении спектрального анализа и термической обработки сварных соединений, представленных в исполнительной документации, основаны на выводах сделанных ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория». 

Однако, указанные доводы не могут быть приняты в качестве обоснованных по следующим основаниям.

Ответчик не был извещен о проведении технического расследования причин аварии и составлении акта.

Кроме того, ответчик также не был уведомлен о демонтаже спорного отвода и передаче его на экспертизу.

Исходя из представленных истцом в материалы дела доказательств, авария произошла 29.01.2017.

Акт технического расследования причин аварии не содержит даты составления.

В соответствии с пунктом 1.1. отчета определении технических причин аварии, изготовленного ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория», договор на проведение работ по определению технических причин аварии заключен 19.04.2017.

Отчет изготовлен 01.06.2017.

Никаких извещений о необходимости присутствия при проведении осмотра, проведении демонтажа спорного отвода либо проведении экспертизы в адрес ответчика не поступало.

Акт технического расследования не может быть признан надлежащим доказательством, поскольку ПАО «АК ВНЗМ» для проведения осмотра и выявленных недостатков Заказчиком не приглашалось, выявленные недостатки Подрядчику к устранению не предъявлены (не определены сроки устранения).

Таким образом, истец утратил возможность доказывания того, что недостатки имели место и являлись следствием некачественного выполнения работ ответчиком, а акт технического расследования причин аварии и отчет определения технических причин аварии согласно статье 68 АПК РФ являются недопустимыми доказательствами.

Кроме того, отчет определения технических причин аварии от 01.06.2017 содержит в себе сведения, которые не согласуются с иными доказательствами и фактически противоречат позиции истца, в частности:

Из отчета от 01.06.2017 следует, что, спорный отвод имеет механические повреждения (страницы 31, 38):

«Края сквозного отверстия имеют повреждения от механического воздействия. В соответствии со справкой, выданной службами «Башнефть-УНПЗ», после аварийной остановки установки и отсечения аварийного трубопровода было обнаружено повреждение отвода на трубопроводе - отверстие около 30 мм», (абзац 3 страницы 31 отчета от 01.06.2017);

«обнаружено сквозное повреждение отвода 90 219x10,0 мм, края сквозного отверстия имеют причины от механического воздействия», (последний абзац страницы 38 отчета от 01.06.2017).

Ответчик полагает, что указанное обстоятельство само по себе исключает вину ПАО «АК ВНЗМ».

2.Из текста страниц 31, 38 следует, что Заказчиком на поврежденном участке был установлен некий хомут. Подрядчик считает, что хомут мог быть установлен ранее.

3.На странице 31 и в приложении № 12 (справка по причинам установки хомута) указано, что отверстие в отводе было диаметром 30 мм, при этом отверстие на отводе, переданном на экспертизу 90x60 мм (заключении №125 от 17.02.2018 прил. 18).

4.На странице 35 указано, что имеют место неучтенные вмешательства в трубопровод (ремонты), например, в 2008 и 2014 гг. (страница 35).

5.В приложении № 12 (справка по причинам установки хомута) отсутствуют упоминания о пожаре, имеются сведения лишь, что после некой разгерметизации был установлен хомут.

Позиция истца также противоречит доказательствам, представляемым самим истцом в материалы дела.

Исходя из сведений, содержащихся в паспорте трубопровода продукты висбрекинга от квенча до К-1н следует проведение последнего ремонта трубопровода в мае 2016.

В последующем 06.06.2016 ЗАО «НПО «Ленкор» проведена экспертиза промышленной безопасности. При наружном и внутреннем осмотре дефектов не обнаружено.

Далее 20.02.2017, то есть после предполагаемой аварии от 29.01.2017, проведена ревизия трубопровода: наружный осмотр, ультразвуковая толщинометрия. В местах замеров минимальные значения толщин стенок элементов трубопровода превышают отбраковочные размер. Разрешается эксплуатация трубопровода с параметрами Р - 1,65 Мпа, Т-450С.

Соответствующая отметка сделана ответственным по надзору - ФИО10

20.02.2017 проведена экспертиза промышленной безопасности с целью продления срока безопасной эксплуатации трубопровода. По результатам проведенной экспертизы срок безопасной эксплуатации назначен равным 4 (четырем) годам с 20.02.2017. Разрешается эксплуатация с технологическими параметрами согласно выданному заключению экспертизы №41-ТУ-16936-2017. Следующий срок проведения экспертизы промышленной безопасности не позднее 31.12.2021.

Соответствующая отметка сделана ответственным по надзору - инженером ФИО10 и ответственным за безопасную эксплуатацию - начальником участка ФИО11

При этом, договор на выполнение ремонта основных фондов с АО «Промфинстрой» заключен лишь 28.02.2017, начало выполнения работ - март 2017, завершение работ -31.05.2017.

Таким образом, доводы истца об аварии, произошедшей на участке трубопровода, являвшегося предметом договора заключенного между истцом и ответчиком, противоречат действиям истца по допуску спорного трубопровода в эксплуатацию до завершения АО «Промфинстрой» ремонтных работ поврежденного отвода спорного трубопровода.

ПАО «АК ВНЗМ» полагает, что у истца отсутствует право требования реального ущерба с ответчика.

В соответствии с пунктом 8.2. подрядчик гарантирует надёжную и безаварийную эксплуатацию объекта, на котором были выполнены работы, в межремонтный период при условии   соблюдения  технологическим   персоналом   действующих  инструкций по эксплуатации и регламента объекта. Межремонтный период для каждого объекта устанавливается - 48 месяцев. Выявленные в процессе эксплуатации объекта в межремонтный период дефекты и недоделки, произошедшие по вине подрядчика, устраняются подрядчиком без дополнительной платы.

Исходя из смысла пункта 8.3. договора срок гарантийной эксплуатации по отдельным видам работ при условии соблюдения заказчиком правил и норм по эксплуатации устанавливается в 48 месяцев с даты подписания акта сдачи объекта в эксплуатацию.

При этом, выявленные в процессе эксплуатации объекта в течение гарантийного срока дефекты, возникшие по вине подрядчика или субподрядчика, устраняются подрядчиком за свой счет в сроки, установленные заказчиком. При нарушении установленных сроков устранения дефектов подрядчиком, заказчик вправе устранить дефекты своими силами и/или с привлечением третьего лица с возмещением подрядчиком заказчику всех понесенных, в связи с этим убытков.

В отсутствии доказательств уведомления ответчика о необходимости направить представителя для освидетельствования последствий аварии односторонний акт и заключение экспертизы не могут являться надлежащими доказательствами некачественного выполненных работ. При этом, учитывая противоречия, содержащиеся в доказательствах, представленных истцом, невозможно однозначно установить факт аварии на участке трубопровода, работы по ремонту которого являлись предметом договора подряда №БНФ/у/31/2873/15/ДРО от 13.01.2016. Соответственно, истцом не доказаны вина ответчика и причинно-следственная связь между действиями ПАО «АК ВНЗМ» и убытками ПАО «АНК «Башнефть».

16.10.2018 истцом представлены возражения на отзыв ПАО «АК ВНЗМ».

Полагает, выводы ПАО «АК ВНЗМ» о порочности и  необъективности выводов технологического расследования, а также результатов привлеченной независимой экспертной организации, об утрате права требования истца на возмещение причиненных убытков являются ошибочными в связи со следующим.

Из материалов дела установлено, что 29.01.2017 на производственной площадке филиала ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ» на установке «Висбрекинг» на участке трубопровода «Продукты висбрекинга от квенча до К-1» произошла авария с последующим пожаром.

В соответствии с пунктом 2 статьи 12 Федерального закона "О промышленной безопасности опасных производственных объектов" от 21.07.1997 N116-ФЗ (далее -Закон N 116-ФЗ) техническое расследование причин аварии проводится специальной комиссией, возглавляемой представителем федерального органа исполнительной власти в области промышленной безопасности или его территориального органа.

Приказом Западно-Уральского управления Ростехнадзора от 30.01.2017 22-пр/б образована комиссия по техническому расследованию причин вышеуказанной аварии, в которую вошли представители Западно-Уральского управления Ростехнадзора, Управления Росприроднадзора по Республике Башкортостан, Управления гражданской защиты по Орджоникидзевскому району Уфы, представители ПАО АНК «Башнефть» и страховой компании САО «ВСК».

Согласно пункту 4 статьи 12 Закона N 116-ФЗ комиссия по техническому расследованию причин аварии может привлекать к расследованию экспертные организации, экспертов в области промышленной безопасности и специалистов в области изысканий, проектирования, научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, изготовления оборудования и в других областях.

Для определения технических причин аварии председателем комиссии Ростехнадзора привлечена экспертная организация ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» (протокол совещания Ростехнадзора № 1 от 30.01.2017).

Результаты проведения технического расследования причин аварии заносятся в акт, в котором указываются причины и обстоятельства аварии, размер причиненного вреда, допущенные нарушения требований промышленной безопасности, работники, допустившие эти нарушения, а также меры, которые приняты для локализации и ликвидации последствий аварии, и содержатся предложения по предупреждению подобных аварий (пункт 6 статьи 12 Закона N 1 ФЗ).

Согласно акту технического расследования непосредственной причиной аварии явились:

-разгерметизация отвода трубопровода из-за утонения стенки отвода за с коррозионных процессов с внутренней поверхности по причине несоответствия марки стали смонтированного отвода (сталь 20) проектной документации (сталь 15х5М) с последующим выбросом продуктовой смеси и последующим пожаром;

-конструкция и материальное исполнение трубопровода, смонтирована 24.05.2016 ООО «СМИ», не соответствует данным и рабочим чертежам проектов.

1.В рассматриваемом случае вмененные ПАО «АК ВНМЗ» (ООО «СМИ») нарушения установлены в результате технического расследования причин аварии в соответствии с требованиями статьи 12 Закона N 116-ФЗ, что отражено уполномоченными лицами в комиссионном акте, являющимся официальным документом, устанавливающим причины и обстоятельства аварии, размер причиненного вреда, допущенные нарушения требований промышленной безопасности, и др., а также подтверждаются полученными в результате расследования доказательствами, которые являются допустимыми и надлежащими доказательствами.

Фактически доводы ПАО «АК ВНЗМ» сводятся к несогласию с выводами комиссии и заключению экспертной организации ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория».

2. Обязательное участие представителя ответчика ПАО «АК ВНЗМ» при проведении технического расследования, экспертизы не предусмотрено, его отсутствие не лишает данные документы доказательственной силы. ПАО «АК ВНЗМ» в свою очередь, доказательства, свидетельствующие об иных причинах аварии либо опровергающих выводы экспертизы, не предоставило. 

