ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-1505/2025

Дело  №А49-10180/2022

г. Самара

10 марта 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 февраля 2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено 10 марта 2025 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Львова Я.А.,

судей Бондаревой Ю.А., Гольдштейна Д.К., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Цветиковым П.А.

без участия представителей лиц, участвующих в деле, 

рассмотрев в открытом судебном заседании 26 февраля 2025 года в помещении суда в зале № 2, апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Пензенской области от 26 декабря 2024 года по заявлению арбитражного управляющего ФИО2 об утверждении суммы процентов по вознаграждению финансового управляющего по делу №А49-10180/2022 о несостоятельности (банкротстве) ФИО1.

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Пензенской области суда от  27 марта 2023  года гражданка ФИО1 признана банкротом, в отношении нее введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 21 ноября 2023  года (резолютивная часть определения оглашена 20 ноября 2023  года) финансовым управляющим в деле о банкротстве гражданки ФИО1 утверждена ФИО2.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 29 октября 2024 года (резолютивная часть определения оглашена 28 октября 2024 года) производство по делу №А49-10180/2022 о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 прекращено в соответствии с абзацем 7 п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве.

В Арбитражный суд Пензенской области  18.10.2024 поступило заявление  финансового управляющего ФИО2, согласно которому заявитель просил:

- установить размер процентов по вознаграждению финансового управляющего в сумме 553 145,47 руб.;

- взыскать с ФИО1 в пользу арбитражного управляющего ФИО2 проценты по вознаграждению финансового управляющего в сумме 553 145,47 руб.;

- прекратить производство по делу №А49-10180/2022 о признании банкротом гражданки ФИО1

По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Республики Татарстан вынес определение от 26 декабря 2024 года следующего содержания: 

«Заявление арбитражного управляющего ФИО2 удовлетворить.

Установить сумму процентов по вознаграждению финансового управляющего ФИО2 в деле №А49-10180/2022 о банкротстве ФИО1 в размере 553 145,47 руб.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 проценты по вознаграждению финансового управляющего в размере 553 145,47 руб.»

Заявитель обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Пензенской области  от 26 декабря 2024 года.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11 марта 2022 года апелляционная жалоба принята к производству. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Арбитражный управляющий ФИО2 в отзыве возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, просила обжалуемое определение оставить без изменения.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с исследованными доказательствами по делу, судебная коллегия Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда пришла к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, при вынесении обжалуемого определения суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств.

В реестр требований кредиторов должника включены требования 1 кредитора (ФИО4) на сумму 7 902 078,19 руб.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 14.08.2024 удовлетворено заявление ФИО5 (дочери должника) о намерении удовлетворить в полном объеме требования кредиторов к ФИО1, назначено судебное заседание по итогам погашения требований к должнику.

Определением суда от 27.09.2024 требования, включенные в реестр требований кредиторов, признаны погашенными полностью.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 29.10.2024 производство по делу №А49-10180/2022 о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 прекращено в связи с удовлетворением требований кредиторов.

Арбитражный управляющий ФИО2, полагая, что в соответствии с положениями ст.20.6 Закона о банкротстве имеет право на 7% от размера погашенных требований кредиторов, обратилась в суд с настоящим заявлением об установлении и взыскании с должника 553145,47 руб.

Заявитель указал, что после признания судом сделки должника недействительной и подачи заявления об оспаривании сделки по приобретению автомобиля, 01.08.2024 поступило заявление ФИО5 о намерении удовлетворить требования кредиторов в полном объеме.

Заявитель считал, что оспаривание финансовым управляющим сделок должника, а также опасение возможной реализации иных объектов недвижимого и движимого имущества послужили основанием для обращения дочери должника с заявлением о намерении погасить в полном объеме требования единственного кредитора.

Таким образом, активные действия финансового управляющего по формированию конкурсной массы способствовали погашению требований кредитора третьим лицом. При этом участие финансового управляющего в процедуре банкротства не исчерпывалось формальным контролем, а требовало труда или дополнительных усилий.

Размер процентов заявителем определен из расчета 7% от суммы требований, включенных в реестр требований кредиторов должника (7 902 078,19 руб.).

Возражая против требований заявителя, должник указал, что поскольку процедура банкротства ФИО1 прекращена не в результате восстановления платежеспособности должника либо активных действий финансового управляющего, то у заявителя отсутствуют основания претендовать на выплату процентов по вознаграждению за время соответствующей процедуры.

