ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-9649/2018

г. Челябинск

07 августа 2018 года

Дело № А47-3532/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 августа 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 07 августа 2018 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Хоронеко М.Н.,

судей: Ершовой С.Д., Калиной И.В.,

         при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 04.06.2018 по делу № А47-3532/2017 (судья Борисова Е.М.).

         В судебное заседание с использованием системы видеоконференц- связи,  организация которой поручена Арбитражному суду Оренбургской области  явились:           исполняющий обязанности конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Промышленный Строительный Комплекс" – ФИО3 (паспорт);

         конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью "Строительно-монтажное управление "Каркас-Ч" - ФИО4 (доверенность от 22.03.2018).

 

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 24.10.2017 (резолютивная часть от 17.10.2017) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Промышленный Строительный Комплекс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее - ООО «ПСК») введена процедура наблюдения с применением правил параграфа 7 "Банкротство застройщиков" Главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», временным управляющим утверждена ФИО3 (далее - ФИО3). 

Сообщение о введении наблюдения в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» №202 от 28.10.2017.

24.11.2017 ФИО2 (далее – ФИО2, кредитор) обратился в арбитражный суд с заявлением об установлении и включении требования в размере 3 181 047 руб. 62 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Определением суда от 04.12.2017 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5 (далее – ФИО5).

         Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 04.06.2018 (резолютивная часть от 30.05.2018) в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит  определение суда отменить, заявление кредитора удовлетворить в полном объеме.

Податель апелляционной жалобы ссылается на следующее. В подтверждение своих требований заявителем в материалы дела были представлены сведения по кассе должника, что подтверждает внесение каждой суммы займа и распределение полученных денежных средств. Также были представлены банковские выписки должника, подтверждающие внесение денежных средств на расчетный счет. Денежные средства вносились займодавцем и в тот же день распределялись, либо вносились на расчетный счет, либо выдавались на нужды предприятия. Вывод суд о том, что при поступлении денежных средств в кассу должника одновременно в этот же день денежные средства выдавались ФИО5 под отчет, на бензин и на расходы автомобиля, а также расходовались на выдачу заработной платы работникам и ФИО5, подтверждает внесение денежных средств и никоим образом не опровергает реальности отношений по займам. Таким образом, податель жалобы считает, что судом необъективно и не всесторонне исследованы обстоятельства дела, что привело к принятию незаконного судебного акта.

До начала судебного заседания 13.07.2018 через электронную систему «Мой Арбитр» от  исполняющей обязанности конкурсного управляющего ООО «ПСК» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором ФИО3 возражает против удовлетворения апелляционной жалобы, считает обжалуемый судебный акт законным и обоснованным.

Отзыв на апелляционную жалобу приобщен к материалам дела (статья 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

         В  судебном  заседании  исполняющий обязанности конкурсного управляющего ФИО3 и          конкурсный управляющий ООО "Строительно-монтажное управление "Каркас-Ч"  ФИО4 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили судебный акт оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные о времени и месте судебного разбирательства в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также посредством размещения информации на официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда, в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно материалам дела, между ФИО5 (займодавец) и ООО «ПСК» (заемщик) были заключены следующие договоры займа (т. 1, л.д. 1-18):

- № 2 от 21.09.2011, по условиям которого займодавец передает заемщику заем в виде денежных средств в размере 7 800 000 руб. сроком до 21.09.2013 для строительства жилого комплекса по ул. Березка в г. Оренбурге (первая очередь строительства), расположенного по адресу: 

<

...>;

- № 6 от 17.10.2012, по условиям которого займодавец передает заемщику заем в виде денежных средств в размере 1 550 000 руб. сроком до 23.03.2014;

- № 7 от 20.12.2012, по условиям которого займодавец передает заемщику заем в виде денежных средств в размере 1 143 000 руб. сроком до 23.03.2014;

- б/н от 29.05.2015, по условиям которого займодавец передает заемщику заем в виде денежных средств в размере 130 000 руб. сроком до 07.05.2016 для строительства жилого комплекса по ул. Березка в г. Оренбурге (первая очередь строительства), расположенного по адресу: 

<

...>.

Пунктами 3.5 указанных договоров займа предусмотрено, что договор займа считается заключенным с момента передачи займодавцем денежных средств.

Уступка сторонами своих прав и обязанностей третьим лицам запрещается (пункты 3.7 договоров).