3. Сведения о ремонтных работах, вызывающих необходимость проведения очередного освидетельствования трубопровода, о материалах, использованных при ремонте, а также сведения о качестве сварки должны заноситься в паспорт трубопровода (Приказ Ростехнадзора от 25.03.2014 N 116 (ред. от 12.12.2017).

Из представленного в материалы дела паспорта трубопровода следует, что с момента выполнения работ ПАО «АК ВНЗМ» (ООО «СМИ») на объекте трубопровод «Продукты висбрекинга от квенча до К-1» до 29.01.2017 иные работы не проводились. Иное ПАО «АК ВНЗМ» не доказано.

4.Согласно п. 4.1 отчета экспертной организации ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория», а также приложения 12 к указанному отчету, для подготовки трубопровода к огневым работам на место повреждения установлен хомут из половины отвода ДУ200 в качестве защитного экрана (для «пропарки» трубопровода).

Соответственно хомут установлен после произошедшей аварии для проведения огневых работ и никоим образом не влиял на причину возникновения аварии.

5.Действительно, в паспорте трубопровода «Продукты висбрекинга от квенча до К-1» имеется запись от 20.02.2017 о допуске к дальнейшей эксплуатации трубопровода после ревизии, то есть спустя чуть более 20 дней с момента аварии.

В соответствии с пунктом 14.1 договора № БНФ/у/31/227/17/ДРО от 28.02.2017, заключенного между АО «Промфинстрой» и ПАО АНК «Башнефть», Договор распространяет своё действие на отношения сторон, возникшие с 27.01.2017. Эксплуатация установки Висбрекинг без трубопроводов и кабельных трасс, пострадавших при аварии, невозможна. Тот факт, что трубопровод был восстановлен в кратчайшие сроки, свидетельствует об оперативности служб филиала ПАО АНК «Башнефть» и подрядных организаций. В результате 04.03.2017 установка висбрекинг была выведена на нормальный технологический режим.

Следует отметить, что вынужденный простой установки висбрекинга в виде упущенной выгоды, заявленный по настоящему иску, только за февраль 2017 г. составил 227 млн. руб. и ПАО АНК «Башнефть» в целях минимизации размера убытков в кратчайшие сроки восстановило установку для последующей работы.

6. Выводы представителя ответчика ПАО «АК ВНЗМ», что сталь марки 20 по сравнению со сталью 15Х5М является более жаростойкой и менее подвержена коррозии,  по мнению истца, являются ошибочными.

Сталь марки 20 (ГОСТ 1050-88) относится по классификации как «Сталь конструкционная углеродистая качественная». Применяется: трубы перегревателей, коллекторов и трубопроводов котлов высокого давления, листы для штампованных деталей, цементуемые детали для длительной и весьма длительной службы при температурах до 350 °С

Сталь марки 15х5М (ГОСТ 5632-72) относится по классификации «Сталь жаропрочная низколегированная». Применяется: трубы, задвижки, крепеж и другие детали, от которых требуется сопротивляемость окислению при температуре до 600—650 °С; сталь мартенситного класса.

7. Доводы ПАО «АК ВНЗМ», что на экспертизу ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» передан иной отвод, который не был смонтирован ООО «СМИ», не соответствуют представленным в материалы дела документам.

ООО «СМИ» (субподрядчик ПАО «АК ВНЗМ») по завершению работ в 2016 представил    исполнительную    документацию    на    ремонт технологическое трубопровода «Продукты висбрекинга от квенча до К-1», в составе которой имеются:

- на странице 11 удостоверение № 316 от 24.05.2016 о качестве ремонт; трубопровода (материальное исполнение 15х5М), выданное начальником участка и инженером по сварке ООО «СМИ»;

- на странице 44 заключение о результатах спектрального анализа № 316-СА, выданное начальником лаборатории ООО «СМИ», по результатам которого трубопровод, в том числе отводы, изготовлены из легированной стали марки 15х5М.

Исполнительная документация ООО «СМИ» также содержит схему участком отводов трубопровода, где проводилась работа и замена материалов.

С момента проведения работ ООО «СМИ» до момента аварии, иные работы на трубопроводе, в том числе по замене его элементов не проводились. Данное обстоятельство подтверждает паспорт трубопровода.

Образец дефектного отвода с частью трубопровода для проведения исследования был передан экспертной организации ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория», в связи с чем составлен соответствующий акт от 09.02.2017. К акту также приложена схема участка трубопровода, где находился истребуемый участок отвода.

Сопоставив исполнительную документацию ООО «СМИ», а также схему, произошла авария и где был истребован для исследования образец дефектного отвода, следует, что дефектный отвод ранее был смонтирован ООО «СМИ». Доказательств, свидетельствующих об обратном, ПАО «АК ВНЗМ» в материалы дела не предоставило.

Каких-либо иных доказательств, позволяющих критически относиться информации, указанной в представленных Истцом документах, материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах ООО «СМИ», за действия которого отвечает ПАО «АК ВНЗМ», не обеспечило проведение качественного ремонта трубопровода, протоколы о проведении спектрального анализа и термической обработки сварных соединений, представленных в исполнительной документации, являлись ложными и недостоверными, что привело к нарушениям при эксплуатации оборудования установки «Висбрекинг» и аварии на опасном производственном объекте (нарушение требований ст. 8 Федерального закона Российской Федерации от 21.07.1997 N 116 ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», п.п. 11.1 11.6, 11.9, 11.10 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Общие правила  взрывобезопасности для  взрывопожароопасных, химических, нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств», утвержденных приказом Ростехнадзора от 11.03.2013 № 96).

8. В результате аварии повреждено технологическое оборудование и сооружения ПАО АНК «Башнефть» (раздел 9 Акта, стр. 41).

Необходимость срочного ремонта и восстановления работы установки «Висбрекинг» обусловлена обстановкой, сложившейся в результате аварии, которая могла  повлечь за  собой  человеческие жертвы, ущерб здоровью людей и окружающей среде, а также значительные материальные потери для ПАО АНК «Башнефть».

Согласно абзацу 21 пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 №116-ФЗ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов" эксплуатирующая опасный  производственный объект организация (ПАО АНК «Башнефть») обязана осуществлять мероприятия по локализации и ликвидации последствий аварий на опасном производственном объекте.

Пунктом 4.3 Договора, заключенного между ПАО АНК «Башнефть» и ПАО «АК ВНЗМ», Заказчик имеет право в случае ненадлежащего выполнения работ, обнаружения недостатков (дефектов) в результате выполненных работ, устранить дефекты своими силами либо с привлечением третьего лица с предъявлением к оплате сумм ПАО «АК ВНЗМ».

На ПАО АНК «Башнефть» возложены обязанности по восстановлению технологических трубопроводов, технических устройств, металлоконструкций, электрической проводки, кабельных линий и киповских коммуникаций, попавших в зону воздействия высоких температур на установке Висбрекинг в соответствии с проектной документацией (п.3 раздела 7 Акта технического расследования причин аварии, стр. 36).

Пунктом 12.15 Договора ПАО «АК ВНЗМ» возмещает ПАО АНК «Башнефть» причинённые убытки в связи с авариями в случае установления вины ПАО «АК ВНЗМ» (привлеченного им Субподрядчика).

Установить непосредственных виновников в произошедшей аварии до окончания технического расследования (то есть до 01.06.2017) не представлялось возможным в связи со значительным объемом исследования документов и необходимостью проведения специальной технической экспертизы, соответственно ПАО АНК «Башнефть» не имело возможности непосредственно после аварии заявить требования к подрядчику ПАО «АК ВНЗМ» о проведении ремонтно-восстановительных работ. Стоимость простоя установки в месяц составила 227 млн. руб. В целях минимизации убытков, ПАО АНК «Башнефть» самостоятельно с привлечением третьего лица устранило последствия аварии.

Кроме того, ПАО АНК «Башнефть» заявлены требования не по возмещению устранения недостатка, а по оплате причиненных убытков (ущерба), в результате пожара на установке. ПАО АНК «Башнефть» обращает на неисполнение договорной обязанности ПАО «АК «ВНЗМ», предусмотренной пунктами 12.1, 12.2, 12.11 12.15 Договора.

Таким образом, право ПАО АНК «Башнефть» на возмещение убытков, предусмотренное Договором, полагает не может быть признано утраченным, а заявленные возражения ПАО «АК ВНЗМ» являются попыткой ответчика избежать привлечения к гражданско-правовой ответственности при отсутствии предоставления обоснованных и допустимых доказательств.

Ответчик с возражениями истца не согласен, считает их необоснованными по следующим основаниям.

По пунктам 5, 6, 7 возражений, ответчик обращает внимание на противоречие позиции истца, изложенной в исковом заявлении, в возражениях на отзыв ПАО «АК ВНЗМ».

В частности, изначально, истец заявлял о проведении ремонтных работ с марта 2017 по май 2017 года, в обоснование представил акты выполненных работ, справки о стоимости выполненных работ, акты списания давальческого сырья, дефектные ведомости и локально-сметные расчеты за период с марта по май 2017 года.

В дальнейшем, после указания ответчиком на противоречия между представленным истцом документами по ремонту трубопровода (том 6, 7, л.д. 1-88 том 8) и сведениям, содержащимся в паспорте трубопровода (том 1 л.д. 113-133), истец в оспариваемых возражениях скорректировал свою позицию и заявил об окончании ремонтных работ и вводе установки висбрекинга в эксплуатацию 04.03.2017.

Соответственно, в случае завершения ремонтных работ на установке висбрекинга 04.03.2017, акты выполненных работ за март, апрель, май 2017 года не могут являться надлежащими доказательствами выполнения именно ремонтных работ на спорном трубопроводе.

Однако позиция истца также противоречит доказательствам, представленным в материалы дела самим истцом, в частности, счет-фактура №У858 от 31.03.2017 (том 6 л.д. 57) выставлена за пусконаладочные работы по договору №БНФ/У/31/227/17/ДРО от 28.02.2017.

Кроме того, ответчик обращает внимание на следующие обстоятельства.

1.Спорный трубопровод имеет инвентарный номер 025334 (том 1 л.д. 56), в соответствии с актом выполненных работ №3-2-8 от 31.03.2017 за период с 01.03.2017 по 31.03.2017 (том 7 л.д. 106-109) на спорном трубопроводе выполнены ремонтные работы.

