ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-4362/2020

г. Саратов

17 ноября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена  «16» ноября 2020 года

Полный текст постановления изготовлен  «17» ноября 2020 года

Двенадцатый  арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Макарихиной Л.А., 

судей Грабко О.В., Макарова И.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную  жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 06 августа 2020 года по делу № А12-4362/2020 (судья Литвин С.Н.) 

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ОЗК Юг» о признании ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированного по адресу: Волгоградская область, Палласовский район, х. ФИО3, ул. Торгунская, д. 17, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании:  представителя ФИО2 – ФИО4, действующего на основании доверенности от 12.08.2020,  представителя общества с ограниченной ответственностью «ОЗК Юг» - ФИО5, действующего на основании доверенности от 20.11.2019.

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Волгоградской области поступило заявление кредитора - общества с ограниченной ответственностью «ОЗК Юг» о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 06.08.2020 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом); введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утверждена ФИО6 Требования ООО «ОЗК Юг» в размере 100 645 973,88 руб. включены  в третью очередь реестра требований кредиторов требования как обеспеченные залогом имущества Должника.

ФИО2, не согласившись с определением суда первой инстанции, обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил решение суда первой инстанции отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что законодательством не предусмотрена возможность введения процедуры реализации имущества, минуя процедуру реструктуризации долгов, без соответствующего ходатайства самого гражданина, которое им не заявлялось; также судом первой инстанции неправомерно признаны требования кредитора как обеспеченные залогом. 

Представитель ФИО2 в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Представитель ООО «ОЗК Юг» поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Финансовый управляющий  ФИО6 представила отзыв на апелляционную жалобу, в которой указала на пропуск срока на подачу апелляционной жалобы. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и возражения по ней, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Исходя из положений пункта 2 статьи 213.3 Закона о банкротстве заявление о признании гражданина банкротом принимается арбитражным судом при условии, что требования к гражданину составляют не менее чем пятьсот тысяч рублей и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны быть исполнены, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.5 Закона о банкротстве заявление о признании гражданина банкротом может быть подано конкурсным кредитором или уполномоченным органом при наличии решения суда, вступившего в законную силу и подтверждающего требования кредиторов по денежным обязательствам, за исключением случаев, указанных в пункте 2 настоящей статьи.

Как следует из материалов дела, 27.03.2019 между ООО «ОЗК Юг» (поклажедатель») и ФИО2 (поручитель) заключен договор поручительства б/н, согласно которому, должник обязался отвечать перед ООО «ОЗК Юг»  за исполнение обязательств ОАО «Палласовский элеватор», являющегося хранителем по Договору на хранение сельскохозяйственной продукции № Х-73/17 от 29.09.2017, заключенному с ООО «ОЗК Юг».

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 18.10.2019 по делу № А53-23059/2019 с ОАО «Палласовский элеватор» в пользу ООО «ОЗК Юг»  взысканы денежные средства в размере 100 585 973,88 руб.

Решением Октябрьского районного суда г. Ростова-на-Дону от 15.11.2019 по делу № 2- 3693/2019 с ФИО2 в пользу ООО «ОЗК Юг» взыскана сумма убытков в размере 100 585 973,88 руб., судебные расходы  в размере 60 000,00 руб. Указанное решение вступило в законную силу 12.02.2020 (апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 12.02.2020).

Учитывая, что требования, заявленные кредитором в деле о банкротстве, подтверждены вступившим в законную силу судебным актом, то в силу части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не подлежит повторному доказыванию обстоятельства, установленные решением суда, в том числе и факт заключения сделки.

Согласно требованиям статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе судов, рассматривающих дела о банкротстве.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 213.6 Закона о банкротстве определение о признании обоснованным заявления конкурсного кредитора о признании гражданина банкротом выносится в случае, если указанное заявление соответствует требованиям, предусмотренным пунктом 2 статьи 213.3 и статьей 213.5 настоящего Федерального закона, требования конкурсного кредитора не удовлетворены гражданином на дату заседания арбитражного суда и доказана неплатежеспособность гражданина.

Довод должника об отсутствии в деле доказательств направления ФИО2 как поручителю требование о погашении задолженности за ОАО «Палласовский элеватор» не соответствует действительности. Так, в решении Октябрьского районного суда г. Ростова-на-Дону от 15.11.2019  указано, что 01.07.2019 ООО «ОЗК Юг» направило ФИО2 претензию с требованием о возмещении убытков. Согласно письма от 12.08.2019, ФИО2 удовлетворять заявленные в претензии требования отказался.