Выполненный финансовым управляющим объем мероприятий полностью охватывается возложенными на него обязанностями, объем работы не отличался в большую сторону от объема работы, обычно выполняемого финансовыми управляющими в рамках дел о банкротстве граждан. Наличие причинно-следственной связи между обращением ФИО5 с намерением погасить обязательства должника по требованиям, включенным в реестр требований кредиторов, и деятельностью финансового управляющего не усматривается.

Устанавливая проценты финансовому управляющему, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 20.6, 59 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве, а также на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве. Вознаграждение в деле о банкротстве выплачивается арбитражному управляющему за счет средств должника, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом. 

Согласно пункту 3 статьи 20.6 Закона о банкротстве вознаграждение, выплачиваемое арбитражному управляющему в деле о банкротстве, состоит из фиксированной суммы и суммы процентов.

В силу пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае исполнения гражданином утвержденного арбитражным судом плана реструктуризации его долгов составляет семь процентов размера удовлетворенных требований кредиторов.

Сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае введения процедуры реализации имущества гражданина составляет семь процентов размера выручки от реализации имущества гражданина и денежных средств, поступивших в результате взыскания дебиторской задолженности, а также в результате применения последствий недействительности сделок. Данные проценты уплачиваются финансовому управляющему после завершения расчетов с кредиторами.

Согласно п.18 ст.20.6 Закона о банкротстве в исключительных случаях сумма процентов по вознаграждению арбитражного управляющего может быть снижена арбитражным судом по ходатайству лица, участвующего в деле, при ее явной несоразмерности вкладу арбитражного управляющего в достижение результатов процедуры банкротства.

В пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве" (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 N 97) указано, что согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. В связи с этим, а также с учетом того, что правовая природа вознаграждения арбитражного управляющего носит частноправовой встречный характер (пункт 1 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации), применительно к абзацу третьему пункта 1 статьи 723 и статье 783 Гражданского кодекса Российской Федерации, если арбитражный управляющий ненадлежащим образом исполнял свои обязанности, размер причитающихся ему фиксированной суммы вознаграждения и процентов по вознаграждению может быть соразмерно уменьшен. Бремя доказывания ненадлежащего исполнения управляющим своих обязанностей лежит на лице, ссылающемся на такое исполнение.

Как установлено выше, в ходе процедуры банкротства требования кредитора удовлетворены в полном объеме в результате погашения реестра требований кредиторов третьим лицом (дочерью должника) на основании ст.ст. 113, 125 Закона о банкротстве.

Обращаясь с рассматриваемым требованием, арбитражный управляющий ФИО2 указала, что именно комплекс принятых ей мер в процедуре банкротства способствовал погашению реестровой задолженности должника.

Должник, возражая против взыскания процентов по вознаграждению арбитражного управляющего, указал, что требования кредиторов погашены не в результате действий финансового управляющего, а ввиду погашения требований третьим лицом. По мнению должника, в рассматриваемом случае подлежит применению пункт 23 Обзора судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 11.10.2023, согласно которому вопрос процентного вознаграждения арбитражного управляющего зависит от объема и качества выполненной им работы.

Рассмотрев возражения должника со ссылкой на пункты 22 и 23 вышеназванного Обзора, суд признал их подлежащими отклонению исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела о банкротстве.

Из материалов дела следуют следующие обстоятельства:

- Финансовым управляющим ФИО2 подано заявление о признании недействительной сделки купли-продажи квартиры от 27.11.2020, заключенной между должником ФИО1 и её родной тётей ФИО6

Определением от 08.08.2024 заявление финансового управляющего удовлетворено – сделка признана недействительной, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу должника 4 000 000 руб.

- Финансовым управляющим ФИО2 подано заявление о признании недействительной сделки – договора купли-продажи квартиры от 07.12.2020 по приобретению ФИО1 в интересах её матери ФИО7 недвижимого имущества – квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, общей площадью 139,2 кв.м., 

Рассмотрение данного спора неоднократно откладывалось, в т.ч. в связи ввиду наличия в производстве суда заявления ФИО5 о намерении удовлетворить требования кредиторов.

- Финансовым управляющим ФИО2 29.07.2024 подано заявление о признании недействительной сделки - договора купли-продажи транспортного средства (BMW X6 xDrive 30d, 2015 г.вып.) от 30.08.2022, заключенного между ФИО8 и ФИО1, действующей в интересах ФИО7 

На момент рассмотрения заявления ФИО5 о намерении удовлетворить требования кредиторов данное заявление ФИО2 к производству суда не принято.