03.07.2017 между ФИО5 (цедент) и ФИО2 (цессионарий) заключен договор уступки права требования, по условиям которого цедент передает, а цессионарий принимает на себя право требования первого и становится кредитором по обязательствам, возникшим из договоров займа:  от 21.09.2011 № 2 на сумму 485 822 руб. 21 коп.;   от 17.10.2012 № 6 на сумму 1 550 000 руб.;  от 20.12.2012 № 7 на сумму 1 143 000 руб.;  от 29.05.2015 б/н на сумму 2 225 руб. 41 коп., всего на общую сумму 3 181 047 руб. 62 коп. (т. 1, л.д. 13-14).

Право требования оценено сторонами в сумме 3 181 047 руб. 62 коп. (пункт 3.1 договора уступки от 03.07.2017).

Определением суда от 24.10.2017 в отношении ООО «ПСК» введена процедура наблюдения с применением правил параграфа 7 "Банкротство застройщиков" Главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», временным управляющим утверждена ФИО3

Ссылаясь на то, что должник не выполнил возложенные на него обязательства по возврату суммы займа, ФИО2 обратился в суд с требованием о включении суммы задолженности в реестр требований кредиторов должника. 

В подтверждение передачи денежных средств должнику заявитель представил копии следующих документов:

- дополнительное соглашение от 20.01.2013 о внесении изменений в договор № 2 от 21.09.2011: срок возврата займа изменен – до 21.07.2017; пункт 3. 7 исключен; добавлен пункт 3.5.1 о том, что договор является одновременно актом приема-передачи денег, которым подтверждается, что займодавец передал, а заемщик принял денежную сумму (т. 1, л.д. 17);

- дополнительное соглашение от 17.11.2012 о внесении изменений в договор № 6 от 17.10.2012: срок возврата займа изменен – до 21.07.2017; пункт 3. 7 исключен; добавлен пункт 3.5.1 о том, что договор является одновременно актом приема-передачи денег, которым подтверждается, что займодавец передал, а заемщик принял денежную сумму (т. 1, л.д. 16);

- дополнительное соглашение от 20.01.2013 о внесении изменений в договор № 7 от 20.12.2012: срок возврата займа изменен – до 21.07.2017; пункт 3.7 исключен; добавлен пункт 3.5.1 о том, что договор является одновременно актом приема-передачи денег, которым подтверждается, что займодавец передал, а заемщик принял денежную сумму (т. 1, л.д. 15);

- дополнительное соглашение от 29.06.2015 о внесении изменений в договор от 29.05.2015: срок возврата займа изменен – до 21.07.2017; пункт 3. 7 исключен; добавлен пункт 3.5.1 о том, что договор является одновременно актом приема-передачи денег, которым подтверждается, что займодавец передал, а заемщик принял денежную сумму (т. 1, л.д. 18).

В обоснование наличия заемных отношений между кредитором и должником в материалы дела представлены: сведения по кассе с 03.10.2011 по 

05.10.2015, приходно-кассовые ордеры, квитанции к приходно-кассовым ордерам, а также квитанции о внесении денежных средств ФИО6, ФИО7 на счет должника в счет поступления займов и в погашение кредитов, платежные ведомости на выдачу заработной платы работникам и ФИО5, выдачу денежных средств ФИО5 под отчет, на бензин и на расходы по автомобилю (т. 1, л.д. 66-150, т. 2, л.д. 1 -65, 69- 105, т. 4, л.д. 104-154, т. 5, л.д. 1-150, т. 6, л.д. 1-138, т. 7);  сведения по контрагентам по счету 67.03, бухгалтерские балансы должника за 2012, 2013, 2014, 2015, 2016 года с отметками налогового органа о принятии бухгалтерской отчетности, из которых следует наличие у общества долгосрочных заемных обязательств за 2014 год в размере 10 019 тыс. руб., за 2015 год – 3 181 тыс. руб., за 2016 год – 3 181 тыс. руб. (т. 2, л.д. 126-144, т. 3, л.д. 5-73, т. 4, л.д. 94-103, т. 7, л.д. 91-92, 95-96, 99-100).

Кредитор, ссылаясь на фактическую возможность предоставления должнику денежных средств по договорам займа, также  представил:  договор купли-продажи от 19.10.2011, заключенный между ФИО5 (продавец) и ФИО8 (покупатель), о продаже жилого дома и земельного участка на общую сумму 25 500 000 руб.; расписку от 01.11.2011 (т. 1, л.д. 42-44, т. 2, л.д. 109);  договор купли-продажи автомототранспортного средства, заключенный 20.07.2010 между ФИО5 (продавец) и ФИО9 (покупатель), на сумму 2 800 000 руб.

В суде первой инстанции должник в письменном отзыве сообщил, что не возражает против удовлетворения заявления ФИО2 (т.1, л.д.41).