Также не соответствует действительности утверждение должника об отсутствии в материалах дела договора поручительства от 27.03.2019, решения Октябрьского районного суда г. Ростова-на-Дону от 15.11.2019  по делу № 2-3693/2019 с отметкой о вступлении в  законную силу. Указанные документы представлены ООО «ОЗК Юг» к заявлению о признании должника банкротом и содержится в материалах дела (также в системе «Мой арбитр»).

Состав и размер задолженности перед ООО «ОЗК Юг», должником не оспорены, доказательств ее погашения не представлено. С учетом изложенного, требование кредитора в общем размере 100 645 973,88 руб. подлежит включению в реестр требований кредиторов должника для удовлетворения в третью очередь.

Вместе с тем, признавая за ООО «ОЗК Юг» статус залогового кредитора, суд посчитал, что залог возник в силу пункта 5 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) со дня вступления в законную силу решения Октябрьского районного суда г. Ростова-на-Дону от 15.11.2019 по делу № 2-3693/2019 (с учетом принятых обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество, принадлежащее ФИО2 определением   Октябрьского   районного   суда  г.   Ростов-на-Дону   от  23.08.2019).

Между тем судом не учтено следующее.

В силу пункта 5 статьи 334 Гражданского кодекса, если иное не вытекает из существа отношений залога, кредитор или иное управомоченное лицо, в чьих интересах был наложен запрет на распоряжение имуществом (статья 174.1 Кодекса), обладает правами и обязанностями залогодержателя в отношении этого имущества с момента вступления в силу решения суда, которым требования таких кредитора или иного управомоченного лица были удовлетворены.

Неотъемлемой частью приведенной нормы является отсылка при определении лиц, обладающих правами залогодержателя, к статье 174.1 Гражданского кодекса, пункт 2 которой регулирует последствия совершения сделки в отношении имущества, распоряжение которым запрещено в судебном или ином установленном законом порядке в интересах кредитора. В соответствии с ранее действовавшим законодательством в ситуации, когда должник в нарушение ареста, наложенного на его имущество в пользу кредитора, отчуждал арестованное имущество третьему лицу, защита прав такого кредитора обеспечивалась посредством признания недействительной сделки по распоряжению имуществом и применением последствий ее недействительности. Согласно же действующим положениям пункта 2 статьи 174.1 Гражданского кодекса соответствующая сделка действительна, что позволяет арестованному имуществу находиться в обороте. Поэтому наделение кредитора правами залогодержателя по правилам пункта 5 статьи 334 Гражданского кодекса обусловлено необходимостью защиты его прав, прежде всего, путем предоставления кредитору возможности обратить взыскание на арестованную вещь после того, как ее собственником стало другое лицо, которое знало или должно был знать о запрете (закрепление в отношении арестованного имущества принципа следования обременения за вещью).

При этом в пункте 5 статьи 334 Гражданского кодекса законодатель лишь приравнял права взыскателя к правам залогодержателя, не указав на то, что в связи с введением запрета на распоряжение имуществом возникает полноценный залог. Более того, как следует из буквального смысла указанной нормы, правила о возникновении прав залогодержателя действуют, если иное не вытекает из существа отношений залога.

Судебная коллегия считает, что иное (отсутствие прав залогодержателя) вытекает из существа отношений залога в ситуации несостоятельности (банкротства) должника.

Так, в силу предусмотренного Законом о банкротстве (статьи 2, 18.1, 138 Закона) регулирования преимуществом по отношению к другим кредиторам в деле о несостоятельности обладают кредиторы, обязательства должника перед которыми по выплате определенной денежной суммы по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом основанию, обеспечены залогом. По смыслу названных статей Закона о банкротстве при недостаточности имущества для распределения между всеми кредиторами должника подобный приоритет возникнет при ординарном залоге - залоге на основании договора либо закона (пункт 1 статьи 334.1 Гражданского кодекса), то есть когда используются стандартные гражданско-правовые меры обеспечения самого гражданского обязательства. Права же залогодержателя, указанные в пункте 5 статьи 334 Гражданского кодекса, возникают в большей части из процессуальных правоотношений (в том числе вследствие принятия судом обеспечительных мер), при наличии широкого усмотрения со стороны государственного органа (не являющегося стороной материальных отношений) как в вопросе об определении имущества, в отношении которого может быть наложен запрет, так в вопросе о том, имеются ли основания для введения запрета, определенные правовым актом, регулирующим процедуру ареста. Эти права могут быть реализованы лишь после вступления в силу решения, которым удовлетворены требования, обеспечивающиеся запретом. Следовательно, названные меры, по сути, выступают не способом обеспечения исполнения обязательства как такового, а являются особым механизмом, направленным на фактическую реализацию подтверждающего обязательство акта государственного органа о взыскании задолженности, и они действуют в рамках общих правил исполнения.