В ходе рассмотрения дела финансовым управляющим истребовались доказательства, касающиеся имущества должника и его родственников, сведения об их счетах и движений денежных средств на них, сведения об их доходах.

Таким образом, финансовым управляющим в ходе процедуры банкротства ФИО1 активно проводились мероприятия, целью которых являлось наиболее быстрое и полное удовлетворение реестровых требований.

После рассмотрения судом спора о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 27.11.2020 и оглашения резолютивной части судебного акта в судебном заседании 26.07.2024, в материалы дела 01.08.2024 поступило заявление ФИО5 (дочери должника) о намерении удовлетворить требования кредиторов в полном объеме.

При этом до указанного момента на протяжении всей процедуры банкротства таких заявлений не поступало.

С учетом данных обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу, что в результате исполнения ФИО2 обязанностей финансового  управляющего, а именно, возврата в конкурсную массу имущества путем оспаривания сделок с родственниками, одним из них инициировано погашение требований кредитора должника.

Учитывая изложенное, в рассматриваемом деле о банкротстве исключительные обстоятельства не позволяют формально применить общее правило об отсутствии оснований для установления вознаграждения управляющего, в связи с исполнением обязательств должника третьим лицом (пункт 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 N 97), поскольку признание сделок недействительными и применение последствий недействительности сделок в виде возврата имущества в конкурсную массу фактически имело тот же экономический эффект, который должен был быть получен от реализации возвращенного имущества на торгах либо получения удовлетворения в ином порядке (что также предоставляло бы управляющему право на установление процентов по вознаграждению).

Указанная позиция согласуется со сформированной в настоящее время судебной практикой (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.10.2023 N 306-ЭС21-13461(4) по делу N А12-43663/2019).

Возражения должника опровергаются хронологией событий, свидетельствующей о том, что с заявлением о намерении погасить требования кредиторов должника ФИО5 обратилась только после признания сделки недействительной, что влекло возврат в конкурсную массу денежных средств.

Фактов недобросовестного исполнения возложенных на финансового управляющего обязанностей, влекущих уменьшение суммы вознаграждения, судом не установлено, а положительный результат в виде полного погашения ФИО5 требования кредитора должника достигнут благодаря предпринятым финансовым управляющим эффективным действиям по оспариванию сделок должника.

Анализируя и оценивая фактические обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства в порядке ст.71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что именно активные действия финансового управляющего ФИО2 фактически стали причиной погашения требований, размер процентного вознаграждения управляющего в данном случае обусловлен объемом и качеством выполненной работы и является разумным и обоснованным, доказательств, свидетельствующих о ненадлежащем исполнении ей своих обязанностей, материалы дела не содержат, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отказа в удовлетворении заявления арбитражного управляющего ФИО2

Довод должника о том, что проценты по вознаграждению не подлежат выплате в случае прекращения производства по делу о банкротстве в связи с погашением требований кредиторов третьим лицом, судом не принимается. В рассматриваемом случае судом не установлено, а должником не опровергнуто, что намерение погасить требования кредитора возникло только после оспаривания финансовым управляющим ряда сделок, совершенных должником со своими родственниками либо в их интересах. Поэтому такие действия, как погашение требований кредиторов ФИО5 с целью сохранения имущества по оспариваемым финансовым управляющим сделкам, не должны приводить к неблагоприятным последствиям для управляющего, осуществляющего добросовестно и в полном объеме свои обязанности.

Ссылка должника на то, что денежные средства в сумме 4 000 000 руб. в конкурсную массу в результате оспаривания сделки фактически не поступили, судом отклоняется как не имеющая правового значения для разрешения спора. В данном случае, устанавливая проценты по вознаграждению управляющего, суд исходит из того, что положительный результат в виде намерения погасить требования кредиторов был обусловлен оспариванием управляющим сделок должника, а не из размера поступлений денежных средств в конкурсную массу в результате такого оспаривания.

В рассматриваемом случае, учитывая, что побудительным мотивом погашения требований кредиторов должника явились действия управляющего по оспариванию сделок, удовлетворение требований кредиторов добровольно третьим лицом не лишает финансового управляющего стимулирующего вознаграждения.

Аналогичная позиция содержится в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 30.05.2024 по делу N А57-16187/2021, Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 11.05.2022 N Ф09-1750/22 по делу N А60-34373/2019, Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 10.04.2023 N Ф09-175/22 по делу N А60-5486/2019, Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 14.03.2024 N Ф09-686/22 по делу N А76-8114/2020.

