АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А75-10564/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 августа 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 августа 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Забоева К.И.,

судей                                                                  Крюковой Л.А.,

ФИО1

при протоколировании судебного заседания с использованием системы веб-конференции помощником судьи Кимом А.О. рассмотрел кассационную жалобу Сургутского городского муниципального унитарного предприятия «Городские тепловые сети» на решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 14.02.2022 (судья Неугодников И.С.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2022 (судьи Сафронов М.М., Рожков Д.Г., ФИО2), принятые по делу № А75-10564/2021 по иску Сургутского городского муниципального унитарного предприятия «Городские тепловые сети» (628403, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к открытому акционерному обществу «Сургутгаз» (628426, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, город Сургут, улица Маяковского, дом 14а, строение 1, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании недействительными актов разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: администрация города Сургута (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>); Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

С использованием системы веб-конференции в судебном заседании приняли участие представители: Сургутского городского муниципального унитарного предприятия «Городские тепловые сети» - ФИО3, действующий на основании доверенности от 01.01.2020 № 877-07, ФИО4, действующий на основании доверенности от 25.06.2021 № 997-07; открытого акционерного общества «Сургутгаз» - ФИО5, действующая на основании доверенности от 01.01.2022 № 03.

Суд установил:

Сургутское городское муниципальное унитарное предприятие «Городские тепловые сети» (далее – предприятие «ГТС») обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к открытому акционерному обществу «Сургутгаз» (далее – общество «Сургутгаз»):

- о признании недействительными подписанных Сургутским городским муниципальным унитарным предприятием «Тепловик» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – предприятие «Тепловик») и обществом «Сургутгаз» актов разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности по газопроводам от 17.05.2006 (в части пунктов 1, 2, 4, 6, 9) и от 06.11.2012, а также акта разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности от 05.12.2014, подписанного обществом «Сургутгаз», предприятием «Тепловик», закрытым акционерным обществом «ОиС» (далее – общество «ОиС»), обществом с ограниченной ответственностью «Газпром переработка» (далее – общество «Газпром переработка»), закрытым акционерным обществом «МИПТУС» (далее – общество «МИПТУС»), открытым акционерным обществом «Запсибэлектросетьстрой» (далее – общество «ЗСЭСС»);

- о признании за предприятием «ГТС» права хозяйственного ведения в отношении определенных газосетевых объектов.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 10.02.2022 исковые требования в части признания права хозяйственного ведения в отношении газосетевых объектов выделены в отдельное производство в порядке части 3 статьи 130 АПК РФ с присвоением новому делу номера А75-2345/2022.

Таким образом, в рамках настоящего дела судами рассмотрены исковые требования предприятия «ГТС» только о признании недействительными актов разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности от 17.05.2006 (в части пунктов 1, 2, 4, 6, 9), от 06.11.2012 и от 05.12.2014.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, судом привлечены администрация города Сургута (далее – администрация) и Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 14.02.2022, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2022, в иске отказано.

Предприятие «ГТС» обратилось с кассационной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

В кассационной жалобе приведены следующие доводы: вопреки выводам судов, положения пунктов 2, 3 статьи 18 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (далее – Закон № 161-ФЗ) содержат ограничения по распоряжению унитарным предприятием как вещными, так и обязательственными правами, в том числе опосредующими передачу в эксплуатацию вверенного имущества; суды неверно указали на преюдициальный характер обстоятельств, установленных в рамках дела № А75-15439/2020, несмотря на то, что предъявленный в указанном деле иск имел иное основание (состав фактических обстоятельств); суды сделали ошибочный вывод об истечении срока исковой давности применительно к положениями пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), поскольку оспариваемые сделки не исполнялись; суды не учли, что Сургутское городское муниципальное унитарное предприятие «Тепло» (ОГРН 

<

***>, далее – предприятие «Тепло»), которое после процедуры реорганизации в форме выделения из предприятия «Тепловик» вновь было реорганизовано в форме присоединения к предприятию «ГТС», не получило в соответствии с передаточным актом от 09.12.2019 прав и обязанностей из оспариваемых сделок, то есть имело место сингулярное (частичное) правопреемство, следовательно, срок исковой давности для предприятия «ГТС») (являющегося не стороной сделок, а третьим лицом по отношению к их сторонам) надлежит исчислять с момента осведомленности последнего о соответствующих основаниях недействительности сделок в ходе рассмотрения дела № А75-18518/2020, а именно, с 05.04.2021.