ФИО5 в письменном отзыве сообщил, что против удовлетворения заявления не возражает. Указал, что из личных средств денежные средства переданы обществу в размере 10 623 000 руб.; денежные средства вносились в кассу и на расчетный счет должника, что подтверждается бухгалтерской отчетностью; полностью денежные средства должником не возвращены, остаток долга составляет 3 181 047 руб. 62 коп. (т.1, л.д.55).

Временный управляющий в письменных отзывах сообщил (т.1, л.д.39-40, т.2, л.д.32-35, 44-45), что относительно требований кредитора в предъявленной сумме возражает, в удовлетворении требования просит отказать. Имеющихся в материалах дела документов недостаточно для установления реальности сделок между ФИО2 и ФИО5, между ФИО5 и должником; оценке подлежат доказательства реальности сделки всей цепочки лиц, которым передавались наличные денежные средства; кредитором не доказаны: факт передачи денежных средств по договорам займа должнику, факт частичного возврата заемных средств, факт наличия финансовой возможности ФИО5 выдать займ, ФИО2 находится в родственных с ФИО5 отношениях, факт расходования полученных средств на нужды должника, факт отражения заемных отношений в бухгалтерской отчетности должника, экономическая целесообразность в предоставлении займа ФИО5; пропущен срок исковой давности, поэтому сумма 485 822 руб. 21 коп. по договору займа № 2 от 21.09.2011, сумма 1 550 000 руб. по договору займа № 6 от 17.10.2012, сумма 1 143 000 руб. по договору займа № 7 от 20.12.2012 не могут быть включены в реестр.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований о включении в реестр требований кредиторов должника, придя к выводу, что наличие представленных заявителем в материалы дела доказательств в силу специфики дел о банкротстве не может свидетельствовать о наличии реальных отношений по договорам займа и не является достаточным основанием для включения требований ФИО2 в реестр требований кредиторов должника.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы,  проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

В силу пунктов 1, 2 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. Если иное не предусмотрено договором займа, сумма беспроцентного займа может быть возвращена заемщиком досрочно.

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном пунктом 1 статьи 395 настоящего Кодекса, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 809 настоящего Кодекса (пункт 1 статьи 811 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела, на основе представленных доказательств.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в абзаце 3 пункта 26 Постановления от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Таким образом, при предъявлении требований к должнику заявитель должен, прежде всего, представить доказательства заключения договора займа, в частности, факта передачи заемщику денежных средств.

В обоснование наличия заемных отношений между кредитором и должником ФИО2 представил: сведения по кассе с 03.10.2011 по 05.10.2015, приходно-кассовые ордера, квитанции к приходно-кассовым ордерам, а также квитанции о внесении денежных средств ФИО6, ФИО7 на счет должника в счет поступления займов и в погашение кредитов, платежные ведомости на выдачу заработной платы работникам и ФИО5, выдачу денежных средств ФИО5 под отчет, на бензин и на расходы по автомобилю (т. 1, л.д. 66-150, т. 2, л.д. 1 -65, 69- 105, т. 4, л.д. 104-154, т. 5, л.д. 1-150, т. 6, л.д. 1-138, т. 7);  сведения по контрагентам по счету 67.03, бухгалтерские балансы должника за 2012, 2013, 2014, 2015, 2016 года с отметками налогового органа о принятии бухгалтерской отчетности, из которых следует наличие у общества долгосрочных заемных обязательств за 2014 год в размере 10 019 тыс. руб., за 2015 год – 3 181 тыс. руб., за 2016 год – 3 181 тыс. руб. (т. 2, л.д. 126-144, т. 3, л.д. 5-73, т. 4, л.д. 94-103, т. 7, л.д. 91-92, 95-96, 99-100).

Проанализировав вышеперечисленные доказательства, суд первой инстанции обоснованно усмотрел несовпадения относительно даты заключения договоров займа, дополнительных соглашений к ним с датами оформления операций по внесению ФИО5 денежных средств в кассу общества; в приходно-кассовых ордерах отсутствует ссылка о внесении денежных средств в качестве исполнения обязательств по конкретному договору займа. Сведения о том, что в налоговый орган, помимо бухгалтерского баланса, должником предоставлялись сведения по контрагентам по счету 67.03, в материалы дела представлены не были.

Более того, при поступлении денежных средств в кассу должника одновременно в этот же день денежные средства выдавались ФИО5 под отчет, на бензин и на расходы по автомобилю, а также расходовались на выдачу заработной платы работникам (по списку, не превышающим 9 человек) и ФИО5

То есть  не  доказано, что  денежные средства, вносимые  в кассу, подтверждают    выдачу  займа ФИО5.

Представленные временным управляющим банковские выписки должника не подтверждают отражение поступления на счет общества каких-либо заемных средств от ФИО5 по договорам займа от 21.09.2011, 17.10.2012, 20.12.2012, 29.05.2015. 