С учетом изложенного суд первой инстанции признал заявление арбитражного управляющего подлежащим удовлетворению и установил проценты по вознаграждению финансового управляющего в заявленном размере – 553145,47 руб., что не превышает суммы, предусмотренной п.17 ст. 20.6 Закона о банкротстве.

В апелляционной жалобе заявитель выразил несогласие с выводами суда, указывая на следующие обстоятельства.

В силу п.п. 1, 3 ст. 20.6 Закона о банкротстве арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве, а также на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве. Вознаграждение, выплачиваемое арбитражному управляющему в деле о банкротстве, состоит из фиксированной суммы и суммы процентов.

Согласно абз .2 п. 17 ст.  20.6 указанного закона сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае введения процедуры реализации имущества гражданина составляет семь процентов размера выручки от реализации имущества гражданина и денежных средств, поступивших в результате взыскания дебиторской задолженности, а также в результате применения последствий недействительности сделок.

Данные проценты уплачиваются финансовому управляющему после завершения расчетов с кредиторами.

П.8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25.12.2013 г. N 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве» разъяснено, что в случае прекращения производства по делу о банкротстве (п.1 ст. 57 Закона о банкротстве), в том числе в связи с исполнением обязательств должника третьим лицом (ст.ст.113 и 125 того же Закона), проценты по вознаграждению за процедуру банкротства, в ходе которой было прекращено производство, не выплачиваются, за исключением случаев восстановления платежеспособности должника в ходе финансового оздоровления или внешнего управления.

В исключительных случаях, если арбитражный управляющий докажет, что он внес существенный вклад в достижение целей соответствующей процедуры банкротства (например, в результате его деятельности существенно увеличилась стоимость чистых активов должника), суд вправе увеличить размер фиксированной части его вознаграждения применительно к п.5 ст. 20.6 Закона о банкротстве.

В п.22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ от 20.12.2016          г., отмечено, что по общему правилу проценты по вознаграждению арбитражного управляющего являются стимулирующей частью его дохода, поэтому погашение требований уполномоченного органа, кредиторов способами, не связанными с эффективным осуществлением арбитражным управляющим мероприятий в рамках соответствующей процедуры банкротства, не может рассматриваться как основание для выплаты такого дополнительного стимулирующего вознаграждения.

В отличие от фиксированной части вознаграждения, полагающейся арбитражному управляющему по умолчанию, предусмотренные п. 17 ст. 20.6 и п. 3 ст. 213.9 Закона о банкротстве проценты по вознаграждению являются дополнительной стимулирующей частью его дохода, подобием премии за фактические результаты деятельности,   поощрением   за   эффективное   осуществление   мероприятий   по формированию и реализации конкурсной массы в рамках соответствующей процедуры банкротства.

Процентное вознаграждение арбитражного управляющего зависит от объема и качества выполненной им работы. Управляющий, оказавший лишь часть услуг из тех, что предусмотрены Законом о банкротстве, по причинам объективного (например, отсутствие необходимости в проведении тех или иных мероприятий) или субъективного характера (например, выполнение ряда мероприятий кредитором), не вправе рассчитывать на получение полной (максимальной) выплаты (п.23 Обзора судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 11.10.2023, г. определение Верховного Суда РФ от 05.05.2023 г. N 306-ЭС20-14681 (13)).

Соответственно, при обращении финансового управляющего с ходатайством об установлении ему процентного вознаграждения в порядке, предусмотренном п. 17 ст. 20.6 Закона о банкротстве, им должны быть представлены доказательства, подтверждающие, что поступление в конкурсную массу денежных средств имело место вследствие действий самого управляющего по взысканию задолженности и оспариванию сделок должника (применению последствий их недействительности).

По смыслу названных норм и разъяснений сумма процентов по вознаграждению арбитражного управляющего является дополнительным вознаграждением и выплачивается по результатам завершения (прекращения) соответствующей процедуры банкротства, в которой арбитражный управляющий в интересах должника в целях реализации задач, установленных для данной процедуры, исполнял возложенные на него законодательством обязанности. Установление вознаграждения в виде процентов направлено на поощрение арбитражного управляющего за осуществление работы по принятию мер по формированию конкурсной массы, за счет которой проводится расчет с кредиторами.