Общество «Сургутгаз» представило отзыв на кассационную жалобу, в котором просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, находя их законными и обоснованными.

Иные участвующие в деле лица отзывы на кассационную жалобу не представили.

В судебном заседании представители предприятия «ГТС» и общества «Сургутгаз» изложенные в кассационной жалобе и отзыве доводы поддержали.

Прочие участники арбитражного процесса явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что с учетом их надлежащего извещения о времени и месте судебного заседания не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы (часть 3 статьи 284 АПК РФ).

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых по делу судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

Как установлено судами и следует из материалов дела, предприятием «Тепловик» и обществом «Сургутгаз» подписан акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности от 17.05.2006, в пунктах 1, 2, 4, 6, 9 которого разграничена ответственность в отношении подводящих газопроводов высокого давления к котельной № 4 поселка «Мостоотряд-94», к котельной поселка Таежный, к котельной «Комплекс окружного социального геронтологического цента и детского дома в поселке Снежный», к котельной «п. МО-94» (резервный газопровод) и к котельной «п. Юность» (резервный газопровод).

Этими же лицами подписан акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности от 06.11.2012 в отношении сети газоснабжения по объекту «Газоснабжение котельной «Пожарное депо на 6 автомобилей, микрорайон № 39, внеплощадочные сети».

Кроме того, предприятием «Тепловик», обществами «Сургутгаз», «ОиС», «Газпром переработка», «МИПТУС» и «ЗСЭСС» подписан акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности от 05.12.2014 в отношении газопровода высокого давления к котельной в поселке Лунный в Ханты-Мансийском автономном округе – Югре.

Распоряжением от 31.07.2019 № 1528 (измененным распоряжениями от 19.09.2019 № 1935, от 16.12.2019 № 2692) администрация приняла решение реорганизовать предприятие «Тепловик» в форме выделения из него предприятия «Тепло» с последующим его присоединением к предприятию «ГТС», указав, что последнее является правопреемником предприятия «Тепло» в соответствии с передаточным актом.

В передаточном акте от 09.12.2019 отражено, что предприятие «Тепло» приняло от предприятия «Тепловик» активы и пассивы, а также все его права и обязанности.

Как указывает истец, при изучении им полученной исполнительной и технической документации, выявлено несоответствие оспариваемых актов принципу права владения газопроводами.

В адрес общества «Сургутгаз» как газораспределительной организации предприятие «ГТС» направило письма от 14.11.2017 № 11115, от 23.05.2019 № 8147, от 05.03.2020 № 2348, от 18.09.2020 № 8744, приложив вновь составленные акты и схемы разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности для подписания.

Указанные акты обществом «Сургутгаз» не подписаны.

Полагая, что прежние аналогичные акты от 17.05.2006 (в части пунктов 1, 2, 4, 6, 9), от 06.11.2012 и от 05.12.2014 являются ничтожными сделками применительно к пункту 2 статьи 168 ГК РФ ввиду их противоречия положениям пунктам 2, 3 статьи 18 Закона № 161-ФЗ, предприятие «ГТС» обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с настоящим иском.

В ходе рассмотрения дела общество «Сургутгаз» возражало против удовлетворения иска по существу требований, а также заявило о применении исковой давности.

При принятии решения суд первой инстанции руководствовался статьями 6, 166, 168, 181, 195, 196, 199, 201, 210, 295, 421 ГК РФ, статьей 18 Закона № 161-ФЗ, пунктами 50, 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), пунктами 6, 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43).