При этом, при выполнении ремонтных работ были использованы материалы из стали марки 20: труба Ф219х10 ст20 ГОСТ 8734, отвод 90-219x10 ст20 (том 7 л.д. 107).

Соответствующие материалы указаны и в акте списания материалов заказчика (том 7 л.д. ПО) шифр 21015699-отвод, шифр 21061614-труба, а также в дефектной ведомости, пункт 1.14. (том 7, л.д. 102, 103).

2. В пунктах 4, 5 локально ресурсного сметного расчета №3-1-10 (2-3-58), утвержденного 28.03.2017 (то есть уже после даты указанной истцом в возражениях в качестве даты завершения ремонтных работ (04.03.2017) (том 7 л.д. 53), указано на необходимость применения в ремонтных работах трубы ф219x10 и отвода 90-219x10 из стали марки 15x5м.

При этом в акте выполненных работ КС-2 №3-1-10 от 31.03.2017 за период с 01.03.2017 по 31.03.2017 (том 7 л.д. 42-50) нет указания на применение указанных в соответствующем локально ресурсном сметном расчете отводов и труб при производстве ремонта на установке висбрекинга от квенча до К-1.

Таким образом, учитывая использование истцом и новым подрядчиком при ремонте хлорного трубопровода после аварии отводов из стали марки 20, сделать однозначный вывод о передаче на экспертизу именно отвода смонтированного ООО «СтройМонтажИнжиниринг» и вывод о ненадлежащем качестве спорного отвода невозможно.

Доводы истца о возможности сопоставления исполнительной документации и схемы аварии полагает, являются неверными и недопустимыми.

Ответчик оспаривает факт проведения экспертизы отвода смонтированного именно ООО «Строймонтажинжиниринг». Проведение экспертизы и расследования причин аварии в отсутствии представителей ответчика является безусловным основанием считать доказательства, на которые ссылается истец недопустимыми.

По пунктам 1,2 возражений ответчик ПАО «АК ВНЗМ» пояснил следующее. 

В соответствии с пунктом 10 Порядка проведения технического расследования причин аварий, инцидентов и случаев утраты взрывчатых материалов промышленного назначения на объектах, поднадзорных Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору (утв. приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 19.08.2011 №480) на опасном производственном объекте техническое расследование причин аварии, проводится специальной комиссией, возглавляемой представителем Службы или ее территориального органа. Комиссия по техническому расследованию причин аварии, (далее - комиссия по техническому расследованию) назначается, в зависимости от характера и возможных последствий аварии, приказом территориального органа Службы или приказом Службы в срок не позднее 24 часов после получения оперативного сообщения об аварии, повреждении ГТС.

В состав комиссии по техническому расследованию включаются представители:

- органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации и (или) органа местного самоуправления, на территории которых располагается опасный производственный объект или ГТС;

- организации, эксплуатирующей опасный производственный объект, ГТС (но не более 50% членов комиссии);

- вышестоящего органа или организации (при наличии таковых);

- страховых компаний, с которыми организация, эксплуатирующая опасный производственный объект или ГТС, заключила договор обязательного страхования гражданской ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте;

- профсоюзных организаций;

- других организаций в соответствии с законодательством Российской Федерации.

При авариях, связанных с разрушением сооружений и (или) технических устройств, неконтролируемым взрывом и (или) выбросом опасных веществ, в состав комиссии по техническому расследованию включается должностное лицо федерального органа исполнительной власти, осуществляющего контроль в области охраны окружающей среды, а также для уточнения данных о последствиях аварии, повреждения ГТС и уровнях загрязнения, привлекаются соответствующие эксперты (экспертные организации), аккредитованные в установленном порядке для проведения соответствующих качественных и количественных измерений.

В состав комиссии по техническому расследованию должно входить нечетное число членов.

В необходимых случаях в состав комиссии по техническому расследованию могут включаться представители предприятий-изготовителей оборудования (технических устройств), при эксплуатации которого произошла авария.

Исходя из правовой позиции, сформированной Постановлением Президиума ВАС РФ от 18.06.2013 №1399/13 по делу №А40-112862/11-69-982, если вследствие недостатков выполненной работы был причинен ущерб имуществу заказчика, подрядчик несет ответственность, предусмотренную нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, которые регулируют отношения подряда, а не применение мер ответственности за причинение вреда.

Таким образом, исковые требования в части взыскания расходов, понесенных истцом для восстановления поврежденного имущества ПАО «АНК «Башнефть», регулируются нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о подряде, в частности, статьями 720, 723 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 4 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик, обнаруживший после приемки работы отступления в ней от договора подряда или иные недостатки, которые не могли быть установлены при обычном способе приемки (скрытые недостатки), в том числе такие, которые были умышленно скрыты подрядчиком, обязан известить об этом подрядчика в разумный срок при их обнаружении.

Исходя из смысла пунктов 8.2., 8.3. договора срок гарантийной эксплуатации по отдельным видам работ при условии соблюдения заказчиком правил и норм по эксплуатации устанавливается в 48 месяцев с даты подписания акта сдачи объекта в эксплуатацию.

При этом, выявленные в процессе эксплуатации объекта в течение гарантийного срока дефекты, возникшие по вине подрядчика или субподрядчика, устраняются подрядчиком за свой счет в сроки, установленные заказчиком. При нарушении установленных сроков устранения дефектов подрядчиком, заказчик вправе устранить дефекты своими силами и/или с привлечением третьего лица с возмещением подрядчиком заказчику всех понесенных, в связи с этим убытков.

Истец не уведомлял ответчика о необходимости обеспечить явку для фиксирования результатов аварии, демонтажа спорного отвода. В последующем, истец без направления требований к ответчику о необходимости устранить недостатки в гарантийный период самостоятельно привлек третье лицо.

Как следует из правовой позиции, отраженной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.03.2011 №13765/10 по делу №А63-17407/2009, заказчик, не известивший подрядчика в разумный срок о выявленных недостатках и самостоятельно устранивший недостатки, утрачивает возможность доказывания того, что недостатки имели место и являлись следствием некачественного выполнения работ подрядчиком.

Кроме того, Определением от 12.07.2018 №309-ЭС18-9348 по делу №А60-29536/2017 Верховный Суд Российской Федерации также поддержал указанную правовую позицию Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации:

«Отказывая обществу «ТЭН» в удовлетворении иска, суды руководствовались статьями 15. 393, 720, 721, 722, 723, 724, 755 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из того, что генподрядчик в установленном договором порядке не был извещен заказчиком о выявленных им дефектах и необходимости участия в составлении акта, фиксирующего дефекты, согласовании порядка и сроков их устранения, поскольку адресованное заказчиком генподрядчику уведомление не было получено последним и обществу "Озон" не была предоставлена возможность исполнения своих гарантийных обязательств по устранению выявленных недостатков.

Суды пришли к выводу о том, что, оформив названный акт в отсутствие представителя генподрядчика, не извещенного о необходимости прибыть на объект для осмотра, а также заключив в этот же день с иными подрядными организациями ряд договоров на устранение выявленных им недостатков, заказчик фактически лишил генподрядчика возможности принять участие в фиксации недостатков, установлении причин их возникновения и устранения таких недостатков (в случае, если недостатки возникли по вине генподрядчика)».

Таким образом, исходя из положений пункта 4 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации при составлении акта расследования причин аварии участие ответчика являлось обязательным.

Соответственно, акт расследования причин аварии, составленный без участия представителей генподрядчика (ПАО «АК ВНЗМ»), не является надлежащим и допустимым доказательством.

По пункту 3 возражений ответчик ПАО «АК ВНЗМ» пояснил следующее.

Исходя из доказательств, представленных истцом, в частности, на странице 35 отчета расследования технических причин аварии, ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» делает вывод об отсутствии в паспорте трубопровода записей об основаниях проведения ремонтов 04.2014, 28.11.2008.

Таким образом, доказательствами, представленными самим истцом, подтверждаются действия ПАО «АНК «Башнефть» по неполному отражению сведений о производимых на трубопроводе ремонтах в паспорте трубопровода.

По пункт 8 возражений:

В соответствии с пунктом 8.2. подрядчик гарантирует надёжную и безаварийную эксплуатацию объекта, на котором были выполнены работы, в межремонтный период при условии соблюдения технологическим персоналом действующих инструкций по эксплуатации и регламента объекта. Межремонтный период для каждого объекта устанавливается - 48 месяцев. Выявленные в процессе эксплуатации объекта в межремонтный период дефекты и недоделки, произошедшие по вине подрядчика, устраняются подрядчиком без дополнительной платы.

Исходя из смысла пунктов 8.2., 8.3. договора срок гарантийной эксплуатации по отдельным видам работ при условии соблюдения заказчиком правил и норм по эксплуатации устанавливается в 48 месяцев с даты подписания акта сдачи объекта в эксплуатацию.

При этом, выявленные в процессе эксплуатации объекта в течение гарантийного срока дефекты, возникшие по вине подрядчика или субподрядчика, устраняются подрядчиком за свой счет в сроки, установленные заказчиком. При нарушении установленных сроков устранения дефектов подрядчиком, заказчик вправе устранить дефекты своими силами и/или с привлечением третьего лица с возмещением подрядчиком заказчику всех понесенных, в связи с этим убытков.

В совокупности с положениями пункта 12.7., предусматривающими ответственность подрядчика за несвоевременное устранение выявленных недостатков, следует вывод о воле сторон договора №БНФ/ую31ю2873/15/ДРО от 13.01.2016 заключающейся в обязанности истца при выявлении недостатков уведомить об этом ответчика.

Применяемое ответчиком толкование соответствует правовой позиции, изложенной в пункте 11 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №16 «О свободе договора и ее пределах»:

«При разрешении споров, возникающих из договоров, в случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора, в том числе исходя из текста договора, предшествующих заключению договора переговоров, переписки сторон, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев, а также последующего поведения сторон договора (статья 431 ГК РФ), толкование судом условий договора должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия».

На основании изложенного следует вывод о нарушении истцом взятых на себя договорных обязательств.

Также Ответчик не согласен с требованиями о взыскании упущенной выгоды.

В своих возражениях истцом заявлено о расчете суммы упущенной выгоды за период простоя установки с 29.01.2017 до 04.03.2017 (дата ввода в эксплуатацию установки). Однако, исходя из сведений, содержащихся в паспорте трубопровода (том 1 л.д. 129), трубопровод был допущен к эксплуатации уже 20.02.2017, соответственно, расчет истца ответчик считает неверным.