Получение финансовым управляющим увеличенного вознаграждения возможно лишь в случае значительного объема проделанной работы и существенности внесенного вклада, поскольку по своей правовой природе вознаграждение арбитражного управляющего и вопросы его увеличения имеют стимулирующий характер и не должны быть направлены на личное обогащение.

Учитывая правовую позицию Верховного Суда РФ, изложенную в определении от 23.08. 2021 г. по делу № 305-ЭС21-9813, проценты по вознаграждению финансового управляющего являются дополнительной стимулирующей частью его дохода и неразрывно связаны с совершаемыми финансовым управляющим действиями, его ролью о процедуре банкротства гражданина.

Процедура реализации имущества связана, в том числе, с обязанностью финансового управляющего исследовать сделки, заключенные должником и оспорить таковые, при наличии установленных законом оснований. При этом указанная обязанность установлена для финансового управляющего императивно и не зависит от его волеизъявления (при наличии признаков оспоримости, ничтожности), ввиду чего, нельзя признать факт оспаривания сделок, разработка положения о порядке, сроках, условиях реализации имущества, обстоятельствами существенного вклада в процедуру банкротства, поскольку неоспаривание сделок, и не осуществление обязанности по реализации имущества, могло повлечь для финансового управляющего негативные последствия. Данная позиция отражена в судебной практике.

Должником указывалось, что приведенная Арбитражным судом Пензенской судебная практика сформировалась по другим делам при наличии поступившего и имеющего в конкурсной массе имущества должника, а также реализации имущества, что в рассматриваемом деле отсутствует.

ФИО5 обратилась в Арбитражный суд Пензенской области с заявлением о намерении погасить требования к должнику на общую сумму 7 902 078,19 руб.; определением от 27.09.2024 г. Арбитражный суд Пензенской области признал требования кредитора должника погашенными в полном объеме, прекратив производство по делу о банкротстве ФИО1

Поскольку процедура банкротства ФИО1 прекращена не в результате восстановления платежеспособности должника либо активных действий финансового управляющего, то по мнению должника у заявителя отсутствуют основания претендовать на выплату процентов по вознаграждению за время соответствующей процедуры.

Вместе с тем, выполненный финансовым управляющим объем мероприятий полностью охватывается возложенными на него обязанностями, оплата выполнения которых предусмотрена законодательством, финансовый управляющий не представил доказательств, что объем выполненной им работы отличался в большую сторону от объема работы, обычно выполняемого финансовыми управляющими в рамках дел о банкротстве граждан, либо проведение процедуры банкротства в отношении ФИО1 являлось особо сложным.

Причинно-следственная связь между обращением ФИО5 с намерением погасить обязательства должника по требованиям, включенным в реестр требований ее кредиторов, и деятельностью финансового управляющего отсутствует.

ФИО1 полагала, что финансовый управляющий ФИО2 не совершила действий, выходящих за пределы обычной деятельности финансового управляющего, оплата которой предусмотрена законодателем в виде фиксированного вознаграждения; реализация имущества должника в процедуре банкротства не производилась, требования кредитора не погашались за счет сформированной конкурсной массы, заявление об оспаривании договора купли-продажи от 30.08.2022 г. по существу не рассмотрено.

По мнению заявителя судебное оспаривание сделок должника является одним из механизмов пополнения конкурсной массы. Следовательно, оспаривание сделок должника при наличии совокупности обстоятельств, составляющих предусмотренное законом оснований недействительности применительно к конкретной сделке, является не правом, а обязанностью управляющего, а за выполнение основных обязанностей финансового управляющего предусмотрено фиксированное вознаграждение.

Оценив доводы апелляционной жалобы,  суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам. 

Как следует из материалов дела, действительно, реализация имущества гражданина в процедуре банкротства ФИО1 не осуществлена и кредиторская задолженность погашена исключительно за счет денежных средств третьего лица, то есть условия для установления процентов по вознаграждению применительно к абзацу второму пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве отсутствовали.

В то же время в подобных случаях судебная практика допускает возможность поощрить арбитражного управляющего за эффективное осуществление мероприятий по формированию конкурсной массы гражданина в рамках соответствующей процедуры банкротства и установить проценты по вознаграждению финансового управляющего в пределах 7% от суммы удовлетворенных требований по аналогии с абзацем вторым пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве, если установлена связь совершенных управляющим действий с подачей заявления о намерении погасить требования кредитора непосредственно после признания сделок недействительными.