На  расчетный  счет могла быть  внесена  выручка  от реализации  квартир  гражданам.

Кредитор, ссылаясь на фактическую возможность предоставления должнику денежных средств по договорам займа, представил:  договор купли-продажи от 19.10.2011, заключенный между ФИО5 (продавец) и ФИО8 (покупатель), о продаже жилого дома и земельного участка на общую сумму 25 500 000 руб.; расписку от 01.11.2011 (т. 1, л.д. 42-44, т. 2, л.д. 109);  договор купли-продажи автомототранспортного средства, заклю-ченный 20.07.2010 между ФИО5 (продавец) и ФИО9 (покупатель), на сумму 2 800 000 руб.

Между тем, суд верно указал, что договор займа № 2 на предоставление займа в размере 7 800 000 руб. заключен между ФИО5 и должником 21.09.2011, в то время, расписка о получении ФИО5 денежных средств от ФИО8 датирована 01.11.2011. 

Доказательств, подтверждающих фактическое получение ФИО5 денежных средств по договору от 20.07.2010, не представлено. 

В материалах дела также отсутствует декларация по форме 3-НДФЛ о продаже автомобиля в 2010 году и продаже жилого дома с земельным участком в 2011 году.

По сведениям, представленным уполномоченным органом от 24.05.2018, одним из учредителей ООО «ПСК» являлся ФИО5 – с 17.01.2006 по 22.04.2011.

Кроме того, согласно свидетельству о заключении брака от 17.01.2001, ФИО5 и ФИО10 состоят в браке (т. 9, л.д.47).

Отцом ФИО10 является ФИО2  – кредитор по настоящему требованию.

Таким образом, указанные лица являются аффилированными по отношению друг к другу. Кроме того, ФИО5 до уступки прав являлся кредитором общества, в котором был учредителем. 

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что заинтересованное по отношению к должнику лицо является его займодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства. 

Как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора ("дружественного" кредитора) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования доказывания (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)). 

Установление наличия внутригрупповых отношений между сторонами сделки и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений, о котором заявляет возражающее против требований лицо, позволит дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, так и должника. 

Следует учесть, что временный  управляющий  не являются стороной сделки, в силу чего объективно ограничен в возможности доказывания необоснованности требования  кредитора. Поэтому предъявление к нему высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству кредитора и временного управляющего. В данном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга. Напротив, стороны сделки не лишены возможности представить в суд как прямые, так и косвенные доказательства, опровергающие сомнения в реальности ее исполнения. Поэтому при наличии убедительных доводов и доказательств, представленных временным  управляющим,  бремя доказывания обратного возлагается в данном споре на  кредитора, предъявившего требование, и  должника.

Определениями от 04.12.2017, 01.02.2018, 28.02.2018, 28.03.2018, суд предлагал кредитору и третьему лицу представить доказательства, свидетельствующие о фактической финансовой возможности у ФИО5 передать обществу денежные средства.

Кредитор, третье лицо должны были представить документы, подтверждающие фактическое наличие у ФИО5 денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки); сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его (при наличии такой декларации); о снятии такой суммы со счета в банке.

Дополнительных доказательств в подтверждение возникновения предъявленной задолженности заявитель не представил.

Какая-либо переписка сторон по поводу возврата задолженности, адресованная первоначальному должнику и поручителю, в материалы дела также не представлена, равно как и иные доказательства принятия заявителем мер по истребованию долга.

Следует отметить, что ни ФИО5 ни ФИО2 в течение длительного времени не обращались к должнику с претензией о погашении задолженности.

Учитывая, что  бывший учредитель  должника и  кредитор (до уступки права)  является  одним лицом,  а, в последствии, новый кредитор является аффилированным лицом, суд приходит к выводу, что стороны не  заинтересованы в представлении всей документации, подтверждающей  взаимоотношения сторон.

Кроме  того, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении займодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника. 

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

Поскольку   убедительных  доказательств  наличия  долга   суду  не  представлено,  суд первой инстанции правомерно отказал во включении  данного  требования  в  реестр  требований  кредиторов  должника.

Новых доказательств по делу, которые не были бы предметом рассмотрения арбитражного суда области, заявителем не представлено.

Доводы жалобы выводы суда первой инстанции не опровергают, а лишь выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для ее удовлетворения.

При разрешении спора суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал обстоятельства дела, дал им верную правовую оценку, в связи с чем оснований для отмены или изменения судебного акта не имеется, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 04.06.2018 по делу № А47-3532/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                   М.Н. Хоронеко

 

Судьи:                                                                         С.Д. Ершова

 

                                                                                     И.В. Калина