Суд исходил из того, что оспариваемые акты не противоречат положениям пунктов 2, 3 статьи 18 Закона № 161-ФЗ и не являются ничтожными по пункту 2 статьи 168 ГК РФ, поскольку акты разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности не являются правоустанавливающими документами на имущество и не подтверждают наличия вещного права на сетевые объекты, являясь техническими документами, составленными по итогам исполнения договора технологического присоединения к энергетическим сетям, попутно отметив недоказанность предприятием «ГТС» нарушения его прав на ведение уставной деятельности ввиду соответствующего согласования границ в оспариваемых актах.

Кроме того, суд констатировал истечение сроков исковой давности, предусмотренных гражданским законодательством для обращения с иском о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной, указав, что названные сроки начали течь с момента подписания оспариваемых актов, а состоявшееся между предприятиями «Тепловик», «Тепло» и «ГТС» правопреемство на исчисление срока исковой давности не влияет.

Восьмой арбитражный апелляционный суд дополнительно к приведенным нормам права и разъяснениям высшей судебной инстанции руководствовался статьями 8, 12, 200, ГК РФ, пунктом 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2001 № 15, постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» и с выводами суда первой инстанции согласился.

Суд округа не находит оснований для отмены или изменения судебных актов.

Как разъяснено в пункте 50 Постановления № 25, по смыслу статьи 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

По пункту 1 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Если при этом сделка посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, то она является ничтожной, если из закона не следует, что она оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с ее недействительностью (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав с достаточной полнотой и оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения и установили имеющие существенное значение для дела обстоятельства.

В частности, судами оценены представленные в материалы дела акты разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности от 17.05.2006, 06.11.2012, 05.12.2014, распоряжение администрации о проведении реорганизации от 31.07.2019 № 1528, передаточный акт от 09.12.2019, опосредующий правопреемство между предприятиями «Тепловик», «Тепло» и «ГТС», переписка участвующих в деле лиц.

Аргументированная оценка судами относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании, позволила судам прийти к выводу о необоснованности заявленных исковых требований. Подобная оценка доказательств находится в пределах установленной законом судейской дискреции, принадлежащей исключительно судам факта, к каковым относятся суды первой и апелляционной инстанций.

Учитывая, что акты разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности определяют границы владения сетями газоснабжения как объектами гражданского права (статья 128 ГК РФ) и границы гражданско-правовой ответственности при эксплуатации соответствующих сетей, принимая во внимание отступление от общего правила тождества подобных границ, и установление границ балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности в разных местах, суды пришли к верному выводу о сделочной природе оспариваемых актов и их подчинению нормативному регулированию, содержащемуся в главе 9 ГК РФ, в том числе положениям о недействительности сделок.

Однако, как верно расценили суды, во-первых, подобное определение границ не противоречит закону, во-вторых, истец обратился в суд по истечению срока исковой давности, о применении которой заявлено ответчиком.

Муниципальное унитарное предприятие, коим является истец, вправе обладать имуществом на ограниченном вещном праве хозяйственного ведения, которое предоставляет возможность обособить у себя имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, для цели самостоятельного участия в экономическом обороте (пункт 1 статьи 113, статья 294 ГК РФ, статья 18 Закона № 161-ФЗ).

В названных нормах очерчены пределы такого обособления в разрезе наполнения имеющихся у обладателя права хозяйственного ведения правомочий по владению, пользованию и распоряжению переданным имуществом.

Так, пункт 2 статьи 18 Закона № 161-ФЗ содержит положения о недопустимости распоряжения государственными и муниципальными предприятиями имуществом без согласия собственника.

Пункт 3 статьи 18 указанного закона допускает возможность такого распоряжения исключительно в пределах, не лишающих возможности государственное или муниципальное предприятие осуществлять уставную деятельность.

Между тем оспариваемые в настоящем деле акты разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности не предполагают распоряжения каким-либо субъективным гражданским правом и не имеют транслятивного эффекта, переносящего право от одного лица к другому в полном объеме, как это происходит, например, при совершении распорядительной сделки по передаче права собственности на вещь (статьи 223, 224, 454 ГК РФ) или уступке имущественного права требования (пункт 2 статьи 389.1 ГК РФ, пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки») и в иных подобных случаях.