Кроме того, соответствующий расчет представлен совершенно по простою иного объекта, а именно, установки висбрекинга филиала «Башнефть-Уфанефтехим», предметом рассмотрения настоящего спора являются убытки, причиненные в результате аварии на установке «Башнефть УНПЗ».

Из открытых источников следует, что за период  январь -февраль 2017 года на уфимских нефтеперерабатывающих заводах ПАО «АНК «Башнефть» произошло три крупных чрезвычайных происшествия - 20, 29 января и 9 февраля (https://ufa.rbc.ru/ufa/15/03/2017/58c93d699a7947ee6d261366).

Таким образом, помимо недостоверного расчета, представленного истцом в материалы дела по иному объекту, наличия злоупотреблений со стороны истца в виде отсутствия уведомлений ответчиков о произошедшей аварии, ПАО «АК ВНЗМ» считает, что в действиях истца содержатся признаки злоупотребления правом.

Ответчик также просит обратить внимание на наличие признаков злоупотребления правом при расчете размера упущенной выгоды.

Так, исходя из расчетов истца, основное отклонение нетто выручки от реализации продукции произошло по бензину марки регуляр 92, вид III (АИ-92-5) (-608, 95 млн. руб.) и дизельному топливу, евро, сорт С, вид III (ТД-5) с доп. требованиями (-327, 22 млн. руб.).

При этом установка висбрекинга не рассчитана на получение указанных видов топлива.

Основной продукт висбрекинга - компонент котельного топлива, гудрон (страница 39 отчета ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» и страница 5 акта технического расследования).

Соответственно, рассчитывать упущенную выгоду исходя из стоимости бензина и дизельного топлива недопустимо. На основании изложенного, ПАО «АК ВНЗМ» просит отказать в удовлетворении исковых требований.

В материалы дела судом были истребованы  договоры субподряда. ВНЗМ предоставил  сведения о субподрядчиках,  все договоры и  документацию по их исполнению. 

13.01.2016 между ПАО «АПК «Башнефть» и ПАО «АК ВНЗМ» был заключен договор на выполнение работ по ремонту основных фондов №БНФ/у/31/2873/15/ДРО. 

Предметом договора является работы по ремонту основных фондов на территории филиала ПАО «АНК «Башнефть» «Башнефть - УНПЗ» в сроки согласно календарному плану (Приложение № 1) с использованием материалов согласно разделу 6 договора. Подрядчик обязан сдать результат Заказчику, выполнять свои обязательства в течение гарантийного срока, а заказчик обязуется принять и оплатить работы. 

К договору заключено 11 приложений:

№ п\п

Наименование

Содержание

1

Приложение №1

календарный план - начало работ с 01.01.2016-31.12.2016.

2

Приложение №2

требования по охране труда

3

Приложение №3

перечень штрафов по охране труда

4

Приложение №4

разделительный протокол (форма)

5

Приложение №5

предписание строительного контроля (форма)

6

Приложение №6

перечень субподрядных организаций (поименованы 24 субподрядчика)

7

Приложение №7

акт приема передачи локально-нормативных документов заказчика

8

Приложение №8

отчет по охране труда (форма)

9

Приложение №9

методика доплат за сверхурочную работу в выходные дни

10

Приложение №10

акт зачета (форма)

11

Приложение №11

акт зачета (форма)

 

к договору заключено 9 соглашений, которыми внесен изменения в договор:

№ п\п

Наименование

Содержание

1

Дополнительное соглашение

№1 от 29.02.2016

антикоррупционные требования

2

Дополнительное соглашение

№2 от 23.03.2016

изменение перечня субподрядных организаций (приложение

№6), список был расширен до 38 организаций, в том числе был

согласован исполнитель спорных работ ООО

«СтройМонтажИнжиниринг» (п.31)

3

Дополнительное соглашение

№3 от 18.04.2016

изменение срока ремонтных работ по подобъекту (установка Г43-107/М1)

4

Дополнительное соглашение

№4 от 12.04.2016

стороны договорились не применять ст. 317.1 ГК РФ

5

Дополнительное соглашение

№5 от 22.04.2016

Поручение Подрядчику дополнительных работ

6

Дополнительное соглашение

№6 от 22.04.2016

изменение перечня субподрядных организаций (приложение

№6), список субподрядчиков был расширен до 45 организаций

7

Дополнительное соглашение

№7 от 30.05.2016

стороны исключили военное положение (военные действия) из

перечня событий форс-мажорного характера

8

Соглашение к договору от

31.08.2016

о выплате премии 12 000 000 рублей за выполнение работ в

полном объёме, досрочно, с качеством соответствующим

требованиям и условиям договора

9

Дополнительное соглашение

№8 от 20.01.2017

уточнение антикоррупционных условий и порядка раскрытия

конечных бенефициаров

 

В соответствии с пунктом 1.1 договора подрядчик по заданию заказчика обязался выполнить работы по ремонту основных фондов по графику планово-предупредительных ремонтов на территории Филиала ПАО «АНК «Башнефть» «Башнефть - УНПЗ» заказчика в сроки, определенные календарным планом выполнения работ с использованием материалов, изделий в соответствии с разделом 6 договора; сдать результат выполненных работ заказчику, выполнять свои обязательства в течение гарантийного срока, а заказчик обязался принять и оплатить подрядчику результаты выполненных работ в размере, предусмотренном условиями договора.

Согласно Пункту 3.4. Договора Заказчик обязуется осуществлять своими силами проведение подготовительных мероприятий согласно действующим правилам и инструкциям Заказчика. 

В силу пункта 7.12. Договора выполнение работ осуществляется по мере возникновения потребности, на основании согласованных Подрядчиком заявок (заказов) Заказчика. Заявка должна содержать информацию об объекте, перечне и объеме подлежащих выполнению работ, сроках их выполнения. Вместе с заявкой Заказчик передает Подрядчику дефектную ведомость (акт ревизии), смету и техническую документацию. Выполнение работ, являющихся предметом спора, было поручено ПАО «АК ВНЗМ» на основании акта ревизии и отбраковки трубопроводов № 2016-04-3-56 от 27.04.2016, согласованного начальником топливного производства ФИО12 и утвержденного главным механиком ПП УНПЗ ФИО13 

Спорные работы непосредственно были выполнены ООО «СтройМонтажИнжиниринг». В силу пункта 3.6. договора истец обязался предоставлять ответчику оборудование и материалы в соответствии с разделительным протоколом на поставку материалов, изделий и оборудования. 

Заказчик предоставляет подрядчику давальческие материалы, изделия, необходимые для производства работ согласно разделительному протоколу с оформлением накладной на отпуск материалов на сторону по форме М-15 в сроки, согласованные в разделительном протоколе (пункт 6.2. договора).

Разделительным протоколом отводы 90-219x10 (сталь марки 15Х5М) отнесены к поставке Заказчика (пункт 2 разделительного протокола).

Работы сданы Заказчику согласно акту КС-2 №27 от 31.07.2016 года. 

В соответствии с пунктом 5.3. Договора Подрядчик обязуется обеспечить выполнение правил и положений, действующих на объектах заказчика. 

Согласно инструкции ОМ-50 ОАО «АПК Башнефть», утверждённой приказом от 01.08.2013 № 634 приварные детали трубопроводов (к которым относятся спорные отводы) поименованы в приложении № 5. При этом пунктом 2.1. инструкции Предусмотрено, что входной контроль МТР, указанных в приложении № 5 проводит сервисная организация, оказывающая услуги по проведению входного контроля. 

Кроме того, обязательства Заказчика по организации надлежащей приемке материалов следуют из следующих обстоятельств.

Спорный отвод 90-219x10 был передан истцом ответчику в целях его монтажа при ремонте трубопровода. 

Ответчик надлежащим образом, в соответствии с условиями договора и установленными ГОСТ правилами осуществил входной контроль давальческого материала. 

При этом, характеристики спорного отвода должны отвечать ГОСТ 17375-83 (Детали трубопроводов стальные бесшовные приварные на Ру 

<

10 МПа (

<

100 кгс/см2). Отводы крутоизогнутые. Конструкция  и размеры), ТУ 1468-001-17192736-01 (Отводы крутоизогнутые бесшовные приварные из легированной и высоколегированной стали) - предусмотрено картой входного контроля № 312 от 25.12.2004, том 3 л.д. 170).

ГОСТ 17375-83 предусматривает только конструкцию и размеры отводов.

ТУ 1468-001-17192736-01 (Отводы крутоизогнутые бесшовные приварные из легированной и высоколегированной стали) предусматривают в том числе правила приемки отводов самим изготовителем, то есть ООО НПП «Форт» обязано при приемке с производства отводов производить соответствующие приемо-сдаточные испытания. 

Пункт 1.5.1. (лист 29 технических условий) обязует изготовителя маркировать каждый отвод, в том числе и с указанием марки стали. 

При этом, пунктом 3.1. лист 32 технических условий) установлен метод контроля отвода на соответствие пунктам 1.2.5. и 1.5.1. - контроль проводится визуально при нормальном освещении без применения увеличительных приборов. 

Кроме того, ПАО «АК ВНЗМ» при осуществлении входного контроля давальческого сырья исходил из документов, представленных самим истцом.

Так, в соответствии с сертификатом качества № 2214 от 15.12.2004, выданным производителем спорного отвода - ООО НПП «Форт» отводы 90-219x10 в партии № 526 произведены из марки стали 15Х5М в количестве 114 экземпляров в соответствии с ТУ 1468-001-17192736-01. 

Истец совместно со спорным отводом передал ответчику составленную Заказчиком и сторонней организацией карту входного контроля № 312 от 25.12.2004 (поставщик НПП «Форт») на спорный отвод, согласно который 100% партии общим количеством 114 штук были проверены и дефекты не выявлены, все отводы были промаркированы заказчиком как 15Х5М (том 3 л.д. 170). 

При этом, исходя из карты входного контроля, 30.12.2004 обществом «Нортэкс» было проведено 100% стилоскопирование отводов поставленных ООО НПП «Форт».

На основании изложенного, в отсутствии в материалах дела доказательств обратного, можно сделать вывод об отсутствии у ПАО «АК ВНЗМ» обязанности осуществлять стилоскопирование каждого отвода, полученного от заказчика. 

Соответственно, ПАО «АК ВНЗМ» осуществило приемку давальческого сырья надлежащим образом, не должно было проводить химический анализ спорного отвода. 