Соответствующая правовая позиция содержится в Постановлении Арбитражного суда Дальневосточного округа от 13.10.2023 N Ф03-4520/2023 по делу N А51-25291/2018, Постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 29.01.2024 N Ф04-3404/2022 по делу N А27-22089/2020, Постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 11.05.2022 N Ф09-1750/22 по делу N А60-34373/2019. 

Исходя из установленных судом обстоятельств, намерение погасить в полном объеме задолженность должника перед кредитором ФИО5 заявила лишь после наступления неминуемости возврата в конкурсную массу денежных средств в виде стоимости имущества должника, выведенных ранее из его имущественной сферы по недействительной сделке с целью недопущения обращения на него взыскания и удовлетворения требований кредиторов, а также оспаривания сделки в отношении иного ликвидного имущества должника. 

Совершенные управляющим действия направлены на формирование конкурсной массы должника с целью возврата имущества и удовлетворения требований кредиторов, требования единственного кредитора были полностью погашены.

Поскольку проведенные финансовым управляющим ФИО2 действия могут быть отнесены к исполнению мероприятий в деле о банкротстве должника, находятся в прямой причинно-следственной связи с удовлетворением требований кредиторов ввиду того, что именно неминуемость возврата в состав конкурсной массы денежных средств и иного имущества должника послужила поводом для обращения ФИО5 с заявлением о намерении погасить в полном объеме требования кредиторов.

Исходя из названных фактических обстоятельств дела, апелляционный суд, принимая во внимание хронологию совершенных участвующими в деле лицами действий (подача заявления о намерении погасить требования кредитора непосредственно после признания сделок недействительными), учитывая, что совершенные управляющим действия были направлены на формирование конкурсной массы должника с целью реализации имущества и удовлетворения требований кредиторов, требования единственного кредитора были полностью погашены, согласился с выводом суда о том, что имеются основания для установления процентов по вознаграждению управляющего, подлежащих взысканию с должника.

В то же время оценивая доводы заявителя апелляционной жалобы и возражения на нее финансового управляющего, суд апелляционной инстанции признал обоснованными доводы заявителя о том, что размер стимулирующего вознаграждения зависит от объема реальных действий управляющего в деле о банкротстве. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции принял во внимание правовую позицию, указанную в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.05.2023 N 306-ЭС20-14681(13) по делу N А57-10966/2019. 

По смыслу разъяснений, изложенных в абзаце первом пункта 5 постановления №97, данное вознаграждение управляющего носит частноправовой встречный характер (пункт 1 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)), к нему применяются правила о договоре возмездного оказания услуг. 

Объем обязанностей конкурсного управляющего изложен в пункте 2 статьи 129 Закона о банкротстве, конкретизирован и дополнен в других статьях этого Закона (в частности, в статьях 130, 139). В обобщенном виде обязанности конкурсного управляющего сводятся к выполнению следующих мероприятий:

1) принятие имущества должника, проведение его инвентаризации и оценки;

2) принятие мер, направленных на обеспечение сохранности данного имущества и его эффективное использование до момента реализации;

3) выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц (в том числе посредством оспаривания сделок с предпочтением и подозрительных сделок, истребования имущества из чужого незаконного владения и т.п.);

4) взыскание дебиторской задолженности;

5) формирование и ведение реестра требований кредиторов, подача возражений относительно требований кредиторов, необоснованно предъявленных к должнику;

6) организация и проведение торгов по реализации имущества должника; 

7) привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролировавших его лиц, предъявление к этим лицам исков о возмещении убытков;

8) погашение требований кредиторов.

Указанный перечень мероприятий, закрепленный в Законе о банкротстве, определяет объем и содержание деятельности конкурсного управляющего, то есть существенное условие договора возмездного оказания услуг (его предмет), по которому управляющим истребуется оплата в виде процентов (пункт 1 статьи 779 ГК РФ).

За надлежащее осуществление всей этой деятельности (выполнение всех мероприятий) конкурсному управляющему применительно к пункту 1 статьи 781 ГК РФ причитается как фиксированное, так и процентное вознаграждение в полном размере, указанном в пунктах 3, 3.1 и 13 статьи 20.6 Закона о банкротстве.