Доказательств нарушения прав предприятия «ГТС» на ведение уставной деятельности ввиду несоответствия границ балансовой принадлежности границам эксплуатационной ответственности в ходе рассмотрения дела не представлено (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 65 АПК РФ), ввиду чего суды обоснованно констатировали отсутствие у истца права на иск в материальном смысле (пункт 3 статьи 166 ГК РФ, пункты 71, 78 Постановления № 25).

Кроме того, кассационный суд полагает необходимым отметить, что в правоотношениях по энергоснабжению в качестве исключения из общего правила допускаются ситуации, при которых границы балансовой принадлежности сетейи эксплуатационной ответственности не совпадают (например, пункт 8 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 № 491, подпункт «б» пункта 31(1), подпункт «б» пункта 31(2), пункт 31(4) Правил холодного водоснабжения и водоотведения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.07.2013 № 644, абзац пятый пункта 2 Правил организации теплоснабжения в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 08.08.2012 № 808, пункт 16(1) Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 и т.п.).

Это может быть связано с особенностями учета передаваемого ресурса, отражается на определении точки поставки и распределении между сторонами правоотношения потерь ресурса в сетях при его передаче.

Нормативное регулирование отношений по газоснабжению также содержит возможность отступления от общего правила о том, что заявитель несет имущественнуюи эксплуатационную ответственность только в границах своего земельного участка (пункты 62, 90 Правил подключения (технологического присоединения) газоиспользующего оборудования и объектов капитального строительства к сетям газораспределения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.09.2021 № 1547, далее – Правила № 1547).

Из сказанного следует, что сама по себе нетождественность границ балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности не свидетельствует о нарушении явно выраженного законодательного запрета и иных обстоятельствах, которые могут быть истолкованы в качестве оснований для применения пункта 2 статьи 168 ГК РФ (пункты 73 - 76 Постановления № 25).

Что касается срока исковой давности, то истец полагает себя сингулярным (а не универсальным) правопреемником стороны спорных актов, так как предприятие «Тепло», которое после процедуры реорганизации в форме выделения из предприятия «Тепловик» вновь реорганизовано в форме присоединения к предприятию «ГТС», не получило в соответствии с передаточным актом от 09.12.2019 прав и обязанностей из оспариваемых сделок. Из этого предприятие «ГТС» делает вывод о том, что срок исковой давности надлежит исчислять с момента его осведомленности о соответствующих основаниях недействительности сделок, наступившей в ходе рассмотрения дела № А75-18518/2020, а именно, с 05.04.2021.

Указанный аргумент кассационная коллегия отклоняет, как основанный на неверном понимании норм материального права.

Необходимость защиты прав, законных интересов и стабильности гражданского оборота предопределяют не только установление судебного контроля за обоснованностью имущественных притязаний одних лиц к другим, но и введение в правовое регулирование норм, которые позволяют одной из сторон блокировать судебное разрешение имущественного спора по существу, если другая сторона обратилась за защитой своих прав спустя значительное время после того, как ей стало или должно было стать известно о том, что ее права оказались нарушенными. В гражданском законодательстве - это предназначение норм об исковой давности, под которой ГК РФ понимает срок для защиты права по иску лица, чье право нарушено (статья 195).

Однако применение указанного правового института требует дифференцированного подхода, обеспечивающего сбалансированность и справедливость соответствующего правового регулирования, не допускающего ущемления уже гарантированных прав и законных интересов одной стороны и умаления возможностей их защиты в пользу другой.

Применение исковой давности не должно приводить, как к нарушению прав кредитора, с достаточной степенью заботливости и осмотрительности вовремя осуществляющего свои права в части имущественных притязаний к должнику, так и к потворству существенной несвоевременности реализации гражданских прав кредитором без наличия на то уважительных причин.

Реорганизация юридического лица, в том числе в форме выделения, является универсальным правопреемством.