Совместно с полученными от Заказчика отводами был передан составленный Заказчиком акт входного контроля № 312 от 25.12.2004 на спорный отвод, согласно которому 100% партии общим количеством 114 штук были проверены и дефекты не выявлены. Кроме того, все отводы были промаркированы Заказчиком как 15Х5М, что подтверждается фотографиями, сделанными перед монтажом. 

Таким образом, выполнение входного контроля входило в обязанность заказчика, подрядчик осуществляет входной контроль только своей поставки. Подрядчик не может нести ответственность за выполнение заказчиком своих обязанностей по надлежащей приёмке и передаче подрядчику материалов для выполнения работ. 

Тем не менее, субподрядчик проводил спектральный анализ при выполнении сварочных работ, который показал, что материальное исполнение отводов соответствует стали 15Х5М. 

Надлежащее исполнение обязательств по ремонту подтверждается следующими доказательствами: 

- акт выполненных работ КС-2 № 27 от 31.07.2016 Двусторонний (страница 76 акта содержит указание на работы по стилоскопированию спорного трубопровода), удостоверение № 316 о качестве ремонта трубопровода (том 3 л.д. 91); 

- журнал сварочных работ на ремонт трубопровода (том 3 л.д. 126); 

- заключение № 316-СА о результатах спектрального анализа от 24.05.2016 (том 3 л.д. 141, том 14 л.д. 77);

- карта входного контроля № 312 от 25.12.2004 на спорный отвод (том 3 л.д. 170), сертификат качества №2214 от 15.12.2004, выданный производителем спорного отвода - ООО НПП «Форт» (том 3 л.д. 168-169); 

- заключение экспертизы промышленной безопасности, проведенная ЗАО «НПО Ленкор» (том 4), 

- объяснительные сотрудников ООО «Строймонтажинжиниринг» ФИО14 (электросварщик) (том 13 л.д. 27) и ФИО15 (прораб) (том 14 л.д. 126)

Доводы истца о передаче ответчику отводов как из стали марки 15Х5М, так и из стали марки 20 (ссылка в подтверждение соответствующего довода на акт на списание материалов и запасных частей за июль 2016 года) и, как следствие, производственную ошибку ответчика при ремонте спорного трубопровода не обоснованы по следующим основаниям. 

Акт на списание материалов и запасных частей за июль 2016 года содержит ссылку на смету № 2-7-288, в свою очередь работы по монтажу спорного отвода подтверждаются актом выполненных работ по форме КС-2 №27 от 31.07.2016 в котором содержится ссылка на смету №2-7-292. Соответственно акт на списание материалов, представленный истцом выполнен по другому объекту, по другой смете, в нем нет указания на акт КС-2 №27 от 31.07.2016. 

Также, согласно доказательствам, представленным истцом, аварии произошла на трубопроводе «продукты висбрекинга от квенча до К-1н» № 1-140, при этом категория трубопровода Б/а-1 (указана на странице 2 паспорта трубопровода), а согласно акту КС-2 №27 от 31.07.2016 ПАО «АК ВНЗМ» проводил ремонтные работы трубопроводе линии висбрекинга от квенча до К-1 (Б(в) I (страница 72 акта КС-2 № 27 от 31.07.2016).

При указанных обстоятельствах именно на истце лежит ответственность за качество используемых отводов при выполнении ответчиком работ. 

 Согласно актам приемки выполненных работ и исполнительной документации, в работах был применен отвод, выполненный из марки стали 15Х5М. Работы по акту и исполнительная документация принята без замечаний заказчиком, при этом, без участия ПАО «АК ВНЗМ» спорный отвод 219X10 был без участия ответчика вырезан из трубопровода и отправлен на исследование, которое выявило несоответствие материального исполнения, проверить которое невозможно поскольку истец спорный отвод уничтожил, а причину уничтожения вещественного доказательства объяснить не смог.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации Определением об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №ВАС-10425/10 от 18.08.2010 по делу № А09-1179/2007 признал законными выводы нижестоящих судов и сформировал следующую позицию: «Изучив и оценив представленные доказательства, в том числе заключение судебной строительно-технической экспертизы, руководствуясь статьями 397, 401, 475, положениями главы 37 ГК РФ, суд пришел к выводу, что ответчик, получивший от заказчика материалы с недостатками, которые не могли быть обнаружены при их приемке, не несет ответственности за результат работы с недостатками по причинам, вызванным недостатками предоставленного заказчиком материала, в связи с чем в удовлетворении заявленных требований отказал. 

 Таким образом, позиция истца является необоснованной в части требований по взысканию вреда причиненного имуществу истца, в связи с отсутствием нарушение условий договора и норм закона со стороны ответчика. 

В соответствии с пунктом 8.2. подрядчик гарантирует надежную и безаварийную эксплуатацию объекта, на котором были выполнены работы, в межремонтный период при условии соблюдения технологическим персоналом действующих инструкций по эксплуатации и регламента объекта. Межремонтный период для каждого объекта устанавливается - 48 месяцев. Выявленные в процессе эксплуатации объекта в межремонтный период дефекты и недоделки, произошедшие по вине подрядчика, устраняются подрядчиком без дополнительной платы. 

Исходя из смысла пункта 8.3. договора срок гарантийной эксплуатации по отдельным видам работ при условии соблюдения заказчиком правил и норм по эксплуатации устанавливается в 48 месяцев с даты подписания акта сдачи объекта в эксплуатацию. 

Таким образом, подрядчик дал ограниченную гарантию на работы - только при надлежащей эксплуатации объекта Истцом. Представленными самим истцом Отчетом АО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» и кроме того, заключением судебной экспертизы подтверждено, что аварии предшествовала эксплуатация объекта с превышением допустимых значений рабочей среды по температуре. Кроме того, установлена работа объекта с отключенной автоматикой и неукомплектованной по персоналу. При указанных обстоятельствах ответчик, согласно пункту 8.2. Договора не гарантирует безаварийную эксплуатацию объекта. 

За 9 дней до аварии, 20.01.2017, имело место нарушение технологического режима, которое могло повлиять на причины возникновения аварии. 

При этом, в исследовательской части экспертного заключения, при ответе на вопрос №6 (том 19 л.д. 37) эксперты указали: «В соответствии с информацией, приведенной на стр. 37 Отчета АО НДЦ НПФ «Русская лаборатория»: «При анализе данных установлено, что за 9 дней до аварии температура ЛГ и ВГ с установки превысила норму на 26,6 С и 13 С соответственно». 

Т.е., за 9 дней до аварии, 20.01.2017 г., имело место нарушение технологического режима, что имеет значение для наступления/не наступления гарантийных обязательств.  

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения причиненных ему убытков. 

В силу пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства и причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Необходимыми условиями наступления ответственности за нарушение обязательства в виде возмещения убытков являются Факт противоправного поведения должника (нарушение им обязательства), возникновение негативных последствий у кредитора (понесенные убытки, размер таких убытков) и наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением должника и убытками кредитора. 

Исходя из смысла статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. 

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. 

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. 

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ) (пункт 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Таким образом, истцу надлежало доказать нарушение ответчиком обязательств по договору. При этом, согласно пункту 12.15. договора при наличии вины Подрядчика (привлеченного им Субподрядчика) за аварии, инциденты и несчастные случаи, произошедшие в процессе работы. Подрядчик возмещает Заказчику причиненные убытки в полном объеме.

Соответственно договором предусмотрено возмещение убытков только в случае наличия вины подрядчика. 

Между тем, как следует из материалов дела: 

а) поставка спорного отвода относилась на истца; 

б) установлено надлежащее исполнение подрядчиком условий договора по качеству произведенного ремонта; 

в) имеется нарушения эксплуатации со стороны истца в период предшествующей аварии;

г) установлены иные возможные причины аварии. 

Таким образом, истцом, в нарушении разъяснений, содержащихся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», не доказано, что ответчик является лицом в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства. А при отсутствии каких-либо нарушений договора со стороны ответчика отсутствуют и основания применения презумпции вины ответчика в причиненных нарушением обязательства убытках. 

Согласно п. 8.3. Договора выявленные в процессе эксплуатации Объекта в течение гарантийного срока дефекты, возникающие по вине Подрядчика или Субподрядчика, устраняются Подрядчиком за свой счет в сроки, установленные заказчиком. При нарушении сроков устранения дефектов Подрядчиком, Заказчик вправе устранить дефекты своими силами и/или с привлечением третьего лица с возмещением Подрядчиком Заказчику всех понесенных, в связи с этим убытков. 

Условиями заключенного сторонами Договора право заказчика на самостоятельное устранение недостатков поставлено в зависимость от уведомления подрядчика об обнаружении этих недостатков и предоставления ему срока для их устранения. 

Как следует из правовой позиции, отраженной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.03.2011 N 13765/10, заказчик, не известивший подрядчика в разумный срок о выявленных недостатках и самостоятельно устранивший недостатки, утрачивает возможность доказывания того, что недостатки имели место и являлись следствием некачественного выполнения работ подрядчиком.

Выполнение обязанностей, обусловленной действующим договором, третьими лицами без согласия подрядчика лишает истца права требовать возмещения убытков. ПАО «АК ВНЗМ» не согласовывало Заказчику право самостоятельно организовать работы, а также цену данных работ, в связи с чем, не обязано принимать на себя убытки.

Действия Заказчика по устранению недостатков собственными силами без уведомления ПАО «АК ВНЗМ» о выявленных недостатках и предоставления ему срока для их исправления противоречат закону и Договору. 

Сроки уведомления подрядчика о недостатках не являются разумными и в момент уведомления ремонт был осуществлен. 

Так, в представленном истцом Информационном донесении МЧС России (ФКУ «1 Отряд Федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы по РБ (договорной)) по факту технологического инцидента в Республике Башкортостан, Орджоникидзевский район, филиал ПАО АПК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ», установка Висбрекинг, топливного производства содержится следующий вывод: 

«На месте технологического инцидента пострадавших нет. Данный инцидент на технологический процесс не повлиял. Материального, экологического ущерба и угрозы населению нет» (том 20 л.д. 57-65). 

На основании изложенных обстоятельств ответчик также не согласен с требованиями истца в части взыскания упущенной выгоды.

 Согласно, выписки из ЕГРЮЛ Общество с ограниченной ответственностью "Строймонтажинжиниринг" (ОГРН: 

<

***>) прекратило деятельность 10.07.2018, о чем внесена запись в ЕГРЮЛ №2180280784011 от 10.07.2018.

 В силу с п. 1 ст. 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Арбитражным процессуальным законодательством установлены критерии оценки доказательств в качестве подтверждающих факт наличия тех или иных обстоятельств.