Если арбитражный управляющий ненадлежащим образом исполнял свои обязанности, то применительно к правилам об ответственности за недоброкачественность оказанных услуг, закрепленным в абзаце третьем пункта 1 статьи 723 и статье 783 ГК РФ, размер его вознаграждения может быть соразмерно уменьшен (пункт 5 постановления N 97). Равным образом, управляющий, оказавший лишь часть услуг из тех, что предусмотрены Законом о банкротстве и составляют предмет соответствующего договора, по причинам объективного (например, отсутствие необходимости в проведении тех или иных мероприятий) или субъективного характера (например, выполнение ряда мероприятий кредитором) не вправе рассчитывать на получение полной (максимальной) выплаты.

При ином подходе, позволяющем не учитывать реальный объем услуг, оказанных управляющим, нарушается принцип встречного исполнения обязанностей исполнителем и заказчиком: ни одна из сторон обязательства, по условиям которого предусмотрено встречное исполнение, не вправе требовать по суду исполнения, не предоставив причитающегося с нее по обязательству другой стороне (пункты 1, 3 статьи 328 ГК РФ, статья 781 ГК РФ). Согласно правовой позицией Президиума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце четвертом пункта 22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного 20.12.2016, проценты по вознаграждению арбитражного управляющего являются стимулирующей частью его дохода; погашение требований кредиторов способами, не связанными с эффективным осуществлением конкурсным управляющим мероприятий в рамках соответствующей процедуры банкротства, не может рассматриваться как основание для выплаты такого дополнительного стимулирующего вознаграждения.

В силу пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий со дня его утверждения осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления. Применительно к акционерным обществам Центральным банком Российской Федерации одобрен Кодекс корпоративного управления (приложение к письму Банка России от 10.04.2014 N 06-52/2463), призванный повысить эффективность работы органов управления акционерных обществ, содержащий положения рекомендательного характера, в том числе по вопросу об установлении вознаграждения руководителя. Согласно пункту 4.3.1 части "А" названного Кодекса вознаграждение исполнительного органа общества должно определяться таким образом, чтобы обеспечивать разумное и обоснованное соотношение его фиксированной части и переменной части, зависящей от результатов работы общества и личного (индивидуального) вклада руководителя в конечный результат.

При установлении судами процентного вознаграждения в максимально возможном размере, без оценки личного (индивидуального) вклада управляющего в достижение результата нивелируется стимулирующее воздействие данной части вознаграждения.

При подобном установлении процентного вознаграждения сталкиваются интересы кредиторов и конкурсного управляющего. Так, финансирование деятельности управляющего, в том числе расходов на выплату ему вознаграждения, осуществляется по общему правилу за счет должника. Вместе с тем, при недостаточности конкурсной массы для погашения всех текущих обязательств и требований, включенных в реестр, упомянутые расходы косвенно перекладываются на гражданско-правовое сообщество кредиторов, последние утрачивают возможность получить удовлетворение своих требований за счет той части имущественной массы должника, которая была израсходована на выплату вознаграждения. Таким образом, определение суммы процентного вознаграждения арбитражного управляющего вне связи с объемом фактически оказанных им услуг приводит к дисбалансу: создает необоснованные преимущества управляющему, востребовавшему оплату за неоказанную услугу, посредством вторжения в имущественную сферу кредиторов должника, не получивших причитающееся.

Необходимость сопоставления  объема услуг, реально оказанных управляющим, с истребуемой суммой процентного вознаграждения, входит в предмет доказывания, имеет существенное значение для правильного разрешения обособленного спора. 

В данном случае в обобщенном виде обязанности финансового управляющего сводятся к выполнению следующих мероприятий:

1) принятие имущества должника, проведение его инвентаризации и оценки;

2) принятие мер, направленных на обеспечение сохранности данного имущества и его эффективное использование до момента реализации;

3) выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц (в том числе посредством оспаривания сделок с предпочтением и подозрительных сделок, истребования имущества из чужого незаконного владения и т.п.);

4) взыскание дебиторской задолженности;

5) формирование и ведение реестра требований кредиторов, подача возражений относительно требований кредиторов, необоснованно предъявленных к должнику;

6) организация и проведение торгов по реализации имущества должника; 

7) погашение требований кредиторов.

За выполнение всех указанных мероприятий Законом о банкротстве предусмотрена возможность выплатить управляющему вознаграждение в размере 100% от удовлетворенных требований. 

Из обстоятельств настоящего дела о банкротстве следует, что финансовым управляющим ФИО2 выполнены не все мероприятия, предусмотренные Законом, в связи с чем суд апелляционной инстанции. 

В постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 19.02.2025 по делу №А72-9/2019 по спору, принятому при аналогичных обстоятельствах, суд кассационной инстанции указал на необходимость указания  мотивов, которые позволили суду сделать вывод о том, каков удельный вес вклада конкурсного управляющего в достижение положительного результата; оценки вклада конкурсного управляющего с позиции процентного соотношения объема выполненных им мероприятий и предпринятых действий к общему объему.

В связи с этим, определяя размер процентов финансового управляющего ФИО2, суд апелляционной инстанции исходил из следующего расчета. 

Обязанности  финансового управляющего

Выполнено

Процент соотношения объема выполненных мероприятий и предпринятых действий к общему объему 

Итого %

1) принять имущество должника, провести его инвентаризацию и оценку;

нет

10

0

2) обеспечить сохранность данного имущества и его эффективное использование до момента реализации;

нет

10

0

3) выявить и принять меры к возврату имущества должника, находящегося у третьих лиц;

да

1 заявление удовлетворено судом; сделка признана недействительной, при этом

денежные средства не возвращены в конкурсную массу;

2 заявления об оспаривании сделок поданы, но не рассмотрены судом по существу

1 сделка подана кредитором, отказано

30

20

4) взыскать дебиторскую задолженность;

нет

10

0

5) сформировать и вести реестр требований кредиторов, подавать возражения относительно требований кредиторов, необоснованно предъявленных к должнику;

Ведение реестра начато предыдущим управляющим ФИО3, в реестр включен один кредитор. 

ФИО2 внесены записи о погашении требований  единственного кредитора

10

5

6) организовать и провести торги по реализации имущества должника

нет

20

0

7) погасить требования кредиторов

да

расчеты проведены с единственным кредитором

10

10%

35%

Начислено 100% процентной части вознаграждения = 553145,47 руб. 

35% = 193600,92 руб. 

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что основным мероприятием в данном деле о банкротстве, направленным на формирование конкурсной массы, являлось оспаривание сделок должника. В связи с этим суд присвоил этому мероприятию весовой критерий 30 процентов. Вместе с тем запланированные мероприятия выполнены не в полном объеме: не инициировано исполнительное  производство на взыскание денежных средств с ФИО6, денежные средства не получены в конкурсную массу. не обеспечивалась их сохранность и распределение; не рассмотрены два других поданных заявления о признании сделок недействительными. В связи с этим суд пришел к выводу, что это мероприятие выполнено на 20%, при этом суд учитывал, что  тем не менее первое заявление об оспаривании сделки было определяющим побудительным мотивом для погашения требований третьим лицом. 

Организации  и проведению торгов по реализации имущества должника суд присвоил весовой критерий 20%, поскольку это мероприятие является одним из наиболее значимых для формирования конкурсной массы. 

Остальным мероприятиям суд присвоил весовой критерий 10%. 

При этом формирование и ведение реестра требований кредиторов выполнено не в полном объеме, в связи с чем суд посчитал возможным установить за это мероприятие вознаграждение в размере 5%.

Погашение требования кредитора управляющим выполнено, в связи с чем ему подлежит  установлению за это мероприятие вознаграждение в размере 10%. 

Остальные мероприятия не выполнялись арбитражным управляющим. 

Сведения о выполненных мероприятиях в процедуре банкротства содержатся в отчете финансового управляющего от 17.10.2024, размещенном в Картотеке арбитражных дел. 

Таким образом, принимая во внимание, что финансовым управляющим ФИО2 мероприятия в деле о банкротстве ФИО1 выполнены на 35% от общего объема запланированных мероприятий, ей подлежит установлению процентное вознаграждение в размере 35% от 100% (553145,47 руб.), что составляет 193600,92 руб.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, обжалуемое определение следует изменить в части размера процентов, как принятое с нарушением норм материального права.

В остальной части доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст.270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пензенской области от 26 декабря 2024 года по делу № А49-10180/2022 изменить в части размера процентов, изложив абзацы 2 и 3 резолютивной части следующим образом. 

Установить сумму процентов по вознаграждению финансового управляющего ФИО2 в деле №А49-10180/2022 о банкротстве ФИО1 в размере 193600 руб. 92 коп. 

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 проценты по вознаграждению финансового управляющего в размере 193600 руб. 92 коп.

В остальной части определение Арбитражного суда Пензенской области от 26 декабря 2024 года по делу № А49-10180/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                Я.А. Львов

Судьи                                                                                               Ю.А. Бондарева

                                                                                                                      Д.К. Гольдштейн