Из содержания пункта 4 статьи 58 ГК РФ следует, что после осуществления реорганизации юридического лица в форме выделения, такое лицо признается реорганизованным, а потому, помимо перехода прав к выделившемуся юридическому лицу, комплекс прав и обязанностей переходит также и к организации, продолжившей свое существование.

Несмотря на то, что выделившемуся юридическому лицу переходят не все права и обязанности правопредшественника, а только их часть, предметом правопреемства при данной форме реорганизации юридического лица как и в иных случаях универсального правопреемства является имущество как идеальное целое, абстрагированное от его особого содержания в виде количества (денежной стоимости) и качества (вида содержащихся в нем отдельных прав и предметов этих прав). При этом после проведения реорганизации между реорганизованным юридическим лицом, продолжающим деятельность, и вновь образованным юридическим лицом, распределяется вся совокупность прав и обязанностей, что соответствует характеристике универсального правопреемства.

Толкование норм гражданского права в части квалификации реорганизации в форме выделения в качестве универсального правопреемства содержится, в частности, в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.03.2011 № 15762/10 и № 16555/10.

На утверждении о том, что предприятие «ГТС» является именно сингулярным правопреемником предприятия «Тепловик», истец основывает довод о неверном применении судами исковой давности, исчисленной от дат совершения спорных сделок.

Однако, во-первых, само утверждение о сингулярном правопреемстве при реорганизации в форме выделения ошибочно, во-вторых, как разъяснено в пункте 6 Постановления № 43, для применения статьи 201 ГК РФ характер правопреемства значения не имеет.

Поскольку оспариваемые акты подписаны 17.05.2006, 06.11.2012 и 05.12.2014, суды пришли к правильному выводу об истечении срока исковой давности, который для составов недействительности, предполагающих ничтожность сделки, равен общему сроку исковой давности и составляет 3 года со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ, пункт 101 Постановления № 25).

С учетом того, что акты разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности определяют условие обязательства по технологическому присоединению потребителя к энергетическим сетям, отдельного и самостоятельного исполнения актов как сделок путем предоставления исполнения одной стороной с принятием исполнения другой стороной не предполагается. Поэтому для целей применения пункта 1 статьи 181 ГК РФ суды верно исходили из того, что срок исковой давности по рассматриваемому требованию для истца как правопреемника стороны сделок начал течь непосредственно со дня подписания оспариваемых актов.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ, пункт 15 Постановления № 43).

Надлежит добавить, что из обстоятельств дела следует, что непосредственной причиной обращения предприятия «ГТС» в суд с настоящим иском явился не устраивающий его результат рассмотрения спора об урегулировании разногласий, возникших при заключении с обществом «Сургутгаз» договора на оказание услуг по транспортировке газа от 01.01.2020 № 07-ТР/20 (дело № А75-15439/2020), где судами были учтены подписанные сторонами и не оспоренные акты разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности.

В этой связи поздняя осведомленность истца о существовании таких актов (истец связывает ее с рассмотрением Арбитражным судом Ханты-Мансийского автономного округа – Югры дела № А75-18518/2020, решение по которому еще не принято) вызывает у суда округа сомнение.

Стремление же истца пересмотреть результаты разрешения судом преддоговорного спора не может каким-либо образом влиять на течение срока исковой давности.

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе, сводятся к несогласию с выводами судов первой и апелляционной инстанций, направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств и установление новых обстоятельств, отличных от установленных судами. Между тем полномочия суда округа по пересмотру дела должны осуществляться в целях исправления судебных ошибок в виде неправильного применения норм материального и процессуального права при отправлении правосудия, а не для пересмотра дела по существу (статья 286 АПК РФ, пункты 1, 28, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Таким образом, поскольку суд округа не усмотрел нарушения судами норм материального и (или) процессуального права, а также несоответствия выводов, изложенных в судебных актах, фактическим обстоятельствам дела, кассационная жалоба признается полностью необоснованной, а решение и постановление по настоящему делу подлежат оставлению без изменения (пункт 1 части 1 статьи 287 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 14.02.2022 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2022 по делу № А75-10564/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                  К.И. Забоев

 

Судьи                                                                                                                 Л.А. Крюкова

 

ФИО1