 Доказательства, на основании которых лицо, участвующее в деле, обосновывает свои требования и возражения, должны быть допустимыми, относимыми и достаточными. В частности, как указано в п. 2 ст. 71 АПК РФ, доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. 

Признак допустимости доказательств, предусмотрен положениями ст. 68 АПК РФ. 

Так, в соответствии с указанной нормой, обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами. 

Достаточность доказательств можно определить как наличие необходимого количества сведений, достоверно подтверждающих те или иные обстоятельства спора. 

Отсутствие хотя бы одного из указанных признаков является основанием не признавать требования лица, участвующего в деле, обоснованными (доказанными). 

В соответствии с пунктом 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», в силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле, а также может назначить экспертизу по своей инициативе, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства или проведения дополнительной либо повторной экспертизы. 

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле; круг и содержание вопросов, по которым должна быть проведена экспертиза, определяются арбитражным судом. 

Из изложенного следует, что вопрос о необходимости проведения экспертизы, установление круга вопросов, которые должны быть разъяснены при проведении экспертизы, определение экспертного учреждения, которому будет поручено проведение экспертизы, находится в компетенции суда, разрешающего дело по существу. 

На основании ч. 2. ст. 64, ч. 3. ст. 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами. 

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а следовательно, требование одной из сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить. 

Определением суда от 07 марта 2019 года по делу назначена комплексная инженерно - техническая и оценочная экспертиза, производство которой поручено комиссии экспертов АНО «Центр содействия судебно-экспертной деятельности «Экспертное бюро Истина» (ИНН 

<

***>, 119180, 

<

...>, офис 32Б) ФИО16, ФИО17, ФИО18.

 На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

1) Исходя из первичных материальных данных без учета выводов ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» и акта расследования технических причин аварии определить произошла авария на отводе смонтированном ПАО «АК ВНЗМ» (ООО «Строймонтажинжиниринг») на трубопроводе I-140 «Продукты висбрекинга от квенча до К-1н» установки висбрекинга производственной площадки УНПЗ ПАО АНК «Башнефть» или на ином трубопроводе?

2) Установить произведено ли исследование ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» отвода смонтированного ПАО «АК ВНЗМ» (ООО «Строймонтажинжиниринг») на трубопроводе I- 140 «Продукты висбрекинга от квенча до К-1н» установки висбрекинга производственной площадки УНПЗ ПАО АНК «Башнефть» или иного отвода?

3) Из какой марки стали был отвод, смонтированный на трубопроводе 1-140 «Продукты висбрекинга от квенча до К-1н» установки висбрекинга производственной площадки УНПЗ ПАО АНК «Башнефть»?

4) Установить все возможные причины аварии на трубопроводе 1-140 «Продукты висбрекинга от квенча до К-1н» установки висбрекинга производственной площадки УНПЗ ПАО АНК «Башнефть»?

5) Установить механизм образования повреждений на дефектном отводе? Вызван он внутренним или внешним воздействием? Причинены указанные повреждения до, вовремя или после аварии?

6) Допускалось ли нарушение технологического режима с 26.05.2016 по 29.01.2017 на установке висбрекинга производственной площадки УНПЗ ПАО АНК «Башнефть» которое могло повлиять на причины возникновения аварии?   

7) Возможно  ли   при   аналогичных   показателях   среды   (продукты   висбрекинга)  и   аналогичных условиях (давление 1,65 МПа, температура 450 С) утонение стенки отвода из стали    марки 15х5м (в растянутой части) либо марки 20 до отбраковочных величин за восемь месяцев эксплуатации?

8) Соответствуют ли доводы, содержащиеся в исследовательской части отчета расследования технических причин аварии ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» выводам, содержащимся в резолютивной части?

9) Установить размер упущенной выгоды ПАО АНК «Башнефть» в результате простоя установки висбрекинга на производственной площадке УНПЗ ПАО АНК «Башнефть»?

10) Установить фактическую стоимость затрат на восстановительный установкивисбрекинга на производственной площадке УНПЗ ПАО АНК «Башнефть»? Сравнить объем и виды работ, произведенных по восстановительному ремонту с фактически необходимыми исходя из зоны термического поражения.

11) Исходя из фотографий, содержащихся в Отчете определения причин аварии. Акте технического причин аварии. Справке по техническому состоянию трубопровода: каков механизм образования повреждений на отводе, смонтированном на трубопроводе I-140 «Продукты висбрекинга от квенча до К-1н» установки висбрекинга УНПЗ ПАО «АНК «Башнефть»? Вызваны повреждения внутренним или внешним воздействием? Возможен ли такой механизм причин аварии, при котором отводу были причинены внешние повреждения, что явилось причиной ускоренного износа металла отвода?

12) Исходя из первичных материальных данных без учета выводов ЗАО НДЦ НПФ «Русская   лаборатория»   и   Акта  расследования   технических   причин   аварии определить явились ли причиной аварии 29.01.2017 действия (бездействия) ЗАО «НПО «Ленкор», если да, то какие?

09.07.2020г. в адрес суда поступило заключение экспертов.

Согласно заключению экспертов (л.д. 1-177 т. 19) экспертами сделаны следующие выводы:

По вопросу № 1: Исходя из первичных материальных данных, без учета выводов ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» и Акта расследования технических причин аварии, однозначно утверждать, произошла авария на отводе, смонтированном ПАО «АК ВНЗМ» (ООО «Строймонтажинжиниринг») на трубопроводе 1-140 «Продукты висбрекинга от квенча до К-1н» установки висбрекинга производственной площадки УНПЗ ПАО «Башнефть» или на ином трубопроводе не представляется возможным по причинам, изложенным в исследовательской части по данному вопросу.

По вопросу № 2: Установить, исследовали сотрудники ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» отвод, смонтированный ПАО «АК ВНЗМ» (ООО «Строймонтажинжиниринг») на трубопроводе 1-140 «Продукты висбрекинга от квенча до К-1н» установки висбрекинга производственной площадки УНПЗ ПАО АНК «Башнефть» или иной отвод, не представляется возможным по причинам, изложенным в исследовательской части по данному вопросу.

По вопросу № 3: По результатам экспертного анализа представленных материалов, приведенного выше, исходя из объема (количества) и качества информации, приведенной в данных материалах, наиболее вероятно, спорный отвод 90° 0219x10,0 мм, был выполнен из стали 15Х5М.

Вероятный характер вывода обусловлен используемым методическим обеспечением, в соответствии с которым, при невозможности непосредственного исследования экспертами объекта экспертизы, вывод экспертов может носить лишь вероятный характер,

По вопросу № 4: Все, возможные причины аварии на трубопроводе № 1-140 «Продукты висбрекинга от квенча до К-1н» и признаки наличия данных причин в связи с аварией указаны и рассмотрены в исследовательской части по данному вопросу.

Первой из возможных причин аварии на трубопроводе № 1-140 «Продукты висбрекинга от квенча до К-1н» может являться фактический эксплуатационный износ частей данного трубопровода, превышающий нормативный. Т.е. возможной причиной аварии явился ускоренный износ частей данного трубопровода, в т.ч. и спорного отвода.

Второй возможной причиной аварии на трубопроводе № 1-140 «Продукты висбрекинга от квенча до К-1н» могло являться нарушение правил эксплуатации данного трубопровода со значительным превышением в процессе эксплуатации проектных значений давления, температуры или отклонением по составу среды.

Третьей возможной причиной аварии на трубопроводе № 1-140 «Продукты висбрекинга от квенча до К-1н» могло являться внешнее воздействие, как механическое, так и термическое, в т.ч и в результате разрушения другого трубопровода и возникшего после этого пожара.

Четвертой возможной причиной на трубопроводе № 1-140 «Продукты висбрекинга от квенча до К-1н» могли являться организационные причины, т.е. причины, связанные с недостатками в организации работы эксплуатирующей трубопровод компании (филиалом ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ»), в т.ч. в части входного контроля, логистики и учета используемых материалов внутри производственной площадки, и периодического контроля технического состояния используемого оборудования.

Других, возможных, кроме указанных выше, причин аварии на трубопроводе № I-140 «Продукты висбрекинга от квенча до К-1н» экспертами по представленным материалам не выявлено.

По вопросу N 5: механизм образования дефектов отвода в виде вмятины и сквозного отверстия, исследованного специалистами ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория», описан в исследовательской части по данному вопросу. Сквозное отверстие на данном отводе, наиболее вероятно, образовалось в результате совокупности внешних (механических) и внутренних (коррозионных) воздействий на стенки отвода в период времени с 02.05.2016 г. по 29.01.2017 г.

По вопросу № 6: За 9 дней до аварии, наиболее вероятно, 20.01.2017 г., имело место нарушение технологического режима, которое могло повлиять на причины возникновения аварии.

По вопросу № 7; При аналогичных показателях среды (продукты висбрекинга) и аналогичных условиях (давление 1,65 МПа, температура 450вС) утончение стенки отвода из стали марки 15Х5М (в растянутой части) до отбраковочных величин в 2,5 мм за восемь месяцев эксплуатации, возможно, с достаточно высокой степенью вероятности. Утончение стенки отвода из стали 20 (в растянутой части) при тех же условиях работы, до отбраковочных величин в 2,5 мм наступило бы за срок, существенно, от двух до четырех раз, меньший заданного в вопросе срока работы в восемь месяцев.

По вопросу № 8: Доводы, содержащиеся в исследовательской части Отчета расследования технических причин аварии ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» не соответствуют выводам, содержащимся в резолютивной части Отчета, за исключением выводов о наличии недостатков в организации входного контроля и логистических перемещений материалов внутри производственной площадки ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-Уфанефтехим».

По вопросу №9: Размер упущенной выгоды ПАО АНК «Башнефть» в результате простоя установки висбрекинга на производственной площадке УНПЗ ПАО АНК «Башнефть» составит 15 625 000 руб.

По вопросу № 10: Фактическая стоимость затрат на восстановительный ремонт установки висбрекинга на производственной площадке УНПЗ ПАО АНК «Башнефть» в соответствии с представленными первичными документами (Акты выбраковки и ревизии акты технического состояния), округленно составляет: 2 690 000 рублей в т.ч. НДС 18 %).

Сравнение объемов и видов работ произведенных по восстановительному ремонту с фактически необходимыми исходя из зоны термического поражения, приведено в исследовательской части по данному вопросу.