Порядок же исполнения актов о взыскании задолженности с несостоятельного должника регулируется нормами законодательства о банкротстве, которые являются специальными по отношению к общим правилам исполнения. Закон о банкротстве исключает возможность удовлетворения реестровых требований, подтвержденных судебными решениями, в индивидуальном порядке и не содержит предписаний о привилегированном положении лица, в пользу которого наложен арест. Наоборот, правоотношения, связанные с банкротством, основаны на принципе равенства кредиторов, требования которых относятся к одной категории выплат (пункт 4 статьи 134 Закона о банкротстве), что, в свою очередь, не допускает введение судом, рассматривающим дело о несостоятельности, различного режима удовлетворения одной и той же выплаты в зависимости от формальных (процедурных) критериев, не связанных с ее материальной правовой природой (в зависимости от того, как будет разрешено ходатайство о наложении ареста). Поэтому запрет на распоряжение имуществом не порождает таких залоговых свойств, которые позволяют кредитору получить приоритет при удовлетворении его требований в процедурах банкротства.

С учетом изложенного суду следовало отказать ООО «ОЗК Юг» в признании его залогодержателем для целей включения задолженности в реестр требований кредиторов.

Данная правовая позиция отражена в пункте 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2017) от 26.04.2017, Определении Верховного Суда РФ от 27.02.2017 года N 301-ЭС16-16279.

Также, апелляционная коллегия приходит к выводу о том, что у суда первой инстанции не имелось оснований для применения в отношении ФИО2 процедуры реализации имущества, минуя реабилитационную процедуру реструктуризации долгов гражданина, исходя из следующего.

Согласно буквальному содержанию нормы пункта 2 статьи 213.6 Закона о банкротстве, определение о признании обоснованным заявления конкурсного кредитора или уполномоченного органа о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов выносится в случае, если указанное заявление соответствует требованиям, предусмотренным пунктом 2 статьи 213.3 и статьей 213.5 настоящего Федерального закона, требования конкурсного кредитора или уполномоченного органа признаны обоснованными, не удовлетворены гражданином на дату заседания арбитражного суда и доказана неплатежеспособность гражданина.

Таким образом, Закон о банкротстве устанавливает презумпцию введения процедуры реструктуризации долгов.

Исключение из общего правила закреплено в пункте 8 статьи 213.6 Закона о банкротстве, согласно которому по результатам рассмотрения обоснованности заявления о признании гражданина банкротом, если гражданин не соответствует требованиям для утверждения плана реструктуризации долгов, установленным пунктом 1 статьи 213.13 Закона о банкротстве, арбитражный суд вправе на основании ходатайства гражданина вынести решение о признании его банкротом и введении процедуры реализации имущества гражданина.

С учетом указанной нормы права введение процедуры реализации имущества гражданина по результатам рассмотрения обоснованности заявления о банкротстве возможно при заявлении самим должником ходатайства о его несоответствии требованиям для утверждения плана реструктуризации долгов и введении по указанной причине процедуры реализации имущества гражданина.

В рамках настоящего дела ФИО2 ходатайства о применении к нему процедуры реализации имущества не заявлял.

Вывод суда первой инстанции об отсутствии у должника возможности погашения задолженности основан исключительно на доводах ООО «ОЗК Юг» о длительном неисполнении обязательств и не основан на каких-либо доказательствах.

В то же время, как следует из представленных в материалы дела документов, должнику на праве собственности принадлежит 21 объект недвижимости общей кадастровой стоимостью 22 680 157,45 руб. (копии выписок из ЕГРН).

Выводов об установлении заведомой недобросовестности действий ФИО2  в качестве предусмотренного пунктом 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" исключения, позволяющего применить процедуру реализации имущества минуя реструктуризацию долгов обжалуемый судебный акт не содержит. Соответствующих доказательств ООО «ОЗК Юг» представлено не было. 

Отсутствие экономической целесообразности введения процедуры реструктуризации долгов не поименовано в законе как обстоятельство, являющееся основанием для введения в отношении гражданина процедуры реализации имущества без ходатайства должника.

Аналогичная позиция изложена в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 10.12.2018 по делу N А57-3724/2018.

С учетом изложенного, оснований для введения в отношении ФИО2  процедуры реализации, минуя процедуру реструктуризации долгов гражданина, не имеется.