По вопросу № 11: Определить механизм образования повреждений спорного отвода, смонтированного на трубопроводе 1-140 «Продукты висбрекинга от квенча до К-1н» по фотографиям, приложенным к копиям Акта технического расследования причин аварии, и Отчета определения причин аварии, которые в большинстве своем не пригодны для экспертного исследования и крайне малоинформативны не представляется возможным по причинам, указанным выше в исследовательской части как по данному вопросу, так и по вопросам № 1 и №5.

Механизм причин аварии, при котором отводу были причинены внешние повреждения, что явилось причиной ускоренного износа металла отвода возможен и описан в исследовательской части по данному вопросу.

По вопросу № 12: Исходя из первичных материальных данных, без учета выводов ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» и Акта расследования технических причин аварии, установить, явились ли причиной аварии, которая имело место 29.01.2017 г. на отводе трубопровода 1-140 «Продукты висбрекинга от квенча до К-1н» установки висбрекинга производственной площадки УНПЗ ПАО «Башнефть», действия (бездействия) ЗАО «НПО «Ленкор» не представляется возможным, поскольку разрешить идентификационные и диагностические задачи в отношении рассматриваемого события в условиях выявленного дефицита информации в первичных материальных данных, экспертный анализ которых приведен выше, в исследовательской части по вопросу № 1, не представляются возможным.

 В силу ч. 3 ст. 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу, не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами. При этом в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов (ч. 2 ст. 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По ходатайству сторон для дачи пояснений по проведенной судебной экспертизе эксперты были вызваны в суд.

 В судебном заседании в режиме «веб-конференция» обеспечили участи в судебном заседании и ответили на  вопросы представителей сторон (оформлены  в письменном виде) (л.д. 79-80 т. 25).

1. Письмом № 447-19 от 24.06.2019г. в адрес Арбитражного суда Республики Башкортостан были запрошены цифровые фотографии объекта (спорного отвода), сделанные сотрудниками ЗАО НДЦ НПФ «Русская Лаборатория» в ходе ранее проведённого исследования, в исходном виде (в виде файлов) на любом носителе, в связи с низким качеством распечатанных копий изображений. Был представлен компакт-диск, на котором содержались фотографии, сделанные 31.01.2017г. (на компакт-диске дата указана неверно-29.01.2017г.) и 04.02.2017г. (на компакт-диске дата указана неверно - 02.02.2017г.). Фотографии, сделанные 09.02.2017г. в ходе изъятия отвода (в том числе фото 1 на стр. 8 Отчёта), в распоряжение экспертов переданы не были.

Так же в распоряжении экспертов отсутствовали материалы, приложенные к Отчёту, хотя в ходе осмотра представителям сторон было предложено подготовить и представить в распоряжение экспертов все имеющиеся материалы. Согласно пояснениям представителей ПАО АНК «Башнефть», никаких материалов, кроме представленных в материалы дела, в их распоряжении не имеется.

2. На стр. 10 специалисты обосновывают отсутствие отвода тем, что проводилась серия исследований с использованием разрушающего контроля. У специалистов в распоряжении находился отвод (фактически, колено), выполненное из трубы диаметром 219 мм и толщиной 10 мм. Один погонный сантиметр такой трубы содержит почти 72 см3 металла, что составляет для сталей примерно 550-570 граммов. Таким образом, для проведения даже серий исследований хватило бы небольшой части спорного отвода, и не требовалось уничтожать его полностью. Неиспользованные для проведения контроля фрагменты отвода должны были быть сохранены для проведения последующих исследований.

Зачем требовалось проводить так много исследований, если методы характеризуются высокой точностью, не известно. Кроме того, метод рентгенофлуоресцентного анализа (РФА), который упоминают рецензенты, является неразрушающим для образца (объект помещается в камеру, где облучается рентгеновским излучением, а детектор регистрирует спектральный состав флуоресценции. Проба, помещённая в камеру, не разрушается, и может быть исследована повторно.

Следует отметить, что утверждения специалистов АО НДЦ НПФ «Русская Лаборатория» о том, что отсутствие хрома и молибдена было установлено лабораторным путём, не соответствует содержанию отчёта. Если в ходе анализа было установлено отсутствие элемента - в таблице состава должны стоять нули в соответствующих графах. Отсутствие графы однозначно свидетельствует о том, что исследование не проводилось. Так же следует отметить, что и в стали 20 хром тоже присутствует, то есть его нулевое содержание не соответствует ни стали 20 (установленной специалистами АО НДЦ НПФ «Русская Лаборатория»), ни стали 15Х5М. Соответственно, вывод о том, что спорный отвод выполнен из стали 20 противоречит собственным утверждениям специалистов АО НДЦ НПФ «Русская Лаборатория».

Как указано в Заключении эксперта № 104-19 от 27.04.2020г. в результате термического воздействия пожара, сам факт того, что спорный отвод проработал 8 месяцев уже свидетельствует о том, что он не мог быть выполнен и, стали 20, поскольку максимальный расчётный срок, который могла бы проработать сталь 20 составлял менее 4,5 месяцев. А если учесть, что хром полностью отсутствовал в составе сплава, из которого был выполнен спорный отвод, то расчётный срок службы такого отвода был бы ещё меньше.

Кроме того, в Заключении эксперта № 104-19 от 27.04.2020г. на стр. 28 и 30 приведены признаки, по которым изделие из стали 20 можно отличить от изделий из стали 15Х5М как визуально, так и при в процессе сварки. На стадии входного контроля при приемке на склад спорного отвода, проводившегося специалистами ПАО АНК "БАШНЕФТЬ" ни одного признака, свидетельствующего о его изготовлении из стали 20, выявлено не было.

В представленном отчёте по результатам анализа Заключения эксперта № 104-19 от 27 апреля 2020г. изложены пояснения АО НДЦ НПФ «Русская Лаборатория» в отношении недостатков, допущенных при производстве исследования отвода и описанных в Заключении эксперта № 104-19 от 27.04.2020г. Следует отметить, что информация, содержащаяся в приложенных к Отчёту материалах, ранее не представлявшейся в распоряжение экспертов, не влияет на сформулированные экспертами выводы по поставленным вопросам.

В настоящее время в связи с утратой (уничтожением) спорного отвода в процессе первичного исследования АО НДЦ НПФ «Русская Лаборатория» не может быть сформулирован какой-либо иной вывод о материале, из которого был выполнен спорный отвод, кроме вероятного, в том виде, как он дан в Заключении эксперта № 104-19 от 27.04.2020г. Более того, даже обнаружение и предоставление объектов, позиционируемых как остатки спорного отвода, не позволит дать категорический вывод о составе сплава, поскольку относимость объектов уже не может быть проверена.

Настоящие пояснения подготовлены экспертами ФИО16 и ФИО18. Эксперт ФИО17 не привлекалась к подготовке настоящих пояснений, поскольку замечания, изложенные в Отчёте по результатам анализа Заключения эксперта № 104-19 от 27 апреля 2020г., составленном в АО НДЦ НПФ «Русская Лаборатория», не относятся к разделам экспертного исследования, в которых она участвовала.

Оснований не доверять выводам заключения экспертов, предупрежденных об уголовной ответственности, не имеется. Заключение экспертов, пояснения являются полными и обоснованными.

Эксперты при составлении заключения, основывались на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями, объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме, с учетом проведенных осмотров спорного объекта. Заключение экспертов основывается на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Доказательств, опровергающих выводы экспертного заключения относительно качества и недостатков выполненных работ, основанные на комплексном всестороннем исследовании объекта экспертизы, в материалы дела не представлено (ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Истцом заявлены возражения   на экспертное заключение(л.д. 100-104 т. 21) в обоснование своей позиции сослался на отчёт, выполненный АО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» по результатам анализа заключения экспертов № 104-19 от 27.01.2020 года. 

Представленный отчёт не является по своему содержанию экспертным заключением, а представляет собой мнение одного эксперта относительно экспертного заключения, произведённого комиссией экспертов.

Отчёт фактически является рецензией на экспертное заключение.

Рецензия на заключение экспертов является субъективным мнением частного лица, вследствие чего не может являться допустимым доказательством, опровергающим достоверность проведённой в рамках судебного дела, экспертизы. Рецензирование заключения судебной экспертизы проведено  истцом самостоятельно, вне рамок судебного разбирательства, эксперт не предупреждён об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Нормами ГК РФ не предусмотрено оспаривание экспертного заключения рецензией другого экспертного учреждения.

Таким образом, представленный отчёт не может служить основанием для признания представленного в дело экспертного заключения недостоверным и недопустимым доказательством.

Суд отмечает, что при назначении судебной экспертизы истцом отвод экспертам не заявлялся, доказательств того, что эксперты провели экспертизу некомпетентно или предвзято, истцом не представлено.  

 Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что заключение экспертов в силу статьи 64, 67, 68, 71, 82, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является надлежащим доказательством по делу и подлежит оценке наряду с другими доказательствами (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в связи с чем суд принимает выводы, изложенные в заключении.

В силу закрепленного в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации принципа состязательности задача лиц, участвующих в деле, собрать и представить в суд доказательства, подтверждающие их правовые позиции.

Возлагая вину первоначально в солидарном порядке на  подрядчика ПАО «ВНЗМ» и экспертную организацию, выполнившую экспертизу промышленной безопасности ЗАО НПО «Ленкор», а затем только на подрядчика ПАО «ВНЗМ»,   истец указал в иске, что непосредственной и прямой причиной произошедшей аварии явились действия ООО «СМИ»(субподрядчика), которое не обеспечило проведение качественного ремонта трубопровода, а протоколы о проведении спектрального анализа и термической обработки сварных соединений, представленных в исполнительной документации посчитал ложными и недостоверными, что и привело к нарушениям, при эксплуатации оборудования установки «Висбрекинг» и аварии на опасном производственном объекте, а также указав, что ЗАО НПО «Ленкор» не обеспечило проведение качественной экспертизы промышленной безопасности трубопровода «Продукты висбрекинга от квенча до К-1»

При этом в качестве доказательств вины солидарных ответчиков, а затем и только подрядчика ПАО «ВНЗМ»  представлены: 

Акт рабочей комиссии технического расследования причин аварии, произошедшей 29.01.2017 года с приложениями к нему(л.д. 59-110 т.1);

Отчет определения технических   причин   аварии,   произошедшей   29.01.2017г.   на установке «Висбрекинг»  топливного  производства  филиала ПАО  «АНК «Башнефть» «Башнефть УНПЗ» от 01.06.2017г., подготовленного ЗАО «НДЦ «НПФ «Русская лаборатория» (т.2 л.д.37).

Истец указывает, что возражения ПАО «ВНЗМ» сводятся к несогласию с выводами комиссии и заключением ЗАО «НДЦ «НПФ «Русская лаборатория», при этом доводы ответчика со ссылкой на экспертизу промышленной безопасности, выполненную ЗАО НПО «Ленкор», нормы ГК РФ(ст.ст. 15. 393, 720, 721, 722, 723, 724, 755)  о том, что подрядчик в установленном договором порядке не был извещен заказчиком о выявленных им дефектах и необходимости участия в составлении акта, фиксирующего дефекты, согласовании порядка и сроков их устранения,  как  и доводы ЗАО НПО «Ленкор», не опровергнуты.

Также с учётом имеющихся в деле доказательств(ст. 71 АПК РФ) суд соглашается с доводами ответчика о невозможности признания заключения ЗАО «НДЦ «НПФ «Русская лаборатория»  допустимым доказательством вины ответчика.

 Без участия ПАО «АК ВНЗМ» спорный отвод 219X10 был  вырезан из трубопровода и отправлен на исследование, которое выявило несоответствие материального исполнения, проверить которое невозможно поскольку  спорный отвод  был уничтожен, а причину уничтожения вещественного доказательства  истец объяснить не смог.

В рассматриваемом случае авария имела место 29 января 2017 года.

Отчёт «Определение технических причин аварии произошедшей 29.01.2017 года на установке «Висбрекинг» топливного производства филиала ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ» выполнен ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» общество находится  в г. Санкт-Петербург(л.д. 1-163 т.2).

Истцом представлен акт вырезки и передачи образца на исследование(л.д. 163 т.2)

Акт датирован 09 февраля 2017 года. Из текста акта следует, что комиссия состоящая из начальника сектора ОТН ПП УНПЗ, начальника установки «Висбрекинг», механика установки «Висбрекинг» и представителя ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» подтверждают, что была произведена вырезка дефектного отвода 219х10 со сварным соединением и участком трубы 219х10 с трубопровода «Продукты висбрекинга от квенча до К-1н», согласно приложенных схемы трубопровода(рисунок 2) и эскиза образца(рисунок 1) и передача вырезанного участка представителю ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория».

Вместе с тем, в акте не указано когда имела вырезка данного отвода со сварным соединением и участком трубы, т.е. дата, кем, каким оборудованием, произведена вырезка, имела ли место упаковка данного вещественного доказательства, куда  конкретно, т.е. в какую лабораторию было доставлено(в руках данный объект представитель ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория»  не мог унести), когда и где имело место исследование.

17 февраля 2017 года датировано заключение представителю ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» «Исследование причины разрушения отвода трубопровода «Продукты висбрекинга от квенча К-1н» рег. № 1-140 филиала ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ».

Договор на проведение работ с обществом был заключен 19.04.2017 года.

 В заключении указано: лабораторией разрушающего контроля проведено исследование металла представленного участка трубопровода  «Продукты висбрекинга от квенча К-1н» рег. № 1-140 «отвод со сквозным повреждением – труба» для определения причины разрушения. В какой лаборатории проводилось исследование не указано.

Внешним осмотром установлено, что на исследование поступил фрагмент трубопровода, состоящий из разрушенного отвода, кольцевого сварного шва и участка трубы. Разрушение представляет собой сквозное отверстие размером 90х60, расположенное на растянутой части отвода.

Из отчета от 01.06.2017 следует, что, спорный отвод имеет механические повреждения (страницы 31, 38):

«Края сквозного отверстия имеют повреждения от механического воздействия. В соответствии со справкой, выданной службами «Башнефть-УНПЗ», после аварийной остановки установки и отсечения аварийного трубопровода было обнаружено повреждение отвода на трубопроводе - отверстие около 30 мм», (абзац 3 страницы 31 отчета от 01.06.2017);

«обнаружено сквозное повреждение отвода 90 219x10,0 мм, края сквозного отверстия имеют причины от механического воздействия», (последний абзац страницы 38 отчета от 01.06.2017).

 Из текста страниц 31, 38 следует, что Заказчиком на поврежденном участке был установлен некий хомут. Подрядчик считает, что хомут мог быть установлен ранее.

 В приложении № 12 (справка по причинам установки хомута)(л.д. 90 т.2) указано, что отверстие в отводе было диаметром 30 мм, при этом отверстие на отводе, переданном на экспертизу 90x60 мм (заключении №125 от 17.02.2018 прил. 18).

 На странице 35 отчёта указано, что имеют место неучтенные вмешательства в трубопровод (ремонты), например, в 2008 и 2014 гг. (страница 35).

В приложении № 12 (справка по причинам установки хомута) отсутствуют упоминания о пожаре, имеются сведения лишь, что после некой разгерметизации был установлен хомут. Дата справки отсутствует.

В приложении к письменным пояснениям на доводы ответчика(л.д. 12-16 т.13) истец указал  письмо  исх. № 400/УГМ от 29.12.2018 г. ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория»(л.д. 26 т.13) в котором И.О. начальника ОТН филиала ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ» сообщает, что изменение микроструктуры металла отвода вследствие перегрева до температуры выше 724 градуса С произошло в результате воздействия пламени при пожаре, что подтверждается проведенным анализом трендов АСУТП технологического оборудования(Приложение 19 Отчёта определения технических причин аварии произошедшей 20.01.2017 на установке «Висбрекинг топливного производства ПП УНПЗ).

Однако, авария на  участке ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ имела место 29 января 2017 года, а 20.01.2017 года аналогичная авария имела место на другом объекте ПАО АНК «Башнефть»-Уфанефтехим».

Из пояснений истца следует, в соответствии с пунктом 14.1 договора № БНФ/у/31/227/17/ДРО от 28.02.2017, заключенного между АО «Промфинстрой» и ПАО АНК «Башнефть» на ремонтные работы.  Договор распространяет своё действие на отношения сторон, возникшие с 27.01.2017.

Согласно п. 4.1 отчета экспертной организации ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория», а также приложения 12 к указанному отчету, для подготовки трубопровода к огневым работам на место повреждения был установлен хомут из половины отвода ДУ200 в качестве защитного экрана (для «пропарки» трубопровода).

Соответственно хомут установлен после произошедшей аварии для проведения огневых работ и, по мнению истца, никоим образом не влиял на причину возникновения аварии.

Вместе с тем, как указано выше,  не представляется возможным установить дату вырезки части трубопровода с отводом, но установлено, что на вырезанном объекте уже имел место хомут, до исследования проведена пропарка под высоким давлением, что могло  изменить характеристики сквозного отверстия(размер, края).

Вышеуказанные обстоятельства по отбору образца – вещественного доказательства, его фиксации, доставке, хранению, места исследования, даты  отбора образца, не позволяют  однозначно сделать вывод,  что недостатки имели место и являлись следствием некачественного выполнения работ подрядчиком.

Как указано в судебной экспертизе: «В настоящее время в связи с утратой (уничтожением) спорного отвода в процессе первичного исследования АО НДЦ НПФ «Русская Лаборатория» не может быть сформулирован какой-либо иной вывод о материале, из которого был выполнен спорный отвод, кроме вероятного, в том виде, как он дан в Заключении эксперта № 104-19 от 27.04.2020г. Более того, даже обнаружение и предоставление объектов, позиционируемых как остатки спорного отвода, не позволит дать категорический вывод о составе сплава, поскольку относимость объектов уже не может быть проверена».

Последствия выполнения работ с недостатками установлены в статье 723 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Защита нарушенного права возможна, в частности, путем предъявления иска о возмещении убытков в связи с некачественным выполнением работ по договору подряда, при рассмотрении которого подлежат применению общие правила об убытках (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункты 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Исходя из изложенного, с учётом  доводов ответчика, третьего лица  ЗАО «НПО «Ленкор», выводов судебной экспертизы в рассматриваемом случае истец не доказал вину ответчика в причинении убытков.

 Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности

п.1 ст. 725  ГК РФ. Ответчик считает, что спорный отвод не является ни зданием, ни сооружением и потому должен применяться специальный срок – один год. Начало течения срока исчисляет с даты предъявления письма от 08.02.2017 года исх. № 1-01/0066(л.д. 127-128 т.14)

В силу системного толкования пунктов 1 и 3 статьи 725 ГК РФ срок исковой давности для требований, предъявляемых в связи с ненадлежащим качеством работы, выполненной по договору подряда, является специальным по отношению к статье 200 ГК РФ и составляет один год.

Если договором подряда установлен гарантийный срок и заявление по поводу недостатков результата работы сделано в пределах гарантийного срока, течение срока исковой давности начинается со дня заявления о недостатках (Обзор судебной практики Верховного суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 6 июля 2016 г.).

При этом из разъяснений правовой позиции в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.11.2013 N 7381/13 следует, что положения пункта 1 статьи 725 ГК РФ о сокращенном годичном сроке исковой давности для требований, предъявляемых в связи с ненадлежащим качеством работ, выполненных по договору подряда, не могут быть применены в том случае, когда такие работы носят капитальный характер и предъявляются в связи с ненадлежащим качеством работы в отношении зданий и сооружений.

Из материалов дела, в частности из условий  договора подряда, усматривается, что  Подрядчик по заданию заказчика  обязуется выполнить работы по ремонту основных фондов по графику планово-предупредительных ремонтов на территории Филиала ПАО АНК «Башнефть» «Башнефть-УНПЗ» (далее «Филиал») заказчика (далее «Работы») в сроки, определённые Календарным планом выполнения работ (Приложение № 1 к настоящему договору) с использованием материалов, изделий в соответствии с разделом 6 настоящего договора, сдать результат выполненных работ заказчику, выполнять свои обязательства в течении гарантийного срока, а заказчик обязуется принять и оплатить подрядчику результаты выполненных работ в размере, предусмотренном условиями договора.

В числе основных фондов - объектов на которых предусматривалось выполнение ремонтных работ имела место установка «Висбрекинг» топливного производства.

В силу изложенного  суд приходит к выводу, что  применяется не сокращенный годичный срок исковой давности,  а общий, предусмотренный статьей 196 ГК РФ, - 3 года.

 В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине возлагаются на ответчика в размере, установленном ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Публичного акционерного общества "Акционерная нефтяная компания "Башнефть" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) отказать.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Уральского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или кассационной жалобы можно получить соответственно на Интернет-сайтах Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru или Арбитражного суда Уральского округа www.fasuo.arbitr.ru.

Судья     Е.Г. Воронкова