Довод ООО «ОЗК Юг» о наличии возбужденного в отношении ФИО2 уголовного дела отклоняется  апелляционным судом, поскольку не представлены  результаты расследования уголовного дела, приговора суда, а также доказательств принятия к производству гражданского иска к должнику в рамках названного уголовного дела. Кроме этого, приведенное обстоятельство не является безусловным основанием для отказа в утверждении плана реструктуризации долгов гражданина, но может быть учтено при разрешении вопроса о применении (неприменении) в отношении должника правил освобождения от долгов в процедуре реализации имущества. Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 28.01.2020 N 304-ЭС19-25879 (в отношении Постановления Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 15.11.2019 по делу N А67-3717/2018).

Ссылка суда первой инстанции на определение Верховного Суда РФ от 28.10.2019  № 309-ЭС19-18295, неправомерна, поскольку судебный акт принят при иных фактических обстоятельствах (наличие судимости за совершение умышленного преступления в сфере экономики, приговора суда).

Принимая во внимание, изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу, что в силу пункта 2 статьи 213.6 Закона о банкротстве имеются предусмотренные законом основания для введения в отношении ФИО2 процедуры реструктуризации долгов гражданина.

Доводов о несогласии с предложенной ООО «ОЗК Юг» кандидатурой финансового управляющего апелляционная жалоба не содержит.

Довод финансового управляющего о пропуске срока на апелляционное обжалование подлежит отклонению по следующим основаниям.

В соответствии с общедоступными сведениями, размещенными в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в информационной системе "Картотека арбитражных дел", настоящая апелляционная жалоба подана в суд первой инстанции 07.09.2020 в 18:07 мск. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 99 "О процессуальных сроках", в соответствии с частью 6 статьи 114 АПК РФ, если заявление, жалоба, другие документы либо денежные суммы были сданы на почту, переданы или заявлены в орган либо уполномоченному их принять лицу до двадцати четырех часов последнего дня процессуального срока, срок не считается пропущенным. Указанная норма подлежит применению и в случае, если заявление, жалоба, другие документы были поданы через систему подачи документов в электронном виде "Мой арбитр". При этом датой подачи документов через систему "Мой арбитр" считается дата поступления документов в систему, которая определяется по дате, содержащейся в уведомлении о поступлении документов в систему, а момент подачи документов данным способом определяется по московскому времени. Если в результате определения даты подачи документов по московскому времени эта дата окажется более поздней, чем дата подачи документов, определяемая по месту нахождения суда, в который такие документы поступили, то срок подачи документов не считается пропущенным.

Как следует из пункта 13 постановления Пленума ВС РФ от 26.12.2017 N 57 "О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов", по смыслу части 5 статьи 3, части 6 статьи 114 АПК РФ при решении вопроса об истечении срока подачи обращения в суд (срока исковой давности) следует исходить из того, что обращение подано в суд на дату, указанную в уведомлении о поступлении документов в соответствующую информационную систему.

То есть в данном случае для исчисления срока на подачу апелляционной жалобы необходимо рассматривать дату 07.09.2020 (дата подачи заявления в суд), а не 08.09.2020 - дату обработки документов Арбитражным судом Волгоградской области. Таким образом, основания считать пропущенным срок для обжалования судебного акта  отсутствуют.

На основании вышеизложенного, решение Арбитражного суда Волгоградской области от 06.08.2020 подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Волгоградской области от 06 августа 2020 года                           по делу № А12-4362/2020 отменить, принять по делу новый судебный акт.

Признать заявление общества с ограниченной ответственностью «ОЗК Юг» обоснованным и ввести процедуру реструктуризации долгов гражданина                ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированного по адресу: Волгоградская область, Палласовский район, х. ФИО3, ул. Торгунская, д. 17, ИНН 

<

***>) сроком на шесть месяцев.

Включить в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2 требования общества с ограниченной ответственностью «ОЗК Юг»               в размере 100 645 973,88 рублей. В установлении статуса залогового кредитора отказать.

Утвердить финансовым управляющим ФИО2 кандидатуру ФИО6, (почтовый адрес: 460008, г. Оренбург, а/я 2818, ИНН 

<

***>), члена Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих»   (г. Москва, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>). 

Утвердить финансовому управляющему единовременное вознаграждение в размере 25 000,00 рублей.

Вопрос о назначении судебного заседания по рассмотрению отчета финансового управляющего о результатах проведения процедуры реструктуризации долгов гражданина  направить в суд первой инстанции.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в  законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции, принявший решение.

Председательствующий судья             Л.А. Макарихина

Судьи                                                                                                    О.В. Грабко

                                                                                                               И.А. Макаров